Приговор № 1-22/2017 от 15 мая 2017 г. по делу № 1-22/2017

Дело №1-22/17г.


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

16 мая 2017 года с. Новоселицкое

Новоселицкий районный суд Ставропольского края в составе председательствующего судьи Смыкалова Д.А.,

при секретаре Сергеевой Ю.И.

с участием:

государственного обвинителя - помощника прокурора Новоселицкого района Ставропольского края - Казаровой Л.С.,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката Ревякина Юрия Александровича, предоставившего удостоверение №733, ордер №17С 017626 от 20.01.2017 года,

а также потерпевшего ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке в помещении Новоселицкого районного суда материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>,гражданина РФ, имеющего высшее образование, вдовца, имеющего на иждивении одного малолетнего ребенка, работающего <данные изъяты>, в настоящее время находящегося в отпуске по уходу за ребенком, военнообязанного, проживающего по адресу: <адрес>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Судом установлено, что ФИО1 совершено преступление по неосторожности при следующих обстоятельствах:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 08 часов 50 минут до 09 часов 05 минут, являясь участником дорожного движения, управляя автомобилем ВАЗ 21104 грз. <данные изъяты>, в котором находились в качестве пассажиров О.Е.С., Л.И.С. и малолетняя Л.А.В., двигаясь по автодороге Новоселицкое-Саблинское примыкание к автодороге Ставрополь-Александровское-Минеральные Воды по правой полосе движения в направлении от с. Новоселицкого к с. Долиновка Новоселицкого района Ставропольского края со скоростью примерно 90-100 км/ч с нарушением ПДД РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090, в редакции Постановления Правительства РФ от 04.10.2013 №881 (далее - Правила), а именно п.1.5 абз.1 (Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда), п.10.1 абз.1 Правил (Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил), зная о том, что впереди по ходу движения находится перекресток главной дороги и второстепенной дороги, который регулируется предупреждающим знаком 2.3.1 «Пересечение со второстепенной дорогой» и горизонтальной разметкой 1.1, обнаружив снижающий скорость автопоезд КАМАЗ 65117-62 грз. <данные изъяты> с прицепом СЗАП 83053 <данные изъяты> под управлением Л.С.А., движущегося в попутном направлении, проигнорировал включенный водителем автопоезда КАМАЗ сигнал левого поворота, после чего в нарушение п.11.2 абз.2 (Водителю запрещается совершать обгон, если транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево), п. 1.3 Правил (Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами (приложение 2 к Правилам: п. «Горизонтальная разметка: 1.1» - разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен; обозначает границы стояночных мест транспортных средств;) выехал для совершения маневра обгона на полосу, предназначенную для встречного движения и приступил к обгону. Обнаружив препятствие для движения в виде начавшего совершение маневра левого поворота автопоезда КАМАЗ, ФИО1 принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства путем торможения, и предпринял маневр перестроения на правую полосу по ходу своего движения, но в результате несоблюдения п. 9.10 Правил (Водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения), не обеспечил контроль за управляемым им транспортным средством и на 7 км. + 250 м. указанной автодороги по неосторожности допустил сближение и последующее столкновение с двигавшимся впереди него и в попутном с ним направлении автопоездом КАМАЗ.

В результате произошедшего по вине ФИО1 дорожно-транспортного происшествия, пассажирам автомобиля ВАЗ 21104 причинены телесные повреждения, повлекшие смерть двух лиц:

- согласно заключению эксперта №18 от 30.03.2016, смерть О.Е.С. наступила в результате открытой проникающей черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся множественными переломами костей свода и основания черепа, тяжелым ушибом и размозжением вещества головного мозга, что явилось основной и непосредственной причиной смерти. Открытая проникающая черепно-мозговая травма, сопровождавшаяся множественными переломами костей свода и основания черепа, тяжелым ушибом и размозжением вещества головного мозга причинила тяжкий вред здоровью О.Е.С., по квалифицирующему признаку опасности для жизни человека с созданием непосредственной угрозы для жизни, и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти. Комплекс повреждений, выявленных при исследовании трупа О.Е.С., образовался одномоментно либо в быстрой последовательности друг за другом, в результате действия тупых твердых предметов и при соударениях с таковыми, и возник у пассажира переднего сиденья легкового автомобиля в результате столкновения с тяжелым грузовым автомобилем, при этом основное травматическое воздействие пришлось на верхнюю треть головы, о чем свидетельствует наличие горизонтально ориентированной раны в лобной области и многофрагментарного перелома костей свода и основания черепа с уплощением головы в передне-заднем направлении;

