Апелляционное определение № 33-551/2025 от 3 декабря 2025 г.

Председательствующий по делу дело № 33-551/2025

Судья Бальжинимаев Б.Б.

(дело в суде первой инстанции № 2-251/2024,

УИД 80RS0003-01-2024-000398-75)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Кожиной Е.А.

и судей краевого суда Комковой С.В., ФИО10

при секретаре Максимовой М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г.Чите 4 декабря 2025 г. гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, КГСАУ «Забайкальское лесохозяйственное объединение», администрации сельского поселения «Дульдурга», администрации Дульдургинского муниципального округа Забайкальского края о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации, по встречному иску ФИО4 к ФИО1, ФИО2, администрации сельского поселения «Дульдурга», администрации Дульдургинского муниципального округа о признании права собственности на жилое помещение в силу приобретательной давности,

по апелляционной жалобе истцов ФИО1, ФИО2

на решение Дульдургинского районного суда Забайкальского края от 4 октября 2024 г., которым постановлено:

Исковые требования ФИО5 (паспорт № № №, <данные изъяты>.), ФИО1 (паспорт <данные изъяты>), ФИО2 (паспорт <данные изъяты>) к администрации сельского поселения «Дульдурга» о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации - оставить без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Кожиной Е.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Истцы ФИО5, ФИО1, ФИО2 обратились в суд к администрации сельского поселения «Дульдурга» с указанным иском ссылаясь на следующее. В связи с трудовыми отношениями с Дульдургинским межхозяйственным лесхозом в июне 1985 г. ФИО5 было предоставлено жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>. В сентябре 1985 г. ФИО5 заключила брак с ФИО3, в браке родились двое детей ФИО1 <Дата> года рождения и ФИО2 <Дата> года рождения. Брак между истцом и ФИО3 был расторгнут в 1991 году. В период брака и после его расторжения, семья проживала в спорной квартире. 31 января 1992 г. ФИО5 заключила брак с ФИО6 и совместно с несовершеннолетними детьми вынужденно переехала проживать в другое жилое помещение. В спорной квартире временно остался проживать ФИО3 На основании договора на передачу и продажу квартир в собственность граждан от 23 декабря 2002г. спорная квартира была передана в общую долевую собственность истцов и ФИО3 Собственником земельного участка по вышеуказанному адресу является ФИО5 В регистрации права собственности истцам отказано, поскольку отсутствуют правоустанавливающие документы на жилое помещение, а также соглашение об определении долей. На основании изложенного, просили признать за ФИО5, ФИО1 и ФИО2 право собственности на жилое помещение с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>, <адрес> по ? доли за каждым (т.1 л.д. 3-5).

Судом постановлено приведенное выше решение (т.1 л.д. 113-116).

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней истцы ФИО1, ФИО2 просят решение отменить, иск удовлетворить. Суд не учел, что в момент выезда из спорного жилого помещения, и также на момент заключения договора приватизации квартиры в 2002 году они были в несовершеннолетнем возрасте и по независящим от них причинам были лишены права владения спорным имуществом. Выезд их матери ФИО5 также был вынужденным, поскольку со стороны отца был созданы невыносимые условия для совместного проживания с применением физического насилия. Вынужденно выехав из квартиры, от своих прав на жилое помещение они не отказывались. Данный факт подтверждается оспариванием ФИО5 договора приватизации спорной квартиры отцом ФИО3 в 1993 году в судебном порядке, попытками выселения из спорной квартиры бывшей супруги отца ФИО4, заключением договора приватизации квартиры в 2002 году. Обращают внимание на то, что ФИО3 присутствовал при заключении договора приватизации в 2002 году и был согласен, но только без включения детей. Кроме этого, в 2019 году ФИО5 зарегистрировала право собственности на земельный участок по адресу: <адрес>. Факт того, что в договор приватизации в 2002 году включены двое несовершеннолетних детей, суд во внимание не принял. Также, суд не выяснил обстоятельства о праве Дульдургинского межлесхоза на приватизацию жилищного фонда и передаче принадлежащего ему жилья в муниципальную собственность. Отмечают, что на момент составления договора приватизации в 2002 году Дульдургинский межлесхоз осуществлял свою деятельность и оснований для передачи жилого фонда в муниципальную собственность не было. Полагают что их мать ФИО5 имела право участвовать в приватизации спорной квартиры, поскольку она была предоставлена ей как работнику Дульдургинского межлесхоза, ее выезд из квартиры был вынужденным, они находились в несовершеннолетнем возрасте (т.1 л.д. 118, 138-139).

