Решение № 2-487/2023 2-51/2024 2-5403/2022 от 6 марта 2024 г. по делу № 2-487/2023

УИД 68RS0№-66

Дело № (2-487/2023; 2-5403/2022)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

7 марта 2024 г. <адрес>

Октябрьский районный суд <адрес> в составе судьи Нишуковой Е.Ю., при секретаре ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 в лице её законного представителя ФИО6, ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, взыскании компенсации за долю в автомобиле; признании недействительным договора дарения квартиры и признании права собственности в порядке наследования на ? долю квартиры, взыскании компенсации за долю; встречному иску ФИО4 к ФИО3 о взыскании денежных средств на достойное погребение,

установил:

ФИО3 первоначально обратился в Советский районный суд <адрес> с иском к ФИО4 и ФИО5 в лице её законного представителя ФИО6, указав, что ДД.ММ.ГГГГ умер его отец ФИО1 Он и ФИО4 (супруга) являются его наследниками первой очереди. После его смерти открылось наследство, в том числе в виде: автомобиля KIA, 2016 года выпуска, VIN №; квартиры по адресу: <адрес>, ул. ФИО7 ФИО23, <адрес>; земельного участка с кадастровым номером 63:29:0211006:133 площадью 500 кв.м и жилого дома с кадастровым номером № общей площадью 131,9 кв.м, расположенных по адресу: <адрес>А. В установленный законом срок он обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства. Выяснилось, что всё вышеперечисленное имущество не было оформлено на его отца, хотя оно приобреталось в браке с ним. ДД.ММ.ГГГГ нотариус выдал ему свидетельства о праве на наследство в отношении денежных вкладов и двух других земельных участков. В остальной части оформить наследственные права не представилось возможным. Первоначально просил суд аннулировать регистрационные записи в отношении всего вышеназванного имущества и включить его в наследственную массу ФИО1

Определением Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело передано по подсудности в <адрес>

суд <адрес>.

В процессе рассмотрения дела к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО2 (указан покупателем спорного автомобиля в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ).

В результате неоднократных уточнений и изменения предмета исковых требований, в окончательном варианте (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ) ФИО3 в лице представителя по доверенности ФИО25 просит суд:

признать недействительным договор купли - продажи № от ДД.ММ.ГГГГ автомобиля KIA 2016 года, легковой универсал, цвет – черный, VIN №, заключенный между ФИО1 и ФИО2;

применить последствия недействительности данной сделки - взыскать с ФИО4 в его пользу ФИО3 денежную компенсацию в размере ? доли продажной стоимости автомобиля по договору купли – продажи № от ДД.ММ.ГГГГ - в размере 487 500 рублей;

признать недействительным договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ФИО5 в лице законного представителя ФИО6, и применить последствия недействительности сделки: установить долевую собственность ФИО1 и ФИО4 в отношении квартиры по адресу: Москва, <адрес>, ул. ФИО7 ФИО23, <адрес>, определив их доли равными (по ? доле каждому); и признать за ФИО3 право собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, ул. ФИО7 ФИО23, <адрес>, в порядке наследования после смерти ФИО1;

признать денежные средства на вкладе, открытом в ПАО Сбербанк, расчетный счет 42№, БИК 044525225, и оформленном на имя ФИО4, совместно нажитым имуществом ФИО1 и ФИО4, определив доли супругов равными (по ? доле каждому),

взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 денежную компенсацию в счет его доли в денежных средствах в сумме 5 000 рублей.

В обоснование исковых требований представитель ФИО11 по доверенности ФИО25 указала, что наследодатель ФИО1 не заключал и не подписывал договор купли - продажи автомобиля. Для установления принадлежности ему подписи в договоре купли-продажи он обратился в специализированную организацию. Согласно акту Агентства независимых экспертиз «ГРАНД ИСТЕЙТ» №.02-000096 от ДД.ММ.ГГГГ - договор купли - продажи автомобиля был подписан не ФИО1, а иным лицом. Кроме того, ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России была проведена судебная почерковедческая экспертиза, подпись от имени ФИО1 в договоре купли - продажи автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 (продавцом) и ФИО24 (покупателем), в графе «продавец», в строке «Деньги получил, транспортное средство передал» ФИО1 не принадлежит. То есть вывод двух экспертиз подтвердил, что ФИО1 не продавал спорный автомобиль, поэтому все сделки в отношении данного транспортного средства должны быть признаны недействительными, и должны быть применены последствия недействительности сделки.

В части квартиры по адресу: <адрес>, ул. ФИО7 ФИО23, <адрес>, указала, что она была приобретена супругами ФИО1 и ФИО4 в период брака. Доказательств того, что ФИО4 покупала квартиру на собственные денежные средства, она не представила. Поэтому квартира является совместно нажитым имуществом супругов, даже если была зарегистрирована на ФИО12 Соответственно, в силу п. 2 ст. 34, п. 3 ст. 35 СК РФ при совершении дарения квартиры должно было быть получено согласие второго супруга. И в силу пп. 4 п. 3 ст. 9 и п. 5 ст. 38 ФЗ «О регистрации недвижимости» такая сделка не могла быть оформлена без согласия супруга. После смерти ФИО1 ФИО4 подарила эту квартиру ФИО5 по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ Но, учитывая, что договор дарения был зарегистрирован без согласия супруга, то полагает, что ФИО3 вправе оспорить её. ФИО4 могла распорядиться квартирой только после оформления наследственных прав на неё.

Также представитель ФИО3 указала, что в период брака с ФИО1 ФИО4 оформила на своё имя в ПАО Сбербанк два счета - № и №. На момент смерти ФИО1 на этих счетах оставались денежные средства.

В отношении счета № (с учетом последнего уточнения) предъявила требование о признании его совместно нажитым имуществом супругов. В части признания права собственности на денежные средства, хранившиеся на этом счете, ДД.ММ.ГГГГ представитель истца отказалась от иска. Определением Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в этой части прекращено в связи с отказом представителя истца от иска.

В части требования о взыскании с ФИО4 денежных средств, находившихся на счете №, изначально (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ - т. 3 л.д. 6-9) просила суд взыскать с ФИО4 1/4 долю в сумме 5 974,96 рублей (исходя из того, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ на этом счете оставались денежные средства в размере 23 899,84 рублей). Однако ДД.ММ.ГГГГ уменьшила размер исковых требований, в результате чего просила суд взыскать с ФИО4 5 000 рублей в качестве денежной компенсации вклада.

Помимо этого, ФИО3 в лице представителя ФИО25 предъявлялись исковые требования к ФИО4 и ФИО27 о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля KIA 2016 года выпуска, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и ФИО27 (поскольку в процессе рассмотрения дела ФИО2 произвёл отчуждение автомобиля); о применении последствий недействительности данной сделки; аннулировании регистрационной записи в отношении вышеназванного автомобиля с ФИО2 на ФИО27, аннулировании регистрационной записи с ФИО1 на ФИО2; включении ? доли автомобиля в наследственную массу ФИО1; признании за ним права собственности в порядке наследования на ? доли в праве общей долевой собственности на вышеназванный автомобиль; истребовании автомобиля из чужого незаконного владения ФИО27, возложении обязанности по передаче ему автомобиля.

