Апелляционное определение № 33-1022/2026 от 6 апреля 2026 г.

КОПИЯ

СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

гр. дело № 2-3319/2026

89RS0004-01-2025-004333-36

судья О.Ю. Шафоростова

апелл. дело № 33-1022/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Салехард 7 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи Долматова М.В.

судей коллегии Акбашевой Л.Ю., Селиверстовой Ю.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Яковлевой В.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания СОГАЗ-Жизнь» о взыскании денежных средств, процентов, штрафа, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ответчика общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания СОГАЗ-Жизнь» на решение Новоуренгойского городского суда от 2 декабря 2025 года, которым постановлено:

Иск ФИО1 (ИНН №) удовлетворить частично.

Признать расторгнутым с 19.11.2024 договор страхования жизни с оформлением полиса страхования жизни от 03.02.2023 № 129221000363423, заключённый между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Страховая компания СОГАЗ-ЖИЗНЬ» (ИНН <***>).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания СОГАЗ-ЖИЗНЬ» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН №) 9.952.006 (девять миллионов девятьсот пятьдесят две тысячи шесть) рублей 73 копейки.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания СОГАЗ-ЖИЗНЬ» (ИНН <***>) проценты за пользование чужими денежными средствами в размере ключевой ставки ЦБ РФ, действующей в соответствующий период, на основании ст. 395 ГК РФ, исходя из суммы фактического остатка основного долга (7.000.000 рублей), ежемесячно, начиная с 03.12.2025 по день полного погашения основного долга, включительно.

В остальной части иска ФИО1 (ИНН №) отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания СОГАЗ-ЖИЗНЬ» (ИНН <***>) в бюджет муниципального образования город Новый Уренгой государственную пошлину в размере 36.330 (тридцать шесть тысяч триста тридцать) рублей.

Заслушав доклад судьи Акбашевой Л.Ю., пояснения представителя истца Ивановой Н.Г., судебная коллегия

установила:

Л.П. Книтель обратилась с иском к ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» о взыскании денежных средств, процентов, штрафа, компенсации морального вреда. Указала, что 3 февраля 2023 года заключила с ответчиком договор инвестиционного страхования жизни (ИСЖ) по комплексной программе «Индекс Доверия Премиум» сроком на 3 года, страховая премия по которому составила 7 000 000 руб. При заключении договора ей не была предоставлена полная информация о предполагаемом инвестиционном доходе. Просила суд расторгнуть договор, взыскать в ее пользу страховую премию в сумме 7 000 000 руб, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 21 ноября 2024 года по 1 сентября 2025 года в сумме 1 117 247,47 руб, компенсацию морального вреда в суме 30 000 руб, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 30 000 руб.

Судом постановлено решение, резолютивная часть которого указана выше, с которым не согласен ответчик.

В апелляционной жалобе ответчик просит об отмене решения суда в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела, допущенными нарушениями норм процессуального права и постановлении нового об отказе в удовлетворении требований иска. Указано, что при заключении договора истцу разъяснен способ определения дохода по договору добровольного страхования, формула расчета и перечень показателей, активов, перечень случаев, при наступлении которых доход по договору не выплачивается. Л.П. Книтель была ознакомлена, подписала и получила на руки информацию (памятку) о договоре страхования, т.е. была проинформирована о существенных условиях договора на стадии его заключения; прошла проверку наличия специальных знаний в области финансов путем анкетирования, в соответствии с размером страховой премии, превысившей 6 000 000 руб, относится к категории квалифицированного инвестора. В силу профессиональной деятельности она обладает специальными познаниями в области финансов, экономики, банковской и страховой деятельности, а также имеет опыт инвестирования по иным договорам. Судом не принято во внимание, что истец не воспользовалась периодом охлаждения, предусматривающим возможность отказаться от договора с гарантированным возвратом суммы страховой премии, и оснований для возврата ей страховой премии с полном объеме не имелось.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель истца адвокат Н.Г. Иванова полагает, что решение суда является законным и обоснованным.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца адвокат Н.Г. Иванова возражала против удовлетворения требований апелляционной жалобы, поддержав доводы возражений на нее.

Остальные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены.

Кроме того, информация о времени и месте слушания дела заблаговременно размещена на сайте суда ЯНАО в сети Интернет.

