Решение № 2-20/2024 2-4/2025 2-4/2025(2-20/2024;2-947/2023;)~М-757/2023 2-947/2023 М-757/2023 от 19 июня 2025 г. по делу № 2-20/2024

Дело № 2-4/25 (2-20/2024; 2-947/2023)

УИД № 42RS0014-01-2023-000943-52


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г. Мыски 11 июня 2025 года

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Платова И.М., при секретаре судебного заседания Гордополовой Т.П. с участием представителя истца ФИО21 – ФИО22 представителя ответчика ФИО23 – адвоката Фатенковой Л.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО21 к ФИО23 о признании завещания недействительным, признания права собственности в порядке наследования по закону, взыскании морального вреда

УСТАНОВИЛ:

ФИО21 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО23, в котором просит (с учетом уточненных исковых требований):

- признать завещание от ДД.ММ.ГГГГ, составленное ФИО1, умершим ДД.ММ.ГГГГ, в пользу ФИО23 и ФИО24, удостоверенное нотариусом Мысковского нотариального округа <адрес> ФИО25 недействительным;

- признать завещание от ДД.ММ.ГГГГ, составленное ФИО1, умершим ДД.ММ.ГГГГ., в пользу ФИО23, удостоверенное нотариусом Мысковского нотариального округа <адрес> ФИО25 недействительным;

- признать за ФИО21 право собственности в порядке наследования по закону после смерти ФИО1 на <данные изъяты> долю квартиры, расположенной по адресу: <адрес>;

- взыскать с ФИО23 в пользу ФИО21 моральный вред в размере 10 000, 00 рублей.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ умер ее отец ФИО1, после его смерти открылось наследство, в том числе, в виде <данные изъяты> доли квартиры расположенной по адресу: <адрес>.

Наследниками по закону первой очереди к имуществу умершего является ответчик ФИО23 - сын наследодателя и истец ФИО26 (в девичестве ФИО27) О.Ю.- дочь наследодателя.

После смерти отца ФИО21 обратилась к нотариусу Мысковского нотариального округа ФИО25 за оформлением своих наследственных прав, от которой ей стало известно, что на наследственное имущество имеется завещание, согласно условиям которого, все имущество, в том числе доля в праве общедолевой собственности квартиры, он завещает ответчику ФИО23.

Истца крайне удивило такое решение отца, кроме того, истец полагает, что такое решение отца связано с <данные изъяты>.

Ее отец умер в больнице вследствие <данные изъяты>, на основании справки о смерти причиной смерти послужила <данные изъяты>, <данные изъяты>.

При жизни ее отец никогда не высказывал такой воли, что составит завещание в пользу ответчика, наоборот жаловался соседям, что сын его бросил, не помогает ему и не ухаживает за ним.

Истец уверена, что ее отец не мог распорядиться своим имуществом в пользу ответчика путем составления и подписания завещания, так как он в течение жизни и в момент составления завещаний, в частности, не мог осознавать характер своих действий и руководить ими, так как на тот период он уже утратил прежние знания, у него <данные изъяты>, у него вообще отсутствовала критика к своему поведению и состоянию. У него имелись <данные изъяты>.

Исходя из вышеизложенных обстоятельств, истец полагает, что завещания ФИО1, составленные в пользу ответчика ФИО23, в силу положений ч. 1 ст. 177 ГК РФ является недействительной сделкой.

Истец считает, свои права нарушенными оспариваемыми завещаниями в виду того, что истец является наследником первой очереди, однако в результате завещания лишилась наследства полностью.

Таким образом, на основании изложенного и руководствуясь ст. 166, ст. 167, ст. 177 ГК РФ просит с учетом уточненных исковых требований (л.д 38-39). признать завещания, составленные ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ недействительным, признать права собственности в порядке наследования по закону, взыскании морального вреда в размере 10 000, 00 рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО22, действующий на основании доверенности от 29.04.2023 г. (л.д. 65), на исковых требованиях настаивал.

