Апелляционное определение № 33-521/2026 от 26 января 2026 г.

УИД № 69RS0040-02-2024-006726-16 судья Тутукина О.Ю. 2026 год

дело № 2 – 1859/2025 (33 – 521/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда

в составе председательствующего судьи Серёжкина А.А.,

судей Зоровой Е.Е., Кулакова А.В.,

при секретаре судебного заседания Кувшиновой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Твери

27 января 2026 года

по докладу судьи Кулакова А.В.

дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Московского районного суда города Твери от 14 октября 2025 года, которым постановлено:

«исковые требования ФИО2, ФИО1 к ФИО3 об обязании опровергнуть не соответствующие действительности сведения порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истцов, взыскании компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения».

Судебная коллегия

установила:

ФИО2, ФИО1 обратились в Центральный районный суд города Твери с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в размере 30000 рублей в пользу ФИО2, в размере 10000 рублей в пользу ФИО1, а также уплаченной при подаче иска государственной пошлины в размере 3000 рублей.

В обоснование иска указано, что истцы проживают по адресу: <адрес>, более 33 лет. За время проживания в названном доме никто из собственников квартир не высказывал своего неприязненного отношения к истцам.

ФИО2 является кандидатом технических наук, старшим научным сотрудником, автором более 200 научных публикаций, автор 7 изобретений, автор зарегистрированных в РосПатенте РФ программ и баз данных для ЭВМ, очный участник более 50 научных конференций в разных регионах страны в ведущих ВУЗах и организациях страны, соавтор 5 монографий в МО СССР и РФ, автор 9 монографий преимущественно касаемо информационных технологий и исторических исследований, в том числе 8 Книг памяти «Признаны погибшими», член РГО, член Императорского Православного Палестинского Общества, командир поискового отряда «Возвращение», установил судьбу более 1300 пропавших без вести воинов, они признаны МО РФ погибшими. В связи с тем, что ФИО2 общается с большим количеством людей из разных сфер общества, зарекомендовал себя положительно, распространение порочащей его информации в сети интернет является для него критическим и может повлиять на его научную деятельность и репутацию в разных сферах общества.

С 2014 года ФИО2 является <данные изъяты> группы после того как у него произошел <данные изъяты> и ему была проведена операция <данные изъяты> в г. Москва, с этого момента он находится под наблюдением у кардиолога. После <данные изъяты> ФИО2 противопоказаны повышения АД, рекомендовано избегать стрессы. После этого неоднократно у ФИО2 были <данные изъяты>, поэтому его состояние здоровья по истечении времени ухудшилось. Крайний раз ФИО2 был госпитализирован в августе 2024 года в Тверскую областную клиническую больницу в отделение - «неотложная кардиология» в связи с ухудшением здоровья, вызванного повышенным АД.

25 сентября 2024 года в сети интернет, в социальной сети «VК», в сообществе: «News69», опубликована новость, автором которой является ФИО1, касаемо незаконного спила дерева на придомовой территории, расположенной по адресу: <адрес> (адрес новости https://vk.com/wall-24684922_2322451). Количество подписчиков у группы «News69» более 233000, количество просмотров вышеуказанной новости по состоянию на 29 сентября 2024 года - 127000, что свидетельствует об обширном распространении не только новости, но и подкрепленных комментариев обсуждения новости.

