Приговор № 1-176/2018 от 10 октября 2018 г. по делу № 1-176/2018

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г.Усть-Илимск 11 октября 2018 года

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Коржовой Ю.Ю.,

при секретаре судебного заседания Буйневич Е.А.

с участием государственного обвинителя – старшего помощника Усть-Илимского межрайонного прокурора Никитиной Е.А.,

потерпевшего В.А.,

подсудимого ФИО1, его защитника – адвоката Анкудиновой Т.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела №1-176/2018 в отношении:

ФИО1, <данные изъяты>, не судимого,

с мерой пресечения в виде заключения под стражу, содержится под стражей с 06 марта 2018 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО1 совершил убийство А.А. Преступление совершено им в г.Усть-Илимске Иркутской области при следующих обстоятельствах.

05 марта 2018 года в дневное время, но не позднее 16 часов 04 минут, ФИО2 находились в квартире, расположенной по адресу: Иркутская область г. Усть-Илимск <адрес>, где вместе употребляли спиртное. В ходе распития спиртного между А.А. и ФИО1 произошла ссора, в связи с чем у последнего на фоне внезапно возникших личных неприязненных отношений к А.А., из-за высказанных последним оскорблений в его адрес и адрес его сожительницы, возник умысел, направленный на причинение смерти А.А., реализуя который, ФИО1, действуя умышленно, вооружился ножом, и нанес им удар в жизненно-важную часть тела потерпевшего – грудь. Своими умышленными действиями ФИО1 причинил А.А. повреждения в виде одиночного колото-резаного ранения груди слева с повреждением левого легкого и сердца расценивающиеся применительно к живым лицам, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Смерть А.А. наступила от умышленных действий ФИО1 на месте происшествия, от одиночного колото-резаного ранения груди слева с повреждением левого легкого и сердца.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя признал частично.

Доводя до суда свою позицию, ФИО1 показал, что 05 марта 2018г. он вместе со своей сожительницей П.Н. стали распивать спиртное у соседки И.И., к которой чуть позже подошли А.А., А.Н. и М, они все вместе стали распивать спиртное. В период распития спиртного А.А. стал высказывать оскорбления в адрес П.Н., чуть позже подошел сосед В.П.. Соседка И.И. выпроводила их, т.к пошла спать, а они все, кроме М пошли в его квартиру. К тому времени А.А. уже уснул в квартире И.И., и спустился чуть позже, придя к нему (ФИО3) А.А. сразу лег спать. Они сидели, выпивали, за В.П. пришел друг и они ушли. На тот момент он чувствовал себя адекватно, находился в состоянии не сильного опьянения, отдавал отчет всем своим действиям. Когда В.П. ушел, они остались в квартире вчетвером: он, П.Н., А.Н. и А.А.. А.В. сидела на табуретке, А.А. опять начал оскорблять А.В., он (ФИО3) попросил его успокоиться, но А.А. не реагировал, он (ФИО3) злился, но до конфликта не доводил. Потом, он понял, что А.А. ему надоел со своими высказываниями и решил все прекратить, нож у него (ФИО3) был в руке, т.к. минутами ранее зачищал провода на звонке. Он (ФИО3) подскочил с ножом в руке к А.А. и хотел напугать его, но А.А. стал махать руками перед ножом, он стал опускать нож, думая, что А.А. может пораниться. В то время как он опускал вниз нож, А.А. то ли хотел привстать, то ли пододвинуться и он почувствовал, что рука с ножом уперлась во что-то, он одернул руку. А.А. в это время облокотился на диван, он подумал, что притворяется, глаза А.А. были полуоткрыты, это его и насторожило, он прощупал пульс, и увидел кровь на груди слева, он понял, что А.А. умер. П.Н. предложила позвонить в скорую помощь, но с сотового телефона не получилось, т.к не было денег на телефоне. Он предложил вынести А.А. в коридор, поскольку предполагал, что там быстрее удастся вызвать скорую помощь. Он вынес А.А. в коридор и оставил около двери, он не помнит возможно ему кто-то помогал выносить А.А.. Он вышел на улицу, придерживая дверь, т.к ключи не взял, но никого на улице не было, он развернулся побежал к И.И., но не дошел до нее, т.к услышал как кто-то вызвал лифт, он спустился в свою квартиру, выпил водки и после этого ничего не помнит. Умысла на убийство А.А. у него не было, полагает, что телесное повреждение у А.А. возникло при "натыкании" самого А.А. на нож, когда тот попытался то ли встать, то ли пододвинуться.

