Решение № 2-225/2019 2-225/2019~М-191/2019 М-191/2019 от 17 сентября 2019 г. по делу № 2-225/2019

Дело № 2-225/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 сентября 2019 года Токаревский районный суд Тамбовской области в составе:

председательствующего судьи Устиновой Г.С.

при секретаре Кумариной О.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Агро-Вилион» к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причинного работником при исполнении трудовых обязанностей,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Агро-Вилион» (далее ООО «Агро-Вилион») обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причинного работником при исполнении трудовых обязанностей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ответчик работала в ООО «Агро-Вилион» в должности заведующей складом ГСМ в период с 6 ноября 2015 года по 14 сентября 2018 года, с ней 6 ноября 2015 года был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому ответчик принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества.

10 сентября 2018 года ФИО1 на работу не вышла, на телефонные звонки не отвечала, было установлено, что она еще 30 августа 2018 года под надуманным предлогом забрала из отдела кадров свою трудовую книжку. Начальником службы безопасности общества Свидетель №2 было установлено, что ФИО1 не уволившись из их организации с 10 сентября 2018 года, трудоустроилась на работу в ОАО <данные изъяты>

В связи с этим приказом генерального директора ООО «Агро -Вилион» от 10 сентября 2018 года было назначено проведение инвентаризации и создана комиссия для снятия остатков на складе ГСМ и ТМЦ, о чем ФИО1 была уведомлена.

11 сентября 2018 года ФИО1 была доставлена начальником службы безопасности Свидетель №2 с нового места работы для проведения инвентаризации.

В ходе проведения инвентаризации после снятия остатков дизельного топлива и составления сличительной ведомости на складе ГСМ была выявлена недостача дизельного топлива в количестве 41694 л., на сумму 1 430 488 руб. 14 коп.

ФИО1 выразила свое несогласие с выявленной недостачей и акт инвентаризации подписывать отказалась, с нее были затребованы письменные объяснения по поводу выявленной недостачи, но она их не представила, заявив, что передаст им книгу учета поступления ГСМ, которая опровергнет наличие у нее указанной недостачи. После чего ФИО1, сказав, что поехала за данной книгой, ушла с работы и больше не вернулась, книгу учета им не представила.

В связи, с чем 14 сентября 2018 года, она была уволена с работы за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей прогул.

12 сентября 2018 года приказом генерального директора было назначено служебное расследование для установления причин возникновения недостачи дизельного топлива, фактов причиненного ущерба.

По результатам данного расследования начальник службы безопасности Свидетель №2 19 сентября 2018 года подал заявление по факту хищения дизельного топлива в Отделение полиции (р.п. Токаревка) МОМВД России «Мордовский» для принятия соответствующего процессуального решения.

Помимо этого по факту проведения расследования комиссия составила акт о результатах служебного расследования от 19 сентября 2018 года, в котором сделала вывод о том, что ФИО1, своими бездействием и невыполнением обязанностей, предусмотренных трудовым договором и договором о полной индивидуальной материальной ответственности, допустила причинение Обществу прямого действительного ущерба в размере 1 430 488, 14 руб. Обстоятельства, исключающие ответственность работника отсутствуют.

Поэтому истец просил взыскать с ответчика в возмещение материального ущерба сумму недостачи дизельного топлива и возврат госпошлины в сумме 15352,44 руб.

В судебном заседании представители истца по доверенности ФИО2 и Мигель А.С. исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, и просили их удовлетворить в полном объеме.

Представитель истца генеральный директор ФИО3 требования поддержал и пояснил, что ФИО1 работала заведующей складом ГСМ в течение 3 лет, никаких претензий к ней не было, недостач не выявлялось. Отношения между ними были нормальные, доброжелательные и потому он был удивлен тем, когда она 10 сентября 2018 года не вышла на работу, и оказалось, что она не сдав материальные ценности, не отчитавшись за них, уже работает на другом предприятии. Он назначил на складе ревизию, которая проводилась в присутствии ФИО1 и была выявлена недостача дизельного топлива более 41 тонны. Причины образования недостачи, ФИО1 объяснять отказалась. В ходе проведения служебного расследования было установлено, что на конец августа 2018 года у них практически не оставалось дизельного топлива, и они сразу закупили на Чакинской нефтебазе более100 тонн, которые завезли за 4 дня. Дизтопливо завозилось одним топливозом 2, 5,6 и 8 сентября 2018 года, а 11 сентября была выявлена недостача. По документам в бухгалтерии остаток дизельного топлива составлял около 106 тонн, а в наличие оказалось около 64,5 тонн. При приеме дизтоплива ФИО1 должна была проверить сопроводительные документы, наличие пломб на емкости, проверить калибровку этих емкостей, а после выгрузки убедиться все ли топливо перекачено, и закрыть люки, взвесить полный бензовоз, а затем пустую тару. Однако просмотрев видеозапись, имеющуюся за 2, 5, 6 и 8 сентября 2018 зафиксировавшую факт разгрузки дизтоплива они обнаружили, что ФИО1 не всегда поднималась на емкости бензовоза и проверяла цистерны, бензовозы до и после разгрузки не взвешивала. Они пришли к выводу, что бензовозы уже приходили пустые или не сливались, пользуясь недобросовестным отношением ФИО1 к своим обязанностям, тем более, что дизтопливо привозил один и тот же бензовоз под управлением водителя ФИО5 Как они установили автомобиль оборудован системой «глонасс» и дважды после того как он побывал в ООО «Агро-Вилион» водитель отключал данную систему, но проследить его маршрут с учетом местности было возможно. Потеря координат автомобиля имела место обычно вне населенных пунктов, во время остановки автомобиля. Они с Свидетель №2 проехали по этому маршруту и установили, что при отключении системы водитель съезжал с маршрута, в том числе и на полевую дорогу, где останавливался.

