Приговор № 1-24/2017 1-908/2016 от 5 февраля 2017 г. по делу № 1-24/2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Иркутск 06 февраля 2017 года

Свердловский районный суд г. Иркутска под председательством судьи Гилюка В.В., при секретаре Табелевой Л.А., с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Свердловского района г. Иркутска Кораблиной С.Г., потерпевших П.Т.В., П.И.И., П.И.В. , А.А.И., подсудимого ФИО1, защитника – адвоката Кухоревича С.Н., представившего удостоверение № 00467 от 25.12.2002 и ордер № 137 от 02.11.2016, допущенной к участию в деле в качестве защитника наряду с адвокатом Астафьевой Д.В., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1 , ....

находящегося на подписке о невыезде и надлежащем поведении, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 105, ст. 316, ч. 1 ст. 166 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил подстрекательство к убийству, то есть склонил другое лицо к причинению смерти другому человеку, а также неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон).

Преступления совершены ФИО1 при следующих обстоятельствах:

В период времени с <Дата обезличена>, более точное время не установлено, ФИО1, находясь в автомобиле «иные данный», которому присвоен государственный регистрационный ...., на участке автомобильной дороги вблизи гаражного кооператива <Номер обезличен> расположенного по адресу: <адрес обезличен>, <адрес обезличен>, имея умысел на убийство П.И.И., склонил К.Р. к убийству П.И.И., путем дачи указания совершить преступление.

В тот же период времени, в том же месте, К.Р. вооружился неустановленным следствием ножом, которым нанес П.И.И. множественные удары в область груди, в левую верхнюю конечность.

Указанными действиями К.Р., при подстрекательстве ФИО1, П.И.И. были причинены телесные повреждения, относящиеся к категории повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека:

- три колото-резаные ранения передней поверхности грудной клетки слева, проникающие в левую плевральную полость, два из которых с повреждением сердечной сорочки и сердца;

- одно колото-резаное ранение левой боковой поверхности грудной клетки, проникающее в левую плевральную полость;

- два колото-резаные ранения передней поверхности грудной клетки слева, проникающие в левую плевральную и брюшную полости, с повреждением левого купола диафрагмы и левой доли печени;

- пять колото-резаных ранений передней поверхности левого плечевого сустава, левого плеча на границе верхней и средней трети, в средней трети.

От указанных телесных повреждений смерть П.И.И. наступила на месте происшествия.

К.Р. за данное преступление осужден по приговору Свердловского районного суда <адрес обезличен><Дата обезличена> по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

В период времени с <Дата обезличена><Дата обезличена>, более точное время не установлено, после убийства П.И.И., ФИО1, находясь на участке местности, расположенном вблизи <адрес обезличен>, имеющего географические координаты <Номер обезличен> имея умысел на неправомерное завладение автомобилем без цели хищения, с цель скрыть убийство П.И.И., запустил двигатель автомобиля ....», которому присвоен государственный регистрационный знак ...., принадлежавшего П.И.И., начал движение, управляя указанным автомобилем.

В судебном заседании ФИО1 не признал вину в совершении указанных преступлений.

Вместе с тем, фактическая позиция подсудимого ФИО1 в судебном заседании сводилась к признанию вины в неправомерном завладении транспортным средством.

Будучи допрошенным в судебном заседании подсудимый ФИО1 показал, что <Дата обезличена> он и К.Р. находились вместе, поехали на работу, но работу отменили. В это время ему позвонил П.И.И., предложил встретиться. Он и К.Р. встретились с П.И.И., а также ранее ему незнакомым Р.

П.И.И. и Р. при описанных обстоятельствах были на автомашине П.И.И. «.... Он и К.Р. были на его автомобиле ....

Все решили отдохнуть, купили спиртное. П.И.И. при этом занял 500 рублей у своей сестры. В какой-то момент ему позвонил Д.Л., которого взяли с собой и поехали на берег озера в районе плотины ГЭС <адрес обезличен>. В указанном месте они отдыхали, распивали спиртные напитки. Никаких конфликтов между ними не происходило. В вечернее время все попрощались, поехали по домам. Когда он, К.Р. и Д.Л. отъехали на некоторое расстояние, П.И.И. догнал их, сказал, что Р. пошел купаться, предложил оставить Р.И. и продолжить распивать спиртное.

Они вчетвером проехали сначала в Октябрьский, а затем в <адрес обезличен>, к <адрес обезличен>. Все это время распивали спиртные напитки. П.И.И. был сильно пьян, доверил ему управление своим автомобилем. Все вместе проехали к его дому, возле которого он оставил свой автомобиль. Его супруга намеривалась использовать автомобиль на следующий день.

Он и К.Р. позвонили своим знакомым Л. и К.Е.В., договорились о встрече. После этого все вместе подъехали к дому Л., на улице встретились с девушками. Во время общения с девушками П.И.И. начал обнимать, целовать девушек. Л. и К.Е. это не понравилось, они делали П.И.И. замечания. П.И.И. сел в автомашину, включил громкую музыку, сигналил. Девушки снова делали замечания П.И.И. Он слышал, как Д.Л. проявлял агрессию к П.И.И., говорил, что тот ему надоел.

После общения с девушками они проехали в расположенный неподалеку лесной массив, где продолжили употреблять спиртное. Между П.И.И. и Д.Л. произошла драка. Он разнимал, успокаивал молодых людей. После этого между П.И.И. и К.Р. также произошла драка. Все сели в автомашину, поехали по лесному массиву. Он управлял автомобилем, К.Р. сидел на переднем пассажирском сиденье, Д.Л. позади него, а П.И.И. позади К.Р. В автомобиле громко играла музыка. Конфликт между К.Р. и П.И.И. продолжался, К.Р. поворачивался к П.И.И., размахивал руками. В зеркало заднего вида он наблюдал, что Д.Л. придерживал П.И.И. В какой-то момент он услышал громкие крики, вопли, остановил автомобиль. К.Р. развернулся к нему, он увидел в руках у К.Р. нож, следы крови на руках. Он понял, что К.Р. убил П.И.И. В автомашине громко играла музыка.

Из-за чего между К.Р. и П.И.И. произошел конфликт, он не может сказать. Во время конфликта он находился рядом с ними, но причину конфликта не помнит.

Непосредственно перед убийством П.И.И. К.Р. говорил что-то о том, что П.И.И. может обратиться в полицию.

Он не подстрекал К.Р. к убийству П.И.И., не говорил фраз: «Мочи его!» или «Вали его!».

После причинения смерти П.И.И., К.Р. потребовал отвезти их в район <адрес обезличен>. Он, управляя автомобилем П.И.И., по объездной дороге привез всех в указанное место. Он и К.Р. вынесли труп П.И.И. из автомашины и сбросили в канаву. После этого они вернулись на <адрес обезличен>, взяли его автомобиль, а автомобиль П.И.И. поставили в гаражный бокс К.Е.В. Ключи от гаража К.Е.В. были у него и у К.Р., они использовали гараж для хранения инструментов.

При следовании от места сокрытия трупа П.И.И. к гаражному боксу К.Е.В., автомобилем П.И.И. управлял он.

Требования К.Р. он выполнял, поскольку боялся. В руках у К.Р. был нож.

После этого он, К.Р. и Д.Л. некоторое время употребляли спиртное, затем поехали домой к Л. На одежде К.Р. и Д.Л. были следы крови. У Д.Л. была рана на руке. Со слов К.Р. и Д.Л. он узнал, что К.Р. поранил руку Д.Л., когда наносил удары ножом П.И.И. Л. сказали, что Д.Л. порезался, когда купался. Л. стирала вещи К.Р., оказывала медицинскую помощь Д.Л. Последующие три дня он, К.Р. и Д.Л. жили в квартире Л. Он и К.Р. ездили на работу, Д.Л. оставался в квартире.

На следующий после убийства день он, К.Р. и Д.Л. ездили на берег реки Иркут, к месту сокрытия трупа П.И.И. На берегу реки он и К.Р. мыли его автомобиль, поскольку в автомобиле остались следы крови. К месту сокрытия трупа в мешках привезли землю, засыпали ею труп.

На второй день все втроем ездили в деревню к матери К.Р., помогали ей по хозяйству. Там же оставили мешки, лопаты, которые использовались при сокрытии трупа П.И.И.

На третий день Д.Л. отвезли домой. Д.Л. никто не угрожал, насильно его не удерживал.

После этого он и К.Р. календарный месяц жили в деревне у матери К.Р. Спустя месяц их задержали.

Его и К.Р. проживание в квартире Л. не было связано с совершенным преступлением. До произошедшего и он, и К.Р., поругались со своими супругами, не жили дома. Предшествующую совершенному преступлению ночь он и К.Р. также находились у Л.

На первом же допросе он рассказал сотрудникам всю правду о преступлении, за исключением участия в событиях Д.Л. После совершенного преступления он и К.Р. договорились, что не будут говорить о Д.Л., чтобы не создавать Д.Л. проблем. От сотрудников полиции он не скрывался, не знал, что его разыскивают. Дома он не проживал, поскольку поругался с супругой.

С К.Р. у него на протяжении нескольких лет дружеские отношения. Они вместе работали, отдыхали семьями. Конфликтов между ними никогда не было.

С П.И.Л. у него были дружеские отношения, конфликтов никогда не возникало. Их познакомил К.Р., который ранее вместе с П.И.И. работал. Ему известно, что в период совместной работы между К.Р. и П.И.И. происходил конфликт. Он видел, что между К.Р. и П.И.И. не слишком доброжелательные отношения.

С Д.Л. у него нет никаких отношений, они просто знакомы. Д.Л. значительно младше его по возрасту. Д.Л. очень хорошо развит физически, всерьез занимается боксом. Между ним и Д.Л. конфликтов никогда не возникало. После произошедшего, он единожды вместе с К.Р. встречался с ФИО2 встречи был К.Р., который боялся, что Д.Л. обратится в полицию. Больше он с Д.Л. не встречался. Он считает, что Д.Л. оговаривает его в преступлении под давлением сотрудников полиции. Сотрудники полиции хотят необоснованно привлечь его к ответственности, но по какой причине, он не знает.

С Л. и К.Е.В. у него и у К.Р. также были дружеские отношения.

В связи с наличием существенных противоречий, в порядке ч. 1 ст. 276 УПК РФ в судебном заседании были оглашены показания ФИО1, данные им на досудебной стадии производства по уголовному делу.

На допросе в качестве обвиняемого <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 122-125), ФИО1 указывал, что никаких событий, происходивших <Дата обезличена> и <Дата обезличена> он не помнит.

На допросе в качестве обвиняемого <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 8-13), ФИО1, как и в судебном заседании описывал общие обстоятельства дела. ФИО1 настаивал на том, что не предпринимал никаких действий к тому, чтобы подтолкнуть К.Р. к преступлению.

Как и в судебном заседании, ФИО1 указывал, что не знает причину конфликта, драки между К.Р. и П.И.И.

Как и в судебном заседании ФИО1 указывал, что по требованию К.Р. перегонял автомобиль П.И.И. от места сокрытия трупа П.И.И. к гаражу К.Е.В. Такие действия были направлены на сокрытие убийства П.И.И.

Вместе с тем, ФИО1 не указывал, что в момент убийства П.И.И. в автомашине громко играла музыка.

Кроме того, ФИО1 утверждал, что непосредственно перед убийством П.И.И. никаких разговоров между К.Р., Д.Л. и П.И.И. не было.

ФИО1 не указывал, что в момент убийства, Д.Л. удерживал П.И.И.

ФИО1 не указывал, что до совершенного преступления он и К.Р. проживали у Л. То обстоятельство, что после преступления они поехали к Л., ФИО1 объяснял встречей с Л. непосредственно перед преступлением.

После оглашения приведенных показаний ФИО1 заявил, что не подтверждает их в части противоречий. Следователь не выяснял у него все подробности произошедшего. В судебном заседании он дал более полные показания.

Показания К.Р., данные и в судебном заседании, в соответствии с которыми он осужден по приговору Свердловского районного суда <адрес обезличен> от <Дата обезличена> по ч. 1 ст. 105 УК РФ, за совершение убийства П.И.И.