В возражениях на апелляционную жалобу третьи лица ФИО3 ФИО4 просят решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения (т.1 л.д. 155, 164).

В связи со смертью истца ФИО5, умершей 19 октября 2024 г., определением судебной коллегии от 18 февраля 2025 г. производство по делу было приостановлено (т.1 л.д. 184-187), после чего 6 августа 2025 г. было возобновлено (т.3 л.д.193).

Определением судебной коллегии по гражданским делам Забайкальского краевого суда от 7 августа 2025 г. произведена процессуальная замена истца ФИО5 на правопреемника – сына ФИО1 (наследника по закону первой очереди, в установленном законом порядке принявшим наследство) (т.2 л.д.137).

Согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью четвертой статьи 330 данного кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции (часть 3).

В силу пункта 4 части 4 статьи 330 названного кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции в любом случае является принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

При наличии указанных оснований суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. О переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции выносится определение с указанием действий, которые надлежит совершить лицам, участвующим в деле, и сроков их совершения (часть 5).

Из материалов дела и решения суда первой инстанции следует, что требования истцов ФИО1 и ФИО2 о признании права собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, <адрес>, основаны на договоре приватизации от 23 декабря 2002 г., заключенном между их матерью ФИО5, в том числе от имени ФИО3 (бывшего супруга), и директором Дульдургинского межхозяйственного лесхоза ФИО7 (т.1 л.д.9).

Поскольку ФИО3 и Дульдургинский межхозяйственный лесхоз являлись стороной договора от 23 декабря 2002 г., суд первой инстанции обязан был разрешить вопрос о привлечении указанных лиц в качестве ответчиков. Однако при рассмотрении дела ФИО3 участвовал в качестве третьего лица, а правопреемник Дульдургинского межхозяйственного лесхоза судом первой инстанции не был определен и к участию в деле не привлечен.

Также суд первой инстанции, установив, что в спорной квартире с 1993 г. на постоянной основе проживает ФИО4, с которой ФИО3 ранее состоял в браке, однако к участию в деле в качестве соответчика ФИО4 не привлек, рассмотрел дело с ее участием в качестве третьего лица.

На основании информации архивных справок, составленных муниципальным архивом администрации муниципального района «Дульдургинский район» от 10 июля 2025 г., от 4 сентября 2025 г. (т.2 л.д.48, т.3 л.д.53), решений исполнительного комитета Дульдургинского районного Совета народных депутатов от 10 января 1978 г. № 20, от 7 мая 1978 г. № 140 и от 28 февраля 1986 г. № 47, постановления руководителя администрации Дульдургинского района от 29 июня 1999 г. № 97, анкетирования Дульдургинского филиала КГСАУ «Забайкальское лесохозяйственное объединение» (т.3 л.д.60), выписок из ЕГРЮЛ, судебной коллегией установлено, что правопреемником Дульдургинского межхозяйственного лесхоза является КГСАУ «Забайкальское лесохозяйственное объединение», исходя из следующего.

По имеющимся в муниципальном архиве документам, Дульдургинский межхозяйственный лесхоз образован решением исполнительного комитета Дульдургинского районного Совета народных депутатов от 10 января 1978г. № 20 (т.3 л.д.55).

На основании решения исполнительного комитета Дульдургинского районного Совета народных депутатов от 7 мая 1978 г. № 140 межхозяйственный лесхоз был переименован в Дульдургинский межколхозный лесхоз (т.3 л.д.56).

Решением исполнительного комитета Дульдургинского районного Совета народных депутатов от 28 февраля 1986 г. № 47 межколхозный лесхоз вновь переименован в Дульдургинский межхозяйственный лесхоз (т.3 л.д.57) и на основании постановления руководителя администрации Дульдургинского района от 29 июня 1999 г. № 97, перерегистрирован в Государственное учреждение «Дульдургинский сельский лесхоз» (т.3 л.д.58).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, Государственное учреждение «Дульдургинский сельский лесхоз» (ОГРН <***>) создано до 1 июля 2002 г., зарегистрировано 29 июля 1999 г. администрацией Дульдургинского района и 26 июля 2002 г. прекратило свою деятельность в результате ликвидации (т.3 л.д.78).

На основании приказа Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 27 февраля 2002 г. № 183 произведена реорганизация государственного учреждения «Читинское управление сельскими лесами» путем присоединения к нему государственных учреждений – сельских лесхозов, согласно приложению, в качестве филиалов.