С учетом изложенного судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

В соответствии с абз. 1 ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Заслушав пояснения представителя истца, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 3 февраля 2023 года между ФИО1 и ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» заключен договор инвестиционного страхования жизни (ИСЖ) по комплексной программе «Индекс Доверия Премиум» сроком на 3 года, с 3 февраля 2023 года по 27 февраля 2026 года, по страховым рискам: дожитие, смерть по любой причине, смерть в результате несчастного случая, смерть в результате ДТП, инвалидность 1 группы в результате несчастного случая. В подтверждение заключения договора ФИО1 выдан полис страхования жизни от 3 февраля 2023 года № 129221001179921 (том 1, л.д. 12 – 16).

Страховая сумма по договору составила 7 000 000 руб и выплачена истцом платежным поручением от 3 февраля 2023 года № 934 (том 1, л.д. 17).

Выгодоприобретателем (на случай смерти застрахованного лица) в договоре указан ФИО2 (п. 3 Полиса).

Как следует из преамбулы полиса, договор заключен на основании унифицированных правил страхования жизни (далее – Правила) и дополнительных условий страхования к ним (далее – ДУ № 1) в редакции, действующей на дату заключения настоящего договора, которые являются неотъемлемой частью договора.

В пункте 10 полиса приведена таблица выкупной суммы в рублях по кварталам года, которая может быть выплачена страхователю в случае досрочного расторжения договора, при условии оплаты всех страховых премий за период до расторжения договора.

Указанный пункт содержит указание о том, что при расторжении договора в срок до 8 марта 2023 года выкупная сумма составляет не менее размера уплаченной премии.

Как следует из содержания искового заявления и пояснений представителя истца в судебном заседании суда первой инстанции, в июле 2024 года Л.П. Книтель обратилась ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» о раскрытии информации о том, куда инвестированы ее денежные средства, каков инвестиционный доход страховой компании, а также о расчете и выплате причитающихся ей по договору страхования денежных средств, и с даты получения ответа на обращение у нее появились основания полагать, что страховая компания нарушает условия договора страхования в части инвестирования денежных средств, а также об отсутствии инвестиционного дохода, на который она рассчитывала при заключении договора.

Так, из ответа ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» от 18 июля 2024 года № И-7666 следует, что дополнительный инвестиционный доход будет рассчитан на дату окончания расчетного периода, т.е. на 27 февраля 2023 года. Для обеспечения выплаты гарантированных страховых сумм и возможности получения дополнительного инвестиционного дохода средства инвестиционного фонда в размере 6 153 000 руб на дату заключения договора страхования распределяются на консервативный и активный портфели и инвестируются в финансовые инструменты (с увеличением дошли активов с фиксированной доходностью к окончанию срока страхования).

12 ноября 2024 года Л.П. Книтель направила ответчику претензию о расторжении договора инвестиционного страхования жизни, возврате страховой премии в сумме 7 000 000 руб, уплате процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 1 652 796,97 руб в течение 10 дней с даты получения претензии (том 1, л.д. 31 – 32).

В ответе на претензию ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» от 21 ноября 2024 года указано на необоснованность ее требований на предложенных истцом условиям (том 1, л.д. 33 - 37).

Полагая, что при заключении договора страхования она была неверно проинформирована об условиях договора страхования жизни, Л.П. Книтель обратилась в суд с настоящим иском.

Разрешая возникший спор и удовлетворяя требования иска в части, суд первой инстанции, применив положения ст. ст. 450, 927, 934, 943, 958 Гражданского кодекса РФ, ст. ст. 3, 6, 10, 25, 26, 32.9 Закона РФ от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», ст. ст. 10, 12, 29 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», проанализировав Указание «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления добровольного страхования жизни с условием периодических выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика» от 11 января 2019 г. № 5055-У, учитывая, что Л.П. Книтель квалифицированным инвестором не признана, исходил из того, что ответчик существенно нарушил условия договора инвестиционного страхования, не информировав истца надлежащим образом об отсутствии гарантированного инвестиционного дохода, составе базового актива, рисках, связанных с заключением договора, о порядке начисления инвестиционного дохода, об объектах инвестирования, и пришел к выводу о взыскании страховой премии в сумме 7 000 000 руб.

Разрешая исковые требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 395 Гражданского кодекса РФ, п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательства», исходил из установленного факта неисполнения ответчиком своих обязательств по возврату страховой премии и пришел к выводу о правомерности требований истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 30 ноября 2024 года по 2 декабря 2025 года в сумме 1 379 990 руб.

Также суд первой инстанции на основании ст. ст. 330, 395 Гражданского кодекса РФ пришел к выводу о необходимости взыскания с ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 3 декабря 2025 года по дату фактического исполнения решения суда, исходя из ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации, действующей на соответствующий период, исходя из суммы фактического остатка основного долга (7 000 000 руб).

