Решение № 2-5232/2019 2-5232/2019~М0-4076/2019 М0-4076/2019 от 10 июля 2019 г. по делу № 2-5232/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11.07.2019 г. Автозаводский районный суд г. Тольятти Самарской области в составе председательствующего судьи Хлыстовой Е.В.,

при секретаре Петренко К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-5232/2019 по иску ООО «ВТ» к ФИО1 ФИО7 о взыскании задолженности в порядке субсидиарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

ООО «ВТ» обратилось в суд с иском к ФИО1 ФИО8 о взыскании задолженности в порядке субсидиарной ответственности.

В обоснование заявленных требований указано, что 21.03.2017 г. между ООО «ВТ» (Поставщик) и ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» (Покупатель) был заключен договор поставки, на основании которого Поставщик поставил Покупателю товары на общую сумму 305 969 руб. Покупателем была произведена частичная оплата поставленных товаров на сумму 279 334 руб. Задолженность за поставленные товары по договору составляет 26 634 руб. За нарушение сроков оплаты поставленного товара, ответчику начислена неустойка за период с 09.11.2018 г. по 28.01.2019 г. в размере 15181 руб. Кроме того, по данному договору за покупателем сформировалась задолженность по многооборотной таре в размере 126000 руб.

21.03.2017 г. между ООО «ВТ» (Арендодатель) и ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» (Арендатор) был заключен договор аренды оборудования, согласно которому Арендатор обязуется реализовывать с каждого переданного в аренду комплекта оборудования для розлива не менее 1 000 литров пива Арендодателя в месяц. Данное требование арендатором не исполнялось, в связи с чем, полагает, что имеет место быть существенное нарушение положений договоров. Данный договор был досрочно расторгнут в одностороннем порядке 15.05.2018 г., уведомление о расторжении было направлено 27.04.2018 г. В соответствии с п. 2.1.5 договора возврат оборудования производится в 3-хдневный срок с даты расторжения договора, т.е. не позднее 18.05.2018 г. До настоящего времени не возвращено оборудование, стоимостью 144 100 руб. По условиям договора (п. 4.8), при невозвращении оборудования в установленный срок Арендодатель вправе, по своему усмотрению: изъять оборудование, истребовать оборудование из чужого незаконного владения, либо потребовать возмещения залоговой стоимости переданного оборудования в двойном размере. В связи с чем, считает, что Арендатор обязан возместить Арендодателю стоимость невозвращенного арендованного оборудования в размере 288 200 руб.

27.04.2018 г. направлялось уведомление о расторжении договора аренды, 18.05.2018 г. направлялась претензия, а также направлены акты сверки взаимных расчетов. На момент обращения в суд ответ не поступил.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» прекратило свою деятельность в связи с исключением из Единого государственного реестра юридических лиц, как недействующее юридическое лицо.

Указывает, что в период образования задолженности учредителем и директором ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» являлся ФИО1, который, как полагает истец, на основании положений п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. 53.1 ГК РФ несет субсидиарную ответственность.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, истец просит суд взыскать с ответчика задолженность за поставленный товар по Договору поставки от 21.03.2017 г. в размере 26 634 руб.; в соответствии со ст. 330 ГК РФ и п. 7.7 договора от 21.03.2017 г. неустойку за несвоевременную оплату товара с суммы задолженности 26 634 руб. из расчета 0,2 % за каждый день просрочки, начиная с 28.01.2018 г. по 09.11.2018 г. в размере 15 181 руб.; в соответствии со ст. 330 ГК РФ, с учетом разъяснений п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, п. 7.7 Договора поставки от 21.03.2017 г. неустойку по день фактического исполнения обязательства из расчета 0,2 % в день за каждый день просрочки; стоимость удерживаемой многооборотной тары в тройном размере в сумме 126 000 руб.; в соответствии с п. 4.8 Договора аренды от 21.03.2017 г. стоимость невозвращенного оборудования в двойном размере в сумме 288 200 руб.

Представитель истца в судебном заседании подтвердил обстоятельства, изложенные в иске. Просил исковые требования удовлетворить.

Ответчик в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания уведомлялся по последним известным суду адресам: <адрес> (л.д. 134-135, 136-137).

