Приговор № 1-412/2020 от 15 октября 2020 г. по делу № 1-412/2020

Дело № 1-412/2020


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

16 октября 2020 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда

в составе председательствующего судьи Жуковской Е.П.,

при секретаре Истоминой Н.В.,

с участием государственного обвинителя Пономаревой К.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника-адвоката Гутника В.В.,

представившего ордер № 12234,

потерпевшего ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина <данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, имеющего <данные изъяты>, ранее не судимого,

в отношении которого избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, копию обвинительного заключения получившего 30 июня 2020 года, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 163 ч. 2 п. «г» УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, имея умысел на вымогательство денежных средств у ФИО2, действуя умышленно, из корыстных побуждений, в период времени с 20 часов 58 минут 24 октября 2019 года до 16 часов 00 минут 22 ноября 2019 года, находясь в неустановленном следствием месте, используя находящийся в его пользовании мобильный телефон с абонентским номером № сотового оператора «<данные изъяты>», вступил в диалог со ФИО2 использовавшим абонентский номер № сотового оператора «<данные изъяты>», в ходе которого под угрозой применения насилия, высказывал угрозы распространения сведений, которые могут причинить существенный вред законным интересам потерпевшего ФИО2 путем отправки мгновенных сообщений посредством мессенджеров «Viber» и «Instagram» с незаконными требованиями о передачи ему денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей, при этом пересылая фотографии с изображениями завуалированных угроз применения насилия, а также изображения банковской карты, принадлежащей ФИО1, побуждающие к незаконной передаче денежных средств. Угрозы применения насилия и распространения сведений, которые могут причинить существенный вред законным интересам потерпевшего, высказанные ФИО1, ФИО2 воспринял реально, опасаясь, что ФИО1 сможет осуществить высказанные угрозы, причинить вред жизни и здоровью, а также распространить среди вкладчиков <данные изъяты>», где он является управляющим, заведомо ложные сведения о банкротстве данного кооператива и невозврате вкладчикам денежных средств, которые могли бы причинить существенный вред законным интересам потерпевшего.

Желая довести свой преступный умысел, направленный на незаконное требование передачи денежных средств в крупном размере под угрозой применения насилия и угрозой распространения сведений, которые могут причинить существенный вред законным интересам потерпевшего, до конца, ФИО1 22 ноября 2019 года около 16 часов 31 минуты прибыл на парковку <данные изъяты> расположенную по адресу: <адрес>, где вновь высказал ФИО2 требование о немедленной передачи ему денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей, что является крупным размером, потребовав пройти совместно с ним к ближайшему банкомату. После этого ФИО1 был задержан сотрудниками полиции.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении вышеуказанного преступления признал, в содеянном раскаялся, по существу предъявленного обвинения дать показания не пожелал.

Помимо признания вины подсудимым, его виновность в совершении инкриминируемого преступления подтверждается доказательствами, исследованными в ходе судебного заседания.

Так, согласно показаниям потерпевшего ФИО2 допрошенного в ходе судебного заседания, он знаком со ФИО1 с 2018 года, последний работал юристом в <данные изъяты> а он на тот момент являлся личным охранником руководителя данного кооператива ФИО3 Ему известно, что ФИО1 перед своим увольнением выдвигал ФИО3 требование о передаче денежных средств, угрожая в противном случае распространить среди вкладчиков кооператива информацию о финансовой несостоятельности <данные изъяты> и ФИО3 с целью предотвращения возможного банкротства кооператива, был вынужден передать ФИО1 вымогаемую сумму денежных средств. Затем руководитель уехал жить в Испанию, а его назначил управляющим <данные изъяты> К этому времени ФИО1 уже уволился из данной организации. В октябре-ноябре 2019 года ФИО1 прислал ему на мобильный телефон смс-сообщение, после этого они встретились и подсудимый выдвинул требование о передаче ему денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей, в противном случае угрожал распространить среди вкладчиков сведения о банкротстве кооператива, также ФИО1 в разговоре угрожал «подключить» неких людей, которые смогут помочь ему получить желаемое. Ему на мобильный телефон регулярно приходили сообщения от ФИО1 на «Viber» и «Instagram», содержащие устрашающие видео и изображения, сопровождавшиеся требованиями о передаче денежных средств, взамен на обещание не распространять среди вкладчиков порочащих сведений о <данные изъяты> также у них состоялось несколько встреч на предмет обсуждения указанной темы. В ходе первой встречи, состоявшейся на <адрес>, ФИО1, помимо угроз распространения негативной информации о финансовом положении кооператива, также запугивал его тем, что знает образ его жизни и может сделать так, что он (ФИО2 окажется в местах лишения свободы. В ходе второй встречи, состоявшейся у <данные изъяты> ФИО1 запугивал его некими людьми «бойцами», которых он «подключит» в том случае, если требуемая сумма денег ему не будет немеделенно передана. Он (ФИО2 высказанные подсудимым угрозы воспринял реально, поскольку у ФИО1 имелся доступ к информационной базе <данные изъяты> и распространение среди вкладчиков информации о банкротстве кооператива могло существенным образом навредить деловой репутации организации, поскольку, в случае массового обращения вкладчиков за возвратом денежных средств, повлекло бы за собой банкротство. Также он реально воспринимал и высказанные ФИО1 угрозы относительно своей безопасности и свободы, подкрепленные соответствующими видео- и фотоизображениями, в присланных подсудимым смс-сообщениях. В настоящий момент все разногласия со ФИО1 улажены, претензий к подсудимому он не имеет.

