Решение № 2-2/2020 2-2/2020(2-6/2019;2-38/2018;2-397/2017;2-4544/2016;)~М-3935/2016 2-38/2018 2-397/2017 2-4544/2016 2-6/2019 М-3935/2016 от 30 января 2020 г. по делу № 2-2/2020

г. Смоленск Дело № 2-2/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 января 2020 года

Промышленный районный суд города Смоленска

в составе:

председательствующего судьи Родионова В.А.

с участием прокурора Караваевой Е.А.

при помощнике судьи Левенковой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Корецкой (до брака ФИО3) Оксаны Валерьевны к ФИО4 о признании недействительной сделки купли-продажи земельного участка и жилого дома и по иску ФИО4 к ФИО5, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней ФИО6, о выселении из жилого дома,

у с т а н о в и л:

Корецкая (до брака Антонова) О.В., уточнив исковые требования, обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании недействительной сделки купли-продажи земельного участка и жилого дома, указав в обоснование требований, что 28.09.2009 она на основании договора купли-продажи приобрела у ФИО7 земельный участок общей площадью 904 кв.м с кадастровым номером № и расположенный на нем 2-х этажный жилой дом общей площадью 262,2 кв.м с кадастровым номером №, находящиеся по адресу: <адрес> Право собственности на объекты недвижимости зарегистрировано в установленном законом порядке с 13.10.2009. С 24.11.2009 и по настоящее время истец зарегистрирована и проживает по вышеуказанному адресу. В начале 2012 года истец познакомилась с ответчиком ФИО4, а с апреля 2012 года ФИО4 начал проживать с ней в гражданском браке. 07.11.2012 в отношении матери истца ФИО1 было возбуждено уголовное дело, связанное с хищение денежных средств по месту её работы в АО «Россельхозбанк» и ей была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей. Под стражей её мать находилась в следственном изоляторе г. Москвы. Узнав об аресте её матери, ФИО4 стал убеждать истицу в том, что правоохранительные органы в рамках уголовного дела конфискуют жилой дом, в котором проживает истица, и в качестве выхода из создавшегося положения ФИО4 убедил ее переоформить недвижимость на него путем совершения мнимой сделки купли-продажи, утверждая, что это единственный вариант для сохранения жилого дома от его изъятия, так как сделка трудно оспариваемая. Одновременно ФИО4 предложил после оформления сделки, продать дом и за счет вырученных средств обеспечить правовую защиту матери, а также поддержать материальное состояние семьи, так как денежных средств на тот момент было недостаточно для жизни. Истец, полагая, что у них с ФИО4 сложились теплые доверительные семейные отношения, согласилась на оформление сделки по отчуждению недвижимости, не предполагая, что ответчик решил завладеть ее имуществом с целью личного обогащения. Составив договор и подписав его 21.11.2012, стороны представили его в регистрационную палату, и 03.12.2013 произведена регистрация перехода права собственности на ФИО4 Поскольку соглашение о цене является существенным условием договора купли-продажи, то по совету ФИО4 в п. 4 договора истец формально отразила стоимость земельного участка в размере 1 000 000 руб., в то время как его стоимость составляла 3 000 000 руб., и стоимость дома в размере 1 500 000 руб., в то время как его фактическая стоимость составляла более 10 000 000 руб. При этом условия договора, о цене и передаче денежных средств продавцу в полном объеме до подписания договора купли-продажи, не соответствует действительности и написаны истицей под диктовку ФИО4 Расчет по оспариваемому договору не производилось, денежные средства истица не получала. Истица при подписании договора понимала, что сделка является мнимой и была убеждена, что сделка для нее не несет никаких правовых последствий.

