Решение № 2-473/2019 2-473/2019~М-220/2019 М-220/2019 от 14 мая 2019 г. по делу № 2-473/2019

Дело № 2–473/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 мая 2019 года город Моршанск

Моршанский районный суд Тамбовской области в составе:

федерального судьи Савенковой Е.А.,

с участием прокурора Бакиной Е.М.

при секретаре Миносуевой Т.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница» о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, в котором указала, что с ДД.ММ.ГГГГ она состояла в браке с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, примерно в <данные изъяты> ее супруг стал высказывать жалобы на боли в сердце, ввиду чего он вынужден был принять таблетку нитроглицерина, которая не возымела должного терапевтического эффекта и он принял еще одну. Спустя некоторое время она услышала посторонний шум, донесшийся из ванной комнаты, войдя в которую она обнаружила, что ФИО1 лежит на полу, при этом лицо его бледно. Она вызвала скорую помощь. По приезду медики измерили ему давление, которое оказалось пониженным, сделали уколы и выполнили ЭКГ. Пояснив, что у ФИО1 предынфарктное состояние, работниками скорой помощи была рекомендована госпитализация, от которой ФИО1 отказался, но при этом пояснил, что если болевой синдром не пройдет, то он снова обратиться за помощью.

Спустя некоторое время <данные изъяты> истица снова вызвала скорую помощь, медицинские работники, которые прибыли по вызову снова выполнили процедуру ЭКГ, дали лекарства для уменьшения боли и доставили ее мужа в приемное отделение ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ».

Спустя примерно 10 минут, она также прибыла в приемное отделение, где обнаружила сидящего на стуле мужа и дежурного врача ФИО3 На рекомендацию о необходимости производства забора крови для анализов, ФИО3 ответила неоднозначным ответом, при этом каких-либо действий, направленных на оказание медицинской помощи ФИО1 не предпринимала. Со слов супруга ей стало известно о том, что ему назначено стационарное лечение в терапевтическом отделении. ДД.ММ.ГГГГ при посещении ФИО1, она обнаружила у него на тумбочке только таблетки, выписанные врачом. Ее супруг при этом пояснил, что у него прошли боли в плече, однако боли в груди остались, а также указал, что в ночное время при поступлении ему делали уколы и капельницы. ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время при визите в терапевтическое отделении ее супруг пояснил, что его продолжают мучить боли в сердце. ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> созванивалась с мужем и интересовалась его здоровьем, он пояснил, что доктор его не осматривал. Вечером ДД.ММ.ГГГГ при очередном посещении ей стало известно о том, что ФИО1 скончался от отека легких и инфаркта миокарда задней стенки.

ДД.ММ.ГГГГ Моршанским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ по факту причинения смерти по неосторожности ФИО1 вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей сотрудниками ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ».

ДД.ММ.ГГГГ следователем по особо важным делам следственного управления Следственного комитета РФ по <адрес> майором юстиции ФИО9 было вынесено постановление о прекращении данного уголовного дела по основанию, предусмотренному п.1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ей как потерпевшей по уголовному делу разъяснено ее право на обращение в суд в порядке гражданского судопроизводства с исковым заявлением о возмещении материального и компенсации морального вреда.

Смерть ее супруга наступила в результате ненадлежащего оказания работниками ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» медицинской помощи ее супругу ФИО1 В ходе расследования уголовного дела было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, транспортом скорой помощи в приемное отделение Моршанской ЦРБ с предварительным диагнозом: «Ишемическая болезнь сердца», стенокардия напряжения, ФК 3, с места жительства был доставлен ФИО1, где дежурным врачом приемного отделения ФИО3 последнему был поставлен диагноз: ИБС. Стенокардия напряжения, ФК 3. Гипертоническая болезнь 3 ст.. р 4, ХСН 2 А ст., а также было назначено проведение тропонинового теста и выполнение ЭКГ, после которых, ФИО1 был госпитализирован в терапевтическое отделение и ему была назначена антикоагулянтная, дезагрегантная, гипонзивная, метаболическая терапия, а также терапия пролонгированными нитратами и статинами.

В период с <данные изъяты>. врачами не осматривался.

ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> отмечено ухудшение состояния ФИО1 в виде появления общей слабости, липкого пота, давящих болей за грудиной, не купирующихся нитроглицерином. При осмотре ФИО5 выявлена клиническая картина начинающегося отека легких. Выставлен клинический диагноз «Острый коронарный синдром», назначено проведение ЭКГ, тропониновый тест, консультация кардиолога. В тот же день, в 14 часов 57 минут, ФИО1 осмотрен кардиологом ФИО10, дано заключение о клинике острого коронарного синдрома и отека легких. В тоже время ФИО1 осмотрен врачом реаниматологом ФИО11 которой с целью стабилизации состояния даны: зилт (клопидогрель) и ацетилсалициловая кислота перорально, 4000 единиц гепарина внутривенно, с целью купирования болевого синдрома и отека легких-морфин внутривенно с положительным эффектом. В <данные изъяты> больной, в крайне тяжелом состоянии транспортирован в блок интенсивной терапии кардиологического отделения, где ему был выставлен клинический диагноз «ИБС. Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST» и начато лечение: ИВЛ (через маску), глюкозо-инсулино-калиевая (поляризующая) смесь, препараты групп нитратов, бета-блокаторов, ингибиторов АПФ, статинов и диуретиков, антиагреганты ацетилсалициловая кислота и зилт (клопидогрель), антикоагулянты гепарин (внутривенно) и эниксум (подкожно), кардиотоник добутамин (инфузионно через дозатор под контролем артериального давления).

Несмотря на проводимое лечение в состоянии ФИО1 отмечалась отрицательная динамика и, в <данные изъяты> произошла остановка сердечной и дыхательной деятельности, реанимационные мероприятия, проводимые в течение 30 минут, эффекта не дали, ввиду чего ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> констатирована биологическая смерть последнего, которая согласно протокола патолого-анатомического вскрытия наступила от острого инфаркта миокарда задней стенки левого желудочка, осложнившейся развитием отека легких.

В ходе расследования уголовного дела были проведены несколько судебно-медицинских экспертиз (Тамбовским областным государственным бюджетным учреждение здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы», Государственным бюджетным учреждением Рязанской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», Государственном бюджетном учреждении «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы»).

По результатам проведения экспертиз, комиссии пришли к выводу о том, что медицинская помощь ее супругу была оказана не в полном объеме и выявлены дефекты ее оказания.

Таким образом, неправильная трактовка клинической картины заболевания при поступлении ФИО1 в ЦРБ и ошибочная тактика ведения пациента повлекли за собой установление неверного диагноза и назначение неадекватного медикаментозного лечения в условиях непрофильного отделения стационара. Между выявленными дефектами оказания медицинской помощи и наступлением смерти ФИО1 имеется причинно-следственная связь.

В соответствии с протоколом заседания ВК по вопросу внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ по факту смерти пациента ФИО1 установлены нарушения: ввиду отсутствия типичных клинико-лабораторных данных фельдшерами скорой медицинской помощи, а в дальнейшем дежурным врачом приемного покоя не заподозрен ОКС, пациент не госпитализирован в кардиологическое отделение для больных ОКС для наблюдения и дальнейшего лечения, не оставлен под наблюдение дежурными врачами и кардиологом <данные изъяты> не консультирован кардиологом ДД.ММ.ГГГГ в плановом порядке. Врачебной комиссией принято решение смерть больного считать условно предотвратимой.

Ссылаясь на то обстоятельство, что в связи со смертью ФИО1 произошло невосполнимое разрушение семейных связей, что причинило ей нравственные страдания, в виде отрицательных переживаний, затрагивающих личные структуры человека, ее психику, здоровье, самочувствие, настроение, по прошествии полутора лет она все еще переживает в связи с осознанием того, что своевременное диагностирование и полноценное лечение могли продлить жизнь ее супруга, после гибели мужа она понесла невосполнимую утрату, она потеряла уверенность в завтрашнем дне, поскольку муж для нее был смыслом жизни, он был для нее единственной опорой, во всем ее всегда поддерживал морально и материально ФИО2 обратилась в суд и просит взыскать с ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» в ее пользу денежные средства в размере <данные изъяты> в качестве компенсации морального вреда в связи со смертью супруга ФИО1.

В судебном заседании истица ФИО2 и ее представитель ФИО4 исковые требования поддержали по основания изложенным в иске и просили суд их удовлетворить.

Представитель ответчика ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница» - ФИО12 в судебном заседании против удовлетворения требований истца возражала. Дополнительно пояснила, что дефекты при оказании медицинской помощи их учреждением на момент оказания медицинской помощи присутствовали, что подтверждено протоколом дисциплинарной комиссии, приказом о дисциплинарном взыскании, экспертизами. Между тем данные дефекты были обнаружены уже на момент смерти ФИО1 В момент оказания медицинской помощи медицинский персонал (фельдшеры, врачи, медсестры) руководствовался имеющимися у них жалобами пациента, анамнезом, показаниями ЭКГ, данными трапонинового теста. Поставленный ФИО1 после смерти диагноз очень тяжело диагностируется, никакие анализы не показывают, что есть такое заболевание. Лечение ФИО1 было оказано согласно поставленному диагнозу на момент госпитализации.

