Апелляционное определение № 33-443/2026 33-5703/2025 от 20 января 2026 г.

Судья Безруких Е.С. УИД 39RS0011-01-2024-002336-03

Дело № 2-560/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е



№ 33-443/2026
21 января 2026 года
г. Калининград
Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего Гарматовской Ю.В.,

судей Татаренковой Н.В., Жогло С.В.,

при помощнике ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Зеленоградского районного суда Калининградской области от 13 августа 2025 года по иску ФИО2 к ФИО3 об отмене дарения, признании договора дарения недействительной сделкой, применении последствий недействительности.

Заслушав доклад судьи Гарматовской Ю.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3, указав, что 01 ноября 2019 года она приобрела по договору участия в долевом строительстве квартиру по адресу: <адрес>, которую 02 апреля 2022 года подарила сыну ФИО13 для обеспечения жильём, поскольку тот, хоть и находился в браке с ФИО3, однако с супругой не проживал, совместное хозяйство не вёл, своего жилья не имел.

29 января 2024 года ФИО14 умер, после чего указанная квартира была включена в наследственную массу. Наследство после смерти ФИО15 приняли истец ФИО2 и супруга покойного – ФИО3 Таким образом квартира поступила к наследникам в долевую собственность, с чем истец не согласна, так как ответчик фактически не принимала никакого участия в жизни ФИО16, а квартира была приобретена на средства истца и её покойного супруга.

13 августа 2025 года истец уточнила основание иска, указав, что была введена в заблуждение относительно природы договора дарения, поскольку как пожилой человек нуждалась в помощи и уходе, в связи с чем, передавая права на спорную квартиру, она предполагала, что заботу о ней возьмёт на себя её сын ФИО17. Документы составлял сын, подписывались документы в присутствии сотрудников МФЦ. О возможности заключения договора пожизненного содержания с иждивением ФИО2 не знала. Намерения дарить квартиру не имела, сделка носила возмездный характер.

На основании изложенного ФИО2 просила признать договор дарения квартиры от 02 апреля 2022 года, заключённый между ФИО2 и ФИО18, недействительным, применить последствия недействительности сделки, признав за ней право собственности на указанную квартиру.

Решением Зеленоградского районного суда Калининградской области от 13 августа 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит отменить решение суда, исковые требования удовлетворить в полном объёме. Указывает, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неверно оценил обстоятельства совершения сделки. Также истец возражает против выводов суда о том, что при заключении договора дарения она осознавала характер и последствия совершения сделки, разумно и объективно оценивала ситуацию.

Участники судебного разбирательства в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в связи с чем, суд апелляционной инстанции, руководствуясь ч. 3 ст. 167, ч. 1, 2 ст. 327 ГПК, полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 02.04.2022 между ФИО2 (даритель) и ФИО19 (одаряемый) был заключен договор дарения квартиры № в корпусе № дома № по <адрес> с КН №. На основании указанного договора за ФИО20 07.04.2022 было зарегистрировано право собственности на указанную квартиру, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

В данном договоре отсутствует условие, предусматривающее право дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого (п.4 ст. 578 ГК РФ).

ФИО21 умер 29.01.2024, что подтверждается свидетельством о смерти.

Согласно материалам наследственного дела, после смерти ФИО22 наследство приняли наследники первой очереди: мать – ФИО2 и супруга – ФИО3

ФИО2 и ФИО3 нотариусом выданы свидетельства о праве собственности по закону, в том числе на № долю каждой квартиры № в корпусе № дома № по <адрес> с КН №.

Оспаривая договор дарения квартиры, истец в уточненном иске ссылалась на наличие у сына встречного обязательства по содержанию матери, уходе за ней, поскольку в силу престарелого возраста она такой уход не может осуществлять сама. Также ссылалась на заблуждение относительно природы сделки.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции правомерно руководствовался положениями ст.ст. 166,178, 170,578 ГК РФ, и исходил из отсутствия не вызывающих сомнения доказательств мнимости совершенной сделки, заблуждения сторон относительно ее природы.

Оснований не согласиться с указанными выводами суда, вопреки доводам апелляционной жалобы, не имеется.

В силу ст. 153 ГК РФ под сделкой понимаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

По общему правилу в соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно п.1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность.

В соответствии с абз.2 п.1 ст. 572 ГК РФ при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В силу п.2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Таким образом, по основанию притворности недействительной может быть признана сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Между тем истцом доказательств того, что спорная сделка совершена с целью прикрыть другую сделку, в материалы дела не представлено.

Так, по настоящему делу установлено, что договор дарения от 02 апреля 2022 года между ФИО2 и ФИО23 соответствует требованиям закона, заключён в надлежащей письменной форме, сторонами согласованы все существенные условия договора, он подписан обеими сторонами собственноручно, право собственности одаряемого на имущество зарегистрировано в установленном порядке.

При этом в договоре дарения указано, что даритель безвозмездно передает одаряемому объект недвижимости (п. 1.1 договора); одаряемый приобретает право собственности на объект недвижимости после государственной регистрации перехода права собственности в Управлении Росреестра по Калининградской области (п. 3.3 договора); с момента государственной регистрации права собственности одаряемого объект недвижимости считается переданным от дарителя к одаряемому (п. 3.4 договора).

В тексте договора дарения не содержится условий о цене имущества и о возмездной его передаче, напротив, договор свидетельствует, что сделка имеет безвозмездный характер. Стороны данного договора являются близкими родственниками. Каких либо сведений, свидетельствующих о передаче квартиры на возмездной основе, в договоре не содержится. Договор дарения заключен путем составления письменного документа, в котором воля дарителя явно выражена, предмет договора определен. Сторонами оспариваемая сделка исполнена, за ФИО24 зарегистрировано право собственности на квартиру.

Более того, из искового заявления ФИО2 следует, что решение о дарении квартиры своему сыну она приняла, чтобы обеспечить его жильем. При его жизни истец данную сделку не оспаривала, обращение в суд, как следует из иска, обусловлено неприязненным отношением к ответчику.

Таким образом, природа сделки дарения, её правовые последствия в виде передачи права собственности на квартиру безвозмездно одаряемому следуют из содержания договора дарения, который не допускает его неоднозначного толкования.

При этом условий о возвратности квартиры в собственность ФИО2 в случае смерти одаряемого договор дарения не содержит.

Ссылка ФИО2 о том, что такой договор не был удостоверен нотариусом, недействительность сделки не влечет.

Из указанного следует, что выводы суда первой инстанции об отсутствии доказательств обусловленности дарения встречным предоставлением со стороны одаряемого, заблуждении дарителя относительно природы сделки, и, как следствие, ничтожности сделки, основаны на установленных по делу обстоятельствах.

Доводы апелляционной жалобы, оспаривающие вышеуказанные выводы суда, не могут быть приняты во внимание, поскольку выводы суда не опровергают, а повторяют правовую позицию истца, выраженную в суде первой инстанции, тщательно исследованную судом и нашедшую верное отражение и правильную оценку в решении суда, и сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела и представленных по делу доказательств. Оснований для их переоценки, в том числе по доводам жалобы, судебная коллегия не усматривает.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что при принятии обжалуемого судебного акта суд первой инстанции правильно применил нормы материального права, не допустил нарушений норм процессуального права, содержащиеся в решении выводы соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, а потому основания для отмены указанного решения суда по доводам жалобы заявителя отсутствуют.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было, в связи с чем судебная коллегия не усматривает оснований к отмене решения суда.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Зеленоградского районного суда Калининградской области от 27 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26 января 2026 года.

Председательствующий

Судьи