Апелляционное постановление № 22К-1953/2025 от 10 августа 2025 г. по делу № 3/2-124/2025

Судья Зиганшин Д.К. Дело № 22К-1953/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск 11 августа 2025 года

Судья Томского областного суда Окунев Д.В.,

при секретаре - помощнике судьи Ш.,

с участием:

прокурора Ваиной М.Ю.,

обвиняемых Х. и М.,

защитников обвиняемого Х. – адвокатов Кисенко Н.П. и Щербакова В.А.,

защитника обвиняемого М. – адвоката Чемерзова Д.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционным жалобам защитников обвиняемого Х. – адвокатов Кисенко Н.П., Щербакова В.А., апелляционной жалобе защитника обвиняемого М. – адвоката Чемерзова Д.Н., на постановление Октябрьского районного суда г. Томска от 16 июля 2025 года, которым

Х., /__/,

М., /__/,

обвиняемым в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 160 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 5 месяцев 25 суток, то есть до 20 сентября 2025 года.

Изучив материалы дела, заслушав обвиняемых Х. и М., защитников обвиняемых – адвокатов Кисенко Н.П., Щербакова В.А. и Чемерзова Д.Н., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Ваину М.Ю., полагавшую необходимым постановление оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

органом предварительного следствия Х. и М. обвиняются в совершении пособничества в растрате, то есть в хищении чужого имущества, вверенного виновному, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

25 марта 2025 года Х. и М. были задержаны в порядке ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления.

26 марта 2025 года М. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 – ч. 4 ст. 160 УК РФ.

27 марта 2025 года Х. и М. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 1 месяц 25 суток, до 20 мая 2025 года.

31 марта 2025 года Х. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 – ч. 4 ст. 160 УК РФ.

Впоследствии срок содержания Х. и М. под стражей продлевался судом всего до 3-х месяцев 25 суток и истекал 19 июля 2025 года.

Срок предварительного следствия продлен руководителем следственного органа на 2 месяца 00 суток, а всего до 6 месяцев 00 суток, то есть до 20 сентября 2025 года включительно.

Следователь с согласия руководителя следственного органа обратился в суд с ходатайствами о продлении срока содержания Х. и М. под стражей на 2 месяца, а всего до 5 месяцев 25 суток, то есть до 20 сентября 2025 года.

