Решение № 2-23/2021 2-23/2021(2-5337/2020;)~М0-4434/2020 2-5337/2020 М0-4434/2020 от 9 марта 2021 г. по делу № 2-23/2021

Решение

Именем Российской Федерации

10.03.2021 года Автозаводский районный суд г.Тольятти Самарской области в составе:

председательствующего судьи Тарасюк Ю.В.,

при секретаре Тарабриной А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-23/2021 по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Автозаводский районный суд <адрес> с иском к ФИО3 о признании завещания недействительным, указав при этом на следующее.

ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая приходилась истцу родной бабушкой. После ее смерти открылось наследство у нотариуса <адрес> ФИО4 У ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. осталось имущество в виде квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, где она и проживала на день своей смерти.

После смерти ФИО1, при обращении к нотариусу ФИО4 с заявлением о вступлении в наследство истцу стало известно, что ФИО1 в феврале 2019 года выдала завещание на некую ФИО3, которое было заверено нотариусом <адрес> ФИО4

Отец истца ФИО9, умер ДД.ММ.ГГГГ до открытия наследства. Следовательно, при отсутствии наследников предшествующей очереди, истец ФИО2 является наследницей по праву представления.

Истец полагает, что ее бабушка ФИО1, подписала указанное завещание под моральным убеждением со стороны ФИО3 В момент подписания указанного завещания ФИО1 находилась в подавленном моральном и физическом состоянии.

ФИО1, не понимая значения своих действий в силу ее тяжелого состояния, не осознавая юридических особенностей сделки-завещания и прогноза ее последствий, подписала документ – завещание. Более того, у ФИО1 был преклонный возраст на момент подписания завещания, что затрудняло ориентированность в практических вопросах, делало невозможным должного восприятия сути содержания сделки и понимания ее правовых последствий.

На основании вышеизложенного ФИО2 в целях защиты нарушенных прав и охраняемых законом интересов была вынуждена обратиться в суд с соответствующим иском, в котором просит суд признать завещание, удостоверенное нотариусом <адрес> ФИО4 от имени ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., недействительным.

В ходе судебного разбирательства по гражданскому делу представителем истца заявленные ранее исковые требования были уточнены в соответствии с ч.1 ст.39 ГПК РФ (л.д.82).

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, воспользовалась своим правом, предусмотренным ч.1 ст.48 ГПК РФ на участие в деле через представителя.

Представитель истца ФИО10, действующий на основании доверенности <адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.8), в судебное заседание явился, заявленные исковые требования с учетом уточнений поддержал в полном объеме по основаниям изложенным в исковом заявлении и уточнениях к нему, дополнительно пояснил следующее.

ФИО1 в момент подписания завещания была неделиктоспособной, т.к. уже более 3-4 лет до смерти проявляла признаки неделиктоспособности. У нее не просто был старческий маразм, а те действия, которые она осуществляла, говорили о том, что она не в себе, несмотря на то, что на учете она нигде не состояла. Само по себе оформление завещания на имя абсолютно чужого человека, в тот момент, когда с ней общались абсолютно все родственники, наводит на мысль о том, что она была неделиктособсобной.

В ходе судебного разбирательства по гражданскому делу, в том числе и результатами судебной экспертизы установлено, что ФИО1 страдала психическим расстройством, а именно – органическим заболеванием головного мозга, что классифицируется как деменция. В силу этого, все доводы, на которые ссылается истец, нашли свое подтверждение. К выводам судебной экспертизы следует отнестись критически, т.к. они полностью противоречат друг другу, в силу указания одного из экспертов о невозможности сделать однозначный вывод на все поставленные вопросы. В силу указанных противоречий судебная экспертиза не является надлежащим доказательством по делу, более того, заболевание, которым страдала умершая, нашло свое подтверждение.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, воспользовалась своим правом, предусмотренным ч.1 ст.48 ГПК РФ на участие в деле через представителя.

Ранее предоставила письменные возражения относительно заявленных исковых требований (л.д.63-64).

Представитель ответчика ФИО11, действующая на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.21), в судебное заседание явилась, возражала против удовлетворения заявленных исковых требований. Дополнительно пояснила следующее.

