Решение № 2-45/2019 2-45/2019~М-23/2019 М-23/2019 от 18 марта 2019 г. по делу № 2-45/2019

Дело № 2-45/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 марта 2019 года п. Струги Красные

Стругокрасненский районный суд Псковской области в составе судьи Богдановой Е.В.,

при секретаре Васильевой А. А.,

с участием истца ФИО1 и его представителя по доверенности ФИО2, ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 об обязании предоставить свободный доступ в занимаемое им жилое помещение, устранении препятствий в пользовании жилым помещением, в том числе не менять без его согласия замков на входной двери, не отключать подачу электроэнергии,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, указывая, что в 1991 году в связи с переездом на постоянное место жительства в <адрес> он вселился в квартиру <адрес> и стал проживать в ней, в которой проживает и пользуется которой по настоящее время. Другого жилого помещения у него нет. В данном жилом помещении зарегистрирован и проживает ответчик ФИО3

06 апреля 2018 года ответчик ФИО3 потребовал от ФИО1 сняться с регистрации и выселиться из квартиры. Требование ответчика истец не выполнил, так как считает его незаконным. 12 февраля 2019 года ответчик заменил на входной двери в квартиру замок, пытаясь лишить истца законного права свободного проникновения в занимаемое жилое помещение и беспрепятственного пользования им, а поэтому для проникновения в квартиру ФИО1 вынужден был сломать замок.

Согласно ч. 1 ст. 40 Конституции РФ каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Пунктом 1 ст. 1 ГК РФ гарантируется беспрепятственное осуществление гражданских прав. Из ч. 4 ст. 3 ЖК РФ следует, что никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования им, иначе как по основаниям и в порядке, предусмотренном Законом.

Поскольку ответчик настроен в отношении него отрицательно, всячески пытается препятствовать законному праву свободно пользоваться занимаемым жилым помещением, то в целях пресечения его противоправной деятельности в будущем следует запретить ему без предварительного согласования с истцом производить замену замков во входной двери в квартиру <адрес> либо каким бы то ни было иным способом препятствовать истцу в пользовании указанным жилым помещением.

Противоправными действиями ответчика были нарушены жилищные права ФИО1, поэтому в соответствии со ст. 151 ГК РФ он имеет право на компенсацию причиненного ему морального вреда, который оценивает в 10 000 руб.

Истец просил обязать ответчика ФИО3 не чинить ему препятствия в пользовании квартирой № в <адрес>, в том числе не менять без его согласия замки во входной двери; взыскать с ответчика в пользу ФИО1 в возмещение причиненного ему самоуправной заменой замка морального вреда в сумме 10 000 руб., а также понесенные им судебные расходы.

В судебном заседании истец поддержал свои исковые требования, дополнил их обязанием ответчика предоставить ему свободный доступ в жилое помещение, самовольно не отключать электроэнергию в квартире и взысканием судебных расходов в сумме 10081 руб., отказался от требования в части взыскания компенсации морального вреда.

Производство по делу в части взыскания с ответчика компенсации морального вреда определением суда прекращено в связи с отказом истца от заявленного требования.

Суду истец показал, что квартира была предоставлена его семье совхозом «Пламя», он вселился в квартиру в 1991 году, а в 1994 году квартира была приватизирована его семьей, которая в то время состояла из него, жены Б. С.В., сына ФИО3 (ответчика). Он не отказывался от участия в приватизации, считает себя одним из собственников квартиры по договору приватизации. Со времени вселения он проживает в квартире, зарегистрирован в ней по месту жительства, иного места жительства, объектов недвижимости в собственности он не имеет. В 2017 году он развелся с женой, с тех пор испортились отношения и с ней, и с сыном – ответчиком. Хотя ответчик не проживает в квартире, он всячески препятствует ему проживать в ней. Так, 12 февраля, приехав вечером домой с работы, он не смог попасть в квартиру, так как дверь была закрыта на второй замок, который он утром, уходя на работу, не закрывал. Ключа от этого замка у него не было, поэтому ему пришлось пилить замок, чтобы попасть домой. 19 февраля 2019 года приехав домой вечером, он обнаружил, что отключена электроэнергия в квартире. Сутки он провел без электричества. На следующий день, обратившись в РЭС, он узнал, что электричество отключено по заявлению ответчика. Его ответчик не предупреждал об отключении электричества, о наличии какой-либо задолженности не сообщал. При этом ответчик не общается с ним, не выходит на контакт, предъявлял к нему требование о выселении из квартиры.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержал исковые требования, пояснил вышеизложенное.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, показал, что замки в квартире не менял, препятствий истцу в пользовании квартирой не чинил. Он является собственником квартиры по договору дарения между ним и матерью Б. С.В., зарегистрирован в квартире, но проживает сейчас в другом месте (в <адрес>). В квартиру в <адрес> иногда приезжает, чтобы проверить состояние и по своим делам. Входная дверь всегда имела два врезных замка: верхний (более новый) и нижний (более старый). Чаще всего дверь всегда запиралась только на верхний замок. Но ключи от обоих замков есть как у него, так и у истца, а также у Б. С.В. и соседки Б. Л.Р. Соседке комплект ключей оставлен специально на тот случай, если кто-то потеряет, забудет свой комплект или на другой подобный случай. В последнее посещение квартиры он не закрывал дверь на нижний замок, и почему истец не мог попасть в квартиру, он не знает. Не знает также, почему истец распилил замок, а не обратился к Б. Л.Р., или к нему или к Б. С.В. за запасным ключом.