Помимо этого при проведении ревизии у ФИО1 было обнаружено, что метршток, которым замеряется остаток дизтоплива в емкостях, поврежден, на нем отсутствует 10 см. ФИО1 несет полную материальную ответственность за недостачу и должна возместить ее в полном объеме.

Ответчик ФИО1 иск не признала и просила в иске отказать, ссылаясь на то, что дизтопливо она не похищала, считает, что недостача образовалась в связи с тем, что ее не допустили во время проведения инвентаризации к снятию остатков. По ее мнению, работники, проводившие ревизию, неправильно производили замеры. Кто повредил метршток, ей неизвестно, она к этому отношения не имеет.

Свои обязанности она исполняла добросовестно, проверяла пломбы и калибровку в секциях автомобиля, следила за выгрузкой, контролировала окончание выгрузки, проверяя, перекачалось ли дизтопливо, после чего закрывала люки, взвешивала бензовоз до и после разгрузки. Все это она выполнила и при поступлении дизтоплива с 2 по 8 сентября 2018 года, за исключением взвешивания автомобиля, поскольку это относилось на ее усмотрение, т.к. ей доверяли, и она решила его не взвешивать.

Представитель ответчика, адвокат Ерин В.В. иск не признал и просил оставить его без удовлетворения, ссылаясь на то, что ФИО1 не может быть привлечена к материальной ответственности, поскольку причиной образования недостачи является совершение хищения неизвестными лицами, работодатель не обеспечил надлежащих условий для хранения имущества вверенного ФИО1 и потому она подлежит освобождению от обязанности по возмещению причинного материального ущерба.

Выслушав представителей истца, ответчика и его представителя, свидетелей, изучив материалы гражданского дела, и оценив их на предмет относимости, достоверности и допустимости, каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности и то, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами, руководствуясь законом, суд считает, что иск подлежит удовлетворению в части по следующим основаниям.

Одной из основных обязанностей работника по трудовому договору является бережное отношение к имуществу работодателя, в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества (абзац седьмой части второй статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

В тех случаях, когда работник нарушает это требование закона, в результате чего работодателю причиняется материальный ущерб, работник обязан возместить этот ущерб.

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, содержатся в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

Статьей 232 указанной главы Трудового кодекса Российской Федерации определена обязанность, стороны трудового договора возместить причиненный ею другой стороне этого договора ущерб в соответствии с названным кодексом и иными федеральными законами.

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть третья статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации).

Главой 39 Трудового кодекса РФ "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

В силу ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Согласно ч.1 ст.238 Трудового кодекса РФ и разъяснений, содержащихся в п. 15 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч.2 ст.238 Трудового кодекса РФ).

Пределы материальной ответственности работника установлены ст.241 Трудового кодекса РФ размерами его среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть первая статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

В ст.243 Трудового кодекса РФ перечислены случаи, когда на работника может быть возложена полная материальная ответственность, в частности, в соответствии с п.2 ч.1 указанной нормы таким случаем является причинение ущерба в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

На основании ст.244 Трудового кодекса РФ письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности, то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работнику имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Таким специальным письменным договором, в силу ст.244 Трудового кодекса РФ, должен быть письменный договор о полной индивидуальной материальной ответственности, заключаемый по типовым формам, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 ноября 2002 года N823 "О порядке утверждения перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности".

Как следует из содержания перечня должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключить письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, то к таким работникам относится, в том числе заведующий складом организаций и подразделений по заготовке, транспортировке, хранению, учету и выдаче материальных ценностей.

В соответствии со ст. 246 ТК РФ размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

В силу ч.1 ст.247 Трудового кодекса РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно ч.2 ст.247 Трудового кодекса РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом (ч.3 ст.247 Трудового кодекса РФ).

В соответствии со статьей 248 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель вправе взыскать ущерб, причиненный ему работником, только в судебном порядке, если работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а его сумма превышает средний месячный заработок работника (ч. 2 ст. 248 Трудового кодекса Российской Федерации).

Тем самым на работодателе лежит обязанность установить размер причиненного ему ущерба и причину его возникновения (статья 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Применительно к настоящему спору, исходя из перечисленных правовых норм, положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пункте 4постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий необходимых для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб, которыми являются: наличие имущественного ущерба у работодателя, противоправность действий (бездействия) работника, причинная связь между противоправными действиями(бездействием) работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба, размер причиненного ущерба, отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника,соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности, соблюдение порядка привлечения работника к материальной ответственности, предусмотренные гл. 39 ТК РФ.

Полная материальная ответственность работника за причинение ущерба работодателю может вводиться в зависимости от занимаемой должности и также при выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей. При этом материальная ответственность работников за причинение ущерба работодателю возникает лишь в случае, когда работник добровольно принимает на себя такую ответственность. Одним из оснований для возложения на работника материальной ответственности в полном размере за ущерб, причиненный работодателю, является наличие письменного договора о полной индивидуальной материальной ответственности, заключенного с работником, в соответствии с типовой формой договора о полной индивидуальной материальной ответственности, утвержденной постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. N 85. Обязанность же доказать наличие оснований для заключения договора о полнойиндивидуальной материальной ответственности за причинение ущерба и соблюдение правил заключения такого договора возложена законом на работодателя. Невыполнение работодателем требований трудового законодательства о порядке и условиях заключения договора о полной материальной ответственности является основанием для освобождения работника от обязанности возместить причиненный по его вине ущерб в полном объеме, превышающем его средний месячный заработок.При взыскании с работника, причиненного работодателю материального ущерба в судебном порядке, суду необходимо проверить, соблюдены ли работодателем предусмотренные законом правила установления полной материальной ответственности, а также определить наличие вины работника в причинении ущерба.