Определением Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в этой части было прекращено в связи с отказом представителя истца от иска. Определение вступило в законную силу.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 в лице представителя по доверенности ФИО26 обратилась со встречным иском к ФИО3 о взыскании компенсации за расходы на достойное погребение наследодателя. С учетом дополнений от ДД.ММ.ГГГГ, указала, что ФИО4 понесла следующие расходы на погребение супруга: 109 200 руб. – изготовление памятника (договор № от 11.08. 2023 г.); 6 200 руб. - услуги морга по подготовке тела к погребению (квитанция-договор № от ДД.ММ.ГГГГ); 18 500 руб. – гроб (накладная (наряд-заказ) от ДД.ММ.ГГГГ); 5 500 руб. – крест (накладная (наряд-заказ) от ДД.ММ.ГГГГ); 3 700 руб. – венок (накладная (наряд-заказ) от ДД.ММ.ГГГГ; 3 100 руб. – венок (накладная (наряд-заказ) от ДД.ММ.ГГГГ); 29 800 руб. – ограда (накладная (наряд-заказ) от ДД.ММ.ГГГГ); 24 500 руб. - услуги погребения умершего: копание могилы, транспортировка тела к дому, в храм, к месту захоронения, опускание тела в могилу, захоронение (накладная (наряд-заказ) от ДД.ММ.ГГГГ).

Также были приобретены продукты на поминальный обед после похорон: 2 043,02 руб. (чек № от ДД.ММ.ГГГГ), 2 341,82 руб. (чек № от ДД.ММ.ГГГГ); а также продукты для поминов на 1 год): 479,96 руб. (чек № от ДД.ММ.ГГГГ), 1 387 руб. (чек № от ДД.ММ.ГГГГ), 3 358,13 руб. (чек № от ДД.ММ.ГГГГ), 492,80 руб. (чек № от ДД.ММ.ГГГГ); 452,75 руб. (чек № от ДД.ММ.ГГГГ), 768,10 руб. (чек № от ДД.ММ.ГГГГ), 1 255,86 руб. (чек № от ДД.ММ.ГГГГ); 454,61 руб. (чек № от 15.09. 2022 г.), 2 584,10 руб. (чек № от ДД.ММ.ГГГГ), 89,99 руб. - чек № от ДД.ММ.ГГГГ, 808,61 руб. (чек № от ДД.ММ.ГГГГ); 277,96 руб. (чек № от ДД.ММ.ГГГГ), итого – 16 794,71 руб.

Все расходы на достойное погребение составляют: 217 294,71 руб. (16 794,71 руб. + 6 200 руб.+ 85 100 руб. +109 200 руб.). И, учитывая, что ФИО4 получила компенсацию от государства на погребение супруга в сумме 6 400 руб., то за вычетом этой суммы, общая сумма расходов составляет 210 894,71 руб.

Поскольку ответчик приходился ФИО1 сыном и принял наследство после его смерти в равных долях с ФИО4, однако от участия в расходах на похороны и поминальные обеды устранился, то полагает, что он должен возместить ФИО4 понесённые расходы соразмерно доле принятого наследства. Поэтому просит суд взыскать с ФИО3 в её пользу ? долю расходов на достойное погребение в сумме 105 447,35 рублей.

В судебном заседании представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО3 по доверенности ФИО25 поддержала исковые требования доверителя, встречный иск не признала. Пояснила, что представитель ответчиков не сразу призналась в том, что ФИО4 подписывала договор купли-продажи автомобиля. Это было сделано только после проведения двух экспертиз, показавших, что договор подписывал не ФИО1 Поэтому она и её доверитель считают, что ФИО1 не продавал автомобиль. Стороной также не представлены доказательства обращения в ГИБДД по вопросу постановки автомобиля на учет за ФИО29, и того, что ему, якобы, отказали. Тогда как при возникновении каких-то проблем с постановкой на учет ГИБДД выдаёт справку. Её доверитель до последних дней общался с отцом, и о том, что он кому-то продал или подарил автомобиль, отец ему не говорил. При определении компенсации за автомобиль ФИО3 берёт за основу договор купли-продажи, представленный ФИО4 Поэтому они просят взыскать с неё 487 500 рублей. Относительно договора дарения: квартира была приобретена в браке. У семьи ФИО28 и ФИО30 были и другие объекты, на которые они предоставляли нотариальное согласие ФИО1 на переоформление имущества на ФИО6. Но в данном случае такого не было. ФИО4 просто воспользовалась возможностью и переоформила квартиру на внучку - не при жизни ФИО1, а в ноябре 2021 года, после того как, он умер. Ссылка на то, что денежные средства, на которые приобреталась квартира, являлись ее личными имуществом, ничем не подтверждена. Они утверждают, что дедушка ФИО13 продал свой дом и деньги отдал дочери. Хотя изначально они предоставили завещание, в котором ФИО13 завещает дом внучке (ФИО6). Но почему-то он меняет свою волю и продает дом. Дальнейшая судьба денег - не известна. Ни одного документа, подтверждающего, что он перевел деньги на счет дочери, нет: ни договора, ни расписки ФИО14 Поэтому они считают, что квартира была приобретена в браке, и ФИО1 имеет долю на эту квартиру. Относительно денежного вклада сторона ответчиков согласилась с тем, что денежные средства были положены на счет ФИО30 в период брака и, соответственно, на момент смерти ее супруга он имел долю в этом вкладе. Относительно встречного иска: её доверитель согласен с частичными расходами: 6 200 рублей – подготовка тела к погребению, 18 500 рублей – гроб, 5 500 рублей – крест. С остальными расходами он не согласен. Венки были куплены семьей ФИО30, остальные родственники самостоятельно покупали венки и цветы. Поэтому взыскивать с него расходы на венки, купленные от жены, - неправильно. Относительно ограды: ранее она была установлена в месте захоронения. Согласования на установку другой ограды с ФИО3 не было. Исходя из судебной практики, эти расходы не относятся к обязательным. Поэтому они возражают. Относительно 24 500 рублей, потраченных на погребение: в документе нет расшифровки того, что входит в эти расходы. Поэтому с этой суммой они также не соглашаются. По расходам на продукты в сумме 16 794 рубля 71 коп: в декабре на судебном заседании представитель ответчика пояснила, и ФИО6 подтвердила, что поминки в день похорон проводили родственники со стороны ФИО1 – его родной брат с супругой. Они предоставили чеки от разных дат, из которых невозможно определить меню на поминки. В этой части они возражают. Что касается памятника, то он был только изготовлен, но не установлен. Поэтому они считают, что предъявление данной суммы - преждевременно.

