Апелляционное постановление № 22К-121/2020 от 19 ноября 2020 г. по делу № 3/12-68/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 22К-121/2020
19 ноября 2020 года
г. Санкт
– Петербург

1-ый Западный окружной военный суд в составе председательствующего судьи Козлова Ю.А.,

при секретаре Ильине Ф.И., с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Западного военного округа полковника юстиции Саенко Р.В., представителя заявителя Быкова В.Н. – адвоката Константинова С.С., следователя-криминалиста военного следственного отдела СК России по Санкт-Петербургскому гарнизону майора юстиции Чернышова С.В., в открытом судебном заседании рассмотрел апелляционную жалобу Быкова В.Н. на постановление Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 30 сентября 2020 года, которым жалоба адвоката Константинова С.С. в интересах Быкова В.Н., поданная в порядке ст. 125 УПК РФ, на постановление следователя ВСО СК России по Санкт-Петербургскому гарнизону от 10 декабря 2019 года об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО8 и ФИО9 оставлена без удовлетворения.

Заслушав выступления представителя заявителя Быкова В.Н. – адвоката Константинова С.С., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, следователя майора юстиции Чернышова С.В. и военного прокурора полковника юстиции Саенко Р.В., полагавших необходимым постановление Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 30 сентября 2020 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Представитель Быкова В.Н. – адвокат Константинов С.С. обратился в Санкт-Петербургский гарнизонный военный суд с жалобой в порядке статьи 125 УПК РФ на постановление следователя ВСО СК России по Санкт-Петербургскому гарнизону от 10 декабря 2019 года об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО8 и ФИО9

Постановлением судьи Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 30 сентября 2020 года данная жалоба Константинова С.С. была оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с данным постановлением, ФИО1 подал на него апелляционную жалобу, в которой просит отменить постановление Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 30 сентября 2020 года и вынести иное судебное решение, которым признать незаконным постановление следователя ВСО СК России по Санкт-Петербургскому гарнизону от 10 декабря 2019 года об отказе в возбуждении уголовного дела, а также признать незаконным действие (бездействие) следователя ВСО СК России по Санкт-Петербургскому гарнизону, которым, по мнению заявителя, без каких либо оснований на протяжении более 9 месяцев удерживались (не возвращались) остатки ноутбука, представленного ФИО1 для осмотра с участием специалиста. В апелляционной жалобе ФИО1 также просит обязать руководителя ВСО СК России по Санкт-Петербургскому гарнизону устранить допущенные нарушения.

Автор жалобы отмечает, что постановление является незаконным, необоснованным и немотивированным, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании, судом допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона и несправедливость судебного решения.

ФИО1 указывает, что гарнизонный военный суд в своем постановлении ограничился выборочным изложением доводов, указанных в жалобе представителя, без указания причин, по которым данные доводы были приведены. Кроме того, ФИО1 ссылается на неверную интерпретацию судом доводов, изложенных в жалобе своего представителя. Так, автор жалобы указывает, что если бы следователь истребовал и приобщил к материалам проверки документ, на основании которого ДД.ММ.ГГГГ года в служебном кабинете ФИО1 проводилось оперативно-розыскное мероприятие, то однозначно смог бы убедиться в достоверности доводов о том, что невозможно, проводя ОРМ в служебном кабинете, изымать предметы, хранящиеся в личной сумке, и, как следствие, обязан был бы дать оценку действиям сотрудников органов безопасности в войсках. Кроме того, отсутствует протокол исследования изъятого ноутбука, данные о наличии на жестком диске сведений ограниченного распространения, и не истребованы выписки из приказов о прохождении ФИО1 военной службы в институте, тогда как эти документы имеют значение для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Автор жалобы также отмечает, что имеется недостоверность объяснений ряда опрошенных следователем лиц и неполнота проверки и полагает, что вывод суда первой инстанции о том, что ФИО1 за возвратом своего имущества не обращался, не соответствует фактическим обстоятельствам. ФИО1 указывает, что на его телефонные звонки руководитель ВСО не отвечал, ответ на его обращение, которое было принято в канцелярии ВСО 10.09.2020 года, заявитель не получил, проигнорированы и иные доводы, подтверждающие и свидетельствующие о наличии оснований для отмены постановления следователя ВСО от 10 декабря 2019 года. Так, несмотря на то, что в заявлении о преступлении, а также в ходе судебного заседания, было сообщено, что ущерб причинен, в том числе, в результате действий органов безопасности в войсках, суд не привел ни одного вывода о законности или незаконности действий сотрудников ФСБ России, действия которых не оценены и следователем в ходе проверки. Ссылаясь на доводы адвоката Константинова С.С., ФИО1 отмечает, что они были проигнорированы в части того, что военнослужащие, проходящие военную службу в званиях рядовых, не могут запомнить и спустя более 2 лет сопоставить два номера на иностранном языке.

