Решение № 2-123/2021 2-123/2021(2-1446/2020;)~М-1548/2020 2-1446/2020 М-1548/2020 от 3 марта 2021 г. по делу № 2-123/2021

Дело №2-123/2021

УИД 13RS0019-01-2020-002427-86


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г.Рузаевка 04 марта 2021 г.

Рузаевский районный суд Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Бардиной Т.В., при секретаре судебного заседания Чичаевой Е.В.,

с участием в деле:

старшего помощника Рузаевского межрайонного прокурора Республики Мордовия Капкаевой Н.В,,

истца – ФИО1, его представителя – адвоката Шумилиной С.В., действующей на основании ордера №589 от 23 декабря 2020 г.,

ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Авангард» в лице представителя ФИО2, действующего на основании доверенности №9 от 23 сентября 2019 г.,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Авангард» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Авангард» (далее – ООО «Авангард») о компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указано, что с 10 сентября 2018 г. истец состоял в трудовых отношениях с ООО «Авангард» в должности слесаря-ремонтника корпуса №. 18 ноября 2019 г. примерно в 15 часов 07 минут на территории птицефабрики ООО «Авангард» им была получена производственная травма, <данные изъяты> По факту полученной истцом травмы на производстве было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 143 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО3, бригадира цеха по выращиванию молодого поголовья птицы ООО «Авангард», производство по которому прекращено на основании статьи 25.1 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации с назначением последней меры уголовно - правого характера в виде судебного штрафа в размере 10 000 рублей в доход государства. Полученной на производстве травмой истцу причинены физические и нравственные страдания, связанные с утратой трудоспособности, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, физической болью и последствиями заболевания. На иждивении ФИО1 находится несовершеннолетний ребенок, <данные изъяты>, которому он по причине увечья не имеет возможности обеспечить прежний уровень жизни. После ампутации руки он до настоящего времени испытывает сильную боль, в результате чего вынужден обращаться за медицинской помощью. Выплаты в счет компенсации морального вреда работодателем не производились. Просит взыскать с ООО «Авангард» в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержал, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить. Дополнительно суду пояснил, что в связи с полученной травмой испытал физические и нравственные страдания, вызванные опасением за свою жизнь, пережил хирургические вмешательства, длительные болезненные процедуры и лечение. После травмы он утратил многие жизненные навыки, поскольку он правша и правая рука является его рабочей рукой, лишился возможности полноценно выполнять трудовые обязанности, участвовать в различного рода спортивно-оздоровительных мероприятиях, постоянно нуждается в посторонней помощи и уходе. Из-за случившегося и своего состояния здоровья ФИО1 постоянно находится в подавленном эмоциональном состоянии.

Представитель истца – адвокат Шумилина С.В. в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала, просила удовлетворить.

Представитель ответчика – ООО «Авангард» ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований в заявленном размере, по основаниям, указанным в письменных возражениях, считая требуемый к взысканию размер компенсации морального вреда завышенным, просил снизить размер компенсации морального вреда до 100 000 рублей.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО3 в судебное заседание не явилась по неизвестной суду причине, о дне и времени рассмотрения дела извещалась своевременно и надлежащим образом, направила в суд заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

В соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что на основании приказа №-к от 10 сентября 2018 г. ФИО1 принят на работу в ООО «Авангард» в цех птицеводства слесарем-ремонтником корпуса №, (л.д.24).

По условиям трудового договора №, заключенного 10 сентября 2018 г. между ООО «Авангард» и ФИО1, на работника возлагается обязанность соблюдать требования по охране труда, технике безопасности и производственной санитарии, работодатель, среди прочего, обязан обеспечить безопасные условия работы в соответствии с требованиями Правил техники безопасности и законодательства о труде Российской Федерации, ознакомить работника с требованиями охраны труда и Правилами внутреннего распорядка (л.д.25-26).

В соответствии с должностной инструкцией слесаря – ремонтника цеха птицеводства, цеха по выращиванию молодого поголовья птицы ООО «Авангард», утвержденной директором ООО «Авангард» О 3 марта 2017 г., с которой ФИО1 ознакомлен 10 сентября 2018 г., в функциональные обязанности слесаря - ремонтника входят: отлов и размещение птиц в клетках или ящиках; подготовка птичников к отлову птицы, затемнение окон, установка ширм в секциях птичника; подноска клеток с птицей и погрузка их на транспорт; передача отловленной птицы в другой цех или сдача на убой; подготовка и уборка корпуса к новому заселению; осуществление кормления, поения птицы и удаления помета; осуществление технического ухода за оборудованием и механизмами; производство наладки, регулировки и мелкий ремонт оборудования; производство выбраковки птицы; ведение установленной документации, работник подчиняется непосредственно бригадиру и инженеру по трудоемким процессам (л.д.27-30, 31).