ФИО1 была сделкоспособной, понимала значение своих действий, осознавала юридические последствия составления завещания, и не находилась ни под каким психологическим влиянием со стороны ответчика.

ФИО1 через социального работника подыскала себе порядочную, добрую, заботливую женщину, которая помогала ей, ухаживала за ней на регулярной основе, т.к. из-за большой загруженности социальный работник не могла обеспечить ей должное внимание. Родственникам ФИО1, а именно истцу и ее сестре, бабушка была не нужна. Поэтому социальный работник обратилась к ФИО3, которая в помощи не отказала. Ее кандидатура ФИО1 была одобрена.

Ответчик ухаживала за ФИО1 с января 2017 года по день ее смерти. ФИО3 хоронила умершую своими силами за счет своих собственных средств, как того и желала ФИО1

Ни истица, ни ее сестра, в жизни бабушки участия не принимали, не посещали ее, не заботились о ней, бросили на произвол судьбы.

ФИО3 стала для ФИО1 самым близким человеком. На момент знакомства с ФИО1, ФИО3 застала такую ситуацию, что в квартире было не убрано, бабушка не могла передвигаться, преимущественно лежала, т.к. у нее были больные ноги.

Ответчик взялась за бабушку, стала заниматься ее здоровьем, лечением, уходом за ней, в результате чего ФИО1 через два месяца могла самостоятельно перемещаться по квартире. ФИО1 часто просила ФИО3 оставаться в ее квартире не только днем, но и ночевать, т.к. кроме бытовых удобств, бабушка очень нуждалась в простом человеческом общении.

ФИО1 очень привязалась к ФИО3, и полюбила ее как дочь.

С начала 2019 года ФИО1 стала настаивать на том, что желает составить завещание на ФИО3 в знак благодарности за доброе и хорошее отношение. ФИО1 вызвала на дом нотариуса, составила завещание, в котором принадлежащую ей квартиру завещала ФИО3

При этом, ФИО1 находилась в здравом уме и твердой памяти, осознавала что делает и какие документы составляет, не заблуждалась, и не испытывала никаких затруднений в понимании правовых последствий составления завещания.

Возраст умершей не является помехой, чтобы составить завещание осознанно.

ФИО1 была очень мудрой, рассудительной, порядочной и адекватной женщиной. Она самостоятельно распоряжалась своей пенсией, хорошо ориентировалась в пространстве, читала, смотрела телевизор, понимала происходящее, вела записи от руки, шутила.

Со стороны истца не предоставлено доказательств того, что ФИО1 находилась под влиянием ФИО3 Нет никаких доказательств, которыми бы опровергалась добросовестность, добрая воля со стороны ответчика относительно имущества умершей.

ФИО1 умерла ДД.ММ.ГГГГ, и истец ни разу не поинтересовалась, жива ли ее бабушка, где она похоронена.

Завещание составлено умершей осознанно, юридически действительное. Дееспособность ФИО1 в установленном законом порядке была проверена на момент составления завещания.

Никаких оснований для признания завещания недействительным не имеется, в то время как имеется попытка истца оклеветать, опорочить честь доброй и порядочной женщины – ФИО1, называя ее недееспособной, т.е. сомневаясь в ее психическом состоянии.

Истцу известно, что никаких заболеваний у ФИО1 не имелось, на учете в психоневрологическом диспансере она не состояла.

При беседе между нотариусом и умершей ФИО3 не присутствовала. Нотариус была приглашена по инициативе умершей, которая пригласила ее по телефону.

Была ли ФИО3 в момент подписания завещания в квартире, пояснить не может.

Сторона истца до сих пор не испытывает интереса в том, чтобы узнать, где могила их бабушки, значит и там ее они не посещают. Все расходы по содержанию наследственного имущества несет только ФИО3, добросовестно выполняя тем самым обязанности наследника.

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явилась. О дне, времени и месте судебного заседания извещалась надлежащим образом, путем направления судебной повестки посредством почтовой связи заказным письмом с уведомлением по адресу регистрации по месту жительства, которое возвращено в суд в связи с истечением срока хранения (л.д. 225-226).