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 934 Гражданского кодекса РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в жизни страхователя иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Согласно п. 1 ст. 943 Гражданского кодекса РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне, либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре (п. 2 ст. 943 Гражданского кодекса РФ).

Из разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации в постановлении от 3 апреля 2023 г. № 14-П следует, что баланс прав и законных интересов продавца и покупателя (исполнителя и заказчика) не исключает право суда изменить условия договора, если посредством доказывания будут установлены явное неравенство переговорных условий и, соответственно, положение потребителя, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, приведшие к закреплению в договоре явно обременительных для него условий.

В силу п. 1 ст. 927 Гражданского кодекса РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховщиком.

Подпунктом 3 п. 1 ст. 32.9 Закона РФ от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» закреплено, что в Российской Федерации осуществляется такой вид страхования как страхование жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика.

Предметом такого личного страхования выступают условия существования страхователя (застрахованного лица), а объектом - интерес страхователя (застрахованного лица), заключающийся в обеспечении своего материального положения или положения другого лица (выгодоприобретателя) на определенном уровне. При данном страховании сущностью страхования является не возмещение убытков, а предоставление материального обеспечения лицу, определенному в качестве выгодоприобретателя.

Статьей 3 Закона об организации страхового дела, предусмотрено, что Правила страхования (за исключением правил страхования, принимаемых в рамках международных систем страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, к которым присоединилась Российская Федерация) должны содержать исчерпывающий перечень сведений и документов, необходимых для заключения договоров страхования, оценки страховых рисков, определения размера убытков или ущерба, и, кроме того, сроки и порядок принятия решения об осуществлении страховой выплаты, а для договоров страхования жизни также порядок расчета выкупной суммы и начисления инвестиционного дохода, если договор предусматривает участие страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

Банк России вправе определять в своих нормативных актах минимальные (стандартные) требования к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования.

По требованиям страхователей, застрахованных лиц, выгодоприобретателей, а также лиц, имеющих намерение заключить договор страхования, страховщики обязаны разъяснять положения, содержащиеся в правилах страхования и договорах страхования, предоставлять информацию о размере вознаграждения, выплачиваемого страховому агенту, страховому брокеру по обязательному страхованию, расчеты изменения в течение срока действия договора страхования страховой суммы, расчеты страховой выплаты или выкупной суммы (если такие условия предусмотрены договором страхования жизни), информацию о способах начисления и об изменении размера инвестиционного дохода по договорам страхования жизни, заключаемым с условием участия страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

Страховщик, действующий самостоятельно либо с привлечением страхового агента или страхового брокера, которые действуют в интересах страховщика, в том числе с использованием финансовой платформы в соответствии с Федеральным законом «О совершении финансовых сделок с использованием финансовой платформы», обязан предоставить физическому лицу, имеющему намерение заключить договор страхования, достоверную информацию о таком договоре, в том числе о его условиях и рисках, связанных с его исполнением. Минимальные (стандартные) требования к объему и содержанию предоставляемой информации устанавливаются базовым стандартом защиты прав и интересов физических и юридических лиц - получателей финансовых услуг, оказываемых членами саморегулируемых организаций в сфере финансового рынка, объединяющих страховые организации и иностранные страховые организации, который разработан, согласован и утвержден в соответствии с требованиями Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 223-ФЗ «О саморегулируемых организациях в сфере финансового рынка», и (или) нормативным актом Банка России. Указанная информация должна предоставляться в письменной форме на бумажном носителе или в электронной форме. Орган страхового надзора вправе установить форму, способы и порядок предоставления указанной информации.

Кроме того, п. 1 Указания Банка России от 11 января 2019 г. № 5055-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления добровольного страхования жизни с условием периодических выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика», действовавшего на момент заключения договора, предписано, что при осуществлении добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика (далее - добровольное страхование) страховщик должен предоставить лицу, имеющему намерение заключить договор добровольного страхования (далее - получатель страховых услуг), следующую информацию о:

6) наличии гарантированного дохода выгодоприобретателя по договору добровольного страхования и его размере, а при отсутствии гарантированного дохода выгодоприобретателя по договору добровольного страхования - информация о том, что гарантированный доход выгодоприобретателя по договору добровольного страхования равен нулю процентов;

7) перечне активов, от стоимости (динамики стоимости) которых зависит размер дохода выгодоприобретателя по договору добровольного страхования;

8) том, что доходность по активам, указанным в подпункте 7 настоящего пункта, и (или) по договорам добровольного страхования в прошлом не гарантирует доход выгодоприобретателя по договору добровольного страхования.