- согласно заключению эксперта №19 от 31.03.2016, смерть Л.И.С. наступила в результате открытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся множественными переломами костей свода, основания черепа и лицевых костей, тяжелым ушибом и размозжением вещества головного мозга, что явилось основной и непосредственной причиной смерти. Открытая проникающая черепно- мозговая травма, сопровождавшаяся множественными переломами костей свода и основания черепа, лицевых костей, тяжелым ушибом и размозжением вещества головного мозга причинила тяжкий вред здоровью гр. Л.И.С. по квалифицирующему признаку опасности для жизни человека с созданием непосредственной угрозы для жизни, и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти. Комплекс повреждений, выявленных при исследовании трупа Л.И.С. образовался одномоментно либо в быстрой последовательности друг за другом, в результате действия тупых твердых предметов и при соударениях с таковыми, и возник у пассажира заднего сиденья, легкового автомобиля в результате столкновения с тяжелым грузовым автомобилем, при этом основное травматическое воздействие пришлось на верхнюю треть головы, о чем свидетельствует наличие раны лобной области и многофрагментарного перелома костей свода, основания черепа и лицевых костей, с уплощением головы в передне-заднем направлении.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст. 264 УКРФ признал полностью, в содеянном раскаялся, попросил прощения у потерпевшего и показал, что ДД.ММ.ГГГГ он на своем автомобиле ВАЗ 2110 вместе женой Л.И.С. их дочерью Л.А.В. и сестрой жены О.Е.С., ехали в г. Минеральные Воды, на автодороге Новоселицкое - Саблинское, при попытке обогнать едущий впереди него автопоезд Камаз, он не справился с управлением автомобиля и допустил столкновение с прицепом. Он двигался со скоростью примерно 90-100 км/ч. Увидев впереди Камаз, он решил его объехать и снизил скорость, до какой - не помнит. Он посчитал, что безопасно объедет автопоезд и поедет дальше. В то время, когда он начал объезжать автопоезд Камаз, когда до задней части прицепа автопоезда было расстояние около 30-40 метров, автопоезд начал маневр поворота налево. В это время его автомобиль располагался частично на его полосе движения, частично на встречной полосе движения. Сигнал поворота на его автомобиле был включен. Он применил экстренное торможение. В тот момент автопоезд остановился. Применяя экстренное торможение, он стал перестраиваться на свою полосу движения, после чего произошло столкновение. Он признает иск потерпевшего в полном объеме в части возмещения материального вреда и расходов на адвоката, но моральный вред в таком объеме он выплатить не может и просит его снизить.

Вина подсудимого ФИО1 в совершении данного преступления подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами:

Показаниями потерпевшего ФИО2 о том, что об обстоятельствах ДТП может пояснить, что ДД.ММ.ГГГГ его зять ФИО1 на своем автомобиле ВАЗ 2110 вместе Л.И.С. и О.Е.С. являющимися его дочерьми, и его внучкой Л.А.В. уехали в г. Минеральные Воды. Скоро ему стало известно, что недалеко от Новоселицкого произошло ДТП с их участием и его дочери в больнице. Уже в лечебном учреждении ему стало известно, что они погибли. Гражданский иск он поддерживает в полном объеме.

Показаниями свидетеля Л.С.А. допрошенного в судебном заседании, который показал, чтоработает в <данные изъяты><адрес> водителем на автомобиле КАМАЗ. Его стаж вождения грузовых автомобилей около восьми лет. ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 08-50 часов он на автопоезде КАМАЗ со скоростью примерно 60-70 км/ч двигался в сторону с. Долиновка. После с.Новоселицкого он должен был свернуть на второстепенную дорогу, видимость была неограниченная, было светлое время суток, осадков не было, асфальт был чистый и сухой. Перед поворотом, он посмотрел в зеркало заднего вида, увидел, что в попутном с ним направлении, сзади него по его полосе движения едет легковой автомобиль, который догоняет его, между ними было примерно 300 метров. Он стал снижать скорость автопоезда, т.к. должен был входить в поворот примерно на скорости 5-6 км/ч. Он включил сигнал поворота влево заранее, примерно за 70 м. Он включил сигнал поворота заранее, чтобы предупредить водителя о намерении совершить поворот влево. Перед поворотом он вновь посмотрел в зеркало заднего вида и убедился, что его никто не обгоняет, после чего начал маневр поворота. Когда он совершал поворот, посмотрел в зеркало заднего вида и увидел, что едущий за ним автомобиль внезапно выехал на обгон, но затем вернулся на свою полосу, после чего почувствовал толчок и услышал звук удара. Он вышел из кабины, пошел к прицепу, где увидел, что автомобиль ВАЗ 2110 столкнулся в прицепом. Женщина на переднем сиденье была зажата частями кузова, он помог откинуть сиденье, чтобы освободить пассажира. Возле легкового автомобиля с водительской стороны сидел ФИО1 и оказывал помощь другой женщине. Он спросил у ФИО1 кто был за рулем, тот ответил ему, что автомобилем управлял он.

