Приговор № 2-26/2023 2-9/2024 от 11 марта 2024 г. по делу № 2-26/2023

Дело № 2-9/2024


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 марта 2024 года город Иваново

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего Колосова А.С.,

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Кучеровой А.М.,

с участием: государственных обвинителей Жугина А.В., Шеваловской С.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Козлюка В.А.,

потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, в зарегистрированном браке не состоящего, имеющего среднее образование, являющегося пенсионером, зарегистрированного и до заключения под стражу проживавшего по адресу: <адрес>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, с особой жестокостью при следующих обстоятельствах.

7 мая 2023 года в период с 15 часов 00 минут до 18 часов 30 минут бывшие супруги ФИО1 и ФИО10, находясь по месту жительства по адресу: <адрес>, употребляли спиртные напитки. При этом между ними возник конфликт, в ходе которого ФИО10 тарелкой нанесла удар ФИО1 в область лица, причинив последнему физическую боль. В связи с возникшей в результате указанных действий ФИО10 личной неприязнью, у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на ее убийство, то есть причинение смерти, с особой жестокостью путем ее поджога. При этом ФИО1 осознавал, что избранный им способ лишения жизни причинит бывшей супруге особые мучения и страдания.

Осуществляя задуманное и намереваясь использовать для поджога ФИО10 легковоспламеняющееся вещество, в указанное время ФИО1, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, приискал в помещении указанной квартиры лак для волос марки «<данные изъяты>», после чего, действуя умышленно, реализуя свой преступный умысел, направленный на убийство ФИО10 с особой жестокостью путем ее поджога, распылил на одежду и голову последней содержимое баллончика с лаком для волос и одновременно поджег имеющимися при себе спичками. В результате указанных умышленных действий ФИО1 распыленное им на ФИО10 легковоспламеняющееся вещество, входящее в состав лака для волос, загорелось, после чего загорелись волосы ФИО10 и надетый на ней халат.

При этом ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления последствий в виде смерти ФИО10 и желал наступления указанных последствий.

Вследствие воспламенения волос и халата у ФИО10 образовался термический ожог лица, туловища и конечностей общей площадью около 60% поверхности тела 2–3 степени, ожог слизистой дыхательных путей, которые вызвали опасное для жизни состояние – ожоговый шок тяжелой степени, относящийся к тяжкому вреду здоровью, а также особые мучения и страдания потерпевшей.

Полагая, что его преступный умысел доведен до конца и причиненных потерпевшей ФИО10 повреждений достаточно для наступления ее смерти, ФИО1 сообщил о возгорании ФИО10 соседям, после чего были вызваны врачи скорой медицинской помощи.

7 мая 2023 года в 19 часов 00 минут ФИО10 была доставлена в ОБУЗ «<данные изъяты>», где 8 мая 2023 года скончалась от описанных выше повреждений, полученных в результате умышленных преступных действий ФИО1

Подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления не признал. При этом показал, что с бывшей супругой ФИО10 проживал по адресу: <адрес>. После расторжения брака в 1990-е годы продолжили проживать вместе и вести совместное хозяйство. После выхода на пенсию стали периодически употреблять спиртные напитки. Ранее между ним и ФИО10 возникали конфликты, в ходе которых они наносили друг другу телесные повреждения. В 2023 году таких конфликтов между ними не было. 7 мая 2023 года в дневное время он и ФИО10, находясь у себя дома, распивали спиртное. При этом ФИО10 беспричинно нанесла ему удар тарелкой по щеке, в результате чего тарелка разбилась, а на щеке выступила кровь. После этого он ушел из квартиры, употребил спиртное и уснул в подъезде. Через какое-то время дочь Потерпевший №2 отвела его в квартиру. Около 18 часов они с ФИО10 собрались идти к соседке ФИО11 для того, чтобы выяснить, надо ли возвращать ей стиральную машину, которую та ранее им отдала. ФИО10 причесалась, принесла на кухню лак для волос и попросила нанести его ей на волосы. Самостоятельно она этого сделать не могла из-за травмы руки. С расстояния примерно 40 см он распылил ей на волосы лак. При этом ФИО10 стояла правым боком близко к плите, на которой горела газовая конфорка, и подогревался чайник. После этого он отвернулся от ФИО10, чтобы поставить баллон с лаком, при этом увидел яркий блик на стене. Повернувшись к ФИО10, он увидел, что у той на спине загорелся халат, а потом – волосы на голове. Он толкнул ее к мойке, чтобы попытаться потушить, но ФИО10 оттолкнула его, так как, вероятно, подумала, что это он ее поджег. Он сорвал с ФИО10 часть халата, после чего та побежала к выходу из квартиры, где он нашел ее лежащей на полу. В общей сложности ФИО10 горела около 30 секунд. После этого обратился за помощью к соседям. Самостоятельно медицинскую помощь ФИО10 не оказывал, так как не знал, как это следовало делать. Убежден, что ФИО10 загорелась в результате того, что приблизилась к пламени конфорки газовой плиты.

Как следует из оглашенного в судебном заседании с согласия сторон протокола проверки показаний на месте от 30 октября 2023 года, в ходе указанного следственного действия обвиняемый ФИО1 дал показания, аналогичные вышеприведенным показаниям, данным им в суде. При этом им был продемонстрирован механизм возгорания ФИО10 – в результате воздействия пламени на правую боковую поверхность тела потерпевшей при расположении потерпевшей правой боковой поверхностью тела к источнику открытого горения (газовой плите) и задней поверхностью тела к обвиняемому (т. 3 л.д. 161–167).

В то же время, из оглашенных в связи с существенными противоречиями показаний ФИО1, данных в ходе допроса в качестве подозреваемого 8 мая 2023 года, следует, что 7 мая 2023 года в вечернее время во время распития спиртных напитков с бывшей супругой ФИО10 у него произошел конфликт, поскольку ФИО10 настаивала, чтобы они вернули стиральную машину соседке ФИО11, которая раньше им ее отдала, а он не хотел этого делать. При этом они высказывали взаимные оскорбления. Кроме того, ФИО10 взяла со стола в правую руку десертную тарелку белого цвета и ударила этой тарелкой ему в область лица слева, в результате чего тарелка разбилась, а из нижней губы у него потекла кровь. Он встал из-за стола и пошел в ванную комнату, где стал умываться. Находясь в ванной комнате, он взял из шкафчика лак для волос, которым пользовалась ФИО10, и вернулся в кухню. Желая припугнуть ФИО10, он, держа в правой руке баллончик с лаком для волос, нажал на кнопку, и в течение примерно минуты распылял лак в область ее груди и живота. После этого он либо поджег ФИО10 с помощью спичек, либо ФИО10 загорелась в результате того, что закурила сигарету. Убивать ФИО10 он не хотел (т. 4 л.д. 2–7).

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого 9 мая 2023 года, ФИО1 дал аналогичные показания, уточнив, что, распыляя в направлении ФИО10 лак для волос, поджег его спичкой, в результате чего та загорелась (т. 4. д. 15–20).