В соответствии с п. 2 Указания Банка России от 11 января 2019 г. № 5055-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления добровольного страхования жизни с условием периодических выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика», страховщик должен обеспечить предоставление получателю страховых услуг информации, предусмотренной пунктом 1 настоящего Указания, четким, хорошо читаемым шрифтом максимального размера из используемых на странице размеров шрифта.

Пунктом 3 Указания Банка России от 11 января 2019 г. № 5055-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления добровольного страхования жизни с условием периодических выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика» предусмотрено, что информация, предусмотренная пунктом 1 настоящего Указания, должна быть предоставлена страховщиком получателю страховых услуг при заключении договора добровольного страхования в виде таблицы, которая должна быть подписана сторонами договора добровольного страхования и является неотъемлемой частью такого договора (далее - таблица). Рекомендуемый образец таблицы приведен в приложении к настоящему Указанию.

На основании п. п. 1 и 2 ст. 6 Закона об организации страхового дела страховщики вправе инвестировать собственные средства (капитал) и средства страховых резервов, осуществлять сделки с имуществом в целях обеспечения своей деятельности. Страховщики осуществляют оценку страхового риска, получают страховые премии (страховые взносы), формируют страховые резервы, инвестируют активы, определяют размер убытков или ущерба, производят страховые выплаты, осуществляют иные связанные с исполнением обязательств по договору страхования действия.

Пунктами 1 и 2 ст. 25, п. 2 ст. 26 Закона об организации страхового дела определено, что гарантиями обеспечения финансовой устойчивости и платежеспособности страховщика являются экономически обоснованные страховые тарифы; сформированные страховые резервы; средства страховых резервов, достаточные для исполнения обязательств по страхованию, сострахованию, перестрахованию, взаимному страхованию; собственные средства (капитал); перестрахование. Страховые организации должны инвестировать собственные средства (капитал) на условиях диверсификации, ликвидности, возвратности и доходности.

По смыслу указанного Закона, размещение средств страховых резервов является обязанностью страховщика.

В соответствии с п. 6 ст. 10 Закона об организации страхового дела, при осуществлении страхования жизни страховщик в дополнение к страховой сумме может выплачивать часть инвестиционного дохода страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен договор страхования жизни.

Размер инвестиционного дохода, подлежащего распределению между договорами страхования жизни, предусматривающими участие страхователей или иных лиц, в пользу которых заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика, определяется страховщиком. Порядок расчета указанного дохода и методика его распределения между договорами страхования жизни устанавливаются объединением страховщиков. Страхователь или иное лицо, в пользу которого заключен договор страхования жизни, вправе обратиться к страховщику за разъяснением порядка расчета причитающегося ему инвестиционного дохода.

Согласно п. 7 ст. 10 Закона об организации страхового дела, при расторжении договора страхования жизни, предусматривающего дожитие застрахованного лица до определенного возраста или срока либо наступления иного события, страхователю возвращается сумма в пределах сформированного в установленном порядке страхового резерва на день прекращения договора страхования (выкупная сумма).

Под выкупной суммой договора страхования жизни понимается сумма в пределах сформированного в установленном порядке страхового резерва на день прекращения договора страхования. Выкупная сумма формируется в договорах страхования жизни, предусматривающих дожитие застрахованного лица до определенного возраста или срока либо наступления иного события.

Из нормы п. 7 ст. 10 Закона об организации страхового дела в системном толковании с выше приведенными нормами данного закона следует, что страховщик по таким договорам обязан возвращать ранее уплаченные ему страховые премии.

По общему правилу при досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования по каким-либо иным обстоятельствам, чем те, которые указаны в ст. 958 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховщик имеет право на часть страховой премии пропорционально времени, в течение которого действовало страхование, и при досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не подлежит возврату, если законом или договором не предусмотрено иное (п. 3 ст. 958 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако для случая накопительного страхования жизни установлен другой режим (страховщик не вправе отказать в возврате премии, даже если это не предусмотрено договором).

Таким образом, п. 7 ст. 10 Закона об организации страхового дела закрепляется один из принципов, устанавливающий права страхователей на индивидуальные математические резервы при долгосрочном страховании жизни.

