Решение № 2-274/2021 2-274/2021~М-145/2021 М-145/2021 от 1 июня 2021 г. по делу № 2-274/2021

дело № 2-274/2021

УИД 56RS0015-01-2021-000262-11


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Кувандык 2 июня 2021 г.

Кувандыкский районный суд Оренбургской области в составе: председательствующего судьи Беловой Л.В.,

при секретаре Бикбаевой Р.М.,

с участием Кувандыкского межрайонного прокурора Оренбургской области Турбина А.М.

истца ФИО1,

представителя ответчиков ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Кувандыкский», Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Оренбургской области, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в изоляторе временного содержания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Кувандыкский» (далее – МО МВД России «Кувандыкский»), указав в его обоснование, что в период с 27 ноября 2018 г. по 29 ноября 2019 г. он неоднократно содержался в изоляторе временного содержания МО МВД России «Кувандыкский», условия в котором были неудовлетворительными: отсутствовало естественное освещение и доступ свежего воздуха, так как изолятор находится в подвале, искусственное освещение работало в режиме дневного света и ночью не менялось, санузел имеет оградительный барьер, не обеспечивающий приватности. Лампы дневного освещения мешали ему спать, у него болели глаза. Из-за отсутствия ночного освещения он был лишен восьмичасового непрерывного сна. Ненадлежащими условиями содержания в изоляторе ему причинен моральный вред, который выразился в чувстве унижения, страдания, страха, тревоги и собственной неполноценности.

Просит взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 1000000 рублей.

Определением судьи Кувандыкского районного суда Оренбургской области от 12 марта 2021 г. на основании ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) к участию в деле привлечен прокурор.

Определением судьи от 7 апреля 2021 г. к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Министерство внутренних дел Российской Федерации и Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Оренбургской области (далее - УМВД по Оренбургской области).

В судебном заседании истец ФИО1, участвующий посредством видеоконференц - связи, уточнил, что просит взыскать компенсацию морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в изоляторе временного содержания, с Министерства внутренних дел Российской Федерации. Пояснил, что изолятор находится в подвале, где отсутствует естественное освещение и доступ свежего воздуха, что причиняло ему физические и нравственные страдания. Санузел расположен напротив стола, не имеет двери и не огорожен глухой стеной, из-за этого он не мог принимать пищу. Такой санузел не обеспечивал приватности, что для него является унизительным. Отсутствие естественного освещения днем и специального освещения в ночное время лишало его нормального сна и приводило к мыслям о суициде.

Представитель ответчиков МО МВД России «Кувандыкский», УМВД по Оренбургской области и Министерства внутренних дел Российской Федерации ФИО2, действующая на основании доверенностей от 14 мая 2020 г. №, 12 января 2021 г. № и 12 января 2021 г. № соответственно, иск не признала. Пояснила, что МО МВД России «Кувандыкский» и УМВД по Оренбургской области являются ненадлежащими ответчиками по делу. Следственно-арестованный ФИО1 в течение 2018 - 2019 годов неоднократно содержался в камере № изолятора временного содержания МО МВД России «Кувандыкский», условия содержания в которой соответствовали санитарным нормам и правилам. Истец не доказал причинение ему физических и нравственных страданий. Жалоб на заболевания или ухудшение состояния здоровья в связи с содержанием в изоляторе не предъявлял. Изолятор временного содержания с 1995 года находится в подвале, окна в нем отсутствуют, но к каждой камере подведена приточно-вытяжная вентиляция, работающая в бесперебойном режиме круглосуточно. В камере №, где содержался ФИО1, имеется место приватности с санузлом и центральным водоснабжением, которое отгорожено от общего помещения заградительным барьером высотой 1 метр 8 см и находиться на расстоянии 2 метров от стола. В каждой камере установлено дежурное освещение и система видеофиксации. Места приватности не просматриваются. В камерах изолятора имеется и используется ночное освещение. Истцу ежедневно предоставлялась прогулка в течение 1 часа в прогулочном дворе. Пояснила, что запланировано строительство нового изолятора временного содержания. ФИО1 обратился в суд спустя длительное время после нахождения в изоляторе. Доказательств причинения физических и нравственных страданий, унижения его человеческого достоинства не представил. Просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Участвующий в судебном заседании прокурор Кувандыкской межрайонной прокуратуры Оренбургской области Турбин А.М. от дачи заключения по существу иска отказался, сославшись на то, что по данной категории дел в соответствии со ст.45 ГПК РФ прокурор заключение не дает.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается информацией начальника изолятора временного содержания МО МВД России «Кувандыкский» от 2 июня 2021 г., что ФИО1 содержался в камере № указанного изолятора временного содержания в следующие периоды: в 2018 году - с 27 ноября по 6 декабря, с 20 по 29 декабря; в 2019 году - с 3 по 6 февраля, с 8 по 13 февраля, с 3 по 6 марта, с 13 по 17 апреля, с 25 по 30 апреля, 13 мая, с 20 по 21 мая, с 28 мая по 3 июня, с 19 по 25 июня, с 7 по 11 июля, с 13 по 25 июля, с 27 июля по 1 августа, с 17 по 23 августа, с 19 по 24 сентября, с 25 по 29 ноября.