Одновременно истиц указывает, что поскольку сделка купли-продажи сторонами не исполнялась и не могла исполняться в силу ее мнимости, то течение срока исковой давности по ней по основаниям, предусмотренным ст. 181 п. 1 ГК РФ не начиналось, а, следовательно, срок исковой давности не пропущен. Однако в случае, если срок исковой давности пропущен, просит восстановить его, поскольку при подписании оспариваемого договора спорное имущество фактически ответчику не передавалось, до настоящее время истец владеет и пользуется им, проживает в жилом помещении, несет бремя расходов по содержанию объектов недвижимости. Ответчик ФИО4 напротив во владение спорным недвижимым имуществом не вступал, денежные средства ни на момент подписания договора, ни после не передавал, до момента подачи заявления в полицию зарегистрироваться либо вселится в жилое помещение не пытался. Полагает, что указанные обстоятельства свидетельствуют об уважительности причин пропуска срока исковой давности. Данные обстоятельства также свидетельствуют о мнимости оспариваемой сделки, а также о том, что у истицы не имелось оснований полагать, что её право собственности прекратилось. В связи с изложенным, просит восстановить срок на подачу настоящего иска в суд.

На основании изложенного просит суд признать договор купли-продажи жилого дома с кадастровым номером 67:67:0030345:46 и земельного участка с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>, от 03.11.2015, заключенный между ФИО8 (в настоящее время Корецкой) и ФИО4 недействительным (мнимым); признать за ФИО5 право собственности жилой дом с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>

ФИО4, уточнив исковые требования, обратился в суд с иском к Корецкой (до брака ФИО3) О.В., действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней ФИО6, о выселении из жилого дома, указав в обоснование требований, что с 20.07.2013 по 20.01.2015 стороны состояли в зарегистрированном браке. В период брака у них родился сын ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. От первого брака у ответчицы также имеется дочь ФИО6 На основании договора купли-продажи истец является собственником земельного участка общей площадью 904 кв.м с кадастровым номером № и расположенного на нем жилого дома общей площадью 262,2 кв.м с кадастровым номером № по адресу: <адрес> 07.04.2014 ответчик совместно с детьми были вселены в жилое помещение в качестве членов семьи истца. В настоящее время брак между сторонами расторгнут, совместное хозяйства не ведется, отсутствует какое-либо общение. Поскольку ответчик не является членом семьи собственника, соглашения о пользовании имуществом между ними не заключалось, то просит признать Корецкую (до брака Антонову) и несовершеннолетнюю ФИО6, в интересах которой действует её мать ФИО10, утратившими право пользования жилым домом <адрес> устранить препятствия к осуществлению права собственности спорным жилым помещением по вышеуказанному адресу, выселить ФИО10 и ФИО6 из указанного жилого помещения.

Определением судьи Промышленного районного суда г. Смоленска от 31.10.2019 гражданское дела по иску ФИО11 к ФИО4 о признании сделки недействительной и гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО11, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО6, о выселении соединены в одно производство.

В судебном заседании истец ФИО5 и её представитель ФИО12 заявленные исковые требования о признании сделки недействительной поддержали, исковые требования ФИО4 о выселении из жилого дома не признали и пояснили, что оспариваемая сделка является мнимой. В ноябре 2012 года была арестована мать истицы ФИО1 обвиняемая в хищение денежных средств АО «Россельхозбанк», в котором она работала. Истица опасалась, что в связи с этим правоохранительные органы могут наложить арест и на принадлежащей ей дом, так как она является близким родственником ФИО1 В целях видимости отсутствия у неё права собственности на это имущество она договорилась с ФИО4, с которым в тот период времени состояла в близких отношениях, что переоформит недвижимое имущество на него по договору купли-продажи. В связи с этим при подписании договора ФИО4 денежные средства ей в действительности не передавал. Между ними была устная договорённость, что как только разрешится ситуация с привлечением ФИО1 к уголовной ответственности, то ФИО4 переоформит право собственности на дом обратно. Однако в мае 2015 года, когда она потребовала от ФИО4 переоформить дом, он отказался. Просят иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО13 в судебном заседании исковые требования о признании сделки недействительной не признал и пояснил, что доводы истицы о мнимости сделки не соответствуют действительности. У ФИО4 имелись личные сбережения в размере 2500000 руб., которые намеревался потратить на приобретение жилья. Поэтому, когда ФИО5 предложила ему выкупить у неё дом с земельным участком, он согласился и передал ей указанную денежную сумму наличными, о чём она расписалась в договоре. В удовлетворении требования о признании сделки недействительной он также просит отказать в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

Одновременно представитель ФИО4 – ФИО13 поддержал заявленный ФИО4 встречный иск о выселении ФИО5 и её несовершеннолетней дочери ФИО6 из спорного жилого дома по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Третьи лица ФИО14, Управление опеки и попечительства Администрации г. Смоленска, Управление Росреестра по Смоленской области в судебное заседание не явились, о месте и времени слушания дела извещены надлежащим образом.

