Решение № 2-14/2019 2-14/2019(2-711/2018;)~М-715/2018 2-711/2018 М-715/2018 от 17 января 2019 г. по делу № 2-14/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 января 2019 года г. Венев Тульской области

Веневский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего Корпачевой Е.С.,

при секретаре Затуливетер И.Н.,

с участием истца ФИО8, его представителя по ордеру адвоката Алехина А.Д., ответчика ФИО9, ее представителя по ордеру адвоката Лукашина А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело <данные изъяты> по исковому заявлению ФИО8 к ФИО9, ФИО10, нотариусу Веневского нотариального округа ФИО11 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, обязании возвратить денежные средства, полученные по договору купли-продажи, признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону,

установил:

ФИО8 обратился в суд с иском к ФИО9, ФИО10, нотариусу Веневского нотариального округа ФИО11 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, обязании возвратить денежные средства, полученные по договору купли-продажи, признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону.

Свои требования истец мотивировал тем, что на протяжении 7 лет проживал совместно с ФИО1 одной семьей, вел общее хозяйство. Примерно с 2011 года снимали квартиру для совместного проживания в <данные изъяты>. Осенью 2016 года ими было принято решение о приобретении собственного жилья, однако необходимых денежных средств не было, в связи с чем решили обратиться в банк за получением кредита. ФИО1 было отказано в выдаче кредита, а ему кредит был одобрен.

<***> между ним и <данные изъяты> заключен кредитный договор на предоставление денежных средств в размере 999 445 рублей сроком на 60 месяцев.

После поисков подходящего варианта квартиры, они остановились на квартире, расположенной по адресу: <данные изъяты>

Продавец данной квартиры сообщила, что желает получить денежные средства наличными, в связи с чем в декабре 2016 года денежные средства им были сняты со счета в банке, и положены в квартире, где они проживали с ФИО1 до заключения сделки купли-продажи. Он и ФИО1 договорились приобрести жилое помещение в долевую собственность по ? доле в праве за каждым.

Вместе с тем, он (ФИО8) на тот период работал в <данные изъяты> и не знал, будет ли у него возможность присутствовать при совершении сделки, в связи с чем оформил в <данные изъяты> доверенность на имя ФИО1. на совершение сделки купли-продажи квартиры по приобретению в его собственность ? доли, которую по приезду домой передал ФИО1

12.01.2017 между продавцом квартиры ФИО10 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты>

В начале 2017 года они переехали в указанную квартиру. При регистрации по месту жительства в данном жилом помещении ему стало известно, что квартира приобретена ФИО1 в ее личную собственность, в связи с чем между ними возникла ссора. Он сообщил ФИО1, что намерен обратиться в полицию, но она заявила, что в ближайшее время подарит ему ? долю в праве на квартиру. После чего, они продолжили проживать совместно в приобретенной квартире, делали ремонт, собирались зарегистрировать брак. В течение весны, лета 2017 года он неоднократно спрашивал у ФИО1, когда она совершит сделку дарения ему ? доли в праве на квартиру, она отвечала, что подарит ему ? долю в праве на квартиру после заключения брака. Осенью 2017 года они поссорились, ФИО1 выгнала его из дома. Он неоднократно звонил ей по поводу разрешения вопроса с квартирой, на что она продолжала обещать подарить ему половину квартиры. Он верил ей, надеялся, что их отношения наладятся, они будут жить вместе.

16.02.2018 ФИО1 умерла. Он не обращался при ее жизни за защитой своих нарушенных прав в правоохранительные органы, суд, поскольку доверял ей, полагал, что она все-таки выполнит свое обещание, подарит ему ? долю в праве на квартиру.

Таким образом, считает, что сделка купли-продажи квартиры от 12.01.2017, заключенная между ФИО10 и ФИО1., совершена под влиянием обмана, поскольку ФИО1 нарушена их договоренность о приобретении квартиры на его денежные средства в долевую собственность, для чего им была оформлена, переданная ФИО1., доверенность.

Полагает, что спорное жилое помещение должно быть возвращено продавцу ФИО10, а денежные средства, уплаченные по договору купли-продажи в размере 850 000 рублей ему, поскольку данные денежные средства являлись его собственностью.

Кроме того, поскольку сделка по приобретению спорной квартиры является недействительной, данная квартира не могла входить в состав наследственной массы после смерти ФИО1 в связи с чем свидетельство о праве на наследство по закону, на основании которого ФИО9 зарегистрировала за собой право собственности на квартиру также является недействительным.