В качестве доводов, подтверждающих существенное нарушение уголовно-процессуального законодательства, ФИО1 ссылается на неправильное применение в постановлении гарнизонного военного суда от 30 сентября 2020 года термина защитник-адвокат, так как согласно ст. 49 УПК РФ защитником является лицо, осуществляющее защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу, в то время как сам ФИО1 по материалам дела не является ни подозреваемым, ни обвиняемым. Ссылаясь на положения ст. 48 Конституции РФ, ч.1.1 ст. 144 УПК РФ, а также положения ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», автор жалобы указывает, что он вправе пользоваться не услугами защитника, а услугами представителя, которым является адвокат.

Кроме того, судом, по мнению ФИО1, при рассмотрении жалобы на постановление следователя ВСО от 10 декабря 2019 года не выполнены требования ст. 125 УПК РФ. Так, автор апелляционной жалобы, приводя положения ч.3 ст. 125 УПК РФ, указывает, что обязанность уведомления заинтересованных лиц о рассмотрении жалобы возложена на сотрудников аппарата суда, а не на должностных лиц органов, действие (бездействие) и решение которых обжалуется в судебном порядке. Между тем, по мнению автора жалобы, суд первой инстанции передал свои обязанности и полномочия следователю ВСО, постановление и решение которого обжаловалось. Так, следователь представил копию заявления одного из заинтересованных лиц ФИО8, а от второго лица – ФИО9 вовсе не представил никаких документов, сообщив, что с ним нет никакой связи. Автор жалобы также выражает сомнение относительно того, может ли копия заявления ФИО8, возможно поступившая следователю по факсу, являться основанием для утверждения, что заинтересованные лица уведомлены сотрудниками аппарата суда.

В обоснование несправедливости решения гарнизонного суда заявитель указывает, что постановление гарнизонного военного суда от 30 сентября 2020 года не позволяет ему реализовать свои права и свободы, нарушенные в результате уничтожения надлежащего ФИО1 имущества, оговора о том, что якобы на жестком диске хранилась информация ограниченного распространения, совершения иных незаконных действий.

В возражениях на апелляционную жалобу следователь ФИО2 выражает несогласие с доводами, изложенными в апелляционной жалобе, и указывает, что ноутбук ФИО1 был изъят не из личных вещей последнего, а на столе непосредственно в самом помещении его служебного кабинета, что подтверждается опросом сотрудников ФСБ России и незаинтересованных лиц, а также протоколом оперативно-розыскного мероприятия – обследование помещения от ДД.ММ.ГГГГ, подписанный ФИО1, от которого по результатам ознакомления с протоколом каких-либо замечаний не поступило.

Ссылаясь на материалы проверки, следователь ФИО2 указывает, что ФИО1 был возвращен тот же ноутбук, который был у него изъят, что подтверждается опросами оперативных сотрудников ФСБ России и сотрудников Государственного Научно-исследовательского испытательного института военной медицины (далее-ГНИИИВМ) Минобороны.