Согласно журналу регистрации вводного инструктажа, вводный инструктаж по технике безопасности в ООО «Авангард» истец проходил 10 сентября 2018 г. (л.д.34-35).

Из журнала регистрации инструктажа на рабочем месте следует, что ФИО1 он пройден в 4 квартале 2019 г. – 08 октября 2019 г. (л.д.32-33).

18 ноября 2019 г. при исполнении своих трудовых обязанностей в ООО «Авангард» с ФИО1 произошел несчастный случай.

<данные изъяты>

Согласно пункту 9 акта основной причиной несчастного случая на производстве указана: недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, в том числе, не проведение обучения и проверки знаний по охране труда. Слесарь-ремонтник ФИО1 допущен к исполнению трудовых обязанностей без прохождения обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, без стажировки на рабочем месте, без проведения первичного инструктажа и проверки знаний требований охраны труда. Сопутствующей причиной указана: неудовлетворительная организация производства работ, не разработаны инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника цеха молодого поголовья птицы, а также инструкции по видам выполняемых работ, не реализован комплекс организационно-технических мер по обеспечению безопасного технического ремонта конвейера пометоудаления.

В пункте 10 акта лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, указаны: директор ООО «Авангард» О, который допустил слесаря-ремонтника корпуса № к исполнению работ без стажировки на рабочем месте, без проведения первичного инструктажа и проверки знаний требований охраны труда, чем нарушил статьи 212, 225 Трудового кодекса Российской Федерации, подпункты 2.1.1, 2.2.1, 2.2.2, 2.2.4 Постановления Минтруда России, Минобразования России от 13 января 2003 г. №1/29, часть 3 пункта 8, пункт 18 Приказа Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 25 февраля 2016 г. №76н «Об утверждении Правил по охране труда в сельском хозяйстве»; бригадир цеха молодого поголовья птицы ФИО3, инженер по трудоемким процессам Е, которые не разработали инструкцию по охране труда для слесаря-ремонтника цеха молодого поголовья птицы, не реализовали комплекс организационно-технических мер по обеспечению безопасного технического ремонта конвейера пометоудаления, чем нарушили пункты 3, 14, 32 Приказа Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 25 февраля 2016 г. №76н «Об утверждении Правил по охране труда в сельском хозяйстве». Вины ФИО1 в произошедшем несчастном случае при проведении расследования не установлено (л.д.45-52).

<данные изъяты>

<данные изъяты>

По факту несчастного случая на производстве было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 143 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО3, производство по которому 5 июня 2020 г. постановлением Рузаевского районного суда Республики Мордовия прекращено на основании статьи 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации с назначением ФИО3 меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 10 000 рублей в доход государства (л.д.10-13).

В рамках предварительного следствия проводилась судебно-медицинская экспертиза на предмет телесных повреждений у ФИО1

Согласно заключению эксперта № (М) от 29 апреля 2020 г. ФИО1 причинены телесные повреждения <данные изъяты>

В период с 18 ноября 2019 г. по 27 ноября 2019 г. ФИО1 находился на стационарном лечении в ГБУЗ Республики Мордовия «Республиканская клиническая больница №4» с диагнозом: <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

15 июля 2020 г. трудовой договор между ООО «Авангард» и ФИО1 расторгнут, по инициативе работника (приказ №-к от 15 июля 2020 г.).

<данные изъяты>

Свидетель А суду пояснила, что в связи с произошедшим 18 ноября 2019 г. несчастным случаем на производстве ООО «Авангард», её супругом ФИО1 была получена травма, <данные изъяты>. До несчастного случая она работала в г.Москве, а супруг с сыном, <данные изъяты>, проживали в г.Рузаевка, уход за сыном осуществлял в основном ФИО1, выполнял всю работу, связанную с бытом. Вследствие полученной супругом травмы, ей пришлось уволиться с работы, чтобы осуществлять уход и за сыном и за супругом. Лечение травмы ФИО1 было тяжелым и длительным, его дважды оперировали, рана долго не заживала. Рука супруга беспокоит до настоящего времени, постоянно ломит, он не спит ночами, принимает успокоительные и обезболивающие средства. Произошедшее с супругом повлияло на его поведение, он стал раздражительным, поскольку переживает и никак не может смериться с тем, что нет правой кисти руки. В быту ему постоянно приходится помогать. Доходы их семьи снизились.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации, признается обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей. Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу положений абзаца 4 и абзаца 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда.

Согласно статье 225 Трудового кодекса Российской Федерации для всех поступающих на работу лиц, а также для работников, переводимых на другую работу, работодатель или уполномоченное им лицо обязаны проводить инструктаж по охране труда, организовывать обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказания первой помощи пострадавшим.