Действительно, он написал заявление в РЭС об отключении электричества в квартире. Это было сделано с целью заставить истца заплатить за потребленное им электричество, так как добровольно он это не делал уже много времени.

Действительно, весной 2018 года он просил истца выселиться из квартиры, но связано это было с конфликтной ситуацией, которая возникла после развода родителей. Сейчас этот вопрос он не ставит перед истцом.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к нижеследующему. Согласно п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Ответчику на праве собственности принадлежит квартира, расположенная по адресу: <адрес>, что подтверждается договором дарения от 15.02.2017, выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество, предоставленной Управлением Росреестра по Псковской области 15.03.2018 (л.д.7).

Истец и ответчик зарегистрированы в указанной квартире по месту жительства, что подтверждается материалами дела: справкой Администрации сельского поселения «Марьинская волость» № от 14.02.2019 (л.д.11), справкой начальника МП МО МВД России «Струго-Красненский» от 25.02.2019 №.

Стороны не оспаривают, что зарегистрированы в квартире с момента вселения в нее в 1990-х годах.

Согласно показаниям сторон в судебном заседании, квартира была предоставлена совхозом «Пламя» семье Б., которая состояла из Б. С.В., ее мужа ФИО1, сына ФИО3, затем была приватизирована семьей, но договор приватизации оформлен только на Б. С.В. Данный факт подтверждается также договором дарения, из п. 2 которого следует, что на момент сделки квартира принадлежала дарителю – Б. С.В. – на основании договора от 02.04.1994.

20 марта 2017 года Б. С.В. и ФИО1 расторгли брак. Данное обстоятельство было установлено в судебном заседании по рассмотрению гражданского дела № и в силу ст. 61 ГПК РФ не подлежит доказыванию вновь. После расторжения брака Б. С.В. и ФИО1 перестали быть членами одной семьи. 15.02.2017 Б. С.В. подарила квартиру своему сыну ФИО3

В силу ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ (ЖК РФ) в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

В соответствии со ст. 19 Федерального закона от 29.12.2004 N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации", действие положений части 4 статьи 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Согласно частям 2 и 4 статьи 69 ЖК РФ (до 1 марта 2005 года - статья 53 Жилищного кодекса РСФСР) равные права с нанимателем жилого помещения по договору социального найма в государственном и муниципальном жилищном фонде, в том числе право пользования этим помещением, имеют члены семьи нанимателя и бывшие члены семьи нанимателя, продолжающие проживать в занимаемом жилом помещении.

К названным в статье 19 Вводного закона бывшим членам семьи собственника жилого помещения не может быть применен пункт 2 статьи 292 ГК РФ о прекращении права пользования жилым помещением при переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (статья 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации"), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование).

Исходя из изложенного, с учетом того, что в 1994 году жилое помещение, занимаемое семьей состоящей из трех человек (истца, ответчика и Б. С.В.), было приватизировано только на одного из ее членов (Б. С.В.) при согласии остальных, в том числе истца, истец до настоящего времени сохраняет право пользования указанным жилым помещением.