Постановлением Октябрьского районного суда г. Томска от 16 июля 2025 года ходатайство следователя было удовлетворено, срок содержания Х. и М. под стражей продлен на 2 месяца, а всего до 5 месяцев 25 суток, то есть до 20 сентября 2025 года.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого Х. – адвокат Щербаков В.А. выражает несогласие с постановлением суда, указывает на следующее: выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела; при избрании меры пресечения в виде содержания под стражей суд необоснованно пришел к выводу о том, что Х. может скрыться от следствия и суда; справку о результатах проведения оперативно-розыскного мероприятия «наведение справок», которую суд положил в основу постановления, следует поставить под сомнение, поскольку в ней не содержится сведений, в отношении кого и конкретно каких лиц Х. высказывал угрозы; материалами, которые были представлены в суд, причастность Х. к совершенному преступлению не подтверждается; суд установил, что Х. социально адаптирован, имеет государственные награды, характеризуется исключительно положительно, но при решении вопроса о продлении меры пресечения в виде содержания под стражей эти обстоятельства не были приняты во внимание. Защитник просит постановление изменить, избрать в отношении Х. меру пресечения, не связанную с содержанием под стражей.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого Х. – адвокат Кисенко Н.П. также выражает несогласие с постановлением суда, указывает на следующее: постановление является незаконным и необоснованным ввиду не соответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела; основания, послужившие причиной избрания данной меры пресечения, утратили свою актуальность, необходимость в дальнейшем содержании под стражей отпала, поскольку мера пресечения избиралась на начальном этапе расследования, когда требовалось проведение значительного количества следственных действий, однако с течением времени все необходимые доказательства были собраны органом следствия, что подтверждается содержанием представленного ходатайства; выводы суда о возможности оказания давления на свидетелей или возможно иного воспрепятствования производству по делу со стороны обвиняемого не соответствуют обстоятельствам дела и представленным доказательствам; в материалах дела отсутствуют доказательства причастности Х. к событиям, указанным в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, и причинно-следственной связи между описанными следователем действиями Х. и указанными последствиями; судом не исследовано, а следственным органом не представлено объективных данных, свидетельствующих о возможности реализации всех опасений следствия в виде возможного препятствования Х. производству по делу в случае избрания более мягкой меры пресечения в виде домашнего ареста с запретами, исключающими какое-либо общение с кем-либо и запретом на перемещение без разрешения следствия и суда; принимая решение о продлении срока содержания под стражей, суд не принял во внимание позицию Верховного Суда РФ, изложенную в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога»; судом не было учтено, что заключение под стражу, как мера пресечения, применяется лишь в случае невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения; в представленных материалах дела отсутствуют какие-либо объективные данные, подтверждающие, что Х., находясь на свободе под домашним арестом, сможет каким-либо образом воспрепятствовать установлению истины по делу или продолжит заниматься преступной деятельностью; предложенная стороной защиты мера пресечения в виде домашнего ареста с соответствующими запретами и ограничениями в полной мере обеспечит надлежащее поведение обвиняемого и его явку по вызовам следственных органов и суда; избрание в отношении Х. домашнего ареста не повлечет за собой негативных последствий для предварительного расследования, а позволит ему в полной мере осуществлять свои права и обязанности, предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством; домашний арест позволит Х. оказывать необходимую поддержку своей семье и несовершеннолетнему ребенку, что также отвечает интересам правосудия и гуманизма; на протяжении всего периода содержания под стражей Х. не было допущено каких-либо нарушений, возложенные на него обязанности в условиях изоляции, соблюдение режима и правил поведения, им неукоснительно соблюдались; выводы суда не находят подтверждения в исследованных в судебном заседании доказательствах; судом не была дана надлежащая оценка характеризующим личность Х. обстоятельствам, таким как социальная адаптация, семейное положение, научная деятельность, воспитание несовершеннолетнего ребенка, наличие регистрации и адреса фактического проживания в /__/, отсутствие судимости и фактов привлечения к уголовной ответственности в прошлом. Защитник просит постановление отменить, избрать в отношении Х. более мягкую меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу фактического проживания в /__/, либо запрет определенных действий.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого М. – адвокат Чемерзов Д.Н. выражает несогласие с постановлением суда, указывает на следующее: выводы суда, явившиеся основанием для продления срока содержания под стражей М., противоречат фактическим обстоятельствам, установленным при рассмотрении ходатайства следователя о продлении ему срока содержания под стражей; при продлении срока содержания под стражей М. суд основывался не на фактических обстоятельствах, установленных в процессе рассмотрения ходатайства следователя, а на предположениях, догадках и тяжести предъявленного ему обвинения; судом в постановлении не приводятся конкретные факты, свидетельствующие о том, что М. может воспрепятствовать производству предварительного расследования либо скрыться от органов предварительного расследования; фактические обстоятельства, установленные при рассмотрении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей, опровергают выводы суда, содержащиеся в постановлении; стороной защиты в судебном заседании был представлен исчерпывающий перечень документов, свидетельствующих об отсутствии каких-либо правовых предпосылок для постановки вопроса о продлении срока содержания под стражей М. Защитник просит постановление отменить, отказать в удовлетворении ходатайства следователя о продлении М. срока содержания под стражей.

В возражениях на апелляционные жалобы прокурор отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции прокуратуры Томской области Самсонов А.Ю. указывает на несостоятельность изложенных в них доводов, просит постановление оставить без изменения, апелляционные жалобы защитников – без удовлетворения.

Проверив представленные материалы, выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено ч. 1.1, ч. 1.2 и ч. 2 ст. 108 УПК РФ, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В соответствии с ч. 1 ст. 97 УПК РФ, суд вправе избрать подозреваемому, обвиняемому меру пресечения в виде заключения под стражу, если имеются достаточные основания полагать, что тот может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В соответствии с ч. 2 ст. 109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ, на срок до 6 месяцев, за исключением случая, указанного в ч. 2.1 ст. 109 УПК РФ. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей того же суда по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, иного приравненного к нему руководителя следственного органа либо по ходатайству дознавателя в случаях, предусмотренных ч. 5 ст. 223 УПК РФ, с согласия прокурора субъекта Российской Федерации или приравненного к нему военного прокурора, до 12 месяцев.

Согласно ч. 1 ст. 110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97 и 99 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, данные, обосновывающие обоснованность подозрения Х. и М. в причастности к совершению преступления в материалах дела имеются и подтверждаются показаниями представителя потерпевшего – ФИО1, свидетеля Р., заключением эксперта № 463/7-1-25, на основании которых могут быть установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию при производстве по уголовному делу.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судом тщательно и всесторонне исследованы и проверены все представленные материалы и, с учетом личности обвиняемых, в соответствии с требованиями закона мотивированы выводы об удовлетворении ходатайства следователя.

При разрешении ходатайства следователя суд учел возраст и состояние здоровья Х., что он не судим, социально адаптирован, женат, имеет несовершеннолетнего ребенка, имеет регистрацию на территории России и постоянное место жительства в /__/, трудоустроен, имеет ряд государственных наград и ученую степень.

