Приговор № 1-28/2019 1-699/2018 от 11 июня 2019 г. по делу № 1-28/2019

Дело № 1-28/19

66RS0006-02-2018-001611-70


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 11 июня 2019 года

Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Павлова Ю.Н.,

с участием государственного обвинителя старших помощников прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга Шатохиной И.В., ФИО1,

защиты в лице адвокатов Дарбишухумаева З.А., Сычева Д.П., Кузнецовой М.А., Шаромова С.И., Кривоногова В.П.,

при секретаре Ситниковой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО2, < данные изъяты >, несудимого, содержавшегося под стражей с < дд.мм.гггг > по < дд.мм.гггг >,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации,

ФИО3, < данные изъяты > несудимого, содержавшегося под стражей с < дд.мм.гггг > по < дд.мм.гггг > и под домашним арестом с < дд.мм.гггг > по < дд.мм.гггг >,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30,

ч. 4 ст. 159; ч. 1 ст. 222 Уголовного кодекса Российской Федерации,

ФИО4, < данные изъяты > несудимого, содержавшегося под стражей с < дд.мм.гггг > по < дд.мм.гггг > и под домашним арестом с < дд.мм.гггг > по < дд.мм.гггг >,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2, ФИО3 и ФИО4 совершили покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этих лиц обстоятельствам. Кроме того, ФИО3 незаконно приобрел и хранил боеприпасы к огнестрельному оружию.

Преступления совершены в г. Екатеринбурге при следующих обстоятельствах:

Эпизод № 1

В период с 20.03.2018 по 21.03.2018, в неустановленное время, ФИО2, занимающему в соответствии с приказом руководителя следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области < № > от 20.02.2017 должность старшего следователя следственного отдела по Верх-Исетскому району города Екатеринбурга следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области, стало известно о расследовании сотрудниками отдела № 5 следственной части Главного следственного управления Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Свердловской области (далее по тексту - отдел № 5 СЧ ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области) уголовного дела < № > в отношении его знакомого И.Л.А. по факту совершения последним преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, его задержании 20.03.2018 в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ и избрании И.Л.А. в этот же день судом меры пресечения в виде заключения под стражу.

После этого, в период с 21.03.2018 по 06.04.2018, ФИО2 неоднократно осуществлял телефонные переговоры с отцом И.Л.А. - И.А.Л., который сообщил о своем желании помочь сыну избежать уголовной ответственности за совершенное преступление, о чем в указанный период времени ФИО2 сообщил своим знакомым ФИО4 и лицу, в отношении которого материалы уголовного дела выделены в отдельное производство (далее - лицо №1), а те, в свою очередь, ФИО3

Затем, в указанный период времени, в ходе встреч на территории г.Екатеринбурга, а также в ходе телефонных и иных переговоров, ФИО2, лицо № 1, ФИО4 и ФИО3, действуя из корыстных побуждений, вступили в предварительный преступный сговор на хищение чужого имущества - денежных средств И.А.Л. в особо крупном размере путем мошенничества, планируя ввести его в заблуждение относительно своих возможностей в посредничестве по передаче взятки высокопоставленным должностным лицам ГУ МВД России по Свердловской области и другим лицам, а также распределили роли при совершении данного преступления.

06.04.2018, в дневное время, ФИО2, действуя умышленно из корыстных побуждений, в соответствии с отведенной ему ролью, совместно и согласованно с иными соучастниками, в ходе телефонного разговора сообщил И.А.Л. заведомо несоответствующие действительности сведения о наличии у него знакомых, которые могут помочь И.Л.А. избежать уголовной ответственности, передав И.А.Л. номер сотового телефона ФИО4, который в ходе телефонного разговора договорился о встрече с И.А.Л. в ресторане ТЦ «Пассаж» по адресу: <...>.

06.04.2018, около 22 часов, в ходе встречи в ресторане ТЦ «Пассаж» по ул.Вайнера, д.9, лицо № 1 и ФИО4, действуя умышленно из корыстных побуждений, в соответствии с разработанным планом, совместно и согласованно с иными соучастниками, совершая обман И.А.Л., с целью склонить его к передаче денежных средств, сознательно сообщили ему, что могут выступить посредниками в передаче взятки высокопоставленным сотрудникам ГУ МВД России по Свердловской области в виде денежных средств в сумме 50 000 000 (пятьдесят миллионов) рублей за освобождение И.Л.А. от уголовной ответственности, не намереваясь этого делать на самом деле. Кроме того, лицо № 1, вводя в заблуждение И.А.Л. относительно имеющихся у него возможностей, сообщил ему заведомо ложные сведения о том, что он является бывшим сотрудником органов Федеральной службы безопасности Российской Федерации, а также лично знаком с начальником ГУ МВД России по Свердловской области.

07.04.2018, в дневное время, в ходе телефонного разговора ФИО4, действуя из корыстных побуждений, совместно и согласованно с ФИО2, лицом № 1, ФИО3, вновь договорился о встрече с И.А.Л. в ресторане гостиницы «Пале Рояль» по адресу: <...>.

07.04.2018, около 18 часов, в ресторане гостиницы «Пале Рояль» по ул.Сибирский тракт, д.90, продолжая совершать обман И.А.Л. в целях завладения его имуществом, лицо №1 и ФИО4, действуя по предварительному сговору, совместно и согласованно с иными участниками, снизив сумму предполагаемой взятки до 25 000 000 (двадцати пяти миллионов) рублей, создавая видимость наличия у них знакомых среди высокопоставленных сотрудников полиции, которые за денежное вознаграждение могут освободить И.Л.А. от уголовной ответственности, познакомили И.А.Л. с ФИО3, сообщив, что отец последнего - Т.А.Н. займет должность заместителя Министра внутренних дел Российской Федерации (далее по тексту - МВД РФ) либо начальника ГУ МВД России по Свердловской области. ФИО3, действуя из корыстных побуждений, совместно и согласованно с ФИО2, лицом №1, ФИО4, выполняя отведенную ему роль в совершаемом преступлении, с целью достижения единого умысла, направленного на завладение имуществом И.А.Л., сознательно умолчал о том, что его отец не является действующим сотрудником МВД РФ, совершая таким образом обман.

Далее, в период с 08.04.2018 года по 16.05.2018 года, в ходе телефонных переговоров и неоднократных встреч в городе Екатеринбурге, лицо №1, ФИО4 и ФИО2, продолжая создавать видимость наличия у них знакомых среди высокопоставленных сотрудников ГУ МВД России по Свердловской области, с целью завладения имуществом И.А.Л., неоднократно сообщали последнему заведомо ложные сведения о том, что могут передать в качестве взятки денежные средства в сумме 25 000 000 рублей сотрудникам полиции за освобождение И.Л.А. от уголовной ответственности, совершая таким образом обман. При этом, лицо № 1, продолжая вводить в заблуждение И.А.Л., сообщал ему о возможности передать сотрудникам ГУ МВД России по Свердловской области имеющиеся у них в наличии денежные средства, которые в последующем им должен будет возвратить И.А.Л.

16.05.2018 года, в вечернее время, в ходе телефонного разговора ФИО4, действуя из корыстных побуждений, совместно и согласованно с ФИО2, лицом № 1, ФИО3, вновь договорился о встрече с И.А.Л. в ресторане гостиницы «Пале Рояль» по ул.Сибирский тракт, д.90.

16.05.2018, около 19 часов, в ресторане гостиницы «Пале Рояль» по ул.Сибирский тракт, д.90, продолжая совершать обман И.А.Л. в целях завладения его имуществом и создания видимости наличия у них знакомых не только среди высокопоставленных сотрудников полиции, но и в органах системы здравоохранения, лицо № 1 и ФИО4, действуя совместно и согласованно с остальными соучастниками, сообщили И.А.Л. заведомо ложные сведения о том, что могут выступить посредниками в передаче взятки, как сотрудникам ГУ МВД России по Свердловской области, так и сотрудникам органов системы здравоохранения, снизив при этом размер предполагаемой взятки до 20 000 000 (двадцати миллионов) рублей, из которых часть денежных средств в сумме 10 000 000 (десять миллионов) рублей необходимо передать в ближайшее время в целях освобождения И.Л.А. от уголовной ответственности, в том числе и путем оценки его психического состояния и признания невменяемым, не намереваясь этого делать на самом деле. При этом, ФИО4, продолжая вводить в заблуждение И.А.Л., желая похитить денежные средства, сообщил ему, что в качестве гарантии выполнения принятых на себя обязательств они готовы заключить с И.А.Л. договор займа.

17.05.2018 года, в вечернее время, в ходе телефонного разговора ФИО4, действуя из корыстных побуждений, совместно и согласованно с ФИО2, лицом № 1, ФИО3, вновь договорился о встрече с И.А.Л. у ресторана «Гранд Урюк» по адресу: <...> и Ванцетти, 64.

17.05.2018, около 19 часов, у ресторана «Гранд Урюк» по ул.Сакко и Ванцетти, 64, продолжая совершать обман И.А.Л., ФИО4, действуя из корыстных побуждений, совместно и согласованно с остальными соучастниками, находясь в автомобиле И.А.Л., создавая видимость наличия у них с лицом № 1 знакомства с начальником ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области М.В.Н., сообщил И.А.Л. заведомо ложные сведения о том, что лицо № 1 в ресторане «Гранд Урюк» встречается с М.В.Н. по поводу освобождения И.Л.А. от уголовной ответственности. При этом, в ходе общения, продолжая создавать видимость наличия у них знакомых среди высокопоставленных сотрудников ГУ МВД России по Свердловской области, ФИО4 продемонстрировал на своём телефоне фотографию М.В.Н. и продолжил убеждать И.А.Л. о проведенных ранее лицом № 1 встречах с высокопоставленными сотрудниками ГУ МВД России по Свердловской области, одновременно сообщив, что отец ФИО3, с которым они познакомили И.А.Л. ранее, займет должность начальника ГУ МВД России по Свердловской области. Затем, в автомобиль И.А.Л. сел лицо №1, который, действуя из корыстных побуждений, совместно и согласованно с ФИО2, ФИО4, ФИО3, сообщил, что они могут передать в качестве взятки денежные средства в сумме 20 000 000 (двадцать миллионов) рублей сотрудникам ГУ МВД России по Свердловской области за освобождение И.Л.А. от уголовной ответственности и наказания либо путем оценки его психического состояния и признания невменяемым либо путем его условного осуждения, совершая таким образом обман. Также лицо № 1 и ФИО4 пояснили И.А.Л. о том, что часть денежных средств в сумме 10 000 000 (десять миллионов) рублей из требуемой ими суммы 20 000 000 рублей, необходимо передать в ближайшее время, а вторую половину - после решения вопроса в отношении И.Л.А.

18.05.2018 года, в утреннее время, ФИО2, реализуя задуманное и действуя согласованно с остальными соучастниками, умышленно, из корыстных побуждений, в ходе телефонных переговоров с И.А.Л., организовал встречу около 10 часов 30 минут в ресторане гостиницы «Пале Рояль» по ул.Сибирский тракт, д.90, в ходе которой лицо № 1, ФИО4 и ФИО2, продолжили совершать обман И.А.Л., убеждая его о наличии у них знакомых, в том числе и среди сотрудников Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» (далее по тексту - ГБУЗ СО «СОКПБ»), которыми фактически будет даваться оценка психического состояния его сына И.Л.А. и последний будет признан невменяемым, и необходимости передачи им части денежных средств в сумме 10 000 000 рублей из требуемой ими суммы 20 000 000 рублей. При этом, лицо № 1, продолжая вводить в заблуждение И.А.Л., желая похитить денежные средства, сообщил ему, что в качестве гарантии выполнения принятых на себя обязательств он готов написать расписку И.А.Л. о получении денежных средств.

18.05.2018 года, в дневное время, в ходе телефонного разговора лицо №1, используя мобильный телефон ФИО2, действуя из корыстных побуждений, совместно и согласованно с ФИО2, ФИО4, ФИО3, договорился о встрече с И.А.Л. в ресторане гостиницы «Пале Рояль» по ул.Сибирский тракт, д.90, а также попросил И.А.Л. направить фотокопию паспорта на мобильный телефон ФИО2 для последующего написания расписки.

18.05.2018 года, около 21 часа, в ресторане гостиницы «Пале Рояль» по ул.Сибирский тракт, д.90, реализуя задуманное, действуя группой лиц по предварительному сговору, умышленно, из корыстных побуждений, с целью хищения чужого имущества путем обмана, ФИО2, лицо № 1, ФИО4 и ФИО3 в ходе очередной встречи, продолжили создавать видимость наличия у них возможности с помощью сотрудников ГУ МВД России по Свердловской области и ГБУЗ СО «СОКПБ» за взятку освободить И.Л.А. от уголовной ответственности путем признания его невменяемым, для чего срочно необходимы денежные средства. При этом лицо № 1, продолжая вводить в заблуждение И.А.Л., в качестве гарантий выполнения принятых на себя обязательств, написал расписку о якобы получении взаймы денежных средств у И.А.Л. в сумме 10 000 000 рублей. При этом лицо № 1 передал данную расписку ФИО3 и сообщил, что И.А.Л. её получит только после передачи части денежных средств в сумме 10 000 000 рублей из требуемой ими суммы 20 000 000 рублей.

В период с 18.05.2018 года по 23.05.2018 года, в ходе телефонных разговоров ФИО2 и ФИО4, действуя из корыстных побуждений, в соответствии с отведенными им ролями, совместно и согласованно с лицом № 1, ФИО3, договорились с И.А.Л., что первую часть денежных средств в сумме 10 000 000 рублей из требуемой суммы 20 000 000 рублей, последний передаст 23.05.2018 участникам группы ФИО4 и ФИО3

ФИО2, лицо № 1, ФИО4 и ФИО3, реализуя задуманное и действуя группой лиц по предварительному сговору, умышленно, из корыстных побуждений, в целях хищения чужого имущества - денежных средств, принадлежащих И.А.Л., в период с 06.04.2018 по 23.05.2018, в ходе телефонных переговоров и неоднократных встреч в городе Екатеринбурге, сообщали И.А.Л. заведомо ложные сведения о том, что могут передать в качестве взятки сотрудникам ГУ МВД России по Свердловской области и ГБУЗ СО «СОКПБ» денежные средства в сумме 20 000 000 рублей, что является особо крупным размером, за освобождение И.Л.А. от уголовной ответственности, совершая таким образом обман. При этом, ФИО2, лицо № 1, ФИО4 и ФИО3 выполнять обещанное не намеревались, а полученными от И.А.Л. денежными средствами планировали распорядиться по своему усмотрению.

23.05.2018 года, около 16 часов, по адресу: <...>, И.А.Л., в соответствии с ранее достигнутой договоренностью, передал ФИО4 и ФИО3, действующим умышленно, из корыстных побуждений, с целью хищения денежных средств И.А.Л. в сумме 20 000 000 рублей, что является особо крупным размером, путем обмана, группой лиц по предварительному сговору с ФИО2 и лицом № 1, первую часть из 20 000 000 рублей, а именно, 100 000 рублей (20 купюр номиналом 5 000 рублей), а также муляжи денежных купюр на сумму 9 900 000 рублей, эквивалентные сумме 10 000 000 (десять миллионов) рублей, что является особо крупным размером. При этом ФИО4 и ФИО3, продолжая совершать обман И.А.Л., убеждали его в наличии у них знакомых, в том числе и среди сотрудников ГБУЗ СО «СОКПБ», которыми фактически будет даваться оценка психического состояния его сына И.Л.А., и последний будет признан невменяемым. Также ФИО3, продолжая вводить в заблуждение И.А.Л., в качестве гарантий выполнения принятых ими обязательств, передал И.А.Л. расписку, написанную ранее лицом № 1, и копию паспорта последнего.

Однако ФИО2, лицо № 1, ФИО4 и ФИО3 свои умышленные действия, направленные на хищение денежных средств в особо крупном размере, путем обмана, не довели до конца по не зависящим от них обстоятельствам, поскольку И.А.Л., опасаясь обмана, сообщил об этом сотрудникам УФСБ России по Свердловской области, после чего ФИО4 и ФИО3 были задержаны сотрудниками УФСБ России по Свердловской области непосредственно после получения денежных средств от И.А.Л.