В соответствии с ч.ч. 3, 5 ст. 167 ГПК РФ, судом определено рассмотреть дело в отсутствие не явившихся третьих лиц.

Суд, заслушав объяснения сторон, заключение прокурора, полагавшего возможным признать сделку купли-продажи жилого дома недействительной и отказать ФИО4 в требовании о выселении ответчиков из жилого дома, исследовав доказательства, приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Таким образом, для сделок купли-продажи основным правовым последствием является переход титула собственника от продавца к покупателю на основании заключенного сторонами договора.

Согласно статье 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно пункту 1 статьи 551 Гражданского кодекса РФ, переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости от продавца к покупателю подлежит государственной регистрации.

В силу пункта 2 статьи 223 Гражданского кодекса РФ, в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации.

Статьей 166 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Судом установлено, что 28.09.2009 Корецкая (она же до заключения брака - Антонова, ФИО6) О.В. на основании договора купли-продажи приобрела у ФИО2 земельный участок и расположенный на нем жилой дом площадью 262,2 кв.м по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 68).

Согласно свидетельству о рождении № у ФИО5 20.09.2011 родилась дочь ФИО6 (т. 1 л.д. 27), которая была зарегистрирована в доме <адрес>, то есть по месту жительства матери, что подтверждается выпиской из домовой книги (т.1 л.д. 14).

Также из домовой книги следует, что ФИО10 и её дочь ФИО6 снялись с регистрационного учета по месту жительства 16.11.2012 (т.2 л.д. 177).

21.11.2012 ФИО10 заключила с ФИО4 договор купли-продажи принадлежащего ей земельного участка площадью 904 кв.м с кадастровым номером № и размещенного на нем жилой дом площадью 262,2 кв.м по адресу: <адрес> (т.1 л.д. 11).

Общая стоимость объектов недвижимости определена между сторонами в размере 2 500 000 руб., в том числе земельного участка - 1 000 000 руб. и жилого дома - 1 500 000 руб. (п. 4 договора).

Согласно пункту 5 договора расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. Получение денежных средств продавцом подтверждено соответствующей распиской продавца ФИО10, выполненной в самом тексте договора.

Договор прошел государственную регистрацию в Управлении Росреесттра по Смоленской области 03.12.2012.

20.07.2013 между ФИО8 и ФИО4 зарегистрирован брак,что подтверждается объяснениями сторон.

Согласно свидетельству о рождении ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 и ФИО8 родился сын ФИО9 (т.1 л.д. 25).

Как следует из выписки из домовой книги 07.04.2014 ФИО11 и её дочь ФИО6 повторно зарегистрировать в жилом доме <адрес> (т.2 л.д. 179,181).

Согласно копии свидетельства № брак между ФИО4 и ФИО8 прекращен 20.01.2015 на основании решения мирового судьи судебного участка № 9 города Смоленска, о чем 11.03.2015 составлена запись о расторжении брака № 104 (т.1 л.д. 26).

Приговором Ленинского районного суда г. Смоленска от 14.07.2017 ФИО1 являющаяся матерью ФИО10 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 33 ч. 5 –ст. 160 ч. 4 УК РФ и ей назначено наказание в виде 5 лет лишения свободы со штрафом 500 000 рублей с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Одновременно с ФИО1 в пользу ОАО «Россельхозбанк» взыскано 372 989 587,09 руб.

Одновременно в приговоре суда отражено, что принадлежащее имущество ФИО1 квартира, расположенная по адресу: <адрес>, кадастровsй номер №, легковой автомобиль Lifan X60, регистрационный номер № денежные средства на счете № в Банке ВТБ 24 (ПАО), арестованы и арест сохраняется до решения вопроса о возмещении ущерба, причинённого ОАО «Россельхозбанк».

Кроме того, из приговора усматривается, что ФИО1 в период времени с 07.11.2012 по 17.12.2012 содержалась под стражей (т.3 л.д. 143).