Кроме того, из протокола проверки показаний на месте от 9 мая 2023 года, оглашенного в судебном заседании в связи с существенными противоречиями, следует, что в ходе указанного следственного действия обвиняемый пояснил, что 7 мая 2023 года с бывшей супругой ФИО10 совместно употребил около 1–2 литров водки. Во время конфликта с ней «психанул», «сорвался». Когда бывшая жена бросила в него тарелкой и рассекла губу, и он пошел в ванную смыть кровь, принял решение «припугнуть жену пламенем». Из ящика в ванной он взял металлический баллон с лаком и вернулся на кухню. ФИО10 сидела на стуле за столом, курила. Между ними вновь произошла словесная перепалка. После этого ФИО10 встала, а он зажег спичку и стал распылять из баллона лак, направив появившееся пламя на ФИО10, в результате чего та загорелась. Он попытался потушить ее, но это ему не удалось. ФИО10 закричала от боли, выбежала из кухни и легла у порога квартиры. После этого он позвал на помощь соседей и навел порядок на кухне: смел веником мусор и сложил его в ведро. Содеянное объяснил негативным воздействием алкоголя. Причинить ФИО10 смерть не желал, хотел лишь ее напугать. Поднося спичку к струе аэрозоля, он знал, что она воспламенится, так как раньше уже пробовал так делать. Кроме того, в ходе указанного следственного действия ФИО1 был продемонстрирован механизм распыления воспламенившейся жидкости в направлении ФИО10: на переднюю поверхность тела потерпевшей при распылении аэрозоля с расположением потерпевшей передней поверхностью тела к обвиняемому и, соответственно, к воздействовавшему пламени (т. 4 л.д. 22–54).

Поясняя причину противоречий в показаниях, подсудимый ФИО1 заявил, что в ходе следственных действий, состоявшихся 8 и 9 мая 2023 года, оговорил себя, так как из-за смерти жены находился в стрессовом, подавленном состоянии, плохо помнил произошедшие события. Говорил то, что, по его мнению, хотели от него услышать сотрудники правоохранительных органов. При этом какого-либо незаконного воздействия на него с их стороны не оказывалось. Настаивал, что достоверные показания были даны им в ходе проверки показаний на месте 30 октября 2023 года, а также в суде.

Несмотря на вышеизложенную позицию подсудимого, его вина в совершении преступления объективно подтверждается показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями судебных экспертиз, иными документальными данными по делу.

Из показаний потерпевшей Потерпевший №2, данных в суде, а также показаний, полученных в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 160–165, 166–171, 175–180), достоверность которых потерпевшая подтвердила в судебном заседании, следует, что подсудимый ФИО1 и погибшая ФИО10 являются ее родителями. Родители проживали по адресу: <адрес>. Она со своей семьей проживает в соседнем подъезде того же дома. Несмотря на то, что официально родители были разведены, они продолжали проживать вместе и вести совместное хозяйство. Родители злоупотребляли спиртными напитками, при этом между ними часто возникали конфликты, как правило, из-за того, что мать ревновала отца к другим женщинам. В ходе конфликтов родители наносили друг другу телесные повреждения. В 2022 год между родителями произошел конфликт, в ходе которого у ФИО10 при неизвестных ей обстоятельствах образовались ожоги в области таза и ног. 7 мая 2023 года примерно в 15 часов она, получив сообщение от сына – ФИО14, обнаружила ФИО1, находившегося в состоянии сильного алкогольного опьянения, лежащим на полу в подъезде его дома. Она помогла Потерпевший №1 подняться в квартиру. В это время из магазина вернулась ФИО10, также находившаяся в состоянии алкогольного опьянения, которая принесла бутылку водки. После этого, погуляв с собакой, она оставила родителей в квартире и ушла домой. Вечером около 18 часов позвонил сосед ее родителей – ФИО43 и сообщил, что чувствует запах гари из квартиры родителей. Она пошла к родителям и обнаружила, что в комнате на диване лежит ФИО10, у которой имелись множественные ожоги по всему телу, обгорели волосы. Она вызвала скорую помощь. ФИО1, находившийся на кухне, сказал ей, что в ходе произошедшего конфликта ФИО10 из какого-то баллончика хотела облить его, но ФИО1 перенаправил данный баллончик на ФИО10, в результате чего произошло возгорание. В квартиру также пришли ФИО38, ФИО39 и ФИО40, ее сожитель ФИО42 и брат – Потерпевший №1. Приехавшие врачи оказали ФИО10 первую медицинскую помощь, после чего отвезли ее в ОБУЗ «<данные изъяты>», где в 11 часов 8 мая 2023 года мать скончалась.

Потерпевший Потерпевший №1 показал в суде, что подсудимый ФИО1 является его отцом, погибшая ФИО10 являлась его матерью. Родители проживали по адресу: <адрес>. На протяжении нескольких последних лет родители стали злоупотреблять спиртными напитками, при этом между ними случались скандалы, доходило до драки. 7 мая 2023 года в вечернее время ему позвонила сестра Потерпевший №2 и сообщила, что мать сильно обгорела, после чего из г. Иваново, где он проживает с семьей, он приехал в <данные изъяты>. Встретившие его ФИО44 и ФИО45 сказали, что наложили матери повязки. Также в квартире родителей находились Потерпевший №2 и ФИО46. В комнате он увидел мать, на теле которой были многочисленные ожоги, остатки обгоревшей одежды. На голове также были ожоги, волосы обгорели. Он прошел на кухню и, сказав: «Ну что, допились?!», ударил отца, который сидел за столом, рукой по лицу. На кухне на полу он увидел клочья обгорелых волос, копоть на полу, потолке и холодильнике. Вместе с приехавшими врачами они отнесли мать в автомобиль скорой помощи. На следующий день, 8 мая 2023 года, ФИО10 скончалась в больнице.

Как следует из показаний свидетеля ФИО12, данных в суде, а также показаний, данных в ходе предварительного следствия (т. 2 л.д. 14–17), достоверность которых свидетель подтвердил в судебном заседании, в 2023 году он проживал по адресу: <адрес>. В <адрес> по соседству с ним проживали Сальниковы Алексей и ФИО47. С-вы злоупотребляли спиртными напитками, конфликтовали между собой, к ним неоднократно приезжала полиция. 7 мая 2023 года около 18 часов он вернулся домой с работы. Выйдя из ванной, он услышал стук в дверь. Открыв дверь, он увидел ФИО1, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, который сказал: «Вызывай пожарных!». На лестничной площадке он увидел дым, почувствовал запах гари. Забежав в квартиру ФИО35, на кухне на полу он увидел фрагменты обгоревшего халата, а через дверной проем в помещении зала – сидящую на полу и облокотившуюся на диван ФИО48, на шее и спине которой имелись большие волдыри от ожогов. На его вопрос: «Что ты наделал?» ФИО1 ответил, что обнаружил ее в таком состоянии. Выйдя из квартиры, он позвонил и сообщил о случившемся ФИО49 – мужу дочери С-вых. Спустя непродолжительное время в квартиру пришли ФИО50 и ФИО5, после чего он покинул квартиру.

Свидетель ФИО13, состоящий с потерпевшей Потерпевший №2 в фактических брачных отношениях, в ходе предварительного следствия показал, что проживает в <адрес>. 7 мая 2023 года в вечернее время ему позвонил знакомый ФИО51 и пояснил, что в квартире у родителей Потерпевший №2 – ФИО1 и ФИО52 пахнет горелым. Вместе с Потерпевший №2 они пришли в квартиру С-вых. ФИО10 лежала на диване, у нее были многочисленные повреждения в виде ожогов, ФИО1 находился на кухне. Они помогли погрузить ФИО10 в автомобиль скорой помощи, после чего та была доставлена в ОБУЗ «<данные изъяты>». ФИО1 и ФИО53 злоупотребляли алкоголем, у них бывали скандалы (т. 2 л.д. 152–155).