Бремя доказывания наличия совокупности названных выше обстоятельств, дающих основания для привлечения работника к материальной ответственности, законом возложено на работодателя. Работодатель, кроме того, обязан доказать отсутствие предусмотренных статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника, а также доказать исполнение им обязанности по обеспечению надлежащих условий для сохранности имущества, вверенного работнику.

До принятия решения о возмещении ущерба работником, работодатель обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Таким образом, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения настоящего спора, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, относятся: наличие прямого действительного ущерба у работодателя ООО «Агро-Вилион» и его размер; соблюдение работодателем предусмотренных законом правил установления полной материальной ответственности заведующей складом ООО «Агро-Вилион»; противоправность действий или бездействия заведующей складом ГСМ ФИО1, с которой работодателем был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности; причинная связь между поведением данного работника и наступившим у ООО « Агро-Вилион» ущербом; наличие оснований для привлечения ФИО1 к ответственности за ущерб, причиненный работодателю работником при исполнении трудовых обязанностей, отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника ФИО1

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работала в ООО «Агро-Вилион» с 10 июля 2013 года на разных должностях. 6 ноября 2015 года между ООО «Агро-Вилион» в лице генерального директора ФИО3 и ФИО1 был заключен трудовой договор, и ответчица была принята на постоянную работу, на должность заведующей складом горюче смазочных материалов. В этот же день ФИО1 подписала договор о полнойиндивидуальной материальной ответственности, согласно которому она приняла на себя материальную ответственность за недостачу вверенного имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

Данный договор между истцом и ответчиком был заключен на основании типовой формы такого договора, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N85, согласно которому указано, что ФИО1 помимо принятия на себя полной материальной ответственности за недостачу вверенного ей работодателем имущества, обязуется:

а) бережно относиться к переданному ей для осуществления возложенных на нее функций (обязанностей) имуществу Работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба;

б) своевременно сообщать Работодателю либо непосредственному руководителю обо всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенного ей имущества;

в) вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного ей имущества;

г) участвовать в проведении инвентаризации, ревизии, иной проверке сохранности и состояния вверенного ей имущества.

Определение размера ущерба, причиненного Работником Работодателю, а также ущерба, возникшего у Работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, и порядок их возмещения производятся в соответствии с действующим законодательством.

Работник не несет материальной ответственности, если ущерб причинен не по его вине.

Имеющаяся в материалах дела копия договора о полной индивидуальной материальной ответственности от 06 ноября 2015г., которая была представлена суду истцом, является основанием для возложения работодателем на ФИО1 материальной ответственности за недостачу дизельного топлива, поскольку данный договор соответствует требованиям, установленным постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. N 85 «Об утверждении перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности».

Следовательно, трудовое законодательство предусматривает конкретные требования, при выполнении которых работодатель может заключить с отдельным работником письменный договор о полной материальной ответственности, перечень должностей и работ, при выполнении которых могут заключаться такие договоры, взаимные права и обязанности работника и работодателя по обеспечению материальных ценностей, переданных ему под отчет.

В договоре, заключенном с ФИО1 содержатся условия о полной материальной ответственности, и в каких случаях такая ответственность может быть соблюдена, каким образом осуществляется прием, хранение и передача горюче-смазочных материалов и имущества и он полностью соответствует тем требованиям, которые предъявляются к таким договорам.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 не оспаривала, что с нею действительно был заключен договор о полной материальной ответственности.

Все указанные обстоятельства в их совокупности свидетельствуют о том, что истцом соблюден порядок заключения договора о полной индивидуальной материальной ответственности и правомерность заключения такого договора.

Должность ответчика входит в Перечень работ, при выполнении которых может вводиться полная материальная ответственность за недостачу, вверенного работникам имущества, утвержденный Постановлением Минтруда РФ от 31.12.2002 г № 85 «Об утверждении перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключить письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности».

Ввиду изложенного суд считает, что работодателем соблюдены правила, предусмотренные законом при заключении 6 ноября 2015 года договора о полной индивидуальной материальной ответственности работника и правомерность заключения такого договора с ответчиком, истцом доказана.

10 сентября 2018 года ФИО1 не вышла на работу, на телефонные звонки не отвечала, в связи, с чем был составлен акт подписанный сотрудниками предприятия о том, что заведующая складом ГСМ ФИО1 отсутствует на рабочем месте и причины ее отсутствия неизвестны.

Начальник службы безопасности истца Свидетель №2 установил, что ответчица устроилась на новое место работы в ОАО <данные изъяты>» и с 10 сентября 2018 года вышла на работу на данное предприятие.

На основании приказа № 38 - П от 10 сентября 2018 года была создана комиссия для снятия остатков на складе у заведующей ФИО1, и ей было направлено уведомление о том, что 11 сентября 2018 года в 14 час. 00 мин. будет проводиться инвентаризация. С данным уведомлением ФИО1 лично ознакомил Свидетель №2 и просил ее присутствовать при ревизии, последняя поставить свою подпись, подтверждающую, что она ознакомлена с данным уведомлением, отказалась.

11 сентября 2018 года около 14 часов ФИО1 была доставлена с нового места работы для проведения инвентаризации, при этом она отказалась дать расписку о том, что перед началом ревизии все расходные и приходные документы на имущество еюсданы в бухгалтерию предприятия и все ценности оприходованы.

После чего созданной комиссией с участием завскладом ФИО1 была проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей и сняты остатки ГСМ при помощи метрштока. Остаток дизтоплива в емкостях после их замера составил 64594 л.Согласно сличительной ведомости № 7 от 11 сентября 2018 года по результатам инвентаризациитоварно- материальных ценностей на складе ГСМ была выявлена недостача дизельного топлива в количестве 41694 л. на сумму1430488,14 рублей.