Третье лицо ФИО3 и ее представитель ФИО13 в судебном заседании против удовлетворения требований ФИО2 возражали. Дополнительно пояснили, что на момент поступления ФИО1 в ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница» ФИО3 произвела его осмотр, собрала жалобы, анамнез, представленный по скорой ЭКГ, повторно назначила ЭКГ, провела тропониновый тест. Утром при осмотре ФИО1 был повторно проведен тропониновый тест, который был отрицательный и ЭКГ которая также была без изменений. Так как на ЭКГ не было никаких изменений, и пациент жаловался только на одышку и общую слабость, на экстренную консультацию к кардиологу она ФИО1 не записала. Так как пациент поступил с диагнозом стенокардия напряжения ИБС и он ею не был опровергнут она поместила ФИО1 в терапевтическое отделение. Окончательный диагноз по поступившему больному должен был поставить лечащий врач. Ее смена закончилась в 8 часов утра, и пациент был оставлен под наблюдение младшего медицинского персонала и дежурного врача.

Третье лицо ФИО19 в судебном заседании пояснила, что она работает фельдшером в ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница». К ним поступил вызов от ФИО2 на оказание скорой медицинской помощи ее мужу ФИО1 По прибытию, ФИО1 жаловался на боли в области сердца после физической нагрузки, то есть немного прошелся, у него появились боли. ФИО1 до их приезда принял нитроглицерин и когда они приехали, боли уже не было. Она померила ему давление, сняла кардиограмму. На кардиограмме ничего не было, ни подъема, ни депрессии, кардиограмма была нормальной. Она дала ему по стандартам кроворазжижающее средство и пыталась уговорить его поехать в больницу. На что ФИО1 сказал, что ему уже стало хорошо и что он никуда не поедет. Первые признаки инфаркта и предынфарктного состояния у ФИО1 ими выявлено не было. У ФИО1 были боли, которые он купировал нитроглицерином, данные боли продолжались у него в течение семи дней.

Третье лицо ФИО18 в судебном заседании пояснил, что он работает фельдшером в ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница». К ним поступил вызов от ФИО2 на оказание скорой медицинской помощи ФИО1 Сам пациент скорую помощь не хотел вызывать и категорически отказывался. Периодически возникающие боли у пациента были более 7 суток, при этом он активно двигался. Когда он приехал во второй раз, ФИО1 ходил по комнате и говорил, что ничего ему не нужно. После приема нитроглицерина, у пациента было стабильное давление. В стационар поехать ФИО1 категорически отказывался, вел себя эмоционально. Единственным способом уговорить поехать в больницу стало то, что они сказали ему, что только там можно сделать необходимые анализы и тест на тропанин. ФИО1 согласился. Пациент себя вел активно, от носилок отказался, сам сел в машину скорой помощи. По приезду в больницу он сказал врачу, что пациент со стенокардией напряжения, но данная стенокардия напряжения у него возникает в течение нескольких часов, боль купируется нитроглицерином. Окончательный диагноз должен был быть поставлен врачом. Предварительный диагноз он ставил на основании жалоб пациента и пояснений его супруги о том, что у него больное сердце.

Третье лицо ФИО17 в судебном заседании пояснила, что в сентябре 2017 года она совмещала работу на своем участке и работу врача терапевтического отделения. До этого она полгода работала участковым терапевтом на своем участке в <адрес>. Утром, в понедельник, когда она пришла на свое рабочее место, она увидела ФИО1 в своей палате. Когда она проводила его осмотр, он предъявлял жалобы на головную боль и общую слабость, но на боли в сердце он не жаловался. Она взяла его историю болезни, опросила больного и назначила дополнительные обследования (назначено дополнительное обследование, а именно: ЭКГ в динамики, общий анализ крови, мочи, биохимию, все, что необходимо в плановом порядке взять в терапевтическом отделении). ФИО1 была назначена консультация кардиолога в плановом порядке, если бы были жалобы она бы назначила консультацию в экстренном порядке. Вместе с ней осмотр пациента также проводила зав. отделения ФИО5. Предварительно поставленный диагноз фельдшерами и ФИО3 она не подтвердила и не опровергла, назначила только дополнительные обследования.