Эпизод № 2

11.01.2018, в утреннее время, ФИО3, действуя умышленно, находясь в квартире по адресу своего проживания: < адрес >, не имея права на приобретение и хранение боеприпасов к огнестрельному оружию, без соответствующего разрешения, в нарушение требований ст.9 Федерального закона Российской Федерации № 150-ФЗ от 13.12.1996 «Об оружии», постановления Правительства Российской Федерации № 814 от 21.07.1998 «О мерах по регулированию оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации», незаконно приобрел у К.Д.Б. для временного хранения патроны в количестве 19 штук, которые согласно заключению эксперта < № > от 22.08.2018 относятся к категории боеприпасов, калибра 5,45 мм, к огнестрельному оружию - пистолету самозарядному малогабаритному (ПСМ) и другому оружию под данный вид патрона, заводского изготовления, пригодными для стрельбы. После этого ФИО3 в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный в сфере оборота оружия, или его территориальный орган либо в органы внутренних дел вышеуказанные боеприпасы в количестве 19 штук не сдал, а незаконно хранил их с 11.01.2018 года в принадлежащем ему сейфе в квартире по адресу своего проживания: < адрес >, вплоть до их изъятия во время обыска 24.05.2018 года.

В судебном заседании подсудимые ФИО2 и ФИО3 свою вину в предъявленном обвинении не признали.

ФИО2 сообщил суду, что 20.03.2018 года около 00:30 часов ему на мобильный телефон позвонил его знакомый М.Р.Г.о. Последний пояснил, что находится у здания УНК ГУ МВД, где содержится их общий друг И.Л.А., задержанный сотрудниками наркоконтроля за выращивание наркотических веществ. ФИО5 попросил подъехать, он согласился. Около часу ночи он подъехал на личном автомобиле. К нему в машину сели М.Р.Г.о и О. - девушка Л.. М.Р.Г.о позвонил отцу И.Л.А. и сообщил о задержании сына. Отец Л. по телефону сказал, что утром позвонит своим адвокатам и они поедут разбираться с проблемами сына. Днём 20.03.2018 года ему на мобильный телефон позвонил мужчина с неизвестного номера и представился И.А.Л. - отцом их друга Л.. И.Л.А. спросил, знал ли он о делах сына и что ему известно. Он сказал, что никто об этом не знал. 24-25 марта 2018 года И.А.Л. ему позвонил и попросил о встрече. Он подъехал по просьбе последнего к зданию ГИБДД на улице третьего Интернационала, где они в машине отца И.Л.А. разговаривали о Л.. И.А.Л. пояснил, что Л. он нанял двух адвокатов, один из них К.. После чего отец Л. поинтересовался, есть ли у него знакомые руководители в структурах полиции, где расследуется дело его сына. Он ответил, что такими контактами не обладает. И.Л.А. сказал, что если он (ФИО2) что-то узнает или сможет помочь, он будет рад этому. После этой встречи И.А.Л. пару раз звонил, говорил, что проводятся с сыном следственные мероприятия, избрана мера пресечения - арест. В один из вечеров, в начале апреля 2018 года, он находился в кальянной по ул. Хохрякова, 72 у М.Р.Г.о. Они разговаривали с управляющим И., который, узнав о задержании И.Л.А. - компаньона М.Р.Г.о, сказал, что может помочь решить проблемы Л., познакомив их со своим другом. Через два-три дня Павел познакомил его со С. ФИО4ом, с которым они поговорили о сложившейся со И.Л.А. ситуации. С. после беседы сказал, что знает, кто решит такие проблемы. Он в свою очередь сообщил об этом И.А.Л., который был готов встретиться поговорить. Примерно через неделю, 06.04.2018 года, ФИО4 позвонил ему и сказал, что готов встретиться в ресторане «Лебург» с И.Л.А.. Он тогда сообщил последнему об этом, скинул телефон ФИО4а и описал С., чтобы они встретились у ресторана. После встречи И.А.Л. позвонил ему, пояснив, что ФИО4 познакомил его со своим другом М.А.Ю., который показал И.Л.А. какие-то документы по делу сына. При этом М.А.Ю. сказал, что есть варианты решения проблемы: переквалификация на культивирование и досудебное соглашение, по которому Л. получит минимальный срок. Позднее, при встрече в кальянной, он спросил у ФИО4а про М.А.Ю., доверяет ли ему С., потому что не хотел, чтобы М.А.Ю. «кинул» на деньги отца его друга. ФИО4 убедил его, что всё будет нормально. Впоследствии было общение И.Л.А. с М.А.Ю., периодически ему (ФИО2) звонили ФИО4 и И.Л.А., рассказывали, что встречаются и созваниваются друг с другом. И.Л.А. сказал, что даст ответ по сумме денежного вознаграждения, которую ему при встрече озвучил М.А.Ю.. Позже ФИО4 попросил его позвонить И.Л.А.. Он набрал номер, сказав, что звонит по просьбе ФИО4а, передал слова последнего, что М.А.Ю. ждёт от него ответа. И.Л.А. сказал, что такой суммы у него нет. Тогда М.А.Ю. предложил И.Л.А., что ФИО4 внесет за него первую часть, а он рассчитается со С., а оставшаяся часть будет внесена по окончании решения проблемы. От И.А.Л. он узнал, что ФИО4 М.А.Ю. представил И.А.Л. бизнес-партнёром и другом семьи. И.А.Л. сообщил ему, что отказывается от предложения М.А.Ю.. Он попросил И.Л.А. самому позвонить ФИО4у и сказать об этом, чтобы его (ФИО2) не беспокоили. Через день позвонил ФИО4, сказал, что И.Л.А. отказался от предложения М.А.Ю. в помощи его сыну. Он ФИО4у ответил, что это решение И.А.Л., он взрослый человек, поэтому как хочет, пусть так и решает свои проблемы.

Он думал, что этот вопрос закрыт, однако в начале мая - 6 или 7 числа, ему позвонил И.А.Л. и попросил о встрече. На следующий день они встретились на перекрестке улиц Ленина - 8 Марта у кальянной. Он сел к И.Л.А. в автомобиль. Сначала последний стал задавать какие-то общие вопросы, а затем сказал, что согласен заплатить деньги М.А.Ю., чтобы помочь сыну. Тогда он спросил у И.Л.А., почему он говорит ему, а не позвонил ФИО4у, что это их дела, пояснив, что знаком с последним непродолжительное время. И.Л.А. попросил позвонить ФИО4у и по-возможности уменьшить сумму вознаграждения. Он И.Л.А. сказал, что они это уже будут решать сами с ним, а он просто спросит, можно ли вернуться к этому разговору. 9 или 10 мая 2018 года он встретился с ФИО4ом, рассказал о разговоре с И.Л.А.. С. сказал, что М.А.Ю. появится в городе через пару дней, они встретятся и обговорят все условия. Он после этого позвонил И.Л.А. и передал эти слова. 18 мая 2018 года утром он позвонил И.Л.А. и сообщил, что ФИО4 с М.А.Ю. просят его приехать для встречи в отель «Пале Рояль». И.Л.А. попросил его поприсутствовать на этой встрече. Он приехал около 10:30 утра в «Пале Рояль», там были ФИО4, М.А.Ю., И.Л.А.. М.А.Ю. озвучил возможность проведения психиатрической экспертизы, но И.Л.А. должен отдать М.А.Ю. до вечера 5 000 000 (пять миллионов) рублей. Тогда И.Л.А. спросил, сколько это будет вообще стоить. М.А.Ю. озвучил сумму в 20 миллионов рублей. После этого И.Л.А. сказал, что ему нужно 3-7 дней, чтобы вывести деньги из банка. Тогда М.А.Ю. сказал, что он напишет расписку на 10 миллионов рублей на первый этап работы. Для этого договорились встретиться в этот же день в 20 часов в «Пале Рояль». Он снова по просьбе И.Л.А. приехал в отель, так как последний попросил его быть гарантом при решении этого вопроса. По приезду он в ресторане познакомился с ФИО3, туда же приехал ФИО4, а потом подошел М.А.Ю. и И.Л.А.. Последний привёз с собой паспорт. М.А.Ю. написал расписку о том, что взял у И.Л.А. 10 миллионов рублей. После этого И.Л.А. прочитал расписку. Затем М.А.Ю. повторил всю процедуру И.Л.А., пояснив, что когда у последнего будут в наличии 10 миллионов рублей, он позвонит ФИО4у, а ФИО3 привезёт расписку и заберет деньги для М.А.Ю., так как ФИО3 у него работает. И.Л.А. расписка устроила, он пожал всем руки и уехал. Они ещё сидели в ресторане, когда через 20 минут ему позвонил И.Л.А. и сказал, чтобы он взял копию паспорта у А.. Положив трубку, он высказал просьбу И.Л.А. М.А.Ю.. Последний сказал, что паспорта гражданина РФ у него с собой нет, а на его компьютере есть скан заграничного паспорта. Он посмотрел в компьютере данные паспорта и позже позвонил И.Л.А., пояснив, что видел скан паспорта и это действительно М.А.Ю., все данные в расписке совпадают.

23.05.2018 года в 10:30 часов И.Л.А. позвонил ему, сказав, что деньги у него. Он ему пояснил, что занят и попросил звонить ФИО4у, как ему говорил М.А.Ю. при встрече. О чём они договорились потом, он не знает. В этот же день около 15 часов его задержали около ТЦ «Алатырь» по подозрению в совершении мошенничества. Виновным в данном преступлении он себя не считает, так как никакого корыстного умысла у него не было. Он не договаривался и не озвучивал никакие условия по освобождению И.Л.А., никто никакого вознаграждения ему не обещал. Он просто пытался помочь другу, рисковал своей репутацией. Считает, что отец И.Л.А. - И.А.Л. его провоцировал, чтобы привлечь к уголовной ответственности. Также считает, что в ходе предварительного следствия ФИО4 его оговорил, чтобы смягчить свою ответственность за совершенные им действия.

ФИО3 пояснил, что в конце 2010 года он познакомился с М.А.Ю., который проживал за пределами г.Екатеринбурга. С этого времени он работал на М.А.Ю., выполняя его поручения в г.Екатеринбурге. В ноябре 2017 года М.А.Ю. познакомил его с ФИО4 В начале 2018 года М.А.Ю. приехал в г.Екатеринбург и разместился в отеле «Пале Рояль». В апреле 2018 года М.А.Ю. попросил его приехать в отель «Пале Рояль», где находились М.А.Ю., ФИО4 и ранее ему неизвестный И.А.Л. Между М.А.Ю., ФИО4ом и И.Л.А. шел разговор, из которого он понял, что сын И.А.Л. задержан и последнему будут избирать меру пресечения в виде заключения под стражу. М.А.Ю. разъяснял И.Л.А., что необходимо собрать положительные характеристики на сына. Он (ФИО3) спрашивал у И.А.Л., где учился и работал его сын, сказал взять обязательно характеристики из данных мест и предоставить в суд. При нём разговор был только об этом, после чего И.Л.А. ушел. М.А.Ю. и ФИО4 после этого рассказали более подробно, что сын И.А.Л. задержан за какие-то действия, связанные с «марихуаной». ФИО4 спрашивал у М.А.Ю., что тот думает по данному поводу, на что М.А.Ю. сказал, что пока надо подождать, как определятся с мерой пресечения, а там уже смотреть. Примерно через 1-2 дня ему позвонил М.А.Ю. и попросил приехать в отель. Он зашел в ресторан отеля «Пале Рояль», где уже находились М.А.Ю., ФИО4 и через 5 минут приехал И.А.Л. В ходе разговора И.Л.А. сообщил, что сыну избрали меру пресечения в виде заключения под стражу. М.А.Ю. посочувствовал И.А.Л. и рассказал пример о своем «племяннике», который также был задержан за «наркотики». М.А.Ю. сказал, что ему удалось добиться для племянника условного осуждения. М.А.Ю. говорил, что у него был хороший адвокат, а также им удалось провести медицинскую экспертизу племянника, что в результате привело к условному сроку лишения свободы. М.А.Ю. сказал И.А.Л., что ничего не потеряно и необходимо принять меры к проведению медицинской экспертизы его сына. И.Л.А. спрашивал у М.А.Ю., как долго будет идти процесс с привлечением сына к ответственности, на что тот отвечал, что процесс не быстрый и надо как можно быстрее организовать назначение экспертизы. М.А.Ю. выяснял, виделся ли И.Л.А. с сыном, как тот держится. В конце беседы М.А.Ю. сказал, что поможет И.Л.А. с вопросами, касающимися экспертизы. По окончании беседы И.А.Л. ушел. ФИО4 спрашивал у М.А.Ю., каким образом тот может помочь И.А.Л. с данной экспертизой, на что М.А.Ю. отвечал, что будет думать. В начале мая 2018 года была очередная встреча с И.Л.А., которая происходила при следующих обстоятельствах. Вечером ему позвонил М.А.Ю. и попросил приехать в отель, при этом они обсудили, что ему надо одеть рубашку и брюки. Он приехал к отелю на парковку и одновременно на парковку приехал автомобиль «Мазда», из которого вышел ФИО4 и ранее ему неизвестный ФИО2 Они все прошли в холл отеля, куда также спустился М.А.Ю. Он и М.А.Ю. остались в холле, чтобы поговорить, а ФИО4 и ФИО2 прошли в ресторан. Он спросил у М.А.Ю., что от него требуется, на что последний ответил, что сейчас приедет И.А.Л., и ему необходимо поучаствовать в беседе. Через некоторое время приехал И.Л.А.. За столом М.А.Ю. попросил у официанта листы бумаги и ручку. М.А.Ю. задал несколько вопросов по самочувствию сына И.Л.А., последний отмахнулся и ничего не ответил. После этого И.А.Л. стал говорить, что у него собирается приобрести дом женщина, которой уже одобрили кредит в банке. Одновременно М.А.Ю. взял листок бумаги и начал писать договор займа или расписку, предварительно попросив у И.А.Л. паспорт. При этом, М.А.Ю. говорил, что все будет нормально, будет проведена экспертиза по сыну И.А.Л. и под наблюдением врачей сыну вколют какие-то лекарства и проведут какие-то манипуляции. М.А.Ю. передал расписку И.А.Л., тот её прочитал, после чего вернул М.А.Ю. Затем М.А.Ю. передал ему данную расписку и сказал И.А.Л., что данную бумагу ему в последующем передаст он (ФИО3). Взяв расписку, он её прочитал, из неё следовало, что М.А.Ю. взял в займы 10 000 000 рублей у И.А.Л. Он не понимал, почему М.А.Ю. передал ему расписку, так как никаких договоренностей об этом не было. И.А.Л. и М.А.Ю. встали из-за стола и вышли. Через некоторое время на сотовый телефон ФИО2 кто-то позвонил, после чего ФИО2 сказал, что И.А.Л. хочет получить копию паспорта М.А.Ю. Он по просьбе М.А.Ю. поискал у себя в электронной почте копию паспорта последнего, но не нашел. Со слов М.А.Ю., у последнего не было с собой паспорта гражданина РФ, а был только загранпаспорт. Тогда он пообещал М.А.Ю. поискать копию паспорта в документах либо попросить у его компаньона. М.А.Ю. сказал ФИО4у и ФИО2, чтобы те шли. После чего М.А.Ю. сказал ему свернуть и убрать переданную расписку, а в последующем он должен будет поехать к И.А.Л., передать расписку и забрать денежные средства. Полученные от И.А.Л. деньги он должен будет привезти и передать М.А.Ю. 22.05.2018 года ему позвонил М.А.Ю. и попросил приехать в кафе «Гранд Урюк» вместе с сотрудником НКО «Регионсервис» адвокатом Т.К.В. Около 16 часов он и Т.К.В. приехали в кафе, где уже находились М.А.Ю., ФИО4 и ФИО2 В ходе беседы М.А.Ю. спросил у Т.К.В., поскольку тот являлся адвокатом, когда обязательно назначение медицинской экспертизы при привлечении лица по ст.228 УК РФ. Т.К.В. пояснил, что это не является обязательным и достаточно «пятиминутки». Тогда М.А.Ю. привел к их столику ФИО2 и познакомил с Т.К.В.. В ходе общения ФИО2 утверждал, что сейчас очень часто назначаются медицинские экспертизы по преступлениям, предусмотренным ст.228 УК РФ, а Т.К.В. утверждал, что ранее достаточно было пятиминутного осмотра специалистом. Разговор продолжался не более 10 минут, после чего он и Т.К.В. уехали. Вернувшись через некоторое время в данное кафе, М.А.Ю. попросил его в блокнот записать номера кредитных карт (около 10-12 номеров), название банков, Ф.И.О. владельцев карт и суммы. Эти сведения М.А.Ю. диктовал ему из своего ноутбука. М.А.Ю. сказал, что он должен будет 23.05.2018 приехать к И.Л.А., отдать последнему расписку и взамен получить денежные средства. Полученные от И.А.Л. денежные средства он должен будет привезти М.А.Ю. в отель, где тот передаст суммы денежных средств, записанные им в ежедневнике, а он должен будет съездить в «Сбербанк» и «Райффайзенбанк», и перевести их на указанные М.А.Ю. кредитные карты. М.А.Ю. сказал, что ему позвонит ФИО4 и скажет, когда и куда ехать. Вечером он связался с сестрой М.А.Ю., пояснив ей, что нужна копия паспорта М.А.Ю. и его супруги. Тогда сестра М.А.Ю. направила ему на электронную почту копии данных паспортов. 23.05.2018, в районе обеда, ему позвонил ФИО4 и сообщил, что И.А.Л. назначил встречу на 16 часов. ФИО4 пояснил, что встреча и передача денег будет по адресу: <...>. Шахназарян спросил, есть ли у него копия паспорта М.А.Ю., на что он ответил, что имеется. Примерно через 30 минут ему позвонил М.А.Ю. через программу «Skype» и спросил в курсе ли он, что встреча с И.А.Л. назначена на 16 часов. Затем М.А.Ю. сказал, что поскольку встреча происходит поздно, то ему (ФИО3) после получения денег от И.Л.А. необходимо сразу заехать в банки, внести указанные М.А.Ю. суммы на кредитные карты и затем приехать в отель к нему и отдать оставшиеся денежные средства. М.А.Ю. сказал, что как только он получит деньги от И.А.Л., то сразу должен позвонить ему. Около 15 часов он приехал по адресу: <...> стал ожидать ФИО4 Около 16 часов приехал ФИО4, спросил, взял ли он расписку и копию паспорта, на что он ответил, что взял. Тогда ФИО4 позвонил И.Л.А. и тот объяснил, где находится офис. Они поднялись в офис И.А.Л. В ходе общения И.Л.А. спросил, какая схема и не сделают ли его сына «идиотом». Он решил, что речь идет о договоре займа и медицинской экспертизе, и тогда повторил слова М.А.Ю., что его сына «обколят» специальными препаратами под наблюдением врачей и все будет хорошо. При этом он передал И.Л.А. договор займа, который ранее написал М.А.Ю. и копию паспорта М.А.Ю. ФИО4 сказал, что хотелось, чтобы адвокат была постоянно на связи, поскольку вопросы должны решаться оперативно. При этом ФИО4 что-то говорил про второй «транш» и про то, что если все обязательства будут выполнены, то к И.Л.А. никаких вопросов не будет. И.А.Л. спрашивал у них про гарантии, тогда он ответил, что гарантии будут, если адвокат будет выходить на связь и тогда для его сына все будет благополучно. И.А.Л. принес пакет, в котором должны были находиться денежные средства, а именно 10 000 000 рублей и положил его на стол. ФИО4 взял мешок с денежными средствами, после чего в кабинет забежали сотрудники УФСБ, и они были задержаны. При нём никаких разговоров о том, что он является сыном настоящего или будущего заместителя Министра внутренних дел России или начальника ГУ МВД России по Свердловской области или иного высокопоставленного чиновника, никогда не было. Он не был посвящен в планы М.А.Ю. и иных участников, относительно их намерений в отношении И.А.Л. Он лишь выполнял поручение М.А.Ю. Считает, что потерпевший И.А.Л. и подсудимый ФИО4 в ходе предварительного следствия его оговорили.