С ФИО1 он знаком около 5-6 лет, они работали в одной организации, поддерживают дружеские отношения.

С П.И.И. он был знаком около 2-3 лет, ранее также вместе работали. Между ним и П.И.И. были нормальные отношения, особых конфликтов не возникало.

<Дата обезличена> он и ФИО1 находились вместе. В дневное время ФИО1 позвонил П.И.И., предложил встретиться. По предложению П.И.И. он и ФИО1 приехали на берег озера, расположенного вблизи плотины ГЭС <адрес обезличен>. В указанном месте находились П.И.И. и незнакомый ему ранее Р. Некоторое время они все употребляли спиртное, затем катались по городу на автомашинах, взяли с собой его и ФИО1 знакомого – Д.Л., снова вернулись на берег, продолжили распивать спиртное. В процессе распития спиртного между ним и П.И.И. возникал спор, но из-за чего, он не помнит.

В вечернее время он, ФИО3 И. на двух автомобилях поехали в район б<адрес обезличен>. Р. остался на берегу озера. В районе б<адрес обезличен> они снова распивали спиртное, автомобиль ФИО1 оставили возле дома последнего. На автомобиле П.И.И. все поехали к дому его и ФИО1 знакомой – Л., встретились в указанном месте с Л. и К.Е.В. С названными девушками у него и ФИО1 были дружеские отношения.

Он не замечал, чтобы П.И.И. приставал к Л. или к К.Е.В.

В указанном месте между П.И.И. и Д.Л. произошел конфликт. В какой-то момент П.И.И. сел в автомобиль, стал сигналить, Д.Л. сделал П.И.И. замечание, П.И.И. в ответ оскорбил Д.Л.

После этого он, ФИО3 И. поехали в расположенный неподалеку лесной массив. В указанном месте П.И.И. и Д.Л. снова стали конфликтовать между собой, а затем подрались.

У него с П.И.И. также произошел конфликт, но по какой причине, он не помнит. После этого все сели в автомобиль и поехали. Конфликт между ним и П.И.И. продолжился, он взял нож и нанес им удары П.И.И.

Нож лежал в автомашине, до этого использовался для нарезки продуктов. ФИО1 в это время управлял автомобилем, Д.Л. сидел позади ФИО1, он на переднем пассажирском сиденье, а П.И.И. за ним.

ФИО1 ничего не говорил ему перед убийством П.И.И., не подстрекал его к преступлению. У ФИО1 не было конфликтов с П.И.И. Когда он и Д.Л. ругались с П.И.И., ФИО1 предлагал всем перестать ругаться, предлагал уехать.

После убийства они все вместе поехали в район <адрес обезличен>, чтобы сокрыть там труп. Кто предложил ехать, он не помнит. Когда нашли подходящее место, вынесли труп из автомашины. Кто именно выносил труп, он не помнит. Он немного присыпал труп землей. Все понимали, что автомобиль П.И.И. нужно спрятать. У него и ФИО1 были ключи от гаража К.Е.В., автомобиль решили поставить в этот гараж. Предварительно они проехали к месту, в котором оставляли автомобиль ФИО1, затем на двух автомобилях к гаражу К.Е.В. Автомобиль оставили в гараже. Автомобилем П.И.И. при этом управлял ФИО1 После снова ездили за спиртным, затем поехали домой к Л., где провели последующие три дня.

Л. сказали, что Д.Л. купался в реке, поранил руку. У него и у Д.Л. на одежде были следы крови. Л. оказывала Д.Л. медицинскую помощь, стирала его и Д.Л. одежду.

На следующий после убийства день он, ФИО8 ездили на реку, к месту сокрытия трупа. Они помыли автомобиль ФИО1, он помыл и выбросил в реку нож, который использовал при совершении преступления. На место сокрытия трупа в мешках привезли землю, засыпали землей труп.

На третий день Д.Л. отвезли домой. Никто не высказывал Д.Л. угроз, не удерживал его насильно.

Ни он, ни ФИО1 не были заинтересованы в причинении смерти П.И.И. О совершенном преступлении не сообщили в полицию, поскольку испугались.

ФИО1 жил с ним, поскольку поругался со своей женой.

Ночь, предшествующую преступлению, он находился у себя дома. Ему ничего не известно о том, чтобы ФИО1 эту ночь провел у Л.

При описанных обстоятельствах у П.И.И. был автомобиль .... серебристого цвета, без государственных регистрационных номеров, у ФИО1 – автомобиль «....» красного цвета.

На досудебной стадии производства по делу на него оказывалось давление со стороны следователя и оперативных сотрудников. Ему угрожали применением насилия, обещали, что договорятся о более мягком наказании для него. От него требовали оговорить ФИО1 в соучастии в преступлении. При задержании и конвоировании оперативные сотрудники применяли к нему физическую силу. Его адвокат писал заявление по этому поводу, но следователь не воспринял заявление всерьез.

В результате оказанного давления он отказался от защитника, с которым было заключено соглашение, написал ходатайство о назначении адвоката.

У него сложилось впечатление, что участвовавшие в проведении с его участием проверки показаний на месте понятые были сотрудниками полиции. На правдивости его показаний в ходе следственного действия данное обстоятельство не отразилось.

Вместе с тем, К.Р. указал, что до установления сотрудниками Д.Л., давление на него не оказывалось. Ему предоставлялись свидания с родственниками. После установления Д.Л. стали оказывать давление, запретили свидания.

В связи с наличием существенных противоречий, в порядке частей 1 и 2 ст. 276 УПК РФ в судебном заседании были оглашены показания К.Р., данные им на досудебной стадии производства по уголовному делу и в судебном заседании по уголовному делу в отношении него.

На допросах в качестве подозреваемого <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 107-111, 112-114), К.Р. указывал, что в ночь с <Дата обезличена> на <Дата обезличена> между ним и П.И.И. произошел конфликт. Причину конфликта он не помнит. Он и П.И.И. находились в автомобиле, стали наносить друг другу удары. В ходе драки он причинил П.И.И. ранения ножом.

При этом, К.Р. настаивал, что именно П.И.И. в ходе драки вооружился ножом. Он разоружил П.И.И. и тем же ножом нанес П.И.И. несколько ударов. Ему П.И.И. причинил телесное повреждение в виде ссадины на губе.

К.Р. не сообщал в показаниях об участии в произошедших событиях Д.Л., о встрече с К.Е.В. и Л., о проживании в квартире Л.

На допросе в качестве обвиняемого <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 90-94) К.Р. показал, что не помнит, присутствовал ли при убийстве ФИО1 или нет, настаивал на том, что использовавшийся им нож принадлежал П.И.И.

К.Р. настаивал, что не знает, чья кровь могла быть обнаружена в автомашине П.И.И.

К.Р. сообщал, что не помнит, где в ночь с <Дата обезличена> на <Дата обезличена> встречались с К.Е.В.

К.Р. не сообщал в показаниях об участии в произошедших событиях Д.Л., о встрече с К.Е.В. и Л., о проживании в квартире Л.

В ходе очной ставки со свидетелем Д.Л. <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 150-153) К.Р. отказался давать показания по существу дела, высказывался нецензурной бранью в отношении Д.Л.

На допросе в качестве обвиняемого <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 165-171) К.Р. заявил, что отказался от услуг адвоката по соглашению, поскольку у них разошлись позиции в деле.

В ночь с <Дата обезличена> на <Дата обезличена> вместе с ним, ФИО1 и П.И.И. был Д.Л. До произошедшего они всей компанией встречались с Л. и К.Е.В. В процессе общения П.И.И. стал приставать к девушкам. Ему и ФИО1 это не понравилась. После ухода девушек он и ФИО1 стали предъявлять П.И.И. претензии по поводу такого поведения. Для выяснения отношений все поехали в лесной массив, расположенный неподалеку.

В лесном массиве происходили драки сначала между Д.Л. и П.И.И., а затем, между ним и П.И.И. Далее, все сели в автомобиль, где драка между ним и П.И.И. продолжилась.

В какой-то момент ФИО1 сказал ему фразу: «Вали его! Что ты с ним разговариваешь?». Эти слова были о причинении П.И.И. смерти. До этих слов ФИО1 он и не думал убивать П.И.И., слова ФИО1 подтолкнули его к совершению преступления. Он взял лежавший около переднего сиденья нож, развернулся к П.И.И. и стал наносить последнему удары ножом в грудь. Находившийся рядом Д.Л. пытался выбить из его руки нож, он случайно поранил Д.Л. руку.

К.Р. указывал, что знаком с ФИО1 продолжительное время, считает его умным и хитрым человеком. ФИО1 имеет на него определенное влияние, он прислушивается к словам ФИО1

К.Р. не указывал, что П.И.И. возле дома девушек садился в автомобиль и сигналил, по этому поводу был конфликт с Д.Л.

К.Р. указал, что П.И.И. не причинил ему никаких телесных повреждений. Телесное повреждение на губе он получил при падении <Дата обезличена>.

К.Р. отрицал в ходе допроса, что он и ФИО1 вступали в предварительный сговор на совершение преступления.

К.Р. отрицал в ходе допроса, что хотел убить и Д.Л., а ФИО1 его останавливал.

К.Р. отрицал в ходе допроса, что он высказывал Д.Л. какие-либо угрозы, насильно удерживал Д.Л. в квартире Л.

На допросе в качестве обвиняемого <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 63-68) К.Р. показал, что в ночь с <Дата обезличена> на <Дата обезличена> он, ФИО3 И. употребляли спиртное, встречались с Л. и К.Е.В. Ему не понравилось, как П.И.И. вел себя по отношению к девушкам.

После встречи с девушками, он, ФИО3 И. приехали в лесной массив. Он и П.И.И. подрались, сначала на улице, а затем в автомобиле. В ходе драки он взял нож и нанес П.И.И. несколько ударов в область груди. В результате полученных повреждений П.И.И. скончался.

Он совершил убийство в связи с тем, что ФИО1 в ходе его конфликта с П.И.И., сказал ему фразу: «Вали его!», то есть, сказал убить. Такие слова ФИО1 он воспринял как руководство к действию, совершил убийство.

К.Р. не указывал в ходе допроса, что П.И.И. возле дома девушек садился в автомобиль и сигналил, по этому поводу был конфликт с Д.Л.

К.Р. не указывал в ходе допроса о том, что П.И.И. причинял ему телесные повреждения, напал на него с ножом.

В судебном заседании при рассмотрении уголовного дела в отношении него <Дата обезличена>, К.Р. показал, что в ночь с <Дата обезличена> на <Дата обезличена> он, ФИО3 И. употребляли спиртное, встречались с Л. и К.Е.В. После этого, он, ФИО3 И. приехали в лесной массив. Он и П.И.И. подрались, сначала на улице, а затем в автомобиле. В ходе драки он взял нож и нанес П.И.И. несколько ударов в область груди. В результате полученных повреждений П.И.И. скончался.

К.Р. указывал, что ФИО1 не склонял его к совершению преступления. На предварительном следствии он оговорил ФИО1 в преступлении под давлением со стороны следователя и оперативных сотрудников.

Вместе с тем, К.Р. указывал, что конфликт с П.И.И. произошел из-за того, что П.И.И. стал приставать к Л. и К.Е.В., заигрывать с девушками. После этого П.И.И. сел в автомобиль и начал сигналить. Все делали замечания П.И.И., но последний не останавливался. Между П.И.И. и Д.Л. возник конфликт.

К.Р. указывал, что в лесной массив, в котором было совершено убийство П.И.И., поехали именно для выяснения отношений с П.И.И. Автомобилем при этом управлял ФИО1

Кроме того, К.Р. указывал, что именно ФИО1 был инициатором сокрытия трупа П.И.И. Когда все произошло, у него была паника. ФИО1 сказал, чтобы он не переживал, что все нормально, сейчас они поедут и закопают труп П.И.И. После этого, управляя автомобилем, ФИО1 привез всех на поле, расположенное вблизи <адрес обезличен>. В этом месте труп П.И.И. был оставлен. В последующем, по предложению ФИО1, к месту сокрытию трупа привезли землю, засыпали труп землей.

