Приговор № 1-606/2024 от 26 ноября 2024 г. по делу № 1-606/2024

Дело № 1-606/2024


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

27 ноября 2024 года г. Миасс

Миасский городской суд Челябинской области в составе: председательствующего судьи Глуховой М.Е.,

при секретаре Чемерис М.В.,

с участием:

государственного обвинителя Сорокина Д.Ю., Барышниковой Е.М.

потерпевшей Потерпевший №1

подсудимых ФИО2, ФИО3,

защитников адвокатов Ляпуховой А.Е., Мидаковой Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО2, ..., судимого:

22 декабря 2022 года Миасским городским судом Челябинской области по ч.3 ст.30 ч.1 ст.166 УК РФ (3 преступления) к 3 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком 3 года 6 месяцев;

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, ч. 4 ст. 111 УК РФ;

ФИО3, ... несудимого;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

В период времени с 00:00 часов до 23:59 часов 21 июля 2024 года ФИО2 находясь в комнате НОМЕР АДРЕС с целью скрыть от своей сожительницы Свидетель №1 факт продажи их совместного имущества - телевизора, решил обвинить в его краже ФИО1, совершив под данным предлогом в отношении него разбойное нападение.

В связи с чем, в указанное время, в указанном месте у ФИО8 находившегося в состоянии алкогольного опьянения, из корыстных побуждений, под надуманным предлогом хищения принадлежащего ему телевизора, и необходимостью возмещения якобы понесенных в связи с этим затрат, возник и сформировался преступный умысел, направленный на совершение разбойного нападения на ФИО1 с целью хищения принадлежащего ему имущества, с незаконным проникновением в его жилище и с применением к последнему насилия, опасного для жизни или здоровья.

С целью облегчить совершение задуманного преступления, ФИО2 привлек к его участию ранее знакомого ФИО3, не осведомленного о преступном характере его действий, которому сообщил ложные сведения о хищении ФИО1 принадлежащего ему телевизора.

Под предлогом необходимости возмещения в связи с этим понесенных убытков, ФИО2, убедил ФИО3 незаконно, против воли ФИО1 совместно проникнуть в жилище потерпевшего по адресу: АДРЕС, где совместно нанести ему телесные повреждения, для чего они вступили в предварительный преступный сговор, разработав совместный план преступных действий.

Согласно достигнутой преступной договоренности, ФИО2 и ФИО3, не осведомленный об истинных корыстных намерениях ФИО2, должны были совместно проникнуть в жилище потерпевшего по адресу: АДРЕС, где высказать потерпевшему требование о передаче якобы похищенного имущества. В случае отказа потерпевшего подчиниться, ФИО2 планировал напасть на ФИО1, нанося удары руками и ногами по голове, туловищу, и конечностям потерпевшего. После этого ФИО3 должен был присоединиться к действиям ФИО2 поддерживая его, также нанести ФИО1 удары руками и ногами по голове, туловищу, и конечностям потерпевшего.

Реализуя преступный умысел, ФИО2 совместно с ФИО3, в указанное время прибыли к АДРЕС, где проживал ФИО1, после чего осознавая, что потерпевший не желает впускать их в свое жилище и у них не имеется законных прав и оснований для доступа в квартиру, ФИО3 будучи введенный в заблуждение относительно истинных намерений ФИО2, из ложно понятых им принципов справедливости, оказывая содействие ФИО2 взломал входную дверь путем разрушения ее части, а ФИО2 рукой смог открыть запирающее устройство.

Далее, ФИО2 и ФИО3 в нарушение положений ст. 25 Конституции РФ о том, что жилище неприкосновенно и никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц, умышленно против воли ФИО1, незаконно проникли внутрь вышеуказанной квартиры, переступив ее порог.

Продолжая реализацию преступного умысла, ФИО2 находясь в указанное время в АДРЕС из корыстных побуждений, с целью хищения чужого имущества, потребовал от потерпевшего передать им имеющиеся у него денежные средства в счет якобы похищенного имущества. ФИО3, неосведомленный о корыстных побуждениях ФИО2, с целью оказать ему содействие, всячески его поддерживал, также высказывая потерпевшему аналогичные требования.

Получив от потерпевшего отказ, ФИО2, под надуманным предлогом обвиняя ФИО1 в хищении его телевизора, применяя насилие опасное для жизни и здоровья, осознавая, что его противоправные действия могут повлечь тяжкий вред для здоровья ФИО1, и желая этого, неосторожно относясь к последствиям в виде смерти последнего, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни, действуя умышленно, напал на потерпевшего, нанес ему кулаками рук и ногами, обутыми в обувь, удары по голове, туловищу и конечностям. В свою очередь ФИО3, будучи не осведомленный о корыстных намерениях ФИО2, с целью оказания ему содействия, действуя с ним совместно и согласованно, то есть группой лиц по предварительному сговору, направленному на причинение тяжкого вреда здоровью, о чем соучастники договорились до выполнения объективной стороны преступления, осознавая, что его противоправные действия могут повлечь тяжкий вред для здоровья ФИО1, и желая этого, неосторожно относясь к последствиям в виде смерти последнего, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни, умышленно, нанес потерпевшему кулаками рук и ногами, обутыми в обувь, удары по голове, туловищу и конечностям.

Таким образом, ФИО2 и неосведомленный о его корыстных намерениях ФИО3, нанесли потерпевшему кулаками рук и ногами, обутыми в обувь, со значительной физической силой многократные, целенаправленные удары в жизненно важные части тела, а именно в область головы не менее 11 ударов, в область шеи не менее 2 ударов, в область верхних конечностей не менее 5 ударов, в область нижних конечностей не менее 13 ударов.

Своими умышленными преступными действиями ФИО2 и ФИО3 причинили ФИО1:

- кровоподтёки правого плеча (2), в проекции левого локтевого сустава (1), левого плеча (1), ссадины правого предплечья (1), в проекции правого коленного сустава (1), левого бедра и в проекции левого коленного сустава (всего 12), которые согласно заключению эксперта, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому, в данном случае, расцениваются как не причинившие вред здоровью (п. 9. Приказа № 194н от 24 апреля 2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»);

- тупую сочетанную травму в комплекс которой вошли - травма головы, проявившаяся кровоподтёками (7) и ссадинами лица (12), кровоизлияниями в слизистую оболочку полости рта (3), кровоподтёками ушных раковин (2) и в проекции правого сосцевидного отростка (1), подкожными кровоизлияниями в левой лобно-теменно-височной области и в толще левой височной мышцы (1), в затылочной области слева (1), субарахноидальным кровоизлиянием обоих полушарий головного мозга, закрытым переломом носовых костей, открытым переломом тела нижней челюсти справа и травма шеи, проявившаяся кровоподтёком (1) передне-боковой поверхности верхней трети шеи слева с подкожным кровоизлиянием в его проекции, ссадиной (1) передней поверхности верхней трети шеи, кровоизлияниями в проекции тела и рожков подъязычной кости, закрытым переломом тела подъязычной кости, закономерно осложнившаяся травматическим отёком головного мозга с развитием тяжёлой степени нарушения мозгового кровообращения, что является опасным для жизни состоянием и медицинским критерием квалифицирующего признака в отношении тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни (пункт 6.2.4. Приказа № 194н от 24 апреля 2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека»).

В результате совместных преступных действий ФИО2 и ФИО3 смерть потерпевшего ФИО1 наступила от тупой сочетанной травмы в период времени ДАТА в квартире, расположенной по адресу: АДРЕС.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину признал частично по ч. 4 ст. 111 УК РФ, по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ вину не признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции РФ.