Пунктом 3 приказа Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 27 февраля 2002 г. № 183 предусмотрено, что реорганизованное государственное учреждение «Читинское управление сельскими лесами» является федеральным государственным учреждением «Читинское управление сельскими лесами» (ФГУ «Читасельлес»), которое в свою очередь, является правопреемников присоединяемых к нему государственных учреждений – сельских лесхозов, указанных в Приложении к настоящему приказу, в перечне которых под № 8 указано Государственное учреждение «Дульдургинский сельский лесхоз». После присоединения наименование организации указано как Дульдургинский сельский лесхоз – филиал федерального государственного учреждения «Читинское управление сельскими лесами».

На основании постановления Правительства Российской Федерации от 8 июня 2005 г. № 27, федеральные государственные учреждения переданы субъектам Российской Федерации, согласно Приложению № 1, в перечне учреждений, передаваемых Читинской области, указано ФГУ «Читинское управление сельскими лесами».

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, Областное государственное учреждение «Читинское управление сельскими лесами (ОГУ «Читасельлес») (ОГРН <***>) создано путем реорганизации до 1 июля 2002 г., 15 января 2008 г. прекратило деятельность путем реорганизации в форме слияния, правопреемником указано Областное государственное учреждение «Забайкальский лес» (ОГРН <***>) (т.3 л.д.84).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, Областное государственное учреждение «Забайкальский лес» (ОГУ «Читасельлес») (ОГРН <***>) 15 января 2008 г. создано путем реорганизации в форме слияния, 4 марта 2009г. прекратило деятельность путем реорганизации в форме разделения, правопреемником является Краевое государственное учреждение «Дульдургинский лес» (ОГРН <***>) (т.3 л.д.93).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, Краевое государственное учреждение «Дульдургинский лес» (КГУ «Дульдургинский лес» (ОГРН <***>) 4 марта 2009 г. создано путем реорганизации в форме разделения, 20 января 2014 г. прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения, правопреемником является Краевое государственное специализированное автономное учреждение «Забайкальское лесохозяйственное объединение» (ОГРН <***>) (т.3 л.д.120).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, Краевое государственное специализированное автономное учреждение «Забайкальское лесохозяйственное объединение» (КГСАУ «Забайкаллесхоз») (ОГРН <***>) создано 24 сентября 2012 г., является действующим юридическим лицом. В сведениях о правопредшественниках юридического лица указано Краевое государственное учреждение «Дульдургинский лес» (ОГРН <***>) (т.3 л.д.4).

Таким образом, материалами дела подтверждено, что правопреемником Дульдургинского межхозяйственного лесхоза является КГСАУ «Забайкаллесхоз».

Исходя из того, что вышеуказанные лица не были привлечены судом первой инстанции к участию в деле в качестве соответчиков, протокольным определением от 9 октября 2025 г., судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса и привлекла ФИО3, ФИО4, КГСАУ «Забайкаллесхоз» к участию в деле в качестве соответчиков, на основании положений части 3 статьи 40, части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (т.2 л.д.65-67).

ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании суда апелляционной инстанции 20 ноября 2025 г. уточнили исковые требования и просили признать за ними право общей долевой собственности на жилое помещение с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>, <адрес>, в размере 2/3 доли за ФИО1, в размере 1/3 доли за ФИО2 (т.3 л.д.137).

Ответчик ФИО4, в свою очередь, предъявила встречный иск о признании за ней права собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, <адрес> в порядке приобретательной давности, ссылаясь на то, что с апреля 1993 г. открыто, добросовестно, непрерывно владеет спорной квартирой, как своей собственной (т.3 л.д.158).

Протокольным определением от 20 ноября 2025 г., судебной коллегией приняты к рассмотрению уточнения исковых требований ФИО1 и ФИО2 и встречный иск ФИО4, а также привлечены к участию в деле в качестве соответчика администрация Дульдургинского муниципального округа Забайкальского края – в связи с преобразованием путем объединения сельских поселений, в перечень которых входит сельское поселение «Дульдурга» в Дульдургинский муниципальный округ, с установлением переходного периода до 1 сентября 2026 г. (т.3 л.д.197), в качестве третьего лица – ФИО8, который с 1 апреля 2016 г. зарегистрирован в спорной квартире (т.3 л.д.168).

В суд апелляционной инстанции истец ФИО1, ответчики ФИО3, ФИО4, третье лицо ФИО8 не явились, ответчики КГСАУ «Забайкаллесхоз», администрация сельского поселения «Дульдурга», администрация Дульдургинского муниципального округа Забайкальского края своих представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела были извещены надлежащим образом.

В силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, рассмотрев дело по правилам производства в суде первой инстанции, заслушав объяснения истца ФИО2, поддержавшей заявленные исковые требования и возражавшей против удовлетворения встречного иска ФИО4, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, на основании выписки из решения профсоюзного собрания Межхозяйственного Лесхоза с.Дульдурга от 15 декабря 1984 г. ФИО5, в период ее работы в Дульдургинском межхозяйственном лесхозе (т.1 л.д.61, т.2 л.д.34) была выделена в порядке очередности квартира по адресу: <адрес> (т.2 л.д.123).

21 сентября 1985 г. ФИО5 заключила брак с ФИО3, после регистрации брака ей была присвоена фамилия – ФИО5. В браке у них родилось двое детей: сын ФИО1, <Дата> года рождения, дочь ФИО2 <Дата> года рождения (после заключения брака 6 октября 2011 г. – ФИО2) (т.1 л.д.23, т.2 л.д.14).

28 января 1992 г. брак между ФИО3 и ФИО5 был прекращен (т.1 л.д.11). 31 января 1992 г. ФИО5 заключила брак с ФИО6, после регистрации брака ей была присвоена фамилия - ФИО5 (т.1 л.д.12).

При рассмотрении дела в суде стороны не оспаривали, что ФИО5 в период брака с ФИО3 проживала с ним и их несовершеннолетними детьми по адресу: <адрес>, после расторжения брака с ФИО3 выехала из данной квартиры вместе с детьми, стала проживать по иному месту жительства с супругом ФИО6 В спорной квартире остался проживать ее бывший супруг ФИО3

1 марта 1993 г. был заключен договор на передачу и продажу квартир в собственность между Дульдургинским межхозяйственным лесхозом (сокращенно – МХЛ) в лице директора ФИО7 и ФИО3 квартиры, состоящей из трех комнат, на количество членов семьи 1 человек, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью 66 кв.м. Договор зарегистрирован в администрации с.Дульдурга 3 марта 1993 г. в реестре за № (т.1 л.д.55).

На основании постановления главы администрации муниципального образования Дульдурга Дульдургинского района Агинского Бурятского автономного округа Читинской области от 26 марта 2001 г. № 84, была изменена нумерация жилых домов по <адрес>, новый адрес спорной квартиры стал: <адрес> (т.3 л.д.30).

Решением Дульдургинского районного суда Агинского Бурятского автономного округа от 13 декабря 2001 г., оставленным без изменения судебной коллегией окружного Агинского Бурятского автономного округа от 15 января 2002 г. (т.2 л.д.149) удовлетворен иск ФИО5 к ФИО3 о признании недействительным договора приватизации, признан недействительным договор на передачу и продажу квартиры в собственность граждан от 1 марта 1993 г., заключенный между Дульдургинским межхозяйственным лесхозом и ФИО3

Признавая договор от 1 марта 1993 г. недействительным, суд исходил из того, что приватизация произведена ФИО3 без учета прав его несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО2, которые на момент приватизации, после развода родителей хоть и выбыли из квартиры, однако не утратили право пользования ей, в связи с чем, в силу статьи 7 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», имели право быть включенными в договор приватизации.

23 декабря 2002 г. директор МХЛ ФИО7, действующий в силу прав по должности, именуемый «продавец» и ФИО3, ФИО5 (покупатели) оформили договор, по условиям которого, продавец передал в собственность, а покупатели приобрели в собственность квартиру, состоящую из 3-х комнат, общей площадью 56 кв.м, расположенную по адресу: <адрес>. Договор подписан ФИО7 и ФИО5, подпись ФИО3 в договоре отсутствует, под текстом договора имеется запись: сын ФИО1, дочь ФИО2 (т.1 л.д.9).

6 сентября 2018 г. ФИО5 обратилась в Управление Росреестра по Забайкальскому краю с заявлением о государственной регистрации права собственности на спорную квартиру.

Уведомлением Управления Росреестра по Забайкальскому краю от 24 декабря 2018 г. ФИО5 отказано в государственной регистрации прав без одновременного государственного кадастрового учета на помещение с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>, <адрес> (т.1 л.д.10).

Из указанного уведомления следует, что при проведении правовой экспертизы было установлено, что согласно договору на передачу квартир в собственность граждан от 2002 г., предоставленному на государственную регистрацию, квартира по вышеуказанному адресу передана в общую совместную собственность ФИО5 и ФИО3, право общей совместной собственности не зарегистрировано в 2002 г. В соответствии с Федеральным законом № 122-ФЗ от 21 июля 1997 г., для регистрации права общей долевой собственности необходимо представить заявление и правоустанавливающие документы передающей стороны – администрации сельского поселения «Дульдургинское» на квартиру и соглашение об определении долей с заявлением о государственной регистрации второго сособственника ФИО3. Поскольку данные документы представлены не были, зарегистрировать право общей долевой собственности не представляется возможным (пункты 4, 5 части 1 статьи 26 Федерального закона № 218-ФЗ).