После оглашения приведенных показаний К.Р. заявил, что не подтверждает показания о том, что П.И.И. напал на него с ножом, а он разоружил П.И.И. Он хотел представить свои действия превышением пределов необходимой обороны, поэтому давал приведенные показания.

Кроме того, К.Р. заявил, что не подтверждает показания о том, что ФИО1 склонял его к совершению преступления. Ничего подобного ФИО1 не делал. Такие показания он дал под давлением сотрудников полиции и следователя. Его заставили отказаться от помощи защитника, с которым было заключено соглашение, следователь допустил к участию в деле защитника по назначению.

Допрос, в ходе которого он оговорил ФИО1 в преступлении, фактически происходил без участия защитника. Назначенный ему защитник прибыл к окончанию следственного действия, подписала протокол.

Показания, данные в ходе судебного заседания по делу в отношении него, он подтверждает.

При проведении с его участием проверки показаний на месте <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 115-120) К.Р. указал участок местности, расположенный за <адрес обезличен>, пояснил, что в этом месте сокрыт труп П.И.И.

В судебном заседании К.Р. подтвердил правильность указанных сведений.

Показания свидетеля Д.Л. данные им в судебном заседании, в соответствии с которыми он знаком с ФИО4, но каких-либо отношений с ними не поддерживает. Ему известно, что между собой К.Р. и ФИО1 поддерживают дружеские отношения.

<Дата обезличена> ему позвонил К.Р., предложил совместно отдохнуть, он согласился. Через некоторое время к нему подъехали ФИО4, и двое незнакомых ранее молодых людей, одним из которых был П.И.И. Подъехавшие были на двух автомобилях «....». После этого они все вместе отдыхали на берегу озера, распивали спиртные напитки.

ФИО4 представили П.И.И. как своего приятеля. Вместе с тем, из последующих разговоров он понял, что у ФИО4 к П.И.И. неприязнь. У них имелись какие-то совместные дела, в которых П.И.И. подвел К.Р.

В вечернее время он, ФИО4 сели в машину и поехали. ФИО4 хотели уехать от П.И.И. Через некоторое время П.И.И. догнал их, поехал с ними. Четвертый молодой человек остался на берегу озера.

Они продолжили распивать спиртные напитки, сначала на <адрес обезличен>, а затем в районе б<адрес обезличен>. Автомобиль ФИО1 оставили у какого-то жилого дома. Как он понял, в данном доме проживала родственница ФИО1 или К.Р.

После этого они приехали к дому, в котором проживали знакомые ФИО4 девушки. Девушки вышли на улицу, П.И.И. стал обнимать девушек. К.Р. поведение П.И.И. не понравилось, он высказывал по этому поводу претензии. После этого девушки ушли, а он, ФИО9 И. поехали в направлении лесного массива. Автомобилем управляли ФИО1 или К.Р.

В лесном массиве К.Р. сказал ему, что П.И.И. его (Д.Л.) оскорбил. Между ним и П.И.И. произошел конфликт, они боролись, но затем разошлись. После этого К.Р. стал конфликтовать с П.И.И. Как он понял, конфликт был из-за девушек, с которыми перед этим встречались. В ходе конфликта К.Р. несколько раз ударил П.И.И. Он видел на лице у П.И.И. следы крови, телесные повреждения.

После этого все сели в автомобиль и поехали вглубь лесного массива. Автомобилем управлял ФИО4 сидел на переднем пассажирском сиденье, П.И.И. за К.Р., а он за ФИО1 В автомобиле играла музыка, но негромко. Во время движения автомобиля К.Р. стал говорить П.И.И., чтобы тот не вздумал обращаться в полицию. ФИО1 в это время сказал К.Р.: «Вали его!» или «Мочи его!». Точно слова ФИО1 он уже не помнит. К.Р. развернулся, встал коленями на сиденье и начал наносить П.И.И. удары ножом в грудь. Он попытался отбыть удары, К.Р. попал ему ножом в руку, продолжил наносить П.И.И. удары. В общей сложности К.Р. нанес П.И.И. около 11-13 ударов.

П.И.И. во время нанесения ударов говорил К.Р.: «Что ты делаешь? Ведь у тебя тоже есть дети!». ФИО1 не останавливал автомобиль, все это время продолжал движение.

ФИО1, управляя автомобилем, привез их на поле. К.Р. требовал, чтобы он помог вынести труп П.И.И., но он не смог этого сделать, испугался крови. К.Р. сам вынес труп П.И.И. из автомобиля, сбросил его в яму. После этого они все сели в автомобиль и уехали. Автомобилем снова управлял ФИО1

После этого они забрали автомобиль ФИО1, на двух автомашинах проехали в какой-то гаражный кооператив, где оставили автомобиль П.И.И. в одном из боксов.

После этого все проследовали в квартиру одной из девушек, с которой встречались накануне. Они жили в указанной квартире несколько дней. У него и у К.Р. одежда была в крови. Он стирал свою одежду, девушка стирала одежду К.Р. Они несколько раз употребляли спиртное.

К.Р. несколько раз высказал ему угрозы убийством, в случае обращения в полицию.

На следующий после совершенного преступления день он, ФИО4 ездили на реку, молодые люди мыли автомобиль ФИО1 К.Р. в том же месте мыл нож, который использовал в ходе преступления. К.Р. говорил, что нож хорошо входит в человека. Кроме того, все втроем ездили к месту сокрытия трупа, в мешках перевозили землю, которую высыпали на труп.

На второй день использовавшиеся при сокрытии трупа лопаты и мешки они отвезли на дачу к К.Р.

На третий день К.Р. отвез его домой.

Приблизительно через две недели ФИО4 приезжали к нему домой, К.Р. говорил о том, что перепрятал труп и избавился от автомашины. После задержания К.Р. к нему приезжал один ФИО1, интересовался тем, обращался ли он в полицию.

Уже через продолжительнее время к нему приезжали жены ФИО4, говорили, что К.Р. надолго посадят, просили встретиться с адвокатом К.Р.

Приблизительно через 2-3 недели он вместе с мамой пришел в полицию, рассказал о произошедшем. Через полтора-два месяца его, кажется, допрашивали в качестве свидетеля по делу.

По ходатайству государственного обвинителя, по правилам ч. 3 ст. 281 УПК РФ, были исследованы показания свидетеля Д.Л., данные им в ходе предварительного следствия.

На допросе <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 27-35) свидетель Д.Л. аналогичным образом описывал обстоятельства дела.

Вместе с тем, Д.Л. указывал, что девушки, с которым он, ФИО9 И. встречались в ночь с <Дата обезличена> на <Дата обезличена>, состояли в интимных отношениях с ФИО4 П.И.И. в ходе общения стал приставать к девушкам, а именно, обнимать их, трогать за тело, за ягодицы. Такие действия П.И.И. сильно не понравились ФИО4 После ухода девушек, молодые люди стали предъявлять П.И.И. претензии по этому поводу, толкать его. П.И.И. также отвечал грубостями.

В лесном массиве ФИО4 снова предъявляли П.И.И. претензии по поводу приставания к девушкам. Перед тем как сесть в автомобиль, ФИО4 о чем-то негромко разговаривали между собой.

В автомашине ФИО4 говорили П.И.И. о том, что он сообщит о них в полицию.

Перед тем, как К.Р. стал наносить П.И.И. удары ножом, ФИО4 некоторое время негромко разговаривали между собой. Он услышал в разговоре слова ФИО1: «Мочи его!». Именно после этих слов К.Р. развернулся и стал наносить П.И.И. удары ножом.

После совершения преступления ФИО4 совместно вынесли труп П.И.И. из автомашины и бросили в яму.

Кроме того, свидетель Д.Л. указывал, что как ФИО1 , так и К.Р. он может охарактеризовать с отрицательной стороны. ФИО1 очень жесткий человек, ранее судим. ФИО1 имеет очень большое влияние на К.Р., давал ему указания, поручения. К.Р. всегда слушается ФИО1 и все беспрекословно выполняет.

Кроме того, Д.Л. указывает, что не обращался в полицию с заявлениями о произошедшем.

После оглашения приведенных показаний свидетель Д.Л. пояснил, что полностью подтверждает их. На момент допроса он лучше помнил обстоятельства дела. Кроме того, он опасается ФИО1, который в настоящее время находится в зале судебного заседания.

Кроме того, Д.Л. сообщил, что это его первые показания по данному уголовному делу.

Показания свидетеля К.Е.В., данные ею в судебном заседании, в соответствии с которыми она длительное время знакома с ФИО4, поддерживает с названными лицами приятельские отношения. Ей известно, что между собой ФИО4 также поддерживают приятельские отношения. Она не слышала, чтобы между ФИО4 происходили конфликты.

Ей принадлежит гаражный бокс, имеющий <Номер обезличен>, расположенный в гаражном кооперативе <Номер обезличен>, на б<адрес обезличен>. В мае <Дата обезличена> года она передала ключи от данного гаражного бокса ФИО4

На период описываемых событий ФИО1 использовал автомобиль ....» красного цвета.

В один из дней июня 2015 года, точную дату она не помнит, она находилась в гостях у своей знакомой Л. ФИО4 также знакомы с Л. В ночное время ей позвонил ФИО1, попросил выйти на улицу. Она и Л. вышли на улицу, встретили там ФИО4, а также незнакомых ранее Д.Л. и П.И.И. Молодые люди находились в состоянии алкогольного опьянения, Д.Л. и П.И.И. в большей степени, чем ФИО4 Все молодые люди приехали на автомашине. Некоторое время она разговаривала с ФИО1, Л. – с К.Р. В это время П.И.И. сел в автомобиль и стал сигналить. Присутствующие делали П.И.И. замечание по этому поводу. Д.Л. реагировал больше остальных, говорил, что поведение П.И.И. его выводит из себя. ФИО1 успокаивал Д.Л. После этого молодые люди уехали.

На следующий день Л. в телефонном разговоре сообщила ей, что под утро к ней домой приехали ФИО10 В тот же день она приезжала к Л., видела там ФИО1

В дальнейшем, со слов Л. она узнала, что ФИО10 жили в квартире Л. несколько дней. У Д.Л. была резаная рана руки, Л. оказывала ему медицинскую помощь.

Со слов Л. ей также известно, что когда молодые люди приезжали вчетвером, П.И.И. пытался поцеловать ее (Л.) в щеку. Она таких действий П.И.И. не видела.

В последующем, в разговоре о произошедшем, ФИО1 кратко сказал ей, что К.Р. убил П.И.И. и причинил ранение Д.Л. Он в этой ситуации ничего не мог сделать, боялся.

Охарактеризовать ФИО1 она может лишь с положительной стороны, как общительного, неконфликтного человека.

Показания свидетеля Л., данные ею в судебном заседании, в соответствии с которыми она длительное время знакома с ФИО4, поддерживает с названными лицами приятельские отношения. Она длительное время поддерживает приятельские отношения с К.Е.В., с которой так же знакомы ФИО4

В один из дней лета 2015 года у нее в гостях находилась К.Е.В. Около полуночи ей или К.Е.В. позвонили ФИО4, сообщили, что подъехали, попросили выйти на улицу. Она и Л. вышли на улицу, встретили там ФИО4, а также незнакомых ей ранее Д.Л. и П.И.И. Все молодые люди находились в состоянии алкогольного опьянения. Молодые люди приехали на автомашине. Когда К.Р. знакомил ее и П.И.И., последний пытался поцеловать ее в щеку, но она отвернулась. ФИО4 на это отреагировали спокойно. В какой-то момент П.И.И. садился в автомобиль и сигналил. По этому поводу П.И.И. делали замечание. В ее присутствии никаких конфликтов не происходило. Через некоторое время молодые люди уехали.

В ту же ночь, около 06 часов утра к ней домой приехали ФИО10 При этом, у Д.Л. была рана на руке, отсутствовали брюки. Молодые люди пояснили, что Д.Л. купался и порезал руку. Она оказывала Д.Л. медицинскую помощь, стирала какую-то одежду К.Р.