В соответствии с ч. 1 ст. 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Как следует из руководящих разъяснений Постановления Пленума ВС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами некоторых положений раздела части 1 ГК РФ», содержащихся в п.п. 63, 67, 68 по смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание отсутствие оснований для отложения судебного разбирательства по делу, которое может повлечь за собой нарушение сроков его рассмотрения, предусмотренных процессуальным законодательством, суд в соответствии с ч.4 ст.167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие не явившегося ответчика.

Третье лицо нотариус ФИО4 в судебное заседание явилась, возражала против заявленных исковых требований. Дополнительно пояснила следующее.

С 1990 года она работает нотариусом, в ее обязанности входит в том числе удостоверение документов от физических и юридических лиц.

Умершая ФИО1 только у нее три раза составляла завещание. ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

Когда заводится наследственное дело, поступает информация обо всех завещаниях, которые когда-либо человек делал, поскольку база единая по всей России.

Ранее у других нотариусов ФИО1 составляла еще два завещания в 2006 году и в 2014 году, которые в последующем отменялись.

Во всех завещаниях, которые удостоверялись ею, упоминались либо правнук ФИО12 либо ФИО5 ФИО6.

В разговоре умершая всегда упоминала, что у нее есть правнук Виктор и внучка ФИО6. О том, что у умершей имеются еще внуки, она узнала после открытия наследственного дела.

Умершая периодически меняла завещание, то только в пользу правнука, то в пользу правнука и ФИО6, объясняя это поведением ФИО6.

Насколько ей известно, только завещание от 2006 года было составлено на некую Венеру.

Предпоследний раз, в 2017 году, когда умершая составляла завещание, она рассказала ей, что внучка исправилась, поэтому она им оставляет квартиру.

В 2019 году ее пригласили по телефонному звонку к умершей домой, кто именно звонил пояснить не может, т.к. звонок принимает секретарь и ей передают адрес, куда необходимо выехать.

ФИО1 узнала ее и сообщила, что лишила ФИО6 родительских прав, т.к. она наркоманка, и она не видит ни ее, ни правнука, в связи с чем, она решила оформить завещание на человека, который за ней ухаживал.

При составлении завещания они просят не присутствовать иных лиц, кроме супругов и рукоприкладчиков.

Комната, в которой она находилась была чистенькая, ФИО1 сидела на стульчике. У нее не сложилось мнение, что кто-то заставляет ее совершать завещание или влияет на нее. ФИО1 была спокойная, адекватно отвечала на вопросы, говорила о том, что у нее сейчас все хорошо, за ней ухаживают.

У ФИО1 были приготовлены деньги, сумма была посчитана правильно.

С выводами судебной экспертизы согласилась. Поскольку умершая уже имела опыт отмены нескольких завещаний, то на протяжении года, она в любое время могла его изменить. От умершей не поступало заявления, она не выразила желания отменить завещание, поэтому оно составлено с учетом воли покойного.

В ходе судебного разбирательства по делу были допрошены свидетели ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 и ФИО19, которые дали показания относительно состояния ФИО1 незадолго до после оспариваемой сделки.

Выслушав пояснения представителя истца, возражения представителя ответчика, доводы третьего лица, показания свидетелей, исследовав имеющиеся в материалах гражданского дела письменные доказательства, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела и какой стороне надлежит их доказывать.

Правильное распределение бремени доказывания между сторонами - один из критериев справедливого и беспристрастного рассмотрения дел судом, предусмотренного ст. 6 Европейской Конвенции "О защите прав человека и основных свобод".

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Ст. 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону.

Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации.

В силу ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии с п. п. 1 и 3 ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Завещание должно быть совершено лично.

Из п. 1 ст. 1125 ГК РФ следует, что нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом.

Судом в ходе судебного разбирательства по настоящему делу было установлено, что ФИО1 на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес> (л.д. 41, 42, 43).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 распорядилась своим имуществом в виде указанной квартиры, путем составления завещания в пользу ФИО3, удостоверенного нотариусом <адрес> ФИО4 (л.д. 37).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла, что подтверждается свидетельством о смерти III-ЕР №, выданным ДД.ММ.ГГГГ (л.д.30).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратилась к нотариусу ФИО20 с заявлением о принятии наследства по завещанию (л.д. 31).

