Апелляционное определение № 33А-158/2026 33А-3578/2025 от 13 января 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

Судья Михалева И.С.

№ (первая инстанция)

№ (апелляционная инстанция)

№

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Чегодаевой О.П.,

судей: Сентяковой Н.Н., Чернышовой Э.Л.,

при секретаре Зевеке Е.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Ижевске Удмуртской Республики ДД.ММ.ГГГГ административное дело по апелляционной жалобе административного истца ФИО1 на решение Октябрьского районного суда города Ижевска Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ, которым отказано в удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к Управлению Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике о признании незаконным решения от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, возложении обязанности устранить допущенные нарушения.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Сентяковой Н.Н, изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по административным делам,

установила:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным административным иском к Управлению Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике (далее – УФНС России по Удмуртской Республике, налоговый орган), мотивируя требования тем, что решением налогового органа от ДД.ММ.ГГГГ № он привлечен к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, ему предложено уплатить недоимку по налогу на доходы физических лиц <данные изъяты>, а также штрафы в размере <данные изъяты> ввиду того, что он не отразил в налоговой декларации за 2022 год доход от продажи имущества – нежилого помещения с кадастровым № (<адрес>), находившегося в собственности менее минимального срока владения. Административный истец с позицией налогового органа не согласен, полагая ее неправомерной, поскольку объект недвижимости с кадастровым № находился в его собственности уже более пяти лет, в результате проведения ремонтных работ площадь здания увеличилась, то есть была осуществлена реконструкция существующего объекта недвижимости с кадастровым №. При этом реконструированному объекту был присвоен новый кадастровый №. Жалоба на действия налогового органа, решением МИ ФНС России по Приволжскому федеральному округу жалоба ФИО1 оставлена без удовлетворения.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено Управление Росреестра по Удмуртской Республики (том 1 л.д. 85-87).

Суд постановил вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе административный истец ФИО1 просит решение суда первой инстанции отменить, вынести по делу новое решение, которым заявленные требования удовлетворить, указывая доводы о несоответствии выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам административного дела, поскольку течение минимального срока владения объектом недвижимости следует исчислять с момента приобретения объекта с кадастровым номером 18:26:011011:967, то есть с ДД.ММ.ГГГГ, который в последующем был реконструирован, а потому регистрация ДД.ММ.ГГГГ объекта с кадастровым № не изменяет срок владения для целей налогообложения.

Апелляционным определением Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ решение Октябрьского районного суда города Ижевска Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ отменено. Принято новое решение, которым административные исковые требования ФИО1 к УФНС России по Удмуртской Республике о признании незаконным решения от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, возложении обязанности устранить допущенные нарушения удовлетворены. Признано незаконным решение УФНС России по Удмуртской Республике от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения, возложена обязанность на УФНС России по Удмуртской Республике отменить принятые в порядке пункта 10 статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) обеспечительные меры.

Кассационным определением судебной коллегия по административным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции апелляционное определение от ДД.ММ.ГГГГ отменено, административное дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

Выслушав в суде апелляционной инстанции представителя административного истца ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя административного ответчика ФИО3, полагавшую доводы апелляционной жалобы необоснованными, проверив решение, исследовав материалы дела, сочтя возможным в соответствии с правилами, установленными статьями 150 и 152 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), рассмотреть дело при данной явке, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 218, частью 2 статьи 227 КАС РФ необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемых решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца. При этом на административного истца процессуальным законом возложена обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав, а также соблюдении срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону (части 9 и 11 статьи 226, статья 62 КАС РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 138 НК РФ акты налоговых органов ненормативного характера, действия или бездействие их должностных лиц могут быть обжалованы в вышестоящий налоговый орган и (или) в суд в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом и соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации.

Пунктом 3 этой же статьи предусмотрено, что в случае обжалования в судебном порядке актов налоговых органов ненормативного характера, действий или бездействия их должностных лиц срок для обращения в суд исчисляется со дня, когда лицу стало известно о принятом вышестоящим налоговым органом решении по соответствующей жалобе.

В соответствии с частью 1 статьи 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину стало известно о нарушении прав, свобод и законных интересов.

