Апелляционное определение № 33-3623/2026 от 27 апреля 2026 г.

В О Р О Н Е Ж С К И Й О Б Л А С Т Н О Й С У Д

УИД 36RS0007-01-2026-000042-26

Дело № 33-3623/2026

Дело в суде первой инстанции № 2-84/2026

Строка № 2.084


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

28 апреля 2026 года г. Воронеж

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего Сорокина Д.А.,

судей Анисимовой Л.В., Бондаренко О.В.,

при секретаре Еремишине А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Воронежского областного суда по докладу судьи Бондаренко О.В.

гражданское дело № 2-84/2026 по исковому заявлению Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Воронежской области к ФИО1 о взыскании незаконно полученной суммы пенсии,

по апелляционной жалобе Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Воронежской области

на решение Аннинского районного суда Воронежской области от 12 февраля 2026 года

(судья Пысенков Д.Н.),

У С Т А Н О В И Л А:

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Воронежской области (далее по тексту ОСФР по Воронежской области) обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании незаконно полученной пенсии в размере 72 606,65 рублей.

Требования мотивированы тем, что с 1 октября 2021 года ФИО1 назначена социальная пенсия по случаю потери кормильца в соответствии с пунктом 1 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации.

23 сентября 2021 года с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца ответчик обращалась лично. К данному заявлению представила справку от 13 августа 2021 года №, выданную ГБПОУ ВО «Аннинский аграрно-промышленный техникум» (далее по тексту ГБПОУ ВО «ААПТ»), подтверждающую обучение, сроком 3 года 10 месяцев, с ДД.ММ.ГГГГ по 30 июня 2024 года, Приказ о зачислении от 04 февраля 2021 года №.

При подаче заявления от 23 сентября 2021 года ФИО1 была уведомлена о необходимости своевременно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, обо всех обстоятельствах, влекущих изменение размера социальных выплат или прекращение их выплаты (п. 4 заявлений).

Также ФИО1 была уведомлена, что определяющим условием подтверждения права на получение пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты является фактическое обучение (очная форма) в учебном заведении. Возможность получения материальной поддержки государства ограничена не только возрастом получателя пенсии 23 года, но и продолжительностью обучения в конкретном образовательном учреждении.

Зная об указанных обстоятельствах, ФИО1 скрыла от истца факт отчисления 24 ноября 2023 года (приказ №) из ГБПОУ ВО «ААПТ» и продолжала получать пенсию.

Данные действия ответчика повлекли перерасход денежных средств за период с 01 декабря 2023 по 30 апреля 2024 года в виде необоснованно выплаченной пенсии по случаю потери кормильца в сумме <данные изъяты> рублей.

Письмом от 02 июля 2024 года, ответчику предложено в добровольном порядке внести незаконно полученную сумму пенсии, однако до настоящего времени вышеуказанная сумма не погашена.

Решением Аннинского районного суда Воронежской области от 12 февраля 2026 года в удовлетворении исковых требований ОСФР по Воронежской области отказано (л.д. 41, 42-46).

Не согласившись с постановленным решением суда, ОСФР по Воронежской области подана апелляционная жалоба, в которой ставится вопрос об отмене решения суда как незаконного и необоснованного ввиду несоответствия выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела, неправильного применения норм права, принятии нового решения об удовлетворении исковых требований (л.д. 53-55).

В судебное заседание стороны не явились, о слушании дела извещены надлежащим образом, в связи с чем, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 23 сентября 2021 года ФИО1 обратилась на личном приеме с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца (л.д. 10-14).

К данному заявлению ответчиком приложена справка от 13 августа 2021 года №, согласно которой, ФИО1 является обучающейся в ГБПОУ ВО «ААПТ», со сроком обучения 3 года 10 месяцев, с 04 февраля 2021 по 30 июня 2024 года; Приказ о зачислении от 04 февраля 2021 года № (л.д. 16).

На момент обращения с заявлением ФИО1 обучалась в ГБПОУ ВО «ААПТ» на 1 курсе.

При подаче заявления 23 сентября 2021 года ФИО1 была уведомлена о необходимости своевременно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, обо всех обстоятельствах, влекущих изменение размера социальных выплат или прекращение их выплаты (п. 4 заявлений); уведомлена, что определяющим условием подтверждения права на получение пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты является фактическое обучение (очная форма) в учебном заведении. Возможность получения материальной поддержки государства ограничена не только возрастом получателя пенсии 23 года, но и продолжительностью обучения в конкретном образовательном учреждении.

Обращаясь в суд с требованиями, истец указывает, что действия ответчика повлекли перерасход денежных средств за период с 01 декабря 2023 по 30 апреля 2024 года в виде необоснованно выплаченной пенсии по случаю потери кормильца в сумме <данные изъяты> рублей (л.д. 21).