С аналогичными заявлениями к нотариусу также обратились ДД.ММ.ГГГГ ФИО17, являющаяся опекуном ФИО21 (л.д. 32), ДД.ММ.ГГГГ обратилась ФИО2 (л.д. 33) и ДД.ММ.ГГГГ - ФИО22 (л.д. 34), в отношении которых наследодателем ранее также составлялись завещания (л.д. 35, 36, 38).

По общему правилу, предусмотренному ч. 2 ст. 1130 ГК РФ последующее завещание отменяет прежнее завещание полностью или в части в случае, если содержит прямые указания об отмене прежнего завещания или отдельных содержащихся в нем завещательных распоряжений, а также, если прежнее завещание полностью или в этой части противоречит последующему завещанию.

В соответствии с ч. 1 ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений ГК РФ, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Действующее гражданское законодательство, в частности ст. 1118 ГК РФ, предусматривает положение, в соответствии с которым завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Завещания могут быть недействительными вследствие пороков содержания формы, в субъектном составе и воли. На завещания, как на односторонние сделки, распространяются общие нормы гражданского законодательства об основаниях и последствиях недействительности сделок.

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснено, что сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 гл. 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

Как следует из п. 73 руководящих разъяснений постановления Пленума ВС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О судебной практике по делам о наследовании», наследник вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. ст. 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал.

Обращаясь в суд с требованием о признании завещания недействительным по основанию, предусмотренному ч. 1 ст. 177 ГК РФ, ФИО2 полагает, что при составлении и подписании завещания от ДД.ММ.ГГГГ ее бабушка ФИО1 в силу своего преклонного возраста, состояния здоровья, имеющихся заболеваний, не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Между тем, судом установлено, что при составлении завещания от ДД.ММ.ГГГГ дееспособность ФИО1 нотариусом ФИО4 была проверена, о чем имеется соответствующее указание в тексте завещания.

Кроме того, согласно информации, предоставленной ГБУЗ СО «Тольяттинский ПНД» ФИО1 на учете в психиатрическом диспансере <адрес> не наблюдалась (л.д. 17).

В целях правильного и обьективного рассмотрения настоящего дела, а также установления юридически значимых обстоятельств, требующих специальных познаний на основании ходатайства представителя истца (л.д.139), по делу была назначена посмертная комплексная судебная медицинская психолого - психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ СО «Тольяттинский психоневрологический диспансер» (л.д.147-152).

Заключением амбулаторной, комплексной психолого-психиатрической первичной экспертизы № от 12.01.12021 года (л.д.208-211), выполненной комиссией экспертов ГБУЗ СО «Тольяттинский психоневрологический диспансер»: ФИО25 – врачом-психиатром; ФИО23 – врачом-психиатром; медицинским психологом ФИО24, установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. на момент совершения рассматриваемой сделки ДД.ММ.ГГГГ страдала психическим расстройством, а именно «Органическим заболеванием головного мозга сосудистого генеза астенический синдром (F 06.8 по международной классификации болезней 10 пересмотра), выраженное снижение интеллектуальных возможностей отсутствовало, на момент подписания завещания находилась в ясном сознании, наличие у ФИО1 астенической симптоматики не оказывало существенного влияния на способность понимать значение своих действий и руководить ими. Линия поведения предшествующая завещанию указывает на сохранность критических и прогностических функций, подэкспертная понимала характер и юридические последствия совершаемой ей сделки; могла отдавать отчет собственным действиям, могла понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период времени – на момент подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ года (л.д.211).

Суд, исходя из анализа заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов ФИО25, ФИО24, ФИО23, пришел к выводу о том, что оно является квалифицированным, научно и нормативно обоснованным, объективным, содержит логичные, последовательные и обоснованные выводы. Приводимая в заключении подробная информация о проведенном исследовании дает возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе приведенных научных и практических данных. Поэтому в целом экспертиза проведена в соответствии с требованиями и условиями, предусмотренными ФЗ РФ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Квалификация, опыт и профессиональная подготовка экспертов ФИО25, ФИО24, ФИО26 у суда сомнений не вызывают. Эксперты были судом предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, являются независимыми по отношению к сторонам судебного процесс.