Предметом оспаривания в рамках рассматриваемого административного иска выступает решение УФНС России по Удмуртской Республике № от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении административного истца к ответственности за совершение налогового правонарушения

Будучи не согласным с решением налогового органа, ФИО1 обратился в МИ ФНС России по Приволжскому федеральному округу с апелляционной жалобой, которая решением от ДД.ММ.ГГГГ №@ была оставлена без удовлетворения (том 1 л.д. 16-17, 18-19).

В Октябрьский районный суд города Ижевска Удмуртской Республики с административным иском об оспаривании названного решения ФИО1 обратился ДД.ММ.ГГГГ.

Следовательно, предусмотренный трехмесячный срок на обращение в суд по оспариванию названного решения ФИО1 не пропущен.

Из материалов административного дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ на основании договоров купли-продажи № и № ФИО1 приобретены в собственность следующие объекты недвижимости:

- нежилое помещение, расположенное по <адрес> кадастровый №,

- нежилое помещение, расположенное по <адрес> кадастровый №.

В мае 2014 года объект недвижимости с кадастровым № был разделен на два с кадастровыми №. соответственно.

В последующем административный истец объединил объекты недвижимости с кадастровыми № являющиеся первым этажом и подвалом одного здания.

Согласно строительно-технического заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, строение с нежилыми помещениями площадью <данные изъяты>., расположенное по <адрес> является отдельно стоящим (обособленным) зданием (т.1 л.д. 188-196).

В 2016 году Центром технической инвентаризации и землеустройства по Удмуртской Республике изготовлена проектная документация на нежилое здание по <адрес> №, в которой отражена экспликация помещений, а именно: план подвального этажа и план 1 этажа данного здания (том 1 л.д.185 оборотная сторона – 187).

ДД.ММ.ГГГГ объект недвижимости – нежилое здание площадью 492 кв.м. поставлен на государственный кадастровый учет. Объекту присвоен кадастровый № (том 1 л.д. 109).

Сведения о государственной регистрации права собственности ФИО1 внесены в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ.

В 2018 году ООО «Ригель» составлен проект капитального ремонта существующей входной группы 692.18-АР (т.1 л.д.131-138).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ООО «Ригель» составлено заключение строительно-технической экспертизы 692.18-ПЗ, из которого следует, что основное здание и входная группа, расположенные по <адрес> являются единым объектом; выдача разрешения на строительство объекта (утепление входной группы), согласно подпункту 4 пункта 17 статьи 51 ГрК РФ не требуется, также не требуется выдача разрешения на ввод в эксплуатацию ( пункт 3 статьи 55.24 ГрК РФ) (т.1 л.д.96-103).

ДД.ММ.ГГГГ в Федеральную службу государственной регистрации кадастра и картографии ФИО1 подано заявление об осуществлении государственного кадастрового учета и государственной регистрации прав (том 1 л.д.93).

ДД.ММ.ГГГГ осуществлена регистрация объекта недвижимости – нежилого здания – с кадастровым № (том 1 л.д. 20-25).

В этот же день осуществлена регистрация прекращения права на объект недвижимости с кадастровым №

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО4 заключен договор купли продажи объекта недвижимости с кадастровым № (том 1 л.д. 176).

ДД.ММ.ГГГГ административным истцом в налоговый орган представлена налоговая декларация по НДФЛ, в которой не был отражен доход от реализации объекта недвижимости с кадастровым №

УФНС России по Удмуртской Республике проведена камеральная налоговая проверка налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) ФИО1 за 2022 год, представленной им ДД.ММ.ГГГГ.

По результатам проверки составлен акт № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.52-55) и принято решение № от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым ФИО1 предложено уплатить выявленную недоимку по налогу на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) <данные изъяты>, а также он привлечен к налоговой ответственности за совершение налоговых правонарушений, предусмотренных пунктом 1 статьи 119 НК РФ, а именно за непредоставление налоговой декларации за 2022 год, в виде штрафа <данные изъяты>, и пунктом 1 статьи 122 НК РФ, а именно за неуплату НДФЛ за 2022 год, в виде штрафа <данные изъяты> (том 1 л.д.10-13).

В рамках обеспечения возможности исполнения решения № в соответствии с пунктом 10 статьи 101 НК РФ УФНС России по Удмуртской Республике вынесено решение о принятии обеспечительных мер № от ДД.ММ.ГГГГ в виде запрета на отчуждение (передачу в залог) без согласия налогового органа квартиры с кадастровым № (том 1 л.д.14-15).