Одним из активных лиц, обсуждающих новость, является ФИО3, которая знакома истцам, так как раньше ответчик проживала в подъезде, где в настоящее время проживают истцы. Истцы никогда никаких взаимоотношений с ответчиком не имели. В комментариях под новостью ответчик позволила себе выражения затрагивающие истцов: «...Что за дурь в голове твоей?...Ну что гадость прет из тебя и твоего отца? Желчь!...» (время опубликования комментария 21:27), «...Просто желчь из тебя прет!...Весь дом вас ненавидит» (время опубликования комментария 27.09.2024 07:41), «Неужели вам нравится что вас весь дом ненавидит?» (время опубликования комментария 07:52), «Таких как вы. Которые ничего не делают.» (время опубликования комментария 27.09.2024 07:48), «Твой отец бросается с кулаками» (время опубликования комментария 27.09.2024 08:11), «Разговаривайте словами через рот, а не кулаками!» (время опубликования комментария 27.09.2024 08:17), «Зачем он с кулаками бросается?» (время опубликования комментария 27.09.2024 08:19), «Он мужчина. И поднимает руку на женщину» (время опубликования комментария 27.09.2024 08:17), «Вы решаете все кулаками почему-то» (время опубликования комментария 08:21), «Эта семья ничего не делает и никак не помогает а вот только пишет грязь какую-то» (время опубликования комментария 13:47), «...А ты вышла на газон может быть убрала бычки за своим мужем!?... Тогда молчи!...Гнилой рот у тебя. И совести нет» (время опубликования комментария 25.09.2024 13:42), «Маша ты и твой отец палец об палец не ударили и ни разу не вышли и ничего не убрали! Вы только можете языком чесать и бычки из окна кидать на газон» (время опубликования комментария 25.09.2024 13:09).

ФИО3 распространяет заведомо ложную информацию о совершении ФИО2 преступления (правонарушения), но согласно нормам законодательства ни одно лицо не является виновным, пока его вина в совершении преступления не будет доказана в порядке, предусмотренном законом, и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Тем самым ФИО3 позволила себе распространить заведомо ложную информацию, порочащую честь и достоинство ФИО2, который никогда не поднимал руку на женщин и считает это недопустимым. Заведомая ложность распространенных сведений подтверждается тем, что в отношении него нет вступившего в законную силу приговора суда, тем самым ответчик понимала, что распространяет заведомо ложную информацию. Ответчик утвердительно распространяет заведомо ложную информацию о том, что истцов и их семью ненавидит весь дом, о том, что семья истцов ничего не сделала для благоустройства территории, хотя ответчик прекрасно видела и знает, как ФИО2 благоустраивал придомовую территорию за домом, и большинство собственников МКД знают, что ФИО2 принимал участие в благоустройстве территории.

Также ответчик позволила себе вести с ФИО1 диалог в комментариях, употребляя выражения в неприличной форме по отношению к ФИО1, что привело к унижению ее чести и достоинства, а так же выражения, затрагивающие честь и достоинство ее семьи. Так же заведомо ложной информацией, распространенной ответчиком, является информация про то, что истцы мусорят бычками, их ненавидит весь дом и т.д.

Внуки ФИО2 (дети ФИО1) посещают детский сад и школу, регулярно ФИО2 забирает внука с садика, внучку - после тренировки в школе, в связи с тем, что ФИО1 (автора новости) педагоги и воспитатели также хорошо знают, то построить логическую цепочку о том, про кого говорит ответчик в комментариях к новости, не составит труда.

Многие жильцы дома, где проживают истцы, знакомые и родственники семьи ознакомились с данной новостью и, как следствие, с комментариями к новости. В связи с общественным резонансом после публикации новости в сообществе ВК знакомые истцов неоднократно интересовались, правда ли, что написала ответчик в комментариях. Некоторые из жильцов дома, где проживают истцы, после публикации комментариев ответчика перестали здороваться с истцами, хотя до этого истцы были в приветливых отношениях. Порочащая истцов ложь ответчика значительно ухудшила самочувствие ФИО2, давление не спадает, постоянные головные боли, загрудинные боли и переживания. Через несколько недель ФИО2 нужно поехать на научные конференции, под вопросом посещение конференций из-за неудовлетворительного состояния здоровья, что так же наносит урон ФИО2 Ввиду указанного события истцам были причинены нравственные страдания, выразившиеся в сильных переживаниях, чувстве беспомощности ввиду того, что истцы не могут предпринять никаких действий и ничего сделать. Более того, на почве сформировавшейся конфликтной ситуации у истцов развивались головные боли, ухудшалось самочувствие.