На уточняющие вопросы ответила, что они не настаивают на признании договора купли-продажи автомобиля недействительным, они просят взыскать компенсацию за автомобиль. Договор дарения квартиры они считают недействительным, поскольку ФИО4 не имела права её дарить, это имущество было приобретено в браке. Она должна была обратиться к нотариусу, выделить долю ФИО1 и вступить в наследство. Нет прямых доказательств, подтверждающих, что ФИО8 Иванович выделял ФИО30 денежные средства. Если бы он перевел эти средства на счет дочери или оформил договор дарения денежных средств, то вопросов бы не возникло. Кроме того, семья ФИО3 давала на похороны отца денежные средства в размере 10 000 рублей.

В судебном заседании представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО4 по доверенности ФИО26 поддержала позицию своей доверительницы. Пояснила, что в материалах дела имеется заявление, подписанное ФИО3, в котором он не отрицает расходы на ограду. Он не согласен только со спиртными напитками и говорит о том, что приобретенные продукты не являются поминальным обедом. Но факт покупки продуктов он не отрицает. Они не согласны с требованием о признании договора купли-продажи автомобиля недействительным. В определении по делу №-КГ23-15-К7 Верховный Суд РФ указал, что, если договор купли-продажи, который был подписан одаряемым, не заключен с той чистотой, с которой хотелось, то при признании сделки недействительной необходимо учитывать ряд факторов: была ли на это воля, была ли совершена передача имущества, была ли совершена регистрация; насколько добросовестным было поведение стороны покупателя со ссылкой на ст. 162 ГК РФ. Суд говорит о том, что несоблюдение этой формы не влечет недействительность сделки; либо это прямо указано в законе, либо в соглашении. Соглашение сторон в данном случае отсутствует, так как собственник на момент оспаривания сделки умер. ФИО29 представил документы от ДД.ММ.ГГГГ (в это время наследодатель был жив) в подтверждение того, что в тот момент он был собственником автомобиля и добросовестным приобретателем. Ему необходимо было произвести ремонт трещины в стекле, и ввиду высокой вероятности повторного образования ему посоветовали замену стекла. Если повреждения автомобиля носят опасный характер, то такой автомобиль не подлежит регистрации. В материалах дела имеется наряд-заказ, в котором указан плательщик ФИО24, то есть он осуществлял свои права как собственник. После замены стекла, которая была произведена ДД.ММ.ГГГГ, ФИО29 поставил автомобиль на учет, зарегистрировав его на свое имя. Таким образом, с момента выбывания автомобиля до момента регистрации ФИО29 пользовался автомобилем как добросовестный приобретатель. В материалах дела имеются пояснения её доверительницы о том, что денежные средства по сделке были ею получены, и в связи с тем, что ее супруг - выпивал, то он не смог подписать договор. Но это не свидетельствует о том, что воли на отчуждение автомобиля у ФИО1 не было. Сын общался с отцом в редких случаях - дни рождения друг друга и ещё какие-то праздники. Есть свидетельские показания о том, что ФИО29 еще при жизни ФИО1 пользовался автомобилем. Свидетель видел автомобиль, на котором ФИО29 ездил за рулем. Поэтому считает, что только из-за отсутствия подписи в договоре данную сделку нельзя признать недействительной. Автомобиль не является наследственной массой, он выбыл из собственности наследодателя еще до его смерти. А, значит, в такой ситуации нельзя применить последствия в виде получения компенсации. Относительно квартиры: в материалы дела представлены доказательства того, что на счетах ФИО30 не было денежных средств на момент смерти ФИО28. Они не являлись такими богатыми людьми, как пытается сказать другая сторона. Дедушка изначально хотел, чтобы дом, собственником которого он являлся, принадлежал внучке – ФИО9. Но, когда серьезно заболел её ребенок, то для его качественного лечения дедушка готов был на многое. Свидетель также поясняла, насколько важно для дедушки было лечение внучки. Сначала денежные средства лежали на его счете. После того, как был подобран объект недвижимости, он только позволил передать денежные средства. Они сняли деньги и сразу же внесли их на счет ФИО30. Это видно по секундам на чеках. Других денежных средств в семье ФИО28 и ФИО30 не было. Девочка была прописана в этой квартире в <адрес> и начала получать надлежащее лечение. Сделка прошла регистрацию. В силу пункта 54 постановления Пленума ВС РФ по делам о наследовании сторона истца не имеет права на получение доли в данной квартире, поскольку у неё нет преимущественного права по сравнению с теми лицами, которые в ней проживали и пользовались. Квартира - неделимая. Также полагала, что истёк срок для обращения за защитой прав по данным требованиям – год с момента заключения договора. Для наследников данный срок не продляется. Согласно исковому заявлению, ФИО3 знал о совершенных сделках и о сторонах сделок. Требования по денежным средствам на счетах они оставляют на усмотрение суда. Что касается расходов на погребение, то рассуждение стороны о том, что они тратили свои деньги, не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. Кроме того, ФИО3 не представил доказательств того, что понес расходы на погребение, которые ему можно было бы зачесть в счет тех расходов, которые понесла её доверительница. В свою очередь, ФИО4 представила в материалы дела договоры, чеки, наряд-заказы. Выбор места захоронения и демонтаж предыдущей ограды с установкой новой были инициативой других родственников. Расходы на поминовение, которые вышли за срок похорон, а это 40 дней, год, также подлежат удовлетворению. Верховный Суд РФ со ссылкой на протокол Госстроя указывает, что в церемонию похорон входит, в том числе поминовение. Заявленные ФИО4 расходы - разумны и обоснованны. Их несение ФИО3 в его письменных возражениях не оспаривалось. Что касается памятника, то её доверительница не заявляет требований по его установке в будущем. Она просит взыскать расходы, которые понесены на сегодняшний день. Что касается квартиры, то бабушка больного ребенка взяла на себя бремя оформления квартиры, потому что оформить её на несовершеннолетнего ребенка могут только законные представители. Они не вправе были передоверить это другим лицам. По состоянию здоровья ребенка её родители не могли перемещаться в другой регион.

В судебном заседании законный представитель н/л ответчика ФИО5 - ФИО6 исковые требования ФИО3 не признала, пояснив, что истцом пропущен срок исковой давности. У истца есть свой дом в деревне, где он прописан всю жизнь. У него есть машина, которая оформлена на дочь. Он приехал на похороны 26 сентября и не предложил им никакой помощи - ни материально, ни физически. Её муж, совершенно чужой наследодателю человек, ездил и заказывал справки в морг, в ЗАГС. Что касается ограды, то у них есть видеозапись, фотографии. Они заказали ограду чуть больше стандартной, исходя из нескольких человек. Старую ограду демонтировали, а 26 сентября истец приезжал в деревню и всё видел, был согласен. Но, когда возник денежный вопрос, то ему всё стало не так. Это была не их воля. Там присутствовали братья, сестры. Когда они приехали, могила уже была готова.

В судебное заседание истец (ответчик по встречному иску) ФИО3 не явился, будучи извещенным о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом (по двум адресам: <адрес>, б-р Космонавтов, <адрес> (фактический); <адрес>); посредством телефонограммы просил рассмотреть дело в его отсутствие.

В судебное заседание ответчик (истец по встречному иску) ФИО4 также не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом (что также подтвердила её представитель); ранее в судебном заседании исковые требования ФИО3 не признала, свои требования поддержала.