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании пояснила, что на время отпуска заведующей, она исполняла ее обязанности, без освобождения от обязанностей врача стационара. В понедельник медсестра, доложила сколько человек поступило и полную клиническую картину. Она просмотрела ЭКГ вновь поступивших больных, в том числе и ЭКГ ФИО1 Ему был выставлен предварительный диагноз - ИБС стенокардия напряжения – это непосредственно их диагноз, это стабильное состояние. Больные со стенокардией напряжения – это дневной стационар, где есть порядки оказания медицинской помощи, которых они придерживаются. В этот день больного она не опрашивала, но визуально его осмотрела. В этой палате у ФИО17 находился тяжелый больной, он был нестабилен, хроник, ему практически оказывалась паллиативная помощь. Этот пациент был под наблюдением все выходные, стандартно утро и вечер его осматривали два врача, то есть в эту палату заходил врач минимум два раза в день и пациент ФИО1 все это время так же находился на виду. Непосредственно она этого пациента осматривала, его слушала, измеряла давление. На момент осмотра у ФИО20 был здоровый цвет лица, давление было стабильное, острого состояния у него не было. Они поставили диагноз стенокардия напряжения, но назначили дополнительные обследования. Всем больным, поступившим в выходные дни, они делают ЭКГ-динамику. Это стабильные больные со стенокардией напряжения. Дальше она занималась другими пациентами, у нее еще было четыре палаты больных. Когда ей сказали, что у ФИО20 появились боли, она назначила ему сдавать кровь на тропанинин и пришла к нему. Это было после обеда, в 2-3 часа дня. Развивалось все очень быстро и внезапно. У ФИО20 появился липкий пот, давление понижалось, стала видна клиника острого коронарного синдрома. Все манипуляции, которые были положены они сделали в течении пяти минут. Только позже она узнала, что пациент умер. В данную палату, где находился ФИО1 она заходила неоднократно т.к. там находился пациент который нуждался в почасовом осмотре, ФИО1 лежал, разгадывал кроссворды, ходил курить (с четвертого этажа на первый). Лечение ФИО1 было назначено и проводилось согласно поставленному предварительному диагнозу - стенокардия напряжения. В выходные дни пациент наблюдался только медицинским персоналом, т.к. дежурным врачом не было рекомендовано его наблюдение.

Представитель третьего лица Территориального фонда обязательного медицинского страхования Тамбовской области в судебное заседание не явился. От представителя Территориального фонда обязательного медицинского страхования Тамбовской области поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие их представителя. Из представленного в материалы дела отзыва следует:

В ходе проверки данных реестра оказанной по ОМС медицинской помощи установлено, что на оплату за счёт средств ОМС представлены только счета за вызов ФИО1 скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ.

Счета, за лечение ФИО1 в круглосуточном или дневном стационаре и в амбулаторных условиях ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, на оплату за счёт средств ОМС не представлены.

Таким образом, медицинская помощь оказана ФИО1 вне системы ОМС (вне рамок программы ОМС) (за исключением вызова скорой медицинской помощи).

Согласно ч. 3 ст. 64 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ №-Ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» экспертиза качества медицинской помощи проводится в соответствии с законодательством об ОМС только в случае оказания медицинской помощи в рамках программы ОМС.

В случае оказания медицинской помощи вне рамок программы ОМС экспертиза качества медицинской помощи проводится в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 4 указанной статьи названного Закона).

Представитель третьего лица Управление здравоохранения по <адрес> в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания надлежащим образом извещены. Причины неявки суду не известны.

Свидетель ФИО14 в судебном заседании пояснила, что она работает врачом – кардиологом в ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница». ФИО1 поступил в терапевтическое отделение в вечерние время когда она не дежурила. При постановке диагноза дежурный врач ориентировался на клинико-лабораторные данные поэтому его положили в терапевтическое отделение. В понедельник его перевели в кардиологическое отделение с острым корональным синдромом. Пациент поступил уже с клиникой отека легкого и острым инфарктом миокарда. Далее они оказали ему реанимационные мероприятия. Она осмотрела больного и перевела в свое отделение. Диагноз с которым поступил ФИО1 характерен для терапевтического отделения. В выходные дни за больным смотрели мед персонал. В случае поступления от него жалоб они бы передали об этом дежурному врачу, который бы после этого опросил бы пациента. В данном случае ФИО1 неоднократно делался тропанин – тест он был в порядке. Жалоб от пациента не поступала и в данном случае было очень тяжело определить его заболевание, так как поставленный в дальнейшем диагноз очень тяжело определяется.