Ответчик ФИО23 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, причине не явки суду не сообщил, просил рассмотреть дело в его отсутствие с участием представителя Фатенковой Л.В., о чем указал в соответствующем заявлении. Против удовлетворения исковых требований возражал, о чем более подробно указал в письменных пояснениях (л.д. 104-105).

Представитель ответчика - адвокат Фатенкова Л.В., против удовлетворения иска возражала. Пояснила, что законных оснований его удовлетворять нет, завещание написано добровольно, воля наследодателя была удостоверена нотариусом.

Третье лицо нотариус Мысковского нотариального округа <адрес> ФИО25 о дате и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, в судебное заседание не явилась. Предоставила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие. В материалы дела представила письменные пояснения по делу, удостоверение оспариваемых завещаний осуществлялось в установленном порядке.

Третье лицо Управление Россрестра Кемеровской области, извещено надлежащим образом, в судебное заседание явку представителя не обеспечило.

Третье лицо ФИО24 в лице законного представителя ФИО23 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, причин неявки суду не сообщила.

В силу ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц.

Суд, выслушав стороны, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, считает, что оснований для удовлетворения требований нет.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. К наследственному договору применяются правила настоящего Кодекса о завещании, если иное не вытекает из существа наследственного договора.

Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Согласно п.3 ст. 1118 ГК РФ завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания и заключение наследственного договора через представителя не допускаются.

В соответствии со ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.

Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149).

Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.

Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса, а совместное завещание супругов, написанное одним из супругов, до его подписания должно быть полностью прочитано другим супругом в присутствии нотариуса. Если завещатель не в состоянии лично прочитать завещание, его текст оглашается для него нотариусом, о чем на завещании делается соответствующая надпись с указанием причин, по которым завещатель не смог лично прочитать завещание. Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем (ст. 1125 ГК РФ).

Согласно ст. 1130 ГК РФ завещатель вправе отменить или изменить составленное им завещание в любое время после его совершения, не указывая при этом причины его отмены или изменения.

Для отмены или изменения завещания не требуется чье-либо согласие, в том числе лиц, назначенных наследниками в отменяемом или изменяемом завещании.

Согласно п.п. 1 и 2 ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

Положениями п. 1 ст. 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО1, что подтверждается копией свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 8), справкой о смерти от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.11).

После смерти ФИО1 открылось наследственное имущество в виде: <данные изъяты> доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу <адрес>, что подтверждается имеющейся в материалах дела копией договора передачи жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 9).

Из договора передачи жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 является собственником <данные изъяты> доли в праве общей собственности на квартиру, находящуюся по адресу <адрес>.

Из письменных пояснений нотариуса Мысковского нотариального округа <адрес> ФИО25 установлено, что после смерти ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ, заведено наследственное дело №. В наследственном деле имеются заявления о принятии наследство по всем основаниям от имени гр. ФИО23 и гр. ФИО21. В наследственном деле имеются сведения о следующих завещаниях:

-завещание от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом МНО КО ФИО25 по реестру №,

-завещание от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом МНО КО ФИО25 по реестру №,

-завещательные распоряжения от ДД.ММ.ГГГГ.

Завещание от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом МНО КО ФИО25 по реестру №, и завещательные распоряжения от ДД.ММ.ГГГГ отменили в части завещание от ДД.ММ.ГГГГ.

Так же нотариус ФИО25 пояснила, что при удостоверении гр. ФИО1 был однозначно трезвым и без запаха алкоголя.

При составлении завещания ДД.ММ.ГГГГ гр. ФИО1 пояснил следующее : составил завещание на сына и внучку, у него есть дочь, но на нее он сильно обижен, она заняла деньги и отдавать не собирается, потому что не хочет чтобы он эти деньги тратил на свою сожительницу;

При составлении завещания ДД.ММ.ГГГГ гр. ФИО1 пояснил следующее : после смерти гр. ФИО2 он и гр. ФИО23 (сын умершей) отказались от наследства в пользу гр. ФИО21 и поэтому хочет теперь свою долю завещать сыну.