Факт отчуждения объекта недвижимости – здания с кадастровым номером 18:26:011011:976 послужил поводом для начисления НДФЛ за 2022 год ввиду продажи объекта недвижимости, находящегося в собственности административного истца менее пяти лет.

Фактически между сторонами по настоящему административному делу возникли разногласия по порядку исчисления минимального предельного срока владения недвижимым имуществом для освобождения от уплаты НДФЛ в отношении нежилого здания, расположенного по <адрес> а именно об определении начала течения срока: с момента образования нежилого здания с кадастровым № (ДД.ММ.ГГГГ) или с момента регистрации объекта с кадастровым № (ДД.ММ.ГГГГ).

Суд первой инстанции пришел к выводу, что требования административного истца, которые сводятся к освобождению от уплаты НДФЛ, не подлежат удовлетворению, поскольку реализованный объект недвижимости с кадастровым номером 18:26:011011:976 является вновь созданным, которым административный истец владел до реализации менее минимального срока, установленного пунктом 4 статьи 217.1 НК РФ.

Судебная коллегия не может согласиться с указанным выводом суда первой инстанции, поскольку он не основан на фактических обстоятельствах административного дела.

В соответствии со статьей 57 Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы.

Согласно статье 13 НК РФ одним из видов федеральных налогов является налог на доходы физических лиц.

Пунктом 1 статьи 45 НК РФ определена обязанность налогоплательщика по самостоятельной уплате налога.

В силу части 1 статьи 41 НК РФ доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами «Налог на доходы физических лиц», «Налог на прибыль организаций» настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 209 НК РФ объектом налогообложения признается доход, полученный налогоплательщиками от источников в Российской Федерации и (или) от источников за пределами Российской Федерации - для физических лиц, являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации.

На основании части 1 статьи 210 НК РФ при определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со статьей 212 настоящего Кодекса.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 228 НК РФ исчисление и уплату налога в соответствии с настоящей статьей производят физические лица - исходя из сумм, полученных от продажи имущества, принадлежащего этим лицам на праве собственности, и имущественных прав, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 17.1 статьи 217 настоящего Кодекса, когда такие доходы не подлежат налогообложению, а также если иное не предусмотрено настоящей главой.

В силу пункта 17.1 статьи 217 НК РФ не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения) следующие виды доходов физических лиц: доходы, получаемые физическими лицами за соответствующий налоговый период: от продажи объектов недвижимого имущества, а также долей в указанном имуществе с учетом особенностей, установленных статьей 217.1 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 217.1 НК РФ освобождение от налогообложения доходов, указанных в абзаце втором пункта 17.1 статьи 217 настоящего Кодекса, получаемых физическими лицами за соответствующий налоговый период, а также определение налоговой базы при продаже недвижимого имущества осуществляется с учетом особенностей, установленных настоящей статьей.

Если иное не установлено настоящей статьей, доходы, получаемые налогоплательщиком от продажи объекта недвижимого имущества, освобождаются от налогообложения при условии, что такой объект находился в собственности налогоплательщика в течение минимального предельного срока владения объектом недвижимого имущества и более (пункт 2 статьи 217.1 НК РФ).

В случаях, не указанных в пункте 3 настоящей статьи, минимальный предельный срок владения объектом недвижимого имущества составляет пять лет (пункт 4 статьи 217.1 НК РФ).

Анализ указанных норм права позволяет прийти к выводу, что в зависимость от срока владения объектом недвижимости поставлен вопрос освобождения от уплаты НДФЛ. Следовательно, юридически значимым обстоятельством является срок владения объектом недвижимости перед реализацией, то есть право освобождения от налогообложения имеют налогоплательщики, владевшие объектом недвижимости к моменту его продажи более пяти лет.

В соответствии со статьей 219 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

В соответствии с пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» граждане, юридические лица являются собственниками имущества, созданного ими для себя или приобретенного от других лиц на основании сделок об отчуждении этого имущества, а также перешедшего по наследству или в порядке реорганизации (статья 218 ГК РФ). В силу пункта 2 статьи 8 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом.