Из пояснений представителя ответчиков ФИО2, схематического плана изолятора временного содержания, информации врио начальника МО МВД России «Кувандыкский» от 26 мая 2021 г. следует, что помещение изолятора временного содержания, 1995 года постройки, оборудовано в подвале основного административного здания МО МВД России «Кувандыкский» без учета требований, предъявляемых в настоящее время к данным объектам. Камера №, где содержался ФИО1 в 2018 - 2019 годах, имеет площадь <данные изъяты> кв.м, рассчитана на 12 человек, окна в камере отсутствуют, освещение искусственное. Приватная зона с санузлом находится на расстоянии 2 метров от стола, ограждена барьером без двери.

Согласно представленной в судебное заседание фотографии и показаний свидетеля - <данные изъяты> Г.К.А., высота оградительного барьера зоны приватности от пола камеры составляет 1 метр 8 см, высота данного барьера от пола санитарного узла, который находится на подиуме, не измерялась.

В соответствии с информацией врио начальника МО МВД России «Кувандыкский» от 26 мая 2021 г., высота оградительного барьера санузла в камере № изолятора временного содержания составляет 1 м.

Факт отсутствия окон в камерах изолятора подтверждается также представлением Кувандыкского межрайонного прокурора Оренбургской области от 19 августа 2019 г.

Ссылаясь на указанные ненадлежащие условия содержания в изоляторе временного содержания, истец ФИО1 обратился в суд с требованием о компенсации морального вреда.

Данное требования является обоснованным.

В силу ст.2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности, от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенной в Риме 4 ноября 1950 г., закреплено, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу ст.13 названной Конвенции каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

В пункте 10 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными, принятых на 1-м Конгрессе ООН по предупреждению преступлений и обращению с преступниками, проведенном в г. Женеве в 1955 году, указано, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию.

Согласно ст.23 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и п.42 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России от 22 ноября 2005 г. № 950, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

В соответствии с п.2.1.1 Санитарных правил и норм (СанПиН 2.2.1/2.1.1.1278-03 «Гигиенические требования к естественному, искусственному и совмещенному освещению жилых и общественных зданий»), утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 8 апреля 2003 г. №34, действующих в период нахождения ФИО1 в изоляторе временного содержания, камеры, карцеры, медицинские изоляторы и помещения с постоянным пребыванием людей должны иметь естественное освещение, а также искусственное с использованием электроламп.

Естественное освещение в камерах изолятора временного содержания МО МВД России «Кувандыкский» отсутствует, что представителем ответчиков не оспаривалось.

Пунктом 45 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России от 22 ноября 2005 г. № 950, установлено, что камеры изолятора временного содержания оборудуются, в том числе, санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; приточной и/ или вытяжной вентиляцией.

