Решение № 2-3123/2018 2-3123/2018~М-2700/2018 М-2700/2018 от 4 июля 2018 г. по делу № 2-3123/2018

Гражданское дело № 2-3123/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июля 2018 года город Белгород

Октябрьский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи Колмыковой Е.А.,

при секретаре Ежеченко Ю.Ю.,

с участием: представителя истца ФИО1 – Гурбановой А.А.К., действующей по доверенности от 09.11.2017, представителя ответчиков МВД России, УМВД России по Белгородской области ФИО2, действующей по доверенностям от 04.01.2018, от 11.01.2018,

в отсутствие: истца ФИО1, просившей рассмотреть дело без ее участия, представителя ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Белгородской области, третьего лица представителя Межмуниципального отдела МВД России по г. Алексеевка и Алексеевскому району Белгородской области, о месте и времени извещенных своевременно, надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице МВД России, УМВД России по Белгородской области, Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Белгородской области о взыскании убытков, связанных с рассмотрением дела об административном правонарушении, компенсации морального вреда, судебных расходов,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась с указанным иском в суд, в обоснование которого указала на незаконность действия инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Алексеевскому району и г. Алексеевка белгородской области лейтенанта полиции ФИО3, выразившегося в незаконном возбуждении в отношении нее дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В обоснование заявленных требований указала, что в протоколе об административном правонарушении № «номер» от 01.12.2017 на момент его составления и вручения его копии лицу, привлекаемому к административной ответственности, отсутствовали обязательные сведения, прямо предусмотренные ч. 2 ст.28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях: время и место его составления, должность, подразделение, фамилия и инициалы лица составившего протокол, указание на привлечение к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с последующим самостоятельным, в отсутствие лица, привлекаемого к административной ответственности, внесением должностным лицом ДПС дополнений и изменений квалификации на ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, влекущие признание его недопустимым доказательством по делу.

Мировым судьей судебного участка №2 Волоконовского района Белгородской области, исполняющим обязанности мирового судьи судебного участка №1 Волоконовского района Белгородской области, протокол об административном правонарушении № «номер» от 01.12.2017 признан недопустимым доказательством по делу, а производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ в отношении ФИО1 прекращено по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

С учетом указанных обстоятельств, ФИО1 в соответствии с требованиями положений ст.ст.15, 1069, 1070 ГК РФ просит взыскать в ее пользу с Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Белгородской области за счет казны Российской Федерации в счет компенсации морального вреда 250000 рублей, убытки в виде понесенных ею при рассмотрении дела об административном правонарушении расходов по оплате услуг представителя в сумме 50000 рублей, расходы по оплате услуг эвакуатора в размере 2000 руб., хранению автомашины на платной стоянке 4800 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины 300 руб.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, направила заявление о рассмотрении дела без ее участия. Представитель истца Гурбанова А.А.К. поддержала уточненные исковые требования.

Представитель ответчиков МВД России, УМВД России по Белгородской области ФИО2 пояснила, что надлежащих и достоверных доказательств, подтверждающих нарушение инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Алексеевскому району и г. Алексеевка Белгородской области лейтенантом полиции ФИО3 неимущественных прав и других нематериальных благ истцом не представлено, в связи с чем требования о компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению. Также указала, что размер взыскиваемых расходов по оплате юридических услуг, связанных с рассмотрением дела об административном правонарушении, является завышенным, не соответствует принципу разумности и справедливости, подлежит снижению.

Представитель ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Белгородской области, представитель третьего лица Межмуниципального отдела МВД России по городу Алексеевка и Алексеевскому району Белгородской области в судебное заседание не явились, о месте и времени извещены своевременно, надлежащим образом, о причине неявки суд не уведомили.

Дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ в отсутствие истца ФИО1, представителя ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Белгородской области, представителя третьего лица Межмуниципального отдела МВД России по г. Алексеевка и Алексеевскому району Белгородской области.

Исследовав обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, материалы дела об административном правонарушении № 5-61/2018, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующим выводам.

В статье 53 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу положений частей 1 и 4 статьи 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

При этом, когда в отношении лица, привлеченного к административной ответственности, производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании пункта 1 и пункта 2 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, применяются правила, установленные в статьях 1069 - 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Абзацем первым пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей общие основания ответственности за причинение вреда, установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из содержания указанных статей в их взаимосвязи следует, что ответственность субъектов, перечисленных в статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает на общих основаниях, но при наличии указанных в ней специальных условий, выражающихся в причинении вреда противоправными действиями при осуществлении властно-административных полномочий.