Из показаний данных ФИО1 в ходе предварительного следствия, в качестве подозреваемого следует, что утром 05 марта 2018 года примерно в 11 часов 00 минут А.В. пошла к соседке И.И., проживающей по адресу г. Усть-Илимск <адрес>. Через некоторое время, примерно минут через 10 после того как он прогулял собаку, он тоже поднялся к М.. Примерно минут через 10 пришел А.А., А.Н. и М. С собой те принесли спиртное - 1 литр водки. Они расположились у И.И. на кухне и начали распивать спиртное. В процессе распития спиртного пришел сосед В.П., который присоединился к распитию спиртного вместе с ними. Через некоторое время А.А. и А.Н. ходили покупали спиртное. Примерно через 1 час М. ушел домой. После ухода М. попросила уйти всех из дому, она собиралась отдыхать. Он, А.В., А.Н., В.П. ушли к нему домой, время было около 14 часов 00 минут. Когда они уходили, А.А. оставался дома у М., так как уснул. Когда они уже находились у него дома, минут через 10 пришел А.А.. Они в это время продолжали распивать спиртное, А.А. присоединился к ним. В.П. позвонил своему другу Э., который пришел и находился у него непродолжительное время примерно минут 40. Затем В.П. ушел вместе с другом Э.. Они остались вчетвером: он, А.Н., А.А., А.В. и продолжили распивать спиртное, точнее водку. Закусывали они продуктами, которые покупал А.Н.. Из закуски было сало, курица. Сало они резали ножом, который с кухни принесла А.В.. Находились они в зале, сидели возле журнального столика. Он сидел на табуретке напротив А.А.. В ходе распития спиртного, в нецензурной форме А.А. стал высказываться в отношении А.В., что она является падшей женщиной. Его данный факт возмутил и по данному поводу он сделал тому замечание. А.А. не успокаивался и перешел на оскорбления его, так же в нецензурной форме. Продолжал оскорблять его и А.В. в присутствии А.Н. примерно на протяжении 10 минут. Его это очень оскорбило, и было неприятно выслушивать оскорбления. На журнальном столике он взял кухонный нож. А.А. привстал с дивана, когда увидел, что он взял нож, лезвие ножа было направлено в сторону А.А.. ФИО4 начал махать в его сторону руками, он считал, что тот пытался выбить нож. В этом момент он нанес в область груди А.А. один удар ножом. После чего А.А. упал на диван и немного завалился на правый бок. Они находились в паническом состоянии, кто-то из них, кто именно уже не помнит, предложил вытащить А.А. из квартиры, чтобы в последующем представить ситуацию, таким образом, что ножевое ранение А.А. причинено другим лицом. Он с А.В. начали вытаскивать А.А. из квартиры. Однако он понял, что данные действия неправильны и станет ясно, что ножевое ранение А.А. получил у него дома, и они оставили А.А. в тамбуре расположенном между дверью его квартиры и дверью соседней <адрес>. После чего, так как они находились в состоянии опьянения, уснули дома. Затем приехали сотрудники полиции и забрали их в отделение полиции (том 1 л.д. 70-74).

Аналогичные показания даны ФИО1 в ходе проверки показаний на месте 06 марта 2018 года, кроме того, ФИО1 продемонстрировал свои действия при помощи манекена, в присутствии понятых, так ФИО3 усадил манекен на диван, где находился потерпевший и продемонстрировал каким образом был нанесен удар ножом, который находился в левой руке ФИО1 в область груди А.А. Продемонстрировав и прокомментировав, что от нанесенного удара потерпевший сел на диван и повалился на правый бок. ФИО3 пояснил, что испугался, что от нанесенного удара потерпевший скончался. После чего он проверил пульс потерпевшего, которого не обнаружил. Дальнейшие действия ФИО3 пояснить не смог. Указал, что вместе с А.В. они попытались оттащить потерпевшего к выходу из квартиры. Он взял потерпевшего сзади, а А.В. помогала ему, держа потерпевшего за ноги. Оттащили потерпевшего за дверь квартиры и оставили его в подъезде возле квартиры, так как осознали, что в данных действиях нет никакого смысла, что следствие догадается в чем причина, кто где был ранен (том 1 л.д. 83-87). Кроме того, судом была исследована видеозапись с проверкой показаний на месте (том 2 корочка).

Из протокола явки с повинной от 06.03.2018г. следует, что ФИО1 заявил о совершенном им преступлении, а именно, что 05.03.2018г. около 16.00 часов у него дома по <адрес>, в ходе распития спиртного с А.А., по причине оскорбления его (ФИО3) и его сожительницы А.В. грубой нецензурной бранью, ФИО3 нанес один удар ножом в область груди А.А., после чего он упал на диван. В момент нанесения удара ножом в квартире находились А.В. и А.Н. (том 1 л.д.37).

Из протокола допроса в качестве обвиняемого, оглашенного в судебном заседании следует, что ФИО1 от дачи показаний отказался, подтвердил показания данные им в качестве подозреваемого 06.03.2018г. Дополнительно указал, что после того, как ДД.ММ.ГГГГ он нанес ножевое ранение А.А., он решил вызвать скорую помощь. Он не мог с сотового телефона позвонить в скорую, т.к. не мог вспомнить по какому номеру нужно звонить. Тогда он решил вытащить А.А. в подъезд, чтобы кто-то его обнаружил и вызвал скорую помощь (том 1 л.д.93-96, 175-179).

Наличие противоречий в своих показаниях ФИО1 объяснил тем, что в тот момент он очень плохо помнил события и все рассказывал со слов А.В., который сказал, что помнит все произошедшее. Уже перед судебным заседанием ФИО1 стал вспоминать события того дня. Умысла на убийство А.А. не имел.

Наиболее достоверными и правдивыми суд считает показания, данные подсудимым ФИО1 на предварительном следствии, в которых он по существу изобличал себя в совершении вмененного ему преступления. Подробно описывал события, а также механизм нанесения телесных повреждений А.А., в также все свои последующие действия. Эти показания суд полагает возможным положить в основу выводов о доказанности вины подсудимого.

Несмотря на частичное признание вины, вина ФИО1 нашла свое подтверждение при рассмотрении дела показаниями потерпевшего В.А., свидетелей А.Н., А.В., Ю.А.В., В.П., Е.В., А.С., В.С. и Н.И., а также письменными материалами дела, в том числе протоколами осмотра места происшествия, протоколом осмотра предметов, экспертными заключениями.

Потерпевший В.А. суду показал, что А.А. его родной брат, проживал отдельно с сожительницей, в ее квартире. Характеризует брата положительно, спокойный, иногда употреблял спиртное, в состоянии алкогольного опьянения также спокойный, работал, но работу менял часто по причине задержки заработной платы. ДД.ММ.ГГГГг. его брат должен был после 18.00 часов придти к нему на день рождение, но не пришел, после 21 часа ему сообщили о смерти брата.