В судебное заседание ответчик ФИО2 не явился, будучи извещенным надлежащим образом; имеется его письменное заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. Ранее в судебном заседании исковые требования ФИО3 не признавал, настаивая на том, что приобрел автомобиль у ФИО1, после оформления договора купли-продажи он фактически пользовался им, ездил на работу. Пояснил, что причиной несвоевременной регистрации автомобиля в органах ГИБДД являлось поврежденное лобовое стекло; в устной форме ему было отказано. Впоследствии он обращался в специализированную организацию для устранения повреждений.

В судебное заседание третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, нотариус ФИО15, представители третьих лиц МРЭО ГИБДД УМВД России по <адрес> и Управлении Росрееестра по <адрес> - также не явились, будучи извещенными о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом; в деле имеются заявления о рассмотрении дела в их отсутствие.

По ходатайству законного представителя ФИО5 к участию в деле для дачи заключения было привлечено управление социальной работы, опеки и попечительства <адрес>. Однако представитель управления направил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие; просила вынести решение в интересах ребенка.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Заслушав объяснения участников процесса, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела в качестве доказательств, суд приходит к следующим выводам.

Абзацем 2 пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со статьёй 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно пункту 1 статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и

родители наследодателя.

В соответствии со статьей 1111 Гражданского кодекса Российской

Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство, либо посредством совершения действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства.

Пунктами 1, 2 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Пунктом 1 статьи 1162 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что свидетельство о праве на наследство выдается по месту открытия наследства нотариусом или уполномоченным в соответствии с законом совершать такое нотариальное действие должностным лицом. Свидетельство выдается по заявлению наследника. По желанию наследников свидетельство может быть выдано всем наследникам вместе или каждому наследнику в отдельности, на все наследственное имущество в целом или на его отдельные части.

В соответствии со статьей 1150 Гражданского кодекса Российской Федерации принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью.

Доля умершего супруга в этом имуществе, определяемая в соответствии со статьей 256 Гражданского кодекса РФ, входит в состав наследства и переходит к наследникам в соответствии с правилами, установленными настоящим Кодексом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", в состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество, а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное.

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (пункт 1). К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения

(суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в

связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (пункт 2).

Пунктом 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Судом установлено, что 25 сентября 2021 г. умер ФИО1 (копия свидетельства о смерти – т. 1 л.д. 12).

Стороны по делу - ФИО3 и ФИО4 приходились ему сыном и супругой (копии свидетельств о рождении, о заключении брака – т. 1 л.д. 75,77). Соответственно, они являются наследниками ФИО1 первой очереди и вправе претендовать на всё имущество, которое принадлежало ему ко дню открытия наследства.

Из копии наследственного дела, открытого после смерти ФИО1 нотариусом <адрес> ФИО15, следует, что в установленный законом срок с заявлениями о принятии наследства обратились оба наследника – ФИО3 и ФИО4 (т. 1 л.д. 64-149).

В рамках наследственного дела нотариус выдала ФИО4 как пережившему супругу свидетельство о праве на долю в общем имуществе супругов в отношении денежных средств на счетах №хххх084 и №хххх084, открытых в ПАО <данные изъяты>.

14 и ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 и ФИО3 были выданы свидетельства о праве на наследство по закону в отношении двух земельных участков сельскохозяйственного назначения (по ? доле каждому) и денежных средств, хранившихся на указанных счетах (по ? доле каждому).

В соответствии с пунктом 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Согласно статье 1164 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании по закону, если наследственное имущество переходит к двум или нескольким наследникам, и при наследовании по завещанию, если оно завещано двум или нескольким наследникам без указания наследуемого каждым из них конкретного имущества, наследственное имущество поступает со дня открытия наследства в общую долевую собственность наследников.

В пунктах 34, 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" также разъяснено, что наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).

Наследственное имущество со дня открытия наследства поступает в долевую собственность наследников, принявших наследство, за исключением случаев перехода наследства к единственному наследнику по закону или к наследникам по завещанию, когда наследодателем указано конкретное имущество, предназначаемое каждому из них.

Таким образом, закон связывает момент возникновения у наследника права собственности на наследственное имущество с моментом открытия наследства. Соответственно, приняв часть наследства в виде земельных участков и денежных средств, ФИО4 и ФИО3 со дня открытия наследства (то есть со дня смерти наследодателя) стали собственниками остального имущества ФИО1, которое к тому моменту ему принадлежало.

Поскольку установлено, что на день смерти наследодателя ФИО4 состояла с ним в зарегистрированном браке (свидетельство – т. 1 л.д. 77), то имущество, приобретенное ими в браке, может расцениваться как совместно нажитое. И ввиду отсутствия в деле доказательств заключения ими брачного договора, устанавливающего иной режим, чем тот, который установлен пунктом 1 статьи 39 СК РФ, следует считать, что их доли во всём имуществе, оформленном на одного из супругов, являются равными.

ФИО3 полагает, что он вправе претендовать на долю квартиры по адресу: <адрес>, ул. ФИО7 ФИО23, <адрес>, поскольку она была приобретена ФИО4 в браке с его отцом. Но, поскольку ФИО4 произвела её отчуждение, заключив договор дарения, то он просит суд признать данный договор недействительным и применить последствия недействительности сделки, признав за ним право собственности на ? доли квартиры (исходя из того, что в наследственную массу подлежала включению ? супружеская доля).

В свою очередь, ФИО4 настаивала на том, что квартира приобреталась на её личные средства, подаренные ей её отцом, поэтому она не может расцениваться как совместно нажитое имущество супругов.

Изучив в этой части представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" (с изменениями и дополнениями) разъяснено, что в состав имущества, подлежащего разделу, включается общее имущество супругов, имеющееся у них в наличии на время рассмотрения дела либо находящееся у третьих лиц.

Не является общим совместным имущество, приобретённое хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей

других предметов роскоши.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные, общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Поэтому приобретение имущества – хотя и в период брака, но на средства, лично принадлежавшие одному из супругов, является основанием для исключения данного имущества из режима общей совместной собственности.

Судом установлено, что 15 июля 2021 г., то есть в период брака с ФИО1, ФИО4 приобрела по договору купли-продажи квартиру с кадастровым номером 77:17:0120316:41090, расположенную по адресу: <адрес>, поселение Сосенское, <адрес>, улица ФИО7 ФИО23, <адрес>, корпус 4, <адрес> (т. 1 л.д. 100).

ДД.ММ.ГГГГ (после смерти ФИО1) ФИО4 заключила со своей внучкой ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в лице её законного представителя ФИО6 договор дарения, передав ей в дар вышеназванную квартиру (т. 1 л.д. 202-203). Государственная регистрация права собственности ФИО5 произведена ДД.ММ.ГГГГ (выписка из ЕГРН – т. 1 л.д. 220-222).

Из содержания договора купли-продажи квартиры следует, что ФИО4 приобрела её за 4 500 000 руб. Денежные средства подлежали перечислению с использованием номинального счета ООО «ЦНС», которое должно было перечислить денежные средства продавцу на кор. счет №, открытый в ПАО Сбербанк.

