Апелляционное определение № 33-1046/2026 от 31 марта 2026 г.

КИРОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 01 апреля 2026 года по делу № 33-1046/2026

Судья Костин А.В.

№ 2-33/2025

43RS0026-01-2024-002045-78

Судебная коллегия по гражданским делам Кировского областного суда в составе председательствующего судьи Комаровой Л.В.,

судей Прыткова А.А., Шалагинова А.В.,

при секретаре Кропачевой В.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кирове с использованием системы видеоконференцсвязи дело по апелляционной жалобе А.Ф.В. на решение Омутнинского районного суда Кировской области от 14.01.2025 по гражданскому делу по иску прокурора Омутнинского района в интересах М.Ч.Г. к А.Ф.В. о взыскании компенсации морального вреда, и по встречному иску А.Ф.В. к М.Ч.Г. о защите чести, достоинства и репутации, взыскании компенсации морального вреда, которым постановлено:

Иск прокурора Омутнинского района удовлетворить частично;

Взыскать с А.Ф.В. (паспорт №) в пользу М.Ч.Г. (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 80000 рублей; в удовлетворении остальной части иска отказать;

Взыскать с А.Ф.В. в бюджет муниципального образования Омутнинский муниципальный район Кировской области государственную пошлину в размере 4000 рублей;

Отказать А.Ф.В. в удовлетворении встречного иска.

Заслушав доклад судьи Кировского областного суда Комаровой Л.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Прокурор Омутнинского района обратился в суд в интересах М.Ч.Г. с иском к А.Ф.В. о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование указал, что 25.10.2024 в прокуратуру района обратился пенсионер М.Ч.Г. по вопросам оказания помощи в компенсации морального вреда. Оскорбления высказаны А.Ф.В. в адрес М.Ч.Г. 06.04.2024 около 15 часов возле дома <адрес>. Согласно заключению эксперта, в высказываниях А.Ф.В. в адрес М.Ч.Г. содержатся унизительная оценка лица и неприличные формы выражения. М.Ч.Г. от высказанных А.Ф.В. в его адрес оскорблений испытал нравственные страдания, унижены его честь и достоинство. Просил взыскать с А.Ф.В. в пользу М.Ч.Г. компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

Не согласившись с требованиями прокурора, А.Ф.В. обратился с встречным иском о компенсации морального вреда. В обоснование указал, что среди ограниченного круга лиц М.Ч.Г. распространял недостоверные сведения, порочащие честь А.Ф.В. путем принижения его достоинства, т.к. слова, названные М.Ч.Г. в качестве оскорбительных для него, не входят в лексикон А.Ф.В. при его общении с людьми, и в их отношении он данных слов не произносил. Сведения о том, что он произносил указанные слова, являются несоответствующими действительности. Требование о возмещении морального вреда основано на переживаниях истца о своей безопасности, чистоте чести и репутации в результате распространения М.Ч.Г. сведений, не соответствующих действительности, т.к. данные сведения распространялись, в т.ч. в органы правопорядка, судебные органы, в связи с чем он мог быть привлечен к ответственности на основании надуманных оснований. Нравственные страдания выразились в том, что А.Ф.В. испытывал гнев на распространителя недостоверных сведений М.Ч.Г. от бессилия исправить сложившуюся ситуацию незамедлительно, стыд от осознания того, что люди полагают, что А.Ф.В. на такое способен, подавленность, отчаяние. Также он испытывал физические страдания – длящееся чувство физиологического дискомфорта, нарушение сна, в связи с чем 08.11.2024 после получения искового заявления прокурора обратился за медицинской помощью, которая оказана станцией скорой медицинской помощи. В результате А.Ф.В. причинён моральный вред. Просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. с М.Ч.Г., а также обязать М.Ч.Г. опровергнуть сведения, порочащие его честь, достоинство и репутацию, оповестив лиц и организации, в которых М.Ч.Г. распространил указанные сведения, путём направления в организации письменного уведомления (МО МВД России «Омутнинский»), а лицам (Ш.М.А., сыну и жене М.Ч.Г. и другим) сообщил в присутствии А.Ф.В.

Судом постановлено решение, резолютивная часть которого приведена выше.

На решение суда ответчик (истец по встречному иску) А.Ф.В. подал апелляционную жалобу и дополнения к ней. В обоснование указал, что слова, названные ответчиком в качестве оскорбительных для него, не входят в лексикон А.Ф.В. при общении с людьми. Данных слов он не произносил. Считает, что со стороны истца и свидетелей имеет место лжесвидетельство и оговор. Произношение слова «азербайджанец» не отрицает. Считает, что суд не должен был прекращать судебное разбирательство, не дав ему возможность предоставить видеозапись события, из которой следует, что оскорбительных слов в адрес истца он не произносил. Не согласен с выводом суда о том, что слово «азербайджанец» он произнес в негативном ключе, поскольку это противоречит выводам эксперта ФБУ «Кировская лаборатория судебных экспертиз МЮ РФ». Также указал, что суд не приводит критерии, по которым он пришел к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 80000 руб., следовательно, лишил его права оспаривать данный вывод суда. Просит решение суда отменить, принять по делу новое решение которым удовлетворить требования встречного иска, в отношении выступающих по делу свидетелей М.А.В., Ш.А.А., П.Т.В., Ш.М.А. передать материалы в компетентные органы расследования для привлечения их за совершенное ими преступление (лжесвидетельство) против правосудия к уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ за заведомо ложные показания.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Омутнинского района Кировской области указал на необоснованность изложенных в ней доводов. Считает, что само по себе обращение гражданина в прокуратуру с целью провести проверку по факту нарушения законов РФ не может быть признано клеветой и являться основанием для привлечения заявителя к ответственности. Просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционным определением Кировского областного суда от 28.08.2025 решение Омутнинского районного суда Кировской области от 14.01.2025 отменено, принято новое решение. В удовлетворении исковых требований прокурора Омутнинского района Кировской области, заявленных в интересах М.Ч.Г., к А.Ф.В. о взыскании компенсации морального вреда отказано. Встречные исковые требования А.Ф.В. к М.Ч.Г. о защите чести, достоинства, репутации, и взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично. С М.Ч.Г. в пользу А.Ф.В. взыскана компенсация морального вреда в размере 15000 руб., а также на М.Ч.Г. возложена обязанность опровергнуть устно сведения порочащие честь, достоинство и репутацию А.Ф.В. в присутствии М.А.В., Ш.М.А., Ш.А.А., П.Т.В., Ф.Е.Л., а также в присутствии А.Ф.В. В удовлетворении остальной части встречного иска А.Ф.В. отказано.