Обращаясь в суд с настоящим иском, уточненным в ходе рассмотрения дела, ФИО1 и ФИО2 просили признать право собственности на спорное жилое помещение в порядке приватизации, на основании заключенного 23 декабря 2002 г. с директором МХЛ ФИО7 договора на передачу квартир в собственность граждан.

Ответчик ФИО3 против удовлетворения иска возражал, указывая на то, что договор приватизации от 23 декабря 2002 г. он не подписывал, своего согласия на приватизацию квартиры не давал, в указанный период времени в данной квартире истцы не проживали, фактически жил он с новой семьей супругой ФИО4, и их несовершеннолетней дочерью ФИО9 <Дата> года рождения, <Дата> у них также родился сын ФИО8, который стал проживать в этой квартире.

Ответчик ФИО4, выражая несогласие с заявленным иском, заявила встречный иск о признании за ней права собственности на спорное жилое помещение по основанию приобретательной давности в силу статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик КСАУ «Забайкаллесхоз» интереса к рассмотрению дела проявил, до привлечения к участию в деле, представил письменную информацию о том, что правопреемником Дульдургинского межхозяйственного лесхоза себя не считает. Также просил суд рассмотреть вопрос о соблюдении сторонами срока исковой давности (т.3 л.д.3).

Разрешая спор, судебная коллегия приходит к выводу, что правовых оснований для удовлетворения иска ФИО1 и ФИО2 не имеется.

В качестве основания возникновения права собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, <адрес> истцы ФИО1 и ФИО2, ссылались на договор приватизации от 23 декабря 2002 г.

В соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 151-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей на момент приватизации квартиры) граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

В соответствии с положениями статьи 1 названного закона приватизация жилых помещений возможна гражданами в отношении занимаемых ими на основании договора найма жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде.

Таким образом, одним из условий реализации права гражданина на передачу ему в собственность жилого помещения является его проживание в жилом помещении государственного или муниципального жилищного фонда.

В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных указанным Федеральным законом.

В период возникновения спорных правоотношений (на момент предоставления спорной квартиры в 1984 г. ФИО5) действовал Жилищный кодекс РСФСР.

Согласно частям 1, 2 статьи 10 Жилищного кодекса РСФСР граждане РСФСР имели право на получение в установленном порядке жилого помещения в домах государственного или общественного жилищного фонда, либо жилищно-строительных кооперативов. Жилые помещения в домах государственного и общественного жилищного фонда, а также в домах жилищно-строительных кооперативов предоставлялись гражданам в бессрочное пользование.

В силу статьи 6 Жилищного кодекса РСФСР государственный и ведомственный жилищный фонды находились в ведении местных Советов народных депутатов, министерств, государственных комитетов и ведомств.

Исходя из положений статьи 42 Жилищного кодекса РСФСР жилые помещения предоставлялись гражданам в домах жилищного фонда местных Советов народных депутатов исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Совета народных депутатов при участии общественной комиссии по жилищным вопросам, создаваемой при исполнительном комитете из депутатов Советов, представителей общественных организаций, трудовых коллективов.

В силу части 1 статьи 43 Жилищного кодекса РСФСР, жилые помещения предоставлялись гражданам в домах ведомственного жилищного фонда по совместному решению администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации, утвержденному исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Совета народных депутатов, а в случаях, предусмотренных Советом Министров СССР, - по совместному решению администрации и профсоюзного комитета с последующим сообщением исполнительному комитету соответствующего Совета народных депутатов о предоставлении жилых помещений для заселения.

Из материалов дела видно, что спорная квартира была предоставлена в 1984 г. ФИО5 (на тот момент – ФИО5.), по месту ее работы в Дульдургинском межхозяйственном лесхозе, в порядке очередности, на основании решения профсоюзного собрания от 15 декабря 1984 г.

Следовательно, жилое помещение изначально предоставлено нанимателю ФИО5 из государственного жилищного фонда, относящегося к ведомственному жилищному фонду, по договору найма.

В соответствии со статьей 54 Жилищного кодекса РСФСР наниматель вправе был в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей, других родственников, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи. Граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами настоящей статьи, приобретали равное с нанимателем и остальными членами его семьи право пользования жилым помещением, если эти граждане являлись или признавались членами его семьи (статья 53 Жилищного кодекса РСФСР).