В силу пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с названным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо. В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут защищаться другими лицами (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

На основании пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Частью 3 статьи 33 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" закреплено, что вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 2009 г. N 9-П "По делу о проверке конституционности ряда положений статей 24.5, 27.1, 27.3, 27.5 и 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО4, ФИО5 и ФИО6", прекращение дела не является преградой для установления в других процедурах ни виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности или его невиновности, ни незаконности имевшего место в отношении лица административного преследования в случае причинения ему вреда: споры о возмещении административным преследованием имущественного ущерба и о компенсации морального вреда или, напротив, о взыскании имущественного и морального вреда в пользу потерпевшего от административного правонарушения разрешаются судом в порядке гражданского судопроизводства.

Лицо, привлекавшееся к административной ответственности, участвует в таком споре не как субъект публичного, а как субъект частного права и может доказывать в процедуре гражданского судопроизводства и свою невиновность, и причиненный ему ущерб. Таким образом, предъявление лицом соответствующих требований не в порядке административного судопроизводства, а в другой судебной процедуре может привести к признанию незаконными действий осуществлявших административное преследование органов, включая применение ими мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, и к вынесению решения о возмещении причиненного вреда.

Таким образом, указанные правовые нормы в их системной взаимосвязи с правовой позицией, содержащейся в указанном выше постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, допускают возможность удовлетворения требования о компенсации морального вреда лица, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено, при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов.

В силу пункта 8 части 1 статьи 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" для выполнения возложенных на полицию обязанностей ей предоставляется право составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, применять иные меры, предусмотренные законодательством об административных правонарушениях.

Аналогичное право предоставлено Госавтоинспекции подпунктом 5 пункта 12 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 15 июня 1998 г. N 711, согласно которому Госавтоинспекция для выполнения возложенных на нее обязанностей имеет в том числе право составлять протоколы об административных правонарушениях, назначать в пределах своей компетенции административные наказания юридическим лицам, должностным лицам и гражданам, совершившим административное правонарушение, применять иные меры, предусмотренные Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях.

Частью 1 статьи 6 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" установлено, что полиция осуществляет свою деятельность в точном соответствии с законом. Всякое ограничение прав, свобод и законных интересов граждан, а также прав и законных интересов общественных объединений, организаций и должностных лиц допустимо только по основаниям и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом (часть 2 той же статьи).

В связи с этим, для разрешения требований гражданина о возмещении убытков и компенсации морального вреда, причиненного ему незаконным привлечением к административной ответственности, необходимо установление незаконности акта о привлечении к административной ответственности, факта наличия убытков и нравственных страданий, а также наличия причинной связи между убытками, нравственными страданиями и нарушением прав потерпевшего в результате незаконного привлечения к административной ответственности.

Названная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 по делу № 77-КГ16-2.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 03.11.2017 инспектор ДПС ОГИБДД ОМВД России по Алексеевскому району и г. Алексеевка лейтенант полиции ФИО3 на автомобиле ГИБДД прибыл по адресу: «адрес», где, по сообщению водителя ФИО1 она, при маневрировании своим автомобилем на автостоянке задела соседний автомобиль. При разговоре с ФИО1 у неё были отмечены запах алкоголя изо рта, нарушение речи и неустойчивость позы.

При освидетельствовании ФИО1 03.11.2017 врачом психиатром-наркологом было установлено наличие у ФИО1 этилового спирта в выдыхаемом воздухе в 20 час. 07 мин. в концентрации 0,213 мг/л, и в концентрации 0,192 мг/л - при измерении в 20 час. 27 мин. После получения справки о результатах химико-токсикологического исследования, не установившем у ФИО1 наличия наркотических и психотропных веществ, 23.11.2017 г. в 16 часов врачом психиатром-наркологом было установлено состояния алкогольного опьянения при освидетельствовании ФИО1

Для составлении протокола об административном правонарушении водитель ФИО1, согласно отобранного инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Алексеевскому району и г. Алексеевка Белгородской области лейтенантом полиции ФИО3 обязательства, явилась к 10 часам 01.12.2017 в отдел ГИБДД ОМВД России по Алексеевскому району и г. Алексеевка,где был составлен протокол об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.7 КоАП РФ.