Молодые люди остались жить у нее на несколько дней. ФИО4 уезжали на работу, Д.Л. постоянно находился у нее в квартире. Д.Л. никто не удерживал, он несколько раз разговаривал по телефону со своей матерью.

Предшествующую описанным выше событиям ночь ФИО4 также находились у нее в квартире. Ей ФИО4 говорили, что поругались со своими женами.

В последующем К.Е.В. сообщала ей, что когда молодые люди вчетвером приезжали к ее дому, Д.Л. негативно высказывался в отношении П.И.И. Она при этом не присутствовала.

Ей известно, что между собой ФИО4 поддерживают приятельские отношения. Она не слышала, чтобы между ФИО4 происходили конфликты.

Ей известно, что у К.Е.В. имеется гаражный бокс, расположенный на бульваре ФИО6 <адрес обезличен>. К.Е.В. предоставляла гаражный бокс ФИО4 для хранения инструментов.

Ей известно, что ранее К.Р. и П.И.И. работали вместе, между ними происходил конфликт из-за денег.

Охарактеризовать ФИО1 она может лишь с положительной стороны, как общительного, неконфликтного человека.

Кроме того, свидетель Л. заявила, что следователь и оперативные сотрудники требовали от нее изменения показаний, но она отказалась. На достоверности ее показаний оказанное на нее давление не отразилась.

По ходатайству государственного обвинителя, по правилам ч. 3 ст. 281 УПК РФ, были исследованы показания свидетеля Л., данные ею в ходе предварительного следствия по настоящему уголовному делу и в ходе судебного разбирательства по уголовному делу в отношении К.Р.

На допросе <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 114-116) свидетель Л. аналогичным образом описывала обстоятельства дела, указывала, что летом 2015 года она и К.Е.В. встречались с ФИО11 И., в последующем первые трое из указанных молодых людей несколько дней жили в ее квартире.

Как и в судебном заседании Л. указывала, что в процессе общения П.И.И. попытался поцеловать ее в щеку, она увернулась. В ее присутствии ФИО4 никак на это не отреагировали.

Вместе с тем, свидетель не указывала, что Д.Л. негативно высказывался в отношении П.И.И.

Свидетель Л. не указывала, что предшествовавшую совершенному в отношении П.И.И. ночь ФИО4 также ночевали в ее квартире.

Кроме того, свидетель Л. указывала, что продолжительное время она встречается с К.Р., между ними интимные отношения, К.Е.В. встречается с ФИО1

В судебном заседании при рассмотрении уголовного дела в отношении К.Р. <Дата обезличена>, Л. аналогичным образом описывала обстоятельства дела, указывала, что летом 2015 года она и К.Е.В. встречались с ФИО11 И., в последующем первые трое из указанных молодых людей несколько дней жили в ее квартире.

Свидетель Л. указывала, что в процессе общения П.И.И. положил на нее руку, попытался поцеловать ее в щеку, в дальнейшем сел в автомобиль и стал громко сигналить. Она делала П.И.И. замечания по этому поводу.

Свидетель Л. категорически отрицала, что между ней и К.Р. существовали интимные отношения.

Свидетель Л. категорически отрицала, что ФИО4 оставались у нее ночевать до произошедших событий.

После оглашения приведенных показаний свидетель Л. заявила, что не подтверждает их в части противоречий. Следователь и секретарь судебного заседания по делу в отношении К.Р. неправильно записали ее показания.

Показания свидетеля Р.И., данные им в судебном заседании, в соответствии с которыми он проживал по соседству с П.И.И., между ним и П.И.И. были приятельские отношения. Летом 2015 года он и П.И.И. на протяжении нескольких дней распивали спиртные напитки. В первый день спиртные напитки употребляли вместе с Б., на даче у последнего, а во второй – вместе с ФИО4, на берегу озер в районе плотины ГЭС <адрес обезличен>.

П.И.И. принадлежал автомобиль ....». На этом же автомобиле он и П.И.И. ездили отдыхать на берег озер.

ФИО4 приезжали на берег озер по приглашению П.И.И. Ему П.И.И. представил молодых людей своими друзьями. В его присутствии никаких конфликтов между П.И.И., ФИО4 не происходило, П.И.И. не говорил о том, что кого-то опасается.

На берегу озер он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, обстоятельства помнит плохо. В какой-то момент он не хорошо себя почувствовал и уснул в кустах. Когда он проснулся, никого из указанных выше рядом не было.

Показания свидетеля Б., данные им в судебном заседании, в соответствии с которыми в один из дней лета 2015 года, более точную дату он не помнит, к нему на дачный участок приезжали П.И.И. и Р. С П.И.И. он ранее знаком не был. Они втроем употребляли спиртное, а на следующий день П.И.И. попросил своего знакомого развести их по домам. Его отвезли первым.

Показания свидетеля К.Е., данные им на допросе в судебном заседании, в соответствии с которыми в один из дней лета 2015 года, более точную дату он не помнит, в утреннее время, он по просьбе П.И.И., забирал с дачи и развозил по домам П.И.И., Р.И. и Б.

Р. говорил ему, что П.И.И. опасался людей, с которыми они в дальнейшем употребляли спиртное.

Показания свидетеля У., данные ею в ходе предварительного следствия, которые были оглашены в судебном заседании с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ. На допросе <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 73-75) У. показала, что П.И.И. приходился ей двоюродным братом.

<Дата обезличена> около 15 часов 40 минут П.И.И. позвонил ей и попросил занять деньги, она согласилась. Приблизительно через 5-10 минут П.И.И. с незнакомыми ей молодыми людьми подъехал к ее дому. Она передала П.И.И. 500 рублей. П.И.И. при описанных обстоятельствах находился в состоянии алкогольного опьянения.

Охарактеризовать П.И.И. она может как человека, злоупотребляющего спиртными напитками. В состоянии опьянения П.И.И. начинал много шутить.

Показания свидетеля Д.А. , данные ею в судебном заседании, в соответствии с которыми она приходится матерью Д.Л. С <Дата обезличена> по <Дата обезличена> Д.Л. не ночевал дома. Она сильно переживала по этому поводу. <Дата обезличена> Д.Л. единожды позвонил ей с неизвестного номера, сообщил, что его несколько дней не будет дома. Когда Д.Л. вернулся домой, то был в болезненном состоянии. Она видела на руке у Д.Л. рану. После этого Д.Л. по нескольку раз в день ходил в церковь.

Приблизительно через две недели Д.Л. рассказал ей, что в его присутствии было совершено убийство. Она поняла, что Д.Л. употреблял спиртные напитки в компании молодых людей, среди которых был ФИО1 Между молодыми людьми произошел конфликт, в ходе которого один из них убил другого. Никакие подробности преступления Д.Л. ей не рассказывал.

Ей известно, что после произошедшего ФИО1 дважды встречался с ее сыном. Первая встреча была приблизительно через полтора месяца после произошедшего, вторая осенью. В первый раз ФИО1 приезжал к их дому, а во второй, на работу к Д.Л. Предварительно ФИО1 приезжал на работу к ней, интересовался местом работы Д.Л.

Д.Л. говорил, что боится ФИО1, что ФИО1 угрожает ему. Какое отношение к совершенному убийству имел ФИО1, ей не известно.

Ей ничего не известно о том, чтобы через полтора месяца после совершенного преступления Д.Л. ходил в полицию. Она с ним в полицию в этот период не ходила и от него об этом не слышала. Она не обращалась в полицию с сообщением об известном ей преступлении, поскольку также боялась. О том, что ее сына вызывают в полицию, она узнала зимой 2015 года.

По ходатайству государственного обвинителя, по правилам ч. 3 ст. 281 УПК РФ, были исследованы показания свидетеля Д.А. , данные ею в ходе предварительного следствия.

На допросе <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 95-98) свидетель Д.А. указывала, что со слов Д.Л. ей известны обстоятельства совершенного в присутствии Д.Л. убийства. Участие в данном преступлении принимал ФИО1, который склонил исполнителя к преступлению.

После оглашения приведенных показаний свидетель Д.А. заявила, что не подтверждает их, не давала подобных показаний. Протокол допроса она подписала не читая. Она предполагает, что следователь перепутал ее показания с показаниями Д.Л. При ее допросе Д.Л. присутствовал.

Показания свидетеля М., данные ею на допросе в судебном заседании, в соответствии с которыми с 2011 года она состоит в фактических брачных отношениях с подсудимым ФИО1

Ей известно, что между ФИО4 дружеские отношения. Молодые люди вместе работали.

Ей известно, что между ФИО1 и П.И.И. были дружеские отношения. Познакомились ФИО1 и П.И.И. через К.Р. Между К.Р. и П.И.И. были конфликтные отношения.

Летом 2015 года она и ФИО1 продолжительное время не проживали совместно. Между ними произошел конфликт. Отношения между ними возобновились лишь летом 2016 года.

В конце июля 2015 года ФИО1 рассказал ей, что в один из дней употреблял спиртное в компании К.Р. и П.И.И. ФИО1 уснул, а К.Р. в это время убил П.И.И.

В 2016 году она и жена К.Р. ездили на работу к Д.Л. Жена К.Р. хотела поговорить с Д.Л. О чем был разговор, ей не известно.

Ее допрашивали свидетелем по настоящему уголовному делу. Следователь сообщил ей, что ФИО1 разыскивается сотрудниками полиции. Ей не было известно о том, где находится ФИО1 После возобновления отношений, она сообщила ФИО1 о его розыске. ФИО1 сказал, что его уже не ищут.

Охарактеризовать ФИО1 она может с положительной стороны. В состоянии алкогольного опьянения ФИО1 не агрессивный.

Показания потерпевшей П.Т.В., данные ею на допросе в судебном заседании, в соответствии с которыми П.И.И. приходился ей мужем. Обстоятельства совершенного в отношении П.И.И. преступления ей известны только из материалов дела. В последний раз она видела П.И.И. <Дата обезличена>. П.И.И. пояснил ей, что поедет на встречу с товарищем.

Ей известно, что П.И.И. поддерживал приятельские отношения с ФИО4 С ФИО1 она знакома, однажды была с ним в одной компании, с К.Р. лично не знакома.

П.И.И. принадлежал автомобиль «..... До <Дата обезличена> автомобиль был припаркован возле их дома. В указанный день в утреннее время она обнаружила отсутствие автомобиля. Она полагает, что автомобиль взял П.И.И.

Охарактеризовать П.И.И. она может с положительной стороны, как общительного, неконфликтного человека.

Показания потерпевшей П.И.В. , данные ею в судебном заседании, в соответствии с которыми П.И.И. приходился ей сыном. Обстоятельства совершенного в отношении П.И.И. преступления ей известны только из материалов дела. В последний раз она видела П.И.И. <Дата обезличена>, а <Дата обезличена> в 13 часов 30 минут разговаривала с ним по телефону. П.И.И. говорил ей, что купается на озерах.

Ей известно, что в последнее время П.И.И. использовал автомобиль ....

Ей известно, что П.И.И. поддерживал приятельские отношения с ФИО4 Ранее К.Р. и П.И.И. вместе работали, в этот же период времени между ними происходил конфликт.

Ей известно, что в последнее время П.И.И. не приносил домой заработную плату. По ее мнению, такие обстоятельства могли быть обусловлены вымогательством у П.И.И. денег, подготовкой к совершению в отношении него преступления. О конкретных фактах хищения у П.И.И. денежных средств, совершения в отношении П.И.И. иных преступлений, ей не известно.

Охарактеризовать П.И.И. она может с положительной стороны, как общительного, неконфликтного человека.

Показания потерпевшего П.И.И. (П.И.И.) данные им в судебном заседании, в соответствии с которыми П.И.И. приходился ему сыном. Обстоятельства совершенного в отношении П.И.И. преступления ему известны только из материалов дела. Никто из проходящих по делу лиц ему не знаком. В последний раз он видел П.И.И. в середине июня 2015 года.

Охарактеризовать П.И.И. он может с положительной стороны, как общительно, неконфликтного человека.

Показания потерпевшей А.А.И., данные ею в судебном заседании, в соответствии с которыми П.И.И. приходился ей братом. Обстоятельства совершенного в отношении П.И.И. преступления ей известны только из материалов дела. В последний раз она видела П.И.И. <Дата обезличена>. П.И.И. пытался ей дозвониться <Дата обезличена>, но она не смогла ответить.