Статьей 53 Жилищного кодекса РСФСР было предусмотрено, что к членам семьи нанимателя относились супруг нанимателя, их дети и родители.

По делу установлено, что после вселения в квартиру, ФИО5, вступила 21 сентября 1985 г. в брак с ФИО3, от которого родила сына ФИО1 <Дата> года рождения, дочь ФИО2 <Дата> года рождения. Указанные лица на правах члена семьи нанимателя были вселены в данную квартиру, следовательно, в силу приведенных правовых норм, приобрели равное с ФИО5 право пользования спорной квартирой.

После развода с ФИО3, в 1992 г. ФИО5 выехала из спорной квартиры вместе с детьми, 31 января 1992 г. вступила в брак с ФИО6, стала проживать по месту его жительства.

В соответствии с частью 2 статьи 89 ЖК РСФСР в случае выезда нанимателя и членов его семьи на постоянное место жительства в другое место, договор найма считается расторгнутым со дня выезда.

При установленных обстоятельствах, в силу части 2 статьи 89 ЖК РСФСР, договор найма жилого помещения с ФИО5 считался расторгнутым, в связи с ее выездом в 1992 г. из него на иное место жительства. Ссылка истцов о вынужденном характере выезда ФИО5 несостоятельна, поскольку смена места жительства ФИО5 была обусловлена прекращением семейных отношений с ФИО3 и созданием новой семьи с ФИО6

Таким образом, с 1992 г. основным нанимателем жилого помещения стал являться ФИО3, который был вселен ФИО5 в него на правах члена семьи в установленном законом порядке, и приобрел равное с ней право пользования жилым помещением. В этой связи доводы истцов об отсутствии у ФИО3 законного права пользования данным помещением, по тем основаниям, что жилое помещение было предоставлено ФИО5 по месту работы Дульдургинским межхозяйственным лесхозом, работником которого ФИО3 не являлся, судебная коллегия оставляет без внимания.

Право пользования спорной квартирой, наряду с ФИО3 сохранили его дети – истцы ФИО3 и ФИО2, так как выехали из квартиры в несовершеннолетнем возрасте.

В соответствии с положениями Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 151-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», вышеуказанные лица имели право на приватизацию спорного жилого помещения.

Однако, заключив 1 марта 1993 г. договор на передачу и продажу квартир в собственность с директором МХЛ ФИО7, данное право ФИО3 реализовал без учета прав несовершеннолетних детей, что послужило основанием для признания сделки недействительной по иску их матери ФИО5 к ФИО3

Из решения Дульдургинского районного суда Агинского Бурятского автономного округа от 13 декабря 2001 г., оставленного без изменения судебной коллегии окружного Агинского Бурятского автономного округа от 15 января 2002 г. усматривается, что дело было рассмотрено с участием истца ФИО5, ответчика ФИО3, третьего лица ФИО4 (после заключения брака ФИО4 Дульдургинский межхозяйственный лесхоз судом к участию в деле не привлечен со ссылкой на то, что решением суда права данного предприятия не затрагиваются.

Между тем, договор на передачу и продажи квартир в собственность граждан от 1 марта 1993 г., заключенный между Дульдургинским межхозяйственным лесхозом и ФИО3 суд признал недействительным в полном объеме. Последствия недействительности вышеназванной сделки в виде двусторонней реституции, как это было предусмотрено пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, Дульдургинский районный суд Агинского Бурятского автономного округа не применил. Следовательно, право государственной собственности на данное жилое помещение, судом восстановлено не было.

Таким образом, договор найма жилого помещения был прекращен 1 марта 1993 г., в связи с заключением ФИО3 сделки приватизации и передачей в его собственность спорной квартиры, и не был восстановлен после признания договора приватизации судом недействительным.

В связи с тем, что указанный договор был признан судом недействительным, он не повлек для ФИО3 юридических последствий в виде права собственности на спорную квартиру (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации). Однако в связи с неприменением судом последствий недействительности сделки в виду двухсторонней реституции, жилое помещение по адресу: <адрес> не было возвращено в государственный жилищный фонд, в ведение Дульдургинского сельского лесхоза – филиала федерального государственного учреждения «Читинское управление сельскими лесами», которое на тот момент являлось правопреемником Дульдургинского межхозяйственного лесхоза.

Пунктом 1 статьи 225 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что бесхозяйной является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен либо, если иное не предусмотрено законами, от права собственности на которую собственник отказался.