Верность слов гр. ФИО1 подтверждается копиями отказов от наследства умершей ДД.ММ.ГГГГ гр. ФИО2.

Нотариус ФИО25 пояснила суду, что во всех предоставленных документах гр. ФИО1 подписывался четко, его почерк не менялся в сторону ухудшения, а почерк страдающего алкоголизмом меняется со временем, становится нечетким, с признаками тремор рук.

Так, же нотариус ФИО25 указала, что в соответствии с п. 3 ст. 1130 ГК РФ в случае недействительности последующего завещание наследование осуществляется в соответствии с прежним завещанием.

Наследником гр. ФИО1 по обоим завещаниям гр. ФИО21 не является.

В материалах дела имеется копия свидетельства о рождении от ДД.ММ.ГГГГ ФИО21, в котором в графе отец указан – ФИО1 (л.д. 5).

Из свидетельства о заключении брака следует, что ФИО23 и ФИО22 ДД.ММ.ГГГГ заключили брак, после регистрации брака супругам присвоена фамилия «Назаровы» (л.д.6).

В материалах наследственного дела имеется завещание, составленное от имени ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которым завещатель завещает ФИО23 и ФИО24 все принадлежащее ему имущество, в том числе долю в праве общей собственности на квартиру, находящуюся по адресу <адрес>. Завещание удостоверено ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Мысковского нотариального округа <адрес> ФИО25, зарегистрировано в реестре за № (л.д. 60).

Так же в материалах дела имеется завещание, составленное от имени ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которым завещатель завещает ФИО23 все принадлежащее ему имущество, в том числе в праве общей собственности на квартиру, находящуюся по адресу <адрес>. Завещание удостоверено ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Мысковского нотариального округа <адрес> ФИО25, зарегистрировано в реестре за № (л.д. 61).

Заявляя требование о признании завещаний от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ недействительными ФИО21 указала, что ФИО1 с <данные изъяты> года злоупотреблял алкоголем. Его поведение свидетельствовало о том, что он не понимал значение своих действий и не мог руководить ими в момент совершения завещания в пользу ФИО23

Как ранее установлено судом, завещание в пользу ФИО23 и ФИО24 совершено наследодателем ДД.ММ.ГГГГ, позднее ДД.ММ.ГГГГ данное завещание завещатель изменил в соответствии с правилами статьи 1130 Гражданского кодекса РФ, следовательно, при разрешении данного спора юридически значимым обстоятельством будет являться установление наличия или отсутствия психического расстройства у наследодателя на указанный период времени, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В материалах дела имеется выписка из медицинской карты ФИО1, из которой следует, что ФИО1 обращался за медицинской помощью:

- ДД.ММ.ГГГГ поставлен диагноз – <данные изъяты>;

- ДД.ММ.ГГГГ – поставлен диагноз <данные изъяты>;

ДД.ММ.ГГГГ – поставлен диагноз <данные изъяты>;

-ДД.ММ.ГГГГ – поставлен диагноз <данные изъяты> (л.д.12).

Так же в материалах дела имеется медицинская карта № на имя ФИО1, согласно которой ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ поступил в <данные изъяты> с диагнозом - <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 скончался.

Медицинская документация, подтверждающая наличие у ФИО1 психических заболеваний, влияющих на его дееспособность, суду истцом не предоставлена.

Показания свидетелей ФИО3, ФИО4. ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, по сути сводятся к тому, что ФИО1 вел антисоциальный образ жизни, злоупотреблял алкоголем.

Не доверять показаниям свидетелей у суда оснований не имеется, однако показаниями вышеуказанных свидетелей не подтверждается наличие у ФИО1 признаков неадекватности в момент составления завещаний в <данные изъяты> и <данные изъяты> году, а так же наличие психиатрических заболеваний.