Письменное объяснение для установления причины возникновения ущерба, ФИО1 дать отказалась, в связи, с чем был составлен соответствующий акт.

Не согласилась ФИО1 и с результатами ревизии, отказавшись подписать акт инвентаризации, заявив, что имеющаяся у нее книга учета поступления ГСМ опровергнет имеющуюся недостачу, в связи, с чем ей было предложено предоставить данную книгу в бухгалтерию, но ФИО1, уехав за книгой, в бухгалтерию не вернулась и данный документ не предоставила.

Книга учета ГСМ была представлена ФИО1 в судебное заседание, и судом бухгалтерии истца было поручено произвести сверку сведений содержащихся в данной книге с результатами ревизии, но оказалось, что ответчица предоставила суду книгу учета поступления ГСМ с отображением данных по движению бензина АИ-92, а не по движению дизельного топлива.

В связи с этим, размер недостачи не изменился и составил вышеуказанную сумму.

Приказом № 38-П/2 от 12 сентября 2018 года по факту выявленной недостачи у заведующей складом ФИО1 было назначено проведение служебного расследования с 12 по 19 сентября 2018 года и назначена комиссия для его проведения, которую возглавил Свидетель №2

В соответствии с приказом № 16/1 от 14 сентября 2018 года с заведующей складом ГСМ ФИО1 был прекращен трудовой договор на основании п. 6 «а» ст. 81 ТК РФ за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей : прогула, то есть отсутствие на рабочем месте без уважительных причин более 4 часов. (л.д.14)

По результатам расследования был составлен соответствующий акт от 19 сентября 2018 года, из которого следует, что линейка, которой производились замеры дизтоплива ФИО1, была сломана, на ней отсутствовало 10 см., но ответчица о неисправности измерительного прибора не заявляла, объяснений по этому факту не дала. Не уволившись с работы и не сдав материальные ценности, забрав трудовую книжку под надуманным предлогом, с 10 сентября 2018 года устроилась на работу в ОАО «Токаревская птицефабрика». Факты, исключающие материальную ответственность ФИО1 комиссией, не выявлены. В ходе инвентаризации было установлено действительное уменьшение имущества истца на сумму недостачи. Комиссия пришла к выводу, что данную недостачу ФИО1 допустила своим бездействием и не выполнением своих обязанностей по трудовому договору и договору о полной материальной ответственности.

Свидетель Свидетель №2, председатель комиссии, в судебном заседании подтвердил обстоятельства, изложенные в указанном акте.

19 сентября 2018 года председателем комиссии по окончанию служебного расследования в отдел полиции было подано заявление для принятия соответствующего процессуального решения.

В этот же день по факту обнаружения недостачи 41 тонны дизельного топлива на складе ГСМ ООО «Агро-Вилион» в д. Чичерино стоимостью 1430488,14 руб. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. Б ч. 4 ст. 158 УК РФ, кража, т.е. тайное хищение чужого имущества, совершенная в особо крупном размере.

Постановлением следователя от 27 июня 2019 года в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 218 УПК РФ предварительное следствие по делу приостановлено в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Таким образом, проверка для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения работодателем проведена, по установленным фактам у работника было истребовано письменное объяснение, которое она дать отказалась, о чем был составлен соответствующий акт, поэтому установленные трудовым законодательством требования к действиям работодателя до принятия решения о возмещении ущерба, истцом соблюдены. По итогам проведенной проверки, результаты которой ответчиком не оспорены, выявлена недостача дизельного топлива, причиной которой явилось виновное поведение ответчика, выразившееся в недобросовестном исполнении ею служебных обязанностей по сохранению вверенных материальных ценностей, нарушении условий трудового договора.

При этом истец представил доказательства, подтверждающие наличие прямого действительного ущерба, размера причиненного ущерба, вины работника в причинении ущерба, причинной связи между поведением работника и наступившим ущербом.

По мнению суда, основываясь на нормах материального права, подлежащих применению к спорным отношениям,размер причиненного работником работодателю материального ущерба и вина ФИО1 как материально ответственного лица определены и подтверждаются результатами проведенной 11 сентября 2018 г. инвентаризации, которой выявлена недостача дизельного топлива.

В качестве доказательств наличия прямого действительного ущерба, причиненного ФИО1 ООО «Агро-Вилион», а также размера этого ущерба представленные истцом в материалы дела- акт учета расходных и приходных документов до инвентаризации на 11.09.2018 г. склада ГСМ ООО «Агро-Вилион» (заведующая складом ФИО1),(л.д. 26-28) оборотно – сальдовая ведомость по счету 10.03 за август 2018 года, оборотно – сальдовая ведомость посчету 10.03 за 01.09. 2018 -11.09.2018, накладные и счета – фактуры на поставку дизельного топлива за период со 2 по 8 сентября 2018 года с договором поставки № 3 от 9 января 2018 года, ведомости по списанию ГСМ с 1 по 11 сентября 2018 года (л.д. 29- 66), акт инвентаризации ГСМ от 11.09.2018 года (л.д. 68), сличительная ведомость результатов инвентаризациитоварно- материальных ценностей от 11 сентября 2018 года (л.д. 70-71),суд признает допустимыми и достоверными доказательствами.

При проведении инвентаризации дизельного топлива, имеющегося в наличии в резервуарах на складе ГСМ 11 сентября 2018 года работодателем был соблюден порядокее проведения, по результатам которой была установлена недостача дизельного топлива. В соответствии с нормативными положениями факт недостачи может считаться подтвержденным только при условии выполнения в ходе инвентаризации всех необходимых проверочных мероприятий, результаты которых должны быть оформлены документально в установленном законом порядке.