По информации КГБУ «ЗабГеоИнформЦентр», в Реестре технического учета отсутствуют сведения о правах на спорное имущество (т.2 л.д.22).

Согласно выписке из ЕГРН от 1 августа 2024 г., жилое помещение – квартира, с кадастровым номером №, площадью 70,4 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, <адрес>, сведения о зарегистрированных правах отсутствуют (т.1 л.д.6).

В муниципальной собственности данная квартира не значится.

Следовательно, на момент заключения ФИО5 23 декабря 2002 г. договора приватизации, жилое помещение по адресу: <адрес> не относилось к государственному или муниципальному жилищному фонду, по смыслу пункта 1 статьи 225 Гражданского кодекса, являлось бесхозяйным, соответственно, проживание в нем не могло осуществляться на условиях договора найма (договора социального найма).

При этом судебная коллегия учитывает, что, после признания договора приватизации от 1 марта 1993 г. недействительным, его последующая приватизация в 2002 г. могла быть осуществлена с соблюдением всех требований, предусмотренных Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 151-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации».

В соответствии со статьей 7 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 151-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции от 29 ноября 2002 г.), передача жилых помещений в собственность граждан оформлялась договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством. При этом нотариального удостоверения договора передачи не требуется и государственная пошлина не взимается.

Из материалов дела следует, что вышеприведенные требования закона, при заключении 23 декабря 2002 г. договора приватизации спорной квартиры, между ФИО5, ФИО3 и директором МХЛ ФИО7. соблюдены не были.

Как было указано выше, на момент заключения договора правом передачи жилого помещения в собственность ФИО7 не обладал, поскольку в соответствии с листом записи ЕГРЮЛ, имеющимся в материалах дела, являлся руководителем ООО «Дульдургинский лесхоз» (ОГРН <***>), которое было создано 27 марта 2002 г. (т.3 л.д.52), и по информации налогового органа 22 ноября 2021 г. исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности (т.3 л.д.51). Однако в ходе рассмотрения дела не подтверждено, что указанное общество было образовано за счет государственного имущества, ранее находящегося в ведении Дульдургинского межхозяйственного лесхоза. Более того, судебная коллегия установила, что на момент заключения данного договора, правопреемником Дульдургинского межхозяйственного лесхоза являлось федеральное государственное учреждение «Читинское управление сельскими лесами», чьи интересы ФИО7 не представлял.

Помимо прочего, установив, что спорное жилое помещение не находилось в государственном или муниципальном жилищном фонде, проживающие в данной квартире не осуществляли право пользования им на условиях социального найма, ФИО7 не имел права на передачу жилого помещения в собственность ФИО5 и ФИО3, судебная коллегия также учитывает, что ФИО3 своего согласия на приватизацию не давал, данный договор не подписывал, сама ФИО5 утратила права пользования данным помещением, а права проживающих на тот момент в квартире ФИО4, несовершеннолетней ФИО9, не были учтены при оформлении договора.

Таким образом, в удовлетворении иска ФИО1 и ФИО2 ко всем ответчикам надлежит отказать. Указанные в иске ответчики признаны судебной коллегией надлежащими, поскольку ФИО3 и правопреемник Дульдургинского межхозяйственного лесхоза - КГСАУ «Забайкальское лесохозяйственное объединение» указаны сторонами в договоре приватизации, ответчик ФИО4 фактически проживает в спорной квартире и несет бремя ее содержания, а администрация сельского поселения «Дульдурга» и администрация Дульдургинского муниципального округа Забайкальского края представляют интересы муниципального образования, поскольку спор возник в отношении бесхозяйного имущества.

Ссылка КГСАУ «Забайкаллесхоз» о применении срока исковой давности (т.3 л.д.3) не принимается во внимание. В соответствии с абзацем третьим пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков. Поскольку таких оснований не имеется, а заявление КГСАУ «Забайкаллесхоз» не было поддержано остальными ответчиками, оно оставляется судебной коллегией без внимания.

Между тем, встречный иск ФИО4 судебная коллегия признает обоснованным и подлежащим удовлетворению.