Выслушав стороны, заслушав заключение помощника прокурора ФИО7, полагавшей необходимым исковые требования ФИО2 удовлетворить, в части суммы компенсации оставила рассмотрение вопроса на усмотрение суда, допросив свидетеля, изучив материалы дела, суд находит, что исковое заявление ФИО2 подлежит частичному удовлетворению.

На основании Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется здоровье людей (часть 2 статьи 7); каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь, которая в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГг. N323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан").

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Статьей4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

В пункте 21 статьи2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

В силу части 2 статьи98 Федерального закона от 21 ноября 2011г. N323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причинённый жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объёме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи98 Федерального закона от 21 ноября 2011г. N323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, транспортом скорой помощи в приемное отделение Моршанской ЦРБ с предварительным диагнозом: «Ишемическая болезнь сердца», стенокардия напряжения, ФК 3 был доставлен ФИО1, где дежурным врачом приемного отделения ФИО3 ему был поставлен диагноз: ИБС. Стенокардия напряжения, ФК 3. Гипертоническая болезнь 3 ст., р 4, ХСН 2 А ст., а также было назначено проведение тропонинового теста и выполнение ЭКГ, после которых, ФИО1 был госпитализирован в терапевтическое отделение и ему была назначена антикоагулянтная, дезагрегантная, гипонзивная, метаболическая терапия, а также терапия пролонгированными нитратами и статинами.

ДД.ММ.ГГГГ при динамическом наблюдении дежурным врачом ФИО3 болей в области сердца, за грудиной отмечено не было, проведенная ЭКГ без динамики, тропониновый тест отрицательный, продолжена плановая терапия.

В период с <данные изъяты> ФИО1 находился под наблюдением младшего медицинского персонала, жалоб не высказывал, об ухудшении состоянии не сообщал, врачами не осматривался.

ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, ФИО1 был осмотрен лечащим врачом-терапевтом отделения ФИО17 и временно исполняющей обязанности заведующего терапевтическим отделением ФИО5, в ходе осмотра был собран анамнез заболевания, согласно которому у ФИО1 отмечалось наличие в течение длительного времени стенокардии напряжения в виде болей, возникающих при физической нагрузке и купирующихся приемом нитроглицерина, появление дискомфорта за грудиной имевшего место ДД.ММ.ГГГГ при физической нагрузке с положительным эффектом от ингаляции нитроспрея в ходе оказания медицинской помощи на дому. В процессе проведения физикального осмотра больного, какой-либо существенной динамики в его состоянии по сравнению с ДД.ММ.ГГГГ выявлено не было. Назначено проведение ЭКГ, поставлен клинический диагноз «Ишемическая болезнь сердца». Стенокардия напряжения 3 ФК, план лечения оставлен прежним.

ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 55 минут отмечено ухудшение состояния ФИО1 в виде появления общей слабости, липкого пота, давящих болей за грудиной, не купирующихся нитроглицерином. При осмотре ФИО5 выявлена клиническая картина начинающегося отека легких. Выставлен клинический диагноз «Острый коронарный синдром», назначено проведение ЭКГ, тропониновый тест, консультация кардиолога. В тот же день, в 14 часов 57 минут, ФИО1 осмотрен кардиологом ФИО10, дано заключение о клинике острого коронарного синдрома и отека легких. ФИО1 осмотрен врачом реаниматологом ФИО11, которым с целью стабилизации состояния даны: зилт (клопидогрель) и ацетилсалициловая кислота перорально, 4000 единиц гепарина внутривенно, с целью купирования болевого синдрома и отека легких-морфин внутривенно с положительным эффектом. В <данные изъяты> больной, в крайне тяжелом состоянии транспортирован в блок интенсивной терапии кардиологического отделения, где ему был выставлен клинический диагноз «ИБС. Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST» и начато лечение: ИВ Л (через маску), глюкозо-инсулино-калиевая (поляризующая) смесь, препараты групп нитратов, бета-блокаторов, ингибиторов АПФ, статинов и диуретиков, антиагреганты ацетилсалициловая кислота и зилт (клопидогрель), антикоагулянты гепарин (внутривенно) и эниксум (подкожно), кардиотоник добутамин (инфузионно через дозатор под контролем артериального давления). Несмотря на проводимое лечение в состоянии ФИО1 отмечалась отрицательная динамика и, в <данные изъяты> произошла остановка сердечной и дыхательной деятельности, реанимационные мероприятия, проводимые в течение 30 минут, эффекта не дали, ввиду чего ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> констатирована биологическая смерть последнего, которая согласно протокола патолого-анатомического вскрытия наступила от острого инфаркта миокарда задней стенки левого желудочка, осложнившейся развитием отека легких.