При составлении протокола об административном правонарушении понятые не присутствовали, видеозапись производилась, в материалах дела об административном правонарушении не представлена. Копия протокола вручена ФИО1 в день его составления – 01.12.2017.

В силу абзаца 1 пункта 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года N 1090, водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, образует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Согласно ч. 1 ст. 28.2 КоАП РФ о совершении административного правонарушения составляется протокол, за исключением случаев, предусмотренных ст. 28.4, ч. ч. 1, 3 и 4 ст. 28.6 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 28.1 КоАП РФ поводом к возбуждению дела об административном правонарушении является в том числе, непосредственное обнаружение должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения.

Как следует из материалов административного дела в отношении ФИО1 №5-61/18, основанием полагать, что водитель ФИО1 находится в состоянии опьянения, послужило наличие выявленного у нее сотрудником ДПС ГИБДД признаков опьянения - нарушение речи, поведение не соответствующее обстановке.

В соответствии с п.3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (утв. Постановлением Правительства РФ от 26.06.2008 года № 475) достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; не соответствующее обстановке поведение.

Наличие у ФИО1 таких признаков алкогольного опьянения, как нарушение речи и поведение, не соответствующее обстановке, являлось достаточным основанием полагать, что она находится в состоянии опьянения. В связи с чем, отстранение ФИО1 от управления транспортным средством и требования инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Алексеевскому району и г. Алексеевка Белгородской области лейтенанта полиции ФИО3 о прохождении ею освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, также является обоснованным.

Указанные обстоятельства подтверждают наличие, как повода, так и основания для возбуждения в отношении истца дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.8 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах, возбуждение в отношении ФИО1 дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.8 КоАП РФ соответствует требованиям п.1 ч.1, п.2 ч.4 ст.28.1, ст.27.12 КоАП РФ.

В силу ч.ч.1.1, 6 ст.27.12 КоАП РФ, лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с ч.6 настоящей статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Частью 6 указанной правовой нормы предусмотрено, что освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинское освидетельствование на состояние опьянения и оформление его результатов осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2008 года № 475 утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, насостояние алкогольного опьянения иоформления его результатов, направления указанного лица намедицинское освидетельствование насостояние алкогольного опьянения, медицинского освидетельствования этого лица насостояние опьянения иоформление его результатов.

Пунктом 10 указанных Правил установлено, что направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения водитель транспортного средства подлежит лишь в следующих случаях: - при отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; - при несогласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; - при наличии достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Таким образом, КоАП РФ и Правилами установлены основания направления водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения: из указанных норм следует, что направлению водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения предшествует предложение сотрудника ДПС ГИБДД о прохождении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Изложенное соответствует правовому подходу, сформулированному Верховным Судом Российской Федерации в решении от 17.06.2009 года № ГКПИ09-554, постановлениях от 04.07.2016 года № 44-АД16-18, от 12.07.2016 года № 5-АД16-83.

Судом установлено и следует из материалов административного дела, что 03.11.2018 был составлен акт медицинского освидетельствования в отношении ФИО1, из содержания которого следует, что внешний вид освительствуемого (п.6): опрятна, изо рта запах алкоголя, следов от инъекций, повреждений нет. В позе Ромберга пошатывание, пальцевую пробу выполняет с интервалом. Психиатром-наркологом было установлено наличие у ФИО1 этилового спирта в выдыхаемом воздухе в 20 час. 07 мин. в концентрации 0,213 мг/л, и в концентрации 0,192 мг/л - при измерении в 20 час. 27 мин.

При таких обстоятельствах, сотрудник ДПС ГИБДД, в рамках своих полномочий, установив достаточные данные, указывающие на наличие события административного правонарушения, в частности обстоятельства, свидетельствующие о том, что водитель транспортного средства ФИО1 находится в состоянии опьянения, имел основания для составления протокола об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Мировым судьей установлено, что копия протокола об административном правонарушении 31 БА № «номер» от 01.12.2017,врученная лицу, привлекаемому к административной ответственности, ФИО1 не содержит указания на время и место его составления, должность, подразделение, специальное звание, фамилию, имя, отчество должностного лица, указывает на её привлечение к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.7 КоАП РФ - управление транспортным средством водителем, не имеющем права управления транспортным средством (за исключением учебной езды), в то время как её действия необходимо квалифицировать по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ - управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.Вместе с тем, протокол об административном правонарушении 31 БА № «номер» от 01.12.2017 в отличие от его копии, содержит указание на время и место его составления, должность, подразделение, специальное звание, фамилию, имя, отчество должностного лица, указывает напривлечение ФИО1 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, где в последней цифре имеются следы исправления.