В подтверждение перечисления денежных средств на указанный корреспондентский счет суду представлен чек-ордер от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 201-об.).

В подтверждение того, что денежные средства, направленные на приобретение квартиры, ФИО4 безвозмездно передал её отец - ФИО13, и что этой суммой он действительно обладал, суду был представлен договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, по которому ФИО13 продал за 8 200 000 рублей жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 198-199).

По условиям договора – денежные средства подлежали зачислению на счет продавца №.№, часть из которых – 6 000 000 рублей были переданы до подписания договора; остальная часть – из кредитных средств.

Как следует из выписки из лицевого счета и выписки о состоянии вклада, в день заключения договора на счет ФИО14 №.№ поступили денежные средства в сумме 5 950 000 рублей, а ДД.ММ.ГГГГ – 2 200 000 рублей (т. 1 л.д. 208, 208-об.). Согласно тем же документам – ДД.ММ.ГГГГ 8 150 000 рублей были списаны со счета.

В деле имеется копия платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что 8 150 000 рублей, списанные со счета ФИО14 №.№, были зачислены в тот же день на счет №, открытый на его имя ДД.ММ.ГГГГ на срок один месяц (т. 1 л.д. 209, 210).

По окончании действия договора о вкладе ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 закрыл счет, получив 8 162 727 рублей (с учетом процентов) наличными по расходному кассовому ордеру № (т. 1 л.д. 210-об.).

В подтверждение получения денежных средств от отца - ФИО4 представила договор о вкладе, заключенный с ПАО Сбербанк ДД.ММ.ГГГГ, выписку из лицевого счета, выписку о состоянии вклада и приходный кассовый ордер №, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ на её счет №.№ поступили денежные средства в сумме 4 200 000 рублей (т. 1 л.д. 204-об., 205, 206, 207).

Помимо этого, ФИО4 представила суду выписку из лицевого счета по вкладу, из которой следует, что ДД.ММ.ГГГГ на её второй счет - №.8ДД.ММ.ГГГГ.7001436 поступили денежные средства в сумме 3 950 000 рублей (т. 1 л.д. 204).

Судом также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ на свой счет №.8ДД.ММ.ГГГГ.7001436 ФИО4 зачислила еще 600 000 рублей, списав их со своего счета №.№, на котором они находились с ДД.ММ.ГГГГ (выписка из лицевого счета – т. 1 л.д. 204).

Несмотря на то, что денежные средства не поступали на счета ФИО4 путем безналичного перечисления со счета ФИО14 (её отца), у суда отсутствуют основания сомневаться в том, что эти средства были получены именно от её отца.

В этой части суд учитывает, что все операции (закрытие счета ФИО14 и поступление средств на оба счета ФИО4) производились в один день – ДД.ММ.ГГГГ Более того, из расходного кассового ордера № и приходного кассового ордера № усматривается, что операции проведены с разницей в пять минут: ФИО13 снял со своего счета 8 162 727 рублей в 15:18:16 час, а

ФИО4 внесла на свой счет 4 200 000 рублей в 15:34:23 час.

Кроме того, сам по себе факт близких родственных отношений между ними (что подтверждается свидетельством о рождении) говорит о том, что ФИО13 мог передать своей дочери денежные средства, вырученные от продажи дома и земельного участка, не оформляя эти правоотношения письменным договором либо распиской.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО16 (риелтор, сопровождавшая сделку по продаже дома) и ФИО17 (сожительница ФИО14) показали, что в разговоре с ними ФИО13 выражал намерение передать денежные средства, чтобы помочь семье дочери, в частности внучке – ФИО5, которая страдает тяжелым заболеванием и нуждалась в прохождении лечения в <адрес>.

Таким образом, имея в наличии 4 503 400 рублей ко дню заключения договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 в указанный день перечислила их на кор. счет ООО «ЦНС» № - в счет покупки квартиры (4 500 000 рублей) и оплаты вознаграждения ЦНС (3 400 рублей).

Учитывая время и дату получения ФИО4 денежных средств в размере 4 500 000 рублей, природу их происхождения; порядок оплаты, предусмотренный договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, и все обстоятельства, изложенные выше, суд приходит к выводу о том, что спорная квартира приобреталась ФИО4 за счет средств, безвозмездно полученных от её отца, а равно - за счет её личных средств, не относящихся к совместно нажитому имуществу. Следовательно, вся квартира, приобретенная за счет этих средств, являлась личной собственностью ФИО4, независимо от времени приобретения и регистрации права собственности на неё. А, значит, она вправе была распорядиться ею по своему усмотрению.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания для признания ? доли квартиры наследственным имуществом ФИО1, и его сын ФИО3 не вправе претендовать на неё в порядке наследования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктами 2, 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом

случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации

недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Предъявляя исковые требование о признании недействительным договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4 и законным представителем ФИО5, ФИО3 и его представитель ссылались на отсутствие у ФИО4 права единолично распоряжаться данным имуществом после смерти наследодателя ФИО1, поскольку ? доля квартиры принадлежала наследодателю и должна была быть включена в наследственную массу.

Учитывая выводы, изложенные выше, суд не находит оснований для признания договора дарения недействительным. Кроме того, поскольку квартира не входит в состав наследственного имущества ФИО1, то ФИО3 не является лицом, чьи права и охраняемые законом интересы нарушаются указанным договором. Соответственно, не являясь стороной данного договора, он не вправе предъявлять требование о признании её недействительной по иным основаниям.

При этом иных доводов, которые свидетельствовали бы о наличии оснований, предусмотренных статьями 187-179 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания данной сделки недействительной - в силу её оспоримости либо ничтожности, ФИО3 и его представителем не приведено. В связи с чем – суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении данного требования, а равно требования о признании за ФИО3 права общей долевой собственности на квартиру.

Помимо этого, ФИО3 полагает, что наследственным имуществом после смерти его отца является ? доля автомобиля KIA, 2016 года выпуска, VIN №, который выбыл из наследственной массы помимо воли наследодателя, а равно - его воли, в результате совершения нескольких договоров купли-продажи.

В материалах дела имеется сообщение должностного лица ГИБДД УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о том, что транспортное средство KIA, 2016 года выпуска, VIN №, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ числилось за ФИО1 регистрация данного транспортного средства была прекращена ДД.ММ.ГГГГ в связи с наличием сведений о смерти владельца. После этого транспортное средство было зарегистрировано за новым собственником ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 177).

К данному сообщению была приложена карточка учета транспортного средства, из которой следует, что регистрация транспортного средства за ФИО1 была прекращена в связи с наличием сведений о его смерти (т. 1 л.д. 180); а также копия договора купли-продажи № от ДД.ММ.ГГГГ, подписанного от имени ФИО1 (продавца) и ФИО24 (покупателем) – т. 1 л.д. 178.

Учитывая дату регистрации автомобиля за ФИО1 - ДД.ММ.ГГГГ, и отсутствие оснований считать его личным имуществом ФИО1, суд исходит из того, что он был приобретен в браке с ФИО4 (брак зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ) и является их совместно нажитым имуществом.