В связи с отказом от дачи показаний, на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, были оглашены показания ФИО2, данные на стадии следствия, согласно которым, ему позвонила Свидетель №1, которая пояснила, что дома пропал телевизор. Он с ФИО3 по этой причине 21 июля 2024 года приехали домой, и обнаружили пропажу телевизора. Он понял, что телевизор украли ФИО1 и ФИО9 Затем он подошел к комнате ФИО1, постучал, им не открывали. ФИО3 вырвал фанеру из двери квартиры ФИО1, после чего он рукой проник в образовавшуюся щель и открыл шпингалет изнутри. После чего, он, ФИО3 и Свидетель №1 зашли в квартиру ФИО1 Там он сразу пошел к ФИО1, стал с ним общаться. ФИО1 сидел на стуле, спросил у него о том, где его телевизор, на что ФИО1 ему ответил, что он не знает. Затем он ФИО1 нанес два удара кулаком правой руки в область носа, от чего ФИО1 съехал со стула. Он никаких повреждений на лице ФИО1 не увидел. Далее ФИО9 прокричала про ломбард, после чего он понял, что они украли телевизор и сдали его в ломбард. Далее он аналогичным образом нанес еще один удар кулаком правой руки в район левого глаза ФИО1, от чего у него начала образовываться гематома под левым глазом. После этого к ФИО1 подошел ФИО3 и нанес кулаками обеих рук не менее трех ударов в голову и один удар локтем в область челюсти, от чего он упал. Он увидел, что у ФИО1 после ударов ФИО3 образовалась припухлость и гематома в области лица слева. После этого он нанес ФИО1 правой ногой, обутой в тапок, один удар в район таза, от удара ФИО1 отшатнулся, но не упал. Всего он нанес 3 удара правой руки в голову ФИО1, 1 удар ногой в туловище, ФИО3 нанес не менее трех ударов в голову кулаком и один удар локтем в голову. После этого он с Свидетель №1 вышел из квартиры ФИО1, а ФИО3 еще оставался в АДРЕС, но затем пришел в комнату к нему.

Зашел он в комнату, где был ФИО1 не с целью совершения разбойного нападения, а с целью, чтобы вернуть себе похищенный телевизор, в связи с чем, спрашивали сначала про него. Если он и ФИО3 говорили про какие-либо денежные средства, то, как возмещение за похищенный телевизор.

Он лично никаких денежных средств не забирал, забирал ли денежные средства ФИО3, не знает, не видел такого. Они действительно спрашивали у них, где телевизор, что касается требований денежных средств, то оно звучало по-другому, а именно они требовали денежные средства как возмещение за похищенный телевизор.

Он и ФИО3 находились в его комнате НОМЕР АДРЕС, он предположил, что это сделал ФИО1, после чего сообщил об этом ФИО3 и они решили пойти к ФИО1 разбираться. Он понимал, что там может быть драка, это также понимал ФИО3, поэтому они в комнату к ФИО1 пошли вдвоем и начали разбираться в этой ситуации.

При выполнении требований ст. 217 УПК РФ вспомнил, что сам продал телевизор 20 июля 2024 года, из-за пропажи которого 21 июля 2024 года пошел вместе с ФИО3 в квартиру ФИО1, разбираться с последним. Продавал телевизор один, никого с ним в этот момент не было, в том числе и ФИО3, он о продаже телевизора не знал (т. 3 л.д. 6-11, 17-21, 48-52, 61-65, т. 4 л.д. 13-18, 37-41).

В ходе проверки показаний на месте ФИО2 подтвердил свои показания данные им в качестве подозреваемого и обвиняемого и продемонстрировал их на месте в АДРЕС, а именно как ФИО3 вырвал фанеру из двери в квартиру, а он открыл замок изнутри квартиры. Затем как он нанес ФИО1, который сидел на стуле, два удара кулаком правой руки в нос ФИО1, после чего тот упал с табуретки на пол и оказался на правом боку. Далее показал, как нанес лежащему на полу ФИО1 аналогичный удар кулаком правой руки в область левого глаза. Затем отошел и к лежащему ФИО1 подошел ФИО3, который нанес ему наклонившись три удара кулаком в голову ФИО1, а также один удар локтем в челюсть ФИО1 Затем он подошел к ФИО1 и нанес один удар ногой в область таза ФИО1 (т. 3 л.д. 22-33).

В ходе очной ставки с обвиняемым ФИО3, ФИО2 пояснил, что 21 июля 2024 года пошел в комнату ФИО1 вместе с ФИО3 и Свидетель №1, поскольку подумал, что именно ФИО1 и ФИО9 украли у него телевизор. ФИО3 оторвал фанеру от двери, а он открыл дверь в комнату ФИО1 Подтвердил, что сначала он нанес два удара кулаком руки в область носа ФИО1, затем нанес еще один удар кулаком руки в область носа ФИО1 После этого ФИО3 нанес кулаками обеих своих рук три удара по голове ФИО1, а после нанес один удар локтем в область челюсти ФИО1, а уже после этого он нанес один удар ногой, обутой в тапок, ФИО1 в область его таза. Кроме него и ФИО3 никто ударов ФИО21 не наносил. В процессе нанесения ударов ФИО21 ни обо что не ударялся. Никаких телесных повреждений на ФИО21 в тот момент, когда он и ФИО3 зашли к нему в комнату 21 июля 2024 года и начали наносить ему удары, не заметил (т.3 л.д. 34-39).

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину не признал, показал, что ударил ФИО1 только ладошками в общем коридоре, в комнате ФИО1 не бил. От дачи показаний отказался, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции РФ.

В связи с отказом от дачи показаний, на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, были оглашены показания ФИО3, данные на стадии следствия, согласно которым, у него есть знакомый ФИО2, который проживает в комнате общежития по адресу: АДРЕС, которая расположена на 6 этаже. Примерно в обеденное время 20 июля 2024 года и до утреннего времени 21 июля 2024 года он и ФИО2 употребляли спиртное, после чего уехали спать в комнату ФИО2 По приезду к ФИО2 они легли спать и проспали до вечера 21 июля 2024 года. Вечером 21 июля 2024 года они проснулись и направились с ФИО2 в магазин, приобрели спиртное, которое распивали у дома ФИО2 На улице уже было темно, когда он с ФИО2 поднялся к нему в комнату, чтобы забрать ключи от своей квартиры. Когда он забрал свои ключи в комнате ФИО2, находясь в общем коридоре, он решил попить из раковины. В этот момент из соседней с ФИО2 комнаты вышел ФИО1 Последний сделал ему замечание, чтобы он не пил из раковины. На замечание он отреагировал спокойно, после чего развернулся и направился в комнату к ФИО2 Затем сзади он услышал шаги, и когда повернулся, увидел, что ФИО1 замахивался рукой в его сторону, при этом в руке у него ничего не было. Он увернулся от удара ФИО1, и в ответ на это нанес ФИО1 не менее 3 ударов ладонью правой руки в область щеки слева. От его ударов ФИО1 упал на пол, после чего поднялся и направился к себе в комнату, а он направился в комнату ФИО2 От его ударов на лице ФИО1 какие-либо повреждения не образовались. Он рассказал ФИО22, что на него замахивался его сосед. После его рассказа ФИО2 направился в комнату к ФИО1 Входная дверь в комнату ФИО1 была открыта, поэтому ФИО2 беспрепятственно зашел в комнату ФИО1, он зашел следом. В комнате находились ФИО1, который лежал на полу возле окна, ФИО10, который лежал на диване, а также ФИО9, которая ходила по комнате. ФИО2 сразу подошел к лежащему на полу ФИО1, предъявил ему претензии и начал наносить ему не менее 5 ударов кулаками обеих рук по голове ФИО1 Наносил ли ФИО2 удары ногами, он не помнит. От ударов ФИО2 на лице ФИО1 появилась кровь, опухла щека с правой стороны. Как он понял, Свидетель №1 услышала крики и прибежала в комнату к ФИО2 и увела последнего к ним в комнату, он проследовал за ними. Далее они с ФИО2 оделись и пошли на улицу. Более к ФИО1 в комнату они не заходили. Про телевизор ему рассказал ФИО2 и Свидетель №1 Они ему рассказали о телевизоре до того момента, как он и ФИО11 нанесли удары ФИО1 Позднее, ФИО2 признался, что телевизор он заложил сам лично, и пояснил, что конфликт начался не из-за телевизора. До нанесенных ими ударов на теле ФИО1 повреждений не было. В комнате он ударов ФИО1 не наносил, дверь он не выбивал, удары ФИО1 нанес только в коридоре.