В соответствии с пунктом 5 статьи 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (далее – Федеральный закон № 218-ФЗ) государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 69 Федерального закона № 218-ФЗ права на объекты недвижимости, возникшие до дня вступления в силу Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости. Государственная регистрация таких прав в Едином государственном реестре недвижимости проводится по желанию их обладателей.

В силу требований пункта 2 части 3 статьи 14 Федерального закона № 218-ФЗ государственный кадастровый учет и государственная регистрация прав осуществляются одновременно в связи с образованием объекта недвижимости.

Основания прекращения права собственности перечислены в статье 235 ГК РФ, согласно пункту 1 которой к таким основаниям относятся: отчуждение собственником своего имущества другим лицам, отказ собственника от права собственности, гибель или уничтожение имущества, а также утрата права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Согласно пункту 14 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации реконструкция объектов капитального строительства (за исключением линейных объектов) – изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства, за исключением замены отдельных элементов таких конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановления указанных элементов.

Бесспорно, законом предусмотрено, что единственным доказательством существования зарегистрированного права является государственная регистрация права.

Вместе с тем действующее законодательство не предусматривает в качестве основания прекращения права собственности на недвижимое имущество изменение параметров существующего объекта недвижимого имущества с последующей постановкой на кадастровый и технический учет.

При рассмотрении настоящего дела судебная коллегия установила, что объект недвижимости с кадастровым № представляет собой объект недвижимости с кадастровым №, состоящий из подвала и первого этажа, при этом в обоих случаях первый этаж имел входную группу, которая к 2019 году имела площадь 79,1 кв.м., была утеплена, и в результате здание и входная группа создали единый объект недвижимости с кадастровым №

Данные обстоятельства подтверждаются выписками из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости на нежилое здание с кадастровым № и № заключением строительно-технической экспертизы 692.18-ПЗ, проектом капитального ремонта существующей входной группы 692.18-АР, проектной документацией на нежилое здание 50/16-АС-ФБТИ.

Судебная коллегия приходит к убеждению, что увеличение площади объекта недвижимости с кадастровым № произошло в связи с проведением административным истцом реконструктивных работ, а именно утепление входной группы, что повлекло изменение параметров существующего объекта недвижимости. Это является улучшением объекта капитального строительства, а не созданием нового объекта. При этом в результате реконструкции объекта недвижимости право собственности на имущество не прекращалось, здание с кадастровым № не прекращало свое существование.

В данном случае право собственности лишь трансформировалось в право собственности на один объект. Объект недвижимости претерпел изменения, зарегистрированные в реестре. В связи с чем, это следует квалифицировать не как создание нового объекта недвижимости, а как изменение ранее существовавшего объекта недвижимости.

Факт регистрации права собственности на здание в едином государственном реестре с присвоением нового кадастрового номера свидетельствует лишь о выполнении требований статьи 41 Закона № 218-ФЗ в связи с изменением параметров объекта недвижимости, но указанное не свидетельствует о возникновении нового или прекращении ранее существовавшего права по смыслу гражданского законодательства (статьи 218, 235 ГК РФ).

Помимо изложенного судебная коллегия отмечает, что из выписки из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что в ЕГРН содержатся сведения о государственной регистрации права собственности ФИО1 на объект недвижимости с кадастровым номером № запись № от ДД.ММ.ГГГГ, осуществленная на основании Договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ № и Договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ №.

Сведения о государственной регистрации права собственности административного, содержащиеся в выписке из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ, указывают, что документом-основанием возникновения права собственности ФИО1 на нежилое здание с кадастровым № являлись также Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ № и Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ №, а также технический план от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом правоустанавливающими документами при постановке объекта недвижимости с кадастровым № на кадастровый учет в 2016 году и регистрации права собственности, а также в 2019 году объекта недвижимости с кадастровым № явились договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, из чего также следует что создания нового объекта недвижимости не было, право собственности административного истца на объект недвижимости с кадастровым номером № не прекращалось.

При этом учитывается, что создание нового объекта недвижимости может осуществляться в соответствии со статьей 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, на основании выданного уполномоченным органом разрешения на строительство.