Внук подсудимого ФИО1 и погибшей ФИО10 – несовершеннолетний свидетель ФИО14 показал в ходе предварительного следствия, что 7 мая 2023 года около 15 часов он пошел навестить ФИО1 и ФИО54 которые злоупотребляли спиртными напитками. Зайдя в подъезд на лестничной площадке второго этажа, он увидел лежащего на спине в бессознательном состоянии ФИО1 Он сделал фотографию ФИО1 и отправил матери – Потерпевший №2, после чего пошел домой. Вечером около 18 часов он пришел в квартиру ФИО1 и ФИО55, поскольку ему кто-то сказал, что бабушка обгорела. Однако ему сказали выйти и не смотреть, в связи с чем он ушел домой. Будучи в состоянии алкогольного опьянения бабушка и дедушка ссорились и ругались (т. 2 л.д. 130–138).

Свидетель ФИО15 показала в суде, что погибшая ФИО10 приходилась ей теткой. 7 мая 2023 года ей позвонила двоюродная сестра Потерпевший №2, попросила прийти в квартиру родителей, сказав, что ФИО10 получила ожоги. Вместе с братом ФИО27, в гостях у которого она находилась, взяв с собой медикаменты, они пришли в квартиру С-вых, где на диване увидели лежащую на боку ФИО10 со следами ожогов на всем теле и голове и остатками обгорелой одежды теле. Вместе с братом они наложили ФИО10 противоожоговые салфетки. ФИО1 в это время находился на кухне. Приехавшая скорая помощь увезла ФИО10 в больницу. Ранее, около 15 лет назад, у ФИО10 сгорели волосы, при этом та говорила, что их поджег ФИО1

Как следует из показаний свидетеля ФИО27, данных в суде, а также в ходе предварительного следствия (т. 2 л.д. 26–29), они аналогичны вышеприведенным показаниям его сестры – свидетеля ФИО15 При этом свидетель сообщил, что ФИО1 и ФИО56 злоупотребляли алкоголем, могли подраться. Также со слов родственников ему известно о случае, когда ФИО1 поджег волосы ФИО10

Из показаний супруги свидетеля ФИО27 – свидетеля ФИО27 следует, что по своему содержанию они аналогичны показаниям свидетелей ФИО15 и ФИО27 При этом свидетель сообщила, что когда 7 мая 2023 года она находилась в квартире С-вых, слышала, как ФИО1, находясь на кухне, неоднократно повторял: «Вспыхнула как свечка и побежала, а я ее тушил».

Как следует из показаний свидетеля ФИО11, данных в суде, а также показаний указанного свидетеля, полученных в ходе предварительного следствия (т. 2 л.д. 55–62, 63–70), она проживает в <адрес> в соседнем подъезде с С-выми А.А. и ФИО57. У С-вых были хорошие отношения, но случались конфликты, в том числе на почве ревности. 7 мая 2023 года в первой половине дня она была в гостях у С-вых. Втроем они употребляли спиртное, общались на разные бытовые темы. Каких-либо конфликтов между ними не было. Около часа дня она вернулась домой. Об обстоятельствах получения ФИО10 ожогов в вечернее время 7 мая 2023 года ей ничего неизвестно. Ранее она бесплатно отдала С-вым свою стиральную машину. При этом 7 мая 2023 года возвратить ей указанную машину она не просила, конфликтов по этому поводу с ФИО10 у нее не было.

Из показаний свидетеля ФИО17, данных в судебном заседании, а также показаний указанного свидетеля, полученных в ходе предварительного следствия (т. 2 л.д. 45–54), следует, что ФИО1 и ФИО58 являлись его соседями, которые проживали в <адрес>. С-вы злоупотребляли спиртными напитками, между ними случались конфликты. Ранее он неоднократно давал ФИО1 деньги взаймы. 7 мая 2023 года во второй половине дня к нему в дверь квартиры постучал ФИО1 Он открыл дверь и спросил, что тот хотел, но в этот момент открылась дверь квартиры С-вых, и ФИО10 оттуда крикнула: «Ничего ему не давай!», после чего он закрыл дверь. Примерно через час после этого к нему в дверь квартиры опять постучал ФИО1, который попросил его вызвать скорую помощь. Он ответил, что у него нет номера телефона скорой помощи и закрыл дверь.

Как следует из оглашенных с согласия сторон показаний свидетелей ФИО18 (т. 2 л.д. 139–145), ФИО19 (т. 2 л.д. 123–129), ФИО20 (т. 2 л.д. 156–158), ФИО21 (т. 2 л.д. 159–161), указанные лица являлись соседями ФИО1 и ФИО59 ФИО1 и ФИО60 в последнее время злоупотребляли спиртными напитками, при этом между ними случались конфликты.

Аналогичные показания в ходе предварительного следствия дал и муж сестры подсудимого ФИО1 – свидетель ФИО22 (т. 2 л.д. 38–41).

Как следует из показаний фельдшера ОБУЗ «<адрес>» свидетеля ФИО23, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании, 7 мая 2023 года по поступившему в 18 ч. 19 мин. вызову в составе дежурной бригады она прибыла по адресу: <адрес>. В комнате на кровати она обнаружила женщину – ФИО10, волосы на голове которой были сожжены, практически все тело было покрыто раневой ожоговой поверхностью, чувствовался запах алкоголя изо рта. О причинах произошедшего женщина не сообщила. ФИО10 была оказана медицинская помощь, и она была доставлена в хирургическое отделение ОБУЗ «<данные изъяты>» (т. 2 л.д. 96–102).

Как следует из показаний врача общепрофильной бригады ОБУЗ «<данные изъяты>» ФИО24, по своему содержанию они аналогичны показаниям свидетеля ФИО23 (т. 2 л.д. 103–109).

Из показаний врача-хирурга по оказанию экстренной помощи ОБУЗ «<данные изъяты>» свидетеля ФИО25, данных в суде, а также в ходе предварительного следствия (т. 2 л.д. 82–87, 89–94) следует, что во время очередного дежурства 7 мая 2023 года в 19 часов 15 минут в приемное отделение поступила ФИО10 с термическими ожогами пламенем головы, шеи, туловища, обеих верхних и нижних конечностей, 1, 2, 3 степени общей площадью 55–60% процентов, а также отеком верхних дыхательных путей. ФИО10 была в сознании и пояснила, что ожоги получила в результате того, что ее поджег ее муж (сожитель). После обработки ожоговых ран и наложения повязок пациентка была госпитализирована в отделение реанимации.

Как показала в ходе предварительного следствия врач анестезиолог-реаниматолог ОБУЗ «<данные изъяты>» ФИО26 8 мая 2023 года она находилась на дежурстве, в 10 часов 30 минут произошла остановка сердца пациента ФИО10, а в 11 часов 00 минут была констатирована ее биологическая смерть (т. 2 л.д. 117–122).

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от 7 мая 2023 года осмотрено помещение <адрес>, зафиксирована обстановка на месте происшествия. В ходе осмотра изъяты: фрагмент ткани со следами термического воздействия, обнаруженный в кастрюле, находившейся в раковине на кухне, фрагмент ткани со следами термического воздействия, обнаруженный на полу комнаты возле дивана, фрагмент волос, обнаруженный на полу у входа в комнату, баллончик с освежителем воздуха «<данные изъяты>», объемом 300 мл, обнаруженный в мусорном ведре в туалете, баллончик с лаком для волос «<данные изъяты>», объемом 200 мл, обнаруженный в подвесном шкафу над мойкой в ванной комнате (т. 1 л.д. 73–82).