Определением Центрального районного суда города Твери от 10 марта 2025 года гражданское дело передано для рассмотрения в Московский районный суд города Твери по подсудности.

При рассмотрении дела истцы уточнили исковые требования, просили обязать ФИО3 опровергнуть несоответствующие действительности сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истцов: о ненависти всего дома к истцам («Весь дом вас ненавидит» (время опубликования комментария 27.09.2024 07:41), «Неужели вам нравится что вас весь дом ненавидит?» (время опубликования комментария 27.09.2024 07:52); о рукоприкладстве истцов (Твой отец бросается с кулаками.» (время опубликования комментария 27.09.2024 08:11), «Разговаривайте словами через рот, а не кулаками!» (время опубликования комментария 27.09.2024 08:17), «Зачем он с кулаками бросается?» (время опубликования комментария 27.09.2024 08:19), «Он мужчина. И поднимает руку на женщину» (время опубликования комментария 27.09.2024 08:17), «Вы решаете все кулаками почему-то» (время опубликования комментария 08:21); об отсутствии участия истцов в благоустройстве придомовой территории («Таких как вы. Которые ничего не делают.» (время опубликования комментария 27.09.2024 07:48), «Эта семья ничего не делает и никак не помогает а вот только пишет грязь какую-то» (время опубликования комментария 13:47), «... А ты вышла на газон может быть убрала бычки за своим мужем!?... Тогда молчи!» (время опубликования комментария 25.09.2024 13:42), «Маша ты и твой отец палец об палец не ударили и ни разу не вышли и ничего не убрали! Вы только можете языком чесать и бычки из окна кидать на газон» (время опубликования комментария 25.09.2024 13:09); взыскать компенсацию морального вреда, причиненного распространением сведений, прочащих честь и достоинство, в размере 30000 рублей в пользу ФИО2, в размере 10000 рублей в пользу ФИО1

Определением от 14 октября 2025 года производство по делу по требованиям об обязании опровергнуть не соответствующие действительности сведения, порочащие честь и достоинство и деловую репутацию истцов: «разговаривайте словами через рот, а не кулаками!» (время опубликования комментария 27.09.2024, 08.17); «Таких как вы, которые ничего не делают» (время опубликования комментария 27.09.2024, 07.48), прекращено в связи с отказом истцов от иска.

При рассмотрении дела истцы также уменьшили свои требования в части компенсации морального вреда, в пользу ФИО2 - до 10000 рублей, в пользу ФИО1 - до 5000 рублей.

В судебном заседании истцы ФИО2, ФИО1. М.В. исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО3, будучи надлежащим образом извещенной о месте и времени проведения судебного заседания, не явилась.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании иск не признал.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Роскомнадзора по Тверской области, ФИО5, извещенные о месте и времени проведения судебного заседания надлежащим образом, не явились, просили рассмотреть дело в свое отсутствие.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 ставится вопрос об отмене решения суда первой инстанции как незаконного и необоснованного, вынесении нового решения об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы указано, что судебный акт не содержит анализа оспариваемых истцами фраз, судом не дана оценка высказываниям ответчика, относящимся к предмету спора, которые являются утверждениями о фактах, что доказывается стилем изложения, содержанием оспариваемых фраз. Однако, суд в решении не дал оценку форме изложения комментариев ответчика (как мнение или как утверждение). Оспариваемые фразы определенно могут быть проверены на достоверность.

При вынесении решения суд принял во внимание показания свидетелей Б.Т.Н., А.Б.Л., Г.Г.А., М.Е.Ю., указав, что эти показания согласуются между собой и не противоречат материалами дела, что не соответствует действительности.

Так, показания Б.Т.Н., являющейся матерью ответчика, документально не подтверждены, противоречивы, неоднократно в ходе допроса были изменены, не содержат сведений о фактах, имеющих отношение к делу, опровергаются показаниями свидетеля М.Е.Ю.