Как следует из письма Главного Управления архитектуры и градостроительства Администрации города Ижевска от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 35), получение разрешения на строительство для проведения работ по утеплению входной группы не требуется, соответственно не требуется получение разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

Доказательств того, что в период с 2016 по 2019 год ФИО1 были произведены какие-либо строительные работы, конструктивные изменения в отношении спорного объекта недвижимости, которые бы свидетельствовали о создании нового объекта – нежилого здания, материалы дела не содержат.

Судебная коллегия полагает, что факт государственной регистрации права собственности на здание с кадастровым № от ДД.ММ.ГГГГ не лишает административного истца возможности ссылаться на фактическую правовую природу отношений, связанных с исчислением срока владения объектом недвижимости в той части, был ли создан новый объект недвижимости или был реконструирован существующий. Данный вывод основан на отсутствии какого-либо установленного запрета на это, а также анализе положений статей 217 и 217.1 НК РФ, которые определяют юридически значимым обстоятельством срок владения объектом недвижимости, а не срок государственной регистрации права собственности на объект недвижимости, что со всей очевидностью не является тождественным.

Положения части 3 статьи 41 Федерального закона № 218-ФЗ в части государственной регистрации прекращения права на предшествующий объект недвижимости также не содержат таких ограничений.

Исходя из вышеизложенного судебная коллегия полагает, что срок для определения минимального срока владения в целях применения положений статьи 217.1 НК РФ подлежит исчислению с момента возникновения права собственности на объект недвижимости с кадастровым №, то есть с ДД.ММ.ГГГГ и до ДД.ММ.ГГГГ (дата государственной регистрации перехода права собственности), что составляет более пяти лет.

Таким образом денежная сумма, полученная ФИО1 в 2022 году от продажи нежилого здания с кадастровым №, не относится к доходу, подлежащему налогообложению.

Вместе с тем законодатель указывает, что положения пункта 17.1 статьи 217 НК РФ не распространяются на доходы, получаемые физическими лицами от продажи имущества (за исключением жилых домов, квартир, комнат, включая приватизированные жилых помещения, садовых домов или доли (долей) в них, а также транспортных средств), непосредственно используемого в предпринимательской деятельности.

Из оспариваемого решения налогового органа следует, что обстоятельства использования ФИО1 названного выше нежилого здания в предпринимательской деятельности предметом рассмотрения налогового органа не являлись.

В пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения суда Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» разъяснено, что исходя из статьи 178, части 8 статьи 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении.

При этом суд не вправе признать обоснованным оспариваемое решение, действие, бездействие со ссылкой на обстоятельства, не являвшиеся предметом рассмотрения соответствующего органа, организации, лица, изменяя таким образом основания принятого решения, совершенного действия, имевшего место бездействия.

Вместе с тем судом апелляционной инстанции исследовался вопрос о предпринимательском характере полученного дохода от использования спорного имущества. Использование ФИО1 нежилого здания с кадастровым № по <адрес> в предпринимательской деятельности своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашло.

В силу абзаца третьего пункта 1 статьи 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

О наличии в действиях гражданина признаков предпринимательской деятельности могут свидетельствовать, в частности, осуществляемые систематически на свой риск организованные действия по использованию имущества, направленные на извлечение прибыли, а именно: изготовление (приобретение) имущества с целью последующего извлечения прибыли от его использования или реализации, хозяйственный учет операций, связанных с осуществлением сделок, взаимосвязанность всех совершенных гражданином в определенный период времени сделок. В отношении деятельности по приобретению и реализации объектов недвижимости вывод о ее предпринимательском характере также может быть сделан с учетом множественности (повторяемости) данных операций, непродолжительного периода времени нахождения имущества в собственности гражданина, использование денежных средств от реализации имущества на личные нужды или для дальнейшего извлечения дохода.

Как указано выше, предусматривая освобождение от уплаты налога на доходы физических лиц в пункте 17.1 статьи 217 НК РФ, федеральный законодатель указал, что соответствующее регулирование не распространяется на доходы, получаемые от продажи имущества, непосредственно используемого в предпринимательской деятельности.

Поскольку юридическое определение термина «непосредственно» в НК РФ либо в иных отраслях законодательства отсутствует, исходя из норм русского языка следует сделать вывод о том, что в данном случае данный термин употребляется для того, чтобы определить, что это имущество напрямую, прямым образом используется в той предпринимательской деятельности, с которой связано осуществление конкретной хозяйственной операции.