Подсудимый ФИО4 вину признал полностью, согласился со своими показаниями, данными в период предварительного следствия. От дальнейшей дачи показаний ФИО4 отказался, воспользовавшись ст.51 Конституции РФ.

Вместе с тем, допрошенный в ходе предварительного расследования ФИО4 пояснял (т.6 л.д. 80-87; 135-142), что И.Л.А. является его знакомым. В одной компании с И.Л.А. он познакомился с ранее ему неизвестным ФИО2 Также среди его знакомых есть М.А.Ю., который примерно в 2017 году его познакомил с ФИО3 От М.А.Ю. ему известно, что ФИО3 сын бывшего высокопоставленного сотрудника силовых структур. В конце марта или начале апреля 2018 года от ФИО2 ему стало известно о том, что И.Л.А. задержан по подозрению в совершении преступления, связанного с изготовлением наркотиков. После задержания И.Л.А. ему стало известно, что отец И.Л.А. - И.А.Л. искал адвоката по уголовному делу и вообще искал возможность как-то помочь сыну. Получив указанную информацию от ФИО2, он обратился к своему знакомому М.А.Ю., поскольку считал, что тот знает опытных юристов и адвокатов. Он встретился с М.А.Ю. в конце марта или начале апреля 2018 года и рассказал обстоятельства по делу И.Л.А., которые ему были известны от ФИО2. С отцом И.Л.А. общался ФИО2, а он изначально даже не знал того. М.А.Ю. сказал, что нужно организовать встречу с И.А.Л., о чем он сообщил ФИО2. Он знал, что ФИО2 работает следователем Следственного комитета, о чем последний сам рассказывал. На одной из встреч, на которой присутствовал он и ФИО2, М.А.Ю. сказал, что в указанной ситуации можно попытаться заработать. Какого-либо совместного плана по обману И.А.Л. М.А.Ю. не вырабатывал, просто предложил ему и ФИО2 помочь получить денежные средства с И.Л.А. в качестве вознаграждения. Размер вознаграждения ему и ФИО2 они не обговаривали, предполагалось, что после получения денежных средств М.А.Ю. передаст ему и ФИО2 некую сумму. Он и ФИО2 согласились на предложение М.А.Ю. После этого ФИО2 дал ему номер сотового телефона И.А.Л., и он ему позвонил, предложил встретиться в ТЦ «Пассаж». Встреча происходила в вечернее время, в начале апреля 2018 года, на ней присутствовали он, М.А.Ю. и И.А.Л. На этой встрече он и М.А.Ю. впервые познакомились с И.А.Л. Между ними состоялся разговор, в ходе которого М.А.Ю. сказал И.Л.А., что работал в Федеральной службе безопасности и его отец там работает или работал. Также М.А.Ю. говорил, что знаком с высокопоставленными сотрудниками ГУ МВД России по Свердловской области. В случае достижения финансовой договоренности с И.А.Л., М.А.Ю. сказал, что можно попытаться решить вопрос по сыну И.А.Л. с сотрудниками ГУ МВД России по Свердловской области. Какой-то конкретики о том, как М.А.Ю. мог решить этот вопрос, не было. И.А.Л. в разговоре М.А.Ю. обозначил сумму за решение данного вопроса - около 50 млн. рублей. Он иногда вмешивался в разговор и показывал свою осведомленность о возможности решения ими вопросов, связанных с сыном И.А.Л., но в основном весь диалог вел М.А.Ю.. По окончании разговора И.А.Л. отказался от их с М.А.Ю. предложения. В разговоре М.А.Ю. показывал И.Л.А. на компьютере текст, в котором была аккумулирована вся информация по И.Л.А., которой владел М.А.Ю. со слов ФИО2 и его слов. На следующий день, по просьбе М.А.Ю. он вновь позвонил И.А.Л. и предложил встретиться в вечернее время в ресторане гостиницы «Пале Рояль», где проживал М.А.Ю. Он созванивался с И.А.Л. по указанию М.А.Ю., поскольку у последнего не было сотового телефона. Связь с М.А.Ю. он поддерживал через программу «Skype». М.А.Ю. использовал учетную запись «Оffice Biglion». Переписка осталась в его сотовом телефоне и там более точно видно их общение с М.А.Ю. Между собой М.А.Ю., он и ФИО2 называли И.А.Л. - «дед» и в переписке использовали данный псевдоним. И.А.Л. приехал в «Пале Рояль». В ходе очередного разговора М.А.Ю. сообщил, что у него есть знакомые из центрального аппарата МВД России, которые смогут решить проблему И.Л.А.. На данной встрече присутствовал ФИО3, который слышал весь происходящий разговор, но в него не вмешивался. В разговоре М.А.Ю. назвал фамилию высокопоставленного сотрудника МВД России - «Т.А.Н.», как он понял, ФИО3 был его сыном. Он иногда вмешивался в данный разговор и показывал свою осведомленность о возможности решения М.А.Ю. данных вопросов, но в основном весь диалог вел М.А.Ю. В этом разговоре М.А.Ю. сказал, что И.Л.А. необходимо заплатить 25 или 20 млн. рублей. По окончании разговора И.А.Л. вновь отказался от предложения М.А.Ю. Дальше было еще несколько встреч с И.А.Л. Несколько встреч было с ним и М.А.Ю., а также несколько встреч, на которых присутствовали он с М.А.Ю., ФИО2 и ФИО3 В основном созванивался с И.Л.А. ФИО2, поскольку был с ним в более доверительных отношениях. Булгаков также принимал активное участие в обсуждениях сумм денежных средств, которые должен будет передать И.Л.А.. Встречи, в основном, проходили в отеле «Пале Рояль», один раз - у ресторана «Гранд Урюк». Инициатором всех диалогов с И.А.Л. был М.А.Ю., который все время пояснял, что имеет серьезные связи, знает высокопоставленных сотрудников правоохранительных органов, всячески пытался убедить И.А.Л., что за денежное вознаграждение способен «решить» вопрос по его сыну и повлиять на решение по уголовному делу. И он, и ФИО2, и ФИО3 слышали эти разговоры, и понимали о чем шла речь. Фактически, ни он, ни М.А.Ю., ни ФИО2, ни ФИО3, какой-либо возможности повлиять на ход расследования уголовного дела в отношении И.Л.А. не могли. Он лично никаких действий для прекращения уголовного преследования И.Л.А. не предпринимал и ни с кем, кроме указанных в допросе лиц, данную ситуацию не обсуждал. На какой-то встрече М.А.Ю. сказал И.А.Л., что проблему можно решить за 20 млн. рублей, но И.Л.А. тоже отказывался, ссылаясь на отсутствие у него возможности найти такую сумму. Тогда И.А.Л. предлагалось продать имущество или за него они внесут свои денежные средства для сотрудников полиции, а И.А.Л. потом должен вернуть денежные средства. Также М.А.Ю. пояснял, что для того, чтобы придать вид законности взаимоотношений с И.А.Л. и у последнего были гарантии, необходимо будет изготовить договор займа или расписку, которую затем передадут И.А.Л. в момент передачи последним денежных средств. На встрече около ресторана «Гранд Урюк» он говорил И.А.Л., что М.А.Ю. находится в ресторане, где общается с начальником ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области М.В.Н. по вопросу освобождения сына И.А.Л. от уголовной ответственности. Также он говорил И.Л.А., что отец ФИО3 в ближайшее время станет заместителем начальника ГУ МВД России по Свердловской области. В ходе общения с И.А.Л. он один зашел в ресторан, где был М.А.Ю., а И.А.Л. остался на улице. М.А.Ю. в ресторане сидел один за столиком, и они проговорили, что ему надо будет выйти и сообщить И.А.Л., что тот обедает с М.В.Н., чтобы убедить передать денежные средства. В действительности это был обман, и М.В.Н. в ресторане не было. Он вышел из ресторана и сообщил И.А.Л. про М.В.Н. Они немного пообщались с И.А.Л., потом вышел М.А.Ю., сказал, что договорился, при этом сообщив, что имеется возможность освободить сына И.А.Л. от уголовной ответственности либо путем условного срока либо путем признания невменяемым. М.А.Ю. говорил, что среди врачей-психиатров у него тоже есть знакомые. М.А.Ю. сказал, что И.Л.А. сразу должен передать 10 млн. рублей, а остальную сумму - после решения вопроса. В итоге на какой-то встрече они договорились, что в отношении сына И.А.Л. будет формально проведена психиатрическая экспертиза, где последнего признают невменяемым. М.А.Ю. и он сообщали, что могут оказать содействие в проведении нужной экспертизы, чего в действительности не могли сделать. Все диалоги были всегда инициированы М.А.Ю. и он всегда был самым активным участником обмана И.А.Л. Он, ФИО2, ФИО3 принимали опосредованное участие в данных диалогах, иногда просто повторяли (дублировали) сказанные М.А.Ю. сведения, чтобы убедить И.А.Л. в наличии возможности решить вопрос по его сыну, а в итоге получить денежные средства у И.А.Л. На предпоследней встрече в отеле «Пале Рояль» присутствовали М.А.Ю., он, ФИО2 и ФИО3 В ходе разговора М.А.Ю. сообщил, что уже встречался с руководством психиатрической больницы, и договорился, что сына И.А.Л. признают невменяемым. В действительности этого не было, а было сообщено М.А.Ю., чтобы убедить И.А.Л. передать деньги. Затем М.А.Ю. попросил у И.Л.А. паспорт и на листе формата А4 написал расписку о том, что получил от последнего денежные средства в размере 10 млн. рублей, чтобы придать видимую законность получения денег от И.Л.А.. Потом М.А.Ю. сказал, что расписка будет находиться у ФИО3 и И.А.Л. её получит после передачи денежных средств. Денежные средства И.А.Л. должен будет передать ФИО3 Почему именно ФИО3 должен был получать денежные средства от И.Л.А., ему неизвестно, это решение принял М.А.Ю. Считает, что М.А.Ю. таким образом пытался обезопасить себя, поскольку ФИО3 знал дольше, чем его и ФИО2 22.05.2018 ФИО2 в телефонном разговоре или при встрече сообщил ему и М.А.Ю., что И.А.Л. готов передать денежные средства 23.05.2018. В день его задержания И.А.Л. изначально созвонился с ФИО2, но последний сказал перезвонить ему. После чего И.А.Л. созвонился с ним и договорился, что встреча и передача денег будет проходить в офисе И.А.Л. около 16 часов, по адресу: <...>. М.А.Ю. сказал ему созвониться с ФИО3, который также должен быть на встрече и передать И.А.Л. копию паспорта М.А.Ю. и расписку, что он и сделал. Около 16 часов они приехали в офис И.А.Л. и поднялись на второй этаж. На встрече И.А.Л. задавал вопросы о том, все ли получится, спрашивал о гарантиях, во время диалога ему вновь им и ФИО3 высказывалась ложная информация, которую ранее говорил М.А.Ю., о возможности помочь сыну И.А.Л. путем признания последнего невменяемым на экспертизе, с целью получения денежных средств. И.А.Л. достал из сейфа черный пакет и передал ему и ФИО3, положив его либо на стол, либо дал кому-то в руки. После передачи денежных средств в помещение забежали сотрудники УФСБ России по Свердловской области и их задержали.

Допросив свидетелей, исследовав материалы дела, показания потерпевшего и свидетелей, суд считает вину подсудимых в предъявленном им обвинении доказанной в полном объёме.