Со слов Р.И. ей стало известно, что <Дата обезличена> П.И.И. распивал спиртные напитки вместе с ФИО4 При этом она считает, то Р. не все рассказывает про указанный день, боится ФИО4

Охарактеризовать П.И.И. она может с положительной стороны, как общительного, неконфликтного человека.

Кроме того, совершение ФИО1 преступлений при обстоятельствах, приведенных в описательной части приговора, подтверждается следующими доказательствами:

Протокол осмотра места происшествия от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 121-127), в соответствии с которым был осмотрен участок местности, расположенный вблизи <адрес обезличен>, имеющий географические координаты 55?46"43"" N, 37?37"6"" Е. При снятии слоя грунта на осмотренном участке обнаружен труп П.И.И. В левой верхней области груди трупа имеются множественные колото-резаные повреждения.

Заключение медицинской судебной экспертизы <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 29-32), в соответствии с выводами которого, при исследовании трупа П.И.И. обнаружены телесные повреждения в виде:

- трех колото-резаных ранений передней поверхности грудной клетки слева, проникающих в левую плевральную полость, два из которых с повреждением сердечной сорочки и сердца;

- одного колото-резаного ранения левой боковой поверхности грудной клетки, проникающего в левую плевральную полость;

- двух колото-резаных ранений передней поверхности грудной клетки слева, проникающих в левую плевральную и брюшную полости, с повреждением левого купола диафрагмы и левой доли печени;

- пяти колото-резаных ранений левого плечевого сустава по передней поверхности, левого плеча на границе верхней и средней трети, в средней трети.

Все указанные повреждения прижизненные, состоят в прямой причинной связи со смертью П.И.И., причинены неоднократными (не менее 16-ти) воздействиями плоского колюще-режущего предмета, чем мог быть нож, расцениваются как повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Смерть П.И.И. наступила в результате причинения указанных телесных повреждений, около месяца назад к моменту исследования трупа (<Дата обезличена>).

При химическом исследовании крови трупа обнаружен этиловый алкоголь.

Кроме того, в исследовательской части заключения судебной экспертизы указано, что помимо множественных колото-резаных ранений грудной клетки, левого плечевого сустава и левого плеча, на трупе П.И.И. обнаружено колото-резаное ранение передней поверхности живота, в верхней трети.

Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт Р.Д.А. пояснил, что им проводилась экспертиза трупа П.И.И., по результатам которого было изготовлено заключение эксперта <Номер обезличен> от <Дата обезличена>. На трупе П.И.И. было обнаружено 12 колото-резаных ранений, которые описаны в исследовательской части заключения. В выводах заключения одно из телесных повреждений не указано – колото-резаное ранение передней поверхности живота, в верхней трети. Данное обстоятельство является ошибкой, результатом невнимательности лаборанта.

На правильности общих результатов экспертного исследования, в том числе, выводов о причине смерти П.И.И., давности ее наступления, характере и степени тяжести иных телесных повреждений, данная ошибка не отразилась.

Протокол следственного эксперимента от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 223-232), в соответствии с которым К.Р., используя предоставленные ему макет ножа и манекен человека, продемонстрировал механизм причинения телесных повреждений П.И.И.

При этом К.Р. пояснил, что П.И.И. напал на него, попытался нанести ему удар ножом, он разоружил П.И.И., тем же ножом причинил П.И.И. телесные повреждения.

Заключение дополнительной медицинской судебной экспертизы <Номер обезличен>/А-2015 от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 221-225), в соответствии с выводами которого:

- с учетом локализации, множественности, характера обнаруженных на трупе П.И.И. телесных повреждений, исключается возможность совершения П.И.И. активных действий после их получения;

- с учетом локализации, характера, направления раневых каналов обнаруженных на трупе П.И.И. телесных повреждений, исключается возможность их получения П.И.И. при обстоятельствах, описанных и продемонстрированных К.Р. в ходе следственного эксперимента.

Заключение дополнительной медицинской судебной экспертизы <Номер обезличен>/Б-2015 от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 244-248), в соответствии с выводами которого, с учетом локализации, характера, механизма образования обнаруженных на трупе П.И.И. телесных повреждений, не исключается возможность их получения П.И.И. при обстоятельствах, описанных свидетелем Д.Л.

Протокол осмотра места происшествия от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 64-71), в соответствии с которым был осмотрен участок автомобильной дороги вблизи гаражного кооператива <Номер обезличен> «А», расположенного по адресу: <адрес обезличен>, Бульвар ФИО6, <адрес обезличен> «Б»/3. Участвующий в ходе следственного действия свидетель Д.Л. показал, что именно в этом месте в ночь с <Дата обезличена> на <Дата обезличена> К.Р. совершил убийство П.И.И.

Протоколы выемок от <Дата обезличена>, <Дата обезличена>, <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 226-229, 239-243, том <Номер обезличен>, л.д. 45-48), в соответствии с которым в ИОБСМ были изъяты: одежда и обувь, фрагмент ребра, кожный лоскут с повреждениями от трупа П.И.И.

На досудебной стадии производства по уголовному делу все изъятые в ходе расследования предметы были осмотрены (Том <Номер обезличен>, л.д. 244-251, том <Номер обезличен>, л.д. 49-50), признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (Том <Номер обезличен>, л.д. 1-2, 51).

В ходе осмотра установлено, что на футболке с трупа П.И.И. в проекции верхней левой области передней поверхности грудной клетки имеются множественные полосовидные сквозные повреждения.

Заключение трасологической судебной экспертизы <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 74-76), в соответствии с которым повреждения на футболке с трупа П.И.И. относятся к колото-резаным, образованы одним и тем же клинком однолезвийного ножа с двухсторонней заточкой.

Заключение медицинской судебной экспертизы <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 98-102), в соответствии с которым повреждения на кожном лоскуте от трупа П.И.И. (с двумя ранами) относятся к колото-резаными.

Повреждения, возможно, причинены в результате восьмикратного воздействия одного плоского односторонне острого колюще-режущего предмета (клинок шириной в пределах от 15-18 до 24-27 мм, длиной около 120-150 мм, обух шириной 1-1,2 мм).

Протокол осмотра места происшествия от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 165-175), в соответствии с которым был осмотрен автомобиль «иные данный Королла», государственный регистрационный знак <***> регион, находящийся на участке местности вблизи дома по адрес: <адрес обезличен> событий, <адрес обезличен>. В автомашине обнаружены и изъяты ключ от автомобиля с брелоком сигнализации и металлический ключ.

Участвующий в следственном действии ФИО1 пояснил, что автомобильный ключ от автомашины, принадлежавшей П.И.И., металлический ключ от гаражного бокса, в котором сокрыта автомашина П.И.И.

Протоколы осмотра места происшествия от <Дата обезличена>, <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 193-219), в соответствии с которыми был осмотрен гаражный бокс <Номер обезличен>, расположенный в гаражном кооперативе <Номер обезличен>, по адресу: <адрес обезличен>, б. ФИО6, объект 13Б/1.

В ходе осмотра в гаражном боксе обнаружен автомобиль «....». В багажнике автомобиля имеются государственные регистрационные знаки <***> регион. На поверхности чехлов сидений автомобиля, элементах внутренней отделки салона, дверях, приборной панели обнаружены многочисленные пятна вещества бурого цвета, похожего на кровь.

В ходе осмотра изъяты: чехлы с сидений автомобиля, подголовников, рычага переключения коробки передач, рулевого колеса, одежда, нож, мобильный телефон, портмоне, четыре окурка, пять отрезков липкой ленты с отпечатками пальцев рук и ладоней, смывы с поверхностей дверей, панели приборов автомобиля.

Изъятые в ходе следственных действий предметы также были осмотрены (Том <Номер обезличен>, л.д. 244-251), признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (Том <Номер обезличен>, л.д. 1-2).

Осмотром установлено:

- в изъятом из автомобиля «....» мобильном телефоне отсутствует СИМ-карта;

- в изъятом из автомобиля «....» портмоне имеются документы на имя П.И.И. (паспорт гражданина РФ, водительское удостоверение, свидетельство о государственной регистрации транспортного средства).

Протокол получения образцов для сравнительного исследования от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 132-133), в соответствии с которым у К.Р. были получены образцы крови и слюны.

Протокол получения образцов для сравнительного исследования от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 7-9), в соответствии с которым у свидетеля Р.И. получены образцы крови и слюны.

Протокол получения образцов для сравнительного исследования от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 37-39), в соответствии с которым у свидетеля Д.Л. получены образцы крови и слюны.

Заключения генетических судебных экспертиз <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 163-191), <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 134-138), в соответствии с которыми:

- на поверхности чехлов с сидений и подголовников автомобиля ....» обнаружена кровь П.И.И. и Д.Л.;

- на трех смывах с дверей, панели приборов автомобиля «....» обнаружена кровь П.И.И.;

- на смыве с левой задней двери автомобиля «....» обнаружена кровь Д.Л.;

- на чехлах с рычага переключения коробки передач, рулевого колеса автомобиля «....» следов крови не обнаружено. На чехле с рулевого колеса обнаружен генетический материал П.И.И.;

- на ноже из багажника автомобиля «....» следов крови не обнаружено. На рукояти ножа обнаружен генетический материал Р.И.;

- на двух сигаретах, изъятых из автомобиля ....» обнаружен генетический материал Р.И.;

- на одном окурке сигареты обнаружен генетический материал, смешанный с кровью, который произошел от П.И.И. и Д.Л.;

- на одном окурке сигареты обнаружен генетический материал лица женского пола.

Протокол осмотра документов от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 6-10), в соответствии с которым были осмотрены дактилоскопические карты К.Р., ....., П.И.И. Постановлением следователя осмотренные документы признаны вещественным доказательством по делу (Том <Номер обезличен>, л.д. 11).

Заключение дактилоскопической судебной экспертизы <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 134-138), в соответствии с которым:

- следы пальцев и ладоней рук на четырех отрезках липкой ленты, изъятые <Дата обезличена> в ходе осмотра автомашины «.... не пригодны для идентификации личности;

- след пальца руки на одном отрезке липкой ленты, изъятый <Дата обезличена> в ходе осмотра автомашины «....», оставлен П.И.И.

Справка, предоставленная Иркутским филиалом ООО «Т2 Мобаил» <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 110) в соответствии с которой подсудимый ФИО1 использовал телефонный <Номер обезличен>.

Справка, предоставленная Иркутским филиалом ООО «Т2 Мобаил» <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 112) в соответствии с которой П.И.И. использовал телефонный <Номер обезличен>.

Протокол осмотра документов от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 132-135), в соответствии с которым были осмотрены детализации телефонных соединений использовавшегося подсудимым ФИО1 телефонного номера. Осмотром установлено, что <Дата обезличена> ФИО1 имел четыре входящих соединения с абонентским номером, использовавшегося П.И.И. (с 14 часов 26 минут до 14 часов 48 минут по местному времени).

Протокол предъявления лица для опознания от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 1-4), в соответствии с которым свидетель Р. опознал К.Р. как молодого человека, который вместе с ним, П.И.И. и ФИО1 отдыхал на берегу озер.

Заключение медицинской судебной экспертизы <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 10-11), в соответствии с которым у Д.Л. имеется рубец в области правого предплечья, который мог образоваться на месте колото-резаной раны в пределах 3-6 месяцев на момент осмотра.

Показания специалиста Р., данные ею в судебном заседании, в соответствии с которыми, она имеет ученую степень кандидата филологических наук, профессиональную подготовку по специальности: «Судебная лингвистическая экспертиза».

Слова «валить» и «мочить» в современном русском языке используются в нескольких значениях. Для выяснения того, в каком конкретном значении употреблялись слова, необходимо принимать во внимание так называемую «речевую ситуацию» (к кому были обращены слова, обстоятельства их употребления, предшествующие события и прочее).

В конфликтной ситуации между людьми слова «мочить» и «валить» имеют однотипное значение – причинять смерть человеку, убивать человека ударом какого-либо предмета или выстрелом из оружия, уничтожать человека. Такое значение слов в современной разговорной речи является общераспространенным.