Свидетель А.Б.Л. также никакой информации, относящейся к предмету спора, не сообщил. Свидетель Г.Г.А. положительно характеризовала семью истцов, опровергая утверждение о том, что «семью истцов ненавидит весь дом». Свидетель М.Е.Ю. показала, что никогда не видела, чтобы ФИО2 поднимал на кого-то руку, в то время как Б.Т.Н. в своих показаниях упоминала именного этого свидетеля, как очевидца рукоприкладства.

Все свидетели, за исключением А.Б.Л., показали, что ФИО2 принимает участие в благоустройстве придомовой территории, никто из них не сообщал суду, что «муж ФИО1» кидает окурки с балкона на придомовую территорию.

Подателем жалобы отмечено, что бремя доказывания достоверности распространенных сведений лежит на ответчике по данной категории дел, однако, ответчик доказательства, помимо свидетелей со своей стороны, не представил, суд же не дал должную, основанную на законе оценку отсутствию доказательств достоверности распространенных сведений ответчиком, за исключением противоречивых свидетельских показаний.

Мнения и предположения в тексте обычно сопровождаются лексическими маркерами (модальными словами - «вероятно», «может быть», «возможно» и пр., глаголами - «казаться», «предполагать», «думать» и пр.). В отличии от утверждения, мнения и предположения не могут быть проверены на соответствие действительности. С точки зрения формы языкового выражения то, что не является фактами, маркируется при помощи специальных языковых средств, факты же понимаются по умолчанию. Показателями мнения или предположения являются сочетания: «Я думаю/считаю/полагаю/догадываюсь», вводные слова и обороты «по-моему», «с моей точки зрения», «очевидно» и некоторые другие показатели.

В настоящем деле глагол указывает на совершенно определенное конкретное действие, то есть здесь утверждается, что имели место случаи. Эта информация может быть проверена, поэтому податель жалобы полагала очевидным, что спорные фразы были сделаны в виде утверждения о факте. В решении не дана оценка характера спорных фраз, отсутствует какой-либо анализ фраз, тем самым нарушено требование об обоснованности и мотивированности судебного решения.

Суд сделал вывод, что продолжение ФИО1 переписки с ответчиком свидетельствует о наличии между ФИО1 и ответчиком межличностного конфликта, в то время как суд никогда не спрашивал ФИО1 о наличии межличностного конфликта с ответчиком, которого никогда не было.

Распространенные ответчиком сведения носят порочащий характер, поскольку высказывания, как минимум, являются сообщениями о неэтичных поступках истцов, а, как максимум, граничат с обвинением в совершении преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ «Побои». Об их порочащем характере свидетельствует также и предоставленное истцом заключение лингвиста № 737/02 от 13.09.2025 года.

Однако, судом первой инстанции не была дана надлежащая оценка данному заключению как доказательству по делу. Суд лишь указал и согласился с позицией ответчика, что оценка специалиста отдельно взятой фразы «... А ты вышла на газон может быть бычки убрала за свои мужем!?» не может быть принята во внимание, в то время как лингвисту для дачи заключения была предоставлена вся переписка комментариев к новости. На рассмотрение лингвисту для дачи заключения указывалось большее количество фраз, что и отображено в заключении, но суд не дал оценку заключения лингвиста касаемо других фраз, рассматриваемых лингвистом в своем заключении.

В судебном заседании апелляционной инстанции истец ФИО1 поддержала доводы жалобы по основаниям, изложенным в ней.

Третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, Управлением Роскомнадзора по Тверской области представлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили, об уважительности причин своей неявки не сообщили, об отложении рассмотрения дела не просили, поэтому на основании ч. 1 ст. 327, ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ судебной коллегией определено к рассмотрению дела в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.