Эпизод № 1

(ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ)

Свидетель В.А.И. сообщил суду, что он работает начальником отдела № 2 Управления наркоконтроля ГУ МВД России по Свердловской области (далее по тексту - УНК). В УНК поступила оперативная информация о том, что на территории Свердловской области действует преступная группа, осуществляющая сбыт наркотических средств синтетического и растительного происхождения посредством Интернет - ресурсов, бесконтактным способом (методом закладок). В ходе проведения комплекса оперативно-розыскных мероприятий были установлены участники преступной группы, в том числе и И.Л.А.. 20.03.2018 И.Л.А. задержан в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в этот же день последнему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, и Верх-Исетским районным судом г.Екатеринбурга избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Подчиненные ему сотрудники, в том числе Ч.К.А., Г.Е.С. и К.В.А. участвовали в оперативно-розыскных мероприятиях в отношении группы лиц, в которую входил и И.Л.А. Никаких коррупционных проявлений ни со стороны высшего руководства ГУ МВД России по Свердловской области, ни со стороны иных лиц, по данному уголовному делу никогда не было, и с вопросами освобождения задержанных лиц к нему и подчиненным ему сотрудникам никто не обращался. ФИО2, М.А.Ю., ФИО4, ФИО3 ему незнакомы. Указанные лица к нему никогда не обращались.

Свидетель К.В.А. в судебном заседании дал показания, аналогичные показаниям свидетеля В.А.И.

Свидетель С.Н.В. пояснила суду, что работает врачом СПЭ отделения амбулаторных судебно-психиатрических экспертиз по уголовным делам № 1 ГБУЗ СО «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница». В конце мая 2018 года к ним в отделение поступили копии материалов уголовного дела с постановлением следователя отдела № 5 СЧ ГСУ Д.О.И. о назначении амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы в отношении И.Л.А. < данные изъяты > г.р., обвиняемого в покушении на сбыт наркотиков в крупном размере. Мера пресечения была избрана И.Л.А. в виде заключения под стражу. Проведение экспертизы в отношении И.Л.А. было поручено комиссии экспертов: П.Ю.И. - заведующей отделением, возглавлявшей комиссию, С.А.Г. и ей - врачу-докладчику С.Н.В. Экспертиза проводилась в экспертном зале в течение 40 минут. По окончании проведения экспертизы были сделаны выводы, что И.Л.А. в момент совершения общественно-опасного деяния и в настоящее время психическими расстройствами не страдал и не страдает. У И.Л.А. не выявлено всей совокупности признаков, характерных для синдрома зависимости от наркотических средств. В назначении принудительных мер медицинского характера И.Л.А. не нуждался. Граждан с фамилиями ФИО4, ФИО2, ФИО3, М.А.Ю. она не знает. По уголовному делу в отношении И.Л.А. к ней никто никогда не обращался ни с какими вопросами, в том числе и руководство ГУ МВД России по Свердловской области.

Свидетель В.А.Г. показал, что работает директором в отеле «Пале Рояль» (ООО «Вегас»). Территориально отель «Пале Рояль» находится по адресу: <...> (9 км). Отель «Пале Рояль» оказывает услуги по проживанию, питанию, оздоровительные услуги. По общему порядку в гостиницу заселяют клиентов только при наличии паспорта и заполнения анкеты. Бывают случаи, когда по просьбе зарегистрированного клиента, они могут зарегистрировать его знакомого под данными сотрудников отеля. Это может произойти в тех случаях, когда клиент либо забыл, либо потерял паспорт, но они всегда могут идентифицировать данного клиента по паспортным данным его знакомого и в базе данных ведут подобный учет клиентов. В конце мая 2018 года в отель «Пале Рояль» пришли сотрудники УФСБ России по Свердловской области и попросили сведения о лице по имени «А.», который проживал в их гостинице. Иных данных о клиенте «Пале Рояль» не было, поэтому он стал проверять всех лиц, которые у них были зарегистрированы. Подняв документы из базы клиентов «Пале Рояль» он вспомнил, что в период с апреля по май 2018 года в гостинице проживал мужчина по имени «А.». Данный мужчина при регистрации сказал, что у него отсутствует паспорт, и он его обещал предоставить позже и обещал заполнить анкету. Одновременно вместе с «А.» в отель заселялся С.М.А., который предоставил свой паспорт, заполнил анкету и попросил оформить его знакомого «А.» временно под иными данными. Тогда сотрудники «Пале Рояль» оформили «А.» под данными сотрудника отеля Х.А.Т. и в базе данных отметили, что «А.» регистрировался со своим знакомым С.М.А. «А.» проживал в гостинице в период с 06.04.2018 по 22.05.2018 в номерах 606, 607. Последний арендовал достаточно дорогостоящий номер и пользовался практически ежедневно услугами гостиницы «Пале Рояль» (питание, прачечная, оздоровительные услуги). В отеле ведется учет оказанных услуг, в том числе по номерам проживания, и персонал отеля «Пале Рояль», в большинстве случаев, пишет на чеке номер комнаты клиента. Таким образом, они могут идентифицировать, какой клиент и в каком объеме должен денежные средства отелю. За время проживания в отеле «А.» было оказано услуг на сумму 776 330 рублей. Данные услуги были оплачены «А.» в полном объеме, либо наличными денежными средствами, либо с использованием банковских карт. Он лично общался с «А.» в ресторане «Пале Рояль» в один из вечеров, когда к нему подошёл «А.» и сказал, что ему все нравится в гостинице, за исключением того обстоятельства, что сотрудники постоянно просят его сразу оплатить оказанные услуги, а ему удобнее их оплачивать по истечении определенного времени. «А.» рассказал, что работал в государственных органах, не уточнял в каких, а сейчас у него свой бизнес. 22.05.2018 от сотрудников гостиницы ему стало известно, что «А.» уехал, но услуги в полном объеме им оплачены не были. Последний сказал, что оплату проведет его знакомый в ближайшее время, и чтобы сотрудники гостиницы не переживали. Так и произошло, 24.05.2018 в гостиницу приехал С.М.А. и оплатил остатки денежных средств за «А.»: часть последний оплатил банковской картой, а часть - наличными. О том, что фамилия у А. - М.А.Ю., он узнал только в судебном заседании.

Свидетель Д.О.И. пояснила суду, что работает в отделе № 5 СЧ ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области в должности следователя. В её производстве находилось уголовное дело < № >, которое возбуждено 20.03.2018 начальником отделения отдела № 5 СЧ ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области Г.Д.Н. по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, в отношении И.Л.А. и неустановленных лиц по факту покушения на незаконный сбыт наркотического средства, совершенного группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере. 20.03.2018 начальником отдела М.Д.А. уголовное дело < № > изъято из производства Г.Д.Н. и передано следователю Х.Л.Р., а затем, в связи с распределением нагрузки, передано ей. 20.03.2018 И.Л.А. задержан в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в этот же день ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, и Верх-Исетским районным судом г.Екатеринбурга избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. В ходе расследования установлено, что в период до 19.03.2018 И.Л.А. и неустановленные лица, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, в неустановленном месте, у неустановленного лица, незаконно приобрели коноплю, которую в дальнейшем поместили в подвальное помещение, расположенное по адресу: < адрес >, намереваясь произвести его дальнейший незаконный сбыт. Однако, довести свой преступный умысел И.Л.А. и неустановленные лица до конца не смогли по не зависящим от них обстоятельствам, так как 19.03.2018, около 15 часов, в районе дома №46«а» по пр.Космонавтов, И.Л.А. был задержан сотрудниками полиции. 16.05.2018 отец И.Л.А. сообщил на допросе в качестве свидетеля, что у сына в 2010 году в результате дорожно-транспортного происшествия была травма головы, и представил копию выписки из истории болезни. Также отец И.Л.А. говорил, что в детстве сын отставал в развитии, поскольку имел родовую травму. При получении таких сведений, 18.05.2018 ею была назначена психиатрическая судебная экспертиза И.Л.А. ФИО2, М.А.Ю., ФИО4, ФИО3 ей незнакомы. Указанные лица к ней никогда не обращались с вопросами, касающимися И.Л.А. К ней вообще никогда не обращались какие-либо лица по уголовному делу И.Л.А. с просьбами (предложениями) освободить И.Л.А. от уголовной ответственности или из-под стражи. По данному уголовному делу из высшего руководства ГУ МВД России по Свердловской области к ней никогда и никто не обращался и данным уголовным делом не интересовался.

Свидетели М.Д.А.. Г.Д.Н., Х.Л.Р. в ходе предварительного следствия дали показания, аналогичные показаниям свидетеля Д.О.И. (т.3 л.д. 21-26, л.д. 28-33, л.д. 54-58).

Из оглашенных показаний потерпевшего И.А.Л. (т.2 л.д. 147-151; 152-162; 163-169) видно, что после задержания его сына - И.Л.А. по факту совершения преступления, связанного с незаконным оборотом наркотиков, он неоднократно общался с другом сына - следователем ФИО2, который интересовался расследованием уголовного дела по обвинению сына и проводимыми следственными действиями. Он рассказывал ФИО2 информацию, которой владел по уголовному делу и говорил, что хочет помочь сыну. 06.04.2018 г., в дневное время, в ходе телефонного разговора ФИО2 сказал, что у него есть знакомые, которые могут помочь сыну избежать уголовной ответственности. Поскольку он переживал за сына и хотел каким-либо образом помочь, то согласился на предложение ФИО2. Тогда последний передал сведения о его номере телефона своим знакомым и дал номер сотового телефона ФИО4 В этот же день ему позвонил ранее неизвестный ФИО4. В разговоре ФИО4 показал свою осведомленность по вопросу задержания его сына и они договорились о встрече около 22 часов в ТРЦ «Пассаж». В указанное время он встретился в ресторане ТЦ «Пассаж» по адресу: <...> ФИО4ом и ранее ему неизвестным М.А.Ю. Последний сказал, что ранее работал в Федеральной службе безопасности Российской Федерации и его отец является высокопоставленным сотрудником данной службы. М.А.Ю. в общении говорил, что знаком с начальником ГУ МВД России по Свердловской области ФИО6, который, в случае достижения финансовых договоренностей с ним, даст указания своим заместителям решить вопрос о прекращении уголовного дела в отношении его сына. В разговоре М.А.Ю. обозначил сумму за решение данного вопроса - 50 млн. рублей, которую он должен будет им передать. ФИО4 также участвовал в данном разговоре, убеждал его, что у них с М.А.Ю. действительно есть знакомые и возможности для решения вопроса по его сыну. В разговоре больше общался и участвовал М.А.Ю., но иногда ФИО4 также показывал свою осведомленность в возможности решения вопросов. Сумма была очень значительная и он отказался от предложения М.А.Ю. и ФИО4, о чем им сообщил. На следующий день, 07.04.2018, в дневное время, ему вновь позвонил ФИО4 и предложил встретиться около 18 часов в ресторане гостиницы «Пале Рояль» по адресу: <...>. Он приехал к указанному времени в назначенное место, М.А.Ю. и ФИО4 уже находились в ресторане. М.А.Ю. начал разговор с ним, сообщив, что у него есть знакомые из центрального аппарата МВД России, которые смогут решить вопрос с освобождением его сына от уголовной ответственности. М.А.Ю. назвал фамилию высокопоставленного сотрудника МВД России - «Т.А.Н.». Затем через некоторое время в ресторан пришел ранее ему неизвестный молодой человек ФИО3 (представился А.). М.А.Ю. представил ему ФИО3 и сообщил, что ФИО3 является сыном высокопоставленного сотрудника МВД России Т.А.Н., который является заместителем Министра МВД России или будет назначен на данную должность. В конце беседы, в присутствии ФИО4 и ФИО3, М.А.Ю. сказал, что есть возможность освободить его сына от уголовной ответственности за 25 млн. рублей. В этом разговоре с ним больше общался М.А.Ю., но иногда подключался ФИО4 и тоже пытался убедить его в наличии у них возможностей решить вопрос с сыном. ФИО3 в разговор не вмешивался, а просто присутствовал при нем, но при этом ФИО3 не отрицал высказываемые М.А.Ю. предложения по его сыну и не отрицал, что он сын высокопоставленного сотрудника МВД России. Предложенная М.А.Ю. сумма была также очень значительна, и он отказался от их предложения. На следующий день, 08.04.2018, в утреннее время, ему вновь позвонил ФИО4, попросил приехать к 9 часам в ресторан гостиницы «Пале Рояль» для встречи с М.А.Ю., на что он согласился. Он приехал на встречу с М.А.Ю., на которой больше никто не присутствовал. М.А.Ю. в очередной раз начал рассказывать ему, что может помочь освободить сына от уголовной ответственности. При этом М.А.Ю. предложил следующую схему: он (М.А.Ю.) сам отдаст сотрудникам полиции 25 млн. рублей из личных сбережений, а он (И.А.Л.) их вернет М.А.Ю. после продажи имущества или иного поступления денежных средств. Он вновь отказался от предложения М.А.Ю. и стал подозревать, что его либо «разводят», то есть пытаются обмануть, либо пытаются склонить к даче взятки. Тогда он, в один из дней мая 2018 года обратился в УФСБ России по Свердловской области и рассказал о данной ситуации, после чего практически все встречи и разговоры с ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3 он фиксировал на выдаваемый ему диктофон. 07.05.2018, 08.05.2018 и 10.05.2018 г. он несколько раз общался с ФИО2 по сотовому телефону. В данных разговорах ФИО2 говорил, что М.А.Ю. может решить его вопрос с сыном, то есть помочь освободить от уголовной ответственности. В разговоре ФИО2 говорил, что М.А.Ю. общается с влиятельными людьми, в том числе из силовых структур. Также ФИО2 сказал, что сам был очевидцем встреч М.А.Ю. с руководством УФСБ России по Свердловской области. Ещё ФИО2 говорил, что может попытаться помочь уменьшить сумму, которую попросил с него М.А.Ю.. Впоследствии ФИО2 сказал, что какую сумму они ему назвали, такую он и должен будет отдать. 14.05.2018, 15.05.2018 и 16.05.2018 он несколько раз общался с ФИО2 и ФИО4 по сотовому телефону. В разговорах они обсуждали вопросы о месте очередной встречи и договорились на 16.05.2018, в 14 часов. Поскольку он был у следователя на допросе, то смог освободиться только около 19 часов и приехал в ресторан «Пале Рояль». На данной встрече в «Пале Рояль», которая состоялась 16.05.2018, около 19 часов, присутствовали только М.А.Ю. и ФИО4 В разговоре М.А.Ю. спрашивал, как он сходил к следователю. Начал говорить про психиатрическую экспертизу, говорил, что есть вариант сыну избежать уголовной ответственности, сделав его сына невменяемым. Также М.А.Ю. говорил, что необходимо менять следователя и у него есть для этого соответствующие возможности и знакомые. ФИО4 говорил, что если бы они не встретились, то было бы все по-другому для его сына, а сейчас есть возможность освободить сына от ответственности. В разговоре М.А.Ю. и ФИО4 предложили сделать договор займа в качестве гарантии для него, что они исполнят обязательства, касающиеся его сына. М.А.Ю. и ФИО4 в разговоре сообщили ему, что за освобождение сына от ответственности нужно заплатить уже 20 млн. рублей, из которых 10 млн. рублей отдать в ближайшее время, а оставшуюся сумму денежных средств передать по окончании расследования. 17.05.2018 г. было несколько телефонных разговоров между ним и ФИО2, в ходе которых он просил передать М.А.Ю. и ФИО4у просьбу подождать несколько дней, пока он найдет необходимую сумму денежных средств. 17.05.2018 г. был еще телефонный разговор между ним и ФИО4, в котором последний попросил встретиться с ним и М.А.Ю. у ТЦ «Гермес Плаза» для обсуждения вопросов по сыну. Он приехал около 19 часов и изначально они встретились в его машине с ФИО4ом, который сказал, что М.А.Ю. находится в ресторане «Гранд Урюк», расположенном рядом, где встречается с начальником ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области М.В.Н. по вопросу его сына. ФИО4 уверял его, что М.А.Ю. надежный человек, что у них есть договоренности с людьми по его сыну. В ходе общения ФИО4 зашел в ресторан и вернулся, сказав ему, что М.А.Ю. до сих пор общается с М.В.Н. и выйдет через 15 минут. ФИО4 говорил, что «Т.А.Н.» назначат начальником ГУ МВД России по Свердловской области вместо ФИО6 Через некоторое время вышел М.А.Ю. и присоединился к ним. В разговоре, происходившем в его машине, М.А.Ю. говорил, что он общался со следователем, которая расследует дело его сына и говорил, что освободить сына от ответственности можно либо путем условного осуждения, либо путем признания его невменяемым по результатам психиатрической экспертизы. Он пообещал в ближайшее время найти денежные средства, и они закончили общение. 18.05.2018, около 07 часов, ему позвонил ФИО2, данный разговор он не записал, поскольку неправильно включил диктофон. ФИО2 попросил его приехать в ресторан «Пале Рояль» на очередную встречу с М.А.Ю. и ФИО4ом, на что он согласился. Около 10 часов 30 минут он приехал в ресторан, где уже были ФИО2, М.А.Ю. и ФИО4 В разговоре М.А.Ю. сказал, что деньги нужно срочно передать ему, и он готов написать расписку в получении. М.А.Ю. сказал, что освобождение сына от ответственности будет происходить путем признания его невменяемым. 18.05.2018 г., около 16 часов, было несколько телефонных разговоров между ним и ФИО2, в ходе которых он просил передать М.А.Ю. и ФИО4у, что готов отдать 10 млн. рублей, а оставшуюся часть после продажи имущества, за освобождение сына от уголовной ответственности путем признания его невменяемым. ФИО2 сказал, что все передаст. Также ФИО2 звонил ему еще раз в этот день. ФИО2 передал трубку М.А.Ю. и последний сказал, что ему нужна копия его (И.А.Л.) паспорта для составления расписки, тогда он направил копию паспорта через программу «WhatsApp» ФИО2 Затем они договорились об еще одной встрече вечером в «Пале Рояль» для написания расписки М.А.Ю.. 18.05.2018 г., около 21 часа, он приехал в ресторан «Пале Рояль». У входа находился М.А.Ю. и ФИО3 Они прошли в ресторан, где находился ФИО2 и ФИО4 В ходе разговора М.А.Ю. сообщил, что уже встречался с руководством психиатрической больницы, назвал какие-то фамилии и на данных встречах он (М.А.Ю.) договорился, что его сына признают невменяемым. Затем М.А.Ю. попросил у него паспорт и на листе формата А4 написал расписку о том, что получил от него денежные средства в размере 10 млн. рублей. ФИО2, ФИО4 и ФИО3 при этом присутствовали. После написания расписки М.А.Ю. сказал, что она будет находиться у ФИО3 и он её получит после передачи денежных средств. Денежные средства он должен будет передать ФИО3 После этого разговора он сел в машину и уехал. Находясь в автомобиле, он еще раз позвонил ФИО2 и попросил сделать фотокопию расписки и паспорта М.А.Ю.. Затем он еще раз перезванивал ФИО2 и последний сказал, что М.А.Ю. отказывается передавать копию расписки до момента передачи денег, а паспорт у него имеется только заграничный. 22.05.2018 г. он дважды созванивался с ФИО2 и спрашивал, почему тот не сбросил копию расписки и паспорта, на что ФИО2 ответил, что М.А.Ю. отказался предоставить данные документы. ФИО2 говорил, что сам видел паспорт М.А.Ю. и по фотографии он похож. С ФИО2 они договорились, что денежные средства он передаст 23.05.2018 г. и договорились утром созвониться. Также ФИО2 интересовался, не ознакомилась ли адвокат, представляющая интересы сына, с постановлением о назначении психиатрической экспертизы. 23.05.2018, утром, сотрудники УФСБ России по Свердловской области передали ему денежные средства купюрами по 5 тыс. рублей, на общую сумму 10 млн. рублей, часть из которых - 100 тыс. рублей являются настоящими купюрами и принадлежат ему, а остальные - муляжи денежных средств. Около 11 часов он позвонил ФИО2 и спросил, когда будет встреча по передаче денежных средств. ФИО2 сказал позвонить ФИО4у, что он и сделал. С ФИО4 они договорились, что около 15 часов они должны приехать в его офис по адресу: <...>. 23.05.2018, около 16 часов, ФИО4 и ФИО3 приехали в его офис. Он спросил, взяли ли они расписку и копию паспорта М.А.Ю., на что получил утвердительный ответ. У них состоялся разговор, в ходе которого и ФИО4, и ФИО3 вновь уверяли его в том, что его сына признают невменяемым, врачи будут проводить с сыном формальные манипуляции, чтобы подтвердить его невменяемость. Тогда он передал им пакет с денежными средствами, а ФИО3 передал ему документы, которые затем изъяли сотрудники УФСБ России по Свердловской области, видимо копию паспорта М.А.Ю. и расписку. После передачи денег указанные лица были задержаны сотрудниками УФСБ России по Свердловской области. В офисе сотрудниками УФСБ России по Свердловской области были изъяты денежные средства и документы М.А.Ю. На всех встречах и состоявшихся телефонных разговорах ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3 сообщали ему, что могут оказать содействие в освобождении его сына от уголовной ответственности.