С учетом изложенного просил суд:

-признать недействительным договор купли-продажи квартиры, общей площадью 47,9 кв.м, расположенной по адресу: <данные изъяты>, от 12.01.2017, заключенный между ФИО10 и ФИО1, возвратив данный объект недвижимости в собственность ФИО10, которую обязать передать ФИО8 денежные средства в сумме 850 000 рублей, полученные ею по договору купли-продажи от 12.01.2017;

-признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону от 14.09.2018 на указанную квартиру, выданное нотариусом Веневского нотариального округа Тульской области ФИО11

В судебном заседании истец ФИО8 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить.

Дополнительно указал, что более 7 лет проживал совместно с ФИО1 одной семьей. Однако брак между ними зарегистрирован не был. В 2016 году у них возникло намерение приобрести собственное жилье, поскольку с момента их совместного проживания они вынуждены были снимать квартиру. С целью приобретения квартиры в собственность, в декабре 2016 года он оформил кредитный договор в <данные изъяты>, поскольку собственных денежных средств для покупки жилья у них не было, а ФИО1 было отказано в предоставлении кредита. По кредитному договору ему были предоставлены денежные средства в размере 999 445 рублей сроком на 60 месяцев. Спорную квартиру они выбирали вместе с ФИО1, собирались в ней проживать совместно.

28.12.2016 он со своего счета в банке снял наличными денежные средства в размере 910 000 рублей, которые были предоставлены ему по кредитному договору от <***>. Данные денежные средства хранились у них с ФИО1 дома и были предназначены для приобретения квартиры, поскольку с продавцом квартиры ФИО10 была договоренность об оплате стоимости квартиры наличными.

В 2016 году он работал в <данные изъяты> и не имел возможности присутствовать при заключении сделки купли-продажи, в связи с чем оформил на имя ФИО1 доверенность на приобретение квартиры в долях по ? доле в праве за каждым.

Представитель истца ФИО8 по ордеру адвокат Алехин А.Д. в судебном заседании исковые требования своего доверителя поддержал в полном объеме, по изложенным в исковом заявлении по основаниям.

Дополнительно указал, что одно из оснований заявленного иска является то, что сделка купли-продажи квартиры, расположенной по адресу:<данные изъяты>, была совершена со стороны ФИО1 обманным путем.

На протяжении 7 лет его доверитель и ФИО1 проживали одной семьей, как муж и жена, у них были доверительные отношения. ФИО8 оформил кредитный договор, по которому ему были предоставлены денежные средства. Данные денежные средства были направлены на приобретение спорной квартиры. По договоренности с ФИО1 ФИО8 оформил на ее имя доверенность, дающую право приобрести квартиру в равных долях по ? доле на него и на нее. Однако этого сделано не было, квартира была приобретена только в собственность ФИО1 Вместе с тем, после оформления сделки купли-продажи спорного объекта недвижимости она (ФИО1.) поясняла его доверителю, что квартира куплена на двоих. В действительности это было не так, о том, что его обманули, ФИО8 узнал только, когда оформлял регистрацию по месту жительства в данной квартире. ФИО1 продолжала убеждать, что они зарегистрируют брак, после чего она подарит ему ? долю в квартире. В этом то и заключался весь обман, злоупотребление доверием на протяжении длительного времени, в связи с чем оспариваемая ими сделка является недействительной на основании ст. 179 ГК РФ, как сделка, совершенная под влиянием обмана, который выразился в том, что квартира приобретена ФИО1 в личную собственность на кредитные денежные средства, принадлежащие ФИО8, вопреки их договоренности о приобретении квартиры в долевую собственность по ? доле каждому.

Также данная сделка недействительна на основании ст. 182 ГК РФ, поскольку совершена в нарушение условий доверенности, выданной ФИО8 на ФИО1 в которой последней было поручено приобрести спорную квартиру в долевую собственность, в том числе ФИО8, в размере ? доли.

Ответчик ФИО9 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований ФИО8

В обоснование возражений пояснила, что ФИО1 приходится ей дочерью. 16.02.2018 она погибла. При жизни дочь работала на <данные изъяты> и получала ежемесячно 30 0000 – 35 000 рублей. Не за долго до приобретения спорной квартиры, феврале 2016 года, она (ФИО1 оформляла кредитный договор, у нее также были накопления, в связи с чем считает, что дочь приобрела указанную квартиру на собственные средства. Считает, что ФИО8 к данной квартире не имеет никакого отношения, денежные средства, полученные им по кредитному договору, могли быть потрачены на иные цели. Доказательств, подтверждающих, что данные денежные средства пошли на приобретение спорной квартиры, а также о договоренности ее дочери и ФИО8 о приобретении квартиры в долях, не представлено. Ей ничего не было известно о том, что ФИО8 передал ее дочери денежные средства на приобретение квартиры, либо об их договоренности о приобретении данной квартиры в долевую собственность.