В протоколе об административном правонарушении и его копии никаких отметок о внесенных изменениях и дополнениях не имеется, понятые при его составлении не присутствовали, утверждения должностного лица - инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Алексеевскому району и г. Алексеевка Белгородской области лейтенанта полиции ФИО3 об использовании видеозаписи при составлении протокола об административном правонарушении, не нашли своего подтверждения при просмотре в суде записи, содержащейся на ДВД-диске (конверт с вложением). Также мировым судьей установлено, что время составления протокола - 18 часов 00 минут 01 декабря 2017 г. не совпадает со временем явки ФИО1 в ОГИБДД - к 10 часам 00 минутам 01.12.2018 г.

Отсутствие в протоколе об административном правонарушении на момент его составления и вручения его копии лицу, привлекаемому к административной ответственности, обязательных сведений, прямо указанных в ч. 2 ст. 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях являются существенным недостатком протокола, влекущим признание его недопустимым доказательством по делу.

В связи с признанием протокола об административном правонарушении недопустимым доказательством по делу, производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО1 прекращено по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ - в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

При этом сам факт несогласия ФИО1 с протоколом об административном правонарушении, которая указывала, что не употребляла никаких препаратов, не мог являться основанием для отказа в возбуждении в отношении нее дела об административном правонарушении, либо его прекращения, поскольку в силу ч. 1 ст. 23.1 дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 12.8 КоАП РФ рассматривают судьи, принятие окончательного решения по делу об административном производстве является компетенцией суда (ст. 29.10 КоАП РФ), который дает оценку собранным доказательствам по правилам ст. 26.11 КоАП РФ.

В связи с признанием протокола об административном правонарушении недопустимым доказательством по делу, мировой судья в постановлении от 12.04.2018 пришел к выводу, что производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО1 должно быть прекращено по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ - в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Оценив все представленные по делу доказательства в совокупности по правилам ст.26.11 КоАП РФ, руководствуясь принципом, что все сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица, прекратил производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ - в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Таким образом, установлено, что прекращение производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 явилось следствием судебной оценки собранных по делу доказательств.

Данные обстоятельства не свидетельствуют об отсутствии правовых оснований у инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Алексеевскому району и г. Алексеевка лейтенанта полиции ФИО3 для составления протокола об административном правонарушении в отношении ФИО1, поскольку у последнего имелись достаточные основания полагать, что ФИО1 управляла транспортным средством в состоянии опьянения, при этом инспектор действовал в рамках своих должностных полномочий, предоставленных ему законом.

Само по себе привлечение лица к административной ответственности, последующее прекращение производства по делу об административном правонарушении, в силу указанных выше норм материального права не является достаточным основанием для удовлетворения требований о денежной компенсации морального вреда.

Факт причинения истцу физических или нравственных страданий при производстве по делу об административном правонарушении не подтвержден.

Таким образом, с учетом указанных обстоятельств и приведенных положений закона, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска ФИО1 в части взыскания в ее пользу компенсации морального вреда.

Частью 1 ст.15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Из содержания ст.ст.1069, 1071 ГК РФ следует, что вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации. В этих случаях от имени казны Российской Федерации выступает соответствующий финансовый орган, если в соответствии с ч.3 ст.125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ч.3 ст.125, ст.1071 ГК РФ, п.п.1 п.3 ст.158 БК РФ от имени Российской Федерации или субъекта Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) должностных лиц выступает главный распорядитель бюджетных средств.

В соответствии с п.63 ст.12 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации (утв. Указом Президента РФ от 01 марта 2011 года № 248 «Вопросы Министерства внутренних дел Российской Федерации»), МВД России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание МВД России и реализацию возложенных на него задач, является получателем средств федерального бюджета, а также главным администратором (администратором) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При этом п.п.100 п.11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации (утв. Указом Президента РФ от 21.12.2016 года № 699, действующего в настоящее время), также предусмотрено, что МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Согласно п.52 Типового положения о территориальном органе Министерства внутренних дел Российской Федерации, территориальный орган МВД России осуществляет функции получателя и распорядителя бюджетных средств (получателя, распорядителя средств федерального бюджета), а также бюджетные полномочия администратора доходов федерального бюджета, главного администратора (администратора) доходов бюджета субъекта Российской Федерации и местных бюджетов в соответствии с правовым актом главного администратора доходов бюджета о наделении соответствующими полномочиями.