Вместе с тем, поскольку в ходе судебного разбирательства по делу было установлено, что по последнему известному месту жительства, ответчик не проживает, место его жительства в настоящее время не известно, то в соответствии с положениями ст. 50 ГПК РФ и ст. 7 Федерального закона РФ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» в качестве представителя ответчика был назначен адвокат.

Адвокат Юсупов Т.А., действующий на основании ордера № от 18.07.2019 г. в судебном заседании исковые требования не признал. Указал, что заявленные требования подведомственны Арбитражному суду. Полагает, что учредитель должен нести ответственность, если будет установлена неразумность его действий, однако, этого в деле нет. Кроме того, указал, что положение закона о субсидиарной ответственности введено с 27.07.2017 г., а отношения между сторонами возникли ранее указанной даты - 21.03.2017 г., в связи с чем, положение закона о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности не применимо.

Суд, выслушав явившихся лиц, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу ст. 310 ГК РФ, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

На основании ч. 4 ст. 421 ГК РФ, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласно положениям ст. 506 ГК РФ, по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства (ст. 586 ГК РФ).

Статьей 509 ГК РФ предусмотрено, что поставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя.

В соответствии со ст. 510 ГК РФ, доставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки их транспортом, предусмотренным договором поставки, и на определенных в договоре условиях.

Согласно ст. 516 ГК РФ, покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями. Если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется получателем (плательщиком) и последний неосновательно отказался от оплаты, либо не оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты поставленных товаров от покупателя.

Как установлено судом, 21.03.2017 г. между ООО «ВТ» (Поставщик) и ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» (Покупатель) был заключен договор поставки №П526/15, на основании которого Поставщик поставил Покупателю товары по адресу торговой точки: <адрес>, кв. бар «Добра Значка» на общую сумму в размере 305 969 руб.

Согласно представленному истцом акту сверки № взаимных расчетов за период с 22.03.2017 г. по 05.07.2018 г. между ООО «ВТ» и ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» по торговой точке по адресу: <адрес>, кв. бар «Добра Значка», покупателем была произведена частичная оплата поставленных товаров на сумму 279 334 руб.

Надлежащие доказательства оплаты полученной от поставщика продукции в полном размере, суду не представлены.

При таком положении, задолженность за поставленные товары по договору составляет 26 634 руб.

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором (ст. 329 ГК РФ).

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (ст. 330 ГК РФ).

Согласно п. 6.4 договора, отгрузка товара Покупателю осуществляется на условиях консигнации с отсрочкой оплаты до 7 (семи) календарных дней.

В соответствии с п. 7.7 договора поставки, за просрочку оплаты товара начисляется неустойка в размере 0,2 % за каждый день просрочки.

Из материалов дела следует, что последняя партия товара была поставлена 20.01.2018 г., соответственно, срок оплаты товара, поставленного 20.01.2018 г. истек 27.01.2018 г., т.е. период просрочки составил 285 дней.

Из представленного истцом расчета следует, что сумма неустойки за период с 09.11.20.2018 г. по 28.01.2019 г. равна 15 181 руб. При этом, расчет неустойки, произведенный истцом, сомнений у суда не вызывает.

Согласно п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может быть ограниченна. Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства. Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ). При этом день фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета неустойки.

Таким образом, учитывая положения ст. 330 ГК РФ, п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» и п. 7.7 Договора поставки №П526/15 от 21.03.2017 г., суд приходит к выводу о том, что с покупателя подлежит взысканию неустойка за просрочку оплаты товаров с суммы задолженности равной 26 634 руб. по день фактической оплаты задолженности из расчета 0,2 % в день, начиная со дня, следующего за днем вынесения судом решения.

Если иное не установлено договором поставки, покупатель (получатель) обязан возвратить поставщику многооборотную тару и средства пакетирования, в которых поступил товар, в порядке и в сроки, установленные законом, иными правовыми актами, принятыми в соответствии с ними обязательными правилами или договором.

Прочая тара, а также упаковка товара подлежат возврату поставщику лишь в случаях, предусмотренных договором (ст. 517 ГК РФ).