Представитель ответчика ФИО9 по ордеру Лукашин А.Ю. в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований ФИО8, считал их незаконными и необоснованными, поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих, изложенные в исковом заявлении обстоятельства.

Кроме того, считал не состоятельным довод представителя истца ФИО8 по ордеру адвоката Алехина А.Д. о том, что оспариваемые сделки являются недействительными на основании ст. 179 ГК РФ, как сделки, совершенные под влиянием обмана, поскольку основан на неверном толковании норм материального права.

Ответчик ФИО10 в судебное заседание не явилась, о месте и времени его проведения извещена надлежащим образом, в представленном суду письменном заявлении просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Ранее в судебном заседании пояснила, что возражает против удовлетворения исковых требований ФИО8, поскольку она является добросовестным продавцом квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты>. Данная квартира принадлежала ей на праве собственности. После смерти супруга, в 2016 году, решила продать данную квартиру, в связи с чем развесила в <данные изъяты> объявление о продаже.

Осенью 2016 года, точный месяц не помнит, к ней с целью посмотреть квартиру пришли парень, которого звали <данные изъяты> и девушка - <данные изъяты>. В последующем она узнала, что девушка это ФИО1, парень – ФИО8 После осмотра они ушли, своего решения не озвучивали. Они еще раз приходили смотреть квартиру. Всего с ФИО1 о купли-продажи квартиры она разговаривала раза три, а с ФИО8 два раза. Все вопросы по сделке решала ФИО1

Примерно перед новым годом, ей позвонила ФИО1 и сказала, что ФИО8, взял кредит, в связи с чем они договорились, что после Новогодних праздников поедут оформлять сделку купли-продажи квартиры, что и сделали 12.01.2017. В МФЦ, расположенном в <данные изъяты>, они передали на регистрацию договор купли-продажи квартиры, ФИО1 передала ей денежные средства по сделке в размере 850 000 рублей.

Ответчик нотариус Веневского нотариального округа ФИО11 в судебное заседание не явилась, о месте и времени его проведения извещена надлежащим образом, в представленном суду письменном заявлении просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Ранее в судебном заседании пояснила, что оставляет разрешение исковых требований ФИО8 на усмотрение суда.

Вместе с тем, пояснила, что наследственное дело к имуществу ФИО1 умершей <данные изъяты> было заведено <данные изъяты> на основании претензии <данные изъяты> о том, что у ФИО1. имеются кредитные обязательства по двум кредитным договорам от 24.02.2016 на сумму 277 951 рубль 57 копеек и 212 811 рублей 86 копеек, а не по явке стороны. В адрес банка был направлен ответ о том, что с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО1 никто не обращался.

31.05.2018 к ней с заявлением о принятии наследства и выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на спорную квартиру обратилась мама умершей – ФИО9, являющаяся наследником по закону первой очереди, которая представила оригинал договора купли-продажи данной квартиры. В этот же день она (ФИО9) была ознакомлена с претензией банка, ей было разъяснено, что принятие части наследства означает принятие всего наследства, в том числе обязательств и долгов наследодателя.

Никаких других заявлений от третьих лиц в адрес нотариуса не поступало, ограничений и обременений прав на квартиру никем не заявлялось, в связи с чем у нее не было оснований для приостановления или отказа в выдаче свидетельства о праве на наследство её наследнику.

Кроме того, правовая экспертиза сделки договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты>, от 12.01.2017 проводилась органами Росреестра, осуществляющими регистрацию права собственности ФИО9

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав доводы истца ФИО8, его представителя по ордеру адвоката Алехина А.Д., возражения ответчика ФИО9, ее представителя по ордеру адвоката Лукашина А.Ю., допросив свидетелей: ФИО7., ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа вп. 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п. 2 ст. 1 и ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

На основании п. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (ст. 422 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно п. 1 ст. 549 ГК РФ, по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130).

Добросовестность приобретения имущества в силу ст. ст. 1 и 10 ГК РФ презюмируется.

Согласно п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ).

В соответствии с п. 3 ст. 182 ГК РФ представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце первом настоящего пункта, и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 12.01.2017 между ФИО10 и ФИО1 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты> по которому ФИО1 приобрела в личную собственность указанную квартиру, передав ФИО12 850 000 рублей в счет ее стоимости, оговоренной в договоре купли-продажи.

23.01.2017 произведена государственная регистрация права собственности ФИО1 на указанный объект недвижимости.

02.02.2017 ФИО1. зарегистрирована по месту жительства в указанной квартире как собственник жилого помещения, ФИО8 - в качестве сожителя собственника жилого помещения.