Показаниями свидетеля Ф.В.В. допрошенного в судебном заседании, который показал, что, о том, что работает в должности механика автотранспортного цеха <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ около 07 часов 30 минут он на территории <данные изъяты> в <адрес> осуществлял выпуск на маршруты автотранспорта, в т.ч. проверил техническое состояние автопоезда под управлением Л.С.А., транспортное средство было в исправном состоянии, работали все осветительные приборы, в том числе и сигналы поворота на Камазе и прицепе.

Показаниями свидетеля Т.С.В. допрошенного в судебном заседании, который показал, чтоо том, что он работает <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ он находился в экипаже ДПС, после 09 часов 00 минут, поступило указание выехать на место ДТП на 7 км. автодороги Новоселицкое - Саблинское для организации дорожного движения и охраны места происшествия. На месте ДТП он увидел, что произошло столкновение двух попутных транспортных средств, там стоял автопоезд Камаз, с которым столкнулся автомобиль ВАЗ 2110. На месте происшествия ФИО1 ему пояснил, что за рулем автомобиля находился он.

Из разговора с водителем автопоезда Камаз ему стало известно, что автопоезд двигался в направлении из с. Новоселицкого в с. Долиновка, водитель автопоезда включил сигнал поворота налево и стал снижать скорость, т.к. ему надо было поворачивать на второстепенную дорогу и когда тот начал поворот, то увидел, что на встречной полосе находится автомобиль ВАЗ 2110, который, как понял водитель автопоезда, решил обогнать автопоезд. Водитель автопоезда принял меры для остановки автопоезда, после чего произошло столкновение с задней частью прицепа автопоезда, транспортные средства после столкновения оставались в том же положении, в каком он увидел их на месте ДТП.

Показаниями эксперта С.А.А., который пояснил суду, что он работает <данные изъяты>, стаж работы 20 лет. Им по данному делу проведено 4 экспертизы все они проводились в разное время, на разной стадии следствия. Автотехническая экспертиза это ситуационная экспертиза и эксперт использует данные, которые заложены в постановлении о назначении автотехнической экспертизы, только на основании этих данных и делаются выводы. Сам эксперт из материалов дела собирать данные не может и принимать их не может, потому что это все правовая оценка.

По поводу первой экспертизы, в ней исходные данные были сформированы так, что в момент начала маневра Л.С.А. водитель ФИО1 находился на встречной полосе в 30-40 метров, то есть он исходил именно из этого. ФИО1 в этот момент вообще не должен был совершать обгон, с учётом сплошной линии до перекрестка. Также были двоякие показания самого ФИО1, то ли он выехал на встречную полосу избегая столкновения задней части прицепа поскольку не вовремя заметил, что он медленно двигается или стоит на месте, то ли специально, с целью обгона. Относительно второй экспертизы, исходные данные постановления были дополнены новыми обстоятельствами. В-третьей экспертизе, где было указано время происшествия с момента начала маневра до столкновения, было указано расстояние, на котором Лежепеков выехал на встречную полосу до начала сплошной, то есть с учетом этих исходных данных, было также следственным экспериментом определено 5,4 секунды время маневра. Так как известно время маневра, то получается, что в момент начала маневра ФИО1 был еще на своей полосе, он еще не выехал на встречную полосу, поэтому водитель КАМАЗа на встречной его не видел и мог свободно совершить маневр.

В последней комиссионной экспертизе эти данные были уточнены, установлена в ходе дополнительного осмотра места происшествия длина траектории автопоезда КАМАЗ при совершении маневра 9 метров, то есть, как сам КАМАЗ выехал на встречную полосу, до того, как в прицеп ударился ФИО1. Среднее время совершения поворота КАМАЗа 5,73 доли секунды установлено в ходе следственного эксперимента с участием свидетеля Л.С.А.. Исходя из этих данных, которые уточнили ситуацию, расчетным путем можно отвести транспортное средство ФИО1 назад, зная место его выезда на встречную полосу и утверждать, что он до начала маневра Камаза находился на правой полосе и поэтому у Л.С.А. не соответствия ПДД не усматривается.