Кроме того, при производстве по уголовному делу суду представлены следующие доказательства:

Протокол выемки от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 148-150), в соответствии с которым у К.М.В. изъята одежда и обувь К.Р.

В соответствии с заключением генетической судебной экспертизы <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 163-191), на одежде и обуви К.Р. следов крови не обнаружено.

Протокол обыска от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 109-113), в соответствии с которым был проведен обыск в квартире Л., расположенной по адресу: <адрес обезличен>. В ходе обыска в квартире изъяты несколько ножей, мобильный телефон, бутылка водки.

Значение для дела изъятых предметов не нашло своего подтверждения.

Протокол предъявления предмета для опознания от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 146-149), в соответствии с которым свидетель Д.Л. не опознал один из ножей, изъятых в квартире Л., как нож, использовавшийся при совершении преступления.

В использовавшихся К.Р. жилых помещениях также производились обыски (Том <Номер обезличен>, л.д. 210-212, 216-219), имеющих значение для дела предметов и документов обнаружено не было.

Оценив приведенные доказательства обвинения и защиты, каждое из которых получено с соблюдением процессуальных требований, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд находит совокупность доказательств достаточной для разрешения уголовного дела.

Суд приходит к убеждению, что виновность подсудимого в совершении преступлений при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, установлена и доказана в полном объеме совокупностью показаний подсудимого ФИО1, осужденного К.Р., свидетелей, объективными доказательствами, представленными сторонами.

В основу обвинительного приговора суд считает правильным положить показания свидетеля Д.Л., изобличающие подсудимого показания осужденного К.Р., достоверность которых сомнений не вызывает.

Каких-либо обстоятельств, позволяющих говорить о необъективности показаний свидетеля Д.Л., его заинтересованности в необоснованном привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, судом не установлено.

Никто из допрошенных по делу лиц не сообщил о конфликтах, неприязненных отношениях между Д.Л. и ФИО1, которые могли бы быть судом оценены как основания для оговора подсудимого. С погибшим П.И.И. свидетель Д.Л. ранее знаком не был, виделся с ним впервые.

Как на досудебной стадии производства по делу, так и в судебном заседании, Д.Л. предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Вопреки доводам стороны защиты, в изобличающих подсудимого показаниях свидетеля Д.Л. отсутствуют такие противоречия, которые могли бы свидетельствовать об их недостоверности.

Обстоятельства, имеющие существенное и решающее значение для дела, свидетель указал на досудебной стадии производства, настаивал на них и при рассмотрении уголовного дела судом.

Суд не может согласиться с утверждениями стороны защиты о том, что к показаниям свидетеля Д.Л. следует отнестись критически, поскольку он указывает о допросе его по делу спустя непродолжительный период времени после совершенного преступления, но таких показаний в деле не имеется.

Приведенные обстоятельства, по мнению суда, объясняются лишь заблуждением Д.Л. относительно времени производства с его участием следственных действий. После оглашения имеющихся в материалах дела показаний Д.Л., он подтвердил их в полном объеме, пояснил, что это его первые показания по настоящему уголовному делу.

Из имеющегося в материалах дела рапорта оперативного сотрудника следует, что Д.Л. был установлен как очевидец преступления и доставлен к следователю <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 26). В тот же день Д.Л. допрошен свидетелем по уголовному делу (Том <Номер обезличен>, л.д. 27-35), у него получены образцы крови и слюны (Том <Номер обезличен>, л.д. 37-39).

Из показаний всех проходящих по делу лиц следует, что продолжительное время после совершенного в его присутствии убийства, Д.Л. находился в стрессовом состоянии, был сильно испуган. В состоянии стресса у человека нередко происходит нарушение восприятия временных интервалов.

До оглашения его показаний Д.Л. указывал, что впервые в полицию явился вместе со своей матерью. Допрошенная в судебном заседании Д.А. показала, что ей ничего не известно об обращении Д.Л. в полицию через полтора-два месяца. Она с Д.Л. в полицию в этот период времени не ходила и от Д.Л. об этом не слышала. О том, что ее сына вызывают в полицию, она узнала зимой 2015 года.

Сторона защиты указывает, что показания Д.А. могли содержаться в материалах об избрании в отношении К.Р. меры пресечения, продления срока его содержания под стражей.

Вместе с тем, при обсуждаемых обстоятельствах, об имеющихся в деле показаниях Д.Л. не мог бы не знать сам К.Р. Все представленные в обоснования ходатайств следователя материалы исследовались с его участием. Из показаний К.Р. следует, что о допросе по делу Д.Л. он узнал лишь при проведении очной ставки со свидетелем, был сильно удивлен наличием такого изобличающего его в преступлении доказательства.

При приведенных обстоятельствах никаких оснований полагать, что по делу имелись иные показания свидетеля Д.Л., суд не находит.

Заблуждение Д.Л. относительно времени производства с его участием следственных действий, на достоверность показаний свидетеля не влияет.

Показания Д.Л. по существенным для дела обстоятельствам полны, последовательны, согласуются с иными доказательствами, которые суд считает правильным признать достоверными.

Вопреки доводам стороны защиты, при производстве с участием Д.Л. следственных действий в ходе досудебного производства, не допущено таких нарушений закона, которые могли бы повлечь признание его показаний недопустимыми доказательствами.

Суд считает правильным признать достоверными показания осужденного К.Р., данные им в ходе допросов на стадии досудебного производства по делу <Дата обезличена> и <Дата обезличена>.

В названных показаниях осужденный К.Р. прямо изобличает ФИО1, описывает его роль в преступлении.

Показания К.Р. последовательны, насыщены важной для уголовного дела информацией.

Из обстоятельств дела следует, что между ФИО4 сложились дружеские отношения, не происходило конфликтов. Суд не находит оснований полагать, что К.Р. мог оговорить ФИО1 в преступлении.

К заявлениям К.Р. о том, что показания в отношении ФИО1 он дал в результате оказанного на него давления, суд относится критически.

Фактическое содержание показаний К.Р. в ходе обсуждаемых допросов, явно свидетельствует о том, что он активно защищается, отстаивает свои интересы, приводит различные доводы в свою защиту и в защиту ФИО1 (настаивает на том, что между ним и ФИО1 не имелось предварительного сговора на совершение преступления, как об этом указывает Д.Л., отрицательно характеризует погибшего, настаивает на агрессивном поведении погибшего, настаивает на том, что Д.Л. никто не высказывал угроз, не удерживал Д.Л. против воли).

Из протоколов следственных действий с К.Р. следует, что в каждом из них принимал участие защитник.

Заявления К.Р. о том, что он был не согласен с защитой его адвокатами, участвовавшими в уголовном деле по назначению, опровергаются имеющимся в материалах дела письменными обращениями К.Р. к следователю, в которых он просит предоставить ему защитников за счет средств федерального бюджета.

С участием предоставленных защитников с К.Р. неоднократно проводились следственные действия, К.Р. не делал заявлений об отказе от привлеченных к участию в деле адвокатов.

Из материалов уголовного дела не следует, что участвовавшие в производстве по уголовному делу на досудебной стадии защитники К.Р. ненадлежащим образом исполняли взятые на себя обязательства по отстаиванию его интересов.

Заявления К.Р. об использовании недозволенных методов ведения расследования по уголовному делу, по требованию суда проверялись в порядке, установленном ст. 144 УПК РФ, своего подтверждения не нашли.

Изменение К.Р. показаний при рассмотрении судом уголовного дела в отношении него, уголовного дела в отношении ФИО1, по мнению суда, обусловлено исключительно стремлением К.Р. выбрать наиболее выгодную позицию защиты для себя, для ФИО1

Так, в судебном заседании по настоящему уголовному делу, обосновывая отсутствие у ФИО1 мотивов к совершению преступления, К.Р. утверждает, что П.И.И. не проявлял никакого внимания к Л. и К.Е.В. Описывая обстоятельства произошедшего, К.Р. утверждает, что не помнит причину конфликта с П.И.И.

В судебном заседании по делу в отношении него, К.Р. настаивает, что П.И.И. приставал к Л. и К.Е.В., что и послужило поводом к совершению им преступления.

В том же судебном заседании, К.Р. указывает, что конфликт из-за непристойного поведения погибшего произошел на месте встречи с девушками, а в расположенный поблизости лесной массив поехали именно для выяснения отношений с П.И.И. Автомобилем при этом управлял ФИО1, привез всех в лесной массив.

В том же судебном заседании, К.Р. указывает, что после совершенного преступления ФИО1 успокаивал его, советовал не переживать, организовал сокрытие трупа П.И.И.

В одних из показаний К.Р. вовсе утверждает, что не помнит, находился ли ФИО1 рядом с ним в момент убийства или нет. С учетом объективно установленных обстоятельств, при которых убийство П.И.И. было совершено в автомобиле, во время движения, управления автомобилем ФИО1, не помнить о присутствии ФИО1 К.Р. не мог.

В приведенных показаниях К.Р. явно стремится помочь ФИО1 избежать уголовной ответственности.

Свои показания на начальной стадии производства по делу, в которых он заявлял о нападении П.И.И., не упоминал об участии в событиях Д.Л., К.Р. опроверг как при рассмотрении уголовного дела в отношении него, так и при рассмотрении дела в отношении ФИО1

Показания К.Р. в ходе допросов <Дата обезличена> и <Дата обезличена>, в которых он изобличает в совершении преступления ФИО1, полностью согласуются с показаниями свидетеля Д.Л., что также позволяет суду утвердиться в сложившемся убеждении.

В части, не предрешающей виновности подсудимого, в порядке ст. 90 УПК РФ, суд учитывает при принятии решения по делу обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором Свердловского районного суда <адрес обезличен> от <Дата обезличена>. Названным приговором К.Р. признан виновным в убийстве П.И.И. при подстрекательстве лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство.

Такие обстоятельства дела по обвинению К.Р., полностью совпадают с установленными обстоятельствами настоящего уголовного дела.

Показания свидетелей Л. и К.Е.В. суд считает правильным признать достоверными лишь в части, в которой они не противоречат установленным по делу обстоятельствам.

Из обсуждаемых показаний свидетелей Л. и К.Е.В., в совокупности с показаниями иных свидетелей, судом установлено, что Л. и К.Е.В. поддерживали близкие отношения с ФИО4, в ночь с <Дата обезличена> на <Дата обезличена> им в присутствии ФИО4 оказывал знаки внимания П.И.И.

После этого ФИО4 уехали вместе с погибшим, а вернулись к Л. уже без него. Последующие несколько дней ФИО4 не расставались, проживали в квартире Л.

Для суда очевидно, что оба свидетеля пытаются оказать поддержку ФИО4, помочь ФИО1 избежать ответственности за совершенное преступление. Показания свидетелей по делу меняются вслед за изменением показаний ФИО4

На первоначальном этапе расследования свидетель Л. указывала о наличии интимных отношений между ней и К.Р., К.Е. и ФИО1 В дальнейшем Л. изменила свои показания, заявила, что следователь неправильно ее понял.

Вместе с тем, зафиксированные в протоколе допроса показания Л. детальны, конкретны, какого-либо двойственного толкования своего содержания не допускают. Показания были записаны со слов свидетеля и ею прочитаны, о чем свидетельствует собственноручная запись Л. по окончанию следственного действия и ее подписи.

Суд приходит к убеждению, что в судебном заседании по настоящему делу Л. дает ложные показания о том, что накануне убийства П.И.И., ФИО4 ночевали в ее квартире, поскольку поссорились со своими супругами.

По мнению суда, свидетель стремится обосновать длительное (более месяца) нахождение рядом ФИО4 после совершенного убийства, надуманными причинами. В действительности, такие обстоятельства были обусловлены их совместным участием в совершении преступления, принятием мер к сокрытию следов преступления, противодействием органам расследования в установлении их местонахождения.

Никто из допрошенных по делу лиц, в том числе, сам подсудимый, на досудебной стадии не сообщал о проживании ФИО4 в квартире Л. до совершенного преступления.