Оснований полагать, что потерпевший ФИО2 оговаривает подсудимого, не имеется. Его показания являются последовательными, согласуются между собой и подтверждены совокупностью других доказательств.

В частности, согласно показаниям свидетеля ФИО4, допрошенного в ходе судебного заседания, он знаком со ФИО1 с 2018 года, они вместе работали в <данные изъяты>», где последний занимал должность юриста, а он - IT-специалиста. Помимо этого он являлся пайщиком <данные изъяты> В конце 2018 года ФИО1 уволился из организации. После этого, спустя значительный промежуток времени, ему неожиданно позвонил ФИО1 и посоветовал срочно забрать свои денежные средства, вложенные в <данные изъяты> поскольку кооператив в ближайшее время обанкротится, пояснив, что «находится в системе», и ему известно, что к кооперативу проявляют интерес правоохранительные органы, которые вскоре придут с обыском, советовал уволиться из организации. После этого, учитывая, что подсудимый в разговоре сообщил ему, что «находится в системе», что подразумевало наличие у ФИО1 доступа к информационной базе данных <данные изъяты> он доложил о состоявшейся беседе руководству.

Помимо показаний потерпевшего и свидетеля, вина ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления подтверждается протоколом осмотра места происшествия от 13 декабря 2019 года, из содержания которого усматривается, что в ходе данного следственного мероприятия, проведенного с участием ФИО2 был осмотрен участок местности, расположенный у <адрес>, где, со слов потерпевшего, он находился 24 октября 2019 года в 20 часов 58 минут, когда на его мобильный телефон поступил звонок от ФИО1, который в ходе состоявшегося разговора, под угрозой распространения компрометирующей информации, требовал передать ему денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей (т. 1 л.д. 31-36).

В ходе судебного заседания были исследованы материалы оперативно-розыскной деятельности: рапорт оперуполномоченного 6-го отдела УУР УМВД России по Калининградской области от 20 ноября 2019 года о необходимости проведения оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» с использованием технических средств негласной аудио – и видео-фиксации в отношении неустановленного мужчины по имени <данные изъяты>, вымогающего у ФИО2 денежные средства в крупном размере (т. 1 л.д. 73), соответствующее постановления о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» от 20 ноября 2019 года с привлечением в качестве участвующего лица ФИО2 (т. 1 л.д. 74-75), итоговый рапорт оперуполномоченного 6-го отдела УУР УМВД России по Калининградской области от 16 декабря 2019 года, содержащий краткое описание встречи у <данные изъяты> ФИО2 и неустановленного мужчины по имени <данные изъяты> в ходе которой последний, под угрозой распространения сведений, порочащих репутацию организации и физической расправы со стороны неких лиц, ожидающих его команды, вымогает у ФИО2. денежные средства (т. 1 л.д. 77-78), постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей от 16 декабря 2019 года (т. 1 л.д. 71-72), постановление о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд от 16 декабря 2019 года – всех вышеперечисленных документов, а также оптического диска с результатами оперативно-технических мероприятий, проведенных 22 ноября 2019 года инв. УУР УМВД России по Калининградской области № от 04 декабря 2019 года - ОРМ «Наблюдение» (т. 1 л.д. 69-70).

