Решение № 2-480/2025 2-480/2025(2-7208/2024;)~М-4385/2024 2-7208/2024 М-4385/2024 от 18 февраля 2025 г. по делу № 2-480/2025

Дело №2-480/2025

59RS0007-01-2024-008524-66


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Пермь 19 февраля 2025 года

Свердловский районный суд г. Перми

в составе председательствующего судьи Кокаровцевой М.В.,

при ведении протокола секретарем Дегтяревой Е.В.,

с участием представителя истца ФИО3,

представителя ответчиков Министерства внутренних дел Российской Федерации, Главного управления министерства внутренних дел Российской Федерации по Пермскому краю ФИО4,

представителя третьего лица Управления министерства внутренних дел России по г. Перми ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

ФИО8 к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Главному управлению министерства внутренних дел Российской Федерации по Пермскому краю о взыскании убытков, компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГУ МВД России по Пермскому краю о взыскании убытков на оказание юридической помощи в сумме 22 500 рублей, на оформление доверенности в размере 2 500 рублей, компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей, расходов по госпошлине в размере 1 250 рублей.

Исковые требования мотивирует тем, что постановлением инспектора полка ДПС от ДД.ММ.ГГГГ он признан виновным в совершении административного правонарушения по ч. 1 ст. 12.16 КоАП РФ. Решением Свердловского районного суда г.Перми от ДД.ММ.ГГГГ постановление отменено, производство по делу в отношении истца прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление. Решением Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ постановление и решение районного суда отменены, производство по делу прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

В ходе производства по данному делу, с целью защиты своих прав и законных интересов, ФИО6 понес затраты и моральный вред.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ФИО2 заключен договор на оказание юридической помощи, стоимость услуг по которому составила 14 500 рублей.

Также истцом понесены расходы по оплате нотариальных услуг в размере 2 500 рублей.

В связи со сложившейся ситуацией истец испытал моральные и нравственные страдания, так как ДД.ММ.ГГГГ был ограничен в праве на передвижение с момента его остановки инспектором ДПС до окончания оформления процессуальных документов, был вовлечен в административное разбирательство с целью отстаивания своей невиновности, что говорит о создании неблагоприятной атмосферы и вынужденной потери личного времени, вследствие привлечения его к административной ответственности. Моральный вред истец оценивает в 15 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ФИО2 заключен договор на оказание юридических услуг, стоимость услуг по которому составляет 8 000 рублей.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечено МВД РФ, в качестве третьих лиц - инспектор полка ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> ФИО7, Управление МВД России по г.Перми (л.д. 2-3).

В судебном заседании истец участия не принимал, извещен судом в порядке, предусмотренном законом.

Представитель истца в судебном заседании на доводах искового заявления настаивал, просил удовлетворить. Пояснил, что протокол инспектором был составлен с процессуальными нарушениями, в результате чего спор был разрешен в пользу истца.

Представитель ответчиков МВД РФ и ГУ МВД России по Пермскому краю в судебном заседании не согласилась с исковыми требованиями по основаниям, изложенным в письменных возражениях, из которых следует, что факт прекращения производства по делу об административном правонарушении в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности не может служить основанием для признания действий должностного лица по возбуждению дела об административном правонарушении противоправными и незаконными, а также не может подтверждать нарушение прав граждан. Производимые действия должностного лица неимущественных прав истца не нарушили, негативных последствий в виде физических и нравственных страданий для него не повлекли. В отношении истца не применялись меры по ограничению его неимущественных прав, наказанию в виде административного ареста истец не подвергался. Постановление отменено, негативных последствий для истца не наступило. Из искового заявления не ясно, какие именно юридические услуги оказаны истца. Истцом не представлено достоверных доказательств, могущих объективно свидетельствовать о причинении ему каких-либо физических или нравственных страданий в результате действий должностных лиц органов внутренних дел. Личные неимущественные блага истца в результате вынесения постановления о привлечении к административной ответственности в отношении последнего не ограничивались. Истец не представил ни одного доказательства вины причинителя морального вреда.

Представитель третьего лица Управления МВД России по г. Перми в судебном заседании с доводами искового заявления не согласился по основаниям, изложенным в письменных возражениях, из которых следует, что решением Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ дело об административном правонарушении в отношении ФИО1 прекращено по п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности, то оснований для удовлетворения исковых требований, с учетом сложившейся судебной практики не имеется.

Третье лицо, должностное лицо ФИО7 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие (представлено заявление).

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ инспектором ДПС ГИБДД Управления МВД России по г.Перми лейтенантом полиции ФИО7 вынесено постановление в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 12.16 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 500 рублей.