Согласно оглашенным показаниям свидетеля М.В.Н. (т.3 л.д. 1-5) следует, что с 2011 года он занимает должность заместителя начальника Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Свердловской области - начальника Главного следственного управления. В его обязанности входит организация работы вверенных подразделений следственных органов, в том числе и отдела № 5 СЧ ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области. Данный отдел в пределах компетенции, предусмотренной Уголовно-процессуальным Кодексом Российской Федерации и иными документами, осуществляет предварительное следствие по уголовным делам, касающимся незаконного оборота наркотиков. Из докладов руководства отдела и на проводимых заслушиваниях ему стало известно, что в производстве отдела находилось уголовное дело < № >, которое возбуждено по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, в отношении И.Л.А. и неустановленных лиц. И.Л.А. был задержан следственными органами в порядке ст.91 УПК РФ, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, и Верх-Исетским районным судом г.Екатеринбурга избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Обстоятельства совершения данного преступления ему неизвестны, информацией он владеет лишь поверхностно из докладов подчиненных сотрудников. ФИО2, М.А.Ю., ФИО4, ФИО3 ему незнакомы. Указанные лица к нему никогда не обращались с вопросами, касающимися И.Л.А. 17.05.2018 г. он не встречался ни с М.А.Ю., ни с иными лицами в ресторане «Гранд Урюк» по адресу: <...> и Ванцетти, д.64, и вообще никогда не посещал данное заведение. К нему никогда не обращались какие-либо лица по уголовному делу И.Л.А. с просьбами (предложениями) освободить И.Л.А. от уголовной ответственности или из-под стражи. По данному уголовному делу из высшего руководства ГУ МВД России по Свердловской области к нему никогда и никто не обращался и данным уголовным делом не интересовался. Никакие лица не обращались к нему с незаконными предложениями освободить И.Л.А. от уголовной ответственности путем признания невменяемым.

Из оглашенных показаний свидетеля Ч.К.А. (т.3 л.д. 78-83) видно, что он работает оперуполномоченным отдела № 2 УНК ГУ МВД России по Свердловской области, куда поступила оперативная информация о том, что на территории Свердловской области действует преступная группа, осуществляющая сбыт наркотических средств синтетического и растительного происхождения посредством Интернет - ресурсов, бесконтактным способом (методом закладок). В ходе проведения комплекса оперативно-розыскных мероприятий были установлены участники преступной группы, в том числе И.Л.А. Он участвовал в оперативно-розыскных мероприятиях, которые проводились 19.03.2018 в отношении И.Л.А., в ходе которых было изъято наркотическое средство - конопля в крупном размере. И.Л.А. изначально пояснял, что выращивал в подвальном помещении коноплю с целью её употребления. При себе у И.Л.А., а также в арендуемом им помещении, была изъята конопля. Никаких коррупционных проявлений ни со стороны высшего руководства ГУ МВД России по Свердловской области, ни со стороны иных лиц по данному уголовному делу никогда не было, и с вопросами освобождения задержанных лиц к нему никто не обращался. ФИО2, М.А.Ю., ФИО4, ФИО3 ему незнакомы. Указанные лица к нему никогда не обращались.

Согласно оглашенным показаниям свидетеля П.Ю.К. (т.3 л.д. 60-64), следует, что она работает заведующей отделением амбулаторных судебно-психиатрических экспертиз по уголовным делам № 1 ГБУЗ СО «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» (далее по тексту АСПЭ ГБУЗ СО «СОКПБ»). В её обязанности входит организация проведения и проведение судебно-психиатрических экспертиз по уголовным делам. В её подчинении, в том числе, имеются эксперты отделения АСПЭ ГБУЗ СО «СОКПБ» С.А.Г. и С.Н.В. < дд.мм.гггг > в АСПЭ ГБУЗ СО «СОКПБ» поступили копии материалов уголовного дела < № > с постановлением следователя отдела № 5 СЧ ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области Д.О.И. о назначении амбулаторной судебно - психиатрической экспертизы от 18.05.2018 в отношении И.Л.А., обвиняемого по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ. Мера пресечения И.Л.А. избрана 20.03.2018 в виде заключения под стражу. Проведение экспертизы в отношении И.Л.А. ею было поручено комиссии экспертов в составе экспертов С.А.Г., С.Н.В. При проведении экспертизы применялись методы психиатрического (клинико-психопатического) экспертного исследования (анамнез, клиническая беседа, описание психического состояния, анализ имеющихся симптомов психических расстройств), в сочетании с анализом результатов соматического, неврологического, психического состояния, а также сопоставление результатов исследования с юридическим критерием правовой нормы (оценка влияния психического расстройства на поведение в конкретной юридически значимой ситуации). По окончании проведения экспертизы были сделаны выводы, что И.Л.А. в момент совершения общественно-опасного деяния и в настоящее время хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, не страдал и не страдает. И.Л.А. мог в момент совершения общественно-опасного деяния осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. У И.Л.А. не выявлено всей совокупности признаков, характерных для синдрома зависимости, связанного с употреблением наркотических веществ («наркомании»). И.Л.А. в назначении принудительных мер медицинского характера, предусмотренных законодательством РФ, не нуждается. ФИО2, М.А.Ю., ФИО4, ФИО3 ей незнакомы. Указанные лица к ней и к подчиненным ей сотрудникам никогда не обращались. К ней никогда не обращались какие-либо лица, по уголовному делу И.Л.А. с просьбами (предложениями) признать И.Л.А. невменяемым.

Свидетель С.А.Г. в ходе предварительного следствия дал показания, аналогичные показаниям свидетеля П.Ю.К. (т.3 л.д.69-72).

Из оглашенных показаний свидетеля Б.А.В. (т.4 л.д. 13-17) видно, что у него есть сын ФИО2, который работает следователем в следственном отделе по Верх-Исетскому району г.Екатеринбурга следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области и проживает в г.Екатеринбурге. И.А.Л., И.Л.А., М.А.Ю., ФИО4, ФИО3 ему незнакомы. После задержания сына по подозрению в мошенничестве, ему стало известно, что указанные лица являются знакомыми его сына. Сын к нему никогда не обращался с вопросами, касающимися освобождения кого-либо от уголовной ответственности.

Согласно оглашенным показаниям свидетеля Т.А.Н. (т.4 л.д. 34-39) следует, что у него есть сын ФИО3, который проживает в г.Екатеринбурге по адресу: < адрес >. А он работает в городе Новокузнецке в ООО «Распадская угольная компания» директором по соблюдению бизнес-процедур и сохранности активов. В настоящее время сотрудником органов внутренних дел он не является. Ему известно, что сын задержан по подозрению в мошенничестве. И.А.Л., И.Л.А., ФИО2, ФИО4 ему незнакомы. Ему известен М.А.Ю., с которым он познакомился около 8 лет назад. М.А.Ю. занимался коммерческой деятельностью и по его просьбе устроил на работу ФИО3 в юридическую компанию. С М.А.Ю. он никаких взаимоотношений не поддерживал и не поддерживает. Сын и М.А.Ю. к нему никогда не обращались с вопросами, касающимися освобождения кого-либо от уголовной ответственности.

Вина подсудимых по данному эпизоду подтверждается и исследованными материалами дела:

Из протокола опроса И.А.Л. от 07.05.2018 (т.1 л.д.63-65) видно, что он сообщил об обстоятельствах встреч с ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3, описал состоявшиеся разговоры, в которых указанными лицами ему выдвинуты требования о необходимости передачи им изначально 50 000 000 рублей, а затем сумма была уменьшена до 25 000 000 рублей, в качестве взятки сотрудникам полиции за освобождение его сына И.Л.А. от уголовной ответственности.

Из акта приёма-передачи технических средств от 07.05.2018 г. (т.1 л.д.67) видно, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области И.А.Л. передано техническое средство, предназначенное для скрытой аудиофиксации переговоров с ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3

Согласно акту добровольной выдачи от 10.05.2018 г. (т.1 л.д.68) следует, что И.А.Л. передано сотруднику УФСБ России по Свердловской области техническое средство с зафиксированными переговорами с ФИО2

Из акта выгрузки информации с цифрового диктофона и записи ее на носитель информации от 10.05.2018 г. (т.1 л.д.69, 70) видно, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области с технического средства была выгружена информация на оптический компакт-диск номер «< № >».

Согласно акту проведения оперативно-розыскного мероприятия - исследование предметов и документов от 10.05.2018 г. с приложением (т.1 л.д.71, 72-79) следует, что сотрудниками УФСБ России по Свердловской области составлены тексты разговоров, происходивших 07.05.2018, 08.05.2018 и 10.05.2018 между И.А.Л. и ФИО2

Из протокола осмотра предметов и документов от 21.06.2018 г. (т.1 л.д.80-84, 85) видно, что осмотрены результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные сотрудниками УФСБ России по Свердловской области на оптическом компакт-диске номер «< № >» и акт проведения оперативно-розыскного мероприятия - исследование предметов и документов от 10.05.2018 (стенограмма разговоров). Осмотрены файлы с названиями «10.05.18.wav», «FL_14.wav», «FL_15.wav», содержащие аудиозаписи разговоров И.А.Л. и ФИО2, происходивших 07.05.2018, 08.05.2018 и 10.05.2018. Установлено соответствие разговоров в имеющихся аудиозаписях с текстом акта проведения оперативно-розыскного мероприятия - исследование предметов и документов от 10.05.2018 (стенограмма разговоров), составленного УФСБ. В ходе разговоров ФИО2 сообщает И.А.Л., что М.А.Ю. и иные соучастники преступления могут решить вопрос с освобождением сына И.А.Л. от уголовной ответственности за денежное вознаграждение. ФИО2 убеждает И.А.Л. в том, что М.А.Ю. общается с влиятельными людьми, в том числе из силовых структур, и он (ФИО2) был очевидцем встречи М.А.Ю. с руководством УФСБ России по Свердловской области. Также ФИО2 согласовывает размер суммы с иными соучастниками преступления, которая составит для И.А.Л. 20 000 000 рублей.

Согласно постановлению о проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» от 10.05.2018 г. (т.1 л.д.86-87) следует, что на основании обращения И.А.Л. по факту требования у него 20 000 000 рублей сотрудникам полиции, в УФСБ России по Свердловской области, на основании согласия и.о. руководителя следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области, принято решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия в отношении старшего следователя следственного отдела по Верх-Исетскому району г.Екатеринбурга следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области ФИО2

Из акта приёма-передачи технических средств от 10.05.2018 г. (т.1 л.д.88), видно, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области И.А.Л. передано техническое средство, предназначенное для скрытой аудиофиксации переговоров с ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3

Согласно акту добровольной выдачи от 16.05.2018 г. (т.1 л.д.89) следует, что И.А.Л. передано сотруднику УФСБ техническое средство с зафиксированными переговорами с ФИО2 и ФИО4

Из акта выгрузки информации с цифрового диктофона и записи ее на носитель информации от 16.05.2018 г. (т.1 л.д.90, 91) видно, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области с технического средства была выгружена информация на оптический компакт-диск номер «< № >».