В силу п. 2 ст. 958 Гражданского кодекса Российской Федерации страхователь (выгодоприобретатель) вправе оказаться от договора страхования в любое время, если к моменту отказа возможность наступления страхового случая не отпала по обстоятельствам, указанным в пункте 1 данной статьи.

При досрочном прекращении договора страхования по обстоятельствам, указанным в пункте 1 названной статьи, страховщик имеет право на часть страховой премии пропорционально времени, в течение которого действовало страхование.

При досрочном отказе страхователя от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не подлежит возврату, если договором не предусмотрено иное (п. 3 ст. 958 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, перечень указанных в п. 1 ст. 958 Гражданского кодекса РФ обстоятельств, влекущих досрочное прекращение договора страхования, исчерпывающим не является.

Договор страхования в таком случае прекращается досрочно в силу закона.

В силу п. 2 ст. 450 Гражданского кодекса РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Из искового заявления и пояснений представителя истца следует, что, заключая и подписывая договор инвестиционного страхования, Л.П. Книтель в полном объеме информацию об услуге страховщика не получила, была неверно проинформирована представителем страховщика об условиях данного договора, рисках, связанных с заключением договора, порядке начисления инвестиционного дохода, отсутствии гарантированного инвестиционного дохода, объектах инвестирования.

В силу п. 1 ст. 10 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» исполнитель обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам услуг перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 12 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.

При отказе от исполнения договора потребитель обязан возвратить товар (результат работы, услуги, если это возможно по их характеру) продавцу (исполнителю).

На основании п. 4 ст. 12 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), необходимо исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги).

В п. 44 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что информация о товарах (работах, услугах) в соответствии с п. 2 ст. 8 Закона должна доводиться до сведения потребителя в наглядной и доступной форме в объеме, указанном в п. 2 ст. 10 Закона. Предоставление данной информации на иностранном языке не может рассматриваться как предоставление необходимой информации и влечет наступление последствий, перечисленных в п. п. 1, 2 и 3 ст. 12 Закона.

В п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» также разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере). Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков.

Таким образом, бремя доказывания факта предоставления надлежащей информации не обладающему специальными познаниями потребителю услуги в доступной для него форме законом возложено на исполнителя.

Анализируя условия п. 8 Полиса, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что его условия носят характер общей информации об инвестиционной стратегии, а также отсылочный характер, по сути, не раскрывая понятия участия в инвестировании.

При этом раздел 13 Унифицированных правил не позволяет потребителю при заключении договора страхования, при отсутствии специальных познаний в области инвестирования, проанализировать и сопоставить с приведенными в данном разделе формулами расчета инвестиционного дохода возможность получения реального дохода от размещения денежных средств в качестве инвестиционного актива.

Вся информация об условиях договора инвестиционного страхования с учетом участия застрахованного лица в инвестиционной деятельности, подготовлена ответчиком-страховщиком, изложена мелким шрифтом, без возможности для потребителя влиять каким-либо образом на ее содержание.

В нарушение п. 1 Указания Банка России не раскрыта информация и о рисках страхования. В Памятке указано на различные виды рисков, однако не содержится подробного описания этих видов, что делает невозможным потребителю, не имеющему опыта в инвестиционной деятельности, выбрать нужную ему услугу.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что Л.П. Книтель не была предоставлена в доступной форме вся необходимая информация о порядке начисления дополнительного инвестиционного дохода, в том числе, об объектах инвестирования денежных средств.

В этой связи подтверждение истцом ознакомления с Унифицированными правилами страхования жизни, а также с иными документами, относящимися к инвестированию, само по себе о предоставлении ей необходимой полной и достоверной информации о данной услуге до заключения договора и о ее свободном и правильном выборе данной услуги, исходя из правильного представления о ней, с достоверностью не свидетельствуют.

Кроме того, судебной коллегией принимается во внимание, что заключение договора инвестиционного страхования имело место в офисе АО «Газпромбанк», а не страховой компании. При этом договор инвестиционного страхования жизни оформлен сотрудником банка, представлявшим интересы ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» и действовавшим в интересах страховой компании.

В информационном письме Банка России от 13 января 2021 г. № ИН-01-59/2 «Об отдельных вопросах, связанных с реализацией страховых продуктов с инвестиционной составляющей» разъясняется, что в связи с тем, что договоры страхования жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, предусматривающие условие о единовременной уплате страховой премии либо выплаты по которым в соответствии с их условиями зависят от значений финансовых активов, предназначенных для квалифицированных инвесторов, содержат высокие инвестиционные риски и являются сложными для понимания широкого круга физических лиц, не обладающих специальными знаниями в области финансов, Банк России в целях обеспечения защиты прав и законных интересов страхователей - физических лиц рекомендует страховым организациям воздерживаться от прямого и опосредованного (через посредников) предложения таким физическим лицам страховых продуктов с инвестиционной составляющей.