Оспаривая указанный договор, истец указывает на его мнимость, ссылаясь на фактическое неисполнение условий сделки, а также мотивы, которые послужили основанием для заключения оспариваемого договора, а именно - сокрытие имущества от органов предварительного следствия от возможного ареста в связи с привлечением к уголовной ответственности за хищение ФИО15, доводящейся истице матерью и за чьи денежные средства фактически был приобретён дом с земельным участком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Эти же положения содержались в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и в редакции, действующей на момент заключения оспариваемой сделки (21.11.2012).

Одновременно положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации корреспондируют к пункту 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Выше приведённая правовая позиция нашла своё отражение также в судебной практике Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 26 декабря 2017 г. № 4-КГ17-63.

В судебном заседании истица ФИО5 согласилась с тем, что её действия по выводу имущества от возможного ареста не являлись добросовестными и не соответствовали целям правопорядка.

Принимая во внимание, что ФИО5 прямо указала на то, что сделка по отчуждению спорного объекта недвижимости, заключенная 21 ноября 2012 г., совершена ею лишь для вида с целью вывести имущество из-под возможного взыскания, указанные обстоятельства свидетельствует о её осознанном, заведомо недобросовестном поведении при совершении сделки и стремлении продемонстрировать третьим лицам, в данном случае правоохранительным органам государства, реальность оспариваемого в настоящее время договора, что в силу приведенных выше положений ст. 10 и п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса РФ является самостоятельным основанием для отказа в применении по ее требованиям последствий недействительности спорного договора.

Принимая решение об отказе в иске по вышеприведённому основанию, суд считает необходимым привести дополнительные основания к отказу в удовлетворении заявленных исковых требований.

По смыслу п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ требования о признании сделки мнимой могут быть признаны обоснованными, если будет установлено, что все стороны, участвующие в сделке, не имели намерения ее исполнять или требовать исполнения, то есть не стремились к достижению правового результата, который должен возникнуть из заключаемой сделки, а, совершая мнимую сделку, хотели лишь создать для третьих лиц видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из сделки. В частности, применительно к договору купли продажи недвижимости заключение мнимой сделки исключает намерение покупателя приобрести право собственности на предмет договора.

Исполнением договора купли-продажи недвижимости и достижением соответствующих правовых последствий является переход права собственности на предмет договора, который подлежит государственной регистрации в соответствии со статьей 551 Гражданского кодекса РФ.

Как следует из смысла и анализа указанных норм права, для признания сделки мнимой обязательно наличие следующих обстоятельств: стороны совершают сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена; они преследуют иные цели, чем предусмотрено договором, хотят создать видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки.

Поэтому, для квалификации сделки как мнимой имеет значение не только воля и намерения истицы ФИО5, но и намерения другого участника этой сделки ответчика ФИО4

В свою очередь ответчик ФИО4 отрицает, что он не намеревался приобрести в собственность спорное имущество. Все последующие действия ответчика ФИО4, в том числе оплата им имущественного налога в течение нескольких лет и предъявления иска о выселении из дома ФИО5, свидетельствуют о том, что он желал стать собственником имущества и в настоящее принимает все возможные меры, чтобы сохранить за собой это право собственности.

Истец должен доказать, что при совершении оспариваемой сделки стороны не только не намеревались ее исполнять, но и что оспариваемая сделка действительно была не исполнена, таковых доказательств стороной истца суду не предоставлено.

С учётом позиции и поведения ответчика ФИО4 оспариваемая сделка не может быть квалифицирована как мнимая.

При условии доказанности того факта, что ответчик ФИО4 не произвёл оплату спорного имущества и завладел им путём обмана, то данная сделка может быть признана недействительной как совершенная под влиянием обмана (ст. 179 ГК РФ) или иным основаниям (ст. 168, ст. 169 ГК РФ).

Между тем, суд не исследует вопрос о доказанности или не доказанности факта передачи денег, противоправности действий и наличие обмана со стороны ФИО4 при заключении сделки, поскольку последним заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В силу п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу абз. 2 п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как установлено ст. 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 ст. 181 ГК РФ.