Соответственно, ФИО3, будучи наследником ФИО1 первой очереди, вправе был претендовать на ? доли данного имущества (исходя из того, что ФИО1 принадлежала ? доля).

Однако ФИО4 ссылается на то, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 продал автомобиль. Соответственно, на момент его смерти это имущество ему не принадлежало.

В свою очередь, представитель ФИО3 просила суд признать данный договор недействительным, ссылаясь на то, что ФИО1 не подписывал данный договор. При этом от исковых требований о признании недействительным второго договора купли-продажи, заключенного между ФИО24 (продавцом) и ФИО18 (покупателем), и признании за ФИО3 права собственности на долю автомобиля отказалась, предъявив требование о взыскании с ФИО4 денежной компенсации в размере ? доли от стоимости автомобиля.

Изучив в этой части доводы сторон и представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Несмотря на то, что транспортное средство относится к движимому имуществу, а, следовательно, момент возникновения у приобретателя права собственности на него связан с моментом его передачи (в силу пункта 1 статьи 223 ГК РФ), суд считает необходимым исходить из оценки договора купли-продажи автомобиля от 15 июля 2021 г.

Согласно пункту 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и

обязанностей.

В силу пункта 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 158 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной).

Пунктом 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Таким образом, подпись является подтверждением воли стороны на совершение сделки (заключение договора). Следовательно, подписание договора другим лицом с подделкой подписи лица, указанного в качестве стороны договора, свидетельствует об отсутствии воли последнего на совершение сделки и несоблюдении простой письменной формы сделки.

В свою очередь, недостижение между сторонами в требуемой форме соглашения о существенном условии договора влечет его незаключенность (определение Верховного Суда Российской Федерации N 18-КГ13-155 от 11 февраля 2014 г.).

Незаключенность договора свидетельствует об отсутствии между сторонами какого-либо соглашения и, соответственно, не может порождать правовых последствий, на которые он был направлен. Ввиду чего договор, являющийся незаключенным, не может быть признан недействительным (пункт 1 Информационного письма Президиума ВАС РФ N 165 от 25 февраля 2014 г. "Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными"; определения Верховного Суда РФ N 81-КГ17-31 от 10 апреля 2018 г., N 305-ЭС15-16158 от 31 марта 2016 г.).

В подтверждение того, что ФИО1 не подписывал договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, представитель ФИО3 представила суду акт экспертного исследования №.02-000096 от ДД.ММ.ГГГГ, составленный ООО «<данные изъяты>» (т. 2 л.д. 48-65).

При проведении исследования специалист использовал копию договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и копию согласия ФИО1 на продажу жилого дома серии <адрес>3 от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного временно исполняющей обязанности нотариуса <адрес> ФИО19 – ФИО20

По выводам специалиста ООО «<данные изъяты>» изображение дополненной подписи от имени ФИО1, расположенной на копии договора купли-продажи автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ в графе: «Продавец», после слов:

«...получил, транспортное средство передал», и изображение дополненной

подписи ФИО1 на копии нотариально удостоверенного согласия выполнены разными лицами, при условии, что оригинал исследуемого документа (договора купли-продажи) исполнен без применения технических приемов и средств.

Кроме того, определением Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза.

В заключении № от ДД.ММ.ГГГГ эксперт ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России пришел к выводу о том, что подпись от имени ФИО1, расположенная в нотариально удостоверенном согласии ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ серии 68 №, в строке «Подпись», справа от рукописной записи ФИО1, и подпись от имени ФИО1, расположенная в договоре купли - продажи автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ФИО24 (покупателем), в графе «Продавец», в строке «Деньги получил, транспортное средство передал», сделана от рукописной записи «ФИО21» выполнены разными лицами.

Суд принимает данное заключение в качестве доказательства не заключения ФИО1 договора купли-продажи автомобиля, поскольку оснований сомневаться в его обоснованности и законности не имеется. Оно не содержит каких-либо неясностей; эксперт использовал в исследовании образцы подписи ФИО1 в подлинном документе; изложил мотивированные выводы, основанные на действующих методических рекомендациях. Эксперт состоит в государственном реестре экспертов, имеет необходимую квалификацию, образование по соответствующей специальности и достаточно большой стаж работы. При этом он был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ.

Поскольку выводы, изложенные в акте экспертного исследования ООО «<данные изъяты>» №.02-000096 от ДД.ММ.ГГГГ, согласуются с заключением судебного эксперта, то суд также принимает его в качестве доказательства обоснованности исковых требований ФИО3

В конечном итоге - представитель ФИО4 признала то обстоятельство, ФИО1 не подписывал договор купли-продажи, ему затруднительно было сделать это по состоянию здоровья; данный договор вместо него подписала ФИО4

Вместе с тем, пунктом 3 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если гражданин вследствие физического недостатка, болезни или неграмотности не может собственноручно подписаться, то по его просьбе сделку может подписать другой гражданин. Подпись последнего должна быть засвидетельствована нотариусом либо другим должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, с указанием причин, в силу которых совершающий сделку не мог

подписать ее собственноручно.

Представленный договор не содержит информации о том, что подпись ФИО4, подписавшей его вместо ФИО1, была засвидетельствована в установленном порядке.

Таким образом, представленные доказательства позволяют прийти к выводу о том, что наследодатель не подписывал договор купли-продажи спорного автомобиля, а, значит, его следует считать незаключенным - ввиду отсутствия согласованной воли ФИО1 в отношении существенных условий. В свою очередь, не заключенный договор не порождает для сторон правовых последствий и не может признаваться недействительным (как того требует представитель истца).

В связи с изложенным суд отклоняет доводы ответчицы (и представленные в связи с этим доказательства) о том, что фактическое пользование ФИО24 автомобилем свидетельствует о заключении договора купли-продажи.

Поскольку ФИО24 состоит с ФИО6 (дочерью ФИО4) в фактических брачных отношениях, и обе семьи поддерживали тесные отношения, то вполне очевидно, что с согласия владельца он мог периодически пользоваться автомобилем и приезжать на нём в <адрес>. Что не означает приобретение им данного автомобиля.

В свою очередь, доказательств обращения ФИО24 до дня смерти ФИО28 в органы ГИБДД для перерегистрации автомобиля на основании договора купли-продажи, и того, что по какой-либо причине ему было отказано в постановке автомобиля на учет, ответчики не представили.

Сообщение ИП ФИО22 (Авто-лайф) от ДД.ММ.ГГГГ о стоимости замены лобового стекла выводов суда не опровергает, поскольку не содержит информации о том, что ФИО24 является собственником автомобиля. Более того, в нем указан другой идентификационный номер автомобиля (VIN), нежели тот, который присвоен спорному автомобилю (т. 2 л.д. 40). В свою очередь, заказ-наряд и акт выполненных работ ИП ФИО22 (Авто-лайф) датированы ДД.ММ.ГГГГ, то есть после смерти наследодателя (т. 1 л.д. 219-219-об.). Что согласуется с тем, что именно ФИО4 (а не ФИО1) реализовала данное имущество после открытия наследства.