Согласно свидетельству о смерти серия II –КС № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения умер ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно свидетельству о заключении брака I-КС № ФИО2 является супругой ФИО1

Согласно протоколу заседания ВК по вопросу внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти больного ФИО1 явился отек легких, вследствие острого инфаркта миокарда задней стенки левого желудочка. По результатам анализа первичной медицинской документации выявлены дефекты в оказании медицинской помощи.

В ходе проведения проверки Территориальным органом Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по <адрес> выявлены нарушения обязательных требований или требований, установленных муниципальными правовыми актами. ФИО1 не был своевременно госпитализирован в кардиологическое отделение с палатой реанимации и интенсивной терапии, не проводилось непрерывное мониторирование жизненно важных показателей, не осуществлялось круглосуточное наблюдение (ДД.ММ.ГГГГ пациент не осмотрен дежурным врачом) – нарушение приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечно-сосудистыми заболеваниями». Из-за неверной трактовки клиники гепаринотерапия назначена в неадекватной дозировке по 2500-4 раза в день (терапевтическая доза гепарина по 5000 – 4 раза в день), не назначен Зилт – нарушение приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №ан «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при нестабильной стенокардии, остром и повторном инфаркте миокарда (без подъема сегмента ST электрокардиограммы).

Согласно заключения комиссионной медицинской судебной экспертизы, проведенной <адрес> государственным бюджетным учреждение здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы», в рамках доследственной проверки за период стационарного лечения ФИО15 в ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» <данные изъяты> медицинская помощь больному была оказана не в полном объеме, выявлены следующие дефекты ее оказания:

- Анамнез заболевания собран поверхностно как при поступлении больного в приемное отделение ДД.ММ.ГГГГ, так и при его осмотре в терапевтическом отделении ДД.ММ.ГГГГ: не выяснено количество приступов загрудинных болей, перенесенных пациентом ДД.ММ.ГГГГ, их характер, длительность, уровень провоцирующей физической нагрузки, сходство либо различие с ранее возникавшими приступами, наличие либо отсутствие болей в состоянии покоя; не выяснен и не учтен факт отсутствия должного терапевтического эффекта после приема пациентом 3-х таблеток нитроглицерина.

- При поступлении больного в приемное отделение ДД.ММ.ГГГГ не назначена консультация кардиолога и не произведена интерпретация выполненной ЭКГ.

- Вследствие дефектно собранного анамнеза заболевания в условиях отсутствия консультации кардиолога выставлен неверный диагноз «стенокардия напряжения», в то время как клиническая картина уже на догоспитальном этапе соответствовала диагнозу «нестабильная стенокардия», что требовало немедленной госпитализации пациента в кардиологическое отделение стационара с круглосуточным наблюдением и мониторированием витальных функций.

- Не выполнена предусмотренная стандартом оказания медицинской помощи при нестабильной стенокардии эхокардиография, которая могла бы позволить оценить локальные ишемические изменения миокарда при отсутствии характерной ЭКГ-картины.

- Вследствие ошибочной трактовки клинической картины и установления неверного диагноза до ДД.ММ.ГГГГ не проводилась адекватная антитромботическая терапия: в настоящее время стандартом раннего лечения нестабильной стенокардии является использование сочетания антиагрегантных препаратов с различным механизмом действия - аспирина и клопидогреля (зилт) в комбинации с антикоагулянтом гепарином; ФИО1 клопидогрель (зилт) назначен не был, а гепарин вводился в низкой дозировке - 10000 единиц в сутки, что недостаточно для достижения терапевтического эффекта у пациента весом 100 кг. Кроме того, гепаринотерапия должна была назначаться после оценки степени риска нестабильной стенокардии и проводиться под динамическим контролем активированного частичного тромбопластинового времени (АЧТВ) с целью оценки ее эффективности, что в данном случае выполнено не было.

- <данные изъяты> пациент не наблюдался врачами, каких-либо лабораторных и инструментальных диагностических исследований в отношении него также не проводилось.

