Решение № 2-4924/2024 2-4924/2024~М-635/2024 М-635/2024 от 12 марта 2024 г. по делу № 2-4924/2024

Дело № 2-4924/2024

50RS0031-01-2024-000890-96


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«13» марта 2024 года г. Одинцово

Одинцовский городской суд Московской области в составе

председательствующего судьи Захаровой Л.Н.

при секретаре Вавиленковой М.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АО "СОГАЗ" к ФИО1 о признании договора страхования недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о признании Договора страхования - Полис страхования № № от 11.05.2021 года, заключенный между ФИО3 и АО «СОГАЗ», недействительным, о взыскании с ФИО1 в пользу АО «СОГАЗ» в счет возмещения расходов по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

В обоснование требований указал, что между ФИО3 (Страхователь) и АО «СОГАЗ» (Страховщик) был заключен Полис страхования № № от 11.05.2021 года «Финансовый резерв» (версия 3.0) Программа «Оптима». Настоящий Договор страхования был заключен на основании устного заявления Страхователя и в соответствии с Условиями страхования по страховому продукту «Финансовый резерв» (версия 3.0) (также- Условия страхования), -являющимися неотъемлемой частью настоящего Полиса, и в соответствии с «Правилами общего добровольного страхования от несчастных случаев и болезней» АО «СОГАЗ» в редакции от 01.08.2019 года, размещенными на сайте Страховщика.Страховыми рисками (случаями) по Договору страхования являются: 1. Смерть в результате несчастного случая или болезни (п.4.2.1. Условий страхования); 2. Инвалидность I или II группы в результате несчастного случая или болезни (п.4.2.2. Условий страхования);

3. Травма (п. 4.2.4. Условий страхования); 4. Госпитализация в результате несчастного случая и болезни (п.4.2.3. Условий страхования) Страховая сумма по Договору страхования была определена в размере 1 139 483 руб. 58 коп. Страховая премия была оплачена Страхователем в полном объеме в сумме 131 269 руб. 00 коп., что подтверждается выпиской по счету ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер, что подтверждается свидетельством о смерти №, выданным «Многофункциональным центром по предоставлению государственных и муниципальных услуг Одинцовского городского округа Московской области» 28.02.2023 года. В адрес АО «СОГАЗ» поступило заявление о страховом событии в отношении ФИО2 (смерть Застрахованного лица). Как следует из выписки медицинской карты пациента ФИО2, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях: диагноз с 2018 года -инсулиннезависимый сахарный диабет без осложнений, сахарный диабет 2-го типа. Исходя из представленных медицинских документов и установленных медицинских диагнозов до заключения ФИО2 Договора страхования от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ФИО2 скрыл факт заболевания, а именно, заболевание: сахарный диабет 2-го типа с 2018 года, заведомо зная о неудовлетворительном состоянии своего здоровья, что дает основания для обращения с исковым заявлением в судебном порядке о признании Договора страхования недействительным. Как следует из Свидетельства о праве на наследство по закону № от ДД.ММ.ГГГГ, выданном нотариусом Одинцовского нотариального округа Московской области ФИО4, наследнику имущества умершего ФИО2 ФИО1, право на 1/2 (одну вторую) долю на квартиру на праве собственности на долю в общем имуществе супругов, выдаваемое пережившему супругу.

В судебное заседание представитель истца явилась, исковые требования поддержала.

Ответчик и ее представитель в судебное заседание явились, исковые требования не признали, просили отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

Выслушав явившихся лиц, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ, ст. 1 ГК РФ, и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 421 ГК РФ Граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписаны законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что между ФИО2 (Страхователь) и АО «СОГАЗ» (Страховщик) был заключен Полис страхования №№ от 11.05.2021 г. «Финансовый резерв» (версия 3.0) Программа «Оптима» (Договор страхования).

Страховыми рисками (случаями) по Договору страхования являются, в том числе, смерть в результате несчастного случая или болезни (п.4.2.1. Условий страхования). Выгодоприобретателем по Договору страхования является Застрахованное лицо, а в случае смерти Застрахованного лица - его наследники.

Согласно ст.943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

Страхователь с условиями заключения договора страхования был ознакомлен и согласен, что подтверждается его подписью в полисе.

ФИО2 в соответствии с заключенным договором страхования п.2.2, подтвердил, что не страдает заболеванием сахарный диабет.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер.

Согласно справке о смерти, причиной смерти явилось недостаточность сердечная левожелудочковая, недостаточность коронарная острая, гипертензивная болезнь сердечно-сосудистая.

