Решение № 2-1920/2026 2-1920/2026~М-1056/2026 М-1056/2026 от 20 апреля 2026 г. по делу № 2-1920/2026

Дело №

64RS0№-31


Решение

именем Российской Федерации

08 апреля 2026 г. г. Энгельс

Энгельсский районный суд Саратовской области в составе: председательствующего судьи Ребневой Е.Б.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Лыткиной А.О.,

с участием транспортного прокурора Загадайловой Е.А., истца ФИО1, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению заместителя Саратовского транспортного прокурора в интересах ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, в связи с профессиональным заболеванием,

установил:

Саратовский транспортный прокурор обратился в суд с иском в интересах ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» (далее по тексту - ОАО «РЖД») о взыскании компенсации морального вреда, в связи с профессиональным заболеванием. Требования мотивирует тем, что ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в ОАО «РЖД», занимая должность машиниста тепловоза, имеет стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 19 лет. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 поставлен <данные изъяты>. В соответствии с актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, указанное заболевание явилось следствием длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов: шума, превышающего допустимые нормы до 85 % рабочего времени, нахождение в неудобной и/или фиксированной рабочей позе, психоэмоциональные нагрузки. Контакт с вредными профессиональными факторами составлял у ФИО1 до 85% от отработанного времени. Акт, составлен профессиональными специалистами, ответчиком в установленном порядке не оспорен, недействительным не признан. Вины работника в случае профессионального заболевания не установлено. ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «ГБ МСЭ по Саратовской области» Минтруда России ФИО1 установлена степень профессиональной утраты трудоспособности – 30 %. В результате приобретенного заболевания, истец испытывает нравственные и физические страдания, которые выражаются в возникших трудностях социальных контактов, так как вынужден переспрашивать людей из-за проявившейся тугоухости, из-за вибрационной болезни испытывает трудности со спиной, появилась хромота, вынужден систематически проходить лечение (ставить системы, уколы). Наличие заболевания, ограниченность движения и коммуникаций препятствуют истцу в трудоустройстве, а работодатель подходящей работы не предложил. Считая права ФИО1 нарушенными, прокурор просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 300000 руб.