Из материалов дела усматривается, что в обоснование заявленных требований истцами представлена переписка на интернет-странице в социальной сети «ВКонтакте» по адресу: https://vk.com/wall-24684922_2322451, оформленная, в том числе протоколом осмотра доказательств от 19 мая 2025 года, которая содержит фразы: «Весь дом вас ненавидит» (время опубликования комментария 27.09.2024 07:41), «Неужели вам нравится что вас весь дом ненавидит?» (время опубликования комментария 27.09.2024 07:52); «Твой отец бросается с кулаками» (время опубликования комментария 27.09.2024 08:11), «Разговаривайте словами через рот, а не кулаками!» (время опубликования комментария 27.09.2024 08:17), «Зачем он с кулаками бросается?» (время опубликования комментария 27.09.2024 08:19), «Он мужчина. И поднимает руку на женщину» (время опубликования комментария 27.09.2024 08:17), «Вы решаете все кулаками почему-то» (время опубликования комментария 08:21); «Таких как вы. Которые ничего не делают» (время опубликования комментария 27.09.2024 07:48), «Эта семья ничего не делает и никак не помогает а вот только пишет грязь какую-то» (время опубликования комментария 13:47), «... А ты вышла на газон может быть убрала бычки за своим мужем!?... Тогда молчи!» (время опубликования комментария 25.09.2024 13:42), «Маша ты и твой отец палец об палец не ударили и ни разу не вышли и ничего не убрали! Вы только можете языком чесать и бычки из окна кидать на газон» (время опубликования комментария 25.09.2024 13:09).

При рассмотрении дела сторонами не оспаривалось, что данные фразы в переписке с истцом ФИО1 изложены ответчиком ФИО3 Также не оспаривалось, что истцы и ответчик знакомы между собой и проживали длительное время в одном доме по адресу: <адрес>.

Из материалов дела следует, что по заявлениям ФИО1 и ФИО2 об оскорблении и унижении чести и достоинства ФИО3 по тем же фактам, что изложены в исковом заявлении, прокуратурой Центрального района города Твери 07 октября 2024 года приняты определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 5.61 КоАП РФ, в отношении ФИО3 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, при этом в определениях указано, что необходимо доказывать, что неприличные действия, образующие объективную форму оскорбления, были направлены именно на конкретное лицо, а не на всю ситуацию или происходящие события в целом. Объективных данных, указывающих на совершение ФИО3 действий или высказываний, выраженных в неприличной форме и направленных на унижение чести и достоинства другого лица, не установлено.

Постановлением УУП ОУУП и ПДН Центрального отдела полиции УМВД России по городу Твери по материалам КУСП-14752 от 03 октября 2024 года по сообщению о клевете в отношении ФИО1 14 октября 2024 года отказано в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления.

Из заключения специалиста ФИО6 № 737/02 от 13 сентября 2025 года следует, что в текстовых комментариях, опубликованных пользователем социальной сети «ВКонтакте» под именем «А. Бастаева» «Твой отец бросается с кулаками» (время публикации комментария 27.09.2024 08:11), «Он мужчина. И поднимает руку на женщину» (время публикации комментария 27.09.2024 08:17) идет речь об отце пользователя «М.ФИО1», содержится негативная информация об отце пользователя «М.ФИО1», содержатся лингвистические признаки утверждения о фактах побоев со стороны отца пользователя «М.ФИО1» в отношении женщины.

В текстовых комментариях, опубликованных пользователем социальной сети «ВКонтакте» под именем «А. Бастаева» «Маша ты и твой отец палец об палец не ударили и ни разу не вышли и ничего не убрали! Вы только можете языком чесать и бычки из окна кидать на газон» (время публикации комментария 25.09.2024 13:09) речь идет о пользователе «М.ФИО1» и ее отце, содержится негативная информация о пользователе «М.ФИО1» и ее отце, содержатся лингвистические признаки утверждения о фактах загрязнения придомовой территории несгоревшими остатками сигарет со стороны пользователя «М.ФИО1» и ее отца.

В иных высказываниях исковых признаков не обнаружено.

