Решение № 12-84/2017 от 29 июня 2017 г. по делу № 12-84/2017

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении.

г. Губкин 30 июня 2017 года.

Судья Губкинского городского суда Белгородской области Ковалевский А.А.,

рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 2 г. Губкин Белгородской области по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст.12.26 ч.1 КоАП РФ от 15 мая 2017 года,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 г. Губкин от 15 мая 2017 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.26 ч.1 КоАП РФ. Ему по этой статье назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 11 месяцев.

В жалобе заявитель просит изменить вышеназванное постановление мирового судьи в виду его необоснованности.

Заявитель указывает, что его действия неправильно квалифицированы исходя из описания события сотрудником полиции С.

По мнению заявителя, при производстве по делу об административном правонарушении имело место нарушение процессуальных требований в части отсутствия понятых при принятии мер обеспечения производства по делу, отсутствовала аудио и видео записи события вне салона патрульного автомобиля, когда к нему применялась физическая сила и специальные средства – наручники.

В судебном заседании заявитель доводы жалобы поддержал, просил ее удовлетворить. Заявитель разъяснил доводы жалобы и указал, что неправильная квалификация правонарушения заключается, по его мнению, в том, что сотрудник полиции не мог самостоятельно определить наличие у него признаков опьянения, поскольку это мог сделать только врач и в условиях медицинского учреждения. В связи с чем у сотрудника полиции отсутствовали основания, предусмотренные законом, для направления его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Заявитель считает, что у сотрудников полиции не было оснований, предусмотренных законом, для применения к нему физической силы и специальных средств, в связи с чем они его спровоцировали на неправильное поведение при оформлении материалов дела.

Изучив материалы дела об административном правонарушении, проверив доводы жалобы, прихожу к следующему выводу.

В соответствии со ст. 12. 26 ч. 1 КоАП РФ административным правонарушением признается невыполнение водителем законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния.

В силу п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 года № 1090, водитель транспортного средства обязан проходить по требованию уполномоченного должностного лица освидетельствование на состояние опьянения.

Из обжалуемого постановления мирового судьи от 15 мая 2017 года усматривается, что 17 апреля 2017 года в 22 часа 15 минут в районе дома № 12 по ул. Раевского в г. Губкин Белгородской области, заявитель ФИО1, управлявший автомобилем «ВАЗ - 21120» государственный регистрационный знак * с признаками алкогольного опьянения: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, в нарушение п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В обоснование вывода о доказанности совершения заявителем инкриминированного правонарушения мировой судья сослался на доказательства, исследованные в судебном заседании: протокол об административном правонарушении; протокол об отстранении от управления транспортным средством; протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения; рапорт сотрудника полиции; видео запись процесса оформления материалов дела, показания сотрудников полиции И. и С. допрошенных в качестве свидетелей.

Показания ФИО1, который в судебном заседании отрицал, что на момент управления автомобилем в интересующий период времени, у него имелось состояние опьянения, а также отсутствовали видимые признаки такого состояния; утверждавшего о даче им согласия пройти освидетельствования на состояние опьянения в условиях медицинского стационара, мировой судья признал недостоверными, расценив их, как избранный способ защиты.

Вывод мирового судьи о доказанности совершения заявителем инкриминированного ему правонарушения являются правильным, поскольку основан на доказательствах, которые не опровергнуты при их проверке по доводам жалобы заявителя.

Как установлено ст. ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. При этом оно не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу иначе, как на основаниях и в порядке, установленных законом.

Согласно требованиям ст. ст. 26.1, 26.11 КоАП РФ по делу об административном правонарушении подлежат выяснению, в т. ч. событие административного правонарушения, а наличие такового и виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, устанавливается доказательствами, оценка которых производится на основании всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств дела в их совокупности.

Как следует из п. 2 постановления Правительства РФ от 26.06.2008 года № 475 «Об утверждении Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов и правил определения наркотических средств или психотропных веществ в организме человека при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством», медицинскому освидетельствованию на состояние опьянения подлежит водитель транспортного средства, в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что он находится в состоянии опьянения.

Из содержания протокола об отстранении от управления транспортным средством от 04 марта 2016 года следует, что такая мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении применена в отношении заявителя ФИО1 должностным лицом ГИБДД при наличии у него, при управлении автомобилем, признаков алкогольного опьянения в виде: запаха алкоголя изо рта, неустойчивости позы, нарушения речи, резкого изменения окраски кожных покровов лица, поведения не соответствующего обстановке (л. д. 3). Факт совершения указанного процессуального действия зафиксирован видеозаписью.

От прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте, с применением технического средства измерения, обеспечивающим запись результатов исследования на бумажном носителе, заявитель ФИО1 отказался, и это обстоятельство зафиксировано, как актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, так и данными видеозаписи события (л. д. 4).

Поскольку заявитель отказался от освидетельствования на состояние опьянения на месте с применением технического средства измерения, обеспечивающим запись результатов исследования на бумажном носителе, то ему было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения в медицинском учреждении, что согласуется с положением п. 10 «а» Правил.

Это обстоятельство подтверждено соответствующим протоколом, где 17 апреля 2017 года в 22 часа 28 минут так же зафиксирован отказ заявителя от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения и факт его отказа удостоверен видеозаписью события (л. д. 5).