В ходе допроса в качестве обвиняемого ФИО3 пояснил, что нанес ФИО1 3 удара ладонью по лицу в результате конфликта, который произошел между ними в коридоре, наносил удары стоя, лежащего ФИО1 не бил. Группой с ФИО2 не действовали, так как удары нанес ФИО21 в общем коридоре, когда были вдвоем (т. 3 л.д. 137-143, 149-152, 173-177, 186-190, т. 4 л.д. 49-53).

В ходе проверки показаний на месте ФИО3 продемонстрировал в коридоре общежития по адресу: АДРЕС, свои показания, а именно как он нанес 3 удара ладонью правой руки по лицу ФИО1 (т. 3 л.д. 153-164).

В ходе проведения очной ставки с обвиняемым ФИО2, ФИО3 подтвердил показания ФИО2, а именно, что 21 июля 2024 года пошел в комнату ФИО1 вместе с ФИО2 и Свидетель №1, поскольку ФИО2 подумал, что именно ФИО1 и ФИО9 украли у него телевизор. Он оторвал фанеру от двери, а ФИО2 открыл дверь в комнату ФИО1 Он подтвердил, что сначала ФИО2 нанес два удара кулаком руки в область носа ФИО1, затем ФИО2 нанес еще один удар кулаком руки в область носа ФИО1 Он подтверждает, что после этого он нанес кулаками обеих своих рук три удара по голове ФИО21, а после нанес один удар локтем в область челюсти ФИО1, а уже после этого ФИО2 нанес один удар ногой, обутой в тапок, ФИО1 в область его таза. Ранее он говорил, что у него был конфликт с ФИО1, это правда. Он когда встретился с ним в коридоре, то из-за того, что он замахнулся на него он нанес ему три удара ладонью своей руки по его левой щеке, от которых он упал на пол. Это было примерно за 40 минут до того, как он с ФИО2 и Свидетель №1 зашли в комнату к ФИО1 21 июля 2024 года, где он и ФИО2 наносили удары ФИО1 (т. 3 л.д. 34-39).

Виновность подсудимого ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, подсудимых ФИО2 и ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями потерпевшей Потерпевший №1, в том числе оглашенными и подтвержденными в судебном заседании о том, что ФИО1 был ее сыном. У нее в собственности есть АДРЕС, в которой проживал ФИО1 Последний рассказывал ей, что жил в этой комнате вместе со ФИО9 Около 04 часов 30 минут 21 июля 2024 года ей позвонил ФИО1, поговорил с ней на различные бытовые темы, после чего спустя примерно час он повторил звонок и сообщил, что у него все нормально. Далее в утреннее время 21 июля 2024 года ФИО1 звонил ей на сотовый телефон, но на звонки она не отвечала. Затем в обеденное время 21 июля 2024 года ей звонил ФИО1, но она не ответила ему на звонки, и через непродолжительное время перезвонила ему, а он в свою очередь сообщил, что ему сейчас причинят вред. Она не обратила на это внимание, при этом в ходе разговора слышала голос ФИО9 Потом она пыталась созвониться с ним 22 июля 2024 года, но на телефонный звонки он не отвечал. 23 июля 2024 года ей позвонила ФИО9 и сообщила о смерти ФИО1, и сообщила, что его избили из-за того, что он украл телевизор. Также она разговаривала с ФИО10 и со ФИО9, которые пояснили ей, что ФИО3 и ФИО2, когда зашли в комнату ФИО1, то стали требовать денежные средства, и говорили, что ФИО1 украл телевизор ФИО2, из-за этого они избили ФИО1 ФИО1 был неконфликтный, у него была проблема – выпивал (т. 2 л.д. 5-11, 13-19);

- показаниями свидетеля Свидетель №1, в том числе оглашенными и подтвержденными в судебном заседании о том, что проживает с ФИО2 и их сыном в комнате НОМЕР АДРЕС. С 19 июля 2024 года по 20 июля 2024 года она ночевала у своей матери, а ФИО2 пошел к своей матери, и в ночь на указанные даты он употреблял спиртное со своими друзьями, в том числе с ФИО3 20 июля 2024 года ФИО2 вернулся домой к своей матери, откуда его забрали сотрудники полиции и с около 17 часов 00 минут до около 22 часов 00 минут 20 июля 2024 года находился в отделе полиции. Они переночевали у ее матери, после чего около с 13 часов 00 минут до 14 часов 00 минут 21 июля 2024 года они поехали к себе домой. Когда они пришли к себе домой, то обнаружили, что у них из комнаты пропал телевизор и коробка из-под него, при этом дверь в их комнату была открыта и перед уходом они ее не закрывали. Когда они начали думать о том, кто мог украсть их телевизор, то подумали, что это сделал ФИО1, ФИО9 и ФИО10 Она зашла к последним в комнату, но они сообщили, что ничего не знают о пропаже телевизора. Затем с ее сотового телефона ФИО2 позвонил ФИО3 и попросил прийти к ним в комнату. В их комнате ФИО2 рассказал ФИО3 о том, что у него пропал телевизор, и что он думает, что это сделал ФИО1 Затем ФИО2 предложил ФИО3 «разобраться» с ФИО1, а тот согласился на его предложение, после чего они пошли к комнате ФИО1 При этом ФИО2 и ФИО3 находились в этот момент в состоянии алкогольного опьянения. Она не видела, чтобы ФИО3 как пришел к ним в комнату, выходил из нее до того момента как они пошли к комнате ФИО1 Она также пошла с ними к комнате последнего, чтобы ничего плохого не случилось. Когда они подошли к комнате ФИО1, то сначала постучались в дверь, а затем ФИО3 выбил фанеру, прикреплённую к двери в комнату, а ФИО2 просунул руку в это отверстие и отодвинул щеколду. ФИО2 и ФИО3 сами решили зайти в комнату ФИО1, их туда никто не приглашал и не звал туда. Когда они зашли в эту комнату, ФИО10 лежал на диване, ФИО9 стояла посредине комнаты, а ФИО1 лежал на полу возле окна. ФИО3 в этот момент стал спрашивать о том, кто украл телевизор. Затем ФИО2 и ФИО3 стали совместно наносить удары ФИО1 Она помнит, что ФИО2 нанес лежачему ФИО1 три удара кулаком правой руки в область его лица, после этого ФИО3 нанес ФИО1 два удара кулаком правой руки в область лица ФИО1, затем ФИО2 нанес правой ногой обутой, в тапочек, сверху вниз один удар в область живота ФИО1 Она стала оттаскивать ФИО2 и ФИО3 от ФИО1 и увела их к себе в комнату. 21 июля 2024 года после конфликта у ФИО1 все лицо было в крови, на его лице были повреждения в тех местах, куда его били ФИО2 и ФИО3 Затем, когда 23 июля 2024 года к ним пришли сотрудники полиции и стали задерживать ФИО2, то она увидела квитанции в одежде ФИО2, и узнала, что он сам сдал в комиссионный магазин свой сотовый телефон и телевизор, из-за которого он вместе с ФИО3 пошли разбираться с ФИО1 (т. 2 л.д. 55-59);