Согласно акту проведения оперативно-розыскного мероприятия - исследование предметов и документов от 17.05.2018 г. с приложением (т.1 л.д.92, 93-95) следует, что сотрудниками УФСБ России по Свердловской области составлены тексты разговоров, происходивших 14.05.2018, 15.05.2018 и 16.05.2018 между И.А.Л. и ФИО2, И.А.Л. и ФИО4

Из протокола осмотра предметов и документов от 21.06.2018 г. (т.1 л.д.96-101, 102) видно, что осмотрены результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные сотрудниками УФСБ России по Свердловской области на оптическом компакт-диске номер «< № >», и акт проведения оперативно-розыскного мероприятия - исследование предметов и документов от 17.05.2018 (стенограмма разговоров). Осмотрены файлы с названиями «fl_0.wav», «FL_1.wav», содержащие аудиозаписи разговоров И.А.Л. и ФИО2, происходивших 14.05.2018 и 15.05.2018, а также файлы с названиями «FL_11.wav», «fl_12.wav», содержащие аудиозаписи разговоров И.А.Л. и ФИО4, происходивших 16.05.2018. Установлено соответствие разговоров в имеющихся аудиозаписях с текстом акта проведения оперативно-розыскного мероприятия - исследование предметов и документов от 17.05.2018 (стенограмма разговоров), составленных УФСБ. В ходе разговоров ФИО2 сообщает И.А.Л., что по вопросу, касающегося освобождения сына И.А.Л. от уголовной ответственности, необходимо подождать, и он позвонит при получении информации. В ходе разговоров ФИО4 договаривается с И.А.Л. о встрече в ресторане отеля «Пале Рояль» 16.05.2018.

Согласно акту приёма-передачи технических средств от 16.05.2018 г. (т.1 л.д.103) следует, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области И.А.Л. передано техническое средство, предназначенное для скрытой аудиофиксации переговоров с ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3

Из акта добровольной выдачи от 17.05.2018 г. (т.1 л.д.104) видно, что И.А.Л. передано сотруднику УФСБ России по Свердловской области техническое средство с зафиксированными переговорами с ФИО2, М.А.Ю. и ФИО4

Согласно акту выгрузки информации с цифрового диктофона и записи ее на носитель информации от 17.05.2018 г. (т.1 л.д.105, 106) следует, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области с технического средства была выгружена информация на оптический компакт-диск номер «< № >».

Из акта проведения оперативно-розыскного мероприятия - исследование предметов и документов от 21.05.2018 г. с приложением (т.1 л.д.107, 108-125) видно, что сотрудниками УФСБ России по Свердловской области составлены тексты разговоров, происходивших 16.05.2018 и 17.05.2018 между И.А.Л. и М.А.Ю., ФИО4, а также И.А.Л. и ФИО2

Согласно протоколу осмотра предметов и документов от 21.06.2018 г. (т.1 л.д.126-131) следует, что осмотрены результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные сотрудниками УФСБ России по Свердловской области, на оптическом компакт-диске номер «< № >», и акт проведения оперативно-розыскного мероприятия - исследование предметов и документов от 21.05.2018 (стенограмма разговоров). Осмотрен файл с названием«FL_1.wav», содержащий аудиозапись разговора И.А.Л. и М.А.Ю., ФИО4, происходившего16.05.2018, а также файлы с названиями «FL_3.wav», «FL_4.wav», содержащие аудиозаписи разговоров И.А.Л. и ФИО2, происходивших 17.05.2018. Установлено соответствие разговоров в имеющихся аудиозаписях с текстом акта проведения оперативно-розыскного мероприятия - исследование предметов и документов от 21.05.2018 (стенограмма разговоров), составленных УФСБ России по Свердловской области. В ходе разговора М.А.Ю. сообщает И.А.Л., что в отношении его сына необходимо проводить психиатрическую экспертизу и у М.А.Ю. есть возможность сделать сына И.А.Л. «невменяемым», поскольку у него есть необходимые для этого «ресурсы», в том числе, чтобы поменять при необходимости следователя. М.А.Ю. и ФИО4 предлагают И.А.Л. сделать договор займа в качестве гарантии, сообщают, что за освобождение сына от уголовной ответственности нужно заплатить 20 000 000 рублей, из которых 10 000 000 рублей отдать в ближайшее время, а оставшуюся сумму отдать по окончании расследования. В ходе разговора ФИО2 согласовывает с И.А.Л. и иными соучастниками преступления размер суммы, подлежащей передаче участникам преступления.

Из акта приёма-передачи технических средств от 17.05.2018 г. (т.1 л.д.133), видно, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области И.А.Л. передано техническое средство, предназначенное для скрытой аудиофиксации переговоров с ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3

Согласно акту добровольной выдачи от 17.05.2018 г. (т.1 л.д.134) следует, что И.А.Л. передано сотруднику УФСБ России по < адрес > техническое средство с зафиксированными переговорами с М.А.Ю. и ФИО4

Из акта выгрузки информации с цифрового диктофона и записи ее на носитель информации от 18.05.2018 г. (т.1 л.д.135, 137) видно, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области с технического средства была выгружена информация на оптический компакт-диск номер «< № >».

Согласно акту проведения оперативно-розыскного мероприятия - исследование предметов и документов от 22.05.2018 г. с приложением (т.1 л.д.136, 138-159) следует, что сотрудниками УФСБ России по Свердловской области составлены тексты разговоров, происходивших 17.05.2018 между И.А.Л. и М.А.Ю., ФИО4

Из протокола осмотра предметов и документов от 22.06.2018 г. (т.1 л.д.160-164, 165) видно, что осмотрены результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные сотрудниками УФСБ России по Свердловской области на оптическом компакт-диске номер «< № >», и акт проведения оперативно-розыскного мероприятия - исследование предметов и документов от 18.05.2018 (стенограмма разговоров). Осмотрены файлы с названиями «FL_2.wav», «FL_3.wav», содержащие аудиозаписи разговоров И.А.Л. и М.А.Ю., ФИО4, происходивших 17.05.2018. Установлено соответствие разговоров в имеющихся аудиозаписях с текстом акта проведения оперативно-розыскного мероприятия - исследование предметов и документов от 22.05.2018 (стенограмма разговоров), составленных УФСБ России по Свердловской области. В ходе разговора ФИО4 договаривается с И.А.Л. о месте встречи 17.05.2018 у ТЦ «Гермес Плаза», а затем сообщает, что М.А.Ю. находится в ресторане «Гранд Урюк» и общается с начальником ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области М.В.Н. по вопросу освобождения сына И.А.Л. от уголовной ответственности. ФИО4 уверяет в надежности М.А.Ю. и наличии у них договоренностей с высокопоставленными сотрудниками полиции. В ходе общения, ФИО4 идет в ресторан и по возвращении продолжает убеждать И.А.Л., что М.А.Ю. общается с М.В.Н. Кроме того, ФИО4 говорит, что отца ФИО3 назначат начальником ГУ МВД России по Свердловской области вместо ФИО7 Затем к разговору присоединяется М.А.Ю. и сообщает, что общался со следователем и её начальником, говорит, что освободить от уголовной ответственности И.Л.А. можно либо путем условного осуждения, либо путем признания его невменяемым по результатам психиатрической экспертизы. М.А.Ю. говорит, что им по сыну И.А.Л. достигнуты договоренности с руководством ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области.

Согласно акту приёма-передачи технических средств от 18.05.2018 г. (т.1 л.д.166) следует, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области И.А.Л. передано техническое средство, предназначенное для скрытой аудиофиксации переговоров с ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3

Из акта добровольной выдачи от 21.05.2018 г. (т.1 л.д.167) видно, что И.А.Л. передано сотруднику УФСБ техническое средство с зафиксированными переговорами с ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3

Согласно акту выгрузки информации с цифрового диктофона и записи ее на носитель информации от 21.05.2018 г. (т.1 л.д.168, 169) следует, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области с технического средства была выгружена информация на оптический компакт-диск номер «< № >».

Из протокола осмотра предметов и документов от 22.06.2018 г. (т.1 л.д.170-177) видно, что осмотрены результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные сотрудниками УФСБ России по Свердловской области на оптическом компакт-диске номер «< № >». Осмотрены файлы с названиями «fl_0.wav» «FL_1.wav», «FL_2.wav», содержащие аудиозаписи разговоров И.А.Л. и ФИО2, М.А.Ю., ФИО4, ФИО3, происходивших 18.05.2018. В ходе разговора М.А.Ю. сообщил, что уже встречался с руководством психиатрической больницы и договорился, что сына И.А.Л. признают невменяемым. Также М.А.Ю. просит паспорт у И.А.Л. для написания расписки и сообщает, что расписка будет находиться у ФИО3 ФИО2 в разговоре с И.А.Л. говорит, что они запускают в работу второй вариант - по психиатрической больнице. И.А.Л. в разговоре с ФИО2 сообщает, что не может быстро найти и передать 10 000 000 рублей.

Согласно протоколу опроса И.А.Л. от 21.05.2018 (т.1 л.д.179-187) следует, что он сообщил об обстоятельствах встреч с ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3, а также описал состоявшиеся разговоры, в которых указанными лицами ему выдвинуты требования о необходимости передачи 10 000 000 (десяти миллионов) рублей (первой части от 20 000 000 рублей), в качестве взятки сотрудникам полиции и министерства здравоохранения за освобождение его сына - И.Л.А. от уголовной ответственности.

Из акта приёма-передачи технических средств от 21.05.2018 г. (т.1 л.д.188) видно, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области И.А.Л. передано техническое средство, предназначенное для скрытой аудиофиксации переговоров с ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3

Согласно акту добровольной выдачи от 23.05.2018 г. (т.1 л.д.189) следует, что И.А.Л. передано сотруднику УФСБ техническое средство с зафиксированными переговорами с ФИО2, ФИО4

Из акта выгрузки информации с цифрового диктофона и записи ее на носитель информации от 23.05.2018 г. (т.1 л.д.190,191) видно, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области с технического средства была выгружена информация на оптический компакт-диск номер «< № >».

Согласно протоколу осмотра предметов и документов от 22.06.2018 г. (т.1 л.д.192-200, 201) следует, что осмотрены результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные сотрудниками УФСБ России по Свердловской области, на оптическом компакт-диске номер «< № >». Осмотрены файлы с названиями «FL_3.wav», «FL_4.wav», «FL_5.wav», «FL_7.wav», содержащие аудиозаписи разговоров И.А.Л. и ФИО2, ФИО4, происходивших 22.05.2018 и 23.05.2018. В ходе разговоров ФИО2, ФИО4 договариваются с И.А.Л. о том, что денежные средства будут переданы 23.05.2018 в офисе по адресу: <...>.

Из акта осмотра и передачи денежных купюр от 23.05.2018 г. (т.1 л.д.203-210) видно, что в присутствии понятых И.А.Л. передано 20 купюр государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие следующие номера: < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, а также 495 муляжей государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие номер < № > и надпись «МУЛЯЖ», 495 муляжей государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие номер < № > и надпись «МУЛЯЖ», 495 муляжей государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие номер < № > и надпись «МУЛЯЖ», 495 муляжей государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие номер < № > и надпись «МУЛЯЖ». Всего денежных знаков и муляжей на общую сумму 10 000 000 (десять миллионов) рублей.

Согласно протоколу обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 23.05.2018 г. (т.1 л.д.211-212) следует, что в офисе И.А.Л. по адресу: <...>, в присутствии понятых, изъяты 20 купюр государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие следующие номера: < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, а также 495 муляжей государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие номер ея 4193725 и надпись «МУЛЯЖ», 495 муляжей государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5000 рублей каждая, имеющие номер < № > и надпись «МУЛЯЖ», 495 муляжей государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие номер < № > и надпись «МУЛЯЖ», 495 муляжей государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие номер < № > и надпись «МУЛЯЖ». Всего денежных знаков и муляжей на общую сумму 10 000 000 рублей.

Из протокола осмотра предметов и документов от 17.07.2018 г. (т.1 л.д.213-220, 221-222) видно, что осмотрены денежные средства, муляжи денежных средств, изъятые 23.05.2018 в офисе И.А.Л. по адресу: <...>, сотрудниками УФСБ России по Свердловской области. Осмотрены 20 купюр государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие следующие номера: < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, а также 495 муляжей государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие номер < № > и надпись «МУЛЯЖ», 495 муляжей государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие номер < № > и надпись «МУЛЯЖ», 495 муляжей государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5 000 рублей каждая, имеющие номер < № > и надпись «МУЛЯЖ», 495 муляжей государственных денежных знаков Российской Федерации, номинальным достоинством 5000 рублей каждая, имеющие номер < № > и надпись «МУЛЯЖ». Всего денежных знаков и муляжей на общую сумму 10 000 000 рублей. В ходе осмотра денежных знаков и муляжей установлено, что их номера совпадают с номерами денежных купюр, осмотренных и выданных 23.05.2018 И.А.Л., а также указанных в протоколе изъятия документов, предметов, материалов от 23.05.2018, изъятых в офисе И.А.Л., которые им были переданы ФИО4 и ФИО3

Из акта проведения оперативно-розыскного мероприятия - наблюдение от 23.05.2018 г. (т.2 л.д.16-21) видно, что сотрудником УФСБ России по Свердловской области в офисе И.А.Л. по адресу: <...>, установлено техническое средство для скрытой аудио и видеофиксации переговоров И.А.Л. с ФИО4 и ФИО3 Результаты наблюдения выгружены на оптический компакт-диск номер «< № >» и составлен текст разговора (стенограмма).

Согласно протоколу осмотра предметов и документов от 22.06.2018 г. (т.2 л.д.22-26) следует, что осмотрены результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные сотрудниками УФСБ России по Свердловской области, на оптическом компакт-диске номер «< № >». Осмотрен файл с названием «Video.avi», содержащий аудио и видео запись разговора И.А.Л. и ФИО4, ФИО3, происходившего 23.05.2018. В ходе разговора ФИО4 и ФИО3 сообщают, что за переданное им денежное вознаграждение И.Л.А. будет признан невменяемым и освобожден от уголовной ответственности. В качестве гарантий ФИО3 передает расписку и копию паспорта М.А.Ю. Пакет с денежными средствами И.А.Л. кладет на стол перед ФИО4 и ФИО3 Затем ФИО3 жестом показывает ФИО4 на пакет с денежными средствами и ФИО4 его берет со стола. После чего ФИО4 и ФИО3 задержаны сотрудниками УФСБ России по Свердловской области.