На момент заключения договора Л.П. Книтель, по ее утверждению, в отсутствие полной и необходимой информации об условиях инвестирования и предполагаемом доходе не обладала и не обязана была обладать достаточным уровнем специальных познаний в области инвестирования, а потому не имела возможности непосредственно в момент заключения договора не только оценить последующие риски, связанные с таким инвестиционным вложением, а равно возможным извлечением дохода, либо его отсутствием при определенных условиях в принципе, но и, по сути, была введена в заблуждение условиями заключенного договора страхования относительно возможности получения инвестиционного дохода и его предполагаемого размера.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, размер имущества, превышающий 6 000 000 руб., является одним из условий, наличие которого позволяет физическому лицу обратиться с заявлением о признании его квалифицированным инвестором. При этом доказательств того, что Л.П. Книтель намеревалась подать заявление о признании ее квалифицированным инвестором, не представлено.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о соблюдении порядка заключения договора, доведении до истца исчерпывающей информации относительно заключаемой сделки не могут повлечь отмену решения суда, поскольку в настоящем случае существенное значение имеет понимание ФИО1 условий заключаемого договора, в тексте которого отсутствует в прямой и понятной форме условие о том, что доход от инвестированных страхователем денежных средств страховщик не гарантируется, и истец рискует лишиться большей части уплаченной страховой премии.

Заключая договор инвестиционного страхования жизни, Л.П. Книтель по существу исходила исключительно из информации, предоставленной сотрудником банка, действовавшим в интересах страховой компании, и ей не была в полном объеме предоставлена необходимая полная и достоверная информация, которая позволила бы сделать правильный выбор относительно предлагаемой услуги.

Учитывая, что договор страхования является возмездным, предполагает не только обязанность страхователя уплатить страховую премию, но и предоставить страхователю страховую защиту; при отказе от договора страхования с условием участия застрахованного лица в инвестиционном доходе страховая защита более не предоставляется, то удержание страховщиком страховой суммы не соответствует признаку встречности обязательств, а потому страховая сумма подлежит возврату потребителю в полном объеме.

Судебная коллегия не усматривает добросовестности поведения ООО «СК СОГАЗ-Жизнь», поскольку достаточных мер для исполнения своих инвестиционных обязательств перед потребителем ФИО1 не предпринято, допустимыми и достоверными доказательствами, как того требуют положения ст. ст. 55, 56, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не подтверждено. Вопреки доводам жалобы, приобретение страховой компанией производственного финансового инструмента, публичное размещение информации о динамике роста базового актива, формула расчета дополнительного инвестиционного дохода, обеспечение резервов нормативными активами, невозможность получения страховой компанией инвестиционного дохода в связи с введенными ограничениями со стороны европейских депозитариев, к таким мерам не относятся. В совокупности условия заключенной сделки с истцом привели не к улучшению его имущественного положения и взаимной выгоде сторон, а к возникновению неблагоприятных для истца последствий в виде возложения дополнительных финансовых обязательств и невозможности свободного использования денежных средств.

В соответствии с п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Применение судом положений ст. 395 Гражданского кодекса РФ является правомерным, поскольку взыскание неустойки, предусмотренной п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, регламентирующей последствия нарушения исполнителем сроков выполнения работ (оказания услуг), указанными выше нормами Закона о защите прав потребителей, не предусмотрено.

Данная правовая позиция отражена, в том числе, в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2016 г. № 49-КГ15-20.

Факт просрочки исполнения ответчиком обязательства о возврате страховой премии доказательно подтвержден. Оснований для освобождения ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» от ответственности в виде уплаты процентов, предусмотренных ст. 395 Гражданского кодекса РФ, исходя из обстоятельств рассматриваемого спора и представленных по делу доказательств, не имеется.

Следовательно, судом первой инстанции обоснованно взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами за период пользования ими и до полного исполнения решения суда о взыскании страховой суммы.

При наличии таких обстоятельств оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы не усматривается.

Руководствуясь ст. ст. 328 – 330 Гражданского процессуального кодекса РФ Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Новоуренгойского городского суда от 2 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания СОГАЗ – жизнь» – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с даты принятия и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий /подпись/

Судьи /подписи/

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 13 апреля 2026 года