Автор возражений также указывает, что в случае, если должностными лицами ФСБ России или ГНИИИВМ Минобороны были допущены повреждения принадлежащего ФИО1 ноутбука или его программного обеспечения, то причинение материального ущерба влечет за собой гражданско-правовые отношения, которые не являются основанием для отмены решения об отказе в возбуждения уголовного дела.

Следователь ФИО2 также отмечает, что, вопреки позиции заявителя, каких-либо обращений в адрес прокуратуры Санкт-Петербургского гарнизона, либо военного следственного отдела СК России по Санкт-Петербургскому гарнизону в период с декабря 2019 года по сентябрь 2020 года от ФИО1 не поступало, а 25 сентября 2020 года следователь ФИО2 по телефону связался с ФИО1, который отказался прибывать в ВСО по Санкт-Петербургскому гарнизону, мотивируя тем, что о возвращении ноутбука ему не поступило соответствующее уведомление, и при получении такового по почте он готов прибыть в ВСО и принять ноутбук.

В заключение возражений следователь ФИО2 указывает, что каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального законодательства при проведении доследственной проверки допущено не было, Санкт-Петербургским гарнизонным военным судом было принято решение исходя из совокупности информации, содержащейся в представленных в обоснование принятого процессуального решения документов проверки. В связи с вышеизложенным, автор возражений просит жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения.

В своих возражениях на апелляционную жалобу ФИО1 военный прокурор Санкт-Петербургского гарнизона ФИО3 также выражает несогласие с апелляционной жалобой заявителя, просит постановление Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда оставить без изменения. ФИО3 полагает, что доследственная проверка проведена следователем ФИО2 в полном объеме, а постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО8 и ФИО9 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, является обоснованным. Ссылаясь на показания опрошенных лиц, принимавших участие в проведении ОРМ, а также должностных лиц, хранивших изъятый ноутбук в ГНИИИ ВМ МО РФ, которые подтвердили, что на основании доверенности ноутбук, изъятый у ФИО1, ранее был передан его супруге под расписку, о чем свидетельствует, в том числе, и ее расписка.

Относительно довода заявителя об употреблении судом понятия защитник, военный прокурор считает его необоснованным, так как защитник осуществляет защиту законных прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывает им юридическую помощь по уголовным делам в порядке, установленным УПК РФ. По мнению прокурора, довод заявителя о том, что в суд ненадлежащим образом вызывались заинтересованные лица, также не влияет на законность принятого судом первой инстанции решения.

Рассмотрев представленные материалы, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на ее, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч.1 ст.125 УПК РФ в судебном порядке могут быть обжалованы постановления дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие) названных должностных лиц, а также прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.

Согласно требованиям уголовно-процессуального законодательства в ходе предварительной подготовки к судебному заседанию судья выясняет, подсудна ли жалоба данному суду, подана ли она надлежащим лицом, имеется ли предмет обжалования в соответствии со ст.125 УПК РФ, содержит ли жалоба необходимые для её рассмотрения сведения.

Как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2009 №1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» правом на обжалование решений и действий (бездействия) должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование, обладают иные лица в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их права и законные интересы. Ими могут быть, например, заявитель, которому отказано в возбуждении уголовного дела (часть 5 статьи 148 УПК РФ).

Как следует из вышеуказанного постановления, проверяя законность и обоснованность постановления об отказе в возбуждении уголовного дела (часть 1 статьи 148 УПК РФ), судья обязан выяснить, соблюдены ли нормы, регулирующие порядок рассмотрения сообщения о совершенном или готовящемся преступлении (статьи 20, 144, 145 и 151 УПК РФ), а также принято ли уполномоченным должностным лицом решение об отказе в возбуждении уголовного дела при наличии к тому законных оснований, и соблюдены ли при его вынесении требования статьи 148 УПК РФ.