В судебном заседании установлено, что фактическими очевидцами причинения смерти А.А. явилась сожительница А.А. –А.В. и А.Н., которые находились в квартире до приезда полиции и были допрошены по этим обстоятельствам как на предварительном следствии, так и в суде.

Из показаний свидетеля А.Н. следует, что ДД.ММ.ГГГГг. он вместе с ФИО68 выпивали, ДД.ММ.ГГГГг. они опять встретились с А.А. у магазина «Слата», взяли спиртное и пошли в гости к И.И., где уже были ФИО3 и его сожительница А.В.. Потом они ушли от М. в квартиру ФИО23, где продолжили распивать спиртное. Когда они распивали спиртное в квартире ФИО1, то него в квартире находились: А.А., ФИО1 и сожительница ФИО1 Н.. В ходе распития спиртного между А.А. и ФИО1 возник словесный конфликт из-за А.В., ФИО2 сидели рядом друг с другом на диване, а он (А.Н.) вышел в туалет, возвращаясь из которого он четко увидел, как ФИО1 подскочил с дивана, наотмашь ударил ножом, который ранее лежал на столе, в грудь А.А.. Нож держал острием вниз по отношению к захвату ладони, удар наносил сверху вниз, и немного от себя. Во время удара ФИО1 стоял, а А.А. в это время сидел. После удара А.А. завалился немного на бок, появилось небольшое пятно крови на кофте А.А. в области груди. ФИО1 скинул нож. ФИО6 оставались открытыми. Спустя небольшое количество времени А.В. и ФИО1 взяли А.А. (ФИО1 под мышки, а А.В. за ноги) и вынесли на лестничную клетку. Он (А.Н.) в это время взял водку и выпил полбутылки прямо из горла, после чего ничего не помнит, очнулся в полиции.

При этом на предварительном следствии А.Н. давал более подробные показания в части наличия следов крови на полу, в указанной части его показания были оглашены в судебном заседании в соответствии со ст. 281 УПК РФ (л.д.40-44 т.1). После оглашения этих показаний, свидетель А.Н. их по существу подтвердил, уточнил, что при допросе на предварительном следствии события и обстановку помнил лучше, а по прошествии времени какие-то моменты запамятовал.

Оценивая показания свидетеля А.В., являвшегося очевидцем произошедшего, суд признает их достоверными, показания им даны по известным ему обстоятельствам, носят непротиворечивый характер и согласуются с заключениями проведенных экспертиз.

Свидетель А.В. суду показала, что ФИО1 является ее сожителем. ДД.ММ.ГГГГг. они проснулись и она поднялась к соседке И.И. на 2 этаж, сидели и выпивали у нее: она, ФИО3, потом пришли А.А., В.П., А.Н. и М.. Спустя некоторое время М. сказала чтоб они уходили. Они собрали все и ушли в ним в квартиру (квартира ФИО3), придя в квартиру они немного посидели, выпили, В.П. собрался уходить и он поругался с А.Н. т.к хотел забрать бутылку водки, а А.Н. не дал. За В.П. зашел его приятель, он ушел с приятелем, а они остались вчетвером: А.Н. в это время уснул, А.А., который только что проснулся, ФИО3 и она. А.А. встал с дивана и стал ее оскорблять, она взяла А.А. за одежду и вытолкнула А.А. за дверь входную, без обуви, он стал стучать в дверь, потом стук прекратился, она предположила, что он ушел к ФИО71, она и ФИО3 продолжили пить, потом уснули, проснулись от стука в дверь. Открыв дверь, к ним зашли сотрудники полиции и их участковый Ю.А.В., который сказал, что под дверью лежит труп А.А.. Их всех забрали и отвезли в полицию, где стали допрашивать. Выходя из квартиры, она обратила внимание, что крови и телесных повреждений у А.А. не было, он лежал ногами к дверям. А.А. знает длительное время он периодически жил у них, когда его сожительница выгоняла, и мог позволить ее (А.В.) оскорблять.