Протоколом осмотра места происшествия от 19.03.2016, согласно которому осмотрено место совершения преступления - 7 км. + 250 м. автодороги Новоселицкое - Саблинское примыкание к автодороге Ставрополь-Александровское-Минеральные Воды», в ходе которого зафиксированы следы торможения на проезжей части дороги, осыпь стекол и осколки фар, осыпь грязи, потеки жидкости, а также зафиксировано положение автомобиля ВАЗ 21104 государственный регистрационный знак <данные изъяты>, автопоезда КАМАЗ 65117-62 государственный регистрационный знак <данные изъяты> с прицепом СЗАП 83053 государственный регистрационный знак <данные изъяты> и зафиксированы повреждения, имеющиеся на данных автомобилях. (т.1 л.д.4-18)

Протоколом следственного экспериментас участием свидетеля Л.С.А. от 24.01.2017, согласно которому установлено среднее время преодоления автопоездом Камаз расстояния от места окончания линии разметки в пределах перекрестка до места, где автопоезд Камаз остановился в 0,75 м. от края проезжей части встречной полосы движения, где он был зафиксирован в ходе осмотра места происшествия от 19.03.2016. Данное время составило 5,73 сек. (т.1 л.д.219-220)

Протоколом проверки показанийна месте свидетеля Л.С.А.от 24.01.2017, согласно которому установлено расстояние, где находился автомобиль ВАЗ 21104 грз <данные изъяты> в момент наезда передним левым колесом автопоезда Камаз на осевую линию разметки при начале маневра поворота налево, которое составило 69 м. (т.1 л.д.221-224)

Протоколом осмотра предметов от 24.01.2017, согласно которому осмотрены водительское удостоверение <данные изъяты> выданное на имя Л.С.А., свидетельство о регистрации транспортного средства <данные изъяты>, свидетельство о регистрации транспортного средства <данные изъяты>, страховой полис <данные изъяты>, группированный световой прибор (задняя левая фара) с прицепа СЗАП 830532 грз <данные изъяты> (т.1 л.д.225)

Протоколом осмотра предметов от 13.02.2017, согласно которому осмотрены водительское удостоверение <данные изъяты> выданное на имя ФИО1, свидетельство о регистрации транспортного средства <данные изъяты>, страховой полис <данные изъяты>, автомобиль ВАЗ 21104 грз <данные изъяты>, автомобильные провода с прицепа СЗАП 830532 грз <данные изъяты>. (т.2 л.д.1)

Заключением судебно-медицинской экспертизы №18 от 30.03.2016, согласно которому смерть О.Е.С. наступила в результате открытой проникающей черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся множественными переломами костей свода и основания черепа, тяжелым ушибом и размозжением вещества головного мозга, что явилось основной и непосредственной причиной смерти. Открытая проникающая черепно- мозговая травма, сопровождавшаяся множественными переломами костей свода и основания черепа, тяжелым ушибом и размозжением вещества головного мозга причинила тяжкий вред здоровью О.Е.С., по квалифицирующему признаку опасности для жизни человека с созданием непосредственной угрозы для жизни, и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти. (Пункт 6.1.2 Медицинских критериев определения степени тяжести причиненного вреда здоровью). При исследовании трупа О.Е.С. обнаружены следующие повреждения: - открытая проникающая черепно-мозговая травма: многофрагментарный перелом костей свода и основания черепа, субарахноидальные кровоизлияния в теменных и височных долях, кровоизлияние в желудочки мозга, обширная рана лобной области; - множественные ссадины и рана лица, кровоподтеки лица; - перелом средней трети обеих костей правого предплечья; - ссадины левого коленного сустава. Комплекс повреждений, выявленных при исследовании трупа О.Е.С., образовался одномоментно либо в быстрой последовательности друг за другом, в результате действия тупых твердых предметов и при соударениях с таковыми, и возник у пассажира переднего сиденья легкового автомобиля в результате столкновения с тяжелым грузовым автомобилем, при этом основное травматическое воздействие пришлось на верхнюю треть головы, о чем свидетельствует наличие горизонтально ориентированной раны в лобной области и многофрагментарного перелома костей свода и основания черепа с уплощением головы в передне-заднем направлении. Согласно данным представленной медицинской карты смерть О.Е.С. наступила <данные изъяты> что не противоречит данным судебно-медицинского исследования. (т.1 л.д.111-113)

Заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому смерть Л.И.С. наступила в результате открытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся множественными переломами костей свода, основания черепа и лицевых костей, тяжелым ушибом и размозжением вещества головного мозга, что явилось основной и непосредственной причиной смерти. Открытая проникающая черепно-мозговая травма, сопровождавшаяся множественными переломами костей свода и основания черепа, лицевых костей, тяжелым ушибом и размозжением вещества головного мозга причинила тяжкий вред здоровью О.Е.С., по квалифицирующему признаку опасности для жизни человека с созданием непосредственной угрозы для жизни, и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти. (Пункт 6.1.2 Медицинских критериев определения степени тяжести причиненного вреда здоровью). При исследовании трупа О.Е.С. обнаружены следующие повреждения: - открытая проникающая черепно-мозговая травма: многофрагментарный перелом костей свода и основания черепа, лицевых костей, рана лобной области; - перелом средней трети правого плеча; - ссадины левой верхней конечности. Комплекс повреждений, выявленных при исследовании трупа О.Е.С. образовался одномоментно либо в быстрой последовательности друг за другом, в результате действия тупых твердых предметов и при соударениях с таковыми, и возник у пассажира заднего сиденья легкового автомобиля в результате столкновения с тяжелым грузовым автомобилем, при этом основное травматическое воздействие пришлось на верхнюю треть головы, о чем свидетельствует наличие раны лобной области и многофрагментарного перелома костей свода, основания черепа и лицевых костей, с уплощением головы в передне-заднем направлении. Согласно данным представленной медицинской карты смерть О.Е.С. наступила <данные изъяты>, что не противоречит данным судебно-медицинского исследования. (т.1 л.д.115-118)

Заключением транспортно-трасологической экспертизы №34 от 29.03.2016, согласно которому на торцевой поверхности полимерной оплетки черного цвета и на торцевых поверхностях изоляции и жил отрезка электропровода, изъятых в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ по факту ДТП на 7 км.+250 м. автодороги Новоселицкое-Саблинское примыкание к автодороге Ставрополь-Александровское-Минеральные Воды (столкновение автомашины Ваз 21104 грз <данные изъяты> под управлением ФИО1 с автомашиной КАМАЗ 65117-62 грз <данные изъяты> с прицепом СЗАП грз <данные изъяты> под управлением Л.С.А.), явных следов воздействия посторонним предметом (перекуса, среза) не обнаружено. Имеющиеся механические повреждения на торцевых частях отрезков электропроводов образовались в следствии механического воздействия (растягивания) с последующим разрывом электропровода (электрокабеля) и пригодны для установления целого по частям. (т.1 л.д.102-103)

Заключением автотехнической экспертизы №1250/5-5 от 17.06.2016, согласно которому лампа «левого поворота» фонаря «прицепа СЗАП грз <данные изъяты>» является исправной. Лампа «стоп сигнала» фонаря «прицепа СЗАП грз <данные изъяты> является неисправной. Данная лампа в момент разрушения нити накаливания горела. (т.1 л.д.134-140)

