Апелляционное определение № 33-10172/2026 от 6 апреля 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-10172/2026

Судья: Каменкова М.В.

УИД: 78RS0019-01-2024-016997-17


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Златьевой В.Ю.

судей

ФИО1,ФИО2,

при помощнике судьи

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании 7 апреля 2026 года апелляционную жалобу ФИО4 на решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 30 сентября 2025 года по гражданскому делу № 2-4400/2025 по иску ФИО5 к ФИО4 о взыскании задолженности по договору займа и неустойки и по встречному иску ФИО4 к ФИО5 о признании сделки недействительной,

Заслушав доклад судьи Златьевой В.Ю., выслушав объяснения ответчика ФИО4, его представителя ФИО6, настаивавших на доводах апелляционной жалобы, представителя истца ФИО5 – ФИО7, возражавшего относительно доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО4 о взыскании задолженности по договору займа от 22.09.2021 года в размере 2 500 000 рублей и неустойки.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 22.09.2021 между ФИО5 (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа №33/21, в соответствии с которым истец передал ответчику сумму займа в размере 2 500 000 рублей со сроком возврата до 28.02.2022, обязательства по Договору истец исполнил в полном объеме. Ответчик свои обязательства по возврату суммы займа не выполнил. В связи с ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязательств по возврату суммы, в адрес ответчика направлена претензия, которая оставлена без удовлетворения.

Ответчик ФИО4 подал встречное исковое заявление, в котором просил признать недействительным договор займа от 22.09.2021 года, поскольку спорный договор займа является притворной сделкой, прикрывающей собой правоотношения, а именно, оплату по агентскому договору 01/2021 от 15.10.2021.

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 30 сентября 2025 года исковые требования ФИО5 удовлетворены частично. С ФИО4 в пользу ФИО5 взыскана задолженность по договору займа в размере 2 500 000 руб., неустойка в размере 1 150 205 руб. 50 коп., неустойка по ключевой ставке ЦБ РФ в годовом исчислении за каждый день просрочки возврата задолженности по договору займа за период с 01.10.2025 по дату фактического возврата долга.

В удовлетворении встречного иска ФИО4 отказано.

Не согласившись с решением суда, ответчик ФИО4 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении требований истца и удовлетворении встречных исковых требований.

Истец подал возражения, согласно которым просил решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Истец ФИО5, третье лицо ФИО8, извещённые о времени и месте судебного разбирательства, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, ходатайств об отложении заседания и доказательств наличия уважительных причин неявки в суд не направили.

Информация о рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Санкт-Петербургского городского суда в сети Интернет (https//sрb.sudrf.ru/).

На основании изложенного, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167, ст. 327 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав ответчика, представителей сторон, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 22.09.2021 года между ФИО5 (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа №33/21, в соответствии с которым сумма займа передана истцом ответчику в размере 2 500 000 рублей со сроком возврата до 28.02.2022.

Договором займа (п. 3.1) предусмотрена неустойка в размере 0,1% от суммы займа за каждый день просрочки.

Факт заключения договора займа и перечисления суммы в 2 500 000 рублей от ФИО5 ФИО4 23.09.2021 подтвержден платежным поручением и не оспаривается сторонами.

Сумма займа в установленный срок заемщиком возвращена не была.

Между ФИО5 и ФИО8 заключен договор поручительства от 22.09.2021 года, в соответствии с которым поручитель ФИО8 обязуется солидарно с заёмщиком отвечать перед кредитором в полном объеме для возврата суммы займа по договору займа №33/21 от 22.09.2021 года.

В связи с ненадлежащим исполнение заемщиком обязательств по договору займа в адрес ФИО4 направлена претензия, с требованием возврата суммы займа, которое заемщиком проигнорировано.

Заявленные требования истец обосновывает нарушением ответчиком обязательства по возврату займа в полном объеме и в установленный договором срок.

В ходе судебного разбирательства между сторонами возникли разногласия относительно обстоятельств, цели оформления долгового документа.

Ответчик просил признать недействительным договор займа, поскольку 15 октября 2021 года был заключен договор агентский № 01/2021, согласно которому <...> являлся агентом <...> и обязался оказывать услуги по поиску и приобретению в собственность на имя <...> земельного участка в соответствии с техническим заданием. Срок выполнения первого этапа - не позднее 31.01.2022 года, последующих этапов - после исполнения первого этапа. Руководителем принципала <...> являлся ФИО5 Руководителем <...> являлся Вознаграждение установлено агенту в размере 2 000 000 рублей.

Поскольку у организации-принципала отсутствовал действующий расчетный счет, ответчик указала, что ранее был заключен для финансирования работ договор займа с физическим лицом - ФИО4 и руководителем принципала ФИО5 на сумму 2 000 000 руб. № 33/21 от 22.09.2021 года. Возврат средств предполагался после оплаты принципалом вознаграждения агенту. Принципал агенту оплату не произвел. Таким образом, договор займа является притворной сделкой, прикрывающей собой правоотношения, а именно, оплату по агентскому договору 01/2021.

ФИО5 представил возражения на встречный иск, в которых указал на пропуск срока исковой давности, отсутствие доказательств притворности сделки и недобросовестность ответчика.

Согласно ст. 161, 808 Гражданского кодекса РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Таким образом, для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику предмета займа - денег или других вещей, при этом допускается оформление займа путем выдачи расписки, а также иных письменных документов, удостоверяющих передачу заемщику денег или других вещей.

Согласно разъяснениям, изложенным в ответе на вопрос 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № 3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25 ноября 2015 г., в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Аналогичная правовая позиция содержится в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2021 № 78-КГ21-58-К3.