Не согласившись с вынесенным постановлением, истец обратился в Свердловский районный суд <адрес> с жалобой.

Решением судьи Свердловского районного суда г.Перми от ДД.ММ.ГГГГ жалоба ФИО1 удовлетворена. Постановление инспектора полка ДПС ГИБДД Управления МВД России по г.Перми лейтенанта полиции ФИО7 № от ДД.ММ.ГГГГ отменено, производство по делу прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

Решением Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ решение судьи Свердловского районного суда г.Перми от ДД.ММ.ГГГГ, постановление инспектора ДПС полка ДПС Госавтоинспекции Управления МВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, вынесенные в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.16 КоАП РФ отменены, производство по делу об административном правонарушении на основании пункта 6 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ прекращено.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, материалы дела об административном правонарушении №, считает исковые требования подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с п. 2 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом первым настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 2009 г. № 9-П указано, что отказ от административного преследования в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности не может препятствовать реализации права на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями должностных лиц, совершенными при производстве по делу об административном правонарушении. Прекращение дела не является преградой для установления в других процедурах ни виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности или его невиновности, ни незаконности имевшего место в отношении лица административного преследования в случае причинения ему вреда: споры о возмещении причиненного административным преследованием имущественного ущерба и о компенсации морального вреда или, напротив, о взыскании имущественного и морального вреда в пользу потерпевшего от административного правонарушения разрешаются судом в порядке гражданского судопроизводства (п. 6).

По смыслу приведенного толкования закона отказ от дальнейшего административного преследования в связи с истечением давности привлечения к административной ответственности сам по себе не является безусловным основанием для вывода о законности или незаконности привлечения к административной ответственности.

Прекращение производства по делу об административном правонарушении в связи с истечением установленного ст. 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях срока давности привлечения к административной ответственности не может лишить лицо, настаивавшее на своей невиновности в совершении административного правонарушения, права на проверку и оценку его доводов.

Разрешая настоящий спор в пользу ФИО1, суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из содержания решения судьи Свердловского районного суда г.Перми (дело №), в котором указано, что должностным лицом при рассмотрении дела допущены нарушения процессуальных требований, выразившееся в не разрешении должностным лицом ходатайства и отвода, заявленных до вынесения постановления. Судьей сделан вывод, что допущенные по делу нарушения являются существенными, повлияли на всесторонность и полноту рассмотрения дела, а также законность принятого решения, с учетом чего состоявшиеся постановление подлежало отмене.

Установив незаконность привлечения ФИО1 к административной ответственности, краевой суд сделал вывод об обоснованности выводов судьи районного суда о допущенных при производстве по делу существенных нарушениях процессуальных требований, послуживших основанием для отмены постановления.

С учетом правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 15 июля 2020 года № 36-П, положения статей 15, 16, 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования не могут выступать в качестве основания для отказа в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы) со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) государственных органов или их должностных лиц или наличия вины должностных лиц в незаконном административном преследовании. Иное приводило бы к нарушению баланса частных и публичных интересов, принципа справедливости при привлечении граждан к публичной юридической ответственности и противоречило бы статьям 2, 17, 19, 45, 46 и 53 Конституции Российской Федерации.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

По смыслу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 2 марта 2010 года № 5-П из принципов правового государства, верховенства права, юридического равенства и справедливости следует, что государство, обеспечивая лицам, пострадавшим от незаконного и (или) необоснованного привлечения к ответственности, эффективное восстановление в правах, обязано, прежде всего, гарантировать им возмещение причиненного вреда, как материального, так и морального, в том числе путем компенсации из средств государственного бюджета.

Исходя из правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 № 20-П:

- возмещение судебных расходов осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, и на основании того судебного акта, которым спор разрешен по существу; при этом процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования; данный вывод, в свою очередь, непосредственно связан с содержащимся в резолютивной части судебного решения выводом о том, подлежит ли иск удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и влечет восстановление нарушенных прав и свобод, что в силу статей 19 (часть 1) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и приводит к необходимости возмещения судебных расходов; в случае частичного удовлетворения иска и истец и ответчик в целях восстановления нарушенных прав и свобод вправе требовать присуждения понесенных ими в связи с необходимостью участия в судебном разбирательстве судебных расходов, но только в части, пропорциональной, соответственно, или объему удовлетворенных судом требований истца, или объему требований истца, в удовлетворении которых судом отказано;

- в случаях, когда возмещение судебных расходов законом не предусмотрено, лицо не лишено возможности добиваться возмещения причиненных ему убытков в самостоятельном процессе, если для этого имеются основания, предусмотренные статьей 15 ГК РФ, что соотносится с требованиями Конституции Российской Федерации, ее статьи 19 (часть 1) о равенстве всех перед законом и судом и статьи 35 (часть 1) об охране права частной собственности законом.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.2020 № 36-П отмечается, что данные правовые позиции в полной мере применимы и к расходам, возникшим у привлекаемого к административной ответственности лица при рассмотрении дела об административном правонарушении, безотносительно к тому, понесены ли они лицом при рассмотрении дела судом или иным органом, и независимо от того, отнесены ли они формально к издержкам по делу об административном правонарушении в силу КоАП РФ.