Ввиду наличия противоречий в показаниях свидетеля А.В. в соответствии со ст. 281 УПК РФ в судебном заседании исследовались ее показания данные в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 50-54), согласно которым 05 марта 2018 года она с ФИО3 была дома. Около 11 часов они поднялись в гости к соседке И.И. в 112 квартиру, попить кофе. Когда они были в квартире у М., к той пришли в гости А.А., А.Н. и М.. Те пришли со спиртным, стали все вместе у М. распивать спиртное. Также заходил в гости сосед из 113 квартиры В.П., тоже выпил с ними. М ушел, остальные продолжали распивать спиртное. М. сказала, чтобы они уходили. Они забрали продукты, которые покупали, и пошли в квартиру ФИО3. В зале квартиры есть столик, расположились за ним. Пили водку, закусывали салом, которое покупал А.Н.. Она с кухни принесла нож, чтобы резать сало. Сидели в основном на диване, была еще табуретка. А.А. свернулся клубочком на диване, спал. В.П. позвонил какому-то своему другу Э., тот пришел. В.П. и Э. решили уйти, при этом В.П. решил забрать бутылку водки. К нему подошел А.Н., хотел забрать водку, чтобы он ее не унес, В.П. ударил А.Н. со лба в лоб, затем подошел ФИО3, В.П. лбом ударил в лоб и его. Забрав бутылку водки, В.П. и Э. ушли. Внешних повреждений от действий В.П. у А.Н. и ФИО3 не было. Проснулся А.А., стал с ними распивать спиртное. А.А. в ходе распития спиртного стал оскорблять ее, говорить ФИО3, что она ему изменяет. Когда А.А. пьяный, то ничего не понимает, на их замечания он не реагировал. А.А. и раньше оскорблял ее, у ФИО3 видимо накопилось уже все из-за этого. А.А. пьяный становится агрессивный, может кинуться, он неоднократно избивал пьяный свою сожительницу, было это и при них. Перебранка между ФИО3 и А.А. была словесная, но А.А. все время как бы порывался встать. Они втроем сидели на диване, А.А., А.Н. и она. ФИО3 сидел на табуретке. А.А. продолжал оскорблять ее, ФИО23 не выдержал, вскочил, налетел на А.А., повалил его на диван, они сцепились. ФИО3 завалил А.А. на диван, а затем со стола схватил нож и ударил ножом А.А. в грудь. Когда ФИО3 нанес удар ножом А.А., тот пытался встать. Ударил ФИО3 ножом один раз. Нож ФИО3 схватил в правую руку, ударил в левую часть груди А.А.. ФИО3 отбросил нож. А.А. после удара ножом упал на диван. Все произошло очень быстро. Она крови, повреждений на теле А.А. не видела. Она увидела немного крови на полу. ФИО3 попросил ее вытереть кровь. Она взяла в ванной тряпку и вытерла ею кровь, также она вытерла нож, на нем также была кровь, нож был на столе. ФИО3 попросил ее помочь вынести А.А. в коридор. ФИО3 взял А.А. со спины подмышки, а она взяла А.А. за ноги. Она не знала умер А.А. или нет, не проверяла, думала, что может он без сознания. А.А. никаких звуков не издавал. Они вынесли А.А. в подъезд и положили его на пол возле тамбура их и соседней квартиры, дверь тамбура не закрывается. Они закрыли дверь в квартиру и оставались в квартире. А.Н. выпил водки и уснул. ФИО3 сидел на диване, попытался уснуть. Она видимо уснула. Проснулась она от стука в дверь. Она открыла дверь, за дверью была полиция, увидела, что там, где они оставили А.А., он так и лежал, А.А. лежал без движения.

Свои показания, данные в ходе предварительного следствия, свидетель А.В. подтвердила частично, указав, что об убийстве ФИО1 А.А. она сказала, чтоб ее быстрее отпустили из полиции, поскольку она в тот день сильно устала.

Оценивая показания свидетеля А.В., суд находит более достоверными показания данные ею в ходе предварительного следствия, поскольку они даны в полном соответствии с требованиями закона, А.В. предупреждалась об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, эти показания носят более логичный характер, они стабильны, согласуются между собой и с показаниями второго очевидца - А.Н., а также соответствуют иным доказательствам, представленным суду.

Изменение показаний свидетелем А.В. в судебном заседании суд расценивает как способ помочь своему сожителю ФИО1 избежать ответственности за содеянное.

Свидетель В.П. суду показал, что знаком с ФИО1 по-соседски более 10 лет. 05.03.2018г. он пришел в гости к М., там уже сидела А.В. А.В. и ФИО3 они выпивали. Он пришел практически вместе с А.А. и А.Н., А.Н. принес водки и закуску, они все сидели и выпивали. Спустя время М. сказала, чтобы все уходили, все собрали спиртное, закуску и пошли к ФИО3 домой, где продолжили распивать спиртное. Все были пьяные. Каких-либо конфликтов между А.А. и ФИО3 не было, он знает, что А.А. часто заходил в гости к ФИО3 и периодически высказывал ФИО3 о том, что А.В. ему изменяет, но до конфликтов между ними не доходило. Потом ему позвонил друг Э., зашел за ним и они вместе ушли. Может характеризовать ФИО3 как спокойного, уравновешенного и неконфликтного человека.

Свидетель Ю.А.В. суду показал, что является участковым уполномоченным по району, в котором проживает ФИО3, а кроме того, ФИО3 является его соседом в течение 8 лет. Имеет нарекания к ФИО1 как участковый, поскольку ФИО3 злоупотребляет спиртными напитками кроме того, собака ФИО3 может гулять одна, пока тот пьет. 05.03.2018г. он с работы пошел на обед, примерно в районе 15-16 часов он спускался на лифте и увидел на первом этаже между квартирами 106 и 107 лежит мужчина в дверном проеме, головой в подъезд, лицом вверх, мужчина еще дышал. Он осмотрел его и увидел в районе груди резаную рану, вызвал СОГ и скорую помощь. Заглянув в <адрес>, он увидел, что к двери привязана собака и сожительница ФИО3 ходит по квартире и громко кричит, он не стал заходить, а решил дождаться оперативников. Когда те приехали, они вместе зашли в квартиру, в которой находились ФИО3, его сожительница и мужчина, они были пьяные, но ориентировались в обстановке, все воспринимали адекватно. Мужчина, который лежал в коридоре был жив до приезда скорой помощи, дышал коротким и частым дыханием, когда приехала скорая, мужчина умер. Осматривая мужчину, он увидел большой кровоподтек в области груди. Впоследствии осматривая подъезд, он поднимался по лестнице на верхние этажи, следов крови нигде не было.

Из показаний свидетеля Е.В. следует, что он работает оперуполномоченным МО МВД «Усть-Илимский». В начале марта 2018г. он в составе СОГ выехал на место преступления по факту убийства гражданина, которого нашли на лестничной площадке по <адрес> этаже. Приехав на место он увидел тело мужчины лежащее в пролете, потом они зашли в квартиру из которой виднелись следы волочения, т.к двери были приоткрыты. Женщина сидела у стола, ФИО3 убрал собаку и закрыл ее в туалете, еще один мужчина был пьян и спал. Осмотр места происшествия он не проводил т.к. он беседовал с ФИО3 и его сожительницей, устанавливал людей, которые заходили в квартиру. Все были в адекватном состоянии, женщина первая давала показания. Потом все были доставлены в отдел полиции, где их допросили.