В силу положений ст.9 Федерального закона N402-ФЗ от 6 декабря 2011 г. «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета (ч.1 ст.10 Федерального закона 402-ФЗ).

В соответствии с ч.1, 2 ст.11 Федерального закона N402-ФЗ активы и обязательства подлежат инвентаризации. При инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.

В ч.3 ст.11 Федерального закона N402-ФЗ определено, что случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами.

Выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация (ч.4 ст.11 Федерального закона 402-ФЗ).

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 года N34н утверждено Положение по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, пунктом 27 которого установлено, что проведение инвентаризации является обязательным, в том числе при смене материально ответственных лиц, при выявлении фактов хищения, злоупотребления или порчи имущества.

В соответствии с пунктами 26, 28 названного Положения инвентаризация имущества и обязательств проводится для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учёта и бухгалтерской отчётности, в ходе её проведения проверяются и документально подтверждаются наличие, состояние и оценка указанного имущества и обязательств. При этом выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учёта отражаются на счетах бухгалтерского учёта.

Порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств организации и оформления ее результатов установлены Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 года N49 (далее - Методические указания).

Основными целями инвентаризации являются: выявление фактического наличия имущества; сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета; проверка полноты отражения в учете обязательств (п.1.4 Методических указаний).Пунктом 1.5 Методических указаний предусмотрено, что в соответствии с Положением о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации проведение инвентаризации является обязательным, в том числе при смене материально ответственных лиц (на день приемки-передачи дел) и при установлении фактов хищений или злоупотреблений, а также порчи ценностей.До начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств. Материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход. Проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (пункты 2.4, 2.8 Методических указаний).

Сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных финансовых обязательств записываются в инвентаризационные описи или акты инвентаризации не менее чем в двух экземплярах. Фактическое наличие имущества при инвентаризации определяют путем обязательного подсчета, взвешивания, обмера.Описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и о принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение. При проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший — в сдаче этого имущества (пункт 2.10 Методических указаний).Отступление от этих правил оформления документов влечет невозможность с достоверностью установить факт наступления ущерба у работодателя, определить, кто именно виноват в возникновении ущерба, каков его размер, имеется ли вина работника в причинении ущерба.

По мнению суда, работодателем была соблюдена процедура и порядок проведения инвентаризации нефтепродуктов, имеющихся в наличии в резервуарах на складе ГСМ у заведующей складом ФИО1, нормы Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 г. N 34н, а также Методические указания, предусматривающие основания и порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств в организации, были полностью ими учтены.

Судом принято во внимание, что в материалах дела имеются документы, подтверждающие передачу ФИО1 в подотчет горюче-смазочных материалов 2, 5, 6 и 8 сентября 2018 г., в представленной ответчиком инвентаризационной описи от 11 сентября 2018 г. зафиксировано фактическое наличие горюче-смазочных материалов у материально ответственного лица ФИО1, которая на основании пункта 2.8 Методических указаний была уведомлена о проведенииинвентаризации, в соответствии с пунктом 2.10 Методических указаний участвовала в проводимой инвентаризации лично, расписалась в накладных и счетах фактурах за указанные выше дни в качестве лица, принявшего горюче-смазочные материалы от поставщика.

Из показаний свидетеля ФИО6, бухгалтера общества, следует, что он вместе с ФИО7 и ФИО8, в присутствии ФИО1, проводил инвентаризацию на складе ГСМ, в связи с тем, что ФИО1 не вышла на работу и, не уволившись и не сдав материальные ценности, одновременно трудоустроилась на другую работу, на птицефабрику.Ей предложили дать расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию, все ценности оприходованы, а выбывшие списаны в расход, но ФИО1, передав все лимитно - заборные карты ведомости на ГСМ, дать такую расписку отказалась, ничем не мотивируя, поэтому они составили письменный акт. После чего взяли измерительный прибор, которым пользовалась ФИО1 для замера остатков в цистернах с нефтепродуктами, и он обнаружил, что на линейке отсутствует 10 см., присутствующая ФИО1 заявила, что не знает, кто повредил метршток. После чего стали проводить замеры в цистернах с учетом поправки на 10 см., первую цистерну стала замерять сама ФИО1, но когда он ее перепроверил, то оказалось, что она прибавила около 50 см. в свою пользу. Поэтому у них возникло к ней недоверие, и остальные 9 цистерн он замерял сам, в присутствии ФИО1 и других членов комиссии делая замеры, каждой цистерны по три раза, чтобы не было сомнений. Саму линейку с обратной стороны они заклеили темным скотчем, чтобы лучше было видны цифры на линейке при замере. Каких - либо замечаний от присутствующих, в том числе и от ФИО1 не поступило. После чего был определен общий остаток ГСМ и выявлена недостача 41 тонны дизтоплива. Все участники производимого замера, подписали акт замера, но ФИО1 это сделать отказалась, не объяснив причину, не пояснила она, откуда образовалась такая недостача.

Свидетели ФИО7 бухгалтер и ФИО8 инженер предприятия, участвующие в инвентаризации склада ГСМ, дали аналогичные пояснения, подтвердив, что 11 сентября 2018 года ФИО1 передала им все лимитно - заборные ведомости на ГСМ за период с 01.09. по 11.09. 2018, остатки дизтоплива в цистернах были сняты в присутствии ФИО1, она непосредственно участвовала в замерах, проверяла их правильность, по сличительной ведомости была выявлена недостача дизтоплива в количестве 41 тонны, но подписывать какие- либо документы ответчица отказалась, не объясняя причины, поэтому были составлены соответствующие акты.