В силу пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают в том числе, из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности, в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

В силу пункта 3 статьи 218 данного кодекса в случаях и в порядке, предусмотренных этим кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно статье 225 Гражданского кодекса Российской Федерации бесхозяйной является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен либо, если иное не предусмотрено законами, от права собственности на которую собственник отказался (пункт 1). Бесхозяйные недвижимые вещи принимаются на учет органом, осуществляющим государственную регистрацию права на недвижимое имущество, по заявлению органа местного самоуправления, на территории которого они находятся. По истечении года со дня постановки бесхозяйной недвижимой вещи на учет орган, уполномоченный управлять муниципальным имуществом, может обратиться в суд с требованием о признании права муниципальной собственности на эту вещь. Бесхозяйная недвижимая вещь, не признанная по решению суда поступившей в муниципальную собственность, может быть вновь принята во владение, пользование и распоряжение оставившим ее собственником либо приобретена в собственность в силу приобретательной давности (пункт 3).

В соответствии со статьей 234 этого же кодекса лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены данной статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (пункт 1).

Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 данного кодекса, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, - не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя (пункт 4).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Как указано в абзаце первом пункта 16 приведенного выше постановления, по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абзацу первому пункта 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

По смыслу указанных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.

По настоящему делу установлен факт постоянного проживания ФИО4 с 1993 г. в квартире по адресу: <адрес><адрес>.

Из фактических обстоятельств дела, объяснений сторон судебной коллегией установлено, что в 1993 г. ФИО3 стал проживать одной семьей с ФИО4, вселил ее в спорную квартиру, а 28 декабря 2001 г. дал согласие на ее регистрацию в данной квартире на правах члена семьи. С 2005 г. по 2018 г. ФИО3 и ФИО4 состояли в зарегистрированном браке, после расторжения брака, с 2018 г. ФИО4 осталась проживать в квартире с дочерью ФИО9 <Дата> года рождения, сыном ФИО8 <Дата> года рождения.

ФИО3 заключил 2 декабря 2014 г. брак с Б. (т.2 л.д.14), 24 августа 2018 г. снялся с регистрационного учета по указанному адресу и был зарегистрирован по адресу: <адрес> (т.1 л.д.87), в настоящее время фактически проживает по данному адресу.

Истцы в спорной квартире не проживают.

По состоянию на 1 ноября 2025 г. в жилом помещении по адресу: <адрес><адрес> значатся зарегистрированными по месту жительства: с 28 декабря 2001г. – ФИО4, с 1 апреля 2016 г. – ФИО8 (сын).

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица ФИО8 каких-либо возражений против удовлетворения иска не представил.

Во встречном иске ФИО4 указывает, что на протяжении более 30 лет проживает в спорной квартире, делает в ней ремонт, платит налоги и коммунальные платежи. Данные обстоятельства подтверждаются уведомлениями налогового органа, справками ресурсоснабжающих организаций, выписками из похозяйственных книг.

Таким образом, факт непрерывного, добросовестного владения ФИО4 спорной квартирой, как своим собственным имуществом, на протяжении более 30 лет, нашел свое подтверждение в суде апелляционной инстанции.

Факт того, что в 2018 г. ФИО5 направляла в адрес ФИО4 требование о выселении, и в 2019 г. оформила на свое имя право собственности на земельный участок, расположенный под спорной квартирой, который в порядке наследования перешел в собственность ФИО1 основанием для отказа в иске не является, поскольку ФИО5 собственником спорной квартиры и фактическим владельцем земельного участка не являлась.

Вопреки доводам истцов, ФИО4 является добросовестным владельцем спорной квартиры, поскольку была вселена в квартиру на законных основаниях – на правах члена семьи ФИО3, который после развода, оставил квартиру в ее пользовании.

Надлежащими ответчиками по заявленным встречным требования судебная коллегия признает ФИО1 и ФИО2, заявляющих требования о своих права в отношении данного имущества.

Также, поскольку спорная квартира не имеет собственника и является бесхозяйной, надлежащими ответчиками по встречному иску являются администрация сельского поселения «Дульдурга» и администрация Дульдургинского муниципального округа Забайкальского края.

Учитывая, что данное дело рассмотрено судом апелляционной инстанции по правилам производства в суде первой инстанции, судебная коллегия считает необходимым решение суда отменить на основании пункта части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 и удовлетворении встречного иска ФИО4

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Дульдургинского районного суда Забайкальского края от 4 октября 2024 г. отменить.

Принять по делу новое решение.

В удовлетворении иска ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, КГСАУ «Забайкальское лесохозяйственное объединение», администрации сельского поселения «Дульдурга», администрации Дульдургинского муниципального округа Забайкальского края о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации, отказать.

Встречный иск ФИО4 удовлетворить.

Признать за ФИО4 в порядке приобретательной давности право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, <адрес>, кадастровый номер №.

Решение является основанием для внесения изменений в сведения Единого государственного реестра недвижимости.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное

определение изготовлено «12» января 2026 г.