На апелляционное определение Кировского областного суда от 28.08.2025 поступила кассационная жалоба третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, МО МВД России «Омутнинский». В обоснование указано, что факт высказывания 06.04.2024 оскорблений А.Ф.В. в адрес М.Ч.Г. подтвержден показаниями свидетелей. На представленной А.Ф.В. видеозаписи содержатся сведения о высказывании оскорблений в адрес М.Ч.Г. по национальному признаку, от которых истец испытывал нравственные страдания. Судом апелляционной инстанции необоснованно принято новое доказательство – диск с видеозаписью.

Не согласившись с апелляционным определением Кировского областного суда от 28.08.2025, прокурор области также обратился с кассационным представлением, в котором указал, что апелляционное определение Кировского областного суда подлежит отмене, поскольку не дана надлежащая оценка показаниям свидетелей, видеозаписи, приобщенной А.Ф.В.

Определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 20.01.2026 апелляционное определение Кировского областного суда от 28.08.2025 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. В обоснование указано, что, принимая новое доказательство от А.Ф.В., суд апелляционной инстанции не дал оценки тому, мог ли разговор сторон начаться с фразы А.Ф.В., в то время как обе стороны говорили, что разговор начат М.Ч.Г., и мог ли А.Ф.В., который чистил снег, производить видеосъемку с первой секунды разговора. Кроме того, в любом случае сам по себе вывод суда о том, что А.Ф.В. не высказывал оскорблений в адрес М.Ч.Г., не может являться основанием для удовлетворения встречного требования.

После поступления дела из Шестого КСОЮ от А.Ф.В. поступили дополнения к апелляционной жалобе, в которых содержатся доводы о невозможности наступления событий, о которых заявляет прокурор в интересах М.Ч.Г., что подтверждает детализация видеозаписи.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции апеллянт - ответчик (истец по встречному иску) А.Ф.В. настаивал на доводах апелляционной жалобы и уточнениях (дополнениях) к ней. Полагал, что видеозапись обоснованно принята и положена ранее судом апелляционной инстанции в основу судебного акта, поскольку суд первой инстанции необоснованно лишил его права на предоставление доказательств. В ходатайстве, адресованном суду первой инстанции, А.Ф.В. заявлял об отложении судебного заседания в целях предоставления доказательства, однако суд отказал в этом ходатайстве, чем нарушил право А.Ф.В. Относительно причинения морального вреда непосредственно А.Ф.В. полагал, что имеются основания для его возмещения, поскольку М.Ч.Г. сообщил недостоверные сведения, порочащие честь, достоинство и репутацию А.Ф.В., как в открытом судебном заседании, на котором присутствовал в т.ч. сын М.Ч.Г., так и вне процесса, а также при обращении в правоохранительные органы и органы прокуратуры. Относительно событий 06.04.2024 пояснил, что в этот день около 15 час. разбрасывал снег, увидел, что из дома вышли М.Ч.Г. и М.А.В., понимая, что М.Ч.Г. идет к нему, включил видеозапись на своем телефоне. Непродолжительное время держал телефон в руках, а затем закрепил его в снегу и продолжил разбрасывать снег. В это время велась видеозапись. Судебной экспертизой подтверждено, что какого-либо монтажа видеозапись не имеет.

Материальный истец (ответчик по встречному иску) М.Ч.Г. в суде апелляционной инстанции настаивал, что 06.04.2024 около 15 час. А.Ф.В. в его адрес произнес выражения, носящие оскорбительный характер, посягающие на честь и достоинство истца. Перечень таких выражений приложен М.Ч.Г. к объяснениям, данным в прокуратуре. Относительно последовательности событий, произошедших 06.04.2024 пояснил, что в этот день около 15 час. к нему домой пришел М.А.В. и сказал, что А.Ф.В. кидает снег на дорогу. Вместе с М.А.В. М.Ч.Г. вышел на улицу, где уже находился А.Ф.В. М.А.В. остался стоять у дома, а М.Ч.Г. подошел к А.Ф.В. Разговор между ним и А.Ф.В. начался со слов М.Ч.Г.: «Ты зачем на дорогу кидаешь», на которые А.Ф.В. ответил: «А куда мне его кидать». Далее в разговоре М.Ч.Г. призывал А.Ф.В. к совести. Затем к ним подошел М.А.В., а после Ш.А.А. В это время А.Ф.В. и произнес выражения, которые указаны М.Ч.Г. в приложении к объяснениям. Возражал относительно приобщения приобщенной в ходе предыдущего апелляционного рассмотрения доказательства - видеозаписи, поскольку полагал, что А.Ф.В. имел возможность приобщить ее в суде первой инстанции.