Представителем истца после проведения судебной экспертизы, в ходе судебного разбирательства по гражданскому делу было заявлено ходатайство о назначении по делу дополнительной судебной экспертизы (л.д.216), в удовлетворении которого судом было отказано ввиду отсутствия к тому оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 87 ГПК РФ, поскольку судом по результатам проведения судебной экспертизы, недостаточной ясности или неполноты заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов не установлено.

В соответствии с ч. 3 ст. 331 ГПК РФ представителем истца возражения относительно данного определения могут быть включены в апелляционную жалобу.

Исходя из совокупности исследованных по делу доказательств, следует, что общие правила, касающиеся формы и порядка совершения завещания, предусмотренные ст. 1124 ГК РФ, в данном случае были соблюдены.

Каких-либо нарушений процедуры нотариального удостоверения завещания, предусмотренной ст. 1125 ГК РФ, судом не установлено.

Как отмечалось ранее, истцом в качестве основания признания завещания недействительным указаны положения п. 1 ст. 177 ГК РФ.

Суд, учитывая нормы закона во взаимосвязи с фактическими обстоятельствами дела, считает, что в данном случае истцом не предоставлено ни одного доказательства, подтверждающего наличие оснований для признания завещания от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, предусмотренных п. 1 ст. 177 ГК РФ, не смотря на то обстоятельство, что в соответствии со ст. 56 ПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования или возражения, а имеющиеся в деле доказательства опровергают их.

В соответствии с ч. 1 ст. 69 ГПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.

Таким образом, свидетельскими показаниями могут быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, о совершаемых им поступках, действиях и об отношении к ним.

Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми, как правило, ни свидетели, включая удостоверившего завещание нотариуса, ни суд не обладают.

В связи с этим показания свидетеля ФИО19 о поведении наследодателя несоответствующем обстановке, не могут быть приняты судом во внимание.

Имеющееся у наследодателя заболевание не оказывало существенного влияния на способность понимать значение своих действий и руководить ими.

Как следует из пояснений нотариуса ФИО4 ФИО1 не заблуждалась относительно природы сделки, ранее неоднократно составляла завещания, обоснованно мотивировала каждый раз составление нового завещания, которое отменяло предыдущее, что свидетельствует о целенаправленном ее поведении, последовательности ее действий и высказываний.

Таким образом, суд считает установленным, что составляя завещание, ФИО1 действовала правомерно, реализовала предоставленную ей законом возможность распорядиться принадлежащим имуществом по собственному усмотрению. Свою волю выразила в надлежащей форме, самостоятельно обратившись к нотариусу.

Анализируя вышеустановленное, суд приходит к однозначному убеждению в том, что в момент составления завещания ФИО1 была способна понимать значение своих действий или руководить ими, действовала добровольно и осознанно.

Следовтаельно, у суда отсутствуют какие-либо основания для признания завещания, составленного ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом <адрес> ФИО4 и зарегистрированного в реестре за №-н/63-2019-1-907, недействительным и для удовлетворения заявленных исковых требований.

При назначении судебной экспертизы расходы на ее проведение судом были возложены на истца, как на сторону, заявившую соответствующее ходатайство.

Как следует из ходатайства заведующего отделением АСП, ГБУЗ СО «ТПНД» ФИО27 (л.д.206) стоимость экспертизы составляет 16 000 рублей, однако не оплачена лицом, на которое такая оплата была возложена.

Наряду с этим, в силу того, что исковые требования как указывалось выше, удовлетворению не подлежат, и расходы за проведение судебной экспертизы были возложены на истца, то ГБУЗ СО «ТПНД» за счет истца подлежат возмещению расходы на проведение посмертной психолого-психиатрической судебной экспертизы в соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 2, 117, 218, 1111, 1112, 1118, 1125, 1131, 1142, 1153 ГК РФ, ст.ст. 1256, 67, 98, 194-198 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании завещания недействительным – оставить без удовлетворения

Взыскать с ФИО2 в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения СО «Тольяттинский психоневрологический диспансер» судебные расходы по оплате судебной экспертизы в размере 16000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Автозаводский районный суд г. Тольятти в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено в течение пяти рабочих дней - 17.03.2021 года.

Судья Ю.В. Тарасюк