При этом, суд в рамках судебного контроля не вправе подменять собой органы, осуществляющие уголовное преследование и вторгаться в процессуальную самостоятельность следователя как лица, на которое возложены обязанности по раскрытию преступлений, изобличению виновных, формулированию обвинения и его обоснованию, для того чтобы уголовное дело могло быть передано в суд, разрешающий его по существу, а также уполномоченного статьей 213 УПК Российской Федерации прекратить уголовное дело своим постановлением, которое, в свою очередь, подлежит отдельному судебному контролю.

Как усматривается из постановления гарнизонного военного суда, суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии нарушения следователем норм, регулирующих порядок рассмотрения сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, а также положений статьи 148 УПК РФ. Суд первой инстанции обоснованно указал, что обжалуемое постановление об отказе в возбуждении уголовного дела является мотивированным, принятым следователем в пределах своей компетенции, отсутствуют какие-либо процессуальные нарушения со стороны следователя при вынесении постановления, дающие основание признать его незаконным или необоснованным.

Как видно из материалов, в ходе доследственной проверки были выяснены необходимые обстоятельства для принятия процессуального решения относительно возбуждения уголовного дела в отношении ФИО8 и ФИО9, при этом, вопреки утверждению представителя заявителя ФИО1 – адвоката Константинова С.С., необходимости осмотра жесткого диска с изъятого у ФИО1 ноутбука, находящегося на хранении в ГНИИИ ВМ, в рамках проверки данного заявления не требовалось.

Утверждение ФИО1 о возвращении ему другого ноутбука было предметом доследственной проверки и было опровергнуто собранными и проанализированными следователем документами и объяснениями. При этом, вопреки мнению автора жалобы, суд не вправе при рассмотрении жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ давать самостоятельную оценку указанным документам и объяснениям в части доказанности или недоказанности указанных обстоятельств.

Заинтересованные лица, в отношении которых было отказано в возбуждении уголовного дела, о рассмотрении жалобы судом извещались, их участие обязательным судом не признавалось, судебное заседание обоснованно было проведено в их отсутствие, в связи с чем доводы жалобы по вопросу порядка их извещения не являются достаточным основанием для признания незаконным судебного решения.

Что касается доводов апелляционной жалобы о неправильном применении в постановлении гарнизонного военного суда от 30 сентября 2020 года термина защитник-адвокат в рамках рассмотрения жалобы в порядке ст.125 УПК РФ не в связи с уголовным делом в отношении ФИО1, то это обстоятельство не является существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства и не может служить основанием для отмены обжалуемого постановления.

Оснований полагать, что следователь в настоящее время неправомерно удерживает полученный в ходе проверки ноутбук также не имеется. Как следует из расписки супруги ФИО1 ФИО6 <данные изъяты> а также как указали опрошенные в ходе проверки лица, принимавшие участие в проведении ОРМ, и должностные лица, хранившие изъятый ноутбук в ГНИИИ ВМ МО РФ, изъятый у ФИО1 ноутбук был возвращен его супруге, действовавшей по доверенности, под расписку, в которой указано, что претензий к состоянию личных вещей она не имеет.

Как следует из письма от ДД.ММ.ГГГГ за № следователя ФИО4 ФИО1 предложено получить ноутбук в ВСО СПб, в связи с чем утверждение в жалобе о наличии препятствий у заявителя в получении ноутбука является необоснованным.

Таким образом, вопреки утверждениям автора жалобы, решение судьи гарнизонного военного суда является законным и обоснованным, выводы суда подтверждены ссылками на правовые нормы, а судебное постановление отвечает требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ.

Каких-либо нарушений, которые причинили ущерб конституционным правам и свободам либо затруднили доступ заявителя к правосудию, не установлено.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения постановления судьи и удовлетворения апелляционной жалобы, в том числе по изложенным в ней доводам, не имеется.

Руководствуясь ст. 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 30 сентября 2020 года по жалобе представителя ФИО1 – адвоката Константинова С.С. в порядке ст. 125 УПК РФ оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий судья Ю.А. Козлов

<данные изъяты>

<данные изъяты>