Пункт 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" содержит разъяснение, в соответствии с которым расходы на оплату труда адвоката или иного лица, участвовавшего в производстве по делу в качестве защитника, не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении. Поскольку в случае отказа в привлечении лица к административной ответственности либо удовлетворения его жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности этому лицу причиняется вред в связи с расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь, эти расходы на основании статей 15, 1069, 1070 ГК РФ могут быть взысканы в пользу этого лица за счет средств соответствующей казны (казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации).

С учетом разъяснения, данного в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2(2021) (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021), по общему правилу вред возмещается при наличии вины причинителя этого вреда, однако в случае возмещения в таком порядке расходов по делу об административном правонарушении, понесенных лицом при обжаловании признанного впоследствии незаконным постановления о привлечении его к ответственности, исходя из правовой природы таких расходов критерием их возмещения является вывод вышестоящей инстанции о правомерности или неправомерности требований заявителя вне зависимости от наличия или отсутствия вины противоположной стороны в споре и от того, пересматривалось вынесенное в отношении заявителя постановление судом или иным органом.

Поскольку вступившим в законную силу решением суда постановление было отменено, следовательно, ФИО1 является стороной, в пользу которой вынесено решение суда, вследствие чего он имеет возможность добиваться возмещения причиненных ему убытков в самостоятельном процессе, если для этого имеются основания, предусмотренные статьей 15 ГК РФ (данная позиция согласуется с позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2022 № 305-ЭС21-22671 по делу № А40-214071/2020).

Так как истцом были понесены расходы в результате незаконного привлечения к административной ответственности на оплату услуг представителя в рамках заключенного с представителем договора об оказании юридических услуг, сумма в размере 14 500 руб. уплачена истцом, услуги оказаны представителем надлежащим образом, ФИО1 может взыскивать данные расходы, как убытки, в гражданском процессе.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Руководствуясь разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", размер взысканных издержек определяется судом с учетом необходимости понесенных затрат, характера убытков, степени сложности дела, продолжительности и количества судебных заседаний, принципов разумности и справедливости, учитывая время, которое затратил на подготовку материалов квалифицированный специалист, объем представленных суду доказательств и оказанной представителем юридической помощи, а также требования справедливости и доводы ответчиков о несоразмерности суммы расходов, рекомендации Совета Адвокатской палаты Пермского края.

Суд полагает, что заявленная истцом ко взысканию сумма не соответствует принципам разумности и соразмерности, а также проделанной представителем работе, поскольку составленная жалоба на постановление не требовала каких – либо специальных познаний, значительного времени для ее составления, сбора дополнительных доказательств и консультаций истца, суд также учитывает отсутствие сложности дела, принципы разумности и справедливости, в связи с чем сумма убытков, понесенных истцом в рамках рассмотренного дела об административном правонарушении подлежит снижению до 12 500 руб., исходя из рекомендованных расценок Совета АППК (ознакомление с материалами дела до 2 500 рублей, участие в двух судебных заседаниях до 10 000 рублей).

Доказательств оказания иных юридических услуг представителем в материалы дела истцом не представлено, в связи с чем оснований для взыскания суммы в большем размере, суд не усмотрел.

Рассматривая требования о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Из содержания статьи 53 Конституции Российской Федерации следует, что каждый пострадавший от незаконных действий (или бездействия) органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства в том числе справедливой компенсации морального вреда, причиненного такими действиями (или бездействием), на что неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях (определения от 16 октября 2001 года № 252-О, от 3 июля 2008 года № 734-О-П, от 24 января 2013 года № 125-О и др.).

Институт компенсации морального вреда в российской правовой системе имеет межотраслевое значение. Моральный вред может быть причинен в сфере как частноправовых, так и публично-правовых отношений; например, он может проявляться в эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина. Восстановление нарушенных прав и свобод лиц, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации, может сопровождаться требованием такими лицами компенсации причиненного им в результате административного преследования морального вреда.