Процессуальный истец - помощник Саратовского транспортного прокурора Загадайлова Е.А., материальный истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении, просили их удовлетворить в полном объеме. ФИО1 пояснил свои переживания за свое состояние здоровья, о том, что потерял любимую и оплачиваемую работу, на которой трудился более 19 лет, в настоящее время в выборе труда ограничен, из-за чего возникли материальные трудности, его благосостояние значительно снизилось и уже не восстановиться на прежний уровень. Размер морального вреда оценивает в 300000 руб., не считает его завышенным и просит взыскать в полном объеме. Дополнительно пояснил, что после прохождения комиссии на профпригодность, ему были предложены профессии на выбор, которые также не подходили к его состоянию здоровья либо требовали дополнительных специальных знаний, подходящей вакансии предложено не было, что также причинило ему разочарование в работодателе, у которого он трудился добросовестно и ответственно достаточно многие годы, а также нравственные страдания, из – за возникшего чувства недооценки его труда.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований по доводам, изложенным в письменных возражениях. Указывает, что размер компенсации морального вреда определен истцом без учета фактических обстоятельств дела и требований принципов разумности и справедливости. В соответствии с заключенным трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был принят на работу в Эксплуатационное локомотивное депо Анисовка на должность «помощник машиниста тепловоза». ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведен на должность машиниста тепловоза. ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор, заключенный между ОАО «РЖД» и ФИО1, расторгнут по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по инициативе работника, в связи с выходом на пенсию). В соответствии с п. 29 «Правил расследования и учета случаев региональных заболеваний работников», утверждённых Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О порядке расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников», акт является документом, подтверждающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника в результате воздействия вредного производственного фактора (факторов) на его рабочем месте. ФИО1 установлен диагноз профессионального заболевания. В соответствии с положениями ч. 3 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. Комиссией при проведении расследования случая профессионального заболевания виновное лицо не определено. Причиной профессионального заболевания согласно Акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ явилось наличие вредных факторов: повышенные уровни шума, общей вибрации, нахождение в неудобной и/или фиксированной позе, психоэмоциональные нагрузки. Истец работал на Приволжской железной дороге не по принуждению, а по собственному волеизъявлению. Условия труда ему были известны и устраивали его на протяжении всего долголетнего труда. Согласно ст. 37 Конституции РФ труд свободен, каждый имеет право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, принудительный труд запрещен. ОАО «РЖД» являясь социально ориентированным работодателем и осознавая тяжесть и сложность труда выполняемого его работниками, имеет довольно большой объем социальных гарантий, предоставляемых работникам сверхустановленного законодательством, так работники, занятые на работах с вредными условиями труда получают дополнительные дни к отпуску, работникам производятся различные компенсационные выплаты. Также следует отметить, что ОАО «РЖД» принимаются беспрецедентные меры по соблюдению требований охраны и улучшению условий труда. Таким образом, ОАО «РЖД» выполняет повышенные обязательства по соблюдению требований охраны и улучшению условий труда в размере более чем в три раза превышающем размеры, предусмотренные законом. Что свидетельствует о безусловной добросовестности и ответственности работодателя, которым принимаются исчерпывающие меры, позволяемые достигнутым уровнем научно-технического прогресса и развития производства. Таким образом, наступление профессионального заболевания у истца связано исключительно с выбранной им профессией или иными физиологическими особенностями организма. Заявленный размер требований о компенсации морального вреда не является разумным и справедливым, подлежит снижению до разумных пределов. Просит отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, а в случае их удовлетворения – снизить размер компенсации морального вреда до разумных пределов.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению в следующем объеме и по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статья 12 ГК РФ относит взыскание компенсации морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В соответствии с частью 1 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение - это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства (часть 8 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 46 Трудового кодекса Российской Федерации в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.

В силу положений ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 ч. 1 ст. 210 ТК РФ).

Частью 1 ст. 214 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (ч. 2 ст. 214 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 9 ч. 1 ст. 216 ТК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 9 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Из разъяснений данных в абзаце 2 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1 ст. 237 ТК РФ).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 ст. 2 ГК РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктами 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в пункте 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 работал в ОАО «РЖД» (Эксплуатационное локомотивное депо ст. Анисовка, филиал Саратовского отделения Приволжской железной дороги, ОАО «РЖД») на должностях помощника машиниста тепловоза, машиниста тепловоза.

ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор расторгнут по инициативе работника, в связи с выходом на пенсию (п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ).

Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен диагноз <данные изъяты>

В соответствии с актом от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденным главным государственным санитарным врачом по Приволжской железной дороге ФИО4, указанное заболевание является профессиональным. Причиной профессионального заболевания послужило длительное (в течение рабочей смены и всего профессионального стажа) воздействие на организм человека вредных производственных факторов до 85 % от отработанного времени; периодическое нахождение в неудобной и/или фиксированной рабочей позе; психоэмоциональные нагрузки – решение сложных задач с выбором по известным алгоритмам, восприятие сигналов с последующим сопоставлением фактических знаний параметров с их номинальными значениями, длительность сосредоточенного наблюдения, работа в условиях дефицита времени.