- оглашенными в соответствии с п. 1 ч. 2 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО9 о том, что она проживала с ФИО1 в АДРЕС около 7 месяцев. Квартира расположена на 6 этаже. В блоке с ними проживают ФИО2 и Свидетель №1 Она вместе с ФИО1 и ФИО10 находилась в АДРЕС. В период времени с 10 часов 00 минут до 11 часов 00 минут 21 июля 2024 года она сходила в магазин, после чего вернулась к себе в квартиру и практически сразу же к ним зашли ФИО2, ФИО3 вместе с Свидетель №1 ФИО3 и ФИО2 стали спрашивать о телевизоре. Пояснила, что ничего не знает о телевизоре. По ФИО2 и ФИО3 было видно, что они находятся в состоянии алкогольного опьянения. Затем ФИО2 спросил, где ФИО1, и она указала на место на полу возле окна под подоконником в квартире, где последний лежал. После этого ФИО2 и ФИО3 прошли к ним в квартиру и стали спрашивать есть ли у них деньги, ответили, что нет. При этом Сергей и Руслан начали обыскивать комнату. Далее Сергей и Руслан подошли к лежачему на полу ФИО1 и начали спрашивать деньги у него. Первым начал наносить удары ФИО2, он с силой нанес не менее 3 ударов кулаком правой руки в лицо ФИО1, при этом ФИО2 и ФИО3 спрашивали о том, где телевизор. Потом к лежащему на полу ФИО1 подошел ФИО3 и с силой нанес не менее 2 ударов кулаком правой руки по голове ФИО1, после чего к нему подошла Свидетель №1 и стала оттаскивать ФИО3 После этого к ФИО1 подошел ФИО2 и нанес не менее 1 удара ногой в область туловища ФИО1 Затем Свидетель №1 увела ФИО2 и ФИО3 в свою комнату. После этого ФИО1 оставался лежать на полу, его лицо было в крови. После избиения ФИО1 повернулся на бок и захрапел. ФИО1 последние несколько дней лежал, ничего не ел и не пил, ничего не говорил, звуков не издавал. Далее в ночь с 22 июля 2024 года на 23 июля 2024 года она поняла по холодному телу ФИО1, что он умер, после чего она позвонила сотрудникам полиции (т 2 л.д. 61-64);

- оглашенными в соответствии с п.1 ч.2 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО26. о том, что он с 10 июля 2024 года стал проживать в АДРЕС вместе с ФИО1 и ФИО9 Эта квартира находится в одном блоке с комнатой, в которой проживали ФИО2 и Свидетель №1 21 июля 2024 года в утреннее время он находился в указанной квартире вместе со ФИО9 и ФИО1 Последний спал на полу в комнате. В это время во входную дверь квартиры стали сильно стучать. Затем к ним в квартиру ворвались ФИО2, ФИО3, с ними была Свидетель №1 ФИО2 и ФИО3 стали у него, ФИО9 и ФИО1 требовать передать денежные средства. После этого ФИО2 и ФИО3 стали предъявлять претензии к ФИО1, что он якобы украл телевизор ФИО2, но ФИО1 отрицал эту кражу. Затем ФИО2 и ФИО3 стали избивать ФИО1 При этом последний продолжал лежать на полу возле окна. ФИО2 нанес не менее 4 ударов кулаком в область головы ФИО1, после чего ФИО3 нанес лежащему ФИО1 не менее 5 ударов ногами, обутыми в обувь по голове. ФИО2 и ФИО3 не разувались, когда зашли в квартиру. От ударов ФИО2 и ФИО3 у ФИО1 из головы пошла кровь, которой были испачканы стены, пол, тюль в данной квартире. Действия ФИО2 и ФИО3 прекратила Свидетель №1, которая, услышав шум, пришла в квартиру по указанному адресу. Она успокоила ФИО2 и ФИО3 и увела их из этой квартиры. ФИО1 продолжил лежать на полу, не разговаривал, ему было плохо. Когда он и ФИО9 заметили, что ФИО1 умер, то вызвали сотрудников полиции. ФИО1 последнее время постоянно был с ними, и телевизор не крал (т. 2 л.д. 67-70);

- показаниями свидетеля Свидетель №2, в том числе оглашенными и подтвержденными в судебном заседании о том, что является фельдшером выездной бригады скорой медицинской помощи. 23 июля 2024 года находилась на суточном дежурстве. В 05 часов 53 минуты 23 июля 2024 года поступил вызов на подстанцию от сотрудников полиции о том, что по адресу: АДРЕС обнаружен труп ФИО1 Они приехали туда к 06 часам 01 минуте 23 июля 2024 года, прошли на шестой этаж, и в 06 часов 05 минут 23 июля 2024 года констатировали смерть ФИО1 При этом при осмотре трупа ФИО1 ими были обнаружены кровоподтеки на лице в около орбитальной области слева, множественные ссадины лица, ссадины на шее и на руке. Также, исходя из трупного окоченения, трупных пятен, пятен Лерше на глазах, можно было сделать вывод, что на момент утра 23 июля 2024 года ФИО1 был мертв не менее суток, а возможно чуть более суток, но до двух суток. Поскольку на вторые сутки появляется трупный запах, который от ФИО1 отсутствовал. В комнате находилась Ступка Оксана, которая стояла возле входа в комнату, а также какой-то пожилой мужчина, который лежал на кровати. Она спросила у Ступки, что случилось, на что она ей начала пояснять, что где-то 21 июля 2024 года произошла драка, ФИО1 избили, начала говорить, про какой-то телевизор, что их хотели обворовать (т. 2 л.д. 83-86);

- оглашенными в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №3 о том, что работает управляющим в комиссионном магазине. 19 июля 2024 года в 19 часов 44 минуты ФИО2 принес сотовый телефон марки «Redmi 9c NFC» и продал его в комиссионный магазин. Затем 20 июля 2024 года в 16 часов 53 минуты ФИО2 принес в комиссионный магазин телевизор «Doffler 32GHS57» и продал его. Это был точно ФИО2, поскольку, когда люди приходят к ним в магазин и продают вещи, то предъявляют паспорт, после чего сведения о них вносятся в их базу (т. 2 л.д. 89-94);

- показаниями свидетеля ФИО12 - матери ФИО2 о том, что со слов Свидетель №1 ей известно, что 23 июля 2024 года произошел какой-то конфликт между ФИО21 и ФИО3. В этот день они выпивали спиртные напитки, была драка. Свидетель №1 видела, как ФИО2 нанес пару ударов, после чего она его вывела и увела в другую комнату. Сына может охарактеризовать как веселого, он приходит на помощь, помогает родственникам и друзьям, имеет двух детей, не любил драки.

- рапортом об обнаружении признаков преступления от 23 июля 2024 года, согласно которому из Отдела МВД России по г. Миассу Челябинской области поступило сообщение об обнаружении трупа ФИО1, по месту проживания по адресу: АДРЕС, с повреждениями в виде гематом на лице (т. 1 л.д. 26);

- рапортом об обнаружении признаков преступления от 09 сентября 2024 года, согласно которому в ходе расследования уголовного дела НОМЕР, возбужденного 23 июля 2024 года по сообщению об обнаружении трупа ФИО1, в комнате по адресу: АДРЕС, установлено, что в период времени с 02 часов 00 минут до 23 часов 30 минут 21 июля 2024 года, находясь в комнате по адресу: АДРЕС, действуя умышленно, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, ФИО3 и ФИО2 с корыстной целью, применяя насилие опасное для жизни и здоровья в отношении ФИО1, высказали последнему требования передачи денежных средств (т. 1 л.д. 27);

- протоколом осмотра места происшествия от 23 июля 2024 года, согласно которому осмотрена АДРЕС. В ходе осмотра применялись тест-полоски «Hemophan». В ходе осмотра установлено, что в данной квартире обнаружен труп ФИО1 с телесными повреждениями и следами вещества бурого цвета. ФИО9 пояснила, что ФИО1 избивали ФИО2 и ФИО3 у окна на полу. В ходе осмотра установлено, что на шторе возле окна внизу и на полу возле окна, на зеркале обнаружены пятна вещества бурого цвета. К данным пятнам прикладывались тест-полоски «Hemophan», индикатор которых менял свой окрас на зеленый, что может свидетельствовать о наличии в данных пятнах крови. В ходе осмотра были изъяты фрагмент шторы с веществом бурого цвета, смыв вещества бурого цвета с пола, смыв вещества бурого цвета с пола (т. 1 л.д. 28-45);

- протоколом установления смерти человека от 23 июля 2024 года, согласно которому смерть ФИО1 зафиксирована в 06 часов 10 минут (т. 1 л.д. 46);

