Решение № 2-1884/2018 2-1884/2018~М-2118/2018 М-2118/2018 от 21 ноября 2019 г. по делу № 2-1884/2018

...

Дело № 2-1884/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Томск 24 августа 2018 года

Октябрьский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Журавлевой Т.С.

при секретаре Гойник А.В.,

с участием

представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности № 000001 от 11.10.2017, сроком на три года,

представителя ответчика ФСИН России, третьих лиц УФСИН России по Томской области, ФКУ «Следственный изолятор №1» УФСИН России по Томской области ФИО2, действующей на основании доверенностей № 2 от 10.01.2018, сроком до 31.12.2018, № 72/ТО/1/13/2-7 от 10.01.2018, сроком до 22.11.2019, № 72/ТО/1/13/2-5 от 10.01.2018, сроком до 31.12.2018,

представителей третьего лица, Министерства финансов Российской Федерации ФИО3, действующей на основании доверенности от 15.01.2018 № 18-29/3, сроком до 31.12.2018, ФИО4, действующего на основании доверенности от 15.01.201 № 18-29/1, сроком до 31.12.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО5 обратился в Октябрьский районный суд г. Томска с исковым заявлением к Российской Федерации в лице ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда в размере 10000 рублей, взыскании государственной пошлины в размере 300 рублей.

В обоснование требований указал, что в период с 06.07.2006 (12:00 часов) до 18.07.2006 (12:00 часов) содержался в камере ФКУ СИЗО-1 г. Томска не оборудованной должным образом, бытовые условия не отвечали требованиям санитарии, и нормам санитарной площади в камере на одного человека (4 кв.м). В спорный период содержания камера была переполнена, свободное пространство отсутствовало, полы в камере бетонные, камера была оборудована 3-х ярусными нарами, площадь камеры составляла 14 кв.м, камера была оборудована четырьмя трехъярусными кроватями (12 спальных мест), в камере содержалось 12 человек, посадочных мест за столом было недостаточно, в связи с чем прием пищи был поочередный и истец не всякий раз мог употребить ее в горячем виде и прочее. Свободное пространство отсутствовало, находился в стесненных условиях. Оборудование «нар» в три яруса противоречит требованиям Федерального закона и пожарной безопасности, расстояние между ярусами и потолком было не более 50 см, какими-либо лестницами и бортиками безопасности не оборудованы. Наличие бетонного пола негативно влияет на здоровье, и у истца были опасения заболеть туберкулезом, вынужден был находиться в обуви. От бетонного пола исходил холод, после влажной уборки, бетон впитывал влагу, которая длительное время испарялась, пролитую жидкость также невозможно было извлечь из бетона, что также препятствовало поддерживать необходимую чистоту. Содержание истца в СИЗО было в ненадлежащих и бесчеловечных условиях. Полагает, что указанные нарушения причинили ему страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей, вследствие чего причинен моральный вред в размере 10000 рублей, так как испытал моральные страдания.

Определением судьи Октябрьского районного суда г. Томска от 13.07.2018 к участию в рассмотрении данного дела в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено УФСИН России по Томской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Томской области.

В судебное заседание истец ФИО5, будучи надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился, об уважительных причинах неявки суду не сообщил, об отложении дела не просил.

Согласно абзацу 2 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008 № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», пункту 36 Постановление Пленума Верховного Суда РФ 24.06.2008 № 11 извещение участников судопроизводства допускается, в том числе посредством SMS-сообщения в случае их согласия на уведомление таким способом и при фиксации факта отправки и доставки SMS-извещения адресату; факт согласия на получение SMS-извещения подтверждается распиской, в которой наряду с данными об участнике судопроизводства и его согласием на уведомление подобным способом указывается номер мобильного телефона, на который оно направляется.

Поскольку в материалах дела имеется расписка истца ФИО5 о согласии на уведомление таким способом, то суд на основании ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть настоящее дело в его отсутствии.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании заявленное требование поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительно пояснив, что ФИО5 содержался в камере № 299, которая была оборудована четырьмя трехъярусными нарами, в камере содержалось 12 человек, полы были бетонными, посадочных мест за столом не хватало. Из справки следует, что в камере № 299 с бетонным половым покрытием, содержалось от 10 до 12 человек, указан размер стола, за которым нельзя находиться 12 подследственным. Истец спал на разных ярусах кровати с учетом арестантского этикета, 1 раз в неделю истец выходил в баню, а в остальное время он находился в камере. Надзорные органы проводили проверки, но не делали предписаний, нарушений никто не замечал. Наличие жалоб ничего бы не изменило. Имеющиеся в материалах дела решения не имеют отношения к рассматриваемому делу, так как там заявлялся другой период, другие камеры.