Согласно части первой статьи 151 ГК Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Названная норма, как направленная на защиту прав граждан при регулировании частноправовых отношений в установленных законом случаях, по своему буквальному смыслу не может рассматриваться как нарушающая какие-либо конституционные права и свободы и, следовательно, как не соответствующая Конституции Российской Федерации.

Возможность применения статьи 151 ГК Российской Федерации в отношениях, имеющих публично-правовую природу, в том числе при возмещении государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц при осуществлении административного преследования, связана с обязанностью государства по созданию обеспечивающих реализацию права на возмещение государством вреда конкретных процедур и, следовательно, компенсационных механизмов, направленных на защиту нарушенных прав. Понимание ее положений, как увязывающих возможность компенсации морального вреда за счет казны в случаях прекращения производства на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации с необходимостью установления виновности органов государственной власти или их должностных лиц в незаконных действиях (бездействии), не может рассматриваться как противоречащее Конституции Российской Федерации, поскольку законодатель вправе установить порядок и условия возмещения такого вреда при прекращении административного преследования, отличные от порядка и условий его возмещения в связи с прекращением уголовного преследования, принимая во внимание меньшую - по общему правилу - степень ограничения прав и свобод при осуществлении административного преследования.

Согласно статьям 151, 1064, 1070 и 1100 ГК Российской Федерации причиненный гражданину моральный вред (физические или нравственные страдания) компенсируется при наличии вины причинителя такого вреда, за исключением случаев, предусмотренных законом. Применительно к случаям компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации, это - в соответствии со статьями 1.6, 3.2, 3.9, 27.1, 27.3 КоАП Российской Федерации и с учетом выявленного в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 2009 года № 9-П конституционно-правового смысла статьи 27.5 данного Кодекса - означает, что в системе действующего правового регулирования компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц во всяком случае, когда к гражданину было незаконно применено административное наказание в виде административного ареста либо он незаконно был подвергнут административному задержанию на срок не более 48 часов в качестве меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест (с учетом того что административное наказание в виде исправительных работ, также указанное в абзаце третьем статьи 1100 ГК Российской Федерации, в настоящее время законодательством об административных правонарушениях не предусмотрено).

Такое законодательное решение вопроса о порядке компенсации морального вреда, причиненного гражданину незаконным привлечением к административной ответственности, исходит из необходимости повышенной правовой защиты свободы и личной неприкосновенности граждан (статья 22 Конституции Российской Федерации). При незаконном применении к гражданину вследствие привлечения к административной ответственности иных - не затрагивающих эти ценности - мер административного принуждения гражданин не лишен возможности использовать общие основания и порядок компенсации причиненного морального вреда, предусмотренные статьями 151 и 1064 ГК Российской Федерации. Следовательно, установленные данным Кодексом правила компенсации гражданину морального вреда, в том числе причиненного ему незаконным привлечением к административной ответственности, не выходят за пределы дискреционных полномочий законодательной власти и не могут быть признаны противоречащими Конституции Российской Федерации.

Таким образом, часть первая статьи 151 ГК Российской Федерации во взаимосвязи со статьями 15, 16, 1069 и 1070 данного Кодекса в части установления условия о вине органов государственной власти или их должностных лиц как основания возмещения морального вреда лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы), соответствует Конституции Российской Федерации.

Этим не исключается право федерального законодателя расширить перечень оснований компенсации морального вреда, наступившего вследствие незаконного применения к гражданину других видов административных наказаний, независимо от вины причинивших его должностных лиц.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Исходя из анализа вышеуказанных норм материального права следует, что обязательным условием наступления ответственности в виде компенсации морального вреда (если это только прямо не предусмотрено законом) является совокупность следующих обстоятельств: противоправность поведения ответчика, наличие его вины, а также нарушение соответствующими действиями (бездействием) личных неимущественных прав гражданина либо посягательство ими на нематериальные блага.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что ФИО1 был незаконно привлечен к административной ответственности, сам по себе факт административного преследования, который выражался в том, что истец был ограничен в праве на передвижение с момента его остановки инспектором до окончания оформления процессуальных документов, вовлечение в административное разбирательство с целью отстаивания своей невиновности, унижает честь и достоинство, истца признали правонарушителем, что свидетельствует о посягательстве на принадлежащие истцу от рождения нематериальные блага, истец вынужден был тратить время на выяснение обстоятельств и доказывать свою невиновность.

Переживания истца по поводу нахождения под бременем ответственности за правонарушение, которое им не совершалось, испытываемый стресс, повышенная психологическая нагрузка безусловно свидетельствуют о причинении истцу указанными выше незаконными действиями по привлечению к административной ответственности морального вреда. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии у истца права на возмещении ему морального вреда.