Показания свидетелей последовательны, не противоречивы, согласуются между собой и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, подтверждаются письменными документами, предоставленными суду, и потому суд обоснованно положил сведения, сообщенные данными свидетелями в основу принятого судебного решения по делу.

Тот факт, что материально – ответственное лицо ФИО1 отказалась подписать факт принятия уведомления о проведении инвентаризации, дать расписку о том, что к началу ревизии все расходные и приходные документы сданы в бухгалтерию, все ценности оприходованы, а выбывшие списаны, а также то, что у нее отсутствуют к членам комиссии претензии, отказалась подписать акт инвентаризации ГСМ от 11 сентября 2018 года, не свидетельствует о том, что истцом нарушен порядок проведения инвентаризации и неверно определен размер материального ущерба причиненного ФИО1 работодателю.

Суд считает, что перечисленные выше документы соответствовали действительности, предоставлялись ФИО1 на подпись, но последняя избрав такое поведение, безмотивно отказывалась ставить в них свою подпись.Отказ в подписании соответствующих документов был оформлен работодателем надлежащим образом в виде актов об отказе, совершенные в присутствие свидетелей и подтвержденными их подписями. (л.д. 25, 67, 68,69)

В соответствии с актом от 11 сентября 2018 года, составленного в присутствии свидетелей, ФИО1 отказалась дать объяснения по факту выявленной недостачи, обнаруженной в ходе инвентаризации 11 сентября 2018 года.

Воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ ФИО1 отказалась дать пояснения по поводу образовавшейся недостачи и при расследовании уголовного дела.

В судебном заседании она заявила, что не может объяснить причину образовавшейся недостачи, поскольку дизельное топливо она не похищала. Считает, что данная недостача могла образоваться в связи с тем, что ее не допустили к замеру остатков ГСМ в цистернах, она стояла внизу и не видела, как члены комиссии производили замеры и какое количество записывали в акте замера остатков, в связи, с чем она считает, что они могли указать недостоверные сведения, не в ее пользу, увеличив недостачу. Помимо этого, линейка была заклеена черным скотчем, и показатели были плохо видны.

Участники, проводившие инвентаризацию, допрошенные судом в качестве свидетелей опровергли утверждения ФИО1, их показания судом признаны достоверными.

При этом, проверяя доводы ФИО1, суд установил, что на территории, где располагались цистерны с нефтепродуктами, ведется видеонаблюдение, стороной истца суду была представлена видеозапись проведения ревизии 11 сентября 2018 года, после, просмотра которой судом установлено, что доводы ответчицы не соответствуют действительности, она непосредственно сама замеряла остатки дизтоплива в первой цистерне, а затем находилась рядом с членами комиссии, наблюдая и проверяя, произведенные замеры.

Поэтому у суда не имеется оснований ставить под сомнение достоверность результатов произведенных замеров остатка дизтоплива в емкостях, содержащихся в акте инвентаризации ГСМ от 11 сентября 2018 года. Никаких замечаний от ФИО1 в ходе проведения инвентаризации не поступило, записи об этом в акте инвентаризации отсутствуют.

Помимо этого ФИО1 в суде заявила, что у нее имеется книга учета поступления ГСМ, которую непосредственно вела она и данные, имеющиеся в этой книге, могут, опровергнуть размер недостачи, выявленной в ходе ревизии.

Судом было предложено ответчику предоставить данную книгу для проверки ее утверждений, ФИО1 согласилась и передала суду ее ксерокопию.

Однако в ходе изучения сведений имеющихся в учетной книге, сотрудниками бухгалтерии «Агро-Вилион» по поручению суда, было установлено, что ФИО1 представила суду книгу учета ГСМ с отображением данных по движению бензина АИ – 92, а не по движению дизтоплива. Выяснить причину введения суда в заблуждение не удалось, поскольку ответчица в судебное заседание после этого не явилась.

Свидетель Свидетель №1, следователь полиции, подтвердил, что в ходе расследования уголовного дела книгу учета ГСМ, которую ФИО1 должна была вести в обязательном порядка, она ему не предоставляла.

При таких обстоятельствах, суд считает, что изложенные ФИО1 доводы в опровержение достоверности выявленной при инвентаризации недостачи, подтверждения в судебном заседании не нашли.

Основания и порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств соответствовали положениям норм права, регулирующих данные требования, работодателем были соблюдены процедуры и порядок проведения инвентаризации товарно- материальных ценностей на складе, как и обстоятельство, имеющее значения для установления реального ущерба у работодателя и размеры этого ущерба. Факт недостачи суд считает установленным, поскольку в ходе инвентаризации работодателем выполнены все необходимые проверочные мероприятия, результаты которых оформлены документально в установленном законом порядке.

Наличие прямого действительного ущерба у работодателя и соблюдение порядка и процедуры инвентаризации, полностью подтверждено заключением судебно - бухгалтерской экспертизы проведенной в рамках уголовного дела.

Согласно выводам эксперта, установлено, что ООО «Агро -Вилион» заключены договора на поставку нефтепродуктов с ООО ТД «Акцент – Агро» (договор поставки № 13 от 17.03.2016) и с ООО «Чакинская Нефтебаза» (договор поставки № 3 от 09.01.2018 г.).

Данные поставщики согласно условиям договора осуществляют поставку дизельного топлива своими силами до склада ООО «Агро-Виллион», расположенного <...>.

Между поставщиком и ООО «Агро-Вилион» заранее согласовывается количество поставляемого дизельного топлива, оформляется спецификация и поставляется товар.

Поставка товара происходит следующим образом: спецмашина от поставщика приезжает на склад ГСМ «Агро-Вилион». В присутствии кладовщика ООО «Агро -Вилион»происходит слив дизельного топлива в цистерны. После чего кладовщик подписывает УПД поставщика.