В силу пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В пункте 32 указанного постановления разъяснено, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с частью 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац 2 пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Пунктом 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Авангард» не оспаривал факт несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1 18 ноября 2019 г., ссылаясь на то, что несчастный случай произошел, в том числе, и по причине нарушения последним требований техники безопасности, при этом факт несоблюдения организацией ответчика требований по обеспечению безопасности условий труда ФИО1 представителем ответчика также не оспаривался.

Учитывая установленные обстоятельства о том, что во время исполнения ФИО1 соответствующих трудовых обязанностей в ООО «Авангард» безопасные условия и охрана его труда работодателем фактически обеспечены не были, что привело к попаданию правой кисти руки истца в работающий прижимной вал наклонного конвейера, в результате чего истец получил соответствующее повреждение здоровья, которым ему, безусловно, причинены физические и нравственные страдания, и принимая во внимание, что ФИО1 18 ноября 2019 г. заступил на работу здоровым, и в период трудовой деятельности, которая должна была контролироваться ответчиком, получил травму, суд приходит к выводу, что несчастный случай на производстве с ФИО1 произошел по вине работодателя, не исполнившего возложенную на него законом обязанность по обеспечению контроля за безопасностью и состоянием условий труда, в том числе, по проведению подготовки, обучению и проверки знаний работника по охране труда, и, как следствие, возникновении у истца права на получение компенсации морального вреда, причиненного ему в результате несчастного случая на производстве.

При этом суд учитывает, что причиненный моральный вред работнику не был ранее компенсирован работодателем, размер компенсации не оговорен соглашением сторон трудового договора.

Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика в пользу ФИО1 суммы компенсации морального вреда, суд принимает во внимание конкретные обстоятельства причинения истцу вреда при исполнении трудовых обязанностей, отсутствие грубой неосторожности в действиях истца, степень нравственных и физических страданий, вызванных перенесением боли от травмы и соответствующим длительным периодом лечения, повлекшим за собой изменение привычного уклада и образа жизни, невозможность продолжения нормальной трудовой жизнедеятельности, в связи с физической неполноценностью правой руки, тяжесть причиненного вреда здоровью, вызвавшего утрату профессиональной трудоспособности в размере 60%, установление истцу третьей группы инвалидности, проявление последствий травмы до настоящего времени, индивидуальные особенности личности истца, его возраст, наличие у истца несовершеннолетнего ребенка, являющегося инвалидом, а также степень вины работодателя, не обеспечившего безопасных условий и охраны труда работника, поведение работодателя после несчастного случая, и считает возможным взыскать с ООО «Авангард» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 450 000 рублей.

При этом, суд отказывает в удовлетворении компенсации морального вреда истцу в размере 550 000 рублей (1 000 000 рублей – 450 000 рублей).

Определяя такой размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что указанный размер компенсации отвечает требованиям разумности и справедливости, позволяющим, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшим.

Довод представителя ответчика о том, что полученной истцом производственной травме способствовало неосторожное и легкомысленное поведение самого работника, со ссылкой на протоколы опроса пострадавшего ФИО1 и инженера по трудоемким процессам Е, суд находит не состоятельным, поскольку он противоречит акту от 19 декабря 2019 г., составленному комиссией, расследовавшей несчастный случай на производстве по форме Н-1, которым, грубая неосторожность и вина со стороны истца в произошедшем несчастном случае не установлена.

При этом, акт о несчастном случае на производстве ответчиком не оспорен, недействительным не признан.

Довод представителя ответчика о том, что ООО «Авангард» в счет возмещения материального ущерба истцу выплачено 250 000 рублей, в связи с чем размер компенсации морального вреда подлежит снижению до 100 000 рублей, судом отклоняется, поскольку указанная выплата не является компенсацией морального вреда, направлена на возмещение материальных затрат на лечение и реабилитацию истца.

Довод представителя ответчика в судебном заседании о тяжелом финансовом положении ООО «Авангард» судом также отклоняется, поскольку имущественное положение ответчика, являющегося юридическим лицом, не является основанием для уменьшения размера возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского Кодекса Российской Федерации, имея ввиду, что такое уменьшение возможно, если вред причинен гражданином.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации до подачи искового заявления в суд общей юрисдикции плательщики уплачивают государственную пошлину.

Согласно статье 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются истцы - по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца.

Пунктом 8 части 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с главой 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что истцом заявлены требования неимущественного характера, на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ООО «Авангард» подлежит взысканию в доход бюджета Рузаевского муниципального района Республики Мордовия государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Авангард» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Авангард» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 450 000 (четыреста пятьдесят тысяч) рублей.

В остальной части исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Авангард» в доход бюджета Рузаевского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия через Рузаевский районный суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Т.В.Бардина

Решение в окончательной форме принято 10 марта 2021 г.

Судья Т.В.Бардина

Дело №2-123/2021

УИД 13RS0019-01-2020-002427-86