В представленных на исследование высказываниях отсутствуют оскорбительные выражения или неприличные формы, направленные на унижение чести и достоинства.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 151, 152 Гражданского кодекса РФ, п. п. 7, 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 3 от 24 февраля 2005 года «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», п. п. 3, 4 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 16 марта 2016 года, исходил из того, что сам по себе негативный стиль в переписке безусловно не свидетельствует о порочащем характере изложенных сведений, поскольку отрицательное суждение о каком-либо событии является одним из проявлений свободы мысли и слова.

При этом судом указано, что как сама ФИО1, так и ответчик ФИО3 и иные неизвестные им лица участвовали в обсуждении опубликованной новости, высказывали свои мысли и мнение на этот счет, в том числе и в достаточно категоричной и конкретной, в том числе негативной форме. Однако, истец ФИО1 продолжила переписку, в том числе и отвечая на слова ответчика, что свидетельствует об имеющем место межличностном конфликте сторон.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для обязания опровергнуть не соответствующие действительности сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию, взыскания компенсации морального вреда, поскольку они соответствуют требованиям закона, отмечая при этом следующее.

Так, в соответствии с п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети «Интернет» (п. 5 ст. 152 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 9 ст. 152 Гражданского кодекса РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

В соответствии с п. 10 ст. 152 Гражданского кодекса РФ правила пунктов 1 - 9 этой статьи, за исключением положений о компенсации морального вреда, могут быть применены судом также к случаям распространения любых не соответствующих действительности сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности.

Из разъяснений, изложенных в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», следует, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса РФ значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Как указано в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений (абзац первый).

Доводы апелляционной жалобы о неверной оценке представленных в материалы дела доказательств, в частности показаний свидетелей Б.Т.Н., А.Б.Л., Г.Г.А., М.Е.Ю., судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку согласно положениям ст. ст. 59, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Право оценки доказательств принадлежит суду, рассматривающему спор по существу, а не сторонам по делу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, само по себе отсутствие в решении суда тезисов показаний свидетелей не свидетельствует о безусловном основании для отмены судебного акта.

Согласно аудиопротоколу судебного заседания от 08 сентября 2025 года свидетель Б.Т.Н. показала, что о ненависти всего дома к ФИО1, ФИО2 ни она, ни кто-либо другой никогда не говорили. Со стороны ФИО2 имелось рукоприкладство по отношению к ФИО7, которую он в подъезде оттолкнул, бил палкой по ногам, обзывал. Однако, каким-либо образом данный факт не зафиксирован. Свидетелем иных рукоприкладств со стороны ФИО2 Б.Т.Н. не была. По отношению к свидетелю ФИО2 называл ее «ведьмой». ФИО2 участвовал в благоустройстве придомовой территории. Относительно сброса окурков Б.Т.Н. показала, что не видела, чтобы кто-то конкретно выбрасывал окурки, однако, видела, что на балконе истцов кто-то курил.

Свидетель А.Б.Л. показал, что относительно ненависти всего дома к семье ФИО1 и ФИО2 ничего пояснить не может, со стороны свидетеля неприязненных отношений нет, однако, на протяжении длительного время возникают конфликты. Рукоприкладства со стороны ФИО2 никогда не видел, только слышал историю про Т.. Никогда не видел, чтобы ФИО2 занимался благоустройством придомовой территории.

Свидетель Г.Г.А. показала, что у нее и сотрудников библиотеки, пристроенной к дому, только хорошее впечатление о ФИО2, который занимается посадками перед библиотекой, косит траву в этом месте, озеленяет, сажает деревья, кустарники, является человеком глубоко порядочным, интеллигентным и спокойным.

Свидетель М.Е.Ю. показала, что никогда не видела, чтобы ФИО2 занимался рукоприкладством, однако, была свидетелем неоднократного агрессивного поведения ФИО2 после сделанного ею замечания относительно выгула собаки на детской площадке, а также случайной встречи в лифте и во время спила старого дерева на придомовой территории. Также М.Е.Ю. была свидетелем того, что ФИО2 называл Т. «ведьмой». Вместе с тем, М.Е.Ю. была свидетелем благоустройства территории ФИО2 напротив общества слепых.

