Апелляционное постановление № 22-196/2018 от 14 февраля 2018 г. по делу № 22-196/2018

Судья Кочетова Ж.В. Дело № 22-196/2018


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск 15 февраля 2018 года

Томский областной суд в составе:

председательствующего Архипова А.В.,

при секретаре Мазур И.В.

рассмотрел в судебном заседании дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Мячина А.Н. на приговор Октябрьского районного суда г. Томска от 6 декабря 2017 года, которым

ФИО1, родившийся /__/, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев.

Срок наказания постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение, куда ему надлежит проследовать самостоятельно. В срок отбытия наказания зачесть время следования к месту отбывания наказания.

Также приговором был частично удовлетворен гражданский иск потерпевшего, с осужденного взыскано в пользу Г. в счет компенсации морального вреда 1500 000 руб.

Заслушав выступление осужденного ФИО1 и адвоката Мячина А.Н. в защиту его интересов, поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения потерпевшего Г., его представителя – адвоката Дорошенко Г.Г. и прокурора Конопатовой В.П., полагавших необходимым приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 20 октября 2016 года в г. Томске при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления признал частично.

В апелляционной жалобе защитник осужденного – адвокат Мячин А.Н. указывает, что приговор, по его мнению, является незаконным и необоснованным. В материалах дела не содержится достаточных доказательств наличия причинно-следственной связи между травмами, причиненными потерпевшему в результате ДТП, и его смертью. Имеющееся в деле заключение судебно-медицинской экспертизы, являющееся единственным доказательством наличия указанной причинно-следственной связи, было опровергнуто заключением специалиста А. Положив в основу принятого решения заключение судебно-медицинской экспертизы, а не заключение специалиста А., суд нарушил положения ст. 14 УПК РФ о презумпции невиновности, истолковав неустраненные противоречия между заключением эксперта и выводами специалиста А. не в пользу осужденного. При вынесении приговора судом также были нарушены нормы уголовно-процессуального законодательства, т.к. в приговоре суд не указал, почему он берет в основу принимаемого решения заключение судебно-медицинской экспертизы, а не выводы специалиста А. Кроме того, по мнению защитника, суд не мотивировал в приговоре решение относительно размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с осужденного. На основании изложенного защитник просит суд апелляционной инстанции обжалуемый приговор отменить, дело вернуть в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Воробьев С.С. опровергает доводы апелляционной жалобы и просит оставить обжалуемый приговор без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Заслушав выступления сторон, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Факт наезда автомобиля, управляемого осужденным, на Г. при обстоятельствах, изложенных в приговоре, доказан всей совокупностью исследованных судом доказательств, в том числе показаниями потерпевшего, свидетелей, иными материалами настоящего уголовного дела, подробно приведенными в приговоре. Данный факт не отрицает и сам осужденный.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы об отсутствии прямой причинно-следственной связи между телесными повреждениями, причиненными Г. в результате ДТП, и наступившей смертью потерпевшего, суд апелляционной инстанции, вопреки доводам жалобы, полагает наличие такой связи доказанным.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №16-196-17-э смерть Г. наступила вследствие тупой сочетанной травмы головы, грудной клетки, живота, таза, позвоночника и правой верхней конечности, осложнившейся транзиторной ишемической атакой в системе средней мозговой артерии справа от 22.11.2016, переходящим монопарезом левой руки, нозокомиальной двусторонней полисегментарной пневмонией, тяжелое течение, вызванной микст-инфекцией, сепсисом, септикопиемией, септической селезенкой, респираторным дисстресом – синдромом взрослых, острой почечной и сердечной недостаточностью, отеком ткани головного мозга. Указанные телесные повреждения являются автотранспортной травмой и в совокупности относятся к категории тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью.

В судебном заседании был допрошен судебно-медицинский эксперт Б., который подтвердил выводы, изложенные в экспертизе. Эксперт показал, что между телесными повреждениями, полученными Г. в результате ДТП, и его смертью имеется прямая причинно-следственная связь, т.к. именно полученные при ДТП травмы, повлекшие длительное лечение потерпевшего, его вынужденное пребывание в горизонтальном положении, привели к возникновению перечисленных в экспертизе осложнений. Т.е. осложнения образовались не сами по себе, а в результате полученных телесных повреждений.

Суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой приведенных доказательств как достоверных и допустимых.

Также суд апелляционной инстанции считает верной данную судом первой инстанции оценку заключению специалиста А. и его показаниям в судебном заседании. Суд обоснованно указал на то, что материалы всего уголовного дела специалистом не исследовались, ему предоставлялась лишь копия заключения судебно-медицинской экспертизы, исследование производилось А. на возмездной основе по заказу стороны защиты, само заключение представляет собой не исследование относительно поставленных вопросов, а критическую оценку правильности заключения судебно-медицинской экспертизы, что не входит в компетенцию специалиста.

При таких обстоятельствах суд верно признал заключение специалиста А. и его показания в судебном заседании недостоверными.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ, и с квалификаций его действий.

При назначении осужденному наказания судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, состояние его здоровья, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельства, смягчающие наказание осужденного, были определены судом верно.

Неправильного применения уголовного закона при назначении наказания судом допущено не было.

Назначенное ФИО1 наказание является справедливым.

Вид исправительного учреждения определен в соответствии с требованиями ст. 58 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, разрешая гражданский иск потерпевшего, суд в приговоре подробно обосновал размер взыскиваемой с осужденного компенсации морального вреда. Суд учел глубину нравственных страданий потерпевшего, вызванных утратой его отца, длительность нахождения Г. на лечении, иные существенные обстоятельства. По мнению суда апелляционной инстанции, размер компенсации морального вреда был определен судом верно.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену обжалуемого приговора, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Октябрьского районного суда г. Томска от 6 декабря 2017 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в президиум Томского областного суда.

Судья