ФИО1 после смерти мужа обратилась к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения, которое было оставлено без удовлетворения.

В соответствии с п.1 ст.944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Согласно абзацу 2 п. 1 ст.944 ГК РФ существенными признаются, во всяком случае, обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В силу п.3 ст.944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 данной статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 ст. 179 ГК РФ.

При разрешении споров данной категории обязательным условием для применения нормы о недействительности сделки является наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

ГК РФ не содержит исчерпывающего перечня существенных обстоятельств, лишь указывает на то, что таковыми признаются обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (абзац второй пункта 1 статьи 944).

Страховщик согласно п.2 ст.939 ГК РФ вправе требовать от выгодоприобретателя, в том числе, и тогда, когда выгодоприобретателем является застрахованное лицо, выполнения обязанностей по договору страхования, включая обязанности, лежащие на страхователе, но не выполненные им, при предъявлении выгодоприобретателем требования о выплате страхового возмещения по договору имущественного страхования либо страховой суммы по договору личного страхования. Риск последствий невыполнения или несвоевременного выполнения обязанностей, которые должны были быть выполнены ранее, несет выгодоприобретатель.

Ссылка истца на необходимость применения положений ст.944 ГК РФ, согласно которой, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщал страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса, является необоснованной в силу следующего.

В соответствии со ст. 179 ГК РФ признание договора страхования недействительным на основании пункта 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только при условии сообщения страхователем заведомо ложных сведений, то есть совершения последним умышленных действий, направленных на обман своего контрагента по договору.

Под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки. Обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике (истце), обратившемся в суд с иском о признании сделки недействительной.

Истец, в нарушение ст.56 ГПК РФ не представил суду безусловных доказательств, свидетельствующих о том, что спорный договор был заключен под влиянием обмана, то есть при его заключении страхователь действовал умышленно и сообщил страховщику заведомо ложные сведения.

Истец, осуществляя профессиональную деятельность на рынке страховых услуг и являясь более сведущим в определении факторов риска, имел законные способы выяснения указанных страхователем обстоятельств, влияющих на степень риска.

При этом в случае недостаточности сообщенных страхователем существенных обстоятельств либо сомнений в их достоверности страховщик мог сделать письменный запрос в адрес страхователя для их конкретизации, однако страховщик такой запрос не направлял и не воспользовался своим правом проверить состояние здоровья застрахованного лица, а также достаточность представленных страхователем сведений.

Кроме того, получив соответствующие сведения, истец не воспользовался предоставленным ему ст.945 ГК РФ правом провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Таким образом, в данном случае обстоятельства, которые в силу пункта 3 ст.944 ГК РФ являются основаниями для признания недействительным спорного договора, отсутствуют.

В силу абзаца 3 пункта 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Из анализа указанных выше положений законодательства следует, что договор страхования может быть признан недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, а также того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, которые впоследствии явились непосредственной причиной наступления страхового случая.

Таким образом, обязательным условием применения нормы о недействительности сделки является наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике, обратившимся в суд с иском о признании сделки недействительной.

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО2, заключая с АО "Согаз" договор страхования, умышленно умолчал о наличии у него заболевания "сахарный диабет".

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Доказательств недобросовестности действий ФИО2 при заключении договора страхования материалы дела не содержат. Смерть ФИО2 наступила по причине недостаточности сердечной левожелудочковой, недостаточности коронарной острой, гипертензивной болезни сердечно-сосудистой.

Доказательств наличия у ФИО2 умысла на сокрытие данных о своих заболеваниях или предоставление ложных сведений, введение в заблуждение и обман страховщика при заключении договора страхования не представлено.

Разрешая заявленные АО "Согаз" требования, суд, руководствуясь положениям статей 179, 431, 927, 934, 940, 942, 943, 945 Гражданского кодекса РФ. разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходит из отсутствия доказательств, с достоверностью подтверждающих намеренность страхователя не сообщать страховщику о имеющемся у него заболевании, а также из отсутствия причинно-следственной связи между имеющимся заболеванием и наступившим страховым случаем.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований АО "СОГАЗ" к ФИО1 о признании Договора страхования- Полис страхования № № от 11.05.2021 года, заключенный между ФИО7 и АО «СОГАЗ», недействительным –отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Одинцовский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Федеральный судья Л.Н. Захарова

Мотивированное решение изготовлено 15 марта 2024 года