Из заключения эксперта < № > от 10.08.2018(т.2 л.д.37-104) видно, что на фонограммах разговоров, представленных на оптическом компакт-диске с номером «< № >», в аудио-файлах «10.05.18.wav», «FL_14.wav», «FL_15.wav», имеется голос и устная речь И.А.Л., ФИО2; на фонограммах разговоров, зафиксированных на оптическом компакт-диске с номером «< № >», в аудио-файлах «fl_0.wav», «FL_1.wav», имеется голос и устная речь И.А.Л., ФИО2; на фонограммах разговоров, зафиксированных на оптическом компакт-диске с номером «< № >», в аудио-файлах «FL_1.wav», «FL_3.wav», «FL_4.wav», имеется голос и устная речь И.А.Л., ФИО4, ФИО2; на фонограммах разговоров, зафиксированных на оптическом компакт-диске с номером «< № >», в аудио-файлах «FL_2.wav», «FL_3.wav», имеется голос и устная речь И.А.Л., ФИО4; на фонограммах разговоров, зафиксированных на оптическом компакт-диске с номером «< № >», в аудио-файлах «FL_2.wav», «fl_0.wav», «FL_1.wav», имеется голос и устная речь И.А.Л., ФИО4, ФИО3, ФИО2; на оптическом компакт-диске с номером «< № >», в аудио-файлах «FL_3.wav», «FL_4.wav», «FL_5.wav», «FL_7.wav», имеется голос и устная речь И.А.Л., ФИО4, ФИО2; на фонограммах разговоров, зафиксированных на оптическом компакт-диске с номером «< № >», в видео-файле «Video.avi», имеется голос и устная речь И.А.Л., ФИО4, ФИО3 В результате проведенной фонографической судебной экспертизы установлено, что на вышеуказанных фонограммах разговоров, зафиксированных на оптических дисках, признаков нарушения непрерывности записи, монтажа или каких-либо изменений, привнесенных в процессе записи или после её окончания, не имеется. Составлены тексты представленных на исследование разговоров с указанием фраз, произнесённых И.А.Л., ФИО2, ФИО4, ФИО3

Согласно заключению эксперта < № > от 10.08.2018 (т.2 л.д.118-134) следует, что разговоры, зафиксированные на фонограммах, в файлах на оптических дисках «< № >», «< № >», «< № >», «< № >», < № >, < № >, < № >, являются частями одной коммуникативной ситуации, сопровождающей одно событие и поэтому разговоры можно рассматривать в совокупности. Основной целью коммуникации со стороны И.А.Л. является смягчение наказания для своего сына, находящегося под следствием, для остальных участников (ФИО2, М.А.Ю., ФИО4, ФИО3) - получение от И.А.Л. денежных средств за содействие, которое они окажут, благодаря служебному положению или личным знакомствам. Одной общей темой и целью всех представленных на исследование разговоров, является достижение договоренности между, с одной стороны И.А.Л., и, с другой стороны, группой лиц в составе ФИО2, М.А.Ю., ФИО4, ФИО3, по вопросу оказания помощи указанными лицами сыну И.А.Л. в благоприятном исходе уголовного дела, за денежное вознаграждение в несколько миллионов рублей. В представленных разговорах лингвистических признаков каких-либо побуждений не выявлено, тема, предмет и смысл разговоров понятен их участникам, участники разговоров не преследуют цель скрыть, замаскировать какие-либо семантические элементы.

Данные заключения экспертов не вызывают у суда сомнений.

Из протокола осмотра места происшествия от 24.09.2018 г. (т.2 л.д.175-180) видно, что осмотрен ТЦ «Пассаж» по адресу: <...>, где 06.04.2018 произошла встреча И.А.Л. и М.А.Ю., ФИО4, в ходе которой М.А.Ю. и ФИО4 пытались путем обмана склонить И.А.Л. к передаче денежных средств.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 24.09.2018 г. (т.2 л.д.181-186) следует, что осмотрена гостиница «Пале Рояль» по адресу: <...>, где неоднократно происходили встречи И.А.Л. и ФИО2, М.А.Ю., ФИО4, ФИО3, в ходе которых указанные лица пытались путем обмана склонить И.А.Л. к передаче денежных средств.

Из протокола осмотра места происшествия от 24.09.2018 (т.2 л.д.187-192) видно, что осмотрен участок местности и ресторан «Гранд Урюк» по адресу: <...> и Ванцетти, д.64, где происходила встреча И.А.Л. и М.А.Ю., ФИО4, в ходе которой указанные лица пытались путем обмана склонить И.А.Л. к передаче денежных средств.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 24.09.2018 (т.2 л.д.193-198) следует, что осмотрено здание офиса ФИО8 по адресу: <...>, где происходила встреча И.А.Л. и ФИО4, ФИО3, в ходе которой И.А.Л. передал денежные средства в сумме 10 000 000 (десяти миллионов) рублей из требуемых 20 000 000 рублей ФИО4 и ФИО3, после чего они были задержаны сотрудниками УФСБ России по Свердловской области.

Из протокола осмотра предметов и документов 24.09.2018 (т.2 л.д.199-205) видно, что осмотрен сайт МВД России - «https://мвд.рф/». Среди руководства МВД России отсутствует руководитель с данными Т.А.Н..

Согласно протоколу осмотра предметов и документов 24.09.2018 (т.2 л.д.206-213) следует, что осмотрен сайт ГУ МВД России по Свердловской области - «https://66.мвд.рф/». Среди руководства ГУ МВД России по Свердловской области отсутствует руководитель с данными Т.А.Н..

Из протокола осмотра предметов и документов от 28.07.2018 г. (т.3 л.д.103-202) видно, что осмотрено уголовное дело < № >, которое возбуждено отделом № 5 СЧ ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, в отношении И.Л.А. и неустановленных лиц. И.Л.А. задержан 19.03.2018 следственными органами в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, и Верх-Исетским районным судом г.Екатеринбурга избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 18.05.2018 в отношении И.Л.А. назначена амбулаторная психиатрическая судебная экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов < № > от 07.07.2018 г. И.Л.А. временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдал и не страдает, в назначении принудительных мер медицинского характера, предусмотренных законодательством РФ, не нуждается.

Согласно протоколу выемки предметов и документов от 09.06.2018 г. (т.3 л.д.207-213, 214-264, 265) следует, что в отеле «Пале Рояль» (ООО «Вегас») по адресу: <...>, изъяты электронные и бумажные носители информации, подтверждающие проживание М.А.Ю. в указанном отеле, а также проведение встреч 17.05.2018, 18.05.2018 между И.А.Л., ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3 Осмотром 22.07.2018 г. установлено, что предметы и документы сохранили на себе следы проведенных встреч между И.А.Л., ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3 по адресу: <...>, и служат средством для установления всех обстоятельств совершенного преступления, а также сокрытия следов совершенного преступления. На изъятых видео-файлах, 17.05.2018 в ресторане встречаются и общаются ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 18.05.2018, в утреннее время, в ресторане встречаются и общаются И.А.Л., ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 18.05.2018, в вечернее время, И.А.Л., ФИО2, М.А.Ю., ФИО4, ФИО3 сидят за столом в ресторане и общаются. М.А.Ю. разговаривает с официантом, после чего тот приносит ему несколько листов бумаги и ручку, М.А.Ю. что-то записывает. После этого М.А.Ю. передает лист бумаги И.А.Л., а затем - ФИО3 После этого И.А.Л. прощается и покидает ресторан. Изъятые чеки и иные документы сохранили следы проживания М.А.Ю. в отеле «Пале Рояль».

Из протокола осмотра от 16.07.2018 г. (т.4 л.д.105-126, 127) видно, что сотовый телефон «Iphone 10», изъятый у ФИО2 при задержании 23.05.2018, подтверждающий наличие договоренностей у ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 с И.А.Л., осмотрен. Осмотром 16.07.2018 г. установлено, что в сотовом телефоне имеются сведения о соединениях и сообщениях с И.А.Л., М.А.Ю., ФИО4 - соединения с абонентским номером < № > (использовал М.А.Ю.), соединения с абонентским номером < № > (использовал ФИО4), соединения с абонентом < № > и < № > (использовал И.А.Л.). В переписке с И.А.Л. имеется фотокопия паспорта И.А.Л., отправленная 18.05.2018 в 16 часов 36 минут, а также переписка 19.05.2018 с текстом: «Ты обещал прислать копию загранпаспорта А.», 23.05.2018 с текстом: «Мне тогда договариваться со С.. Ты мне ответь».

Согласно копии приказа < № > от 20.02.2017 г. (т.4 л.д.247) следует, что руководителем следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области ФИО2 назначен на должность старшего следователя следственного отдела по < адрес > следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по < адрес >.

Из копии приказа < № > от 06.06.2018 года (т.4 л.д.250,251) видно, что ФИО2 освобождён от должности и уволен за совершение проступка, порочащего честь сотрудника Следственного комитета.

Из протокола осмотра от 20.07.2018 г. сотового телефона «Iphone 7», изъятого у ФИО4 23.05.2018 г. при задержании (т.5 л.д.27-94, 95) видно, что информация с данного телефона подтверждает наличие договоренностей о встречах с И.А.Л. у ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3 при совершении мошенничества. Осмотром установлено, что в сотовом телефоне имеются сведения о соединениях и сообщениях с И.А.Л., ФИО2, М.А.Ю., ФИО3 В том числе, 06.04.2018 имеется переписка между ФИО4 и М.А.Ю. (абонент «Office Biglion») в программе «Skype», в которой они договариваются о встрече около 22 часов в ТЦ «Пассаж». 16.04.2018 имеется переписка между ФИО4 и М.А.Ю. (абонент «Office Biglion») в программе «Skype», где М.А.Ю. спрашивает, есть ли информация «по дедушке» (так называли И.А.Л.). 16.05.2018 имеется переписка между ФИО4 и М.А.Ю. (абонент «Office Biglion») в программе «Skype», в которой ФИО4 сообщает, что И.А.Л. вызвал к себе следователь и около 19 часов он договорился о встрече с И.А.Л. 17.05.2018 имеется переписка между ФИО4 и М.А.Ю. (абонент «Office Biglion») в программе «Skype», в которой ФИО4 сообщает, что И.А.Л. находится в суде и решился на их предложение. Они договариваются на встречу с И.А.Л. в кафе «Гранд Урюк» около 19 часов. 21.05.2018 имеется переписка между ФИО4 и ФИО2 в программе «WhatsApp», в которой ФИО2 сообщает фамилию И.Л.А..

23.05.2018 г. имеется переписка между ФИО4 и М.А.Ю. (абонент «Office Biglion») в программе «Skype», в которой М.А.Ю. сообщает, что после встречи с И.А.Л. надо встретиться. 23.05.2018 г. имеется переписка между ФИО4 и ФИО3 в программе «WhatsApp», в которой ФИО3 сообщается адрес встречи с И.А.Л. - <...>.

Согласно протоколу осмотра от 16.07.2018 г. сотового телефона «Iphone SE», изъятого у ФИО3 23.05.2018 г. при задержании (т.6 л.д.223-253, 220) следует, что информация с данного телефона подтверждает наличие договоренностей о встречах с И.А.Л. у ФИО2, М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3 при совершении мошенничества. Осмотром установлено, что в сотовом телефоне имеются сведения о соединениях и сообщениях с М.А.Ю., ФИО4 В том числе, 07.04.2018 г. имеется переписка между М.А.Ю. (абонент «Office Biglion») и ФИО3 в программе «Skype», в которой они договорились о встрече около 18 часов в отеле «Пале Рояль», на которой присутствовали И.А.Л., М.А.Ю., ФИО4 и ФИО3 23.05.2018 г. имеется переписка между М.А.Ю. (абонент «Office Biglion») и ФИО3 в программе «Skype», в которой М.А.Ю. сообщает о назначенной встрече с И.А.Л. 23.05.2018 г. в 16 часов и просит взять ФИО3 копию его паспорта и расписку.

Из протокола осмотра от 01.06.2018 г. ежедневника и конвертов, изъятых 01.06.2018 г. в автомобиле ФИО3 по адресу: <...> (т.7 л.д.55-93, 94-95) видно, что указанные предметы осмотрены. Осмотром установлено, что изъятые документы сохранили следы, подтверждающие планы по распоряжению участниками преступления денежными средствами, которые планировалось похитить у И.А.Л.

Согласно явке с повинной, написанной ФИО4 18.09.2018 г. (т.6 л.д.74), следует, что он добровольно сообщил о том, что со своими знакомыми он пытался обмануть И.А.Л., сообщая ложные сведения о наличии у них возможностей освободить сына И.А.Л. от уголовной ответственности.

Эпизод № 2

(ч.1 ст. 222 УК РФ)

Подсудимый ФИО3 вину не признал и пояснил суду, что по адресу его регистрации примерно с 2017 года он проживал совместно с девушкой Е.Е.С. Его родители с 2016 года проживают в г.Новокузнецке. 11 или 12 января 2018 года к нему в гости приехал родственник К.Д.Б. со своей семьей из г.Ижевска. Он разместил К.Д.Б. в своей комнате. Сразу по приезду К.Д.Б. попросил его разместить в доме вещь, которую не смогут найти дети и его супруга. Он предложил воспользоваться его сейфом, который стоял в комнате. В сейфе хранились его личные вещи. Что за вещь собирался поместить в сейф К.Д.Б., изначально ему было неизвестно. Он набрал пароль на сейфе и открыл дверцу, сев рядом с сейфом на диван. К.Д.Б. достал пакет, из которого извлёк небольшую коробку. Когда К.Д.Б. доставал коробку, то из неё выпало 2 небольших патрона. К.Д.Б. поднял патроны, положил их обратно в коробку и убрал коробку в сейф. Он не задавал вопросы К.Д.Б. по поводу патронов, поскольку последний являлся бывшим сотрудником правоохранительных органов и мог владеть оружием. Как он предположил, патроны в сейф К.Д.Б. убрал для безопасности, и после чего его закрыл. Пароль от сейфа, записанный на листочке, он положил под сейф и сказал об этом К.Д.Б., чтобы последний мог при необходимости открыть сейф. Через несколько дней К.Д.Б. с семьей уехали в г.Ижевск. Он не знал, забрал ли патроны из сейфа К.Д.Б., поскольку с этого времени сейфом больше не пользовался. С К.Д.Б. после этого он общался в начале марта 2018 года, когда ездил к последнему в гости в г.Ижевск. У К.Д.Б. было тяжёлое онкологическое заболевание, от которого последний в марте 2018 года скончался. Он общался с К.Д.Б. на бытовые темы, но тему о патронах они не обсуждали. В настоящее время он понимает, что К.Д.Б. не забрал патроны из его сейфа, которые там хранились до момента изъятия следственными органами. Ему неизвестно, откуда у К.Д.Б. появились патроны, от какого вида оружия данные патроны и являются ли они боевыми.

Исследовав материалы дела, показания свидетелей, суд считает вину ФИО3 по данному эпизоду доказанной в полном объеме.

Так, из оглашенных показаний свидетеля Е.Е.С. (т.4 л.д. 45-48) видно, что она проживает со своим молодым человеком ФИО3 по адресу: < адрес >. После задержания ФИО3 по подозрению в мошенничестве, по адресу их проживания был проведен обыск, в ходе которого изъят сейф, принадлежащий последнему. Насколько ей известно, в сейфе были обнаружены боевые патроны. Происхождение патронов ей неизвестно. Сейф использовал только ФИО3

Согласно оглашенным показаниям свидетеля К.В.Ю, (т.4 л.д. 53-58) следует, что она проживала с мужем К.Д.Б. до марта 2018 года в г.Ижевске. 14.03.2018 К.Д.Б. скончался от рака желудка. До 2015 года К.Д.Б. являлся сотрудником органов внутренних дел Республики Удмуртия, где занимал должность оперуполномоченного. ФИО3 приходится ей племянником, и она знакома с ним продолжительное время. Ей известно, что ФИО3 проживает по адресу: < адрес >. В январе 2018 года они приезжали с супругом К.Д.Б. и детьми в аквапарк г.Екатеринбурга, проживали у ФИО3 Она не являлась очевидцем передачи патронов её мужем ФИО3, она вообще не видела в квартире ФИО3 никакого сейфа. Через несколько дней они уехали обратно в г.Ижевск. К.Д.Б. не являлся владельцем оружия, и она у супруга никогда не видела оружия и патронов.

Из оглашенных показаний свидетеля Т.А.Н. (т.4 л.д. 34-39) видно, что у него был родственник К.Д.Б., который скончался от рака в 2018 году. До смерти К.Д.Б. работал в органах внутренних дел Республики Удмуртия, где занимал должность оперуполномоченного. Полагает, что К.Д.Б., как сотрудник полиции, имел право на хранение и ношение оружия и боеприпасов к нему. В январе 2018 года К.Д.Б. приезжал в г.Екатеринбург и временно проживал у сына по адресу: < адрес >. Ему известно, что после задержания его сына А. по подозрению в мошенничестве, по адресу проживания был проведен обыск, в ходе которого, в сейфе, принадлежащем сыну, были обнаружены боевые патроны. Происхождение патронов ему неизвестно, возможно данные патроны мог оставить К.Д.Б., когда приезжал в гости с семьёй. Сейф приобретал и использовал только его сын и пароль от сейфа знал только А.. Имел ли К.Д.Б., а также члены его семьи, огнестрельное оружие и патроны к нему, ему неизвестно.