Определением Мысковского городского суда от 19.09.2024 назначена дополнительная судебная психолого-психиатрическая экспертиза (посмертно).

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

Был ли способен ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещаний ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ,

Имелись ли у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., физические, психические или иные расстройства здоровья, которые, могли существенно повлиять на его волевые способности в момент составления и подписания завещаний ДД.ММ.ГГГГ, и ДД.ММ.ГГГГ

По результатам исследовагия комиссия экспертов пришла к выводу, что в представленных материалах гражданского дела отсутствуют объективные сведения (медицинская документация, показания врачей, наблюдавших подэкспертного на период, близкий к осуществлению оспариваемых сделок, характеристики с места работа, трудовые книжки и т.д.) о состоянии ФИО1 на период составления им завещаний ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

Из многочисленных показаний свидетелей следует, что ФИО1 злоупотреблял спиртными напитками. Вместе с тем, показания носят противоречивый, неструктурированный и клинически недостоверный характер, они не опираются на конкретные даты, по ним не представляется возможным сформулировать научно обоснованный диагноз в соответствии с критериями <данные изъяты>, установить степень выраженности психических нарушений (если таковые имелись), а также обосновать наличие «такого состояния» и сформулировать выводы о способности ФИО1 понимать значение своих действий и руководить ими. Сам по себе факт злоупотребления спиртными напитками не обусловливает неспособность лица понимать характер и значение совершаемых им сделок.

Показания свидетелей не позволяют установить характер употребления спиртного, его влияния на психические функции подэксперного именно на период составления завещаний ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ годов.

Не смотря на то что свидетели показывают, что ФИО1 в течение длительного времени (по некоторым сведениям с <данные изъяты> года) злоупотреблял спиртными напитками, «запивался», в материалах дела нет сведений о том, что ему когда-либо оказывалась специализированная медицинская помощь, были случаи привлечения его к административной ответственности за пребывании в общественных местах в состоянии опьянения, он не попадал в поле зрения врачей психиатров-наркологов.

Наряду с описанием его несостоятельности в быту, имеются сведения о том, что он самостоятельно ходил в магазин, банк, совершил продажу дома, располагал денежными средствами в размере <данные изъяты> рублей, которые занял дочери.

Вместе с тем, экспертная комиссия не может игнорировать иные сведения, полученные от свидетелей, хотя и не подтвержденные объективно о наличии у ФИО1 <данные изъяты>, а также результаты исследования трупа ФИО1, согласно которому причиной смерти послужили <данные изъяты>.

Таким образом, в связи с отсутствием объективных сведений на период совершения оспариваемых сделок и противоречивостью свидетельских показаний, не представляется возможным установить был ли способен ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умерший ДД.ММ.ГГГГ понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещаний ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ и имелись ли у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умершего ДД.ММ.ГГГГ, физические, психические или иные расстройства здоровья, которые могли существенно повлиять на его волевые способности в момент составления и подписания завещаний ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

Оснований не доверять заключению комиссии экспертов у суда не имеется, поскольку заключение является допустимым по делу доказательством, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Указанный вывод сделан экспертами на основании исследования материалов гражданского дела, амбулаторных карт, пояснений свидетелей, пояснений нотариуса ФИО25, подтвердившего в письменных пояснениях по делу, что при удостоверении ею завещания ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ она выяснила волю завещателя, сомнений в ее дееспособности у нее не возникло, порядок удостоверения завещания нотариусом ФИО25 был соблюден.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что ФИО1 мог понимать значение своих действий и руководить ими, что влечет отказ в удовлетворении требования о признания завещания недействительным по основанию нормы п. 1 ст. 177 ГК РФ.

Доводы представителя истца о том, что ФИО1 в момент составления оспариваемых завещаний мог не осознавать своих действий, носит предположительный характер.