Вышеуказанный оптический диск с видеозаписью ОРМ «Наблюдение (инв. УУР УМВД России по Калининградской области № от 04 декабря 2019 года, рег. №с) впоследствии был осмотрен (т. 1 л.д. 95-110), а затем признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства (т. 1 л.д. 11-112), которое также было осмотрено в ходе судебного заседания, при этом подсудимый ФИО1 и потерпевший ФИО2 подтвердили, что данной видеозаписью зафиксирована их встреча у <данные изъяты> Из содержания данной видеозаписи (файл 152498) усматривается, что подсудимый в ходе диалога со ФИО2 выдвигает требования о передачи ему денежных средств, взамен обещая не давать показания, которые могут навредить репутации его организации. При этом подсудимый поясняет потерпевшему, что ему необходимо сообщить результат данной беседы своим «борцам-воинам», из числа бывших «контрактников», которые «сидят наготове», ожидая его команды, и которых он «сдерживает», пока не будет «край», в противном случае с их стороны к потерпевшему будет применено физическое насилие. Также ФИО1 спрашивает у ФИО2 идут ли они сейчас до банкомата, и на вопрос потерпевшего для чего требуется передача денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей, поясняет, что у него есть однокурсники, которые работают в ФСБ и готовят мероприятия в отношении организации, для реализации которых им требуются его (ФИО1) показания, которые он готов не давать за определенную денежную сумму. В конце разговора ФИО2 соглашается передать подсудимому требуемую денежную сумму («откупиться»), если никто не причинит вред его здоровью и здоровью членам его семьи, оставит в покое организацию, и в дальнейшем не будет вымогать денежные средства, на что ФИО1 соглашается.

Согласно выводам, содержащимся в заключении эксперта № от 04 мая 2020 года, в разговоре, зафиксированном в звуковом файле «152498», записанном на оптическом диске рег. №с имеются голос и речь ФИО1 (т. 1 л.д. 151-166).

Согласно выводам, содержащимся в заключении эксперта № от 05 мая 2020 года, в тексте разговора, зафиксированного в звуковом файле «152498», записанном оптический диск рег. №с, идет речь о денежных средствах. Коммуникант М2 получил от коммуниканта М1 ранее денежные средства в сумме «<данные изъяты>», «почти <данные изъяты>». Коммуникант М1 пытается выяснить причину, по которой он должен передать коммуниканту М2 денежные средства в сумме «<данные изъяты>». Третье лицо, номинированное анафорическим местоимением «он» при отсутствии антецедента, «собирает» денежные средства. Третье лицо, номинированное как «компьютерщик», получило от коммуниканта М2 денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей за предоставление ему клиентских баз. Коммуникант М2 звонил и предлагал третьим лицам помощь в возврате денежных средств. Коммуникант М1 побуждает коммуниканта М2 в случае получения им денежных средств не «вымогать» больше денежных средств. Коммуникант М2 говорит о том, что для него нежелательно получение наличных денежных средств, он хочет получить деньги путем перевода через терминал. В тексте имеются признаки побуждения в ситуации, связанной с передачей денежных средств. Коммуникант М2 побуждает коммуниканта М1 проследовать к банкомату «ВТБ», чтобы осуществить цифровой денежный перевод, предназначенный коммуниканту М2. Коммуникант М2 направляет побуждение коммуниканту М1, является субъектом побуждения; коммуникант М1 – лицо, на которое направлены действия субъекта побуждения (коммуниканта М2); обладает равной с ним свободой действий. Денежные средства предназначены коммуниканту М2. В случае их получения Коммуникант М2 обязуется не давать показания представителям органов власти, не вмешиваться в дела фирмы коммуниканта М1, предупредить третьих лиц, чтобы они не угрожали безопасности коммуниканта М1 и его семьи, не требовать больше денежные средства от коммуниканта М1, а также оказывать помощь в «определенных вещах», связанных с деятельностью организации (т. 1 л.д. 177-188).

В ходе судебного заседания также были исследованы скриншоты смс-сообщений, которые ФИО1 направлял на абонентский номер, находившийся в пользовании ФИО2. Содержание данных смс-сообщений сводится к тому, что подсудимый требует у потерпевшего денежные средства, которые тот должен перевести ему на банковские карты, фотоизображения которых многократно пересылаются последнему. Вся переписка по требуемым деньгам сопровождается недвусмысленными фото-изображениями угрожающего характера («Только когда комар садится на твои ****, понимаешь, что всегда есть путь решить проблему без применения силы», изображения разделочной доски с ножом, отрубленной свиной головы и т.д.) и комментариями аналогичного характера («Иначе я приеду с масками по адресам», «на сухую без вазелина», «ты что думаешь, бессмертный?» и т.д.). Факт направления данных сообщений потерпевшему ФИО1 не оспаривался в ходе судебного заседания.