В ходе дополнительного осмотра места происшествия, проведенного 8 мая 2023 года по тому же адресу, изъяты: металлическая пробка с надписью «<данные изъяты>», смыв с пятна около холодильника, наложения волос и обгоревшей кожи с холодильника, наложения копоти с тумбы раковины, наложения копоти, волос с газовой плиты, две пустые бутылки из-под водки из мусорного ведра, веник, обгоревшая бумага, коробок спичек, простынь с наложениями копоти из комнаты, обгоревшие фрагменты из комнаты на полу возле серванта (т. 1 л.д. 90–121).

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от 12 мая 2023 года, вновь проведенного по указанному адресу изъяты: четыре стопки, штаны камуфлированной расцветки, разбитая тарелка, лампадное масло, смыв с двери с кухни, смыв с дверной коробки в кухне, смыв с дверной арки в комнате, смыв с левой стены в помещении комнаты, смыв с дивана в комнате (т. 1 л.д. 123–140).

Содержание указанных протоколов осмотра места происшествия полностью соответствуют сведениям об обстановке на месте происшествия, которые сообщили суду в своих показаниях потерпевшие Потерпевший №2, Потерпевший №1, свидетели ФИО13, ФИО27, ФИО27, ФИО15, ФИО12

При проведении осмотра трупа ФИО10 8 мая 2023 года изъяты: смывы с правой и левой кистей рук, области лба, правого плеча, правого бедра, срезы волос с теменной и лобно-теменной области (т. 1 л.д. 142–155).

В ходе осмотра предметов, проведенного 23 ноября 2023 года, вышеуказанные предметы были осмотрены (т. 3 л.д. 169–184), а постановлением от той же даты – признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 3 л.д. 185–186).

Из показаний врача психиатра-нарколога ОБУЗ «<адрес>» свидетеля ФИО28 следует, что 7 мая 2023 года в связи с направлением, составленным сотрудником МО МВД России «Ивановский», ею проводилось медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО1, в ходе которого с помощью прибора «алкометр» при первоначальном измерении был получен результат 1,234 миллиграмм этилового спирта на литр выдыхаемого воздуха, при повторном измерении – 1,410 миллиграмм на литр выдыхаемого воздуха, то есть у ФИО1 было установлено состояние алкогольного опьянения (т. 2 л.д. 110–116).

Показания указанного свидетеля подтверждаются исследованным судом актом медицинского освидетельствования от 7 мая 2023 года №, из содержания которого следует, что у ФИО1 по состоянию на 21 час 10 минут было установлено состояние алкогольного опьянения (т. 1 л.д. 56).

Как следует из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля ФИО29, он работает в должности инженера-программиста ОБУЗ «<адрес>». 7 мая 2023 года в указанном учреждении проводилось медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, видеозапись которого находится у него в распоряжении (т. 2 л.д. 146–151).

В ходе проведенной 25 октября 2023 года выемки у свидетеля ФИО29 был изъят оптический носитель, на котором содержится видеозапись проведения медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения от 7 мая 2023 года (т. 2 л.д. 173–179)

В судебном заседании осмотрен оптический носитель, изъятый в ходе выемки 25 октября 2023 года у свидетеля ФИО29, на котором содержится указанная видеозапись. В судебном заседании при проведении осмотра указанной видеозаписи подсудимый ФИО1 пояснил, что действительно в ходе освидетельствования сообщил врачу-наркологу, что умышленно распылил в сторону бывшей супруги содержимое баллончика с лаком для волос и поджег его, после чего ФИО10 загорелась. При этом подсудимый пояснил, что указанная информация не соответствует действительности, и он умышленно сообщил ее врачу-наркологу, так как та, по его мнению, проявляла излишнее любопытство.

Результаты осмотра указанной видеозаписи в ходе судебного следствия полностью соответствуют результатам ее осмотра в ходе предварительного следствия, проведенного 12 ноября 2023 года (т. 2 л.д. 180–185).

Постановлением от 12 ноября 2023 года оптический носитель, содержащий видеозапись медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения, признан вещественным доказательством и приобщен к материалам уголовного дела (т. 2 л.д. 186).

Согласно заключению эксперта от 7 июня 2023 года №, по результатам проведения данных судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО10 установлено, что у погибшей имелись следующие телесные повреждения: а) термический ожог пламенем лица, туловища и конечностей общей площадью около 60% поверхности тела 2–3 степени, ожог слизистой верхних дыхательных путей, который образовался от воздействия пламени; указанные повреждения вызвали развитие опасного для жизни состояния – ожогового шока тяжелой степени и по этому признаку относятся к тяжкому вреду здоровью (согласно Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным Постановлением Правительства РФ № 522 от 17 августа 2007 года), и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти пострадавшей; б) ссадины в области правого коленного сустава и на правой голени, образовавшиеся от воздействий тупых твердых предметов, не причинившие вреда здоровью; в) алкогольная интоксикация (концентрация этилового спирта в крови, взятой из трупа, – 1,0 промилле), возникшая вследствие употребления спиртных напитков, не расценивающаяся как вред здоровью. Учитывая характер травмы и степень опьянения пострадавшей, выраженность и динамику клинических проявлений, не исключена способность ФИО10 к совершению целенаправленных действий, в том числе к передвижению, в течение короткого промежутка времени (до потери сознания) после получения повреждений. Смерть ФИО10 наступила 8 мая 2023 года от термического ожога пламенем лица, туловища и конечностей общей площадью около 60% поверхности тела 2–3 степени с развитием ожогового шока тяжелой степени. Имевшиеся у ФИО10 хронические заболевания к причине ее смерти отношения не имеют (т. 2 л.д. 193–197).

В судебном заседании судебно-медицинский эксперт ФИО30 вышеприведенные выводы, содержащиеся в заключении от 7 июня 2023 года №, полностью подтвердил, пояснив, что имевшиеся у потерпевшей ожоги относятся к тяжкому вреду здоровью как опасные для жизни, в связи с чем получение подобных ожогов в большинстве случае заканчивается летальным исходом независимо от последующей медицинской помощи. Каких-либо объективных данных, которые бы указывали на дефекты оказания медицинской помощи потерпевшей, в ходе экспертного исследования выявлено не было.

Согласно заключению медико-криминалистической судебной экспертизы от 16 ноября 2023 года №, установлено, что возможность образования телесных повреждений в виде термического ожога у потерпевшей ФИО10 при механизме, указанном обвиняемым ФИО1 в ходе допросов 8 и 9 мая 2023 года и при проверке показаний на месте 9 мая 2023 года, – в результате воздействия пламени на переднюю поверхность тела потерпевшей при распылении аэрозоля с расположением потерпевшей передней поверхностью тела к обвиняемому и, соответственно, к воздействовавшему пламени, – не исключается. Возможность образования телесных повреждений в виде термического ожога у потерпевшей ФИО10 при механизме, указанном обвиняемым ФИО1 при проверке показаний на месте 30 октября 2023 года, – в результате воздействия пламени на правую боковую поверхность тела потерпевшей при расположении потерпевшей правой боковой поверхностью тела к источнику открытого горения (газовой плите) и задней поверхностью тела к обвиняемому, – исключается (т. 3 л.д. 161–167).