Так же, из материалов дела видно, что по Договору поставки за покупателем сформировалась задолженность по многооборотной таре, по торговой точке по адресу: <адрес>, бар «Добра Значка»: кега 50 л. металл, 4 шт., стоимость за 1 штуку 5 000 руб., общая стоимость 20 000 руб.; кега 20 л. металл, 3 шт., стоимость за 1 штуку 4 000 руб., общая стоимость 12 000 руб.; кега 30 л. Маркс, 1 шт., стоимостью 6 000 руб.; Баллон газовый, 1 шт., стоимостью 4 000 руб.

Согласно п. 4.1 договора, Поставщик отпускает продукцию разливное пиво - в многооборотной таре (металлических необрезиненных кегах) емкостью 20 л., 30 л. и (или) 50 л., принадлежащей Поставщику и углекислоту (заправка газового баллона) в газовых баллонах, при условии обязательного возврата Покупателем Поставщику тары.

Согласно п. 4.2 договора поставки, получив товар в металлических необрезиненных кегах и газовых баллонах (далее - тара), Покупатель несет полную материальную ответственность за ее сохранность, и в случае утраты или нанесении вреда, возмещает ее стоимость в тройном размере.

Движение тары отражается в товарных накладных на поставку товара (с отражением количества - передано, возвращено, наименований, даты). В связи с чем, Покупатель обязан выплатить сумму в размере 126 000 руб.

Согласно положениям ст. 606 ГК РФ, по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

При прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения. В случае, когда за несвоевременный возврат арендованного имущества договором предусмотрена неустойка, убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки, если иное не предусмотрено договором (ст. 622).

Также судом установлено, что 21.03.2017 г. между ООО «ВТ» (Арендодатель) и ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» (Арендатор) был заключен Договор аренды оборудования № А526/15, согласно которому Арендатор обязуется реализовывать с каждого переданного в аренду комплекта оборудования для розлива не менее 1 000 литров пива Арендодателя в месяц.

Однако, в нарушение условий договора, данное требование арендатором не исполнялось, при этом, доказательств обратного суду не представлено, в связи с чем, суд полагает, что в данном случае, имеет место быть существенное нарушение положений договоров.

Досрочное расторжение настоящего Договора возможно либо по соглашению сторон, либо в одностороннем порядке в случае существенного нарушения одной из сторон положений данного Договора (п. 6.3 Договора).

Из материалов дела следует, что вышеназванный договор был досрочно расторгнут в одностороннем порядке стороной истца 15.05.2018 г. (уведомление о расторжении было направлено 27.04.2018 г.).

В соответствии с п. 2.1.5 договора, возврат оборудования производится в 3-хдневный срок с даты расторжения договора, то есть, не позднее 18.05.2018 г. Однако, доказательств возвращения оборудования, в частности: головка заборная тип А, 8 шт., общей стоимостью 20 000 руб.; колонна метал. 2х пот. «Призма-2», 3 шт., общей стоимостью 18 000 руб.; колонна метал. 2х пот. «Призма-Г», 1 шт., общей стоимостью 6 000 руб.; охладитель «Буран» ОН-4, 4-х пот., 1 шт., стоимостью 30 000 руб.; охладитель «Сибирь», 4-х пот., 1 шт., стоимостью 30 000 руб.; редуктор углекислотный, 1 шт., стоимостью 3 000 руб.; рекламный материал БАНЕР большой, 1 шт., стоимостью 5 000 руб.; тройник метал. Y, 14 шт., общей стоимостью 2 100 руб.; устройство беспенного разлива «ПЕГАС» ecotap, 6 шт., общей стоимостью 18 000 руб.; устройство беспенного разлива пива «ПЕГАС», 2 шт., общей стоимостью 12 000 руб.; общей стоимостью невозвращенного оборудования в размере 144 100 руб., суду не представлено.

Согласно п. 4.8 Договора, при невозвращении оборудования в установленный срок Арендодатель вправе, по своему усмотрению: изъять оборудование, истребовать оборудование из чужого незаконного владения, либо потребовать возмещения залоговой стоимости переданного оборудования в двойном размере.

Таким образом, Арендатор обязан возместить Арендодателю стоимость невозвращенного арендованного оборудования в размере 288 200 руб.