Свидетель А.С. показал, что является соседом ФИО1 и живет в <адрес>. Претензий к нему как к соседу не имеет, знает, что ФИО3 периодически выпивал с сожительницей, когда он делал ему замечания, то ФИО3 прекращал шуметь, а его сожительница наоборот скандальная женщина. ДД.ММ.ГГГГг. он около 11 часов поехал с ребенком в детскую поликлинику, после чего ребенка отвез родителям, а сам вернулся домой примерно около 15 часов. Зайдя в подъезд, он увидел участкового Ю.А.В., который проживает в их подъезде, он поздоровался с ним и прошел дальше, у своей двери увидел лежащего мужчину, который уже умер, это он понял из разговора Ю.А.В.. Ранее он видел этого мужчину т.к. тот приходил неоднократно в гости к ФИО3. Он прошел к себе в квартиру, чуть позже он услышал стук в квартиру ФИО3 и открыл свою дверь, чтобы убедиться, что все в порядке, открыв дверь он увидел, что сотрудники СОГ пытались открыть двери в квартиру ФИО3 к которой была привязана собака.

Оснований для оговора подсудимого ФИО1 со стороны потерпевшего, а также свидетелей, суд не усматривает. Исключая возможность оговора подсудимого, суд констатирует, что убедительных доводов в этой части стороной защиты не приведено, при том, что сами потерпевший и свидетели в судебном заседании отрицали наличие оснований для оговора.

Между тем, показания потерпевшего и свидетелей, помимо того, что они согласуются между собой, объективно подтверждаются и иными доказательствами.

Согласно телефонного сообщения (том 1 л.д. 21), от УУП Ю.А.В. следует, что на 1 этаже последнего подъезда <адрес> обнаружен труп мужчины. Указанное телефонное сообщение зарегистрировано за №.03.2018г.

Из рапорта об обнаружении признаков преступления от 05.03.2018г. следует, что 05.03.2018г. в дневное время на лестничной площадке 1-го этажа 4-го подъезда дома по адресу г.Усть-Илимск Иркутской области <адрес>, обнаружен труп неустановленного мужчины с признаками насильственной смерти в виде ножевых ранений (т.1 л.д.3).

Из протокола осмотра места происшествия от 05.03.2018г. и фототаблицы к нему следует, что был осмотрен – 1 й этаж 4го подъезда дома по <адрес>, г. Усть-Илимск, где обнаружен труп А.А., который находится на полу, частично в коридоре между квартирами № и №, частично в подъезде. В подбородочной области трупа имеется резаная рана. На передней поверхности груди слева имеется колото-резаное ранение. В ходе осмотра <адрес> на диване обнаружены пятна вещества бурого цвета. На столе, расположенном возле дивана, обнаружен нож с пятнами вещества бурого цвета, который изъят. Также на столе обнаружены рюмки, стакан, бутылка из-под водки. Под столом находятся бутылка из-под водки, алкогольного коктейля (т.1 л.д. 4-18).

Из заключения эксперта № от 27 марта 2018 года, проведенного 06 марта 2018 года следует, что смерть А.А. наступила от одиночного колото-резаного ранения груди слева с повреждением левого легкого и сердца.

При исследовании трупа обнаружены повреждения:

А. Одиночное колото-резаное ранение груди слева с повреждением левого легкого и сердца: наличие колото-резаной раны на передней поверхности груди слева, наличие раневого канала с направлением спереди назад, сверху вниз и слева направо. Данная травма сформировалась от ударного однократного воздействия твердым предметом с острым концом и режущим краем, чем мог быть нож. Направление удара спереди назад, сверху вниз и слева направо (относительно сторон трупа). Расценивается такая травма применительно к живым лицам, как причинивший тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Учитывая степень выраженности трупных изменений, смерть А.А. наступила около 1-2х суток ко времени исследования трупа в морге (т.1 л.д. 190-192).

Как следует из протокола личного досмотра от 05.03.2018г. у ФИО1 были изъяты одежда: футболка бирюзового цвета (том 1 л.д.33-34). Кроме того 06.03.2018г. у ФИО1 было изъято трико синего цвета (том 1 л.д.75-80). 20.03.2018г. изъяты образцы крови трупа А.А. в виде марлевого бинта сложенного в несколько слоев, пропитанного веществом бурого цвета, которые были упакованы в бумажный пакет, горловина которого опечатана бумажной биркой с оттиском печати, которая снабжена пояснительной надписью и скреплена подписью (том 1 л.д.108-110), кроме того 27.03.2018г. у обвиняемого ФИО1 был изъят образец крови на марлевый тампон, слюны на марлевый тампон, которые были упакованы в разные бумажные пакеты, горловина которых опечатана бумажной биркой с оттиском печати «Следственный отдел» и снабжены пояснительной надписью и скреплены подписями участвующих лиц и следователя (том 1 л.д.111-114). Все изъятые предметы были осмотрены ДД.ММ.ГГГГ и приобщены в качестве вещественных доказательств (том 1 л.д. 121-125).

Из заключения эксперта № от 27.03.2018г. (экспертиза вещественных доказательств) следует, что:

- на клинке ножа (изъятого в ходе ОМП) обнаружена кровь человека, которая принадлежит мужчине. Вероятность того, что данные следы произошли от потерпевшего А.А. составляет не менее 99,9 (24)%. Происхождение крови от ФИО1 исключается;

- на брюках ФИО1 обнаружена кровь человека, которая принадлежит мужчине. Вероятность того, что данные следы произошли от ФИО1 составляет не менее 99,9 (24)%. Происхождение крови от А.А. исключается;

- на рукоятке ножа обнаружен пот, безъядерные клетки поверхностного слоя эпидермиса кожи человека, немногочисленные ядросодержащие клетки глубоких слоев эпидермиса кожи. Крови не найдено. Препарат ДНК из этих следов, является смесью нескольких индивидуальных ДНК. Присутствие в этих следах биологического материала (клеток, пота) ФИО1 не исключается. Высказаться о присутствии в этих следах биологического материала потерпевшего А.А. не представилось возможным, ввиду сложной картины смешания генотипических признаков в исследуемом объекте (том 1 л.д.200-219).