Таким образом, приведенное заключение эксперта подтверждает достоверность механизма нанесения потерпевшей ФИО10 телесных повреждений, продемонстрированного ФИО1 при проверке показаний на месте 9 мая 2023 года (т. 4 л.д. 22–54), и опровергает сформулированную в ходе проверки показаний на месте 30 октября 2023 года (т. 3 л.д. 161–167) и в судебном заседании версию подсудимого о случайном возгорании потерпевшей от зажженной конфорки газовой плиты.

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы от 19 мая 2023 года № у ФИО1 имелись кровоподтеки на слизистой нижней губы слева, на передней поверхности грудной клетки, на правом плече, на спине, на левом плече, в проекции левого локтевого сустава; ссадины на лице, на левом предплечье, на правом плече, на правом предплечье; раны на лице, на левом предплечье, на правом предплечье; термические ожоги правого бедра, правой кисти, левой кисти 1–2 степени общей площадью около 2%. Кровоподтеки и ссадина в области спинки носа, раны на лице, на задней поверхности левого предплечья в верхней трети, на задней поверхности правого предплечья в верхней трети образовались в результате воздействий тупых предметов. Ссадины линейной формы незначительной ширины (царапины) могли образоваться в результате воздействия как тупого предмета с ограниченной контактной поверхностью, так и острого предмета при касательном воздействии. Термические ожоги могли образоваться от воздействия пламени. Все телесные повреждения имели давность 3–7 суток на момент осмотра в бюро СМЭ 12 мая 2023 года. Кровоподтеки и ссадины согласно п. 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приложение к приказу МЗ СР РФ № 194Н от 24 апреля 2008 года) относятся к категории повреждений, не причинивших вреда здоровью. Согласно п. 8.1. Медицинских критериев, ожоги и раны квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (т. 2 л.д. 215–217).

Вышеприведенное заключение, по мнению суда, подтверждает показания подсудимого о нанесении ему 7 мая 2023 года погибшей ФИО10 удара тарелкой в область лица, о предпринятых им попытках к тушению ФИО10 после ее возгорания, а также подтверждают показания потерпевшего ФИО1 о нанесении им удара подсудимому в область лица после его прибытия в квартиру родителей.

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы вещественных доказательств от 14 ноября 2023 года №, согласно которому волосы, изъятые с места происшествия, являются волосами человека, подвергшимися действию высокой температуры (около 200 градусов Цельсия). В результате сравнения указанных волос с образцами волос с головы трупа ФИО10 обнаружено их сходство по основным морфологическим признакам, что не исключает возможности происхождения волос, изъятых с места происшествия, с головы ФИО10 (т. 3 л.д. 108–110).

В ходе следственного эксперимента 23 ноября 2023 года с участием специалиста были исследованы горючие свойства лака для волос и освежителя воздуха. В результате поднесения горящей спички к распыляемому содержимому освежителя установлено, что содержимое освежителя воздуха не воспламеняется. При поднесении горящей спички распыляемому содержимому баллончика с лаком для волос происходит его возгорание, которое сохраняется в течение нескольких секунд и после того, как от распыляемого вещества был убран источник огня (т. 2 л.д. 162–170).

Вышеприведенные результаты следственного эксперимента подтверждают достоверность механизма причинения подсудимым ФИО1 телесных повреждений потерпевшей, который был им описан и продемонстрирован в ходе допроса в качестве обвиняемого и проверки показаний на месте 9 мая 2023 года (т. 4 л.д. 15–20, 22–54).

Иные представленные стороной государственного обвинения доказательства, по мнению суда, не имеют отношения к обстоятельствам, подлежащим доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ.

По ходатайству стороны защиты к материалам дела были приобщены копии медицинских документов, из которых следует, что у потерпевшей ФИО10 имелись следующие травмы и заболевания: консолидированный перелом хирургической шейки правой плечевой кости; деформирующий остеоартроз правого плечевого, правого акромиально-ключичного суставов I степени.

Оценивая имеющиеся по делу доказательства, суд исходит из следующего.

Суд критически оценивает показания подсудимого ФИО1, данные в суде, о его непричастности к причинению смерти ФИО10 Выдвинутая подсудимым на завершающей стадии предварительного расследования, а также в суде версия о возгорании одежды и волос ФИО10 вследствие ее неосторожного прикосновения к открытому пламени конфорки газовой плиты опровергается исследованными в ходе судебного следствия доказательствами.

Наиболее достоверными суд признает показания, данные подсудимым в ходе допроса в качестве обвиняемого и проведения проверки показаний на месте 9 мая 2023 года, согласно которым в ходе конфликта, будучи обозленным на бывшую супругу, он зажег спичку и распылил на стоявшую напротив него ФИО10 содержимое баллона с лаком для волос, в результате чего на той воспламенилась одежда.

Вопреки доводам защитника, непоследовательности либо противоречивости в содержании указанных показаний суд не усматривает.

Данные показания подсудимого подтверждаются заключением медико-криминалистической судебной экспертизы от 16 ноября 2023 года № (т. 3 л.д. 161–167), согласно которому возможность образования у потерпевшей ФИО10 телесных повреждений при механизме, указанном ФИО1 в ходе проверки показаний на месте 9 мая 2023 года не исключается, в то время как возможность образования указанных телесных повреждений при механизме, указанном ФИО1 на завершающей стадии предварительного следствия (который полностью соответствует механизму образования у потерпевшей телесных повреждений, описанному подсудимым в суде), – исключается.

Кроме того, показания, данные подсудимым 9 мая 2023 года, подтверждаются и показаниями врача-хирурга по оказанию экстренной помощи ОБУЗ «<данные изъяты>» ФИО25, из которых следует, что ФИО10 сообщила ему о получении ожогов в результате того, что ее поджег ее муж (сожитель). При этом оснований для оговора подсудимого со стороны свидетеля ФИО25 суд не усматривает. Также малоубедительным суд находит довод стороны защиты о том, что ФИО10 имела склонность к распространению недостоверных сведений о бывшем супруге. Указанные утверждения суд находит голословными и не подтвержденными материалами уголовного дела.

Довод подсудимого о том, что, давая показания 8 и 9 мая 2023 года, он плохо помнил произошедшее, и детально вспомнил все события, имевшие место 7 мая 2023 года, лишь спустя несколько месяцев, находясь в СИЗО, суд расценивает как надуманный, поскольку он противоречит общеизвестным свойствам памяти головного мозга, а также принципам запоминания, сохранения и воспроизведения им информации.

С учетом изложенного, суд признает недостоверными и отвергает показания подсудимого ФИО1, данные в суде, а также при проверке показаний на месте 30 октября 2023 года, расценивая их как форму защиты.

При этом показания, данные подсудимым в ходе допроса в качестве обвиняемого и проверки показаний на месте 9 мая 2023 года, с учетом вышеизложенных обстоятельств суд признает достоверными и полагает возможным положить их в основу обвинительного приговора. Указанные показания были даны подсудимым в присутствии адвоката в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Признаков самооговора со стороны подсудимого суд не усматривает. Кроме того, сам подсудимый указал на отсутствие фактов оказания на него какого-либо физического или психического воздействия со стороны сотрудников правоохранительных органов, а также иных лиц при проведении указанных следственных действий и, соответственно, на добровольный характер дачи им указанных показаний.

Суд не соглашается с доводом защитника Козлюка В.А. о том, что признательные показания подсудимого, данные им 9 мая 2023 года, не могут быть положены в основу обвинения. Согласно ч. 2 ст. 77 УПК РФ, признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств. Учитывая, что признательные показания подсудимого ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, подтверждены вышеприведенной совокупностью исследованных по делу доказательств, каких-либо препятствий в их использовании при установлении вины подсудимого не имеется.