Инструкцией по проектированию объектов органов внутренних дел МВД России (Свод правил - СП 12-95), введенной в действие протоколом МВД России от 12 февраля 1995 г. № 1-95, предусмотрено наличие в камере изолятора временного содержания унитаза и умывальника (таблица 17 пункт 33), согласно п. 17.16, унитазы и умывальники в камерах, карцерах, изоляторах необходимо размещать в отдельных кабинах с дверьми, открывающимися наружу, кабина должна иметь перегородки высотой 1 м от пола санитарного узла.

Как видно из фотографий, в камере № изолятора временного содержания МО МВД России «Кувандыкский» санитарный узел оборудован оградительным барьером без двери, а не кабиной. При этом представителем ответчиков не представлено достоверных доказательств того, что высота барьера от пола санитарного узла не менее 1 метра, поскольку замеры производились от пола камеры. Расстояние от санитарного узла до стола, где осуществляется прием пищи, составляет 2 метра.

Данные обстоятельства свидетельствуют о несоблюдении ответчиками требований приватности при организации санитарного узла в камере № изолятора временного содержания.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

С учетом исследованных доказательств, суд приходит к выводу о том, что факт нарушения условий содержания истца ФИО1 в изоляторе временного содержания МО МВД России «Кувандыкский» в части отсутствия окон и естественного освещения, а также организации санитарного узла без соблюдения требований приватности, установлен.

Содержание истца в изоляторе временного содержания в условиях, не соответствующих установленным нормам, влечет нарушение его прав, гарантированных законом, создает неудобства, чувство унижения и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания. В связи с чем, ФИО1 имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему вышеназванными нарушениями.

Вместе с тем, доводы истца о том, что в период его содержания постоянно использовалось только дневное освещение, опровергаются показаниями свидетеля Г.К.А. – <данные изъяты>, пояснившего в суде, что в период содержания ФИО1 в камере № изолятора временного содержания лампы дневного освещения работали только с 6 часов до 22 часов, в остальное время включались лампы ночного освещения с торца камеры, установленные в нише стены.

Данные показания свидетеля Г.К.А. об использовании в камерах изолятора временного содержания ночного освещения объективно подтверждаются ответом начальника полиции от 2 августа 2019 г.

При таких обстоятельствах, оснований для взыскания компенсации морального в связи с неиспользованием ламп ночного освещения не имеется.

При определении размера компенсации морального вреда в соответствии с положениями ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации суд учитывает фактические обстоятельства дела, значительную продолжительность нахождения ФИО1 в изоляторе временного содержания в 2019 году, в период с 27 ноября по 6 декабря и с 20 по 29 декабря 2018 г., степень нравственных страданий, при которых у истца не произошло какого-либо ухудшения состояния здоровья, а также значимых отрицательных последствий, личность истца, принимает во внимание срок, в течение которого ФИО1 обратился за защитой своих нарушенных прав, требования разумности и справедливости, приходит к выводу о необходимости взыскания в пользу истца в счет компенсации морального вреда 2 000 рублей.

В силу ст.1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п.3 ст.125 Гражданского кодекса Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

На основании ст.1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования

В силу п.12.1 ч.1 ст.158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств

Надлежащим ответчиком по делу в рассматриваемом случае является Российская Федерация в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, осуществляющего функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на реализацию возложенных на него функций (подп.100 п. 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации от 21 декабря 2016 г. № 699).

При таких обстоятельствах, исковые требования ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации следует удовлетворить, взыскать с данного ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в изоляторе временного содержания, в размере 2000 рублей, в требованиях к МО МВД России «Кувандыкский» и УМВД по Оренбургской области – отказать.

Руководствуясь ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в изоляторе временного содержания, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 2000 (две тысячи) рублей, в остальной части требований отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Кувандыкский», Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Оренбургской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в изоляторе временного содержания, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Кувандыкский районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Л.В. Белова