Из заключения эксперта №/А-18 от ДД.ММ.ГГГГ (дополнительной экспертизы трупа), следует, что учитывая морфологические особенности колото-резаного ранения, выявленного у трупа А.А., не исключается возможность формирования его ножом, описанном в протоколе осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ. (том 1 л.д. 240-242)

Так, при обозрении в судебном заседании вещественных доказательств, а именно футболки и трико, изъятых у ФИО1, а также ножа, изъятого при осмотре места происшествия по <адрес>, подсудимый ФИО1 подтвердил, что в указанную одежду он был одет 05.03.2018г., кроме того представленным ножом он в тот же день резал закуску и впоследствии этот нож схватил, чтобы напугать А.А.

Довод защиты об отсутствии у ФИО1 умысла на убийство А.А., а также то, что А.А. сам наткнулся на нож, который ФИО3 держал в руке в результате чего получил телесные повреждения от которых скончался опровергаются и заключением (дополнительной экспертизой трупа) №/Б-18 от 28.09.2018г., назначенной судом, из которой следует, что ФИО1 указывая на то, что А.А. при подъеме с дивана своим корпусом уперся в острие ножа. При этом условии вектор движения корпуса направлен снизу вверх и вперед. Рука ФИО1 с ножом с этот момент остается на месте. Т.е. имеет место смещение корпуса А.А. по отношению к ножу. Далее нож начинает вращение вокруг своего кончика, который в это время прижат к груди ФИО7 образом вектор ножа изменяет свое положение и становиться направленным снизу вверх и спереди назад. При вышеописанном механизме формирования колото-резаной раны, направление раневого канала следует по вектору направленному снизу вверх и спереди назад, что противоречит данным экспертного исследования трупа. Как указано в заключении № от 27.03.2018г. на трупе А.А. было надето 3 свитера и 1 футболка, что составляло 4 слоя одежды. Данная одежда является значимым препятствием на пути ножа. Чтобы пройти данное препятствие требуется большая кинетическая энергия, которую давлением создать очень сложно, либо потребуется значимое давление. При этом, подсудимый ФИО1 указывает на то, что после того как он почувствовал давление на нож. Он резко одернул руку назад, то есть давление не оказывал. Учитывая изложенное, эксперт пришел к выводу о невозможности формирования колото-резаного ранения груди у потерпевшего А.А. при обстоятельствах, которые излагает подсудимый ФИО1 в судебном заседании 17.09.2018г. и в ходе следственного эксперимента 20.09.2018г.

2. Учитывая характер, локализацию и механизм образования колото-резанного ранения груди у потерпевшего А.А. не исключается возможность формирования его при обстоятельствах, указанных свидетелем А.Н.в судебном заседании 18.07.18г. О чем говорит совпадение направления раневого канала с направлением удара, который нанес ФИО1, а также достаточная кинетическая энергия для повреждения одежды и формирования колото-резаного ранения груди с повреждением левого легкого и сердца.

Учитывая изложенное, содержание показаний свидетеля А.В. в части обстоятельств нанесения ФИО1 удара ножом в левую часть груди А.А., полностью согласуется с заключением (дополнительной экспертизы трупа) №/Б-18 от 28.09.2018г. о характере нанесения удара, локализации и механизме образования колото-резаного ранения груди у А.А.

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства, оценивая их с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, как каждого в отдельности, так и в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Доводы стороны защиты о недопустимости показаний свидетеля А.В. в силу того, что он первично на следствии был допрошен, будучи в состоянии алкогольного опьянения и не мог помнить об обстоятельствах, суд не может признать обоснованными, исходя из следующего. Как следует из показаний старшего оперуполномоченного Е.В., производившего первоначальный опрос А.Н. последний был выпивший, но в адекватном состоянии, он внятно и по существу давал объяснения. Данное подтверждается и участковым Ю.А.В. У суда нет оснований не доверять показаниям указанных свидетелей осуществляющих свои должностные обязанности. В качестве свидетеля А.Н. был допрошен на следующий день после произошедшего т.е 06.03.2018г. и дал аналогичные показания. Таким образом, свидетель был подвергнут допросу уже спустя продолжительное время после употребления алкоголя. Протокол допроса свидетеля А.Н. не содержит указания на его плохое самочувствие, которое бы было препятствием для проведения его допроса. При этом, А.Н. в судебном заседании в целом воспроизвел те показания, которые он давал на следствии, после оглашения показаний он их подтвердил, содержание не оспорил. В этой связи факт употребления алкоголя накануне допроса свидетеля А.Н. не ставит под сомнение правдивость и достоверность сообщенных свидетелем сведений, и не влечет за собой признание протокола допроса недопустимым доказательством. Показания свидетеля А.Н. по своему содержанию согласуются с иными объективными доказательствами по делу и не содержат противоречий.

Утверждение подсудимого ФИО1 о том, что свидетель А.Н. дал самый первый показания, и его (А.Н.) показания являются следствием показаний свидетеля А.Н., поскольку сам он ничего не помнил, а доверился А.Н., суд расценивает как способ защиты. Поскольку ФИО1 на следствии давал подробные показания в присутствии защитника, принимал участие в проверке показаний на месте, где подробно описал и рассказал события, произошедшие 05 марта 2018г., а также механизм нанесения телесного повреждения А.А. и свои последующие действия.