Таким образом, фактические обстоятельства свидетельствуют о том, что на момент смерти ФИО1 автомобиль продолжал находиться в его собственности. А потому ? доля данного имущества (за вычетом супружеской доли ФИО4) являлась наследственным, и следует считать, что с момента открытия наследства оно перешло в долевую собственность ФИО3 (1/4) и ФИО4 (1/4 + ? = 3/4).

Вместе с тем установлено, что ФИО4 по своему усмотрению распорядилась автомобилем без согласия ФИО3, получив от ФИО24 денежные средства за автомобиль в сумме 1 950 000 рублей. О чем свидетельствует её собственноручная расписка от ДД.ММ.ГГГГ

В свою очередь, ДД.ММ.ГГГГ ФИО24 продал автомобиль ФИО27, и в этой части представитель ФИО3 отказалась от исковых требований о признании договора купли-продажи недействительным (т. 2 л.д. 233).

При такой ситуации, учитывая выбытие автомобиля из владения наследников, суд полагает, что ФИО3 вправе требовать взыскания с ФИО4 денежной компенсации в счет стоимости принадлежавшей ему ? доли.

По этой же причине автомобиль не подлежит разделу в порядке статей 1164-1170 ГК РФ, следовательно, суд вправе отступить от правила об учете в рыночной стоимости наследственного имущества на время рассмотрения дела о его разделе.

Представитель ФИО3 полагала, что он вправе претендовать на ? доли тех денежных средств, которые ФИО4 фактически получила от ФИО24 В свою очередь, представитель ФИО4 настаивала на том, что в такой ситуации должна учитываться стоимость на момент открытия наследства. И в этой связи она представила отчет ООО ОПЦ «<данные изъяты>» № об оценке от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому рыночная стоимость автомобиля на ДД.ММ.ГГГГ составляла 1 211980 рублей (т. 2 л.д.158-178).

Суд считает возможным согласиться с доводами представителя ФИО3 о необходимости учета той цены за автомобиль, которую ФИО4 получила от ФИО24, поскольку на тот момент она являлась реальной, и именно в таком размере она получила выгоду от реализации имущества, находившегося в долевой собственности. В противном случае - будет иметь место неосновательное обогащение за счет истца.

На основании изложенного суд приходит к выводу о взыскании с ФИО4 в пользу ФИО3 1/4 доли от стоимости автомобиля (1 950 000 рублей), что составляет 487 500 рублей.

Кроме того, ФИО3 в лице представителя предъявил требование о признании совместно нажитым имуществом ФИО4 и ФИО1 денежных средств, находившихся на счете №, открытом в ПАО Сбербанк на имя ФИО4, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, определении их долей - по ? доле; а также о взыскании с ФИО4 5 000 рублей в счет компенсации за денежный вклад.

Согласно статье 1164 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании по закону, если наследственное имущество переходит к двум или нескольким наследникам, и при наследовании по завещанию, если оно завещано двум или нескольким наследникам без указания наследуемого каждым из них конкретного имущества, наследственное имущество поступает со дня открытия наследства в общую долевую собственность наследников.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1110 Гражданского кодекса

Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Судом установлено, что в период брака с ФИО1 - ФИО4 открыла в ПАО <данные изъяты> на своё имя счет № (дата открытия - ДД.ММ.ГГГГ). По состоянию на день смерти ФИО1 остаток средств на данном счете составлял 23 899,84 рублей (справка о наличии счетов - т. 2 л.д. 219).

Доказательств того, что эти денежные средства являлись личной собственностью ФИО4, суду не представлено. Более того, в этой части ни она, ни её представитель не привели каких-либо доводов и фактически не возражали против того, что часть этих средств причитается ФИО3

Таким образом, указанные денежные средства являлись совместной собственностью супругов ФИО1 и ФИО4, и их доли в этом имуществе являются равными (по 1/2 доле у каждого).

При таких обстоятельствах, учитывая, что в наследственную массу должна была входить 1/2 доля данного имущества, суд, будучи ограниченным пределами исковых требований, приходит к выводу о возможности взыскания с ФИО4 в пользу ФИО3 5 000 рублей в качестве компенсации за денежный вклад. При этом отсутствие на момент рассмотрения дела денежных средств на указанном счете (если таковое имеет место быть) не может повлиять на вывод суда, поскольку со дня открытия наследства ФИО3 стал собственником 1/4 доли. Следовательно, расходование денежных средств истца без его согласия влечет для ФИО4 обязанность их возвратить.

Судом также установлено, что на момент смерти наследодателя у ФИО4 в ПАО <данные изъяты> был открыт счет № с остатком средств - 55,34 руб. Поэтому при отсутствии доказательств обратного - следует считать, что данные денежные средства также являлись совместной собственностью супругов. Соответственно, исковые требования ФИО3 о признании денежных средств, хранившихся на указанном счете, совместной собственностью супругов, подлежат удовлетворению.

При разрешении встречных исковых требований ФИО4 суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 1174 Гражданского кодекса Российской Федерации расходы на достойные похороны наследодателя, включая необходимые расходы на оплату места погребения наследодателя, возмещаются за счет наследства в пределах его стоимости (пункт 1).

Требования о возмещении расходов, указанных в пункте 1 настоящей статьи, могут быть предъявлены к наследникам, принявшим наследство, а до принятия наследства - к исполнителю завещания или к наследственному

имуществу (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 5 Гражданского кодекса Российской Федерации обычаем признается сложившееся и широко применяемое в какой-либо деятельности, не предусмотренное законодательством правило поведения, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе.

Статьей 3, частью 3 статьи 5 Федерального закона от 12 января 1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" предусмотрено, что погребение - это обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В случае отсутствия волеизъявления умершего о достойном отношении к его телу после смерти право на разрешение указанных действий имеют супруг, близкие, родственники, или иные лица, взявшие на себя обязанность осуществить погребение умершего.

Действующее гражданское законодательство не определяет критерии, по которым похороны определяются достойные. Решение этого вопроса входит в компетенцию лиц, осуществляющих похороны, с учетом их отношения к умершему и памяти о нём.

Оценив доказательства, представленные ФИО4, суд приходит к выводу о том, что расходы на услуги по погребению (копание могилы, транспортировка тела к дому, в храм, к месту захоронения, опускание тела в могилу, захоронение); приобретение гроба, могильного знака (креста), венка являлись необходимыми, соответствовали тем обычаям и традициям, которые проводятся в день похорон; относились к числу мероприятий по достойным похоронам умершего человека.

Изготовление памятника и ограды на могилу - это также необходимые предметы ритуала погребения, относящиеся к процессу захоронения. Их установление - это одна из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям и традициям. Эти обстоятельства являются общеизвестными, а потому - в силу части 1 статьи 61 ГПК РФ не нуждаются в дополнительном доказывании.

При этом суд отмечает, что действующее законодательство не возлагает на наследника, понесшего расходы на погребение, обязанности согласовывать их с другими наследниками.