На запрос судебной коллегии УФНС России по Удмуртской Республике сообщило, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ физическое лицо ФИО1 не является индивидуальным предпринимателем, ранее в качестве индивидуального предпринимателя зарегистрирован не был; по сведениям Единого государственного реестра юридических лиц сведения об участии административного истца в качестве учредителя (участника) и/или руководителя в организациях, отсутствуют

Сдача в аренду спорного объекта, как наиболее типичный показатель использования в предпринимательской деятельности в настоящем споре не производилась. Филиал ППК «Роскадастр» по Удмуртской Республике проинформировал судебную коллегию о том, что сведения об ограничении прав и обременениях (Аренды) в отношении объектов с кадастровыми № в ЕГРН отсутствуют. УФНС России по Удмуртской Республике уведомил судебную коллегию, что в представленных ФИО1 декларациях по форме 3-НДФЛ за два налоговых периода 2021 год и 2022 год отсутствует информация о доходах от сдачи имущества в аренду.

Сам ФИО1 в лице своего представителя ФИО2 в суде апелляционной инстанции факт использования названного нежилого здания в предпринимательской деятельности не подтвердил, представитель указал, что данное имущество выступало способом капитализации личных сбережений ФИО1

Из выписки из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ следует, что за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ помимо спорного объекта недвижимости ФИО1 на праве собственности принадлежали следующие объекты:

- нежилое помещение с кадастровым №, расположенное по адресу: <адрес>. Дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ, дата государственной регистрации прекращения права – ДД.ММ.ГГГГ;

- нежилое помещение с кадастровым № расположенное по адресу: <адрес>, гараж №. Дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ;

- жилое помещение с кадастровым №, расположенное по адресу: <адрес>. Дата государственной регистрации права общедолевой собственности (2/3) – ДД.ММ.ГГГГ;

- нежилое помещение с кадастровым №, расположенное по адресу: <адрес>. Дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ, дата государственной регистрации прекращения права – ДД.ММ.ГГГГ (после объединения с объектом с кадастровым № зарегистрировано здание с кадастровым №);

- нежилое помещение с кадастровым №, расположенное по адресу: <адрес>. Дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ, дата государственной регистрации прекращения права – ДД.ММ.ГГГГ(после объединения с объектом с кадастровым № зарегистрировано здание с кадастровым №).

Вышеизложенными письменными доказательствами не нашел подтверждения факт использования ФИО1 нежилого здания с кадастровым № в предпринимательской деятельности.

Допустимых доказательств, свидетельствующих о фактическом осуществлении административным истцом предпринимательской деятельности, а также использование спорного объекта в такой деятельности, в материалах дела не имеется.

Представленные налоговым органом суду апелляционной инстанции письменные материалы о том, что в период владения ФИО5 спорным объектом недвижимости по <адрес> располагалось ООО «Строймаг», основным видом деятельности которого являлась торговля розничная строительными материалами, а также кафе «Чайка-PLAZA» не свидетельствуют о предпринимательской деятельности административного истца, а также использование им спорного объекта недвижимости в предпринимательской деятельности.

По изложенным выше основаниям судебной коллегией отклоняется довод административного истца о том, что объект является коммерческой недвижимостью, что исключает его использование в личных целях.

Установленные судебной коллегией обстоятельства во взаимосвязи с приведенными выше законоположениями свидетельствуют о том, что оспариваемое решение налогового органа незаконно возлагает на ФИО1 обязанность по уплате недоимки по налогу на доходы физических лиц за 2021 г., пени и штрафа, в связи с чем решение суда первой инстанции нельзя признать законным и обоснованным, в связи с чем оно как принятое с нарушением норм материального права подлежит отмене, с принятием нового решения об удовлетворении административного иска.

Учитывая изложенное, подлежит снятию запрет на совершение регистрационных действий в отношении недвижимого имущества, принадлежащего ФИО1

На основании изложенного, руководствуясь статьей 309 КАС РФ, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда города Ижевска Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ отменить.

Принять по делу новое решение, которым административные исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать незаконным решение Управлению Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение шести месяцев соответствии с главой 35 КАС РФ в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции, через суд вынесший решение.

Председательствующий судья О.П. Чегодаева

Судьи Н.Н. Сентякова

Э.Л. Чернышова

Копия верна:

Председательствующий судья