Изменение ФИО1 показаний в судебном заседании суд расценивает как способ защиты от предъявленного обвинения. Позиция ФИО1 свидетельствует о его неискренности и стремлении ввести суд в заблуждение, чтобы уйти от уголовной ответственности за содеянное.

Заключения, проведенных по делу судебных экспертиз, суд находит объективными, научно-обоснованными, выполненными квалифицированными специалистами, имеющими необходимые познания и опыт работы. Получены заключения в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, подробно и убедительно мотивированы, содержат сведения о примененных методиках исследования, подписаны экспертами и заверены в установленном законом порядке.

Суд полагает возможным положить заключения экспертов в основу приговора.

У суда нет оснований подвергать сомнению показания свидетелей Ю.А.В. и ФИО8, поскольку они были даны ими по известным им обстоятельствам, стабильны и не противоречивы, согласуются и взаимно дополняют друг друга, а кроме того даны в рамках исполнения ими своих служебных обязанностей.

На основании приведенных доказательств в их совокупности, суд считает установленным, что в дневное время, но не позднее 16 часов 04 минут 05 марта 2018 года ФИО2 находились по адресу: <адрес>, где распивали спиртное. В ходе возникшей ссоры на почве личных неприязненных отношений между А.А. и ФИО1, последний, нанес ножевое ранение в левую часть груди А.А., чем причинил ему смерть.

Как установлено в судебном заседании, ссора произошла, в связи с оскорбительным высказыванием А.А. в адрес сожительницы ФИО1 В. При этом А.А. каких-либо активных действий не предпринимал, а лишь сидя на диване, в течение определенного времени оскорбительно высказывался в адрес А.В. После чего ФИО1, сидящий рядом с А.А. на диване, схватил со стола правой рукой нож и нанес сидящему на диване А.А. один удар в левую часть груди.

Умысел ФИО1 на причинение смерти потерпевшему подтверждается его целенаправленными действиями, нанесением с достаточной силой ранения в область расположения жизненно важных органов – левой части груди, а также использованием им ножа, как орудия преступления, характером и локализацией обнаруженных на трупе потерпевшего телесного повреждения. О силе нанесения ранения ФИО1 свидетельствует глубина и направление раневых каналов.

ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти А.А. и желал их наступления, свои действия, направленные на убийство потерпевшего, он довел до конца.

Причинно-следственную связь между действиями ФИО1 по нанесению удара ножом в левую область груди А.А. и наступившей смертью последнего суд считает установленной.

Умысел на убийство А.А. у ФИО1 возник на почве неприязни. Данный вывод суда основан на показаниях свидетелей А.Н., А.В., В.П. из которых следует, что А.А. неоднократно в оскорбительной форме высказывал ФИО1 в адрес его сожительницы А.В. о том, что она изменяет ему. Об этом говорил и сам ФИО1 А кроме того, характер ножевого ранения у А.А. – в область груди слева, которое является единичным, а также сила удара, глубина раневого канала – свидетельствует об импульсивности действий ФИО1 при нанесении удара. Сам ФИО1, на какие-либо телесные повреждения у себя, причиненные А.А., не ссылается, а потому, суд исключает возникновение умысла на убийство у ФИО1 из чувства мести, в ходе драки или в состоянии обороны.

Оснований для переквалификации действий ФИО1 на ч.1 ст. 109 УК РФ, суд не усматривает.

Суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по части 1 статьи 105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № 1281 от 25 апреля 2018 года, следует, что ФИО1 каким-либо психическим расстройством не страдает в настоящее время и ранее им не страдал. У него нет грубых расстройств памяти, интеллекта, мышления, критических и прогностических функций, выраженных эмоционально-волевых нарушений, психотических расстройств. Кроме того, в период исследуемой юридически значимой ситуации он не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, а находился в состоянии простого (непатологического) опьянения. На это указывают материалы уголовного дела в сопоставлении с данными настоящего исследования: изменение его поведения в период исследуемой юридически значимой ситуации в зависимости от обстоятельств, с ориентировкой в окружающем и в лицах, с отсутствием в его поведении признаков бреда, галлюцинаций, расстроенного сознания, сохранность воспоминаний, относящихся к тому периоду. Следовательно, по своему психическому состоянию, в период, относящийся к преступлению, в котором он обвиняется, ФИО1 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими; может участвовать в следственных действиях и судебном заседании, может лично осуществлять свои процессуальные права и обязанности. По своему психическому состоянию в настоящее время в принудительных мерах медицинского характера он не нуждается, т.к. по своему психическому состоянию опасности для себя и других лиц, либо возможностью причинения иного существенного вреда не представляет. Ссылки подэкспертного на запамятование ряда обстоятельств периода инкриминируемого ему деяния не противоречат данному выше заключению и укладывается в рамки амнестических форм простого алкогольного опьянения, хотя нельзя исключить защитно-установочный характер данных высказываний.

Психологический анализ материалов уголовного дела и данные целенаправленной ретроспективной беседы позволяют сделать вывод о том, что в момент правонарушения ФИО1 не находился в состоянии физиологического аффекта и ни в каком ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение (том 1 л.д. 227-233).

Решая вопрос о психическом состоянии подсудимого ФИО1, у суда не возникло сомнений по поводу его вменяемости или способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими, данный вывод суда подтверждается изложенными выводами судебно-психиатрической экспертизы, а также с учетом поведения подсудимого ФИО1 в судебном заседании, который поддерживает адекватный речевой контакт, воспроизводит картину произошедшего, активно защищается.

С учетом изложенного суд признает подсудимого ФИО1 вменяемым лицом, поэтому он должен нести уголовную ответственность за содеянное.

Решая вопрос о назначении наказания подсудимому, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории особо тяжких, данные о личности подсудимого, обстоятельство, смягчающее наказание, влияние назначаемого наказания на исправление осужденного.

