Решение № 2-110/2021 2-110/2021~М-33/2021 М-33/2021 от 16 марта 2021 г. по делу № 2-110/2021

2-110/2021


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 марта 2021 года г. Кяхта

Кяхтинский районный суд Республики Бурятия в составе

председательствующего судьи Бутухановой Н.А.,

при секретаре Вагановой В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к О МВД России по Кяхтинскому району РБ о возмещении морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в изоляторе временного содержания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 А.В. обратился в суд с иском к О МВД России по Кяхтинскому району РБ о взыскании компенсации морального вреда, указывая, что ДД.ММ.ГГГГ года на основании решения Кяхтинского райсуда РБ в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В период содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года он неоднократно был этапирован из <данные изъяты> России по РБ в <данные изъяты> по Кяхтинскому району для проведения следственных действий и участия в судебных заседаниях, в ИВС он был помещен в камеру <данные изъяты>

Истец отмечает, что в камере отсутствовало окно, камера находилась в подвальном помещении, дневной свет не проникал, при этом в камере было плохое освещение, отсутствовал туалет, в связи с чем он был вынужден пользоваться ведром, было сыро. В камере стоял запах нечистот, ползали пауки, клопы, душ отсутствовал.

Истец указывает, что в данных условиях у него был плохой аппетит, он плохо спал, на тот момент был несовершеннолетним. Созданные условия в изоляторе временного содержания причинили ему моральный вред.

С учетом изложенного истец ФИО1 просит взыскать компенсацию морального вреда в <данные изъяты> рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, на момент рассмотрения дела содержится в <данные изъяты>, ему направлено разъяснение процессуальных прав и обязанностей, при этом о времени и месте судебного разбирательства истец извещен надлежащим образом. Поскольку Гражданский процессуальный кодекс РФ не предоставляет лицам, отбывающим по приговору суда наказание в исправительных учреждениях, либо содержащимся под стражей, право на личное участие в разбирательстве судами их гражданских дел, суд считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

При этом ФИО1 также не направил в суд своего представителя.

Будучи допрошенным в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ года, истец ФИО1, настаивая на заявленных требованиях, подтвердил вышеизложенное. При этом истец подтвердил, что его адвокат также не обращался в его интересах с жалобами на наличие невозможных условий содержания в ИВС.

Определениями суда от 18.02.2021 года в качестве соответчиков по делу привлечены Министерство внутренних дел РФ, Министерство внутренних дел РБ; 3-м лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика - Министерство финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Республике Бурятия.

Представитель ответчика в лице О МВД России по Кяхтинскому району ФИО3, действующая на основании доверенности также и в интересах МВД РБ, исковые требования не признала, пояснив, что ФИО4 находился в ИВС О МВД по Кяхтинскому району на период предварительного следствия и судебного разбирательства по ст. 105 ч. 1 УК РФ. Не оспаривает, что он содержался в камере <данные изъяты> За давностью времени журналы регистрации лиц, находившихся под стражей и содержавшихся в ИВС в то время, на текущий момент уничтожены. Известно, что в последующем он был осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ. Выражает несогласие с доводами истца о том, что в камере не было надлежащего освещения, отсутствовала вода, ползали насекомые. Считает данные утверждения истца не соответствующими действительности. В этой части представитель ответчика обратила внимание на то, что камеры в ИВС по своей площади соответствуют установленным требованиям закона. Считает, что подследственному ФИО4 на тот момент были созданы все необходимые условия – индивидуальное спальное место, ему были выданы постельные принадлежности, туалетная бумага, посуда, столовые приборы, он имел право на ежедневную прогулку продолжительностью не менее 1 часа. Камера была обеспечена освещением (дневным и ночным), в камере был установлен биотуалет, который был огорожен и создана зона приватности. Кроме того, каждые 10 дней, в день этапа, проводилась и проводится дезинфекция всех помещений ИВС, поэтому ссылку истца на наличие насекомых (клопов, пауков и т.п.) расценивает как надуманную. Вода в ИВС находилась в специально оборудованных емкостях, каждый подследственный имел возможность пользоваться водой для своих нужд и употреблять воду без ограничений. Для гигиенических процедур каждому выдавался таз. Считает, что ФИО4 были созданы надлежащие условия, прописанные в <данные изъяты> года «Об утверждении Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел», что исключало нарушение его прав как лица, содержавшегося в ИВС, т.е. требования гигиены, санитарии были соблюдены, неуважения к личности не проявлено, в связи с чем считает, что оснований к удовлетворению иска не имеется, просит в иске отказать.