Представитель процессуального истца прокурор Н.И.В. в суде апелляционной инстанции полагала, что основания для удовлетворения доводов апелляционной жалобы А.Ф.В. отсутствуют. Настаивала, что несмотря на представленную ответчиком видеозапись, требования прокурора подтверждены показаниями свидетелей, а также определением по делу об административном правонарушении в отношении А.Ф.В., производство по которому прекращено по истечению срока давности привлечения к административной ответственности, т.е. по нереабилитирующим основаниям. Пояснила, что основанием иска прокурора являются выражения А.Ф.В., указанные М.Ч.Г. в приложении к объяснениям, которые он дал в прокуратуре Омутнинского района.

Представитель третьего лица – МО МВД России «Омутнинский» в судебное заседание не явился. Уведомлен своевременно и надлежащим образом. Причины неявки неизвестны.

Заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность решения по доводам жалобы с учетом уточнений и дополнений, судебная коллегия приходит к следующему.

Реализация конституционных прав, направленных на защиту нематериальных благ, таких как честь, достоинство, репутация, доброе имя осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 12, пунктом 5 статьи 19, статьями 150, 152, 1099 и 1100, пунктом 3 статьи 1251, пунктом 2 статьи 1266 Гражданского кодекса РФ.

Требования об их защите сроком давности не ограничены (статья 208 Гражданского кодекса РФ), исключение из этого правила установлено в пункте 10 статьи 152 Гражданского кодекса РФ в отношении сведений о гражданине, распространенных в средствах массовой информации.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 152 Гражданского кодекса РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (пункт 9 статьи 152 Гражданского кодекса РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» разъяснено, что право граждан на защиту чести, достоинства и деловой репутации является их конституционным правом, а деловая репутация юридических лиц - одним из условий их успешной деятельности. В силу статьи 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Принимая во внимание эти конституционные положения, суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией РФ правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции РФ), с другой.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 разъяснено, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В абзаце первом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.

В семнадцатом абзаце преамбулы Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 16.03.2016, указано, что решение об удовлетворении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации выносится судом в случае установления совокупности трех условий: сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности. При этом заявитель обязан доказывать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, и порочащий характер этих сведений. На ответчика же возложена обязанность доказать, что распространенные им сведения соответствуют действительности.

Отсутствие хотя бы одного обстоятельства из обязательной совокупности условий для удовлетворения иска (сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности) является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований (пункт 4 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 г.).

Лицо, распространившее те или иные сведения, освобождается от ответственности, если докажет, что такие сведения в целом соответствуют действительности. При этом не требуется доказывать соответствие действительности каждого отдельно взятого слова или фразы в оспариваемом высказывании. Ответчик обязан доказать соответствие действительности оспариваемых высказываний с учетом буквального значения слов в тексте сообщения. Установление того, какие утверждения являются ключевыми, осуществляется судом при оценке сведений в целом (пункт 7 Обзора практики рассмотрения судами дел о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016).

Следовательно, исходя из бремени доказывания, именно прокурор и М.Ч.Г. обязаны были доказать суду первой инстанции факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, и порочащий характер этих сведений.

Между тем, вопреки бремени доказывания, такие доказательства не представлены исковой стороной суду первой инстанции, а представленные доказательства опровергнуты при апелляционном рассмотрении дела.

Как следует из материалов дела, 06.04.2024 в МО МВД России «Омутнинский» обратился М.Ч.Г. с заявлением, в котором просил привлечь к ответственности (уголовной, административной) соседа А.Ф.В. за разжигание межнациональности (т.1 л.д.17).

06.04.2024 в связи с поступившим обращением и проведением проверки сотрудником полиции с М.Ч.Г. получено объяснение, из которого следует, что в дневное время 06.04.2024 М.Ч.Г. вышел и увидел как А.Ф.В., имеющий в собственности участок рядом с домом М.Ч.Г., кидает снег на прилегающую дорогу, тем самым мешая проходу и проезду транспорта. М.Ч.Г. подошел к А.Ф.В. и спросил, для чего он это делает, на что А.Ф.В. ответил нецензурной бранью. После чего между ними произошел словесный конфликт, в т.ч. А.Ф.В. высказался про национальность М.Ч.Г. в грубой форме, что задело его честь и достоинство. Просил привлечь А.Ф.В. к ответственности за унижение достоинства М.Ч.Г., высказывания о его национальности и порчу дороги. Согласно объяснениям М.Ч.Г. при данной ситуации присутствовали М.А.В., его дочь Ш.А.В. и соседка П.Т.В., которые могут подтвердить произошедшее (т.1 л.д.18). Выражений, являющихся основанием иска прокурора, при получении от М.Ч.Г. первоначальных объяснений не содержится.

Дополнительно опрошенный 16.04.2024 М.Ч.Г. пояснял, что все оскорбления А.Ф.В. были связаны с национальностью М.Ч.Г., а также он привязал к его национальности другие национальности (т.1 л.д.23-24).

В ходе проверки органами полиции 06.04.2024 опрошен М.А.В., согласно объяснениям которого, 06.04.2024 он увидел из окна, как гражданин А.Ф.В. бросает снег прямо на дорогу, решил сказать об этом М.Ч.Г., который проживает рядом. После чего вместе с М.Ч.Г. вышли на улицу и решили спросить А.Ф.В. для чего он это делает, на что получили от него грубый ответ в виде нецензурной брани, в т.ч. слышал, как А.Ф.В. упомянул национальность М.Ч.Г. в грубой форме (т. 1 л.д.19).

16.04.2024 в дополнительных объяснениях М.А.В. пояснил, что А.Ф.В. оскорблял М.Ч.Г. «матом», все оскорбления со стороны А.Ф.В. были по признаку национальной принадлежности М.Ч.Г. (т.1 л.д.22).

25.06.2024 М.А.В. вновь дал объяснения в органах полиции, где дополнительно пояснил, что в ходе конфликта 06.04.2024 между А.Ф.В. и М.Ч.Г. слышал, что А.Ф.В. ругался на М.Ч.Г. «матом» для связки слов, какой именно был «мат» М.А.Ф. не понимал и толком не слышал.

Объяснения М.А.В. как 06.04.2024, так и 16.04.2024, а также 25.06.2024 выражений, указанных в качестве основания иска прокурора, не содержат. Более того, непосредственно М.А.В. заявлял, что какой именно был «мат» не понимал и толком не слышал.

Опрошенная 25.06.2024 Ш.А.А. пояснила, что 06.04.2024 шла на работу через <адрес>, где стоял А.Ф.В. и откидывал снег на дорогу. В это время увидела конфликт между А.Ф.В. и М.Ч.Г., а также сообщила какие выражения А.Ф.В. высказывал в ходе конфликта, среди которых слов, указанных в иске прокурора не содержится (т.1 л.д.26).

Свидетель П.Т.В., будучи опрошенная 25.06.2024 в МО МВД России «Омутнинский», также поясняла, что 06.04.2024 слышала конфликт между А.Ф.В. и М.Ч.Г., в ходе которого слышала, как А.Ф.В. называл М.Ч.Г. А.Ф.В. ругался «матом» для связки слов, но открыто не матерился. Также дала пояснения, после каких слов А.Ф.В. закончился конфликт и его длительность (т. 1л.д.28-29).

Определением заместителя начальника ОУУП и ПДН МО МВД России «Омутнинский» от 09.09.2024 в возбуждении дела об административном правонарушении по ч. 1 ст. 20.1 КоАП РФ в отношении А.Ф.В. отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Должностное лицо пришло к выводу о том, что используемая А.Ф.В. ненормативная лексика адресована в адрес М.Ч.Г., а не в качестве общих фраз в ходе конфликта, и действия А.Ф.В. следует квалифицировать по ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ.

Определением заместителя прокурора Омутнинского района от 25.10.2024 в возбуждении дела об административном правонарушении по ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ в отношении А.Ф.В. отказано на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, - в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

25.10.2024 М.Ч.Г. обратился в органы прокуратуры для защиты его личных неимущественных прав в отношении А.Ф.В. (т.1 л.д.7).

Согласно объяснениям М.Ч.Г., данным прокурору, 06.04.2024 около 15 часов около <адрес> А.Ф.В. публично в присутствии свидетелей (М.А.В., Ш.А.А., П.Т.В., Ш.М.А.) высказал в его адрес фразы (оскорбления) в нецензурной (неприличной) форме, противоречащей установленным правилам поведения и требованиям общечеловеческой морали, которые унизили его честь и достоинство. Он А.Ф.В. не оскорблял и на конфликт не провоцировал (т.1 л.д.8-10).

В ходе проверки, проведенной органами прокуратуры, Ш.А.А. (т.1 л.д.47-48), М.А.В. (т.1 л.д.50-51), Ш.М.А. (т. 1 л.д.53-54) и П.Т.В. (т. 1 л.д.56-57) дали объяснения аналогичного содержания. В приложении к объяснениям каждым из указанных лиц сообщены фразы, которые А.Ф.В., по их мнению, высказал в адрес М.Ч.Г. Содержание данных объяснений отличалось от первоначальных объяснений указанных лиц, данных ими в органах полиции.

Допрошенные в суде первой инстанции свидетели М.А.В., Ш.М.А., Ш.А.А., П.Т.В. поясняли, что 06.04.2024 около 15 часов возле <адрес> А.Ф.В. кидал снег от гаража на дорогу, М.Ч.Г. вышел и сказал ему, чтобы он не кидал снег на дорогу, поскольку машины, в т.ч. скорая медицинская помощь, не смогут проехать. А.Ф.В. стал высказывать в адрес М.Ч.Г. оскорбительные выражения, которые указаны ими в приложении к письменным объяснениям, данным прокурору. Сам М.Ч.Г. во время конфликта А.Ф.В. не оскорблял.

Данные пояснения относительно места, времени, состава участников, своих действий свидетели М.А.В. и Ш.А.А. подтвердили и суду апелляционной инстанции при первом апелляционном рассмотрении.

Между тем, в суде первой инстанции А.Ф.В. заявлял о том, что у него имеется видеозапись состоявшегося 06.04.2024 в 15 часов события, и он готов ее представить суду, предлагал М.Ч.Г. забрать исковое заявление и забыть о ссоре, прекратить в отношении него противоправные действия, на что согласия не получил. В доказательство своих слов о наличии у него такой видеозаписи и отсутствия оскорблений в адрес М.Ч.Г., А.Ф.В. представил суду часть видеозаписи, которая принята и исследована судом (просмотрена) в судебном заседании 10.12.2024 (т.1 л.д. 133,134).

В ходе первого апелляционного рассмотрения дела А.Ф.В. представлен диск с видеозаписью произошедшего 06.04.2024 события, которая принята судебной коллегией и приобщена к материалам дела в качестве доказательства, о чем вынесено протокольное определение.

При исследовании данной видеозаписи при первом апелляционном рассмотрении, слов, указанных М.Ч.Г., а также свидетелями Ш.А.А., М.А.В., Ш.М.А. и П.Т.В. в органах прокуратуры и суде первой инстанции, якобы произнесенных первоначальным ответчиком А.Ф.В., судебной коллегией не установлено (диск с записью, т.2 л.д. 26).

Однако допрошенный 11.06.2025 в судебном заседании суда апелляционной инстанции М.Ч.Г., а также свидетели М.А.В. и Ш.А.А. подтвердили, что на диске записано событие, произошедшее 06.04.2024, но полагали, что данная видеозапись представлена не в полном объеме и имеет нарезки, а слова, произнесенные сторонами на видеозаписи, не соответствуют действительности, т.е. запись перемонтирована.

В целях соблюдения прав участников процесса, для установления подлинности и аутентичности (выявления либо исключения признаков монтажа) представленного А.Ф.В. доказательства, определением судебной коллегии от 11.06.2025 по ходатайству А.Ф.В. назначена судебная видеотехническая экспертиза, производство которой поручено ФБУ «Кировская лаборатория судебной экспертизы».

Из заключения эксперта ФБУ «Кировская лаборатория судебной экспертизы» от 18.07.2025 № следует, что на представленной видеозаписи события, состоявшегося 06.04.2024 около 15 часов, признаки монтажа и других изменений, внесенные в процессе записи или после ее окончания отсутствуют. Исследованием видеофонограммы, содержащейся в файле, установлено соответствие изображений зафиксированных на видеограмме, тем акустическим событиям, которые зафиксированы на фонограмме. Признаков перекодировки, добавления и/или изъятия части видеофонограммы, микширования, компоузинга, изменения какой-либо линейной последовательности видеофонограммы не установлено.

Оснований не доверять выводам эксперта у судебной коллегии при настоящем рассмотрении дела не имеется, поскольку данное заключение соответствует требованиям, предъявляемым к заключению эксперта, предусмотренным ст. 86 ГПК РФ и ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», заключение является полным, противоречий не содержит, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Стороны выводы судебной экспертизы не оспаривали.

Данное доказательство признается судом апелляционной инстанции относимым и допустимым доказательством по делу, положено в основу настоящего судебного акта.

Содержание видеозаписи полностью опровергает как объяснения М.Ч.Г. относительно высказанных А.Ф.В. в его адрес оскорблениях, так и объяснения прокурору и показания заявленных им свидетелей, а также выводы суда первой инстанции и указывает на необоснованность судебного акта.

При этом объяснения материального истца, а также свидетелей опровергаются не только видеозаписью от 06.04.2024, приобщенной А.Ф.В. но и совокупностью иных имеющихся в деле доказательств, в частности собственными первоначальными объяснениями как М.Ч.Г., так и заявленных им свидетелей в органах полиции. Лишь в органах прокуратуры данные лица заявили об иных фактических обстоятельствах дела.

Более того, в целях проверки обстоятельств, указанных судом кассационной инстанции, 01.04.2026 судебной коллегией повторно получены объяснения участников инцидента, имевшего место 06.04.2024 между М.Ч.Г. и А.Ф.В., а также указанных М.Ч.Г. свидетелей, дополнительно изучено посекундное воспроизведение видеозаписи.

Как следует из объяснений М.Ч.Г., данных при настоящем рассмотрении дела, 06.04.2024 около 15 час. вместе с М.А.В. он вышел на улицу, где уже находился А.Ф.В., который разбрасывал снег на дорогу. М.А.В. остался стоять у дома, а М.Ч.Г. подошел к А.Ф.В. Разговор между ним и А.Ф.В. начался со слов М.Ч.Г.: «Ты зачем на дорогу кидаешь», на которые А.Ф.В. ответил: «А куда мне его кидать».

Аналогичные показания дал свидетель М.А.В., непосредственно присутствующий с самого начала и до завершения инцидента между М.Ч.Г. и А.Ф.В.

Данные объяснения и показания относительно обстоятельств начала конфликта в полной мере согласуются с объяснениями А.Ф.В., а также приобщенной и принятой ранее судом апелляционной инстанции в качестве доказательства видеозаписью.

Следовательно, до начала видеозаписи, осуществленной А.Ф.В., М.Ч.Г. лишь начал разговор, а затем разговор между ними продолжился и зафиксирован видеозаписью. Содержание начала разговора подтверждено каждой из сторон конфликта и не оспаривается. До начала разговора между сторонами в непосредственной близости от них находился лишь М.А.В., который также подтвердил последовательность начала общения каждой из сторон.

Судебная коллегия приходит к выводу, что А.Ф.В. имел возможность осуществить данную видеозапись, зафиксировав телефон, что прослеживается из непосредственного изучения видеозаписи, а затем мог продолжить разговор с М.Ч.Г., одновременно разбрасывая снег.

Представленная А.Ф.В. видеозапись спорного события, произошедшего около 15 часов 06.04.2024 около <адрес>, соответствует по месту, дате, времени и последовательности действий, зафиксированных на записи лиц с показаниями данных лиц, имеющимися в материалах гражданского дела, в виде заявлений, объяснений, обращений, показаний, данных правоохранительным органам и суду.

Видеозапись имеет законченную, происходившую в названное время картину, на которой четко зафиксировано время и последовательность появления всех участников события, начиная с М.Ч.Г., подошедшего и обратившегося с претензией к А.Ф.В. по поводу разбрасывания на дорогу снега, местоположения М.А.В., а также проходящей рядом свидетеля Ш.А.А., слышавшей разговор.

Кроме того, 01.04.2026 свидетель Ш.А.А., допрошенная в судебном заседании, дополнительно пояснила судебной коллегии, что о каких-либо иных инцидентах, в другое время или в другом месте, между сторонами ей не известно. Конфликт закончился при ней.

Вопреки объяснениям М.Ч.Г., а также показаниям свидетелей М.А.В., Ш.А.А., П.Т.В., Ш.М.А. совершенно четко на видеозаписи зафиксированы слова обращения М.Ч.Г. к А.Ф.В. по поводу разбрасывания им снега на дорогу, ответы А.Ф.В. и дальнейший разговор между сторонами, не содержащий каких-либо указанных прокурором в качестве основания иска выражений, носящих оскорбительный характер, со стороны А.Ф.В. в адрес М.Ч.Г. Оценка иных выражений А.Ф.В., зафиксированных видеозаписью, в соответствии с ч.1 ст.186 ГПК РФ не оценивалась судом первой инстанции и предметом спора не являлась, и в силу ст.327.1 ГПК РФ не подлежит оценке судом апелляционной инстанции.

Также на видеозаписи в последующем зафиксирован уход М.Ч.Г. вместе с свидетелем М.А.В. к своему дому. Уход после инцидента подтвержден как М.Ч.Г., так и М.А.В. и Ш.А.А. в суде апелляционной инстанции. Продолжительность конфликта, зафиксированная видеозаписью, согласуется с объяснениями свидетеля П.Т.В. (т.1 л.д.28-29), показаниями Ш.А.А. (т.1 л.д.128), которая уехала на работу после конфликта.

Из показаний иных свидетелей-соседей, не попавших в поле видеосъемки (Ш.М.А., П.Т.В.) следует, что они слышали конфликт – одна из огорода, другая – от своего дома.

Однако обращает внимание тот факт, что 01.04.2026, будучи допрошенной в качестве свидетеля Ш.М.А., пояснила, что не помнит, какие именно оскорбительные выражения произносил А.Ф.В. в адрес М.Ч.Г., но слова «азербайджанец» А.Ф.В. не произносил, и каким-либо животным М.Ч.Г. не называл. При этом свидетель М.А.В. в судебном заседании 10.12.2024 настаивал, что Ш.М.А. хорошо слышала весь разговор.

Для получения объективных данных относительно фиксации действительных событий происшедшего 06.04.2024 инцидента между М.Ч.Г. и А.Ф.В. судебной коллегией также исследовался вопрос получения объяснений М.А.В., Ш.А.А., Ш.Ю.А., П.Т.В. при проведении проверки процессуальным истцом.

Изучение имеющихся материалов свидетельствует, что объяснения Ш.А.А., М.А.В., П.Т.В. фактически являются копиями друг друга (т.1 л.д. 47-48, 50-51, 56-57), содержат одни и те же опечатки и словарные обороты, которые, как лично подтвердили данные свидетели, они не используют (оскорбления в нецензурной (неприличной) форме, противоречащей установленным правилам поведения и требованиям общечеловеческой морали), а свидетели М.А.В. и Ш.А.А. вовсе не смогли объяснить их лексическое значение.

Более того, как подтверждено видеозаписью, а также непосредственно свидетелем П.Т.В. в суде апелляционной инстанции, она слышала спорный конфликт, у нее дома было открыто окно, т.е. ни М.А.В., ни Ш.А.А. не могли видеть П.Т.В. Однако из объяснений свидетелей М.А.В. и Ш.А.А., данных в прокуратуре, следует, что П.Т.В. присутствовала при конфликте.

Учитывая фактические обстоятельства дела, судебная коллегия приходит к убеждению, что видеозапись события от 06.04.2024 достоверно воспроизводит события конфликта 06.04.2024 между М.Ч.Г. и А.Ф.В. и не содержит слов, на которые ссылается М.Ч.Г.

Вопреки бремени доказывания ни прокурором, ни М.Ч.Г. не предоставлено относимых и допустимых доказательств, подтверждающих факт распространения сведений А.Ф.В., оскорбляющих честь и достоинство материального истца, унижающих его. Напротив, имеющимися в деле доказательствами подтверждено отсутствие факта распространения сведений, заявленных в иске прокурором.

Слово «азербайджанец», на которое ссылается М.Ч.Г. и которое действительно звучит на видеозаписи, не может быть расценено судебной коллегией как порочащее его честь и достоинство, поскольку согласно заключению эксперта ФБУ Кировская ЛСЭ Минюста России № от 25.09.2024, в высказывании «азербайджанец» отсутствуют лингвистические признаки неприличной формы выражения. Высказывание не содержит сведений о социальной незначительности характеризуемого лица, не выражает речевого презрения по отношению к характеризуемому лицу и не унижает его. Иного суду не доказано. Выводы заключения эксперта ФБУ Кировская ЛСЭ Минюста России № от 25.09.2024 ни прокурор, ни М.Ч.Г. не оспаривали.

Объяснения М.Ч.Г., а также показания свидетелей М.А.В., Ш.А.А., П.Т.В., Ш.М.А. не подлежали признанию относимыми и допустимыми доказательствами по делу, и не доказывают факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, и порочащий характер этих сведений, поскольку они не согласуются с первоначальными объяснениями указанных лиц, данных органам полиции непосредственно после инцидента или в непосредственной временной близости от него, а также опровергаются видеозаписью.

Не доказывает факт распространения сведений и довод прокурора о подтверждении его определением заместителя прокурора Омутнинского района от 25.10.2024, которым в возбуждении дела об административном правонарушении по ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ в отношении А.Ф.В. отказано на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, - в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

Исходя из положений ст. 4.5 и п. 6 ст. 24.5 КоАП РФ, по истечении установленного срока давности вопрос о вине и административной ответственности лица, в отношении которого прекращено производство по делу, обсуждаться не может, поскольку это ухудшает положение лица, привлекаемого к ответственности.

В связи с этим обсуждение вопроса о виновности лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, по истечении установленного срока давности привлечения к административной ответственности невозможно, а, следовательно, определение прокурора не является относимым и допустимым доказательством виновности А.Ф.В. в распространении сведений в отношении М.Ч.Г..о., указанных в иске прокурора.

Каких-либо других доказательств, подтверждающих факт распространения А.Ф.В., за исключением показаний свидетелей, которые опровергнуты совокупностью иных имеющихся в деле доказательств, исковая сторона не представила ни суду первой, ни апелляционной инстанции.

Оснований для удовлетворения заявленных прокурором требований к А.Ф.В. у суда первой инстанции не имелось, в связи с чем решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении первоначального иска.

Доводы М.Ч.Г. о необоснованности принятия судом апелляционной инстанции нового доказательства – видеозаписи не являются основанием к отказу в удовлетворении апелляционной жалобы А.Ф.В. в части необоснованности удовлетворения иска прокурора.

В абзацах втором и третьем пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» содержится разъяснение о том, что в случае, когда непосредственно в судебном заседании суда апелляционной инстанции лицо заявило ходатайство о принятии и об исследовании дополнительных (новых) доказательств, суд апелляционной инстанции разрешает вопрос об их принятии с учетом мнения лиц, участвующих в деле и присутствующих в судебном заседании, и дает оценку уважительности причин, по которым эти доказательства не были представлены в суд первой инстанции. В соответствии с абзацем вторым части первой статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции принимает дополнительные (новые) доказательства, если признает причины невозможности представления таких доказательств в суд первой инстанции уважительными.

Учитывая указанные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, возражения М.Ч.Г. относительно принятия в качестве нового доказательства видеозаписи, представленной А.Ф.В. в суд апелляционной инстанции при первом апелляционном рассмотрении, не являются основанием для отказа в удовлетворении апелляционной жалобы А.Ф.В.

Данное доказательство ранее уже принято судом апелляционной инстанции, исследовано и приобщено к материалам дела, в связи с чем в рамках рассмотрения настоящего дела судебной коллегией дана лишь оценка приобщенной видеозаписи на предмет относимости и допустимости как доказательства по делу с учетом совокупности иных имеющихся в деле доказательств.

Поскольку в требованиях прокурора отказано, решение суда первой инстанции в данной части отменено, то в силу ст.ст. 94, 98, 103 ГПК РФ оснований для возложения на А.Ф.В. расходов на оплату государственной пошлины не имеется, в связи с чем решение суда в данной части также подлежит отмене.

Рассматривая доводы апелляционной жалобы А.Ф.В. о причинении ему морального вреда М.Ч.Г., сопряженного с распространением несоответствующих действительности сведений, судебная коллегия приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно пункту 1 статьи 152 Гражданского кодекса РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (пункт 9 статьи 152 Гражданского кодекса РФ).

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» разъяснено, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 установлено, что в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Согласно пункту 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда сведения, по поводу которых возник спор, сообщены в ходе рассмотрения другого дела участвовавшими в нем лицами, а также свидетелями в отношении участвовавших в деле лиц, являлись доказательствами по этому делу и были оценены судом при вынесении решения, они не могут быть оспорены в порядке, предусмотренном ст. 152 Гражданского кодекса РФ, т.к. нормами ГПК РФ и УПК РФ установлен специальный порядок исследования и оценки данных доказательств. Такое требование, по существу, является требованием о повторной судебной оценке этих сведений, включая переоценку доказательств по ранее рассмотренным делам.

Исходя из приведенного правого регулирования и разъяснений Верховного Суда РФ по их применению, суду при разрешении спора данной категории необходимо установить факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. Обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений ответчиком, а также порочащий характер этих сведений.

Участие в судебном заседании, дача объяснений в качестве стороны, третьего лица, свидетеля, либо сообщению суду сведений в судебном заседании лицом в ином процессуальном качестве по смыслу закона не является распространением, что могло бы повлечь обращение с иском о защите чести, достоинства и деловой репутации в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу А.Ф.В. Заявляя требования о компенсации морального вреда, А.Ф.В. не учел обстоятельства спора.

Являясь субъектом доказательственной деятельности, М.Ч.Г., исходя из бремени доказывания, обусловленного характером спора, заявив как в полиции, так и в органах прокуратуры о высказывании А.Ф.В. в адрес М.Ч.Г. выражений, носящих оскорбительный характер, унижающих его честь и достоинство, ходатайствовал о получении показаний свидетелей происшедшего - М.А.В., Ш.А.В., П.Т.В., а затем и Ш.М.А., что допустимо в рамках доказывания, которые и дали свои объяснения как в ходе проверок уполномоченными органами, так и показания в судебных заседаниях.

Не являются основанием для удовлетворения требований апелляционной жалобы А.Ф.В. в данной части и его доводы о распространении сведений сыну М.Ч.Г., а также иным лицам, присутствующим в судебном заседании и помещении Омутнинского районного суда Кировской области, как это следует из показаний свидетеля Ф.Е.Л., которые нельзя признать относимым и допустимым доказательством, поскольку они не являлись основанием встречного иска А.Ф.В., который не был лишен права заявить о проведении закрытого судебного заседания, что ограничило бы присутствие иных лиц. Проведение открытого судебного заседания предполагает возможность присутствия иных лиц, не являющихся непосредственными участниками спора. Возможно высказанные М.Ч.Г. фразы после судебного заседания в помещении суда также не являются основанием к удовлетворению жалобы А.Ф.В., поскольку в любом случае они являлись позицией истца по предмету спора.

Суд первой инстанции обоснованно рассматривал встречные требования в порядке ч.3 ст.186 ГПК РФ, увеличение основания иска в суде апелляционной инстанции не допустимо.

Следует также отметить, что как при обращении в правоохранительные органы, так и в прокуратуру и в судебном заседании сторонам предоставляются равные процессуальные возможности по отстаиванию своих прав и законных интересов, включая реальную возможность довести свою позицию до сведения суда, поскольку только при этом условии реализуется право на защиту, которая должна быть справедливой, полной и эффективной.

Данные гарантии предусмотрены статьей 123 Конституции РФ.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что А.Ф.В. не предоставлено доказательств, подтверждающих распространение ответчиком не соответствующих действительности и порочащих истца сведений, как среди указанных А.Ф.В. граждан, так и среди неограниченного круга лиц.

Кроме того, не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса РФ оценочные суждения, мнения, убеждения, которые, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Высказывания ответчика и свидетелей, в отсутствие доказательств обратного, являются интерпретацией конфликтной ситуации между А.Ф.В. и М.Ч.Г., очевидно носят эмоциональный и оценочный характер.

Более того, судебная коллегия не усматривает оснований для признания того, что обращение М.Ч.Г. в государственные органы обусловлено намерением причинить вред А.Ф.В. Таких доказательств вопреки ст.56 ГПК РФ А.Ф.В. ни суду первой, ни апелляционной инстанции также не представил.

Поскольку судом не установлено, что обращение М.Ч.Г. в государственные органы подано с намерением причинить вред другому лицу, то лицо, обратившееся с таким заявлением в государственные органы, не может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в порядке статьи 152 Гражданского кодекса РФ независимо от того, что таким обращением лицу были причинены нравственные страдания.

Установление данного факта в силу Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016 является обязательным при рассмотрении дел о взыскании морального вреда в порядке ст.152 Гражданского кодекса РФ. Поскольку такой факт не установлен, то и основания для возложения гражданско-правовой ответственности в порядке статьи 152 Гражданского кодекса РФ на М.Ч.Г. отсутствуют.

Поступающие ранее жалобы иных соседей в правоохранительные органы, о чем указывает А.Ф.В. в апелляционной жалобе, не образуют факта обращения именно М.Ч.Г. в правоохранительные органы, прокуратуру и суд с целью причинения вреда А.Ф.В.

Отказ суда первой инстанции в принятии уточнений исковых требований А.Ф.В. также не является основанием к удовлетворению апелляционной жалобы в части отказа суда в удовлетворении встречного иска, т.к. не лишает А.Ф.В. права самостоятельного обращения в суд.

Не влияет на законность судебного акта в части отказа в удовлетворении встречного иска А.Ф.В. и требование о направлении материалов в правоохранительные органы. Данное право стороны также реализуют самостоятельно.

Каких-либо иных относимых и допустимых доказательств, предоставляющих судебной коллегии правовые основания для отмены решения Омутнинского районного суда Кировской области в части отказа в удовлетворении встречного иска А.Ф.В. не имеется.

Поскольку требования прокурора не удовлетворены, а апелляционная жалоба признана обоснованной частично, то оснований для распределения расходов на оплату государственной пошлины не имеется.

Руководствуясь ст.ст.330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Омутнинского районного суда Кировской области от 14.01.2025 отменить в части частичного удовлетворения иска прокурора Омутнинского района в интересах М.Ч.Г. о взыскании компенсации морального вреда, взыскания с А.Ф.В. государственной пошлины.

Принять в данной части новое решение.

В удовлетворении исковых требований прокурора Омутнинского района в интересах М.Ч.Г. о взыскании компенсации морального вреда, взыскании с А.Ф.В. государственной пошлины отказать.

В остальной части решение Омутнинского районного суда Кировской области от 14.01.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу А.Ф.В. – без удовлетворения.

Председательствующий: Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 07.04.2026