Далее кладовщик ООО «Агро-Вилион» заносит данные о поступлении дизельного топлива в журнал учета движения ГСМ, в котором отражает все данные с поставщика. После чего передает оригинал УПД поставщика в бухгалтерию ООО «Агро-Вилион» для дальнейшей обработки. Бухгалтерия вносит данные в программу 1С: БСХП 8.3.

Расход дизельного топлива происходит путем заправки в баки транспорта «Агро-Вилион» через раздаточную колонку склада ГСМ. Кладовщик заполняет ведомость по списанию ГСМ, в которой указывается государственный номер транспортного средства, а так же фамилия водителя. В табличной части данной ведомости фиксируется дата заправки, транспортное средство и количество дизельного топлива, что заверяется подписью водителя. При закрытии ведомости кладовщик указывает суммарное количество выданного дизельного топлива и подтверждает данные своей подписью.

По окончании месяца кладовщик составляет для бухгалтерии ООО «Агро – Вилион» отчет о движении материальных ценностей, в котором показывает суммарный объем поступившего дизельного топлива, а также суммарный объем выданного дизельного топлива транспортным средствам ООО «Агро-Вилион».

В распоряжение эксперта были представлены следующие документы: пояснения о поступлении и расходовании дизельного топлива на предприятии, оборотно - сальдовая ведомость по счету 10.03 по складу ФИО1 в разрезе по дням за период с 1 августа по 11 сентября 2018 года, копии актов инвентаризации от 1 августа 2018 года и от 11 сентября 2018 года, копии материального отчета ФИО1 за июль, август 2018 года, копии договоров поставки № 3 и № 13, копии УПД от 4 августа, от 7 августа, 9 августа, 15 августа, 18 августа 2018 года, копия УПД и копия внутренней накладной от 2 сентября 2018 года, копия УПД от 5 сентября, 6 сентября 2018 года, копия УПД и копия внутренней накладной от 8 сентября 2018 года, ведомости на списание ГСМ (дизельное топливо) с 1 августа по 11 сентября 2018 года.

Данные документы были осмотрены следователем и в качестве вещественных доказательств приобщены к материалам уголовного дела.

В результате проведенного экспертом исследования был установлен остаток дизельного топлива на 11 сентября 2018 года, который составил 106288 л. и фактический остаток на указанную дату равный 64594 л., установленный после проведенной инвентаризации.

Эксперт пришел к заключению, что расхождение объема дизельного топлива между фактическим остатком и данными бухгалтерского учета ООО «Агро -Вилион» за период с 1 августа по 11 сентября 2019 года составляет 41694 л.

Сомневаться в объективности выводов эксперта, чья квалификация и наличие специальных познаний подтверждены документально, у суда нет оснований, поскольку они мотивированы и объективны, согласуются с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Оценивая доказательства, подтверждающие размер причиненного работодателю ущерба, суд исходит из того, что ущерб истцом определен на основании ст. 246 ТК РФ и п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю".

При таких данных, истцом доказано, что размер прямого действительного ущерба, причинного предприятию составляет 1 430488, 14 руб., в виде недостачи 41694 л. дизельного топлива.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 52 от 16 ноября 2006 года, если работодателем доказана правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, то бремя доказывания отсутствие вины в причинении ущерба лежит на работнике.

Таким образом, в связи с тем, что работодателем доказана правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и факт наличия у этого работника недостачи установлен, то в указанных случаях работодатель обязан доказать только факт недостачи, бремя доказывания отсутствия своей вины в причинении ущерба несет уже ответчик.

Как установил суд, ответчице в связи с занимаемой ею должностью работодателем были вверены материальные ценности по договору о полной материальной ответственности, и потому она несет ответственность за их утрату и недостачу, в связи, с чем обязана возместить причиненный этой недостачей ущерб. Для освобождения от ответственности работник должен доказать отсутствие своей вины, но таких доказательств, подтверждающих ее невиновность в образовавшейся недостаче, в нарушение этих положений трудового законодательства, ФИО1, суду не представила.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела представители истца заявили, что образованию недостачи способствовало виновное противоправное поведение ответчика.

В ходе проведения ревизии, было установлено, что ФИО1 при замере остатков нефтепродуктов в цистернах и бензовозах, пользовалась неисправным метрштоком с отсутствием у него 10 см., т.е. его шкала начиналась не с 0, а с 10 см., что, по мнению суда, привело к неправильному учету нефтепродуктов, и способствовало образованию недостачи.ФИО1 оправдывая себя, заявила, что не знает, кто и когда отломил часть линейки.

В соответствии с заключением судебно – криминалистического эксперта в уголовном деле, эксперт на метрштоке, изъятом с территории АЗС ООО «Агро-Вилион» в ходе осмотра места происшествия от 19 сентября 2018 года, не обнаружил следов отделения. В своих пояснениях эксперт, проводивший экспертизу, ФИО10 пояснил, что следы отделения на метрштоке отсутствуют, поскольку были уничтожены, вероятнее всего замяты твердым предметом и эти следы не являются первичными следами отделения, что позволяет суду прийти к выводу о том, что часть линейки была отделена за долго до 10 сентября 2018 года, когда ФИО1 не вышла на работу и свидетельствует о том, что она была хорошо осведомлена об отсутствие 10 см. на измерительном приборе.

Помимо этого, при приеме дизтоплива ФИО1 должна была проверить сопроводительные документы, наличие пломб и калибровки на емкости с дизтопливом на бензовозе, а после выгрузки убедиться в перекачке топлива и закрыть люки, взвесить полный бензовоз, а затем пустую тару.