Довод стороны защиты об отсутствии у подсудимого мотива для совершения преступления суд находит необоснованным. Как было установлено в ходе судебного следствия, непосредственно перед совершением преступления между ФИО1 и ФИО10 произошел конфликт, в ходе которого ФИО10 совершила в отношении подсудимого противоправные и аморальные действия – высказала в его адрес оскорбления и нанесла ему удар тарелкой в область лица, в результате чего у подсудимого в связи с неприязнью к бывшей супруге возник умысел на ее убийство. Кроме того, родственники, близкие и соседи подсудимого, допрошенные в качестве потерпевших и свидетелей, пояснили, что между ФИО2 систематически происходили конфликты, в ходе которых те наносили друг другу телесные повреждения.

Таким образом, суд полагает установленным и доказанным, что мотивом совершения преступления явилась неприязнь к ФИО10, вызванная противоправными и аморальными действиями последней.

По результатам судебного следствия суд пришел к однозначному выводу о необходимости квалификации действий подсудимого как убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку.

По смыслу ст. 25 УК РФ, если виновный, совершая общественно опасное деяние, осознает неизбежность наступления общественно опасных последствий, содеянное им может быть признано совершенным только с прямым умыслом. Учитывая, что подсудимый ФИО1, являясь интеллектуально и эмоционально сформировавшимся, психически здоровым человеком, распыляя с близкого расстояния в направлении головы и тела потерпевшей легковоспламеняющееся вещество и одновременно поджигая его, должен был осознавать неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшей, что однозначно свидетельствует о том, что, совершая указанные действия, направленные на причинение вреда ФИО10, подсудимый действовал с прямым умыслом на совершение ее убийства.

При этом то обстоятельство, что смерть потерпевшей наступила в больнице, а не на месте совершения преступления, не влияет на юридическую оценку содеянного подсудимым, поскольку в ходе производства по делу было достоверно установлено, что смерть потерпевшей ФИО10 наступила в результате ожогового шока тяжелой степени, который был вызван термическими ожогами пламенем лица, туловища и конечностей, то есть явилась прямым следствием умышленных действий подсудимого.

С учетом вышеприведенных обстоятельств оснований для квалификации действий ФИО1 как причинения смерти по неосторожности по ст. 109 УК РФ не имеется.

Также суд не усматривает признаков добровольного отказа со стороны ФИО1 от совершения убийства ФИО10 после ее поджога. Действия ФИО1, связанные с попыткой потушить ФИО10, а также обращением к соседям за помощью, с учетом характера причиненных потерпевшей телесных повреждений были несоразмерны ранее совершенным им действиям, направленным на ее убийство, и неспособны предотвратить наступление общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшей, что, по мнению суда, бесспорно свидетельствует об отсутствии в действиях подсудимого такого обязательного признака добровольного отказа как его своевременность.

Кроме того, по смыслу уголовного закона, применительно к составам преступлений с материальной конструкцией, к которым относится и убийство, сам по себе факт наступления общественно опасных последствий в результате совершенного виновным общественно опасного деяния исключает возможность оценки его действий как добровольного отказа от преступления.

Вопреки позиции стороны защиты, в ходе судебного следствия нашел свое подтверждение и особо жестокий способ совершенного ФИО1 убийства, а также факт осознания подсудимым указанного обстоятельства при совершении преступления. Так, об особой жестокости совершенного преступления свидетельствует сам выбранный подсудимым способ убийства – сожжение заживо, который неизбежно причиняет потерпевшему сильную боль, мучения и страдания.

Довод защитника Козлюка В.А., о том, что нахождение потерпевшей в состоянии алкогольного опьянения снижает порог болевой чувствительности от ожогов (о чем сообщил в суде судебно-медицинский эксперт ФИО30) и, как следствие, исключает квалификацию действий подсудимого как совершенных с особой жестокостью, отвергается судом как необоснованный. Так, причинение потерпевшей термических ожогов 2–3 степени лица, туловища и конечностей общей площадью около 60% при условии нахождения потерпевшей в сознании как непосредственно в момент получения ожогов, так и в течение ряда последующих часов до введения ее в медикаментозный сон, по мнению суда, бесспорно свидетельствует о том, что потерпевшая при этом испытывала исключительно сильную боль и страдания. При этом, вопреки доводу защитника, эксперт ФИО30 пояснил лишь о некотором снижении болевого порога у лица, находящегося в состоянии опьянения, которое позволяет ему выполнить больший объем активных действий после получения подобных ожогов, а не о полном отсутствии боли в результате их получения.

Представленные стороной защиты медицинские документы, подтверждающие наличие у ФИО10 заболеваний и травм правого плеча, вследствие которых, как указал подсудимый, та не могла самостоятельно наносить лак на волосы, по мнению суда, не могут свидетельствовать о невиновности подсудимого в совершении инкриминируемого ему преступления.

Не может, по мнению суда, свидетельствовать о необоснованности предъявленного подсудимому обвинения и довод защитника о недоказанности получения подсудимым телесных повреждений, описанных в заключении судебно-медицинской экспертизы от 19 мая 2023 года №, в результате удара тарелкой по лицу со стороны ФИО10 Так, вышеуказанным заключением эксперта установлено, что у ФИО1 на лице имелись следующие повреждения: на нижней губе слева рана с неровными краями, тупыми концами, с тусклым западающим дном 1х0,8х0,2 см; на слизистой нижней губы слева кровоподтек неправильной формы синюшного цвета размером 1,3х1 см; в области спинки носа ссадина неправильной формы 0,2х0,4 см. С учетом множественности имевшихся у подсудимого на лице повреждений, суд приходит к выводу об их образовании как от удара тарелкой, нанесенного ФИО10, так и от удара кулаком, нанесенного подсудимому потерпевшим ФИО1

Довод стороны защиты о длительности промежутка времени, прошедшего с момента нанесения ФИО10 указанного удара и ее возгоранием, опровергается как первоначальными последовательными показаниями подсудимого ФИО1, так и показаниями потерпевшей Потерпевший №2, согласно которым она обнаружила отца, находившегося в состоянии сильного алкогольного опьянения, лежащим на лестничной площадке около 15 часов 7 мая 2023 года, после чего отвела его домой. При этом о наличии у ФИО1 каких-либо повреждений в области лица потерпевшая Потерпевший №2 не сообщила.

Вопреки доводу защитника, оснований не доверять заключению медико-криминалистической судебной экспертизы от 16 ноября 2023 года № у суда не имеется. Указанное экспертное исследование проведено высококвалифицированным экспертом, который был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В заключении приведены использовавшиеся экспертом методы исследования, подробно изложена исследовательская часть. Выводы, приведенные в заключении, изложены ясно, непротиворечиво и содержат ответы на все поставленные перед экспертом вопросы. С учетом изложенного, неполноты либо необоснованности в содержании и выводах указанного заключения, а также оснований для допроса эксперта ФИО31 в суде, на чем настаивала сторона защиты, суд не усматривает. Также, вопреки доводу стороны защиты о недостаточности указанного заключения эксперта для вывода о виновности подсудимого в совершении инкриминируемого ему преступления, судом данное заключение в качестве доказательства вины подсудимого оценивается в совокупности с другими исследованными по делу доказательствами.