- рапортом помощника оперативного дежурного дежурной части Отдела МВД России по г. Миассу Челябинской области о поступлении сообщения от ФИО9 о том, что 23 июля 2024 года в 05 часов 10 минут по адресу: АДРЕС, обнаружен труп ФИО1 с признаками побоев на лице (т. 1 л.д. 48);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования у подозреваемого ФИО2 от 23 июля 2024 года, согласно которому у ФИО2 получены образцы буккального эпителия, смывы с ладоней рук, отпечатки пальцев рук и оттиски ладоней рук (т. 1 л.д. 62-63);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования у подозреваемого ФИО3 от 23 июля 2024 года, согласно которому у ФИО3 получены образцы буккального эпителия, смывы с ладоней рук, срезы ногтевых пластин рук, отпечатки пальцев рук и оттиски ладоней рук (т. 1 л.д. 66-67);

- протоколом выемки от 30 июля 2024 года, согласно которому у судебно-медицинского эксперта изъяты образцы крови, образцы смывов с ладоней рук, образцы подногтевого содержимого от трупа ФИО1 (т. 1 л.д. 70-73);

- картой вызова скорой медицинской помощи от 23 июля 2024 года, согласно которой вызов поступил в 05 часов 53 минуты 23 июля 2024 года на адрес: АДРЕС. Прибытие на место вызова в 06 часов 01 минуту 23 июля 2024 года. Повод вызова: констатировать смерть. Больной: ФИО1, ДАТА года рождения (т. 1 л.д. 76-77);

- протоколом осмотра предметов от 15 сентября 2024 года, согласно которому осмотрены фрагмент шторы с веществом бурого цвета, смыв вещества бурого цвета на ватной палочке с зеркала, смыв вещества бурого цвета на ватной палочке с пола, образец буккального эпителия ФИО2, образцы смывов с рук ФИО2, образец буккального эпителия ФИО3, образцы смывов с рук ФИО3, образцы срезов ногтевых пластин с рук ФИО3, образцы крови от трупа ФИО1, образцы срезов ногтевых пластин с рук от трупа ФИО1, образцы смывов с рук от трупа ФИО1, образцы отпечатков пальцев рук и оттиски ладоней ФИО2, образцы отпечатков пальцев рук и оттиски ладоней ФИО3 Осмотренные предметы приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 215-224, 225-227, 228, 229);

- заключением эксперта НОМЕР от 06 сентября 2024 года, согласно которому причиной смерти ФИО1, ДАТА года рождения, явилась тупая сочетанная травма в комплекс которой вошли - травма головы, проявившаяся кровоподтёками (7) и ссадинами лица (12), кровоизлияниями в слизистую оболочку полости рта (3), кровоподтёками ушных раковин (2) и в проекции правого сосцевидного отростка (1), подкожными кровоизлияниями в левой лобно-теменно-височной области и в толще левой височной мышцы (1), в затылочной области слева (1), субарахноидальным кровоизлиянием обоих полушарий головного мозга, закрытым переломом носовых костей, открытым переломом тела нижней челюсти справа и травма шеи, проявившаяся кровоподтёком (1) передне-боковой поверхности верхней трети шеи слева с подкожным кровоизлиянием в его проекции, ссадиной (1) передней поверхности верхней трети шеи, кровоизлияниями в проекции тела и рожков подъязычной кости, закрытым переломом тела подъязычной кости, закономерно осложнившаяся травматическим отёком головного мозга с развитием тяжёлой степени нарушения мозгового кровообращения, что является опасным для жизни состоянием и медицинским критерием квалифицирующего признака в отношении тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни (пункт 6.2.4. Приказа № 194н от 24 апреля 2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека»). Между полученной тупой сочетанной травмой головы и шеи, её закономерным осложнением и смертью имеется прямая причинно-следственная связь. Указанная тупая сочетанная травма головы и шеи образовалась при жизни и причинена от не менее чем 11 травматических воздействий твердых тупых предметов (предмета) в область головы потерпевшего и как минимум от двух травматических воздействий твердых тупых предметов (предмета) в область шеи потерпевшего. Каких-либо индивидуальных признаков травмирующих предметов в повреждениях головы и шеи не отобразилось.

Давность наступления смерти на момент исследования трупа (23 июля 2024 года в 11:10 ч.) более одних суток, но менее двух суток.

Принимая во внимание локализацию, объём и характер всех повреждений, вошедших в комплекс смертельной сочетанной травмы головы и шеи, а также степень выраженности реактивных изменений в мягких тканях с областей этой травмы можно говорить о том, что смерть наступила в первые часы после возникновения сочетанной травмы головы и шеи, повлекшей смерть потерпевшего.

Кроме того, на теле трупа обнаружены следующие повреждения: кровоподтёки правого плеча (2), в проекции левого локтевого сустава (1), левого плеча (1), ссадины правого предплечья (1), в проекции правого коленного сустава (1), левого бедра и в проекции левого коленного сустава (всего 12). Каждое из указанных повреждений образовалось при жизни как минимум от однократного травматического воздействия твёрдого тупого предмета в соответствующую анатомическую область. У живых лиц подобные повреждения обычно не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому, в данном случае, расцениваются как не причинившие вред здоровью (п. 9. Приказа № 194н от 24 апреля 2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

При судебно-химическом исследовании в крови трупа этиловый спирт, а также лекарственные и наркотические вещества не обнаружены (т. 1 л.д. 89-104);

- заключением эксперта НОМЕР от 25 июля 2024 года, согласно которому у ФИО2 имеется кровоподтек правого плеча, образовавшийся как минимум от одного травматического воздействия твердого тупого предмета в соответствующую анатомическую область, возможно, в срок, указанный обследуемым лицом. Указанный кровоподтек не повлек за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью (п. 9. Приказа № 194н от 24 апреля 2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека») (т. 1 л.д. 113-114);

- заключением эксперта НОМЕР от 25 июля 2024 года, согласно которому у ФИО3 знаков телесных повреждений не обнаружено (т.1 л.д. 123-124)

- заключением эксперта НОМЕР от 20 августа 2024 года, согласно которому на фрагменте шторы, смыве с зеркала, смыве с пола, смывах с рук и ногтевых срезов ФИО1 найдена кровь человека.

В смывах с рук ФИО2, смывах с рук и на ногтевых срезах ФИО3 крови не найдено.

Из биологических следов на фрагменте шторы, в смыве с зеркала, смыве с пола, смыве с правой руки ФИО1, смыве с левой руки ФИО1, на ногтевых срезах правой руки ФИО1, ногтевых срезах левой руки ФИО1, из образца крови ФИО1, образцов буккального эпителия ФИО2 и ФИО3 были получены препараты суммарной клеточной ДНК и проведено экспертное идентификационное исследование полученных препаратов с применением методов молекулярно-генетической индивидуализации.

При данном исследовании установлено:

Препараты ДНК, выделенные из следов крови на фрагменте шторы, в смыве с зеркала, смыве с пола, смыве с правой руки ФИО1, смыве с левой руки ФИО1, на ногтевых срезах правой руки ФИО1, ногтевых срезах левой руки ФИО1, содержат ДНК мужской половой принадлежности и обнаруживают генотипическое совпадение между собой и с ДНК из образца крови ФИО1 по всем исследованным генетическим системам.

Расчетная (условная) вероятность того, что данные следы крови на фрагменте шторы, в смыве с зеркала, смыве с пола, смыве с правой руки ФИО1, смыве с левой руки ФИО1, на ногтевых срезах правой руки ФИО1, ногтевых срезах левой руки ФИО1 действительно произошли от ФИО1, составляет не менее 99,9999999999%.

По совокупности своих генотипических признаков препараты ДНК, полученные из следов крови на фрагменте шторы, в смыве с зеркала, смыве с пола, смыве с правой руки ФИО1, смыве с левой руки ФИО1, на ногтевых срезах правой руки ФИО1, ногтевых срезах левой руки ФИО1 не совпадают с генотипическими аллельными комбинациями образцов буккального эпителия ФИО2 и ФИО3 Выявленные несовпадения позволяют исключить происхождение этих следов от ФИО2 и ФИО3 (т. 1 л.д. 205-212).