Отказ заявителя от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения потребовал применения такой меры обеспечения производства по делу, как задержание транспортного средства, в соответствии со ст. 27.13 КоАП РФ (л. д. 6).

Согласно сведений, указанных в рапорте инспектора ДПС С., при несении службы по охране правопорядка и общественной безопасности 17 апреля 2017 года у водителя ФИО1, управлявшего автомобилем с нарушением п. 13.9 Правил дорожного движения РФ, имелись признаки алкогольного опьянения: запаха алкоголя изо рта, нарушения речи, что явилось основанием для возбуждения дела об административном правонарушении в отношении него. От прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения тот отказался и это обстоятельство зафиксировано видео записью события (л. д. 7).

При допросе в судебном заседании в качестве свидетелей сотрудники полиции И. и С. подтвердили эти обстоятельства выявления и фиксации административного правонарушения, совершенного заявителем.

Эти обстоятельства зафиксированы и видеозаписью, где 17 апреля 2017 года в 22 часа 28 минут заявитель отказался от прохождения, как освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, так и медицинского освидетельствования на состояние опьянения (л. д. 8).

Вопреки доводам жалобы при применении мер обеспечения производства по делу таких, как отстранение от управления транспортным средством, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, в соответствии со ст. 25.7 ч. 2 КоАП РФ обязательно присутствие понятых или применение видеозаписи. Факт совершения процессуальных действий при производстве по делу в отношении заявителя, их содержание и результаты удостоверены именно видео записью автомобильного регистратора патрульного автомобиля ДПС, о чем имеется отметка в процессуальных документах, а сама видео запись приобщена к материалам дела (л. д. 8).

Полиция в соответствии с поставленными перед ней задачами Федеральным законом от 7.02.2011 года № 3 - ФЗ «О полиции» (п.4 ст.12) обязана выявлять преступления и административные правонарушения, причины и условия, способствующие их совершению, принимать в пределах своих полномочий меры по их устранению. В силу указанной нормы закона, действия сотрудников полиции по выявлению и пресечению административного правонарушения, являются правомерными, они не свидетельствуют об их заинтересованности в исходе дела.

Оснований для недоверия информации сотрудников полиции С. и И., находившихся при исполнении служебных обязанностей, относительно сведений о событии правонарушения, изложенной в рапорте и при их допросе в суде первой инстанции, не имеется.

Применение мер обеспечения производства по делу и юридически значимые действия по оформлению материалов дела об административном правонарушении происходили в салоне патрульного автомобиля ГИБДД полиции, в связи с чем убежденность заявителя о необходимости аудио и видео записи события вне салона автомобиля, не основана на законе.

Что касаемо применения сотрудниками полиции физической силы и специальных средств – наручников при производстве по делу в отношении заявителя, то такие действия сотрудников полиции не противоречат ст. 18 Федерального закона «О полиции». В соответствии с этой нормой закона сотрудник полиции имеет право на применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия лично или в составе подразделения (группы) в случаях и порядке, предусмотренных законодательством различного уровня.

Из рапорта сотрудника полиции С., показаний данных ими в суде, следует, что физическая сила и специальные средства были применены в отношении заявителя, когда пресекалась его попытка скрыться с места совершения административного правонарушения.

Данные о том, что такие действия сотрудников полиции были совершены в нарушение правил пропорциональности применения физической силы, специальных средств, либо повлекли существенное нарушение прав и законных интересов заявителя, не позволили полно, объективно и всесторонне выяснить все юридически значимые обстоятельства правонарушения, как материалы дела, так и материалы жалобы, не содержат.

Заявитель ФИО1 не выполнил законное требование инспектора ДПС ГИБДД С., т. е. должностного лица, уполномоченного на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, при отсутствии в его действиях состава уголовно наказуемого деяния.

При таких обстоятельствах в действиях заявителя усматривается оконченный состав административного правонарушения, предусмотренный ст. 12.26 ч. 1 КоАП РФ.

Причина, по которой заявитель ФИО1 отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, не влияет на юридическую оценку его действий при наличии подтвержденных и достоверных доказательств: наличия достаточных оснований полагать, что, при управлении транспортным средством, он находится в состоянии опьянения; его отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения по требованию должностного лица, уполномоченного на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения.

Собранные по делу об административном правонарушении доказательства в совокупности получили оценку мирового судьи в соответствии с требованиями ст. 26. 11 КоАП РФ.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы мировым судьей по ст. 12. 26 ч. 1 КоАП РФ, и наказание ему назначено в пределах санкции этой статьи.

Оснований считать назначенное наказание чрезмерно суровым не имеется. Выводы мирового судьи в этой части обоснованы общественной опасностью совершенного правонарушения.

Иная, чем у мирового судьи, оценка доказательств и толкование закона сами по себе не указывают на то, что вывод мирового судьи о виновности заявителя в совершении инкриминированного заявителю правонарушения является ошибочным.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 30.7 ч.1 п.1 КоАП РФ, судья

Р Е Ш И Л :

Постановление мирового судьи судебного участка № 2 г. Губкин Белгородской области по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст.12.26 ч.1 КоАП РФ, от 15 мая 2017 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу со дня его вынесения.

Судья Ковалевский А.А.