Лишь в судебном заседании по настоящему уголовному делу Л. и ФИО1 одновременно заявили о таких обстоятельствах.

При допросе Л. в судебном заседании по делу в отношении К.Р., ей был задан прямой вопрос о том, ночевали ли ФИО4 в ее квартире ранее, Л. ответила отрицательно.

К.Р. на допросе в настоящем судебном заседании указал, что накануне убийства П.И.И. он ночевал дома.

Из показаний самого ФИО1 следует, что использовавшийся им автомобиль, в период совместного с остальными фигурантами дела распития спиртного, он оставил возле своего дома, на значительном расстоянии от дома Л. При условии, что он проживал у Л., такие действия лишены смысла. Объяснения ФИО1 о том, что автомобилем хотела воспользоваться М., суд находит надуманными. ФИО1 сам указывает, что от автомобиля был один комплект ключей, который находился у него и М. им не передавался.

Потерпевшие П.Т.В., П.И.В. , П.И.И. (П.И.И.), А.А.И., свидетели Р., К.М., Б., М., Д.А. , очевидцами совершенных преступлений не являлись, в показаниях, в большинстве лишь характеризуют фигурантов уголовного дела.

Показания свидетеля К.М. о высказывавшихся П.И.И. опасениях в период совместного распития спиртного с Р., ФИО4, какого-либо подтверждения в судебном заседании не нашли. Из обстоятельств дела не следует, что на указанный период времени у П.И.И. имелись основания опасаться ФИО1 или К.Р.

Утверждения потерпевших о том, что совершенным преступлениям предшествовала тщательная подготовка, являются лишь предположениями, какими-либо фактическими обстоятельствами не подтверждены и судом во внимание не принимаются.

Отказ свидетеля Д.А. от показаний, имеющихся в материалах дела от ее имени, на выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления повлиять не может.

Суд не учитывает данные показания при принятии решения по делу. Как уже было указано выше, Д.А. не являлась очевидцем преступления, в судебном заседании сообщила, что лишь со слов Д.Л. осведомлена об общих обстоятельствах дела. Оснований сомневаться в правдивости пояснений Д.А. суд не находит.

Исследованные в судебном заседании доказательства приводят суд к твердому убеждению в том, что ФИО1 склонил К.Р. к убийству П.И.И. путем дачи указаний совершить преступление.

Непризнание ФИО1 вины в преступлении, на сложившееся у суда убеждение повлиять не может.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 не имел мотивов к совершению убийства П.И.И., в судебном заседании опровергнуты.

Из обстоятельств дела судом установлено, что ФИО1 испытывал неприязнь к П.И.И. вследствие некорректного поведения П.И.И. по отношению к Л., К.Е.В., с которыми у него и К.Р. имелись близкие отношения, вследствие конфликта, драки П.И.И. с К.Р., с которым у ФИО1 имелись дружеские отношения.

По смыслу закона, мотивация совершения подстрекателем преступления не имеет значения для квалификации его действий. Склоняя другое лицо к совершению преступления, виновный может преследовать собственные интересы, интересы других лиц, неадекватно понятые интересы дружбы.

Суд считает правильным отметить, что на протяжении всего производства по делу ФИО1 не называет причину конфликта К.Р. и П.И.И., тогда как иные обстоятельства дела подробно описывает. При этом, ФИО1 утверждает, что все время находился рядом с П.И.И. и К.Р.

Для суда очевидно, что ФИО1 старается скрыть причины произошедшего конфликта, поскольку такие причины свидетельствуют о наличии и у него мотива к совершению преступления.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 не принимал участие в конфликте, пытался всех успокоить, в судебном заседании опровергнуты.

Судом установлено, что именно ФИО1, управляя автомобилем, привез К.Р., Д.Л. и П.И.И. в лесной массив.

К.Р. в своих показаниях, даже отрицая подстрекательство к преступлению со стороны ФИО1, указывает, что в лесной массив ФИО1 привез всех именно для выяснения отношений с П.И.И.

С учетом выбранного безлюдного места, ночного времени суток, суд находит такие показания К.Р. заслуживающими доверия.

До произошедшего конфликта с П.И.И., молодые люди на протяжении длительного времени употребляли спиртное в общественных местах, вблизи жилых домов, а при возникновении конфликта сразу поехали в безлюдное место. Автомобилем при этом управлял ФИО1

Уже такие объективно установленные обстоятельства свидетельствуют, что ФИО1 являлся участником конфликта, не принимал мер к тому, чтобы конфликт прекратился.

Доводы стороны защиты о том, что в момент убийства П.И.И. в автомобиле громко играла музыка, К.Р. и Д.Л. не могли слышать слова ФИО1, в судебном заседании опровергнуты.

На досудебной стадии никто из фигурантов дела не указывал, что в автомобиле громко играла музыка. К.Р. не сообщал о таких обстоятельствах и при допросе его в судебном заседании по делу в отношении него, Д.Л. отрицал данные обстоятельства при допросе в настоящем судебном заседании.

Суд не находит причин, по которым ФИО4, детально описывая в показаниях иные обстоятельства убийства П.И.И., могли умолчать о столь существенных и значимых для дела обстоятельствах.

Суд считает правильным отметить показания ФИО1 в настоящем судебном заседании, о том, что перед убийством П.И.И. он слышал, как К.Р. говорил П.И.И. об обращении в полицию.

Приведенные показания ФИО1 опровергают его же доводы о невозможности что-либо услышать в автомобиле из-за громкой музыки.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 не скрывался от уголовного преступления, в судебном заседании опровергнуты.

Из обстоятельств дела следует, что после установления его и К.Р. причастности к исчезновению П.И.И., первого допроса, ФИО1 сменил местожительства, номер телефона, прекратил контакты с родственниками.

Суд не находит оснований полагать, что приведенные обстоятельства не были связанны с совершенным ФИО1 преступлением.

Значение употреблявшихся ФИО1 при выполнении своей роли в преступлении слов, судом установлено из показаний специалиста Р., показаний К.Р. и Д.Л.

Суд не находит оснований сомневаться в том, что в конкретной сложившейся ситуации, высказывания ФИО1 были направлены именно на склонение К.Р. к убийству П.И.И.

К.Р., в показаниях, признанных судом достоверными, сообщает, что именно высказывания ФИО1 побудили его совершить убийство.

Д.Л., в показаниях сообщает, что именно после высказываний ФИО1 К.Р. вооружился ножом и совершил убийство.

И К.Р. и Д.Л. сообщают в показаниях, что в сложившейся ситуации слова ФИО1 означали именно наставление, указание совершить убийство.

Из положений ч. 4 ст. 33 УК РФ следует, что совершенные в любой форме действия, направленные на склонение другого лица к преступлению, являются подстрекательством к совершению преступления.

Из обстоятельств дела следует, что у ФИО1 имелся прямой умысел на причинение смерти П.И.И., поскольку в иных условиях, у него отсутствовали бы причины давать обсуждаемые наставления К.Р.

Из обстоятельств дела следует, что в сложившейся ситуации совершенные ФИО1 действия были реальны и достаточны для склонения выбранного им в качестве соучастника лица к преступлению.

Суд не может признать обоснованными заявления участников стороны защиты об отсутствии в действиях подсудимого состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, поскольку транспортное средство погибшего он перемещал из одного места в другое в целях сокрытия совершенного убийства.

По смыслу ст. 166 УК РФ под неправомерным завладением автомобилем без цели хищения (угоном) понимается завладение чужим автомобилем и поездка на нем без намерения присвоить его целиком или по частям. Для квалификации действий виновного лица по указанной норме закона не имеют значения мотивы неправомерного завладения транспортным средством.

Из показаний самого подсудимого, показаний осужденного К.Р., свидетеля Д.Л., судом установлено, что после совершения убийства, ФИО1 переместил автомобиль П.И.И. от места сокрытия трупа в гаражный бокс К.Е.В., то есть фактически неправомерно завладел им.

Заявление подсудимого ФИО1 о том, что обсуждаемое преступление он совершил в результате принуждения со стороны К.Р., опровергаются показаниями К.Р. и Д.Л.

Объективно совершение подсудимым преступлений при описанных в приговоре обстоятельствах подтверждается результатами осмотра места обнаружения трупа, автомобилей подсудимого и погибшего, детализаций телефонных соединений, заключениями проведенных по делу судебных экспертиз.

Нарушений требований процессуального закона при проведении следственных действий по уголовному делу не допущено.

Все судебные экспертизы по делу проведены специалистами в своей области, с применением научных методик, сомнений в своей обоснованности у суда не вызывают.

Установленное в судебном заседании неполное описание имевшихся на трупе П.И.И. повреждений в выводах заключения медицинской судебной экспертизы, на выводы суда о виновности ФИО1 в преступлении повлиять не может.

Допрошенный в судебном заседании эксперт причины таких расхождений исследовательской части и выводов заключения разъяснил, оснований сомневаться в обоснованности показаний эксперта суд не находит.

В соответствии с положениями ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство по уголовному делу проводится лишь в рамках предъявленного подсудимому обвинению.

Из выводов заключения медицинской судебной экспертизы, показаний эксперта в судебном заседании, судом достоверно установлено, что на трупе П.И.И. имелись телесные повреждения, приведенные в предъявленном ФИО1 обвинении, и такие повреждения состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью П.И.И.

Причинение погибшему повреждений, не указанных в выводах заключения медицинской судебной экспертизы, подсудимому не вменено.

Суд не может согласиться с доводами стороны защиты о том, что по делу допущено нарушение права ФИО1 на защиту, поскольку он не был ознакомлен с постановлениями о назначении по делу судебных экспертиз до их фактического проведения, не имел возможности поставить перед экспертами свои вопросы, участвовать в выборе экспертного учреждения.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (статьи 47, 53, 119 - 122, часть первая статьи 206, статьи 207 и 283) предусматривает право участников разбирательства по делу ходатайствовать о назначении дополнительной либо повторной судебной экспертизы, в том числе, при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта или при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств, в случаях возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах.

Не содержит уголовно-процессуальный закон и положений, предполагающих произвольный отказ в удовлетворении заявленного ходатайства о проведении судебной экспертизы, если обстоятельства, об установлении которых просит сторона, имеют значение для разрешения уголовного дела.

При производстве по настоящему уголовному делу стороной защиты не было заявлено ходатайств о проведении дополнительных или повторных судебных экспертиз, и оснований полагать, что ее интерес претерпел такие нарушения, которые повлекли бы признания доказательств не допустимыми, суд не находит.

Суд не может согласиться с доводами стороны защиты о нарушение права ФИО1 на защиту, поскольку все свидетели и потерпевшие на досудебной стадии давали показания по делу в отношении К.Р., не были вновь допрошены после выделения уголовного дела в отношении ФИО1

Порядок выделения уголовных дел на досудебной стадии установлен положениями ст. 154 УПК РФ и при производстве по настоящему уголовному делу не нарушен.

В соответствии с положениями ч. 5 ст. 154 УПК РФ, материалы уголовного дела, выделенного в отдельное производство, допускаются в качестве доказательств по данному уголовному делу.

В судебном заседании все доказательства по делу были непосредственно исследованы судом с участием сторон, участники имели возможность выяснить у допрошенных лиц имеющие значение для дела обстоятельства, высказать свою позицию по данным обстоятельствам, оспорить показания допрошенных лиц.

Из обстоятельств дела следует, что одежда осужденного К.Р. у его супруги К.М.В. была изъята незаконно, поскольку выемка проводилась в жилище (Том <Номер обезличен>, л.д. 62-65), без учета положений ч. 3 ст. 182, ч. 2 ст. 183 УПК РФ. Вместе с тем, на изъятой одежде К.Р. не были обнаружено следы крови, что свидетельствует в пользу стороны защиты.

Суд учитывает результаты исследования одежды К.Р. при принятии итогового решения, но как уже было указано выше, с учетом установленных по делу обстоятельств, на выводы суда о виновности подсудимого ФИО1 такие результаты повлиять не могут.

Не обнаружение при производстве обысков в использовавшихся фигурантами дела жилых помещениях каких-либо имеющих значение для дела предметов или документов, о невиновности подсудимого ФИО1 в преступлении также не свидетельствует.