- Заключительный клинический диагноз «острый не Q инфаркт миокарда заднедиафрагмальной стенки» установлен верно, но несвоевременно, лишь после смерти ФИО1 Однако вывод врачей о том, что инфаркт миокарда развился у ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ не подтверждается объективными данными, полученными при патологоанатомическом вскрытии трупа. Описанная при гистологическом исследовании патоморфологическая картина - четкий участок некроза миокардиоцитов с выраженной лейкоцитарной инфильтрацией, проникающей вглубь очага некроза - соответствует фазе некроза ориентировочной давностью 24-47 часов. Это свидетельствует о том, что миокарда развился у ФИО1 ранее ДД.ММ.ГГГГ, то есть, после ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ, когда больной не наблюдался врачами терапевтического отделения, не выполнялись в динамике анализ тропонин и регистрация ЭКГ.

Таким образом, неправильная трактовка клинической картины заболевания при поступлении ФИО1 в ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» и ошибочная тактика ведения пациента повлекли за собой установление неверного диагноза и назначение неадекватного медикаментозного лечения в условиях непрофильного отделения стационара. Между выявленными дефектами оказания медицинской помощи и наступлением смерти ФИО1 имеется причинно-следственная связь.

Согласно заключения повторной комиссионной медицинской судебной экспертизы, проведенной государственным бюджетным учреждением <адрес> «Бюро судебно-медицинской экспертизы», в рамках доследственной проверки в условиях НРБ в период с 08-ДД.ММ.ГГГГ, установлены следующие нарушения оказания медицинской помощи:

- Анамнез заболевания собран поверхностно как при поступлении больного в приемное отделение ДД.ММ.ГГГГ, так и при его осмотре в терапевтическом отделении ДД.ММ.ГГГГ: не выяснено количество приступов загрудинных болей, перенесенных пациентом ДД.ММ.ГГГГ, их характер, длительность, уровень провоцирующей физической нагрузки, сходство либо различие с ранее возникавшими приступами, наличие либо отсутствие болей в состоянии покоя; не выяснен и не учтен факт отсутствия должного терапевтического эффекта после приема пациентом 3-х таблеток нитроглицерина.

- При поступлении больного в приемное отделение ДД.ММ.ГГГГ не назначена консультация кардиолога и не произведено описание электрокардиограммы (дефект оформления документации).

- С <данные изъяты> не наблюдался врачами, каких-либо лабораторных и инструментальных диагностических исследований в отношении него также не проводилось, однако, все поступившие пациенты должны наблюдаться дежурным врачом и их состояние должно мониторироваться и записываться в виде дневников наблюдения в медицинской карте стационарного больного.

- Прямая причинно-следственная связь между тем или иным дефектом оказания медицинской помощи и наступление неблагоприятного исхода развивающегося патологического процесса может быть установлена только тогда, когда имеются совершенно достаточные основания для утверждения о том, что отсутствие анализируемого дефекта оказания медицинской помощи однозначно прервет закономерное развитие процесса: иными словами, прямая причинно-следственная связь между этими событиями может быть установлена только при условии, что надлежащее оказание медицинской помощи однозначно позволило бы избежать наступление смерти пациента.

- Обозначенные выше дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 воспрепятствовали своевременной и правильной диагностике существовавшей у ФИО1 инфаркта задней стенки левого желудочка, что создало условия для не корригируемого мерами медицинской помощи прогрессирования патологического процесса вплоть до наступления смерти ФИО1 Своевременно и правильно назначенное и проведенное лечение могло воспрепятствовать прогрессированию указанного заболевания и, тем самым, повысить вероятность наступления благоприятного исхода (сохранения жизни пациента), вместе с тем, в силу тяжести рассматриваемого состояния, своевременно и правильно назначенное и проведенное лечение однозначной гарантией наступления благоприятного исхода не являлось. Вышеизложенное является основанием для вывода: об отсутствии прямой причинно-следственной связи между обозначенными выше дефектами оказания медицинской помощи ФИО1 в ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» - с одной стороны, - и смерти ФИО1 – с другой стороны, о наличии непрямой (то есть косвенной) причинно-следственной связи между этими событиями – то есть того вида причинно-следственной связи, при котором то или иное последствие не вытекает непосредственно из внутренней природы анализируемого воздействия, а является результатом действия многообразия независимых фактов.

Согласно заключения повторной комиссионной судебной экспертизы, проведенной в государственном бюджетном учреждении «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», в рамках доследственной проверки обследование ФИО1 в ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» проведено не в полном объеме, а именно, не сделано ЭХО-КГ. Лечение ФИО1 в ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» проведено несвоевременно и не в полном объеме, а именно, недостаточная доза антикогулянта (гепарина) подтверждается недостигнутым увеличением АЧТВ в 1,5-2 раза от нормы (29с) в анализе коагулограммы, несвоевременно назначен клипидогрел (зилт). За период стационарного лечения ФИО1 в ЦРБ, между действиями медицинских работников при оказании медицинской помощи гр. ФИО1 в ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» и наступлением неблагоприятного исхода отсутствует прямая причинная связь, однако имеется косвенная причинно-следственная связь.