Представитель МВД РФ ФИО5, действующий на основании доверенности, выразил аналогичную позицию, также просил в иске отказать, расценивает доводы истца как голословные.

Представитель 3-го лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика – Министерство финансов РФ в лице УФК по Республике Бурятия, в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении иска в их отсутствие.

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Статьей 1069 Гражданского Кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

В разделе V п.п. 45 и 48 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России от 22.11.2005 № 950, п. 2 Правил поведения подозреваемых и обвиняемых (приложение № 1 к Правилам) указаны меры, принимаемые в случаях, когда в ИВС отсутствует камерный санузел, водопроводная вода.

В этой части там прописано, что камеры ИВС оборудуются, в том числе, санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; бачком для питьевой воды; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией. При отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °С), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности. При этом условия о том, что ИВС в обязательном порядке должен иметь систему канализации и водопровода, закон не содержит.

Как указывает истец, он содержался в ИВС в камере №7. Указанный факт ответчиками не отрицается и не оспаривается.

Согласно постановлению Кяхтинского районного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ года видно, что ФИО1 продлен срок содержания под стражей по ДД.ММ.ГГГГ года включительно. Из указанного постановления следует, что ДД.ММ.ГГГГ года ФИО4 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (ст. 105 ч. 1 УК РФ).

Данный документ подтверждает факт, что в указанное истцом в исковом заявлении время, действительно, шло предварительное следствие по уголовным делам, в которых ФИО4 имел статус подозреваемого и обвиняемого, т.е. в т.ч. содержался в ИВС Кяхтинского ОВД.

Однако суд считает, что имеющиеся по делу доказательства не подтверждают довод истца о том, что условия содержания в ИВС были неприемлемыми и не отвечали требованиям законодательства.

Судом исследован план-схема ИВС по состоянию на момент содержания ФИО4 в ИВС Кяхтинского ОВД. Из указанного документа следует, что площадь всех камер превышала установленные нормативы, в том числе площадь камеры <данные изъяты> где содержался ФИО4, составляла <данные изъяты> кв. м. На этом же плане-схеме отражены прогулочный двор, смотровой медицинский кабинет.

Представленные ответчиком в лице О МВД России по Кяхтинскому району РБ договоры на проведение санитарно-гигиенических противоэпидемических мероприятий от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ года свидетельствуют о том, что в ИВС проводились профилактические и противоэпидемические мероприятия по предупреждению развития распространения инфекционных заболеваний (туберкулеза, чесотки, клопов и т.п.).

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО10. показал, что такие санитарно-гигиенические противоэпидемические мероприятия проводились в тот период, когда под стражей содержался истец ФИО4, так и проводятся в настоящее время постоянно, каждые 10 дней (в дни этапа). Данные мероприятия являются обязательными, в связи с чем никаких клопов и других насекомых в камерах нет. При этом свидетель дополнил, что обвиняемые и подсудимые находятся в ИВС не более 10 суток и в обязательном порядке этапируются каждые 10 дней в СИЗО. Также свидетель пояснил, что каждая камера оснащена раковиной, искусственным освещением (дневным и ночным), биотуалетом, что соответствует установленным законом требованиям. Каждому подследственному выдавались постельное белье, гигиенические предметы (мыло, туалетная бумага и т.п.), тазы для гигиенических процедур, весь ИВС был обеспечен горячей водой (в ИВС было установлено 2 бройлера по 80 литров каждый). Об условиях содержания в ИВС ему известно по долгу службы, по <данные изъяты> год он работал начальником ИВС, в <данные изъяты>. – помощником начальника отдела по работе с личным составом, поэтому организацию работы ИВС знает хорошо. В полиции трудится по настоящее время.