Заключением комиссионной автотехнической экспертизы №182/6-1 от 10.02.2017, согласно которому перед началом экстренного торможения автомобиль «ВАЗ 21104» в условиях места ДТП двигался со скоростью более 61 км/ч. Установить полную начальную скорость движения автомобиля «ВАЗ 21104» в данной дорожно-транспортной обстановке экспертным (расчётным) путём не представляется возможным, поэтому при исследовании по остальным вопросам эксперты условно принимают заданную в исходных данных постановления о назначении настоящей комиссионной экспертизы величину скорости движения автомобиля «ВАЗ 21104» непосредственно перед ДТП 90-100 км/ч. При условии заданной начальной скорости движения автомобиля «ВАЗ 21104» непосредственно перед ДТП 90-100 км/ч, к моменту столкновения скорость его движения составляла около 64...77 км/ч. В дорожно-транспортной обстановке, описанной в исходных данных постановления о назначении настоящей комиссионной экспертизы, при неограниченной видимости на момент ДТП (светлое время суток) и наличия осевой сплошной линии разметки длиной 40 метров перед перекрёстком, водитель автомобиля «ВАЗ 21104» ФИО1 должен был своевременно (заблаговременно) снижать скорость на своей правой стороне проезжей части и соблюдать безопасную дистанцию до движущегося впереди с меньшей скоростью автопоезда «КамАЗ», т.е. должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов: 10.1 (абз.1), 9.10 и 1.3 ПДД РФ (Приложение 2 к ПДД РФ: п. «Горизонтальная разметка: 1.1»). Действия водителя автомобиля «ВАЗ 21104» ФИО1 в данной дорожно-транспортной обстановке, выразившиеся в том, что он не обеспечил безопасную дистанцию до движущегося впереди автопоезда «КамАЗ», выехал на полосу встречного движения и двигался по встречной полосе в месте, где это запрещено осевой сплошной линией горизонтальной дорожной разметки, не соответствовали требованиям указанных выше пунктов: 10.1 (абз.1), 9.10 и 1.3 ПДД РФ (Приложение 2 к ПДД РФ: п. «Горизонтальная разметка: 1.1»). При условии, если водитель автомобиля «ВАЗ 21104» ФИО1 намеренно осуществлял манёвр обгона-попутного автопоезда «КамАЗ», а не выехал на встречную полосу вынужденно из-за несоблюдения безопасной дистанции, то его действия, выразившиеся в осуществлении манёвра обгона попутного автопоезда «КамАЗ», движущегося впереди с включённым сигналом поворота налево, не соответствовали требованию пункта 11.2 (абз.2) ПДД РФ. При условии, если скорость движения автомобиля «ВАЗ 21104» была более 90 км/ч (из заданного интервала скорости 90... 100 км/ч), действия водителя ФИО1 не соответствовали ещё требованию пункта 10.3 (абз.1) ПДД РФ. Действуя в соответствии с требованиями указанных выше пунктов: 10.1 (абз.1), 9.10, 1.3 (Приложение 2 к ПДД РФ: п. «Горизонтальная разметка: 1.1»), 11.2 (абз.2) (при оговоренном экспертами условии) и 10.3 (абз.1) (при оговоренном экспертами условии) ПДД РФ, водитель автомобиля «ВАЗ 21104» ФИО1 в данной дорожно-транспортной обстановке располагал технической возможностью не допустить ДТП. Водитель автопоезда «КамАЗ» Л.С.А. непосредственно перед манёвром поворота налево на перекрёстке и выездом на встречную полосу должен был убедиться, что при выполнении манёвра не будет создаваться опасность для движения, т.е. должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов: 8.1 (абз.1) и 1.5 (абз.1) ПДД РФ. Проведённое, согласно представленным исходным данным, исследование показывает, что в момент начала манёвра поворота налево и выезда автопоезда «КамАЗ» на встречную полосу автомобиль «ВАЗ 21104» ещё не находился на встречной полосе, а двигался по правой стороне проезжей части за автопоездом, следовательно, манёвр выезда автопоезда «КамАЗ» на встречную полосу был безопасным, в действиях водителя автопоезда «КамАЗ» Л.С.А. в данном случае не следует усматривать несоответствия требованиям указанных выше пунктов: 8.1 (абз.1) и 1.5 (абз.1) ПДД РФ и он не располагал технической возможностью предотвратить ДТП. (т.1 л.д.232-249)

Анализируя и оценивая исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, фактические обстоятельства дела, суд считает, что собранные и исследованные по делу доказательства являются достаточными для установления вины подсудимого ФИО1 в совершении преступления.

Совокупность собранных по делу доказательств дает суду возможность сделать вывод о том, что вина подсудимого ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ, в судебном заседании доказана в полном объеме.

Стороной защиты было обращено внимание суда, что по делу было проведено несколько автотехнических экспертиз, в частности согласно заключениям № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ действия водителя автопоезда Камаз также не соответствовали требованиям п.8.1, 1.5 Правил дорожного движения РФ. Выводы данных экспертиз противоречат друг другу.

Суд отмечает, что данные экпертные исследования были проведены до установления всех обстоятельств имеющих значение для правильной квалификации действий водителей - участников ДТП.

В частности органом предварительного следствия после данных исследований были проведены проверка показаний на месте и следственный эксперимент, при котором была установлена среднее время преодоления автопоездом Камаз расстояния от места окончания линии разметки в пределах перекрестка до места, где автопоезд Камаз остановился в 0,75 м. от края проезжей части встречной полосы движения, где он был зафиксирован в ходе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом полученных данных, была проведена комиссионная судебно-автотехническая экспертиза, заключение которой № от ДД.ММ.ГГГГ суд принимает как доказательство, т.к. заложенные при ее назначении данные, соответствовали реальным обстоятельствам ДТП, установленным из фактических данных, показаний водителей и результатов следственного эксперимента.

Данные обстоятельства подтвердил в судебном заседании и допрошенный эксперт-автотехник С.А.А., который проводил указанные экспертизы по делу.

Выводы о виновности подсудимого ФИО1 в содеянном основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, представленных сторонами обвинения и защиты, анализ которых приведен в приговоре.

Доказательства судом оценены в соответствии со ст.88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела.