Факт несения этих расходов за счет личных средств ФИО4 подтверждается соответствующими документами: услуги морга по подготовке тела к погребению (6 200 рублей) - договором подряда от ДД.ММ.ГГГГ и квитанцией-договором № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 23-24, 38); приобретение гроба (18 500 рублей), креста (5 500 рублей), одного венка (3 100 рублей), ограды (29 800 рублей); погребение (24 500 рублей) - одной накладной (нарядом-заказом) от ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму 81 400 рублей (т. 2 л.д. 25); изготовление памятника (109 200 рублей) - договором № от ДД.ММ.ГГГГ и двумя кассовыми чеками об оплате от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 191-193). Всего - на сумму 196 800 рублей.

Суд полагает, что расходы на второй венок (3 700 рублей, которые также были включены в наряд от 26 сентября 2021 г.) необходимо исключить, поскольку приобретение венка - это более индивидуальная форма отношения к умершему, в то время как ФИО3 не является членом семьи ФИО4 и, присутствуя на похоронах, от собственного имени почтил память отца.

То обстоятельство, что приобретенная ФИО4 ограда рассчитана на два захоронения, не является основанием для отказа во взыскании этих расходов, поскольку в данном случае исполнялось желание умершего быть похороненным в родственной могиле - рядом с близким родственником, ранее захороненным в этом же месте. И с этой целью была снесена старая ограда, рассчитанная на одну могилу, и установлена новая.

Несмотря на то, что на момент принятия решения памятник ФИО1 установлен не был, суду была представлена на обозрение его фотография (на телефоне), содержание которой не вызвало сомнений в том, что фактически он был изготовлен.

Суд также отмечает, что в письменных возражениях на встречный иск, подписанных самим ФИО3, он соглашался с расходами на гроб, крест и подготовку тела к погребению, всего на сумму 30 200 рублей (т. 2 л.д. 241-244).

Таким образом, учитывая, что ФИО4 получила целевое социальное пособие (на похороны супруга) в размере 6 424,98 рублей, то за вычетом этой суммы - с ФИО3 в её пользу подлежит взысканию компенсация расходов на достойное погребение в размере 1/2 доли от 190 375,02 рублей. Что составляет 95 187,51 рублей.

Помимо этого, ФИО4 предъявила требование о взыскании с ФИО3 расходов на поминальный обед, проводившийся в день похорон, и расходов на продукты, которые приобретались и раздавались родственникам для поминовения на годовщину смерти.

В Рекомендациях о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, оформленных протоколом НТС Госстроя РФ от 25 декабря 2001 г. N 01-НС-22/1, указано, что в соответствии с Федеральным законом "О погребении и похоронном деле" обряды похорон определяются как погребение; в церемонию похорон входят, как правило, обряды, в том числе, поминовения (п. 6.1); поминальный обед начинается с подачи первого блюда - щей, супа и т.д. Но это принято не везде, так же, как и употребление спиртных напитков (п. 7.7); обязательны на поминках кутья и блины, которые являются обрядовыми блюдами, связанными с представлением о потустороннем мире, солнце и свете (п. 7.8); на территории кладбища посетителям запрещается распивать спиртные напитки и находиться в нетрезвом состоянии (пп. "ж" п. 19.3).

Таким образом, возмещению подлежат расходы, необходимые не только для погребения, но и в целом для похорон, не ограниченных днём погребения. Однако в тех же Рекомендациях речь идёт о поминовении путём поминального обеда в день погребения, и относительно других поминальных обедов не упоминается.

В связи с этим суд считает возможным взыскать с ФИО3 компенсацию только за те расходы, которые ФИО4 понесла для поминовения сразу после похорон, и подтвердила чеками: № от 25 сентября 2021 г. и № 166 от 26 сентября 2021 г. (т. 2 л.д. 34-35, 36-37). В первом случае расходы понесены на сумму 2 043,02 руб., во втором - на 2 341,82 руб. Однако из расходов от 26 сентября 2021 г. суд исключает траты на приобретение вина, поэтому учитываются только 1 790,59 рублей (69,99 + 69,99 + 304,24 + 270,90 + 177,61 + 107,31 + 145,91 + 441,01 + 50,99 + 50,99 + 50,99 + 50,99).

В компенсации расходов, понесенных на приобретение продуктов в 2022 году, суд отказывает, поскольку в этом случае поминального обеда не проводилось, и расходы понесены задолго до ДД.ММ.ГГГГ (год со дня смерти). Суд полагает, что представленные чеки не являются безусловным доказательством приобретения продуктов непосредственно для поминовения наследодателя.

Таким образом, с ФИО3 в пользу ФИО4 подлежит взысканию компенсация в размере 1/2 доли от 3 833,61 рублей, что составляет 1 917 рублей.

Удовлетворяя требование ФИО4 о взыскании расходов на достойное погребение наследодателя (в вышеназванной части), суд отмечает, что эти расходы обременяют не самого наследника - ФИО3, а относятся к наследственному имуществу, то есть взыскиваются за счет этого имущества. В данном случае - размер наследственного имущества, причитающегося ФИО3, значительно превышает расходы, понесенные ФИО4

Доказательств того, что сам ФИО3 понес какие-либо расходы на погребение своего отца, с его стороны не представлено.

В связи с частичным удовлетворением требований ФИО4 - с ФИО3 подлежит взысканию государственная пошлина от суммы удовлетворенных требований - 3 055,63 рублей (в силу статьи 98 ГПК РФ).

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО3 – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (СНИЛС №) в пользу ФИО3 денежную компенсацию за ? долю автомобиля KIA 2016 года, цвет - черный легковой универсал VIN №, в размере 487 500 (четыреста восемьдесят семь тысяч пятьсот) рублей.

Признать денежные средства, которые находились на счете

№, открытом в ПАО Сбербанк на имя ФИО4, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (день смерти) совместно нажитым имуществом ФИО4 и ФИО1, определить их доли в этом имуществе равными - по ? доле.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (СНИЛС <***>), в пользу ФИО3 денежную компенсацию в счет его доли в денежных средствах, на вышеназванном счете, в сумме 5 000 (пять тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований о признании недействительным договора купли-продажи № от ДД.ММ.ГГГГ автомобиля KIA 2016 г., сторонами которого указаны ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель); признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4 и ФИО5 в лице законного представителя ФИО6 в отношении квартиры по адресу: <адрес>, ул. ФИО7 ФИО23, <адрес>; применении последствий недействительности сделки; об установлении доли и признании права собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, ул. ФИО7 ФИО23, <адрес>, в порядке наследования после смерти ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 – отказать.

Встречные исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (СНИЛС <***>), в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (СНИЛС №) за счет наследственного имущества в виде денежных средств, взысканных в качестве компенсации за долю автомобиля, – ? долю от 190 375,02 рублей, потраченных ФИО4 на достойное погребение ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ, что составляет 95 187 (девяносто пять тысяч сто восемьдесят семь) рублей 51 (пятьдесят одна) копейка.

В удовлетворении остальной части встречных исковых требований ФИО4 отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО4 расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3055,63 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Октябрьский районный суд <адрес>

в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья подпись Е.Ю. Нишукова

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