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения ГК РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона N 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 1 сентября 2013 года (пункт 6 статьи 3 Закона N 100-ФЗ). Для целей применения этого положения под совершением двусторонней сделки (договора) понимается момент получения одной стороной акцепта от другой стороны (пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 433 ГК РФ). При этом согласно пункту 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ сроки исковой давности и правила их исчисления, в том числе установленные статьей 181 ГК РФ, применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

Согласно п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 07.02.2017) положения ГК РФ о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 года N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного Закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года (пункт 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ).

Таким образом, по сделке купли-продажи, совершенной 21 ноября 2012 года и зарегистрированной в ЕГРН 3 декабря 2012 года, срок исковой давности к 01 сентября 2013 года не истек и, соответственно, к спорной сделке применяются нормы действующего законодательства.

Таким образом, если рассматривать оспариваемую сделку как ничтожную, в том числе как мнимую, то срок исковой давности истёк 3 декабря 2015 года.

Если рассматривать оспариваемую сделку как оспоримую, то срок исковой давности истёк в мае 2016 года, поскольку, как указала истица ФИО5, ей стало известно о нарушении её права в мае 2015 года, когда ФИО4 отказался переоформить обратно право собственности на дом на неё.

С настоящим исковым заявлением истица ФИО5 обратилась в суд 24 октября 2016 года.

Следовательно, исковое заявление было подано в суд после истечения срока исковой давности.

Истец просит восстановить пропущенный срок, поскольку на её иждивении находились маленькие дети, которые требовали постоянного присмотра за ними.

В соответствии со ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Приведённой истицей обстоятельства, не могут относиться к исключительным случаям, препятствующим предъявлению иска в суд в установленный срок, и признаваться уважительной причиной для его восстановления.

Таким образом, оснований к восстановлению срока исковой давности, предусмотренных ст. 205 ГК РФ, судом не усматривается.

Как разъяснено в п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз.2 п.2 ст.199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

При таком положении, принимая во внимание, что обращение в суд с настоящим иском имело место с нарушением установленного законом срока, в соответствии с правилами п. 6 ст. 152 ГПК РФ, ч. 2 ст. 199 ГК РФ в иске должно быть отказано без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

Разрешая исковые требования ФИО4 о выселении ФИО5 и ФИО6 из принадлежащего ему жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>

Согласно ч. 1 ст. 35 Конституции РФ право частной собственности охраняется законом.

В соответствии со ст. 288 Гражданского кодекса РФ, ст. 30 Жилищного кодекса РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением.

Согласно части 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

В силу части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" по общему правилу, в соответствии с частью 4 статьи 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением собственника с бывшим членом его семьи. Это означает, что бывшие члены семьи собственника утрачивают право пользования жилым помещением и должны освободить его (часть 1 статьи 35 ЖК РФ). В противном случае собственник жилого помещения вправе требовать их выселения в судебном порядке без предоставления другого жилого помещения.

Согласно части 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения (ст. 304 ГК РФ).

Как установлено выше брак между ФИО5 и ФИО4 расторгнут. Следовательно, ФИО5 и её дочь ФИО6 являются бывшими членами семьи собственника жилого помещения, а потому они утратили право пользования спорным жилым помещением и подлежат выселению из него без предоставления другого жилья.

Согласно п.п. «е» п. 31 Правил регистрации и снятия граждан РФ с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах РФ, утвержденных постановлением Правительства РФ от 17.07.1995 г. №713, снятие гражданина с регистрационного учета по месту жительства производится органами регистрационного учета в случае выселения из занимаемого жилого помещения или признания утратившим право пользования жилым помещением - на основании вступившего в законную силу решения суда.

Поскольку суд признаёт ответчиков утратившими право пользования жилым помещением, то настоящее решение является основанием для их снятия с регистрационного учета по указанному адресу.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194 - 198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО4 о признании недействительной сделки купли-продажи земельного участка и жилого дома отказать.

Исковые требования ФИО4 удовлетворить.

Выселить ФИО5, ФИО6 из дома <адрес> без предоставления другого жилого помещения и со снятием с регистрационного учёта по данному адресу.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий В.А. Родионов