Письмом от 02 июля 2024 года, направленным истцом в адрес ответчика было предложено в добровольном порядке внести незаконно полученную сумму пенсии, оставленное без удовлетворения (л.д. 22).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, установив фактические обстоятельства, исследовав доводы сторон и представленные доказательства, пришел к выводу о том, что само по себе неисполнение ФИО1 обязанности по извещению пенсионного органа о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты социальной пенсии по случаю потери кормильца в отсутствие иных доказательств, не свидетельствует о ее недобросовестности в получении социальной поддержки от государства, поскольку материалы дела не содержат доказательств разъяснения ответчику, что отчисление из учебного заведения является основанием для прекращения выплаты пенсии.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда, основанными на правильном применении и толковании норм материального права.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан на социальные пенсии установлены Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. №166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении», согласно статье 13 которого установлено, что при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Пенсия по случаю потери кормильца является одним из видов пенсий по государственному пенсионному обеспечению (подпункт 4 пункта 1 статьи 5).

Согласно подпункту 3 пункта 1, пункта 3 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. №166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» право на социальную пенсию по случаю потери кормильца имеют дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, дети умершей одинокой матери.

В силу пункта 5 статьи 24 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. №166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» в случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате пенсии, производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление пенсии в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии в связи с отсутствием права на нее производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка.

Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. №166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» не предусмотрена ответственность за достоверность сведений, необходимых для установления и выплаты социальной пенсии, федеральной социальной доплаты, такая норма содержится в статье 28 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии. В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 Федерального закона «О страховых пенсиях», повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии, виновные лица возмещают пенсионному органу причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (части 1 и 2 статьи 28 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

По смыслу положений подпункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки. При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.

Судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств Пенсионного фонда Российской Федерации, обусловленным выплатой пенсии по случаю потери кормильца, назначенной на основе решения уполномоченной организации, признанного впоследствии недействительным ввиду допущенных при выплате пенсии процедурных нарушений, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена пенсия.

С учетом подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации приказ об отчислении из учебного учреждения, на основании которого принято решение о прекращении выплаты пенсии по случаю потери кормильца, само по себе не может служить основанием для взыскания с такого гражданина излишне выплаченных пенсионным органом денежных средств без установления факта недобросовестности (противоправности) в действиях гражданина, которому назначены пенсия по инвалидности и ежемесячная денежная выплата.

Таким образом, по данному делу юридически значимым с учетом исковых требований являлось установление недобросовестности в действиях ФИО1 при получении указанной социальной пенсии по потере кормильца за названный период.

Поскольку добросовестность гражданина при разрешении требований пенсионного органа о взыскании пенсии по случаю потери кормильца презюмируется, бремя доказывания недобросовестности ФИО1 при получении пенсии по случаю потери кормильца возлагается на пенсионный орган, требующий возврата названных выплат.

Как верно отметил суд первой инстанции обязательство, имеющееся в заявлении ФИО1, содержит лишь формальное указание на обязанность сообщить пенсионному органу об обстоятельствах, влияющих на изменение размера пенсии, а также об иных обстоятельствах, влекущих прекращение ее выплаты без конкретизации того, что таким обстоятельством является отчисление из учебного заведения.

При этом, доказательств, подтверждающих совершение каких-либо неправомерных действий, направленных на введение истца в заблуждение с целью получения излишне выплаченных денежных средств со стороны ответчика, истцом не представлено.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении требований ОСФР по Воронежской области к ФИО1 о взыскании незаконно полученных выплат социального характера.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ОСФР по Воронежской области относительно наличия в силу статей 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации недобросовестного поведения в действиях ответчика, положениями пенсионного законодательства (статья 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях») привлечение к юридической ответственности в виде возмещения Пенсионному фонду Российской Федерации причиненного ущерба обусловлено наличием вины субъекта правонарушения; с гражданина, которому назначена пенсия по случаю потери кормильца, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности (противоправности) в действиях такого гражданина, в то время как добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.

Суд первой инстанции надлежащим образом оценил в совокупности и взаимосвязи все имеющиеся по делу доказательства, проверил доводы сторон, дал им оценку, выводы суда содержат и фактическое, и законодательное обоснование, поэтому полагать, что судом нарушены требования статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации либо неверно распределено бремя доказывания, оснований не имеется.

Доводы жалобы повторяют позицию истца, изложенную в суде первой инстанции, и направлены на переоценку установленных фактических обстоятельств, несогласие заявителя жалобы с произведенной судом оценкой доказательств и с выводами суда об установленных по делу обстоятельствах, само по себе основанием для отмены в апелляционном порядке судебного акта, принятого по делу не является.

Обстоятельства, имеющие значение для дела, судом установлены верно, нормы материального права применены судом правильно и приведены в решении суда. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, не допущено.

С учетом изложенного, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 327.1, 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л :

решение Аннинского районного суда Воронежской области от 12 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Воронежской области без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи коллегии:

Мотивированное апелляционное определение составлено 12 мая 2026 г.