Согласно заключению эксперта НОМЕР от 16 сентября 2024 года ФИО2 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психической деятельности не страдал в момент инкриминируемого ему деяния и не страдает в настоящее время. Поэтому он мог в момент инкриминируемого ему деяния и может в настоящее время в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По психическому состоянию в настоящее время ФИО2 в принудительных мерах медицинского характера не нуждается.

У ФИО2 выявлены такие индивидуально-психологические особенности, как низкий уровень интеллектуальных возможностей, личностные особенности в виде тенденций истероидной личности с установкой на достижение высокого статуса, наличие отрицать у себя, любых, даже самых мелких проблем, или беспомощных ощущений. Недостаточная требовательность к себе, и своему поведению, эгоцентричность поведения, ориентированность на завоевание окружающих. Пунктуальность, тщательность, основательность, дисгармонично сочетаются с демонстративной эгоцентричностью, стремлением быть в центре внимания. При высокой потребности во внимании, признании и демонстративности поведения, сохраняется значительная критичность и болезненное реагирование на замечаемые отрицательные сигналы. Данные индивидуально-психологические особенности нашли свое отражение в инкриминируемом деянии, но не оказали существенного влияния на поведение ФИО2 В момент совершения правонарушения ФИО2 не находился в состоянии аффекта, об этом свидетельствует отсутствие характерной для аффекта трехфазной динамики течения эмоционального процесса, отсутствие специфических изменений психической деятельности, явлений дезорганизации, достаточно активный, последовательный, целенаправленный характер поведения обвиняемого (т. 1 л.д. 151-157).

Согласно заключению эксперта НОМЕР от 16 сентября 2024 года ФИО3 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психической деятельности не страдал в момент инкриминируемого ему деяния и не страдает в настоящее время, а обнаруживает признаки психических и поведенческих расстройств, вследствие злоупотребления алкоголем, синдром зависимости. Об этом свидетельствуют данные об отягощенной алкоголизмом наследственности, длительном систематическом злоупотреблении спиртными напитками с ростом толерантности к алкоголю, с утратой количественного и ситуационного контроля, защитного рвотного рефлекса, формирование психической и физической зависимости, запойный характер пьянства, перенесенные психотический эпизоды делириозной структуры, данные динамического наркологического наблюдения с указанным диагнозом. При ранее проведенном психиатрическом обследовании у ФИО3 были выявлены характерные для алкогольной болезни парциальное снижение когнитивных функций /замедление темпа мышления, снижение способности к концентрации внимания/, эмоциональное огрубление, демонстративность, эгоцентризм, морально-этическое снижение, недостаточность критики к социальному положению и психическому состоянию. Указанные особенности психики ФИО3 выражены не столь значительно, не достигают степени слабоумия и не сопровождаются грубым нарушением критических способностей. Поэтому он мог в момент инкриминируемого ему деяния и может в настоящее время в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания, самостоятельно осуществлять свои процессуальные права. В настоящее время ФИО3 по психическому состоянию в принудительных мерах медицинского характера не нуждается.

У ФИО3 выявлены такие индивидуально-психологические особенности, как низкий уровень интеллектуальных возможностей, личностные особенности в виде стеничного типа реагирования. Высокий уровень оптимизма, стремление быть в центре общества, общительность, легкое отношение к проблемам, беззаботность. Пренебрежение существующими правилами и обычаями, высокая мотивация достижения, однако ориентирована в больше степени на моторную и речевую сверхактивность, нежели на конкретные цели. Данные индивидуально-психологические особенности нашли свое отражение в инкриминируемом деянии, но не оказали существенного влияния на поведение ФИО3 В момент совершения правонарушения ФИО3 не находился в состоянии аффекта, об этом свидетельствует отсутствие характерной для аффекта трехфазной динамики течения эмоционального процесса, отсутствие специфических изменений психической деятельности, явлений дезорганизации, достаточно активный, последовательный, целенаправленный характер поведения обвиняемого (т. 1 л.д. 188-195).

Вышеперечисленные доказательства относятся к настоящему уголовному делу, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона РФ, не вызывают сомнений в достоверности, поэтому суд признает их допустимыми, относимыми, а в совокупности – достаточными для вывода о виновности подсудимых в совершении инкриминируемых каждому преступлений.

Обстоятельства совершенных ФИО2 и ФИО3 преступных деяний суд устанавливает из совокупности представленных доказательств, в том числе, показаний потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, ФИО9, ФИО25 Свидетель №2, Свидетель №3, ФИО12, а также показаний самих подсудимых ФИО2 и ФИО3, данных на стадии следствия.

Показания потерпевшей, свидетелей являются последовательными, в совокупности подтверждают одни и те же обстоятельства, свидетельствующие о совершении подсудимыми преступлений.

Заключение эксперта о характере, степени тяжести телесных повреждений, механизме их образования и о причине смерти ФИО1 суд признает относимым, допустимым и достоверным доказательством, поскольку каких-либо нарушений требований закона при проведении экспертизы не было допущено.

Экспертиза выполнена экспертом, квалификация которого сомнений не вызывает, оформлена она надлежащим образом, выводы эксперта понятны, непротиворечивы, компетентны, научно обоснованы, объективно подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами.

Не имеется оснований сомневаться в достоверности выводов эксперта, в том числе, по установлению причины смерти потерпевшего.

Указание в обвинительном заключении по каждому из преступлений, предусмотренному ч. 4 ст. 111 УК РФ даты наступления смерти ФИО1 ДАТА, является явной технической опиской, не влияющей на существо предъявленного обвинения, не ухудшающей права подсудимых, подлежащей устранению.

Судом достоверно установлено, что в период времени с 00:00 часов до 23:59 часов 21 июля 2024 года ФИО2 и ФИО3, помимо воли ФИО1, незаконно проникли в его жилище, где напали на него.

При этом ФИО3 не был осведомлен об истинных корыстных намерениях ФИО2 Проникая в жилище ФИО1 считал, что оказывает содействие ФИО2

Тогда как ФИО2 действовал с прямым умыслом и целью хищения имущества ФИО1, высказывая требования о передаче ему денежных средств в счет якобы похищенного имущества.

Так, свидетель ФИО9, являвшаяся очевидцем произошедшего, показала, что ФИО3 и ФИО2 нанося удары ФИО1 спрашивали о телевизоре, а также есть ли у них деньги. При этом Сергей и Руслан обыскивали комнату.

Свидетель ФИО27. на стадии следствия показал, что ФИО2 и ФИО3 у него, ФИО9 и ФИО1 требовали передаче денежных средств, предъявляли претензии к ФИО1, что он якобы украл телевизор ФИО2, но ФИО1 отрицал эту кражу. Затем ФИО2 и ФИО3 стали избивать ФИО1.

Свидетель Свидетель №2 на стадии следствия и в судебном заседании показала, что спрашивала у ФИО28, что случилось, на что она ей поясняла, что где-то 21 июля 2024 года произошла драка, ФИО1 избили, начала говорить, про какой-то телевизор, что их хотели обворовать.

Таким образом, исследованные в судебном заседании доказательства, опровергают позицию подсудимого ФИО2 об отсутствии у него умысла на нападение на ФИО1 в целях хищения чужого имущества.

Нападение в целях хищения чужого имущества со стороны подсудимого ФИО2 выразилось во внезапных для потерпевшего агрессивных действиях подсудимого.

ФИО2 действовал умышлено, понимал противоправный характер своих действий, действовал с корыстной целью, желая завладеть чужим имуществом.

При этом у ФИО2 отсутствовало как действительное, так и предполагаемое право на имущество ФИО1, а также право выдвигать ФИО1 какие-либо требования имущественного характера.