Вина подсудимого подтверждается и исследованными материалами дела:

Из справки управления ЗАГС Администрации города Ижевска Удмуртской Республики < № > от 29.08.2018 г. (т.4 л.д.65) видно, что имеется запись акта о смерти К.Д.Б. 14.03.2018.

Согласно письма из МВД по Удмуртской Республике < № > от 31.08.2018 г. (т.4 л.д.72) следует, что К.Д.Б. до 06.04.2015 служил в органах внутренних дел Удмуртской Республики в должности оперуполномоченного, уволен в связи с болезнью. Боевым ручным стрелковым оружием К.Д.Б. не награждался.

Из письма из отдела лицензионно-разрешительной работы по городам Екатеринбургу и Сысерти < № > от 15.08.2018 г. (т.4 л.д.74) видно, что по базе данных системы информационного обеспечения централизованного учета оружия, контроля за оборотом оружия, частной детективной (сыскной) и охранной деятельности Министерства внутренних дел Российской Федерации, ФИО3, как владелец оружия, не значится.

Согласно письма из Управления Росгвардии по Свердловской области < № > от 16.08.2018 г. (т.4 л.д.76) следует, что по базе данных системы информационного обеспечения централизованного учета оружия, контроля за оборотом оружия, частной детективной (сыскной) и охранной деятельности Министерства внутренних дел Российской Федерации, а также автоматизированной информационно-поисковой системы (АИПС «Оружие-МВД»), ФИО3 владельцем гражданского оружия, зарегистрированного на территории Свердловской области, не значится.

Из протокола осмотра от 19.07.2018 г. (т.7 л.д.1-9, 14-34, 35) видно, что в ходе обыска 24.05.2018 в квартире ФИО3 по адресу: < адрес > изъяты коробки белого цвета с 19 патронами. Согласно заключению эксперта < № > от 22.08.2018 (т.7 л.д.48-50) следует, что 19 патронов, изъятых в ходе обыска 24.05.2018 в квартире ФИО3 по адресу: < адрес >, относятся к категории боеприпасов, калибра 5,45 мм, к огнестрельному оружию - пистолету самозарядному малогабаритному (ПСМ) и другому оружию под данный вид патрона, заводского изготовления, пригодны для стрельбы.

Указанное заключение экспертов не вызывает у суда сомнений.

Суд находит допустимыми исследованные письменные доказательства по обоим эпизодам обвинения.

Доводы защитников и подсудимых, что заключения экспертов № < № >, < № > от 10.08.2018 года содержат необоснованные выводы после проведения лингвистическо-фонографического исследования суд находит несостоятельными. Оснований не доверять данным заключениям экспертов у суда не имеется. Согласно исследованным заключениям, они проведены на основании соответствующих постановлений следователя, в них содержатся сведения о предупреждении экспертов об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Сами заключения содержат необходимые описательные и резолютивные части, в них достаточно подробно изложена методика проведённых исследований. Выводы экспертиз достаточно подробно аргументированы и научно обоснованы. Компетенция экспертов, работающих в специализированном экспертном учреждении, не вызывает у суда сомнений. В то же время, исследованное в суде заключение специалистов < № > на данные заключения экспертов, представленное стороной защиты, содержит лишь частное мнение специалистов, которые высказывают своё личное суждение по поводу проведённых экспертиз, и тот факт, что они не согласны с их выводами, сам по себе не свидетельствует о недостоверности заключений экспертов. Выводы экспертиз в судебном заседании представленными доказательствами и установленными объективными обстоятельствами дела не опровергнуты.

Доводы подсудимых и защиты о том, что оперативно-розыскные мероприятия по настоящему уголовному делу носили провокационный характер, необоснованны.

Суд считает, что оперативно-розыскные мероприятия по данному делу проводились сотрудниками правоохранительных органов в соответствии с требованиями закона. Поэтому протоколы, акты, составленные в ходе оперативно-розыскных мероприятий, суд находит допустимыми доказательствами. Имеющиеся в актах, составленных оперативными сотрудниками, технические опечатки фамилии потерпевшего, не указывают на то, что оперативно-розыскные мероприятия по данному делу проводились правоохранительными органами с совершено другим лицом, а не с потерпевшим И.Л.А.. Поэтому доводы защиты о недопустимости этих доказательств суд считает несостоятельными. Никаких провокационных действий со стороны сотрудников правоохранительных органов суд не усматривает, так как провокацией можно было бы расценить действия, при которых у представителей правоохранительных органов отсутствовали бы информация о причастности подсудимых к совершению мошенничества и наличие документов дальнейших намерений на совершение мошеннических действий в отношении потерпевшего И.А.Л. ФИО4 в ходе предварительного следствия дал последовательные показания о причастности его, ФИО2, ФИО3 и лица, материалы уголовного дела в отношении которого выделены в отдельное производство (лица № 1), к совершению мошенничества, которые подтвердил в судебном заседании. Поэтому версии подсудимого ФИО3 и ФИО2 о том, что первый просто выполнял роль курьера в выполнении поручений лица < № >, а второй из дружеских побуждений помогал отцу своего друга, голословны и неубедительны.

Доводы подсудимого ФИО2 и стороны защиты о том, что потерпевший И.А.Л. неоднократно звонил ФИО2 с просьбами помочь в судьбе сына, сами по себе не свидетельствуют о наличии каких-либо провокационных действий, так как в судебном заседании установлено, в том числе, и из показаний подсудимого ФИО2, что в ходе телефонных переговоров И.А.Л. была достигнута договоренность об освобождении его сына за денежное вознаграждение. Последующие звонки осуществлялись с целью уточнения времени и места встречи передачи денежных средств, что подтверждается показаниями потерпевшего, свидетелей и письменными материалами уголовного дела.

К показаниям свидетеля М.Р.Г.о о том, что ФИО2 не имел умысла на хищение денежных средств отца И.Л.А., а просто пытался помочь И.А.Л. освободить сына последнего от серьёзной ответственности, суд относится критически. В судебном заседании установлено, что М.Р.Г.о является близким другом ФИО2, его показания имеют цель помочь подсудимому избежать уголовной ответственности за совершенное тяжкое умышленное преступление.

Отрицание подсудимым ФИО3 своей вины в незаконном приобретении и хранении боеприпасов к огнестрельному оружию расценивается судом лишь как способ его защиты от предъявленного обвинения.

У суда нет оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей обвинения по обоим эпизодам.

Указанные показания последовательны, подробны, объективны, соответствуют истине, согласуются между собой и письменными доказательствами по делу.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым положить показания потерпевшего и свидетелей, в совокупности с другими доказательствами, в основу приговора по данному делу, в том числе с признательными показаниями подсудимого ФИО4, данными им в ходе предварительного расследования.

Данные показания, как и другие перечисленные доказательства, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства, суд считает вину подсудимых ФИО2, ФИО3 и ФИО4 доказанной и квалифицирует их действия по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации как покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этих лиц обстоятельствам. Это подтверждается действиями виновных: достоверно зная и осознавая, что они не смогут освободить сына потерпевшего от уголовной ответственности, в ходе встреч с последним вводят его в заблуждение о выполнении принятых ими обязательств по освобождению И.Л.А. за денежное вознаграждение, при этом в качестве гарантий передают И.А.Л. расписку, написанную ранее лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, и копию паспорта последнего. Однако подсудимые и лицо, в отношении которого материалы уголовного дела выделены в отдельное производство, свои умышленные действия, направленные на хищение денежных средств в особо крупном размере, путём обмана, не довели до конца по не зависящим от них обстоятельствам, поскольку ФИО4 и ФИО3, были задержаны сотрудниками УФСБ России по Свердловской области непосредственно после получения денежных средств от И.А.Л.

Квалифицирующий признак «совершенное группой лиц по предварительному сговору» подтверждается предварительной договоренностью участников, согласованностью их действий, распределением ролей.

Признак «в особо крупном размере» подтверждается размером похищенного имущества, превышающего один миллион рублей.

Также суд считает вину подсудимого ФИО3 по второму эпизоду доказанной и квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 222 Уголовного кодекса Российской Федерации как незаконное приобретение и хранение боеприпасов. Это подтверждается действиями виновного: не имея права на приобретение и хранение боеприпасов, незаконно приобретает у своего родственника К.Д.Б. для временного хранения патроны к огнестрельному оружию в количестве 19 штук и хранит их без соответствующего разрешения в своём сейфе с 11.01.2018 года в квартире по адресу: < адрес >. После отъезда родственников, продолжая незаконно хранить боеприпасы, подсудимый в правоохранительные органы для сдачи боеприпасов не обратился вплоть до их изъятия во время обыска 24.05.2018 года.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступлений, личность виновных, отсутствие отягчающих обстоятельств, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных.

ФИО2 ранее не судим, положительно характеризуется, на учётах нигде не состоит, занимается общественно-опасной деятельностью, вредных последствий по делу не наступило.

ФИО3 положительно характеризуется, занимается трудовой деятельностью, на учётах нигде не состоит, судимостей не имеет, ущерба по делу нет.

В качестве смягчающих обстоятельств у ФИО4 суд учитывает полное признание вины, раскаяние в содеянном, по которому он написал явку с повинной, активное способствование раскрытию преступления, наличие тяжелых хронических заболеваний, положительные характеристики, отсутствие судимостей и вредных последствий по делу.

В связи с чем ФИО4 суд назначает наказание с учётом требований ч.1 ст.62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Однако подсудимые совершили тяжкое умышленное преступление, а ФИО3 ещё и умышленное преступление средней тяжести, имеющие повышенную общественную опасность, и суд считает, что исправление осужденных должно быть связано только с изоляцией от общества и не может быть достигнуто никакими другими видами уголовного наказания.

Оснований для применения ч.6 ст.15, ст.ст. 64,73 УК Российской Федерации по данному делу суд не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок три года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО2 изменить на заключение под стражу в зале суда и этапировать в учреждение ГУФСИН для отбывания наказания.

Срок наказания ФИО2 исчислять с < дд.мм.гггг >.

На основании п. «б» ч. 3 ст. 72 УК Российской Федерации (в редакции ФЗ № 186 от 03.07.2018 г.) зачесть ФИО2 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей в ПФРСИ ФКУ-13 г. Нижнего Тагила из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима в период с < дд.мм.гггг > по < дд.мм.гггг >.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159; ч. 1 ст. 222 УК Российской Федерации, и назначить ему наказание по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ - в виде лишения свободы на срок два года девять месяцев; по ч. 1 ст. 222 УК РФ - в виде лишения свободы на срок один год шесть месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно ФИО3 назначить наказание в виде лишения свободы на срок три года три месяца с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО3 изменить на заключение под стражу.

Взять ФИО3 под стражу в зале суда и этапировать в учреждение ГУФСИН для отбывания наказания.

Срок наказания ФИО3 исчислять с < дд.мм.гггг >.

На основании п. «б» ч. 3 ст. 72 УК Российской Федерации (в редакции ФЗ № 186 от 03.07.2018 г.) зачесть ФИО3 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей в СИЗО № 1 г. Екатеринбурга из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима в период с < дд.мм.гггг > по < дд.мм.гггг >.

В соответствии с ч.3.4 ст. 72 УК РФ (в редакции ФЗ № 186 от 03.07.2018 г.) зачесть ФИО3 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под домашним арестом из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы за период с < дд.мм.гггг > по < дд.мм.гггг >.

Признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок два года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО4 изменить на заключение под стражу.

Взять ФИО4 под стражу в зале суда и этапировать в учреждение ГУФСИН для отбывания наказания.

Срок наказания ФИО4 исчислять с < дд.мм.гггг >.

На основании п. «б» ч. 3 ст. 72 УК Российской Федерации (в редакции ФЗ № 186 от 03.07.2018 г.) зачесть ФИО4 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей в СИЗО № 1 г. Екатеринбурга из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима в период с < дд.мм.гггг > по < дд.мм.гггг >.

В соответствии с ч.3.4 ст. 72 УК РФ (в редакции ФЗ № 186 от 03.07.2018 г.) зачесть ФИО4 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под домашним арестом из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы за период с < дд.мм.гггг > по < дд.мм.гггг >.

Вещественные доказательства: оптические компакт-диски «0433301061275», «< № >», «< № >», «< № >», «< № >», «< № >», «< № >», «< № >» - хранить при уголовном деле; копию страницы паспорта М.А.Ю., лист формата А 4 с рукописным текстом «Договор займа»; видеофайлы с камер видеонаблюдения гостиницы «Пале Рояль»; анкету на имя С.М.А.; два листа со сведениями о проживании С.М.А. в гостинице «Пале Рояль»; шесть листов со сведениями о проживании Х.А.Т. в гостинице «Пале Рояль»; 31 кассовый чек ООО «Вегас»; 18 кассовых чеков гостиницы «Пале Рояль» по номеру 606; 18 кассовых чеков гостиницы «Пале Рояль» по номеру 607, ежедневник в обложке белого цвета, 9 конвертов с надписями - хранить в камере хранения СО СУСК РФ по Свердловской области; 1980 муляжей государственных денежных знаков РФ номинальным достоинством 5000 (пять тысяч) рублей каждая, хранящиеся в камере хранения СО СУСК РФ по Свердловской области, - возвратить по принадлежности в отдел по ОВД УФСБ России по Свердловской области; 20 государственных денежных знаков РФ номинальным достоинством по 5000 (пять тысяч) рублей каждый на общую сумму 100 000 (сто тысяч) рублей, имеющие следующие номера: < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, < № >, хранящиеся в банковской ячейке < № > отделения №7003/0933 Уральского банка «ПАО Сбербанк» по адресу: <...>, - возвратить по принадлежности И.А.Л., < дд.мм.гггг > г.р., проживающего по адресу: < адрес >; сотовый телефон «Iphone 10» с сим-картой абонентский номер < № >, хранящийся в камере хранения СО СУСК РФ по Свердловской области, передать по принадлежности матери ФИО2 - Б.О.П., проживающей в < адрес >, тел < № >; сотовый телефон «Apple iPhone 7» с сим-картой абонентский номер < № >, хранящийся в камере хранения СО СУСК РФ по Свердловской области, - передать по принадлежности матери ФИО4 - Ш.Г.С., прож. г. < № >; сотовый телефон «Iphone SE» с сим-картой абонентский номер < № >, - хранящийся в камере хранения СО СУСК РФ по Свердловской области, - передать по принадлежности матери ФИО3 - Т.Е.Б., проживающей в < адрес >, тел. < № >; коробку белого цвета с 14 патронами и 5 гильзами калибра 5,45 мм, хранящиеся в камере хранения УМВД России по г. Екатеринбургу, - передать в отдел лицензионно-разрешительной работы по г. Екатеринбургу и г. Сысерти Управления Федеральной службы войск национальной гвардии РФ по Свердловской области (<...>).

Арест на имущество ФИО4 - автомобиль «БМВ Х6» государственный регистрационный номер <***> и автомобиль «Фольксваген Поло» государственный регистрационный номер < № >, наложенный постановлением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 01.08.2018 года, - отменить.

Приговор может быть обжалован в Свердловский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденными ФИО2, ФИО3, ФИО4 - в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать об осуществлении защиты их прав и интересов и оказании им юридической помощи в суде апелляционной инстанции защитниками, приглашенными ими самим или с их согласия другими лицами, либо защитником, участие которого подлежит обеспечению судом.

В подтверждение приведенных в жалобе доводов, осужденные вправе заявить ходатайство об исследовании судом апелляционной инстанции доказательств, которые были исследованы судом первой инстанции, о чем необходимо указать в жалобе и привести перечень свидетелей, экспертов и других лиц, подлежащих в этих целях вызову в судебное заседание. Если заявляется ходатайство об исследовании доказательств, которые не были исследованы судом первой инстанции (новых доказательств), то в апелляционной жалобе необходимо обосновать невозможность представления этих доказательств в суд первой инстанции.

Председательствующий: Павлов Ю.Н.