Вместе с тем, судом установлено, что 28.01.2019 г. в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности юридического лица ООО «КОНСУЛ ПЛЮС», в связи с исключением из ЕГРЮЛ ООО «КОНСУЛ ПЛЮС», как недействующего юридического лица (л.д. 13-19).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, руководителем и единственным учредителем ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» являлся ответчик ФИО1

Положениями статьи 399 ГК РФ предусмотрено, что до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Согласно п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Субсидиарная ответственность для указанного выше лица является одной из мер обеспечения надлежащего исполнения возложенной на него законом обязанности. Причем не имеет значения, умышленно бездействует руководитель или нет.

В соответствии со ст. 419 ГК РФ, обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 61 ГК РФ, юридическое лицо может быть ликвидировано по решению его учредителей (участников) либо органа юридического лица, уполномоченного на то учредительными документами, в том числе в связи с истечением срока, на который создано юридическое лицо, с достижением цели, ради которой оно создано.

По смыслу ст. 63 ГК РФ, ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в единый государственный реестр юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора, на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В соответствии с п. п. 2, 3 ст. 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В силу указанных выше правовых норм и разъяснений суд полагает, что под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

По смыслу положения п. 3.1 ст. 3 Федерального закона об ООО, учредитель (участник), лицо, действующее без доверенности от имени юридического лица, могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, в случае совершения недобросовестных или неразумных действия, в результате которых общество, исключенное из ЕГРЮЛ, не исполнило свои обязательства.

В соответствии с п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Проанализировав обстоятельства дела и представленные доказательства, суд приходит к выводу, что ФИО1, являясь на момент заключения с ООО «ВТ» Договора поставки №П526/15 от 21.03.2017г. и Договора аренды №А526/15 от 21.03.2017г. единственным учредителем и директором ООО «КОНСУЛ ПЛЮС», как контролирующее это Общество лицо, на основании положений п. 3.1 ст. 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», несет субсидиарную ответственность по обязательствам этого Общества, поскольку ФИО1, будучи учредителем и руководителем ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» должен был знать о наличии у Общества непогашенных обязательств перед ООО «ВТ». Однако, он не предпринял никаких действий к погашению задолженности, в т.ч. не принял действий к прекращению либо отмене процедуры исключения ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» из ЕГРЮЛ. В связи с этим, по мнению суда, недобросовестность и неразумность действий руководителя ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» подтверждается материалами дела.

Кроме того, суд отмечает, что исключение ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» из ЕГРЮЛ по решению налогового органа произошло вследствие фактического прекращения юридическим лицом деятельности, что следует из выписки из ЕГРЮЛ. Вместе с тем, генеральный директор ООО «КОНСУЛ ПЛЮС», как должностное лицо общества, ответственное за ведение бухгалтерского и налогового учета, а также за своевременное предоставление отчетности, действуя разумно и добросовестно, не мог не знать о непредставлении необходимых документов в налоговые органы. Суд полагает, что непредставление налоговой и бухгалтерской отчетности относится либо к неразумным, либо к недобросовестным действиям; в ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.

В силу указанных выше правовых норм действия руководителя ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» ФИО1 противоречат основной цели деятельности организации.

Суд полагает, что действия генерального директора и учредителя, повлекшие исключение ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, лишили ООО «ВТ» возможности взыскать задолженность с ООО «КОНСУЛ ПЛЮС», в порядке, установленном законодательством РФ.

Кроме того, в соответствии со ст. 2, п. п. 1, 2 ст. 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности (неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное) и (или) признакам недостаточности имущества (недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника), в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обязательств.

Однако, вышеуказанных действий генеральным директором ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» ФИО1 совершено не было.

Вместе с тем, доказательства отсутствия своей вины в связи с неисполнением договорных обязательств ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» перед ООО «ВТ», ответчиком в суд не представлено, в то же время суд считает, что перечисленными выше материалами дела, напротив, подтверждается недобросовестность поведения ФИО1

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения заявленных ООО «ВТ» требований и взыскания в его пользу с ответчика ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности вышеназванные суммы по Договору поставки № от 21.03.2017 г. и Договору аренды № от 21.03.2017 г.

По вышеуказанным основаниям доводы представителя ответчика - дежурного адвоката об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика по обязательствам ООО «КОНСУЛ ПЛЮС», подлежат отклонению, как несостоятельные.