Постановлением следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное дело №, возбужденное по факту смерти ФИО1 по признакам преступления предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, а также уголовное преследование в отношении ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми. В том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья151 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Согласно пунктам 1, 2 статьи1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994г. N10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007г. N6), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994г. N10).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010г. N1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010г. N1) разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГг. N1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом как указал Верховный суд РФ в своем постановлении от 18 февраля 2019 года № 71-КГ18-12 года по вышеуказанным правоотношениям установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Следовательно применимо к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО2 в связи со смертью ее мужа ФИО1, медицинская помощь которой была оказана ненадлежащим образом.

По результатам разбора на ВК по вопросу внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности случая смерти и оказания медицинской помощи пациенту ФИО1 были выявлены следующие нарушения: фельдшерами скорой медицинской помощи, а в дальнейшем дежурным врачом приемного отделения не заподозрен ОКС, при поступлении пациент не госпитализирован в кардиологическое отделение для больных ОКС для наблюдения и дальнейшего лечения, не оставлен под наблюдение дежурным врачам и кардиологу 09-ДД.ММ.ГГГГ, не консультирован кардиологом ДД.ММ.ГГГГ в плановом порядке. В связи с изложенными нарушениями приказом по ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ врачу приемного отделения ФИО3, исполняющей обязанности заведующей терапевтическим отделением ФИО5, врачу-терапевту терапевтического отделения ФИО17, фельдшерам отделения скорой медицинской помощи ФИО18, ФИО19 за невыполнение своих должностных обязанностей объявлен выговор.

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N 27-П, когда речь идет о смерти человека, не ставится под сомнение реальность страданий членов его семьи. Это тем более существенно в ситуации, когда супруг или близкий родственник имеет подозрение, что к гибели его близкого человека привела несвоевременная или некачественно оказанная учреждением здравоохранения медицинская помощь.

Согласно статье 1095 ГК РФ вред, причиненный здоровью гражданина вследствие недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет.

В соответствии со статьей 1098 ГК РФ исполнитель услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования результатами услуги или их хранения.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В качестве обстоятельств причинения морального вреда истица ссылается на то обстоятельство, что ее супругу ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница» медицинская помощь была оказана неквалифицированно, что привело к ухудшению состояния его здоровья и последующей его смерти, имеется причинно-следственная связь между действиями сотрудниками ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница», что подтверждается проведенными по уголовному делу экспертизами.

Каких-либо объективных и допустимых доказательств, опровергающих выводы комиссии экспертов, и имеющиеся в деле документы, подтверждающие эти выводы, суду не представлено. В ходе рассмотрения вышеуказанного гражданского дела ответчику неоднократно указывалось на предоставление доказательств опровергающих выводы указанные в экспертизах Тамбовского областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы», государственного бюджетного учреждения Рязанской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», Костромского областного бюро судебно-медицинской экспертизы.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указала в суде истица, осознание того, что своевременное диагностирование и полноценное лечение могло бы продлить жизнь ее мужа, причиняет ей большие нравственные страдания. В результате чего она до настоящего времени переживает случившееся, проходила лечение у врача-невролога по поводу заболевания ЦВБ ДЭ1 ст. астеноневротический синдром, декомпенсация. Потеряла уверенность в завтрашнем дне, поскольку муж для нее был смыслом жизни, единственной опорой, во всем поддерживал морально и материально.

Факт причинения истцу морального вреда действиями сотрудников ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница» ответчиком не опровергнут, в связи с чем суд считает, что требования истца подлежат частичному удовлетворению и в пользу ФИО2 с ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница» подлежит компенсация морального вреда в размере <данные изъяты>.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Требования ФИО2 к ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница» о компенсации морального вреда – удовлетворить в части.

Взыскать с ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> в связи со смертью супруга ФИО1.

Взыскать с ТОГБУЗ «Моршанская центральная районная больница» госпошлину в доход государства в размере <данные изъяты>

Решение может быть обжаловано, в Тамбовский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Федеральный судья: Е.А. Савенкова

Решение принято в окончательной форме: ДД.ММ.ГГГГ.

Федеральный судья: Е.А. Савенкова