Свидетель ФИО11 судебном заседании дал аналогичные показания, уточнив, что на тот период он работал следователем, поэтому ему известны условия содержания в ИВС. Подтверждает, что в каждой камере на тот период были установлены раковины, биотуалеты, была предоставлена возможность прогулки 2 раза в день с продолжительностью не менее 1 часа, в ИВС дежурил медицинский работник, постоянно проводилась дезинфекция каждые 10 дней. Также ему известно, что ФИО4 содержался под стражей по ст. 105 ч. 1 УК РФ. В полиции он трудится по настоящее время.

Из ответа прокурора Кяхтинского района РБ от ДД.ММ.ГГГГ года следует, что в период с <данные изъяты> г.г. от ФИО1 не поступали обращения в прокуратуру района на условия содержания в ИВС.

Анализируя доказательства, представленные ответчиками, суд считает, что указанные доказательства в их совокупности не противоречат друг другу, дополняют друг друга, согласуются между собой.

При таких обстоятельствах суд считает не подтвержденным довод истца о том, что условия содержания в ИВС не соответствовали санитарно-гигиеническим требованиям (отсутствовала канализация, водоснабжение, ползали клопы, стоял запах нечистот). В этой части суд считает необходимым обратить внимание, что нормы закона, регулирующие порядок пребывания лиц в ИВС, ссылка на которые сделана выше, не содержат императивной нормы, обязывающей в обязательном порядке иметь в ИВС централизованное водоснабжение и канализацию. Поэтому установленные в камерах биотуалеты, содержание воды в специальных емкостях, в т.ч. горячей воды в бройлерах, свидетельствует о том, что потребности лиц, содержавшихся в ИВС в указанный истцом период, полностью были соблюдены, что указывает на отсутствие нарушений закона со стороны органа внутренних дел и должностных лиц.

Суд принимает во внимание и тот факт, что площадь камеры, где содержался истец, также отвечала нормам, установленным в ст. 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Поэтому суд считает, что созданные в ИВС условия не противоречат действующему законодательству.

Также суд считает необходимым обратить внимание на то, что на указанный период, когда ФИО1 содержался в <данные изъяты>, его защитник также не обращался с жалобами на условия содержания в изоляторе временного содержания своего подзащитного. Данный факт подтвержден непосредственно истцом ФИО1

Статья 56 ГПК РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований или возражений, если иное не установлено федеральным законом.

Исходя из требований ст. 1064 ГК РФ обязанность по доказыванию факта причинения вреда (в т.ч. личным неимущественным правам и другим нематериальным благам), наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями, бездействием государственного органа и наличие морального вреда как такового возлагается именно на истца.

Однако истец не представил соответствующих доказательств в подтверждение своей позиции, поэтому суд считает, что он не доказал те обстоятельства, на которые он ссылается, несмотря на то, что в силу ст. 57 ч. 1 ГПК РФ доказательства представляются сторонами.

В то же время суд учитывает, что имеющиеся по делу доказательства, представленные ответчиком, опровергают доводы истца и позволяют критически оценить его позицию.

Соответственно суд приходит к выводу о том, что доводы истца не нашли подтверждения в судебном заседании, нарушения, на которые он ссылается, не установлены.

Поэтому суд приходит к выводу о том, что условия содержания ФИО1 в ИВС в рассматриваемый период являлись приемлемыми, соответствовали установленным нормативам, т.е. соответствовали закону.

С учетом изложенного суд считает, что поскольку не установлено виновных и противоправных действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц, оснований к удовлетворению иска не имеется.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

С учетом названной нормы закона суд обращает внимание, что требование о взыскании ущерба может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех элементов гражданско-правовой ответственности, таких как факт причинения вреда и его размера, вины лица, обязанного к возмещению вреда, противоправности поведения этого лица и юридически значимой причинной связи между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Поскольку указанное не доказано, поэтому суд не усматривает оснований к удовлетворению иска и считает необходимым в заявленных требованиях отказать.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к О МВД России по Кяхтинскому району Республики Бурятия, МВД РБ, МВД РФ - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кяхтинский районный суд РБ.

Судья Бутуханова Н.А.