Суд берет за основу показания, допрошенных в судебном заседании свидетелей обвинения, т.к. они логичны, последовательны и согласуются друг с другом, а также с письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Суд отмечает, что органами предварительного следствия действия ФИО1 квалифицированы по признаку нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц.

Установлено, что в результате неосторожных действий водителя ФИО1 в ходе ДТП погибло 2 человека, поэтому квалифицирующий признак «смерть более двух лиц» вменен подсудимому излишне и подлежит исключению из обвинения.

Действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по ч.5 ст.264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Согласно ст.15 УК РФ преступление по ч.5 ст.264 УК РФ, в котором обвиняется ФИО1, относится к категории преступлений средней тяжести, санкция которой предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок до семи лет.

Суд обсудил возможность изменения категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, в совершении которого обвиняется подсудимый ФИО1 на менее тяжкую, но оснований не нашел, поскольку совершенное ФИО1 преступление носит общественно опасный характер, а также с учетом фактических обстоятельств дела и наступивших последствий.

В соответствии со ст.6 УК РФ - наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

При определении вида и размера наказания подсудимому ФИО1 по предъявленному обвинению, суд учитывает в соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимого, в том числе смягчающие обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО1 в соответствии с п.п.. «г, и» ч.1 ст. 61 УК РФ являются наличие у него малолетнего ребенка, активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Кроме того, суд считает необходимым признать в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимому ФИО1, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - признание вины, чистосердечное раскаяние в содеянном.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО1 в соответствии со ст.63 УК РФ, судом не установлено.

Исключительных обстоятельств, предусмотренных ст.64 УК РФ, влекущих назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление подсудимому ФИО1, судом не установлено.

Изучением личности ФИО1 установлено, что он ранее не судим, совершил преступление по неосторожности, вину признал, раскаялся, работает в <данные изъяты>, в настоящее время находится в отпуске по уходу за ребенком, по месту жительства и работы характеризуется с положительной стороны, проживает по адресу: <адрес> вместе со своей малолетней дочерью Л.А.В.; вдовец, проходил военную службу, у врача нарколога и психиатра на учете не состоит, при ознакомлении с материалами уголовного дела он изъявлял желание воспользоваться п.2 ч.5 ст.217 УПК РФ - о применении особого порядке судебного разбирательства.

При изложенных выше обстоятельствах, соблюдая требование закона о строгом индивидуальном подходе к назначению наказания, суд считает правомерным назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на определенный срок в пределах санкции ч.5 ст.264 УК РФ. Обсудив вопрос о применении к подсудимому ФИО1 положений ст.73, 82 УК РФ, суд считает, что оснований для их применения не имеется, поскольку с учетом наступивших последствий (смерть двух человек), мнения потерпевшего, а также в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, назначенное подсудимому наказание за содеянное должно быть связано только с лишением свободы. Наказание следует исполнять реально, поскольку суд признает, что такой вид наказания и порядок его исполнения позволит достичь его целей и будет справедливым.

Определяя размер наказания, суд руководствуется также положениями ч.1 ст.62 УК РФ о правилах назначения наказания при наличии смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.2 ст.61 УК РФ.

Суд учитывает также требования ч.5 ст.62 УК РФ, поскольку подсудимый ходатайствовал о рассмотрении дела в особом порядке, отмечая, что дело рассмотрено в порядке общего судопроизводства только ввиду возражения государственного обвинителя.

С учетом приведенных выше установленных обстоятельств, данных о личности виновного, суд считает возможным применить к подсудимому дополнительный вид наказания - лишение права заниматься определенной деятельностью в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на два года.

В соответствии с п. а ч.1 ст. 58 УК РФ в связи с тем, что ФИО1 впервые осужден за преступление, совершенное по неосторожности, ранее не отбывал лишение свободы, ФИО1 следует определить отбывать наказание в колонии-поселении.

В соответствии с ч.2 ст.53.1 УК РФ, определяя наказание в виде лишения свободы, суд не находит оснований, с учетом личности подсудимого и фактических обстоятельств дела, наступивших тяжких последствий в виде смерти двух человек, для замены судом наказания в виде лишения свободы на наказание в виде принудительных работ.

Меру процессуального принуждения, избранную в отношении подсудимого ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю - в виде обязательства о явке.

Судьбу вещественных доказательств решить в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

Процессуальных издержек по делу не имеется.