Так, согласно показаниям свидетеля Свидетель №3 20 июля 2024 года в 16 часов 53 минуты ФИО2 принес в комиссионный магазин телевизор «Doffler 32GHS57» и продал его, что также следует из договора купли-продажи НОМЕР от ДАТА, заключенного между ФИО2 и ИП ФИО13

Позиция подсудимого ФИО2 о том, что он забыл об указанном обстоятельстве, расценивается судом как способ избежать ответственности за совершенное преступление.

В действиях ФИО2 суд устанавливает квалифицирующий признак разбоя - незаконное проникновение в жилище.

По смыслу уголовного закона под незаконным проникновением в жилище следует понимать противоправное тайное или открытое в него вторжение с целью совершения кражи, грабежа или разбоя.

Из показаний, как свидетелей, так и подсудимых следует, что ФИО2 и ФИО3, подойдя к комнате ФИО1, постучали, им не открывали. ФИО3, будучи не осведомленный о корыстных намерениях ФИО2, вырвал фанеру из двери комнаты ФИО1, после чего ФИО2 рукой проник в образовавшуюся щель и открыл шпингалет изнутри. После чего, подсудимые зашли в квартиру ФИО1

Таким образом, ФИО2 противоправно, против воли ФИО1, незаконно проник в жилище потерпевшего.

Именно в комнате НОМЕР АДРЕС ФИО1 были нанесены удары ФИО2 и ФИО3, которые в последствие повлекли смерть потерпевшего, о чем свидетельствует протокол осмотра места происшествия, из которого следует, что при осмотре комнаты обнаружен труп ФИО1 ФИО9 пояснила, что ФИО1 избивали ФИО2 и ФИО3 у окна на полу. В ходе осмотра установлено, что на шторе возле окна внизу и на полу возле окна, на зеркале обнаружены пятна вещества бурого цвета. К данным пятнам прикладывались тест-полоски «Hemophan», индикатор которых менял свой окрас на зеленый, что может свидетельствовать о наличии в данных пятнах крови.

Факт нанесения ударов ФИО2 и ФИО3 потерпевшему ФИО1 суд устанавливает, в том числе, из показаний очевидцев произошедшего Свидетель №1, ФИО9, ФИО29., которые показали, что ФИО2 и ФИО3 совместно наносили удары ФИО1 в область его головы и тела.

Суд не имеет оснований не доверять изобличающим показаниям свидетелей Свидетель №1, ФИО9, ФИО30 поскольку при допросе, указанные лица предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Утверждение защитника ФИО3 о неприязненных отношениях к нему со стороны свидетеля Свидетель №1, а также о злоупотреблении свидетелями ФИО9 и ФИО31 алкоголем, не свидетельствует о недостоверности их показаний об обстоятельствах произошедшего, так как они согласуются с иными исследованными доказательствами по делу.

При этом в ходе предварительного следствия ФИО2 пояснил, а также показал на месте, где, каким образом и при каких обстоятельствах он и ФИО3 наносили удары потерпевшему ФИО1, указав, что удары наносились каждым в область лица, головы и тела ФИО1

В ходе проведения очной ставки между ФИО3 и ФИО2, ФИО3 подтвердил показания ФИО2, о нанесенных ФИО1 ударов как им самим, так и ФИО2

Изложенные доказательства опровергают позицию ФИО3 о нанесении им в общем коридоре только трех ударов ладонью правой руки в область щеки слева ФИО1

При допросах ФИО2, ФИО3, а также в ходе проведения очных ставок, проверок показаний на месте, подсудимым разъяснялись соответствующие положения уголовно-процессуального закона, их право не свидетельствовать против себя, а также то, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу. Кроме того, указанные следственные действия проводились в присутствии адвокатов.

Оснований для оговора ФИО2 и ФИО3, друг друга не имеется, не установлено их ни в ходе предварительного и ни в ходе судебного следствия.

О наличии предварительно состоявшейся договоренности между ФИО2 и ФИО3 на причинение потерпевшему телесных повреждений свидетельствуют фактические обстоятельства преступления, а также показания свидетеля Свидетель №1 о том, что ФИО2 предложил ФИО3 «разобраться» с ФИО1, а тот согласился на его предложение, после чего они пошли к комнате ФИО1

Подсудимые совместно явились в жилище потерпевшего, взломали входную дверь, проникли внутрь квартиры, а затем, ФИО2 получив отказ ФИО1 в передаче ему денежных средств в счет якобы похищенного имущества нанес удары руками и ногами по голове, туловищу, и конечностям потерпевшего, ФИО3 присоединившись к действиям ФИО2, поддерживая его, также нанес ФИО1 удары руками и ногами по голове, туловищу, и конечностям потерпевшего, в том числе в область головы и шеи. Подобные действия, были направлены на достижение единого преступного результата, что подтверждает наличие в действиях подсудимых вышеуказанного квалифицирующего признака.

Суд отвергает показания ФИО3 на предварительном следствии о том, что он применял насилие к ФИО1, в связи с произошедшим конфликтом между ним и ФИО1 в общем коридоре.

Подобные показания ФИО3 полностью опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаниями подсудимого ФИО2, который на стадии следствия показал, что ему позвонила Свидетель №1, которая пояснила, что дома пропал телевизор. Он с ФИО3 по этой причине 21 июля 2024 года приехали домой, и обнаружили пропажу телевизора. Он понял, что телевизор украли ФИО1 и ФИО9, в связи с чем они пошли с ФИО3 к комнате ФИО1; показаниями свидетеля Свидетель №1, о том, что ФИО2 рассказал ФИО3 о пропаже телевизора, и что он думает, что это сделал ФИО1 Затем ФИО2 предложил ФИО3 «разобраться» с ФИО1, а тот согласился на его предложение, после чего они пошли к комнате ФИО1; показаниями свидетелей ФИО9 и ФИО32 о том, что ФИО3 и ФИО2 спрашивали о телевизоре, а также требовали передать денежные средства.

Сведений об иных претензиях, выдвигаемых ФИО3 потерпевшему ФИО1, в материалах дела не имеется.

В результате совместных действий подсудимых потерпевшему причинены телесные повреждения, оцененные судебно-медицинским экспертом как тупая сочетанная травма, в комплекс которой вошли - травма головы и шеи, при этом именно совместные умышленные действия подсудимых, каждый из которых являлся непосредственным исполнителем преступления, повлекли наступление тяжкого вреда здоровью потерпевшего и стали причиной его смерти. Об умысле обоих подсудимых на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего свидетельствуют их конкретные действия при нанесении с достаточной силой ударов в голову и шею - жизненно важные части организма человека.

Доводы подсудимых о том, что от нанесенных ими ударов не могла наступить смерть ФИО1, не могут поставить под сомнение выводы суда о виновности ФИО3 и ФИО2, поскольку из выводов заключения судебно-медицинской экспертизы, следует, что указанная тупая сочетанная травма причинена не менее чем от 11 травматических воздействий твердых тупых предметов (предмета) в область головы потерпевшего и как минимум от двух травматических воздействий твердых тупых предметов (предмета) в область шеи потерпевшего, при этом судить о последовательности образования всех повреждений не представляется возможным ввиду схожести их морфологической картины.

Учитывая, что локализация установленных у ФИО1 повреждений соотносится с примененным в отношении него насилием, а также то, что согласно показаниям ФИО2, в ходе предварительного следствия, до нанесения ими ударов у потерпевшего повреждения отсутствовали, говорить об иных обстоятельствах их образования, не представляется возможным.

При этом подсудимые не преследовали цели лишения жизни потерпевшего, а причинили ее по неосторожности в результате умышленного причинения тяжкого вреда его здоровью. ФИО2 и ФИО3 не предвидели возможность наступления смерти ФИО1, относились к ее наступлению небрежно, хотя могли и должны были ее предвидеть, поскольку применили описанное выше опасное для жизни насилие, что логично может повлечь такие повреждения, которые могут привести к смерти потерпевшего.

Оценив всю совокупность представленных и исследованных в судебном заседании доказательств, суд считает вину подсудимых ФИО2 и ФИО3 установленной.