Однако, при поставке дизтоплива 2,5,6 и 8 сентября 2018 года с Чакинской нефтебазы одним и тем же бензовозом под управлением водителя ФИО5, взвешивание груженного, так и пустого бензовоза ФИО1 не производилось.

При просмотре в судебном заседании видеозаписей с видеокамеры на территории заправки, было установлено, что при разгрузке дизтоплива 8 сентября 2018 года ФИО1 свои обязанности должным образом не выполнила, цистерны бензовоза после выгрузки не проверила.

Кроме того, ФИО1, являясь материально –ответственным лицом, не уволившись с работы и не сдав материальные ценности, не поставив в известность руководство, не вышла на работу 10 сентября 2018 года, трудоустроившись на новое место работы на ООО <данные изъяты>

Данное обстоятельство ФИО1 отрицала в судебном заседании, заявив, что не работала в это время на данном предприятии, а только знакомилась с работой на <данные изъяты>

Вопреки доводам ответчика, судом установлено, что с 21 августа 2018 года ФИО1 уже проходила медицинскую комиссию для устройства на данную работу, 30 августа 2018 года забрала из ООО «Агро -Вилион» свою трудовую книжку, что подтверждается записями в амбулаторной карте ответчицы и записями в книге учета движения трудовых книжек и вкладышей в них ООО «Агро-Вилион».

В соответствии с сообщением ООО <данные изъяты>» от 4 сентября 2019 года ФИО1 действительно работала на данном предприятии с 10 по 14 сентября 2018 года.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 ненадлежащим образом исполняла свои должностные обязанности, возложенные на нее договором о полной материальной ответственности, в результате чего причинила работодателю ущерб в размере 1430488,14 руб., между действиями ответчика и причинным материальным ущербом имеется прямая причинная связь.

В силу ст. 239 ТК РФ работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба. (п. 5 постановления данного Пленума Верховного Суда РФ).

Указанных обстоятельств по делу не установлено, не заявляла об этом и сама ответчица, сведений о письменных обращениях к работодателю по фактам ненадлежащих условий хранения материальных ценностей, не имеется.

Таким образом, обстоятельства, указанные в ст. 239 Трудового кодекса РФ как обстоятельства, исключающие материальную ответственность работников, отсутствуют.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлены суду достоверные и объективные доказательства надлежащего исполнения своих обязанностей, возложенных на нее договором о полной материальной ответственности, в том числе письменного уведомления работодателя об обстоятельствах, угрожающих сохранности вверенного ей имущества.

При этом,не соглашаясь с доводами представителя истца, суд считает, что возбуждение уголовного дела по факту выявленной недостачи, не свидетельствует о том, что работодатель не исполнял обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, и не является основанием для освобождения ответчика от материальной ответственности.

Как установил суд, работодателем были созданы надлежащие условия для сохранности имущества, территория, на которой расположен склад ГСМ, огорожена, охраняется круглосуточно, имеется видеонаблюдение, обеспечены надлежащие условия учета нефтепродуктов, и как следствие их сохранности.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что имеются основания для привлечения ответчика к полной материальной ответственности и взыскании с него материального ущерба, поскольку с ФИО1 заключен договор о полной материальной ответственности, по итогам проведенной инвентаризации, результаты которой не оспорены, выявлена недостача дизельного топлива, причиной которой явилось не обеспечение сохранности вверенных товарных ценностей, недобросовестное исполнение ответчиком своих служебных обязанностей по их сохранению, нарушение условий трудового договора.

В силу ч. 2 ст. 392 ТК РФ, работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причинного работодателю в рамках трудовых отношений, как в период действия заключенного с таким работником трудового договора, так и после его расторжения, в течение одного года со дня обнаружения причинного ущерба.

Своим правом на обращение в суд за возмещением ущерба, причинного работником при исполнении трудовых обязанностей работодатель воспользовался и обратился в суд в установленные законом сроки.

Согласно статье 250 Трудового кодекса Российской Федерации орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащего взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причинённый работодателю", если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что работник обязан возместить причиненный ущерб, суд в соответствии с частью первой статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации может с учетом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм, подлежащих взысканию, но не вправе полностью освободить работника от такой обязанности. При этом следует иметь в виду, что в соответствии с частью второй статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не может быть произведено, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях. Снижение размера ущерба допустимо в случаях как полной, так и ограниченной материальной ответственности. Оценивая материальное положение работника, следует принимать во внимание его имущественное положение (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейное положение (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п.

По смыслу статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений по ее применению, содержащихся в пункте 16 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации правила этой нормы о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, могут применяться судом при рассмотрении требований о взыскании с работника, причиненного работодателю ущерба не только по заявлению работника, но и по инициативе суда.

С учетом конкретных обстоятельств, установленных по делу, в том числе длительности работы ответчика у истца, размера полученного за этот период заработка, учитывая степень и форму вины ответчика, его имущественное положение, пенсионный возраст, суд считает возможным снизить размер суммы, подлежащей взысканию, определив к взысканию 800000 руб.

Помимо этого, с ответчика на основании ст. ст. 98, 103 ГПК РФ, в пропорциональном размере от присужденной суммы в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины определенной в соответствии со ст. 333.19 Налогового Кодекса РФ в сумме 11200 руб.(800000 руб. – 200000 руб. х1% +5200 руб.)

Руководствуясь ст.ст. 194 – 197 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Агро -Вилион» в возмещение причиненного работодателю ущерба в сумме 800000 руб., возврат госпошлины в сумме 11200 руб., всего 811200 руб. (восемьсот одиннадцать тысяч двести руб.)

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Тамбовский облсуд в течение месяца в апелляционном порядке через районный суд, со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Устинова Г.С.

Мотивированное решение составлено 25 сентября 2019 года.

Судья Устинова Г.С.