Суд соглашается с доводом защитника о том, что пояснения, которые были даны ФИО1 врачу-наркологу при проведении освидетельствования на состояние опьянения 7 мая 2023 года, не отвечают требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к показаниям подозреваемого (обвиняемого). С учетом изложенного указанные пояснения не расцениваются судом в качестве доказательства в силу положений п. 1 ч. 2 ст. 75 УК РФ и, соответственно, свои выводы в отношении подсудимого на данных пояснениях суд не основывает. В то же время, оснований для признания в связи с этим недопустимым доказательством протокола освидетельствования на состояние опьянения от 7 мая 2023 года, в соответствии с которым у ФИО1 было установлено состояние опьянение, суд не усматривает.

Суд не может согласиться с доводом защитника о неподтвержденности исследованными по делу доказательствами указанного в обвинении способа воспламенения подсудимым распыляемого легковоспламеняющегося вещества – с помощью спичек. Так, в ходе допроса в качестве обвиняемого и при проведении проверки показаний на месте 9 мая 2023 года ФИО1 уверенно указал, что поджег распыляемый в направлении ФИО10 лак с помощью спичек, инициативно и убедительно продемонстрировав соответствующий механизм совершения преступления.

То обстоятельство, что в ходе допроса судебно-медицинский эксперт ФИО30 не исключил возможность образования ожогов, подобных имевшимся у ФИО10, от возгорания одежды независимо от наличия на ней горючей жидкости, по мнению суда не порождает сомнений в виновности подсудимого. При этом суд исходит из того, что ответ, данный экспертом на соответствующий вопрос защитника, носит, в большей степени, теоретический характер. Так, отвечая на данный вопрос, эксперт указал, что подобные ожоги могли образоваться при возгорании одежды, если она изготовлена из легковоспламеняющейся ткани, либо была полита какой-то горючей жидкостью. В то же время, вышеприведенная совокупность доказательств убедительно подтверждает, что возгорание одежды ФИО10 явилось следствием распыления на нее ФИО1 легковоспламеняющейся жидкости – лака для волос.

Суд соглашается с позицией защитника Козлюка В.А. о том, что заключение пожарно-технической судебной экспертизы от 26 сентября 2023 года №, согласно которому на уровне чувствительности используемых методов установлено, что на поверхности объектов, изъятых в ходе осмотра помещения <адрес>, следы легковоспламеняющихся, горюче-смазочных материалов отсутствуют (т. 3 л.д. 6–90), не может являться доказательством вины подсудимого. В то же время, указанное заключение эксперта, по мнению суда, не может служить и доказательством невиновности подсудимого, поскольку, как показала в суде эксперт ФИО32, проводившая указанную пожарно-техническую судебную экспертизу, в результате контрольного сжигания образца представленного на исследование лака для волос было установлено, что в ходе горения тот полностью выгорает, и использовавшимися при проведении экспертизы методами его компоненты по результатам сгорания не были обнаружены в связи с их летучестью. В связи с этим суд приходит к выводу о том, что необнаружение на поверхности вышеуказанных предметов следов легковоспламеняющихся веществ не может свидетельствовать об их отсутствии на данных предметах на момент возгорания.

Версия стороны защиты о том, что возгорание ФИО10 произошло не в результате умышленных преступных действий подсудимого, а в результате несчастного случая, а именно вследствие ее неосторожного прикосновения к открытому пламени конфорки газовой плиты, проверялась судом и не нашла своего подтверждения.

Данную версию суд находит надуманной. Так, она опровергается первоначальными показаниями подсудимого, данными 8 и 9 мая 2023 года, согласно которым возгорание ФИО10 произошло в результате его собственных действий; показаниями свидетеля ФИО25, согласно которым ФИО10 при госпитализации сообщила, что ее поджег муж (сожитель); заключением медико-криминалистической судебной экспертизы от 16 ноября 2023 года №, согласно которому получение ФИО10 телесных повреждений в результате несчастного случая при обстоятельствах, описанных ФИО1 при проведении проверки показаний на месте 30 октября 2023 года, исключается; характером и локализацией ожогов, обнаруженных на теле ФИО10 в результате проведения судебно-медицинской экспертизы в соответствии с заключением эксперта от 7 июня 2023 года №.

В связи с вышеизложенным суд не соглашается с доводами подсудимого и его защитника о недоказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, и не находит оснований для оправдания подсудимого.

Свои выводы в отношении подсудимого ФИО1 суд основывает на его показаниях в качестве обвиняемого и результатах их проверки на месте от 9 мая 2023 года, показаниях свидетеля ФИО25, результатах осмотра места происшествия, заключении судебно-медицинской экспертизы от 7 июня 2023 года №, заключении медико-криминалистической судебной экспертизы от 16 ноября 2023 года №.

Оценивая вышеприведенные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что они согласуются между собой, последовательны, непротиворечивы, допустимы и с необходимой полнотой подтверждают вину подсудимого ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Таким образом, суд считает установленным и доказанным, что 7 мая 2023 года в период с 15 часов до 18 часов 30 минут, находясь по месту жительства по адресу: <адрес>, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, в связи с возникшей личной неприязнью к бывшей супруге ФИО10, действуя с прямым умыслом на ее убийство с особой жестокостью, распылил на одежду и голову последней и одновременно поджег содержимое баллончика с лаком для волос, в результате чего ФИО10 были причинены термические ожоги лица, туловища, слизистой дыхательных путей, которые вызвали ожоговый шок тяжелой степени, причинили потерпевшей особые мучения и страдания и повлекли ее смерть.

В соответствии с заключением комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 17 июля 2023 года № ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает, как не страдал ими и на момент инкриминируемого ему деяния. Во время совершения инкриминируемого деяния ФИО1 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, руководить ими, не лишен он такой способности и в настоящее время. В применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается. ФИО1 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания, принимать участие в проведении следственных действий, судебном разбирательстве, самостоятельно осуществлять свое право на защиту. ФИО1 в момент совершения инкриминируемого ему противоправного деяния не находился в состоянии аффекта или ином эмоциональном состоянии, которое оказывало бы существенное влияние на его сознание и поведение. Об этом свидетельствует отсутствие характерной для физиологического и кумулятивного вариантов аффекта трехфазной динамики возникновения и течения эмоциональной реакции, и всех без исключения обязательных для нее феноменологических проявлений на каждой стадии. У ФИО1 прослеживается импульсивность, склонность к непосредственному отреагированию эмоций в личностно значимых ситуациях, повышенная чувствительность к прямому обвинению, повышенной склонности к агрессивности не выявлено. Имеющиеся у ФИО1 индивидуально-психологические особенности не оказали существенного влияния и не ограничили его способность к осознанно-волевой регуляции своего противоправного поведения (т. 2 л.д. 224–227).

Оснований не доверять заключению высококвалифицированных экспертов у суда не имеется. Поведение подсудимого ФИО1 до, во время и после совершения преступления не вызывает у суда каких-либо сомнений в его психической полноценности. В судебном заседании он также правильно воспринимал обстоятельства, имеющие значение для дела, давал о них показания. С учетом вышеизложенного суд признает ФИО1 вменяемым относительно инкриминируемого ему преступления.

Таким образом, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд признает доказанной вину подсудимого ФИО1 в совершении убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, с особой жестокостью и квалифицирует его действия по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Назначая наказание подсудимому в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, обстоятельство, отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

ФИО1 не судим (т. 5 л.д. 19), на учете у нарколога и психиатра не состоит (т. 5 л.д. 28, 29), к административной ответственности за нарушение общественного порядка не привлекался (т. 5 л.д. 25), участковым уполномоченным полиции по месту жительства характеризуется удовлетворительно (т. 5 л.д. 27), является пенсионером по возрасту, страдает рядом хронических заболеваний.