Представитель ответчика ФСИН России, третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора УФСИН России по Томской области, ФКУ «Следственный изолятор №1» УФСИН России по Томской области ФИО2 в судебном заседании иск не признала, поддержала письменные возражения. Из письменных возражений следует, предоставить информацию о номерах камер, количество квадратных метров на одного человека и наполняемости камер, количеству спальных мест, условиях содержания в спорный период не представляется возможным в связи с уничтожением учтенной документации в связи с затоплением документов в следствии чрезвычайных обстоятельств природного характера. Истцом не представлено необходимых доказательств в обоснование заявленных требований. За время нахождения истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области какие-либо замечания и претензии по предъявляемым исковым требованиям им не высказывались, жалоб и заявлений относительно содержания не поступало. Какие-либо действия со стороны сотрудников учреждения, направленных на пытки, бесчеловечное или унижающее достоинство не допускалось.

Представители третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Министерство Финансов Российской Федерации в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, поддержав письменные возражения на исковое заявление, дополнительно пояснила, что истец злоупотребляет своим правом на обращение в суд, указывая часть периода содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, а дробя временные промежутки содержания преследует цель извлечения материальной выгоды на систематической основе за счет средств государства – Российской Федерации в лице ФСИН Росси за счет казны Российской Федерации. Размер компенсации не обоснован, доказательств подтверждающих наступление вреда, созданию препятствий к осуществлению прав, не представлено. Факт ненадлежащего содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области не свидетельствует о нарушении нематериальных благ истца и о причинении ему каких-либо морально-нравственных страданий. Истцом нарушено правило о шестимесячном сроке для обращения с жалобой используемое в практике Европейского суда, которое начинает течь с момента окончания последнего нахождения заявителя под стражей в одном и том же исправительном учреждении при одних и тех же нарушениях его права условиях.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации в силу статьи 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции Российской Федерации).

Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции РФ, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со статьей 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По тем же правилам возмещается причиненный моральный вред - физические и нравственные страдания.

При этом следует отменить, что возмещение морального вреда за счет казны Российской Федерации по указанной норме права возможно только в случае доказанности виновных незаконных действий должностных лиц, повлекших за собой причинение такого вреда.

Согласно п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

В соответствии со ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод ETS № 005 (Рим, 4 ноября 2005 года), никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Конституция РФ, провозглашая права и свободы человека высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (ст.2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (ст.53).

Гражданское законодательство, согласно ст. 1 ГК РФ, основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

В случаях, предусмотренных частями первой и второй ст. 77.1 УИК РФ, осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда.

Согласно ч.2 ст. 10 УИК РФ при исполнении наказаний гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 15 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ) в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Данным законом как в редакции, действовавшей в рассматриваемый период содержания истца под стражей, так и в ныне действующей редакции установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4).

В местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации; обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15).

Подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (статья 23); администрация указанных мест обязана выполнять санитарно- гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (статья 24).

В силу положений ст. 56 ГПК РФ содержание которой следует рассматривать в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании из представленных документов установлено, что ФИО5 в период с 06.07.2006 по 18.07.2006 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области в камере № 299.

Согласно ответу врио начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, направленному в адрес истца ФИО5 содержится информация, согласно которой, в период с 06.07.2006 по 18.07.2006 ФИО5 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области в камере № 299, площадь камеры составляла 14,9 кв.м., камера была оборудована 4 трехъярусными кроватями (12 спальных мест); содержалось от 10 до 12 человек (полы имели бетонное покрытие), размер стола камерного - от 800х410мм до 1600х610 мм, скамьи камерной - от 800х260 мм до 1600х260 мм.

Суд полагает, что сведения, содержащиеся в данной справке, соответствуют признакам относимости и допустимости, поскольку заверена врио начальником ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области ОСД

Подлинность справки и содержащейся в ней информации участниками процесса не оспаривалось, доказательств обратному, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, ответчиком не представлено.

Как следует из ст. 23 ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Согласно п.5 ст.23 ФЗ «О содержании под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере 4 кв.м.

Таким образом, в заявленный период санитарной площади на одного человека приходилось до 1,24 кв.м., при норме 4 кв.м., в связи с чем, суд считает установленным факт нарушения указанной нормы закона, соответственно исковые требования истца в части нарушения его прав, а именно содержания в условиях отсутствия нормы площади на одного человека, подлежат удовлетворению.

Согласно п. 2 п.5 ст.23 ФЗ «О содержании под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место.

Согласно п. 40 Приказ Минюста РФ от 14.10.2005 № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования спальным местом.

В соответствии с п. 42 указанных выше Правил камеры СИЗО оборудуются одноярусными или двухъярусными кроватями.

Учитывая, что камера № 299 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области на момент содержания в ней истца в спорный период была оборудована четырьмя трехъярусными кроватями, 12 спальных мест, суд приходит к выводу о нарушении его прав.

Согласно нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденных приказом Министерства юстиции от 28.05.2001 №161-дсп (СП 15-01 Минюста России). Пунктом 9.10 данных норм установлено, что полы в камерных помещениях следует предусматривать дощатые беспустотные с креплением к трапециевидным лагам, втопленным в бетонную стяжку по бетонному основанию. Полы в камерах по периметру помещений следует крепить деревянными брусьями на болтах.

Согласно указанному ответу врио начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области полы в камере № 299 в спорный период бетонные. Суд приходит к выводу о нарушении прав истца.

С позицией ответчика и доводами третьих лиц, которые оспаривали указанные факты со ссылкой на отсутствие и невозможность представления первичной документации, суд не может согласиться, поскольку, несмотря на отсутствие первичной документации, условия содержания, о которых говорит истец нашли отражение в представленной им справке, выданной врио начальника ФКУ СИЗО-1 ОСД, кроме того, подлинность указанной справки стороной ответчика и третьими лицами не оспаривалась.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

При таких обстоятельствах в условиях действия принципа состязательности осуществления правосудия (ч.1 ст. 12 ГПК РФ) у суда нет никаких оснований не доверять сведениям, содержащимся в справке, выданной врио начальника ФКУ СИЗО-1 ОСД.

Доводы истца об отсутствии должного количества посадочных мест для приема пищи не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Из вышеуказанных справок, пояснений представителя третьего лица ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области следует, что камера был оборудована столами и посадочными местами для приема пищи.

С учетом изложенного, установленные судом нарушения свидетельствуют о возможности компенсации истцу морального вреда, поскольку содержание его в ненадлежащих условиях нарушило его права, гарантированные законом, и причинило ему страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы.

В связи с тем, что условия содержания истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области в указанный выше период не в полной мере соответствовали требованиям Федерального закона № 103 - ФЗ, Правилам, учитывая, что лицо, содержащееся в изоляторе в условиях, не соответствующих установленным нормам, в любом случае испытывает нравственные страдания, факт причинения истцу морального вреда предполагается.

Вина органов власти в данном случае установлена и заключается в отсутствии обеспечения надлежащих условий содержания граждан под стражей, что предусматривает возможность возмещения причиненного морального вреда.

В Постановлении от 10 января 2012 года (дело «ФИО6 и другие против Российской Федерации») Европейский Суд по правам человека указал, что установление несоответствия условий содержания под стражей с требованиями статьи 3 Конвенции на основе критериев, перечисленных в § 143-158 настоящего Постановления, имеет фактический характер и создает прочную правовую презумпцию о том, что такие условия причиняют моральный вред потерпевшему. Национальный закон о компенсации должен отражать существование этой презумпции, а не присуждать, как это происходит сейчас, компенсацию в зависимости от способности заявителя доказать вину конкретных должностных лиц или органов и незаконность их действий (§ 229).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ в случае причинения гражданину морального вреда действиями, нарушающими его личные неимущественные права, в том числе, и унижающими достоинство, суд может возложить на нарушителей обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) Моральный вред, в частности, может заключаться временным ограничением или лишением каких-либо прав.

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных норм международного права и международных договоров РФ» унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом требований режима содержания.

Как разъяснено в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В соответствии со ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Учитывая, что ранее требования ФИО5 за период с 06.07.2006 (12:00 часов) по 18.07.2018 (12:00 часов) не заявлялись, суд приходит к выводу о том, что исковые требования являются законными и обоснованными.

Учитывая период содержания ФИО5 в ненадлежащих условиях, степень перенесенных им нравственных страданий, объем и характер нарушенного права, а также требования разумности и справедливости, суд считает возможным определить размер денежной компенсации морального вреда в сумме 1000 руб.

В соответствии со ст.1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. От имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п.3 ст.125 настоящего кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Пунктом 3 ст.125 ГК РФ установлено, что в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальном поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

Согласно п.п. 1 п.3 ст.158 БК РФ главным распорядителем средств федерального бюджета, бюджетов субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействий) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

В соответствии с подпунктом 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

В соответствии с п.п. 6 п.7 данного Положения ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Таким образом, ФСИН России является надлежащим ответчиком по настоящему делу.

Доводы ответчика о недобросовестности действий истца по обращению в суд по истечении длительного времени с момента нарушения прав истца суд в данном случае находит несостоятельными, поскольку по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Таких доказательств в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ ответчик не представил, при том, что, обратившись в суд по истечении длительного времени, истец какое-либо преимущество перед ответчиком не извлек, а факт тех нарушений, о которых говорит истец, представителем ответчика не оспаривались.

Отсутствие финансирования выплат, связанных с компенсацией морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в учреждениях ФСИН России, не является основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, наступившей вследствие причинения вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах.

Пунктом 1 ч.1 ст.333.19 НК РФ установлено, что при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, уплачивается государственная пошлина в размере 300 рублей.

Учитывая, что в ходе разбирательства по делу суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований, в пользу истца с ответчика также подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО5 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 300 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме через Октябрьский районный суд г. Томска.

...

Судья Т.С. Журавлева

...

...

...

...