Санкция части 1 статьи 105 УК РФ предусматривает только один вид наказания – лишение свободы и именно данный вид наказания подлежит назначению подсудимому.

ФИО1 совершил умышленное преступление против жизни, являющейся высшей человеческой ценностью, относящееся к категории особо тяжких, он не судим, официально не трудоустроен, подрабатывал случайными заработками, характеризуется по месту жительства и по месту прежних работ удовлетворительно.

Из характеристики по месту жительства ФИО1 следует, что он характеризуется удовлетворительно, постоянного места работы не имеет, жалоб от соседей на нарушение общественного порядка не поступало, злоупотребляет спиртными напитками, круг общения составляют лица склонные к различного рода правонарушениям. Привлекался к административной ответственности по ч.1 ст.20.20 КоАП РФ (том 2 л.д.16).

ФИО9 суду показали, что являются родителями ФИО1, который иногда выпивает, по характеру спокойный, добрый, любит животных, работает.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств подсудимому ФИО1 в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд учитывает его явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, что выразилось в даче изобличающих себя показаний. Отказ ФИО1 от своих показаний в судебном заседании не препятствует установлению указанного смягчающего обстоятельства, поскольку показания ФИО1 на следствии признаны судом достоверными и положены в основу приговора.

Других смягчающих обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ суд не установил. Утверждение ФИО1 о том, что он хотел вызвать скорую помощь, суд находит надуманным. Установлено, что ФИО1 никаких активных действий по оказанию помощи потерпевшему и непосредственному вызову бригады скорой помощи не предпринял, хотя имел на то возможность, а наоборот, вынеся тело А.А. в коридор, закрыл двери и лег спать. Поэтому смягчающего наказание обстоятельства в виде оказания иной помощи потерпевшему после совершения преступления, в действиях ФИО1 не имеется.

К обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимому ФИО1, в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ суд относит признание вины в ходе предварительного следствия, раскаяние в содеянном.

Отягчающих ФИО1 наказание обстоятельств, судом не установлено.

В судебном заседании не установлено, что ФИО1 был в такой степени алкогольного опьянения, которая бы существенно снизила его самоконтроль и усилила агрессию по отношению к потерпевшему, а потому, оснований для признания отягчающим наказание обстоятельством – совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, суд не усмотрел.

При наличии по делу смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного пунктом «и» части 1 статьи 61 УК РФ, отсутствии отягчающих обстоятельств, наказание подлежит назначению с применением правил, предусмотренных частью 1 статьи 62 УК РФ.

Судом не установлено обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, для назначения наказания ниже низшего предела, предусмотренного санкцией статьи закона на основании ст.64 УК РФ.

Руководствуясь требованиями ч. 6 ст. 15 УК РФ, с учетом обстоятельств совершения преступления, данных о личности виновного, суд не усматривает оснований для изменения категории настоящего преступления на менее тяжкую.

С учетом вышеизложенного, обстоятельств совершения преступления, в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого ФИО1, суд считает необходимым назначить ему справедливое и адекватное наказание в пределах, предусмотренных уголовным законом за соответствующее преступление, в виде лишения свободы с отбыванием наказания только в условиях изоляции от общества, и, с учетом обстоятельств дела, такое наказание по убеждению суда не может быть минимальным.

Обсудив вопрос о дополнительном наказании в виде ограничения свободы, суд считает возможным его не применять, поскольку для достижения целей наказания, достаточно назначения наказания подсудимому в виде лишения свободы.

Оснований для замены лишения свободы на принудительные работы как альтернативу в силу статьи 53.1 УК РФ суд не усматривает.

Отсутствие исключительных обстоятельств, значительно уменьшающих степень общественной опасности совершенного подсудимым особо тяжкого преступления, позволяет суду не применять при определении порядка отбывания наказания требования статьи 73 УК РФ.

Назначая наказание в виде реального лишения свободы, суд считает, что это наказание существенно не отразится на условиях жизни семьи ФИО1, поскольку каких-либо лиц, находящихся у него на иждивении, ФИО1 не имеет. Довод защиты о том, что на иждивении у ФИО1 находятся его родители суд находит надуманным, поскольку родители в течение длительного времени проживают отдельно от ФИО1, являются получателями пенсии, мать ФИО1 – Н.И. подрабатывает, о чем ею было сообщено в судебном заседании, сам же ФИО1 перебивался случайными заработками и существенной помощи родителям не оказывал.

С учетом требований пункта «в» части 1 статьи 58 УК РФ, назначенное наказание в виде лишения свободы ФИО1 должен отбывать в исправительной колонии строгого режима, поскольку осуждается за совершение особо тяжкого преступления, ранее лишение свободы не отбывал.

Для целей исполнения настоящего приговора, меру пресечения ФИО1 необходимо оставить прежней в виде заключения под стражей до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Судьба вещественных доказательств разрешается в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

Процессуальных издержек по делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. ст.ст.303, 304, 307-310 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 9 (девять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с 11 октября 2018 года, зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 06 марта 2018 года по 10 октября 2018 года, зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с учетом требований п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – заключение под стражу. По вступлении приговора в законную силу - отменить.

Вещественные доказательства по делу:

-нож, два выреза обшивки дивана, три отрезка липкой ленты со следами рук, брюки (трико) ФИО1, футболка ФИО1, кровь от трупа ФИО10 на марлевом тампоне, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г.Усть-Илимск СУ СК РФ по Иркутской области подлежат уничтожению.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Иркутского областного суда через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО1 содержащимся под стражей в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, и в течение 3 суток в части разрешения вопроса о мере пресечения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе с участием защитника.

Судья Ю.Ю. Коржова