Кроме того, согласно разъяснениям, содержащимся в подп. "а" п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 года N 14, в отношении родителей и детей, вселенных собственниками в жилое помещение, для признания их членами семьи собственника достаточно только установления факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении, установления факта ведения ими общего хозяйства, оказания взаимной материальной и иной поддержки не требуется. Таким образом, проживая вместе с ответчиком в жилом помещении, истец, являющийся ему отцом, не утратил права пользования этим жилым помещением после дарения, оставаясь членом его семьи.

Согласно ст. 304 ГК РФ собственник вправе требовать защиты своего права собственности, не связанного с нарушением владения.

В силу ст. 305 ГК РФ права, предусмотренные статьями 301 - 304 настоящего Кодекса, принадлежат также лицу, хотя и не являющемуся собственником, но владеющему имуществом на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного ведения, оперативного управления либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором. Это лицо имеет право на защиту его владения также против собственника.

Согласно ч. 3 ст. 11 ЖК РФ защита жилищных прав осуществляется в том числе путем пресечения действий, нарушающих это право или создающих угрозу его нарушения.

Истец просит суд обязать ответчика обеспечить ему свободный доступ в квартиру, не чинить ему препятствия в пользовании жилым помещением, в том числе не менять замков на входной двери, не отключать электричество без его согласия.

Однако в суде не нашел подтверждение тот факт, что ответчик препятствует истцу в свободном доступе в квартиру путем смены замков на входной двери. Истец признал, что 12.02.2019 не мог открыть входную дверь и попасть в квартиру, так как не имел ключа от одного из замков, установленных на двери ранее, но, как установлено судом, мог найти этот ключ, обратившись к соседке, у которой они имеются на хранении, или ответчику.

В то же время судом установлено, не оспорено ответчиком, что 19.02.2019 он обратился в РЭС (районные электросети) с заявлением об отключении электричества в квартире без предупреждения об этом истца. Электричество было отключено, истец провел вечер и ночь без электричества. Ответчик объяснил этот факт тем, что истец добровольно не оплачивает коммунальные услуги.

В соответствии со ст. 153-154 ЖК РФ на собственнике жилого помещения лежит обязанность своевременной и полной платы за коммунальные услуги.

В соответствии с ч. 3 ст. 31 ЖК РФ члены семьи собственника жилого помещения несут солидарную с собственником ответственность по обязательствам, вытекающим из пользования данным жилым помещением.

Таким образом, ссылка ответчика на то, что истец тоже обязан оплачивать коммунальные услуги, является правомерной, но избранный им способ заставить истца оплатить потребленную электроэнергию (отключение электроэнергии без согласия истца) является незаконным, противоречащим положениям ч. 2 ст. 31 ЖК РФ, в силу которых лица, проживающие совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником. Данное действие ответчика суд расценивает как воспрепятствование истцу в осуществлении жилищных прав.

Таким образом, исковые требования подлежат удовлетворению частично.

В силу п. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В силу ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, в число которых в соответствии со ст. 94 ГПК РФ, входят расходы на оплату услуг представителей.

Истцом предоставлены суду доказательства понесенных им расходов на оплату услуг представителя: договор поручения на представление интересов в суде с ФИО2 от 12.02.2019 с согласованием стоимости услуги – 10 тыс. руб., квитанция об оплате указанной суммы.

Согласно Чеку-ордеру № от 14.02.2019 ФИО1 при подаче иска в суд уплачена госпошлина в размере 600 руб. 00 коп. (л. д. 5).

Поскольку исковые требования удовлетворены частично, истец не поддержал в судебном заседании требование о взыскании компенсации морального вреда, расходы на оплату госпошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере 300 руб. Учитывая невысокую сложность дела, одно судебное заседание с участием представителя, суд считает возможным с целью соблюдения принципа разумности снизить взыскиваемый с ответчика размер судебных издержек на оплату услуг представителя до 5000 руб.

Почтовые расходы на подачу иска суд не считает подлежащими взысканию с ответчика, так как не доказана необходимость их несения (суд находится в месте жительства и месте работы истца).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. Обязать ФИО3 не чинить ФИО1 препятствий в пользовании жилым помещением - квартирой, находящейся по адресу: <адрес>, в том числе не отключать подачу электроэнергии. В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы в размере 5300 руб., в том числе – 300 руб. расходы на оплату госпошлины и 5 000 руб. - на оплату услуг представителя.

На решение суда может быть принесена апелляционная жалоба в Псковский областной суд через Стругокрасненский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 22 марта 2019 года.

Судья Е.В. Богданова