В рамках рассмотрения спора, с целью установления юридически значимых обстоятельств, с учетом заявления ответчика, суд первой инстанции оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, исходя из отсутствия доказательств того, что стороны при заключении договора займа имели общую волю на прикрытие им каких-либо иных правоотношений (агентского договора), учитывая, что агентский договор был заключен позднее договора займа, а одна из его сторон (ООО «Промышленный сервис») была создана после передачи денежных средств, признав доводы встречного истца о взаимосвязи сделок предположительными. Хозяйственно целесообразных причин получить в качестве аванса свое собственное долговое обязательство ответчик пояснить не смог, в связи с чем пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований ответчика по встречному иску о признании договора займа притворной сделкой, признав договор займа заключенным, руководствовался статьями 807 - 810, 812 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскал сумму задолженности, а также неустойку, снизив в соответствии со ст. 333 ГК РФ и применив мораторий по ее неначислению за период с 1 октября 2022 года на 6 месяцев, в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 28 марта 2022 года № 497 «О введении моратория на возбуждение дело о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием соглашается.

В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Указанные правила применяются к двусторонним (многосторонним) сделкам (договорам), если иное не установлено Гражданским кодексом РФ (пункт 2 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так, договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору (пункты 2 и 3 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Согласно статье 162 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу (пункт 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с оценкой мнимости (притворности) сделок, содержатся в пунктах 86 - 88 постановления от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в которых внимание судов обращено на то, что мнимой может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально лишь для вида, например, посредством составления актов приема-передачи в отсутствие действительной передачи имущества или осуществления государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество без реальной передачи владения (пункт 86), а притворной - сделка или несколько сделок, совершенных на иных условиях, например, на иную сумму, в сравнении с действительной суммой исполнения (пункты 87 и 88).

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Приведенные подходы к оценке мнимости (притворности) сделок являются универсальными и в полной мере применимы к тем случаям, когда совершение таких сделок обусловлено намерением придать правомерный вид передаче денежных средств или иного имущества, полученного с нарушением закона (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 8 июля 2020 г.).

В подтверждение заключения спорного договоров займа истец ФИО5 представил договор займа №33/21 от 22 сентября 2021 года, согласно которого передал ответчику ФИО4 заем в размере 2 500 000 рублей, которую заемщик обязан возвратить в установленный договором срок – до 28 февраля 2022 года (пункт 2.1)- л.д. 37.

Никем из сторон не оспаривался факт заключения и подписания договора. Условия договора займа всем сторонам были ясны и понятны. Содержание договора позволяет установить волю сторон на передачу истцом и получение ответчиком денежных средств по договору займа.

Исполнение обязательств было гарантировано договором поручительства ФИО8 от 22.09.2021 года.

Денежные средства истцом ответчику переданы, что подтверждается денежным переводом на счет ответчика.

Доказательств, подтверждающих доводы ответчика, о том, что денежные средства предоставлялись для оплаты по иному договору, истцом не доказано и судом не установлено. Вопреки доводам апелляционной жалобы представленная переписка третьего лица не свидетельствует о том, что денежные средства в размере 2 500 000 рублей послужили гарантированной платой агентского договора. Наличие корпоративных споров между Обществами, в которых стороны являлись руководителями, не может свидетельствовать об отсутствии между ними гражданских правоотношений как физическими лицами. Суд первой инстанции обоснованно учел, что договор займа заключен 22.09.2021 года, до даты заключения агентского договора от 15.10.2021 года, денежные средства получены лично ФИО4, что подтверждается выпиской по его счету, подлинность договора займа сторонами не оспаривалась, в ООО «Вектор» денежные средства не поступали. Нарушение требований закона или иного правового акта при заключении договора займа судом не установлено.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа, если заимодавцем является гражданин, является реальным и считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

Поскольку для возникновения обязательства по возврату займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками), то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Доводы апелляционной жалобы о неправильной оценке судом первой инстанции обстоятельств дела, необоснованности принятия в качестве достоверного и допустимого доказательства по делу проведенной повторной судебной экспертизы и ее пороках, отклоняются судебной коллегией, как являющиеся предметом исследования и оценки суда первой инстанции.

Нарушений принципов состязательности и равноправия сторон судом первой инстанции не допущено, суд в соответствии с положениями статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации создал все необходимые условия для всестороннего, полного и объективного рассмотрения дела, все представленные в материалы дела доказательства судом исследованы, заявленные ходатайства разрешены судом в установленном законом порядке.

Вопреки позиции ответчика суд первой инстанции дал оценку всем представленным доказательствам в их совокупности, признал допустимым доказательством договор займа и его условиям.

Вместе с тем, руководствуясь положениями статей 166, 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции в части пропуска ответчиком по встречному требованию о признании сделки недействительной срока исковой давности.

Принимая во внимание, что ФИО4 является стороной оспариваемых сделок, трехлетний срок исковой давности по заявленным им требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки - договора займа от 22.09.2021 г. пропущен, с учетом даты исполнения договора – 28 февраля 2022 года, поскольку с требованиями в суд обратился 13 мая 2025 года, выводы о пропуске срока в данной части являются правильными.

С учетом того, что в рамках рассмотрения спора обстоятельства заключения между сторонами договоров займа надлежащим образом не подтверждены, что не может свидетельствовать о соблюдении письменной формы сделки и согласовании сторонами ее условий, суд апелляционной инстанции находит выводы суда первой инстанции наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований и об отсутствии оснований в удовлетворении встречных требований правильными.

Доводы апелляционной жалобы в основном направлены на несогласие с оценкой доказательств, однако у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для переоценки доказательств.

Руководствуясь положениями ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 30 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 15 мая 2026 года