В пунктах 19, 21, 22 акта от ДД.ММ.ГГГГ указано на отсутствие вины работника в возникновении профессионального заболевания. Лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативных актов, не установлены (пункт 21). В целях ликвидации и предупреждения профессиональных заболеваний рекомендовано: соблюдение режима труда и отдыха машинистов электровозов, проведение производственного контроля за условиями труда машинистов электровозов, качественно проводить лечебно-профилактические и реабилитационные мероприятия, работу по улучшению условий труда проводить относительно групп риска индивидуально.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО5 показал, что является исполняющим обязанности главного инженера эксплуатационного локомотивного депо Анисовка, а также членом комиссии, расследовавшей случай о профессиональном заболевании, которой установлен у ФИО1 Указал, что в ходе расследования учитывались все обстоятельства условий труда, взаимодействие с вредными профессиональными факторами воздействия. ФИО1 он знает продолжительное время, как хорошего ответственного работника. Полагает, что возникновение заболевания провоцировалось физиологической особенностью состояния здоровья ФИО1, поскольку в Депо работает большое количество машинистов с долголетним стажем в таких же вредных условиях, однако профессионального заболевания у них не установлено. Подвижной состав Депо проходит текущий и капитальный ремонт согласно графику, охрана условий труда и безопасность соблюдаются. Срок эксплуатируемого подвижного состава составляет в среднем 40 лет. Указал, что при должном соблюдении безопасности труда, пользование всеми льготами и социальным пакетом ОАО «РЖД», направленным на поддержание состояния здоровья, получение заболевания возможно избежать.

Исследовав юридически значимые обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что нарушение требований трудового законодательства имеет место быть, потому что работодатель не обеспечил ФИО1 безопасные условия труда, что привело к профессиональному заболеванию.

Факт наличия профессионального заболевания ответчиком не оспорен.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства дела, в том числе индивидуальные особенности истца, характер профессионального заболевания, характер физических и нравственных страданий истца, отсутствие вины истца в проявлении у него профессионального заболевания и отсутствие в его действиях грубой неосторожности, принципы конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21, 53 Конституции Российской Федерации), разумности и справедливости и считает справедливым заявленный размер компенсации морального вреда в сумме 300000 руб.

Заявляя указанный размер компенсации, истец не злоупотребляет своим положением невозможности возвратиться к обычному уровню жизни, к прежнему состоянию здоровья, оценивает соразмерность перенесенных им физических или нравственных страданий с разумной точки зрения, в этой связи суд не находит мотивов, по которым возможно снижение заявленного размера компенсации и восполнения причиненного вреда в результате получения профессионального заболевания.

Представленные в материалы дела медицинские документы и пояснения истца ФИО1 указывают на продолжительность лечения полученного заболевания, постоянное поддержание стабильного состояния здоровья, необходимость прохождения реабилитации, выполнение вынужденных медицинских манипуляций, что также причиняет истцу переживания, неудобства и невозможность ведения обычного уровня жизни.

При этом суд учитывает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

С учетом изложенного с ответчика в пользу материального истца ФИО1 подлежит взысканию вред в размере суммы 300000 руб., оснований для снижения не имеется.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Доводы стороны ответчика об отсутствии вины в возникновении случая профессионального заболевания судом отклоняются, поскольку доказательств в подтверждение обстоятельств того, что на протяжении всего периода работы ФИО1 работодателем в целях предупреждения профессиональных заболеваний рекомендовалось соблюдать режим труда и отдыха, какой со стороны организации осуществлялся контроль соблюдения работниками условий труда, какое количество раз ФИО1 предоставлялись путевки для проведения лечебно-профилактических мероприятий, в ходе которых возможно было бы ранее определить ФИО1 в группу риска и предупредить развитие заболевания индивидуально.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины в силу Закона, с ответчика с зачислением в бюджет Энгельсского муниципального района Саратовской области подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования Саратовского транспортного прокурора в интересах ФИО2 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о компенсации морального вреда, - удовлетворить.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (№) в пользу ФИО2 (№) компенсацию морального вреда в сумме 300000 руб.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН <***>) государственную пошлину с зачислением в бюджет Энгельсского муниципального района Саратовской области в размере 3000 руб.

Решение может быть обжаловано или опротестовано в апелляционном порядке в течении одного месяца с момента составления мотивированного текст решения в Саратовский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Энгельсский районный суд.

Мотивированный текст решения составлен 22 апреля 2026 г.

Председательствующий: