Решение № 2-169/2026 2-169/2026~М-120/2026 М-120/2026 от 30 марта 2026 г. по делу № 2-169/2026

Дело № УИД: 26RS0№-35


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<адрес><данные изъяты>

Новоалександровский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Жолобов В.В.,

при секретаре ФИО7,

с участием истца ФИО1 и ее представителя адвоката Чу-Ван-ФИО8, представившего удостоверение № и ордер №С494981 от ДД.ММ.ГГГГ,

ответчика ФИО3, действующего в своих интересах и интересах ФИО4 на основании доверенности №<адрес>0 от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО9 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО4, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО5 С.С., действующий как частный обвинитель и ответчик ФИО5 С.В., действующий как его законный представитель, обратились к мировому судье с заявлением о возбуждении уголовного дела в порядке частного обвинения в отношении ФИО1 обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, то есть распространении заведомо ложных сведений порочащих честь и достоинство (клевете). Приговором мирового судьи судебного участка №<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ истец была признана невиновной и оправдана по предъявленному обвинению в связи с отсутствием в действиях состава преступления. Между тем, в ходе судебного разбирательства уголовного дела представитель частного обвинителя задавал многочисленные неприятные для истца вопросы, касающиеся ее личной (семейной) жизни. Пытался указывать на ненадлежащее исполнение ею своих родительских обязанностей, фактически указывая на то, что она недостаточно хорошая мать. На всем протяжении судебного разбирательства, ее подозревали в совершении клеветы, которую она не совершала. В этой связи, с момента подачи ответчиками в суд вышеуказанного заявления частного обвинения и до вынесения решения по делу, истец постоянно находилась в стрессовом состоянии, испытывала моральные и нравственные страдания, переживала относительно незаконного уголовного преследования, возможного незаконного осуждения и назначении наказания. Переживала, что об этой ситуации стало известно широкому кругу лиц. Она переживала, что ответчики постоянно обсуждали ее и ее сына, испытывала ряд неудобств, ограничения, связанные с передвижением, так как в назначенное время судом, она обязана была являться в судебные заседания. Данная необходимость безусловно отнимала значительную часть ее времени, нарушая привычный уклад жизни, поскольку она воспитывает сыновей одна и при обычном распорядке в это время она занимается семейно - бытовыми вопросами. Факт незаконного уголовного преследования нарушил ее личные неимущественные права: достоинство личности, личную неприкосновенность, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которое она не совершала, честное и доброе имя, а также создало нервозную обстановку в связи с возможным назначением уголовного наказания и наличия судимости. На протяжении всего хода судебного разбирательства она была вынуждена принимать лекарственные препараты от тревожности (бисопролол) и общие успокоительные средства (афабазол, новопассит). Уголовное преследование в отношении нее длилось с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ т.е. 7 месяцев 12 дней. Считает, что при имеющихся обстоятельствах, она имеет право на реабилитацию и соответственно на получение компенсации морального вреда.

На основании изложенного истец просит взыскать в ее пользу с ответчиков ФИО4 и ФИО3, в солидарном порядке, компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО9 настаивала на удовлетворении исковых требований.

В судебном заседании ответчик ФИО5 С.В., действущий в своих интересах и интересах ответчика ФИО4 на основании доверенности, в удовлетворении иска просил отказать, представил письменные возражения по делу, из содержания которых следует, что его обращение в суд было продиктовано необходимостью защиты чести и достоинства его сына, пострадавшего от избиения сына истца. У него были основания для подозрений, так как истец подала в полицию заявление о клевете, достоверно зная о наличии видеозаписи, подтверждающая нецензурную брань ее сына. Истец утверждает, что находилась в тяжёлом стрессовом состоянии и принимала лекарственные препараты, между тем, указанные истцом препараты не являются препаратами от ситуативной тревожности. Истец страдает хроническими заболеваниями, возникшими задолго до спора, и пытается выдать его за следствие действий ответчика. Кроме того, в указанный истцом период нравственных страданий, она регулярно посещала тренажёрный зал, а активные тренировки и принимаемы истцом препараты не совместимы с клинической картиной тяжелого невроза. Кроме того, ответчик считает, что настоящий иск является актом мести истца за привлечения ее сына к ответственности за избиение сына. Истец пытается использовать судебную систему для необоснованного обогащения за счет семьи пострадавшего ребенка.

<адрес> в судебное заседание, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, не явился, сведений о причинах своей неявки суду не сообщил.

В соответствии с ч. 3 ст. 45 ГПК РФ неявка прокурора, извещенного о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела и проанализировав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Частью 1 статьи 46 Конституции РФ, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии с положениями части 1 статьи 6 УПК РФ, уголовное судопроизводство имеет своим назначением: защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений; защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

Уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть 2 статьи 6 УПК РФ).

Как установлено частью 1 статьи 20 УПК РФ, в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116.1 частью первой и 128.1 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым (часть 2 статьи 20 УПК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

В соответствии с частью 2 статьи 136 УПК РФ, иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Частью 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса РФ).

Положениями статьи 1100 Гражданского кодекса РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в том числе, в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В силу пункта 1 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (часть 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1059-О Определение Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1059-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО2 на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции РФ.

Недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу части 1 статьи 49 Конституции РФ, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос. Принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления как по основаниям и порядку принятия решений, так и по их правовым последствиям и не предопределяет последнего.

Соответственно, частный обвинитель не освобождается от обязанности возмещения оправданному лицу как понесенных им судебных издержек, так и причиненного ему необоснованным уголовным преследование имущественного вреда (в том числе расходов на услуги адвоката), а также компенсации морального вреда.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что ответчик ФИО5 С.С., действующий как частный обвинитель и ответчик ФИО5 С.В., действующий как его законный представитель, обратился к мировому судье в порядке частного обвинения с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного частью 1 статьи 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Приговором мирового судьи судебного участка № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 признана невиновной и оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в её действиях состава преступления. Гражданский иск законного представителя частного обвинителя (потерпевшего) ФИО4 - ФИО3 к ФИО1 о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей - оставлен без рассмотрения.

ДД.ММ.ГГГГ апелляционным постановлением Новоалександровского районного суда <адрес> оправдательный приговор оставлен без изменения, апелляционная жалоба частного обвинителя и его законного представителя - без удовлетворения.

ДД.ММ.ГГГГ кассационным постановлением Пятого кассационного суда общей юрисдикции оправдательный приговор и апелляционное постановление были оставлены без изменения, кассационная жалоба частного обвинителя - без удовлетворения.

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец указывает на необоснованность действий ответчика по обвинению его в совершении преступления, длительность разбирательства, вынужденность претерпевания моральных страданий; истец постоянно находился в состоянии стресса, испытывал неудобство перед знакомыми, вынуждена был постоянно оправдываться, испытывала неудобства в связи с и ограничения, связанные с передвижением, в связи с постоянной необходимостью явки в суд.

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО2 на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

В этом же определении указано, что недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу части 1 статьи 49 Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос. Принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления как по основаниям и порядку принятия решений, так и по их правовым последствиям и не предопределяет последнего.

Соответственно, частный обвинитель не освобождается от обязанности возмещения оправданному лицу как понесенных им судебных издержек, так и причиненного ему необоснованным уголовным преследованием имущественного вреда (в том числе расходов на адвоката), а также компенсации морального вреда. Что же касается вопроса о необходимости учета его вины при разрешении судом спора о компенсации вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, то, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О, реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

Статью 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, не исключающую обязанность частного обвинителя возместить оправданному лицу понесенные им судебные издержки и компенсировать имущественный и моральный вред, следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности: согласно статье 1 указанного Кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3); никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4). Иными словами, истолкование статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со статьей 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу статьи 15 (часть 1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования (пункт 3).

Из изложенного следует, что реабилитированное лицо имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, и в возмещении ему таких расходов не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик своим правом не злоупотреблял. Такие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или о злоупотреблении им правом, могут быть приняты во внимание при определении размера подлежащих возмещению расходов, но не могут выступать в качестве критерия обоснованности либо необоснованности заявленных требований.

Иное привело бы к невозможности реализации права реабилитированного лица на компенсацию причиненных убытков.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от ДД.ММ.ГГГГ N 1527-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К. ФИО58 на нарушение его конституционных прав статьями 49, 50, 131, 132 и 135 УПК РФ, статьями 15 и 1064 ГК РФ, возможность возмещения частным обвинителем вреда допускается в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Из положений статей 1064, 1079 и 1100 ГК РФ в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в пункте 1 статьи 1079 ГК РФ, и при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

Из содержания приговора в отношении ФИО1 в порядке частного обвинения от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что, обосновывая необходимость привлечения ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного частью 1 статьи 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, частный обвинитель (ответчик по настоящему гражданскому делу) ссылался на распространение в отношении его сына порочащей честь информации.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам статей 12, 56, 67 ГПК РФ, с учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу, что к выводу о том, что ФИО5 С.В. обращаясь в суд с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности в порядке частного обвинения, реализовал свое конституционное право на обращение за судебной защитой, имея намерение защитить свои интересы и интересы своего ребенка, факт злоупотребления ФИО3 своим правом с его стороны при обращении с заявлением о возбуждении в отношении ФИО1 уголовного дела частного обвинения не установлен.

Дела частного обвинения, по общему правилу, возбуждаются только по заявлению потерпевшего или его законного представителя. В таком случае частный обвинитель самостоятельно осуществляет уголовное преследование, обращается за защитой своих прав и законных интересов непосредственно в суд и доказывает как факт совершения преступления, так и виновность в нем конкретного лица. При этом выдвижение обвинения и поддержание его в суде являются не обязанностью, а правом потерпевшего (статья 22 и часть третья статьи 246 УПК Российской Федерации).

Возможность возложения на частного обвинителя обязанности возмещения вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием подсудимого, является неблагоприятным последствием деятельности частного обвинителя.

Согласно ст. 6 УПК РФ к принципам уголовного судопроизводства относится, как защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, так и защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

Частный обвинитель, в силу специфики указанного рода дел, возбуждая уголовное дело, формулируя обвинение и поддерживая его в суде, с целью изобличая обвиняемого в совершении уголовного преступления, заведомо несет риск наступления для него неблагоприятных последствий, связанных с несостоятельностью обвинения, включая обязанность устранения последствий причиненного в этой связи морального вреда.

Таким образом, с учетом требований ч. 2 ст. 151 п. 2 ст. 1101 ГК РФ, принимая во внимание тяжесть предъявленного обвинения истцу, продолжительность уголовного преследования, характер физических и нравственных страданий истца, наступившие последствия, а также иные установленные судом обстоятельства по данному делу в том числе и отсутствие факта злоупотребления своим правом ФИО3, действующего в интересах своего несовершеннолетнего ребенка на момент подачи заявления частного обвинения, суд считает справедливым и разумным определить в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 40000 рублей. Компенсация морального вреда именно в таком размере определена судом исходя из установленных при рассмотрении дела обстоятельств и изложенных выше требований закона, а также с учетом того, что указанная компенсация имеет своей целью восстановление нарушенного права ФИО1 и не может являться средством обогащения.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии со ст. 89 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и п.п. 4 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах, освобождаются истцы по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В силу п. 8 ч. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации в настоящем случае размер государственной пошлины составляет 3000 рублей, который надлежало уплатить в доход государства при подаче иска.

В соответствии со ст. 89 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчику какие-либо льготы по уплате государственной пошлины не предоставлены.

В этой связи с ФИО4 и ФИО3, в солидарном порядке, необходимо взыскать государственную пошлину в сумме 3000 рублей в бюджет Новоалександровского муниципального округа <адрес>.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО4, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 (<данные изъяты>) и ФИО3 (<данные изъяты>) в солидарном порядке в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО4 и ФИО3 государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей в бюджет Новоалександровского муниципального округа <адрес>.

В остальной части иска о компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам <адрес>вого суда через Новоалександровский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда, которое составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья В.В. Жолобов