Не доверять показаниям свидетелей Б.Т.Н., А.Б.Л. Г.Г.А., М.Е.Ю. у суда первой инстанции оснований не имелось, так как названные показания являются логичными, последовательными, согласующимися между собой и иными доказательствами по делу.

Правильно истолковав и применив приведенные положения законодательства и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, проанализировав оспариваемые истцами фрагменты текстовых комментариев, их содержательно-смысловую нагрузку, суд пришел к верному выводу о том, что сведений, унижающих человеческое достоинство, прямых оскорбительных выражений с отрицательной характеристикой профессиональных и личностных качеств истцов, текстовые комментария не содержат. Доказательств, свидетельствующих о порочном характере распространенных в сети Интернет оспариваемых высказываний, с учетом формы их отрицательного суждения, истцами не представлено.

Как следует из заключения специалиста ФИО6, в представленных на исследование текстовых комментариях отсутствуют оскорбительные выражения или неприличные формы, направленные на унижение чести и достоинства.

Вопреки доводам жалобы, оценка заключения специалиста произведена судом первой инстанции в соответствии с требованиями правил оценки доказательств, наряду с иными доказательствами по делу, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем полном, объективном непосредственном исследовании.

Выводы суда первой инстанции, основанные на приведенных выше показаниях свидетелей, о наличии конфликтных отношений между соседями и истцами, наличии различных взглядов на благоустройство придомовой территории многоквартирного дома, фактах сброса с верхних этажей дома сигарет, загрязняющих придомовую территорию в совокупности с отказом истцов сообщить суду информацию о курении супругом ФИО1, справедливо позволили суду признать, что оценка специалиста ФИО6 отдельно взятой фразы из текстовых комментариев не может быть принята во внимание как доказательство порочности распространенных ФИО3 в сети Интернет комментариях.

По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для удовлетворения иска, поскольку из совокупности представленных в материалы дела доказательств следует, что спорные негативные высказывания, хотя и выражены в форме утверждения о фактах, являются обобщенными и фактически представляют из себя субъективные оценочные суждения их автора, в связи с чем не относятся к порочащим сведениям, подлежащим защите в порядке ст. 152 Гражданского кодекса РФ. Не установлено также оскорбительного характера распространенных сведений.

При этом, как верно было отмечено судом первой инстанции, негативный стиль в переписке безусловно не свидетельствует о порочащем характере изложенных сведений, поскольку отрицательное суждение о каком-либо событии является одним из проявлений свободы мысли и слова.

То обстоятельство, что субъективное мнение может носить критический характер, само по себе не свидетельствует о распространении его автором порочащих сведений в смысле ст. 152 Гражданского кодекса РФ.

Учитывая цели и задачи социальных сетей, оспариваемые истцами текстовые комментарии содержат субъективное восприятие ответчиком смысловой направленности высказываний, основанное на собственном восприятии действительности и трактовании таких высказываний.

Судебная коллегия соглашается также с выводами суда о том, что истцами не представлено доказательств несения ими нравственных и моральных страданий, ухудшения состояния здоровья и причинение их чести и достоинству, деловой репутации истцов какого-либо ущерба и ущемлению их прав.

В целом доводы апелляционной жалобы не опровергают правильность выводов суда, сводятся лишь к несогласию с выводами суда и субъективной оценке установленных обстоятельств, что не может рассматриваться в качестве достаточного основания для отмены обжалуемого решения суда, так как иная точка зрения на то, как должно быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены состоявшегося по настоящему делу решения.

При разрешении спора судом первой инстанции были правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению. При этом выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам, подтвержденным материалами дела и исследованными судом доказательствами, которым суд дал надлежащую оценку в соответствие с требованиями процессуальных норм.

Нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену решения, судом также допущено не было.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Московского районного суда города Твери от 14 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 09 февраля 2026 года.

Председательствующий А.А. Серёжкин

Судьи Е.Е. Зорова

А.В. Кулаков