Вместе с тем суд обоснованно учел, что Х. обвиняется в совершении тяжкого преступления коррупционной направленности, по месту регистрации не проживает.

Суд также учел сведения, содержащиеся в справке о результатах проведения оперативно-розыскного мероприятия, составленной оперуполномоченным УФСБ России по Томской области, в которой указывается на то, что Х. за время осуществления профессиональной деятельности приобрел широкий круг контактов среди высокопоставленных представителей органов государственной власти России, правоохранительных органов, представителей крупнейших бизнес-элит, способных оказать действия, направленные на воспрепятствование объективному расследованию уголовного дела и сокрытию доказательств, курировал реализацию национального проекта на территории /__/, в связи с чем обладает реальной возможностью оказания давления на лиц, являющихся свидетелями по уголовному делу, которые осведомлены о его возможной противоправной деятельности, предпринимает действия по сокрытию доказательств, неоднократно высказывал угрозы в отношении сотрудников /__/ и /__/, способных дать показания в отношении его противоправной деятельности, обладает обширными финансовыми возможностями, позволяющими скрыться от органов предварительного расследования с использованием своих деловых и личных связей в иных субъектах России, а также за рубежом, имеет заграничный паспорт, на постоянной основе осуществляет поездки за границу, где имеет деловые и родственные связи.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, сведения, содержащиеся в указанной справке, составленной оперативным сотрудником УФСБ России по Томской области, могут быть проверены процессуальными средствами с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

При разрешении ходатайства следователя суд учел возраст и состояние здоровья М., что он не судим, социально адаптирован, женат, имеет малолетнего ребенка, имеет регистрацию и постоянное место жительства на территории России, трудоустроен, имеет ряд благодарностей и дипломов, положительно характеризуется.

Вместе с тем суд обоснованно учел, что М. обвиняется в совершении тяжкого преступления коррупционной направленности, по месту регистрации не проживает, регистрации и постоянного места жительства на территории /__/ не имеет.

Вопреки доводам, высказанным защитником в суде апелляционной инстанции, М. обвиняется в совершении действий, которые не были направлены на систематическое получение прибыли в соответствии с п. ст. 2 ГК РФ, а в совершении действий, направленных на хищение бюджетных денежных средств, в связи с чем положения ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ в данном случае не применимы.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, установленные судом первой инстанции обстоятельства подтверждены представленными материалами и свидетельствуют о наличии достаточных оснований полагать, что Х. и М., не находясь под стражей, осознавая тяжесть предъявленного каждому из них обвинения, опасаясь возможного уголовного наказания, могут скрыться от органов следствия или суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, закон не устанавливает, что в подтверждение обоснованности продления сроков содержания под стражей суду должны быть представлены неопровержимые доказательства. В соответствии с ч. 1 ст. 97 УПК РФ основанием для избрания либо продления меры пресечения является наличие достаточных оснований полагать, что обвиняемый может совершить указанные в ней действия, что в рассматриваемом случае имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника обвиняемого Х., то обстоятельство, что Х. на протяжении всего периода его содержания под стражей не допускал нарушений условий содержания в следственном изоляторе, не свидетельствует о необходимости изменения ему меры пресечения.

Обстоятельства, послужившие основанием для избрания обвиняемым Х. и М. меры пресечения в виде заключения под стражу, не отпали. Новых оснований, не ставших предметом судебного разбирательства при решении вопроса о мере пресечения, которые могли бы послужить основанием для отмены или изменения ранее избранной меры пресечения, не установлено.

Все имеющиеся данные о личности Х. и М. были в полной мере учтены судом при принятии решения о продлении срока содержания Х. и М. под стражей.

Представленные стороной защиты в суде апелляционной инстанции дополнительные сведения о личности Х. и М., о научной деятельности Х. и о взаимодействии М. с /__/, не свидетельствуют о незаконности и необоснованности обжалуемого судебного решения.

Следователем в ходатайстве в достаточной мере был изложен объем процессуальных действий, который следователь намерен выполнить по данному уголовному делу.

Неэффективности производства предварительного следствия по делу судом установлено не было.

Данных о состоянии здоровья Х. и М., не позволявших бы суду продлить срок их содержания под стражей, в судебном заседании представлено не было, поскольку исследованные доказательства свидетельствуют об отсутствии у Х. и М. заболеваний, препятствующих их содержанию под стражей.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение судебного решения, судом не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Октябрьского районного суда г. Томска от 16 июля 2025 года, которым срок содержания Х. и М. под стражей продлен на 2 месяца, а всего до 5 месяцев 25 суток, то есть до 20 сентября 2025 года, оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитников обвиняемых – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 471 УПК РФ.

Судья