Также нельзя признать обоснованными доводы представителя ответчика о том, что п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» неприменим к спорным правоотношениям, поскольку, как он полагает, что данная норма введена с 27.07.2017 г., а договорные обязательства возникли 21.03.2017 г.

Пункт 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» введен Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», действует с 28.06.2017 г.

Пунктами 1, 2 ст. 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» предусмотрено, что юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом. При наличии одновременно всех указанных в п. 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - решение о предстоящем исключении). Решение о предстоящем исключении не принимается при наличии у регистрирующего органа сведений, предусмотренных пп. «и» п. 1 ст. 5 настоящего Федерального закона.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Из материалов дела следует, что решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ налоговым органом принято 08.10.2018 г., прекращено юридическое лицо (исключение из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица) - 28.01.2019 г. (л.д. 18).

Таким образом, вышеназванная норма закона действовала на момент возникновения обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Ссылка представителя ответчика - дежурного адвоката на то, что спорные правоотношения подведомственны арбитражному суду, отклоняются судом, по следующим основаниям.

На основании положений ч. 3 ст. 22 ГПК РФ, суды рассматривают и разрешают дела, предусмотренные частями первой и второй настоящей статьи, за исключением экономических споров и других дел, отнесенных федеральным конституционным законом и федеральным законом к ведению арбитражных судов.

В силу ч.ч. 1-3 ст. 27 АПК РФ, арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке, а в случаях, предусмотренных Кодексом и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя.

К подведомственности арбитражных судов федеральным законом могут быть отнесены и иные дела.

Согласно ст. 28 АПК РФ, арбитражные суды рассматривают в порядке искового производства, возникающие из гражданских правоотношений экономические споры и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, другими организациями и гражданами.

Пунктом 1 статьи 21.1. Закона о регистрации предусмотрено, что юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Согласно п. 2 ст. 21.1. Закона о регистрации, при наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что прекращение деятельности ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» производилось по инициативе регистрирующего органа.

На основании пункта 3.1. статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Положениями статьи 53.1 ГК РФ закреплено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Действующее арбитражное процессуальное законодательство содержит исчерпывающий перечень лиц, которые могут быть привлечены к субсидиарной ответственности при осуществлении процедур, установленных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и только в отношении определенного круга юридических лиц. Иные споры о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, указанных в ст. 53.1 ГК РФ и п. 3.1. ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, должны разрешаться по правилам процессуального законодательства, исходя из субъектного состава сторон спора.

Материалами дела подтверждается, что лицом, уполномоченным выступать от имени ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» являлся ФИО1, т.е. физическое лицо. Процедура банкротства в отношении ООО «КОНСУЛ ПЛЮС» не возбуждалась. Следовательно, требования к руководителю и участнику недействующего юридического лица - физическому лицу - могут быть предъявлены только по правилам статьи 22 ГПК РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 98, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ООО «ВТ» - удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 ФИО9 в пользу ООО «ВТ» в порядке субсидиарной ответственности задолженность по Договору поставки № от 21.03.2017 г. в размере 26634 руб.; в соответствии со ст. 330 ГК РФ и п. 7.7 Договор поставки № от 21.03.2017 г. неустойку за несвоевременную оплату товара с суммы задолженности 26 634 руб. из расчета 0,2 % за каждый день просрочки, начиная с 28.01.2018 г. по 09.11.2018 г. в размере 15 181 руб.; в соответствии со ст. 330 ГК РФ, с учетом разъяснений п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7, п. 7.7 Договора поставки № от 21.03.2017 г. неустойку по день фактического исполнения обязательства из расчета 0,2 % в день за каждый день просрочки, начиная со дня, следующего за днем вынесения решения судом; стоимость удерживаемой многооборотной тары в тройном размере в сумме 126 000 руб.; в соответствии с п. 4.8 Договора № от 21.03.2017 г. стоимость невозвращенного оборудования в двойном размере в сумме 288 200 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца, с момента вынесения решения в окончательной форме, в Самарский областной суд через Автозаводский районный суд г. Тольятти.

В окончательной форме решение изготовлено 15.07.2019 г.

Судья /подпись/

Копия верна

Судья Е.В. Хлыстова

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>