Представленная в материалы дела выписка из медицинской карты ФИО1, указывает на то, что ФИО1 обращался за медицинской помощью: ДД.ММ.ГГГГ и ему поставлен диагноз <данные изъяты> (л.д.12). Данное доказательство суд принимает во внимание, однако приходит к выводу, что оно не подтверждает наличие у ФИО1 психического расстройства в момент составления оспариваемых завещаний. Ссылки истца на имеющиеся у ФИО1 заболевания, суд полагает несостоятельными, поскольку при разрешении по существу настоящего спора, для удовлетворения заявленных требований о признании завещания недействительным по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 177 ГК РФ, необходимо одновременное установление обстоятельств наличия у лица заболевания и факта того, что имеющееся у лица заболевание лишает его возможности понимать значение своих действий и руководить ими.

Лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ст. 177 ГК РФ, согласно положениям ст. 56 ГПК РФ, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

При оспаривании наследниками завещания по основанию неспособности наследодателя на момент его совершения понимать значение своих действий или руководить ими, суд должен принимать во внимание только бесспорные доказательства, с достоверностью подтверждающие факт неспособности наследодателя на момент совершения сделок отдавать отчет своим действиям.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Разрешая заявленные исковые требования о признании завещания недействительным, судом не было добыто доказательств, а стороной истца в нарушение ст. 56 ГПК РФ не было представлено доказательств, которые бы свидетельствовали о том, что на момент совершения завещания (юридический значимый момент ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ) у наследодателя ФИО1 имелось психическое расстройство, нарушение интеллектуального и (или) волевого уровня, в силу которого он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Проанализировав и оценив обстоятельства дела и представленные сторонами доказательства, в том числе заключение экспертов в совокупности с иными доказательствами по делу по правилам ст.67 ГПК РФ, суд пришел к выводу, что требования ФИО21 о признании завещания недействительным являются необоснованными и не подлежат удовлетворению, поскольку доказательств о том, что в момент составления оспариваемых завещаний ФИО1 не был способен понимать значение своих действий и руководить ими в силу ст.56 ГПК РФ не представлено.

Рассмотрев требование о компенсации морального вреда, суд приходит к выводу об отказе в его удовлетворении в силу следующего.

Требование ФИО21 о компенсации морального вреда в размере 10000 рублей заявлено в связи с тем, что из-за не возврата денежных средств он претерпевал постоянные переживания и нравственные страдания.

Согласно ст. ст. 151, 1099, 1100 ГК РФ компенсация морального вреда возможна в случаях, прямо предусмотренных законом.

В силу ст. 151 ГК РФ компенсация морального вреда возможна в случаях защиты нематериальных благ. Так, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права (жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и др.), либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» (в ред. Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 25.10.96. № 10, от 15.01.98 № 1) постановлено, что разрешения конкретного спора о компенсации морального вреда суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для конкретного спора.

Своё исковое требование о компенсации морального вреда истец обосновал тем, что в связи с составлением завещания в пользу ответчика, истец получил физические и нравственные страдания, выраженные в его постоянных переживаниях.

Оценивая названные истцом основания для компенсации морального вреда и представленные им доказательства, суд приходит к выводу, что истец не доказал, в соответствии со ст.ст. 56, 57 ГПК РФ, причинения вреда его здоровью в результате составления завещания в пользу ответчика. Само по себе это обстоятельство и связанные с этим эмоциональные расстройства истца, не являются основанием для компенсации морального вреда, поскольку такая компенсация не может быть связана с получением истцом материального вреда, а только с причинением вреда благам, данным от рождения: жизнь, здоровье, честь, достоинство, или по обстоятельствам, прямо предусмотренным законом.

Иных доказательств, в силу ст.ст. 56, 57 ГПК РФ, истец и его представитель суду не представили.

В связи с чем, суд приходит к выводу об отсутствии законных оснований для удовлетворения требований ФИО21 о компенсации морального вреда.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО21 к ФИО23 о признании завещания недействительным, признании права собственности в порядке наследования по закону, взыскании морального вреда, - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение суда изготовлено 20.06.2025 года.

Председательствующий судья И.М. Платов