Таким образом, из приведенных норм законодательства по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) должностных лиц МВД России за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам МВД России как главный распорядитель бюджетных средств.

Согласно ч.1 ст.24.7 КоАП РФ, а также разъяснений, данных в п.26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», расходы на оплату труда адвоката или иного лица, участвовавшего в производстве по делу в качестве защитника, не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении. В случае отказа в привлечении лица к административной ответственности либо удовлетворения его жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности этому лицу причиняется вред в связи с расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь, эти расходы на основании ст.ст.15, 1069, 1070 ГК РФ могут быть взысканы в пользу этого лица за счет средств соответствующей казны (казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации).

Из изложенного следует, что основанием для возмещения за счет казны Российской Федерации причиненного лицу вреда, выразившегося в понесенных им расходах на оплату услуг представителя при рассмотрении дела об административном правонарушении, является сам по себе факт отмены как незаконных постановлений должностного лица либо судебных актов, принятых по делу об административном правонарушении, инициированному государственным органом. Соответственно, причина прекращения производства по делу об административном правонарушении и отсутствие вины в действиях лица, возбудившего дело, существенного значения не имеет.

Таким образом, по своей правовой природе, понесенные истцом в рамках дела об административном правонарушении убытки являются процессуальными расходами, но в связи с неурегулированием нормами действующего КоАП РФ вопросов их возмещения, такие требования рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства. В связи с чем, в данном случае при определении размера подлежащих взысканию убытков по аналогии подлежат применению положения ст.100 ГПК РФ.

Из материалов дела следует, что истец в связи с производством по делу об административном правонарушении был вынужден нести расходы по оплате услуг защитника – Гурбановой А.А.К. за составление ходатайств, заявлений, жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, представление интересов в суде. Общая сумма понесенных истцом расходов на оплату указанных юридических услуг составила 50000 руб.

Согласно части 1 статьи 88, статье 94 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым, в том числе относятся расходы на оплату услуг представителей.

Общий принцип распределения судебных расходов установлен частью 1 статьи 98 ГПК РФ. В силу данной правовой нормы стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 данного Кодекса.

В соответствии со статьей 56 ГПК Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Применительно к вопросу о возмещении стороне, в пользу которой состоялось решение суда, расходов на оплату услуг представителя с противной стороны, вышеназванные нормы означают, что, обращаясь с заявлением о взыскании судебных расходов, указанное лицо должно представить доказательства, подтверждающие факт несения данных расходов в заявленной к возмещению сумме, то есть осуществления этих платежей своему представителю. Данный вывод основан также на положениях статьи 100 ГПК Российской Федерации, согласно которой возмещению подлежат только фактически понесенные судебные расходы.

Другая сторона обладает правом заявить о чрезмерности требуемой суммы, разумности размера понесенных заявителем расходов применительно к соответствующей категории дел с учетом оценки, в частности, объема и сложности выполненной представителем работы, времени, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, продолжительности рассмотрения дела, стоимости оплаты услуг адвокатов по аналогичным делам.

При этом процессуальное законодательство не ограничивает право суда на оценку представленных сторонами доказательств в рамках требований о возмещении судебных издержек в соответствии с частью 1 статьи 67 ГПК Российской Федерации по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2004 №454-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого участвующего в деле лица в разумных пределах, является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым – на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 1 статьи 100 ГПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Разумность предела судебных издержек на возмещение расходов по оплате услуг представителя, требование о которой прямо закреплено в статье 100 ГПК Российской Федерации, является оценочной категорией, поэтому в каждом конкретном случае суд должен исследовать обстоятельства, связанные с участием представителя в споре.

Аналогичная позиция изложена в абзаце 2 пункта 11, пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», согласно которому в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Исходя из положений Конституции Российской Федерации, предусматривающих право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (часть 2 статьи 45) и гарантирующих каждому право на получение квалифицированной юридической помощи (часть 1 статьи 48) каждое лицо свободно в выборе судебного представителя и любое ограничение в его выборе будет вступать в противоречие с Конституцией Российской Федерации.