Потерпевшим ФИО2 по настоящему делу заявлен гражданский иск к ФИО1 о возмещении морального вреда на сумму 3 000 000 рублей; расходов на погребение (поминальные обеды) в сумме 169 000 рублей; расходов на оплату услуг адвоката - представителя за оказание помощи в ходе предварительного следствия в размере 50 000 рублей.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

По смыслу ст. 1094 ГК РФ необходимые расходы на погребение, вызванные смертью потерпевшего, возмещаются понесшему эти расходы ответственным за вред лицом.

Согласно ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании п. 18, 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по смыслу статьи 1079 ГК РФ, под источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях.

Право собственности ФИО1 на автомобиль подтверждается свидетельством о регистрации ТС серия <данные изъяты>.

В судебном заседании установлено, что дочери потерпевшего - ФИО2 погибли от причиненных травм в результате ДТП, совершенном по вине ФИО1 Кроме того, потерпевшим понесены расходы, связанные с погребением дочерей, в размере 169 000 руб., что подтверждается представленными ФИО2 документами.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования ФИО2 о возмещении материального вреда и процессуальных издержек признал в полном объёме. Однако просил снизить сумму взыскиваемого морального вреда в связи с его трудным финансовым положением, и принципом разумности.

Причинение морального вреда объективно подтверждается материалами дела об обстоятельствах произошедшего.

В связи с чем, суд считает заявленный гражданский иск о компенсации морального вреда обоснованным и подлежащим удовлетворению частично.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. и иных заслуживающих внимания обстоятельств, учитывая при этом степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, он испытал и испытывает тяжелые нравственные переживания, так как в ДТП потерял родных дочерей.

При определении размера морального вреда судом учитывается материальное и семейное положение подсудимого и потерпевшего.

С учетом указанных требований закона, принимая во внимание характер нравственных страданий потерпевшего, ее семейное и материальное положение, степень вины причинителя вреда (преступление совершено по неосторожности), учитывая семейное и материальное положение подсудимого, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд считает соразмерным удовлетворить требования потерпевшего о компенсации морального вреда в размере 500 000 тысяч рублей. В остальной части заявленных требований отказать.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, ст. 15 ГК РФ с ФИО1 подлежит взысканию расходы ФИО2 на погребение (поминальные обеды) 169 000 рублей.

На основании ст. 131 УПК РФ с ФИО1 в пользу ФИО2 подлежат взысканию судебные издержки - расходы на оплату услуг адвоката - представителя за оказание помощи в ходе предварительного следствия в размере 50 000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 304, 307, 308, 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 02 (два) года с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься определенной деятельностью в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на два года.

Дополнительное наказание исполнять после отбытия основного наказания.

В соответствии с ч.1 ст.75.1 УИК РФ обязать территориальный орган уголовно-исполнительной системы не позднее 10 суток со дня получения копии приговора Новоселицкого районного суда в отношении ФИО1, осужденного к лишению свободы с отбыванием наказания в колонии-поселения, выдать предписание о направлении к месту отбывания наказания и обеспечить его направление в колонию-поселение.

Следование осужденного ФИО1 к месту отбывания наказания осуществлять самостоятельно.

В соответствии с ч.3 ст.75.1 УИК РФ срок отбывания наказания исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение. При этом время следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным частью первой настоящей статьи, засчитать в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Исковое заявление потерпевшего ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2:

- в счет возмещения материального вреда 169 000 рублей;

- в счет возмещения морального вреда 500 000 рублей;

- в счет возмещения расходов на оплату услуг адвоката 50 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 о взыскании морального вреда в сумме 2 500 000 рублей отказать.

Меру процессуального принуждения, избранную в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю - обязательство о явке.

Вещественные доказательства:

- водительское удостоверение <данные изъяты> выданное на имя Л.С.А., свидетельство о регистрации транспортного средства <данные изъяты>, свидетельство о регистрации транспортного средства <данные изъяты>, страховой полис <данные изъяты> возвращенные Л.С.А.- считать возвращёнными по принадлежности;

- водительское удостоверение <данные изъяты> выданное на имя ФИО1, свидетельство о регистрации транспортного средства <данные изъяты>, страховой полис <данные изъяты> возвращенные ФИО1 - считать возвращёнными по принадлежности;

- автомобиль ВАЗ 21104 грз <данные изъяты>, находящийся на штрафной стоянке в <адрес> - возвратить ФИО1 собственнику по принадлежности.

- группированный световой прибор (задняя левая фара) с прицепа СЗАП 830532 грз <данные изъяты> автомобильные провода с прицепа СЗАП 830532 грз <данные изъяты> хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств ОМВД России по Новоселицкому району- возвратить собственнику ООО «Транс».

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Ставропольского краевого суда через Новоселицкий районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения.

Судья Д.А.Смыкалов