Из разъяснений, изложенных в абз. 5 п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», если в ходе разбойного нападения с целью завладения чужим имуществом потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью, что повлекло за собой наступление его смерти по неосторожности, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений - по пункту «в» части четвертой статьи 162 и части четвертой статьи 111 УК РФ.

Действия ФИО2 подлежат квалификации:

по ч. 4 ст. 111 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, – разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, совершенный с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Действия ФИО3 подлежат квалификации по ч. 4 ст. 111 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Оснований для оправдания каждого из подсудимых, либо иной квалификации их действий, не имеется.

При назначении в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ наказания подсудимым, суд учитывает, что ФИО2 совершено два оконченных умышленных преступления, отнесенных к категории особо тяжких, ФИО3 одно оконченное умышленное преступление, отнесенное к категории особо тяжких.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2 по каждому из преступлений и ФИО3, не имеется.

Суд считает, что стороной обвинения не представлено доказательств тому, что именно алкогольное опьянение подсудимых способствовало совершению преступлений в отношении ФИО1 или побудило их к совершению преступлений. Нахождение как подсудимых, так и потерпевшего в состоянии опьянения, сформировало обстановку каждого преступления, но не повлияло на формирование умысла ФИО2 и ФИО3, в связи с чем суд не находит оснований расценивать совершение ФИО2 каждого из преступлений и ФИО3 преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, как отягчающее наказание обстоятельство.

Смягчающими обстоятельствами ФИО2 по каждому из преступлений суд считает: наличие на иждивении двоих малолетних детей, один из которых является инвалидом, ослабленное состояние здоровья матери, оказание помощи близким родственникам (родителям).

По преступлению, предусмотренному ч.4 ст.111 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством суд признает также частичное признание вины, раскаяние в содеянном, путем принесения извинений потерпевшей, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления.

Смягчающими обстоятельствами ФИО3 суд считает: частичное признание вины в ходе предварительного следствия, принесение извинений потерпевшей, активное способствование изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления; его состояние здоровья, по выводам судебно-психиатрического эксперта, состояние здоровья отца, являющегося инвалидом и бабушки, которой оказывал помощь.

По смыслу закона, для признания обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, смягчающим наказание, необходимо выявить наличие двух условий, а именно: факта противоправного либо аморального поведения потерпевшего и его провоцирующее влияние на преступное поведение виновного лица. Однако такого поведения со стороны ФИО1, которое бы явилось непосредственным поводом к преступлениям, судом не усматривается. Данных, подтверждающих такое поведение потерпевшего, материалы дела не содержат.

Суд принимает во внимание, что ФИО2 занят трудом, на учете у психиатра и нарколога не состоит, по работы и по месту жительства соседями характеризуется положительно, мнение потерпевшей, не просившей о назначении подсудимому строгого наказания.

Суд принимает во внимание, что ФИО3 по месту жительства соседями характеризуется положительно, на учете у психиатра не состоит, осуществлял трудовую деятельность, имел от нее доход, мнение потерпевшей, не просившей о назначении подсудимому строгого наказания.

Суд не принимает отрицательные характеристики ФИО2 и ФИО3 по месту жительства, поскольку они не содержат источника получения информации, являются субъективными мнениями участковых уполномоченных.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, личности каждого из подсудимых, суд считает, что исключительные обстоятельства для применения по каждому из преступлений положений ст. 64 УК РФ, а так же ч. 6 ст. 15 УК РФ, ст. 73 УК РФ, отсутствуют, для достижения целей наказания, предусмотренных ч. 2 ст. 43 УК РФ, исправление подсудимых ФИО2 и ФИО3 возможно только при назначении каждому наказания в виде лишения свободы в условиях изоляции от общества, с учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, для восстановления тем самым социальной справедливости и предупреждения совершения ими новых преступлений.

С учетом наличия совокупности смягчающих обстоятельств, суд считает возможным не назначать ФИО2 и ФИО3 дополнительные виды наказания.

При назначении наказания ФИО2 по совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ суд считает необходимым применить принцип частичного сложения назначенных наказаний.

Учитывая, что в период условного осуждения к лишению свободы по приговору Миасского городского суда Челябинской области от 22 декабря 2022 года ФИО2 совершены два умышленных особо тяжких преступления, в соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение подлежит отмене. Окончательное наказание назначается по совокупности приговоров по правилам ст. 70 УК РФ, путем частичного присоединения не отбытой части наказания.

Отбывание наказания ФИО2 и ФИО3 каждому суд назначает в исправительной колонии строгого режима, руководствуясь п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ, суд сохраняет им меру пресечения в виде заключения под стражей, производя зачет срока содержания в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст.72 УК РФ.

Потерпевшей Потерпевший №1 к каждому из подсудимых заявлен гражданский иск о взыскании компенсации морального вреда с ФИО2 в ее пользу в размере 5000000 рублей, с ФИО3 5000000 рублей. В обоснование требований о возмещении компенсации морального вреда потерпевшая указала, что действиями подсудимых ей причинены физические и нравственные страдания, а именно: она испытала шок и продолжает испытывать сильный эмоциональный стресс. Смерть единственного сына является для нее невосполнимой утратой и причиняет ей огромные психологические и душевные страдания. Переживания за утрату сына, сильно сказались на ее физическом здоровье, ей приходится постоянно принимать успокоительные средства и кардиологические препараты.

Потерпевшая (гражданский истец) исковые требования поддержала в полном объеме.

Подсудимый (гражданский ответчик) ФИО2, поддержанный защитником, исковые требования признал частично на сумму 1000000 рублей.

Подсудимый (гражданский ответчик) ФИО3, поддержанный защитником, исковые требования не признал.

Вместе с тем, требования потерпевшей (гражданского истца) о компенсации морального вреда сомнений у суда не вызывают, поскольку потерпевшая безусловно испытала физические и нравственные страдания из-за гибели сына, в результате действий подсудимых. При этом, определяя размер компенсации морального вреда, в соответствии со ст.151 ГК РФ суд принимает во внимание семейное и материальное положение ФИО2 и ФИО3, их возраст, состояние здоровья, их трудоспособность, поведение подсудимых после совершенного преступления; а также степень страданий потерпевшей Потерпевший №1

Принимая во внимание вышеизложенное, а также учитывая требования разумности и справедливости, что определено ст.1101 ГК РФ, суд полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу Потерпевший №1 с ФИО2 в размере 1500000 рублей, с ФИО3 – 1500000 рублей.

Оснований для компенсации морального вреда в ином размере суд не усматривает.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии ст. 81 УПК РФ

Руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы:

по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ сроком на девять лет;

по ч. 4 ст. 111 УК РФ сроком на восемь лет шесть месяцев.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы сроком на тринадцать лет.

В соответствии с ч.5 ст.74 УК РФ отменить условное осуждение, назначенное приговором Миасского городского суда Челябинской области от 22 декабря 2022 года.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Миасского городского суда Челябинской области от 22 декабря 2022 года в размере одного года окончательно назначить ФИО2 к отбытию наказание в виде лишения свободы сроком на четырнадцать лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на девять лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 и ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить в виде заключения под стражей, срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО2 и ФИО3 под стражей - с 23 июля 2024 года до вступления приговора в законную силу зачесть каждому в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскать с ФИО2 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 1500000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей. В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 1500000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей. В остальной части исковых требований отказать.

Вещественные доказательства:

- фрагмент шторы с веществом бурого цвета, смывы вещества бурого цвета на ватной палочке с зеркала и с пола, образцы буккального эпителия ФИО2 и ФИО3, образцы смывов с рук ФИО2 и ФИО3, образцы срезов ногтевых пластин с рук ФИО3, образцы крови от трупа ФИО1, образцы срезов ногтевых пластин с рук от трупа ФИО1, образцы смывов с рук от трупа ФИО1, образцы отпечатков пальцев рук и оттиски ладоней ФИО2 и ФИО3, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г. Миассу СУ СК России по Челябинской области – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, с подачей апелляционных жалобы и представления через Миасский городской суд. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в его апелляционной жалобе.

Председательствующий М.Е. Глухова