16.02.2018 ФИО1 Е.А. умерла.

Из наследственного дела к имуществу ФИО1 <данные изъяты>, представленного нотариусом Веневского нотариального округа ФИО11, следует, что наследником первой очереди к имуществу умершей является ее мать – ФИО9, обратившаяся 16.08.2018 к нотариусу с заявлением о принятии наследства, иных наследников не имеется.

04.09.2018 ФИО9 выданы свидетельства о праве на наследство по закону, в том числе, на спорную квартиру.

На основании свидетельства о праве на наследство по закону 07.09.2018 ФИО9 зарегистрировала свое право собственности на квартиру, расположенной по адресу: <данные изъяты>, о чем в ЕГРН внесена запись №.

Установленные по делу обстоятельства нашли свое подтверждение как письменными доказательствами по делу, так и пояснениями участвующих в деле лиц.

В качестве доказательств, обосновывающих заявленные исковые требования, истцом ФИО8 представлен кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 999 445 рублей, из которого следует, что между ним и <данные изъяты>» заключен договор потребительского кредита, сроком на 60 месяцев, полной стоимостью 16,9% годовых.

28.12.2016 Б.А.ББ. снял денежные средства в сумме 910 000 рублей. До настоящего времени кредит истцом не погашен.

Кроме того, по ходатайству истца и его представителя допрошены свидетели ФИО7, ФИО2, ФИО3, ФИО4 ФИО5 которые показали в судебном заседании, что истец и ФИО1 с 2011 года проживали одной семьей. В 2016 году ими было принято решение о приобретении квартиры для совместного проживания. В связи с чем в конце 2016 года ФИО8 на свое имя был получен кредит в сумме около 1 000 000 рублей.

В начале 2017 года на данные денежные средства ФИО1 на свое имя приобрела квартиру,расположенную по адресу: по адресу: <данные изъяты>

Свидетель ФИО6 в судебном заседании показал, что работал менеджером по выдаче кредита и ипотек в <данные изъяты> С ФИО8 ранее знаком не был, запомнил его как клиента, обращающегося в Сбербанк за получением кредита. В беседах с ним выяснилось, что ФИО8 желает получить денежные средства на приобретение квартиры, в связи с чем ему было разъяснено об условиях ипотечного кредитования и потребительского, но клиенту деньги были нужны срочно и он решил оформить потребительский кредит, поскольку процедура оформления потребительского кредиты намного быстрее. При подаче заявки на оформление кредита с ФИО8 была девушка, но кем она ему приходилась не известно. При нем молодые люди не обсуждали, какую квартиру они намеревались приобрести, на чье имя, на каких условиях.

Оценив собранные по делу доказательства, суд не может принять в качестве допустимых доказательств показания вышеуказанных свидетелей о намерении истца ФИО8 и ФИО1 заключить оспариваемую сделку в долевом соотношении по ? доле в праве за каждым на спорную квартиру, поскольку в силу положений ст. 162 ГК РФ, ст. 60 ГПК РФ показания свидетелей о заключении сделки свыше 1 000 рублей являются недопустимыми.

Письменных доказательств заключения соглашения между ФИО8 и ФИО1 об условиях заключения спорного договора купли-продажи, а равно доверенность, которой истец поручал ФИО1 приобрести ? долю спорной квартиры на его имя, суду не представлены.

Суд также не может признать допустимым доказательством по делу кредитный договор <***>, представленный ФИО8, поскольку использование денежных средств, полученных истцом по кредитному договору, на приобретение квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты>, правового значения для разрешения заявленных требований не имеет, поскольку не свидетельствует о наличии обмана при заключении оспариваемой сделки со стороны ФИО1

При таких обстоятельствах, разрешая требования истца о признании сделки купли-продажи квартиры от 12.01.2017 недействительной на основании ст. 179, 182 ГК РФ, вследствие заключения ее под влиянием обмана, а также в нарушение условий доверенности и, приходя к выводу об отказе в их удовлетворении, суд исходит из отсутствия правовых оснований для этого, поскольку истцом и его представителем не приведено каких-либо убедительных и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что сделка купли-продажи квартиры совершена путем обмана и в нарушение условий выданной ФИО8 доверенности.

Доказательств обратного, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, истцом и его представителем представлено не было.

Руководствуясь ст. ст.ст.194-199 ГПК РФ,

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО8 к ФИО9, ФИО10, нотариусу Веневского нотариального округа ФИО11 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, обязании возвратить денежные средства, полученные по договору купли-продажи, признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Венёвский районный суд Тульской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Е.С. Корпачева