Оценив каждое из вышеизложенных доказательств с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности, суд находит вину подсудимого ФИО1 в вымогательстве имущества ФИО2 в крупном размере под угрозой применения насилия и угрозой распространения сведений, которые могут причинить существенный вред законным интересам потерпевшего, доказанной.

Из анализа вышеприведенных доказательств усматривается, что ФИО1, преследуя корыстную цель по завладению, путем вымогательства, денежными средствами потерпевшего в крупном размере, угрожал последнему физической расправой, а также распространением среди вкладчиков <данные изъяты> где тот являлся управляющим, заведомо ложные сведения о банкротстве данного кооператива и невозврате вкладчикам денежных средств, что могло бы причинить существенный вред законным интересам потерпевшего, поскольку привело бы к подрыву деловой репутации и банкротству данной организации. Данные угрозы ФИО2 воспринял реально, опасаясь, что ФИО1 сможет их осуществить, поскольку тот имел доступ к информационной базе <данные изъяты>», включая персональные данные вкладчиков, ранее уже связывался с некоторыми из них, включая свидетеля ФИО4 и сообщал негативную информацию относительно финансовой несостоятельности <данные изъяты> кроме того у подсудимого имелись знакомства среди лиц, способных применить к нему и его близким людям физическое насилие в случае неисполнения заявленных требований. Реальность восприятия данных угроз потерпевший подтвердил в ходе судебного заседания, это же следует и из содержания видеозаписи его разговора со ФИО1, в ходе которой ФИО2 со ссылкой на ранее присланные ему подсудимым смс-сообщения с угрозами, опасается за свою личную безопасность, неоднократно уточняя у подсудимого на каких условиях тот намерен отозвать своих «бойцов», готовых учинить над ним физическую расправу, а также прекратить свои противоправные действия по распространению негативной информации относительно финансового положение кооператива и вымогательству денежных средств.

При этом сам по себе факт последующего банкротства <данные изъяты>», как о том пояснил в ходе судебного заседания потерпевший, не свидетельствует о правомерности действий подсудимого, поскольку в силу закона не имеет значения, соответствуют ли действительности сведения, под угрозой распространения которых совершается вымогательство.

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия ФИО1 по ст. 163 ч. 2 п. «г» УК РФ – вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества в крупном размере, под угрозой применения насилия, а равно под угрозой распространения иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего.

При назначении ФИО1 наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Подсудимый на учетах в психо- и неврологическом диспансерах не состоит.

Признание вины, раскаяние в содеянном – данные обстоятельства суд признает смягчающими наказание ФИО1

Обстоятельства, отягчающие наказание подсудимого, отсутствуют.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, что могло бы свидетельствовать о необходимости применения в отношении ФИО1 положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

При разрешении вопроса о порядке отбывания подсудимым наказания в виде лишения свободы, являющегося безальтернативным наказанием, предусмотренным санкцией ст. 163 ч. 2 УК РФ, суд, принимая во внимание наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, отношение подсудимого к содеянному, мнение потерпевшего ФИО2 просившего о снисхождении к подсудимому, полагает, что исправление подсудимого возможно без реального отбывания им лишения свободы, и назначает наказание условно с применением положений ст. 73 УК РФ, и находит возможным не применять к нему дополнительные виды наказаний, предусмотренные санкцией ст. 163 ч. 2 УК РФ, в виде штрафа и ограничения свободы. Назначение такого наказания, по мнению суда, будет являться соразмерной мерой правового воздействия характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, данным о личности и в должной мере отвечать целям уголовного наказания.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296-304, 307-310 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 163 ч. 2 п. «г» УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 02 года.

На основании статьи 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 02 года.

В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ обязать ФИО1 не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного, являться на регистрацию в данный орган один раз в месяц.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства: DVD-диск с видеозаписью ОРМ «Наблюдение» и оптический диск, содержащий аудио протокол дополнительного допроса ФИО1 – хранить в материалах уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционную инстанцию в судебную коллегию по уголовным делам Калининградского областного суда через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья Е.П. Жуковская