При определении компенсации морального вреда суд на основании ст. ст. 151, 1011 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", учитывая характер причиненных нравственных страданий, связанных с нарушением указанных выше прав истца, считает сумму компенсации морального вреда в размере 2 000 руб. соразмерной, при этом оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей, как просит истец, суд не усматривает исходя из принципа разумности и справедливости, а также с учетом того, что каких-либо негативных последствий для истца в результате незаконного привлечения к административной ответственности не возникло и не повлекло.

Судебные расходы, понесенные в рамках рассматриваемого гражданского дела суд считает соразмерными проделанной представителем работе (8 000 руб.) с учетом принципов разумности и руководствуясь разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", размер взысканных издержек определяется судом с учетом необходимости понесенных затрат, характера убытков, степени сложности дела, продолжительности и количества судебных заседаний, принципов разумности и справедливости, учитывая время, которое затратил на подготовку материалов квалифицированный специалист, объем представленных суду доказательств и оказанной представителем юридической помощи, а также требования справедливости и доводы ответчиков о несоразмерности суммы расходов, рекомендации Совета Адвокатской палаты Пермского края.

В обоснование несения судебных расходов на сумму 8 000 руб. истцом в материалы дела представлен договор на оказание юридических услуг с распиской о получении денежных средств (л.д. 12).

Как разъяснено в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении:

иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда);

требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (статья 333 ГК РФ).

В соответствии с п. 22 названного Постановления в случае изменения размера исковых требований после возбуждения производства по делу при пропорциональном распределении судебных издержек следует исходить из размера требований, поддерживаемых истцом на момент принятия решения по делу.

Поскольку исковые требования рассмотрены по существу и удовлетворены не в полном объеме, суд считает необходимым взыскать судебные расходы в размере, пропорционально удовлетворенным требованиям, исходя из следующего расчета:

12 500 руб. (удовлетворенная сумма убытков) х 100%: 14 500 руб. (заявленные исковые требования) = коэффициент 0,9.

8 000 рублей (сумма судебных расходов) х 0,9 = 7 200 рублей.

Таким образом, в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы за рассмотрение настоящего дела в размере 7 200 рублей.

Рассматривая требования истца о взыскании с ответчика расходов по оплате нотариальных услуг в размере 2 500 руб., суд исходит из следующего.

В соответствии с абзаца 3 п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

В материалы дела представлен оригинал доверенности <адрес>5 от ДД.ММ.ГГГГ, со сроком действия пять лет, следовательно, суд полагает возможным расценить данную доверенность как оформленную для участия только в рамках настоящего дела, в связи с чем суд приходит к выводу об удовлетворении требования о возмещении расходов на оплату оформления нотариальной доверенности на имя представителя в сумме 2 500 руб.

Также истцом понесены расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 250 руб. Данные расходы являются судебными и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца частично с учетом пропорционально удовлетворенных требований в размере 800 руб.: 500 руб. за требование имущественного характера (убытки 12 500 руб. х 4% от цены иска), 300 руб. за требование не имущественного характера (моральный вред).

Согласно п. 3 ст.125 ГК РФ в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

Согласно подпункту 1 п. 3 ст. 158 БК РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

Положениями ст. 1071 ГК РФ определено, что в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Таким образом, при рассмотрении исков о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления или должностными лицами в соответствии со ст. 1069 ГК РФ, надлежащим ответчиком является соответствующее публично-правовое образование, интересы которого представляет уполномоченный государственный или муниципальный орган - соответствующий главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования.

Кроме того, согласно абз. 2 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 № 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации", субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Согласно абз. 4 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 № 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации", при удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1069 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.

В соответствии с пп. 100 п.11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 21 декабря 2016 г. №699, МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Таким образом, в случае удовлетворения исковых требований взыскание должно осуществляться с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.

Учитывая изложенное, исковые требования к Главному управлению министерства внутренних дел Российской Федерации по Пермскому краю следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО8 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО8 (паспорт №) в возмещение убытков в сумме 12 500 (двенадцать тысяч пятьсот) рублей, 2 000 (две тысячи) рублей компенсации морального вреда, 7 200 (семь тысяч двести) рублей расходов на представителя, 2 500 (две тысячи пятьсот) рублей расходов на нотариальные услуги, 800 (восемьсот) рублей расходов по государственной пошлине.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Исковые требования к Главному управлению министерства внутренних дел Российской Федерации по Пермскому краю оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Свердловский районный суд города Перми в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья М.В. Кокаровцева

Мотивированное решение изготовлено 20 марта 2025 года.