Участие ФИО1 в проведении проверки показаний на месте, а также иных следственных действий, в ходе которых были получены доказательства, использовавшиеся стороной обвинения при доказывании вины подсудимого, суд в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признает смягчающим наказание обстоятельством – активным способствованием раскрытию и расследованию преступления.

В материалах уголовного дела имеются объяснения ФИО1 от 7 и 8 мая 2023 года, в которых он сообщает сотрудникам полиции о том, что, желая напугать ФИО10, он распылил в направлении ФИО10 и поджег лак для волос, в результате чего произошло возгорание одежды и волос последней. Указанные объяснения суд признает явкой с повинной – смягчающим обстоятельством, предусмотренным п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ (т. 1 л.д. 43, 44).

Учитывая, что в ходе судебного следствия было установлено, что причиной совершения ФИО1 преступления явились противоправные действия погибшей ФИО10, которая в ходе конфликта нанесла ФИО1 удар тарелкой в область лица, обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого, суд в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ признает противоправность и аморальность поведения потерпевшей, явившаяся поводом для преступления.

Действия ФИО10, связанные с попыткой потушить ФИО10 после ее поджога, а также обращением к соседям за помощью, суд не расценивает в качестве оказания иной помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления – смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, поскольку с учетом характера и объема фактически совершенных подсудимым действий, направленных на причинение потерпевшей смерти, вышеприведенные постпреступные действия не привели и не могли привести к предотвращению наступления общественно опасного последствия в виде смерти ФИО10 С учетом изложенного, указанные постпреступные действия подсудимого (попытка потушить ФИО10, обращение к соседям за помощью) суд расценивает как запоздалое раскаяние, что признает смягчающим обстоятельством в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Кроме того, обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, суд признает его пожилой возраст, имеющиеся у него заболевания и состояние его здоровья, положительные характеристики со стороны родственников и соседей.

В ходе судебного разбирательства из показаний потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №1, а также свидетелей ФИО12, ФИО13 и ФИО61., ФИО15, ФИО27, ФИО27 был установлен факт нахождения ФИО1 на момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения. Оснований для оговора подсудимого со стороны данных свидетелей в указанной части суд не усматривает.

Кроме того, факт нахождения ФИО1 в вечернее время 7 мая 2023 года в состоянии алкогольного опьянения объективно подтвержден актом медицинского освидетельствования от 7 мая 2023 года №, согласно которому ФИО1 на момент производства освидетельствования в 21 час 10 минут 7 мая 2023 года находился в состоянии алкогольного опьянения (т. 1 л.д. 56).

С учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного суд в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ признает обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. При этом суд исходит из того, что действия ФИО1, направленные на причинение потерпевшей телесных повреждений, с учетом их характера и способа совершения, явно неадекватны обстоятельствам бытового конфликта, имевшего место между ним и ФИО10, и обусловлены, по мнению суда, негативным воздействием алкоголя на интеллектуальные и волевые процессы психики подсудимого в момент указанных событий. При установлении указанного отягчающего обстоятельства суд также учитывает личность подсудимого, который потерпевшими Потерпевший №2 и Потерпевший №1, свидетелями ФИО33, ФИО13, ФИО15, ФИО27, ФИО27 ФИО17 и ФИО64., ФИО19, ФИО62 и ФИО63., ФИО22 характеризуется как лицо, длительное время злоупотребляющее спиртными напитками. Вышеизложенные обстоятельства в своей совокупности позволяют суду сделать вывод о том, что именно нахождение ФИО1 в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, явилось главной причинной совершения им указанного особо тяжкого насильственного преступления против жизни.

ФИО1 совершил убийство с особой жестокостью ? особо тяжкое преступление против жизни, с учетом характера и степени общественной опасности которого суд приходит к выводу о том, что достижение целей наказания, предусмотренных ч. 2 ст. 43 УК РФ, возможно только в условиях длительной изоляции подсудимого от общества, в связи с чем полагает необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы с дополнительным наказанием в виде ограничения свободы, которое в соответствии с санкцией ч. 2 ст. 105 УК РФ является обязательным.

Каких-либо исключительных обстоятельств, в том числе, связанных с целями и мотивами преступления, либо существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, являющихся основанием для применения в отношении ФИО1 положений ст. 64 УК РФ, суд не усматривает. Также, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность ФИО1, суд не усматривает оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ об изменении категории преступления на менее тяжкую и ст. 73 УК РФ об условном осуждении.

В связи с тем, что ФИО1 совершил особо тяжкое преступление, юридических оснований для применения к нему как альтернативы лишению свободы принудительных работ и замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в соответствии со ст. 53.1 УК РФ не имеется.

В силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО1 следует назначить в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания ФИО1 наказания следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В срок отбывания осужденным основного наказания следует зачесть время содержания его под стражей в период с 7 мая 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

На период до вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 следует оставить без изменения.

Вопрос о вещественных доказательствах суд разрешает в соответствии со ст. 81 УПК РФ. После вступления приговора в законную силу суд полагает необходимым: предметы одежды ФИО1 – возвратить по принадлежности; оптический носитель с видеозаписью проведения медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения от 7 мая 2023 года – хранить при уголовном деле; остальные вещественные доказательства как не заявленные к возврату и не представляющие ценности – уничтожить.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 304, 307–309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание виде лишения свободы на срок 13 лет с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

На период отбывания наказания в виде ограничения свободы установить Потерпевший №1 следующие ограничения:

- не изменять место жительства или пребывания, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

- не выезжать за пределы муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО1 обязанность один раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Срок отбывания ФИО1 основного наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В срок отбывания осужденным лишения свободы зачесть время содержания его под стражей в период с 7 мая 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

На период до вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 оставить без изменения.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства: майку, трико и брюки камуфлированной расцветки – возвратить ФИО1; оптический носитель с видеозаписью проведения медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения от 7 мая 2023 года – хранить при уголовном деле; фрагменты гари, ткани со следами термического воздействия, волос, баллончик с освежителем воздуха, баллончик с лаком для волос «<данные изъяты>», пакет с вещами ФИО10, смывы, срезы волос и образцы с трупа ФИО10, пробку с надписью «спринт альфа», смыв с пятна около холодильника, наложения волос, обгоревшей кожи и копоти, две пустые бутылки, веник, фрагмент обгоревшей бумаги, коробок спичек, простынь с наложениями копоти, обгоревшие фрагменты, четыре стопки, разбитую тарелку, лампадное масло, смывы со стен и предметов мебели, образцы буккального эпителия, следов пальцев и ладоней рук – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в Судебную коллегию по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции через Ивановский областной суд в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

По вступлении в законную силу приговор, апелляционное определение могут быть обжалованы в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда РФ через Ивановский областной суд в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня их вступления в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу. При этом подаются в порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ, и рассматриваются по правилам ст. 401.7, 401.8 УПК РФ кассационные жалоба, представление на приговор, который был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Ивановского областного суда по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу либо представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор подаются непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда РФ и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10–401.12 УПК РФ. В том же порядке подаются и рассматриваются кассационные жалоба, представление на приговор, который не был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

В случае подачи апелляционных, кассационных жалоб или представлений осужденный вправе ходатайствовать об участии в их рассмотрении судом апелляционной, кассационной инстанций, а также о назначении защитника.

Председательствующий А.С. Колосов