Согласно правоприменительной практике Европейского суда по правам человека заявитель имеет право на компенсацию судебных расходов и издержек, если докажет, что они были понесены в действительности и по необходимости и являются разумными по количеству. Европейский суд исходит из того, что если дело велось через представителя, то предполагается, что у стороны в связи с этим возникли расходы и указанные расходы должны компенсироваться за счет проигравшей стороны в разумных пределах.

Судом установлено, что ФИО1 воспользовалась своим правом на получение юридической помощи (ч.1 ст.48 Конституции РФ) и на ведение дела через представителя (ст.48 ГПК РФ).

Как следует из материалов административного дела №5-61/2018 (12-3/2018), интересы ФИО1 при рассмотрении дела представляла Гурбанова А.А.К. на основании доверенности от 09.11.2017.

Согласно договору № «номер» об оказании консультативных услуг от 06.11.2017, заключенному между ФИО1 (заказчик) и ООО ГК «КЛАН» (исполнитель), исполнитель принял на себя обязательство оказывать заказчику юридические услуги, а именно: подготовка ходатайств, жалоб, заявлений, запросов, представление интересов в суде. В соответствии с п. 4.1 договора стоимость юридических услуг, оказываемых исполнителем, составляет 50000 руб. Отсутствие в договоре об оказании юридических услуг и в квитанциях к приходно-кассовому ордеру указания на рассмотренное дело само по себе не свидетельствует о том, что услуги представителем не оказывались.

Выплата вознаграждения подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам от 06.11.2017 № «номер» на сумму 10000 руб., от 29.11.2017 № «номер» на сумму 15000 руб., от 14.12.2017 № «номер» на сумму 18000 руб., от 26.12.2017 № «номер» на сумму 7000 руб.,

Согласно доверенности от 09.11.2017 ООО ГК «КЛАН», действующее в интересах ФИО1, уполномочило Гурбанову А.А. К. представлять интересы во всех судах судебной системы Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 11, 13 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Принимая во внимание объект судебной защиты и объем защищаемого права, категорию спора и уровень его сложности, затраченное время на его рассмотрение, совокупность представленных сторонами в подтверждение своей правовой позиции документов и фактические результаты рассмотрения заявленных требований, исходя из разумности размера подлежащих взысканию расходов за: составление жалобы на постановление мирового судьи судебного участка №1 Волоконовского района Белгородской области, участие в судебных заседаниях, суд приходит к выводу, что заявленная сумма является завышенной, не соответствует объему и качеству выполненной представителем работы, принципу разумности, в связи с чем, подлежит уменьшению до 15000 руб.

Расходы, понесенные истцом по оплате услуг эвакуатора в размере 2000 руб., хранению автомашины на платной стоянке 4800 руб. являются убытками и подлежат возмещению в соответствии со статьями 15, 1069, 1070 ГК РФ с МВД России за счет казны Российской Федерации.

Учитывая, что производство по делу об административном правонарушении в отношении истца прекращено в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, суд приходит к выводу, что в соответствии со статьями 15, 1069 ГК РФ расходы, понесенные истцом в связи с оплатой услуг представителя, оказавшему ему юридическую помощь по делу об административном правонарушении, расходы по оплате услуг эвакуатора в размере 2000 руб. и хранению автомашины на платной стоянке 4800 руб. являются убытками, подлежащими возмещению за счет средств казны Российской Федерации.

В порядке ст. 98 ГПК РФ с УМВД России по Белгородской области в пользу ФИО7 подлежат взысканию расходы, понесенные по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к Российской Федерации в лице МВД России, УМВД России по Белгородской области, Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Белгородской области о взыскании убытков, связанных с рассмотрением дела об административном правонарушении, компенсации морального вреда, судебных расходов, удовлетворить в части.

Взыскать с Российской Федерации в лице МВД России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет понесенных при рассмотрении дела об административном правонарушении убытков на оплату услуг представителя в размере 15000 руб., расходы по оплате услуг эвакуатора в размере 2000 руб., хранению автомашины на платной стоянке в размере 4800 руб.

Взыскать с УМВД России по Белгородской области в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины при подаче иска в размере 300 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании в ее пользу за счет средств казны РФ компенсации морального вреда в сумме 250000 рублей, убытков на оплату услуг представителя в сумме 35 000 рублей - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья Октябрьского районного

Суда города Белгорода Е.А. Колмыкова

Мотивированный текст решения изготовлен 14.07.2018 года.