Суд считает необходимым изменить предъявленное подсудимому обвинение.

Органами, осуществляющими от имени государства уголовное преследование, ФИО1 обвиняется в причинении П.И.И. множественных колото-резаных ранений груди, с повреждением внутренних органов, левой конечности.

Вместе с тем, в выводах заключения медицинской судебной экспертизы указано конкретное количество повреждений, обнаруженных на трупе П.И.И.

Из смысла ст. 73 УПК РФ следует, что по каждому уголовному делу подлежит установлению, среди прочих обстоятельств, характер и размер вреда, причиненного преступлением.

Представляется, что размер причиненного преступлением вреда следует определять исходя как из его качественных, так и из количественных характеристик.

Суд считает правильным уточнить предъявленное подсудимому ФИО1 обвинение по ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 105 УК РФ, указать в описательной части приговора конкретное количество причиненных П.И.И. повреждений, повлекших его смерть.

Такое уточнение обвинения не влияет на квалификацию действий подсудимого, не ухудшает его положение, не нарушает право подсудимого на защиту.

Исходя из изложенного, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 105 УК РФ как подстрекательство к убийству, то есть склонение другого лица к причинению смерти другому человеку; по ч. 1 ст. 166 УК РФ как неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон).

Уголовное преследование ФИО1 по ст. 316 УК РФ прекращено постановлением Свердловского районного суда <адрес обезличен> от <Дата обезличена>, по основанию, предусмотренному ч. 2 ст. 254 УПК РФ, то есть в связи с отказом обвинителя от обвинения.

В соответствии с заключением амбулаторной психиатрической судебной экспертизы <Номер обезличен> от <Дата обезличена> (Том <Номер обезличен>, л.д. 163-169) у ФИО1 выявлено эмоционально неустойчивое расстройство личности. Но такое расстройство достаточно компенсировано, не сопровождается грубыми мнестико- интеллектуальными и аффективными расстройствами, бредом галлюцинациями нарушениями критических и прогностических способностей, не лишает его способности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В период совершения преступлений ФИО1 не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО1 также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, участвовать в судебном заседании, по своему психическому состоянию не нуждается в принудительном лечении.

Оценив приведенное заключение в совокупности с характеризующим материалом, наблюдая поведение подсудимого в судебном заседании, суд не находит оснований сомневаться во вменяемости подсудимого, признает ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Оценив фактические обстоятельства совершенных ФИО1 преступлений, степень их общественной опасности, данные о личности подсудимого, суд не усматривает оснований для изменения категорий преступлений на менее тяжкие в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

При назначении подсудимому наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, одно из которых отнесено к категории особо тяжких преступлений, направлено против жизни, другое является преступлением средней тяжести, направлено против собственности, личность подсудимого, который судимости не имеет, трудоустроен, состоит в фактических брачных отношениях, имеет малолетнего ребенка, фактически принимает участие в воспитании и содержании двух малолетних детей, в быту характеризуется в целом положительно, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Судом установлено, что на стадии предварительного следствия ФИО1, несмотря на непризнание свой вины в преступлении, предусмотренном ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 105 УК РФ, изобличал в причинении смерти П.И.И. соучастника – К.Р. Такое обстоятельство прямо предусмотрено уголовным законом как смягчающее наказание, учитывается судом при назначении ФИО1 наказания (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

Судом установлено, что на стадии предварительного следствия ФИО1 описывал обстоятельства совершения им преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, называл место сокрытия принадлежавшего П.И.И. автомобиля.

Суд считает правильным признать смягчающими наказание обстоятельствами по данному преступлению активное способствование раскрытию и расследованию преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

Признает суд смягчающим наказание обстоятельством по данному преступлению (ч. 1 ст. 166 УК РФ) и фактическое признание ФИО7 вины в преступлении в судебном заседании. Несогласие ФИО1 с юридической квалификацией его действий, не должно влиять на выводы суда о фактической позиции виновного по делу.

Кроме того, по всем преступлениям, в совершении которых признается виновным ФИО1, суд учитывает в качестве смягчающих наказание обстоятельств наличие у подсудимого малолетнего ребенка, фактическое участие в содержании и воспитании двух малолетних детей (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ), и неудовлетворительное состояние здоровья подсудимого.

Из установленных в судебном заседании обстоятельств дела не следует, что совершение подсудимым преступлений в значительной степени было обусловлено нахождением его в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя.

Никаких доказательств в подтверждение обсуждаемых обстоятельств стороной обвинения не представлено.

Суд не находит оснований для признания по делу отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ч.1.1 ст. 63 УК РФ.

В связи с наличием обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, отсутствием отягчающих обстоятельств, суд при назначении наказания подсудимому по обоим преступлениям, применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, в соответствии с которыми, срок или размер наказания не могут превышать 2/3 максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания.

По преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 105 УК РФ, в силу положений ч. 1 ст. 67 УК РФ, суд учитывает характер и степень фактического участия ФИО1 в его совершении, значение этого участия для достижения цели преступления.

Из обстоятельств дела следует, что именно ФИО1 был инициатором совершения преступления, склонил к его совершению иное лицо. При таких обстоятельствах роль ФИО1 в преступлении была значительной и определяющей.

Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, позволяющих применить при назначении наказаний положения ст. 64 УК РФ.

Учитывая совокупность указанных обстоятельств, подсудимому за каждое преступление следует назначить наказание в виде лишения свободы, в пределах санкций соответствующих статей УК РФ, а по преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 105 УК РФ и дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Менее строгое наказание, по мнению суда, не сможет обеспечить достижение целей наказания – восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого, предупреждение совершения новых преступлений.

Поскольку подсудимым совершено несколько преступлений, одно из которых относится к категории особо тяжких преступлений, не является покушением на преступление, ни за одно из преступлений ФИО1 не был осужден ранее, наказание ему необходимо назначить по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, назначенных за каждое преступление.

С учетом обстоятельств совершенных преступлений, их характера и категории тяжести, сведений о личности виновного, суд не находит оснований для назначения ему условного наказания, то есть для применения ст. 73 УК РФ.

Отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО1 следует определить в исправительной колонии строгого режима на основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

В целях исполнения приговора, до вступления настоящего приговора в законную силу, меру пресечения в отношении ФИО1 необходимо изменить на заключение под стражу.

Исковые требования потерпевших П.Т.В., П.И.В. , П.И.И. (П.И.И.) о компенсации морального вреда, суд признает обоснованными.

В соответствии с положениями ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Определяя размер компенсации, подлежащей взысканию, суд принимает во внимание степень нравственных и физических страданий, перенесенных каждым из потерпевших, лишившихся близкого человека, степень вины подсудимого, материальное положение подсудимого, его фактическое участие в содержании двух малолетних детей, а также отсутствие каких-либо обстоятельств, препятствующих осуществлению подсудимым полноценной трудовой деятельности.

Кроме того, суд принимает во внимание, что моральный вред потерпевшим причинен действиями подсудимого, совершенными в соучастии с иным лицом. На такое лицо судом уже возложена обязанность денежной компенсации морального вреда причиненного потерпевшим в результате преступления.

С учетом изложенного, а также учитывая отсутствие правовых норм, определяющих материальные критерии, эквивалентные нравственным и физическим страданиям, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд принимает решение о частичном удовлетворении заявленных исковых требований о компенсации морального вреда.

Судьба вещественных доказательств должна быть разрешена в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 166 УК РФ, назначив ему наказание:

по преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 105 УК РФ, в виде лишения свободы на срок 9 лет, с ограничением свободы на срок 1 год;

по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 166 УК РФ, в виде лишения свободы на срок 6 месяцев.

По правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, назначенных за каждое преступление, назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет 2 месяца, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год.

В период ограничения свободы установить ФИО1 следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени с 23 часов до 06 часов, не выезжать за пределы территории муниципального образования, определенного после отбытия основного наказания специализированным государственным органом, осуществляющим надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не изменять место жительства, место работы без согласия названного государственного органа.

Возложить на ФИО1 обязанность в период ограничения свободы являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу, взять его под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислять с <Дата обезличена>.

Исковые требования потерпевшей П.Т.В. об имущественной компенсации морального вреда, удовлетворить частично, взыскать с ФИО1 в пользу П.Т.В., в счет имущественной компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Исковые требования потерпевшей П.И.В. об имущественной компенсации морального вреда, удовлетворить частично, взыскать с ФИО1 в пользу П.И.В. , в счет имущественной компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Исковые требования потерпевшего П.И.И. (П.И.И.) об имущественной компенсации морального вреда, удовлетворить частично, взыскать с ФИО1 в пользу П.И.И., в счет имущественной компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Исковые требования потерпевшей А.А.И. об имущественной компенсации морального вреда, удовлетворить частично, взыскать с ФИО1 в пользу А.А.И., в счет имущественной компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

- образцы крови и слюны К.Р., Р.И., Д.Л., полученные <Дата обезличена>, <Дата обезличена>, <Дата обезличена>; чехлы с сидений автомобиля, подголовников, рычага переключения коробки передач, рулевого колеса, две мастерки, толстовку, джинсы, шорты, футболку, четыре окурка, пять отрезков липкой ленты с отпечатками пальцев рук и ладоней, смывы с поверхностей дверей, панели приборов автомобиля, изъятые в ходе осмотра места происшествия <Дата обезличена>; кожный лоску, фрагмент ребра, одежду и обувь с трупа П.И.И., изъятые в ходе выемок в ИОБСМ <Дата обезличена>, <Дата обезличена>, <Дата обезличена>; детализации телефонных соединений на лазерном диске, полученные в Иркутском филиале ООО «Т2 Мобаил», хранящийся в камере хранения вещественных доказательств СО по <адрес обезличен> СУ СК России по <адрес обезличен>, уничтожить;

- портмоне, паспорт и водительское удостоверение на имя П.И.И., свидетельство о государственной регистрации транспортного средства серии <Номер обезличен><Номер обезличен>, изъятые в ходе осмотра места происшествия <Дата обезличена>, переданные на ответственное хранение потерпевшей П.Т.В., оставить в ее распоряжении;

- нож, мобильный телефон, изъятые в ходе осмотра места происшествия <Дата обезличена>; ключ от автомобиля «...., изъятый в ходе осмотра места происшествия <Дата обезличена>, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств СО по <адрес обезличен> СУ СК России по <адрес обезличен>, передать по принадлежности П.Т.В.;

- автомобиль «.... регистрационный знак <***> регион, направленный для хранения на специализированную стоянку по адресу: <адрес обезличен>, передать потерпевшей П.Т.В.;

- шорты, футболку, тапочки, изъятые <Дата обезличена> в ходе выемки у К.М.В., хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по <адрес обезличен> СУ СК России по <адрес обезличен>, вернуть по принадлежности К.Р.;

- шесть кухонных ножей, мобильный телефон, записку, бутылку водки, изъятые в ходе обыска <Дата обезличена>, переданные на ответственное хранение Л., оставить в ее распоряжении;

- нож в чехле, изъятый в ходе обыска <Дата обезличена>, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств СО по <адрес обезличен> СУ СК России по <адрес обезличен>, вернуть по принадлежности Л.;

- ключ от гаражного бокса, изъятый в ходе осмотра места происшествия <Дата обезличена>, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств СО по <адрес обезличен> СУ СК России по <адрес обезличен>, вернуть по принадлежности К.Е.В.;

- карту памяти, изъятую в ходе выемки у Д.Л. <Дата обезличена>, хранящуюся в камере хранения вещественных доказательств СО по <адрес обезличен> СУ СК России по <адрес обезличен>, вернуть по принадлежности Д.Л.;

- копии дактилоскопических карт на имя ФИО9 И., копии медицинских документов на имя ФИО1, хранящиеся при уголовном деле, хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд г. Иркутска в течение 10 суток со дня провозглашения, осужденным в том же порядке и в тот же срок со дня получения копии настоящего приговора.

В части изменения меры пресечения приговор может быть обжалован в течение 3 суток.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий:

Судья Свердловского районного

суда г. Иркутска В.В. Гилюк