Решение № 2-1289/2023 2-2/2024 2-2/2024(2-1289/2023;)~М-388/2023 М-388/2023 от 20 февраля 2024 г. по делу № 2-1289/2023

61RS0023-01-2023-000461-61

Дело №2-2/2024


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 февраля 2024г. г. Шахты

Шахтинский городской суд Ростовской области в составе:

судьи Черепановой Л.Н.

при секретаре Ларионовой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Городская поликлиника №1» в г. Шахты, Государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Городская больница скорой медицинской помощи им. В.И. Ленина» в г. Шахты о возмещении морального вреда,

установил :

ФИО1 (ранее ФИО2) обратилась в Шахтинский городской суд с указанным исковым заявлением, ссылаясь на следующее.

Она является матерью ФИО3, <данные изъяты> года рождения.

В январе 2022 года ФИО3 заболела, ей был вызван врач на дом из МБУЗ «Городская поликлиника «1» г. Шахты.

Прибывший терапевт прописал лекарство, открыл больничный лист и назначил сдачу теста на коронавирус. При этом ФИО3 чувствовала себя хорошо, симптомов заболевания коронавирусом у нее не было.

Тест дал положительный результат. Примерно 6-7 февраля 2022 пришел отрицательный результат на повторный тест.

10 февраля 2022г. около 21:00 час ФИО3 стало плохо, поднялась температура до 40 градусов, началась рвота, ФИО3 стала синеть. Ей была вызвана скорая помощь.

На вызов прибыли медицинские работники МБУЗ «Городская больница скорой медицинской помощи им. В.И. Ленина» г. Шахты, которые установили диагноз – <данные изъяты>

ФИО3 была сделана внутримышечная инъекция для понижения температуры.

После понижения температуры у ФИО3 до 38,8 градусов медработники уехали.

11 февраля 2022 около 05:00 час у ФИО3 началась тошнота и рвота. К ней вновь была вызвана бригада скорой медицинской помощи.

ФИО3 находилась в тяжелом состоянии, которое выражалось в вялости, неактивности, повышенной плаксивости, повышении температуры тела до 40 градусов, слабости, потливости, однократном жидком стуле, многократной рвоте. Также у ФИО3 были жалобы на сильные боли внизу живота справа.

Прибывшими медработниками был установлен предположительный диагноз – <данные изъяты>. ФИО3 оказана медицинская помощь в виде введения препарата «<данные изъяты> холод на живот, экстренная госпитализация с предварительным созвоном приемного отделения МБУЗ «Городская больница №2» г. Шахты.

В данном медицинском учреждении ФИО3 осмотрел дежурный хирург, который не выявил острой хирургической патологии.

Спустя 3-4 минуты состояние ФИО3 резко ухудшилось, она захрипела и потеряла сознание, реанимационные мероприятия оказались безуспешными. Была зафиксирована биологическая смерть ФИО3

Истец считает, что ФИО3 была не надлежаще оказана медицинская помощь, что привело к ее смерти.

В связи с этим истцу был причинен моральный вред, она испытывает нравственные страдания в виде чувства негодования, возмущения, бессилия, боли от утраты близкого человека.

Степень нравственных страданий истец оценивает денежной компенсацией в размере 5 000 000 руб.

Просит взыскать солидарно с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 руб.

В судебное заседание явились истец ФИО1 и ее представитель – адвокат Власенко Д.А., заявленные требования поддержали по изложенным доводам.

В судебное заседание явилась представитель ГБУ РО «Городская поликлиника №1» в г. Шахты ФИО4, действующая на основании доверенности, просила отказать в удовлетворении исковых требований.

В судебное заседание явились представители ГБУ РО «ГБСМП им. Ленина» в г. Шахты ФИО5, ФИО6, ФИО7, действующие на основании доверенности, в удовлетворении исковых требований просили отказать.

Прокурор Исабеков Р.Ш. в судебном заседании полагал исковые требования подлежащими удовлетворению с определением суммы компенсации морального вреда на усмотрение суда.

Выслушав стороны, заключение прокурора, изучив письменные материалы дела, допросив свидетеля, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 ГК РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Пункт 2 статьи 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, в том числе по компенсации морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено, что истец является матерью ФИО3, <данные изъяты> года рождения.

25 января 2022г. бабушка ФИО3 вызвала ей на дом участкового врача терапевта в связи с повышением температуры тела до 38 градусов, болью в горле, кашлем, насморком.

В этот же день к ФИО3 прибыл врач терапевт ГБУ РО «Городская поликлиника №1» в г. Шахты (ранее МБУЗ ГП №1), осмотрел больную, назначил ПЦР тест на ковид. Поставлен диагноз «<данные изъяты>».

Врачом сделаны следующие назначения: <данные изъяты>

27 января 2022г. выполнен ПЦР тест, результат получен 28 января 2022г. – положительный.

1 февраля 2022г. был оформлен лист назначения, 2 февраля 2022г. из назначенных медицинских препаратов ФИО3 выданы лишь <данные изъяты> (т.1 л.д.40).

7 февраля 2022г. взят повторный ПЦР тест, результат получен 9 февраля 2022 – отрицательный.

10 февраля 2022г. в 21-21 час ФИО3 была вызвана скорая медицинская помощь с жалобами на повышение температуры тела до 39,5 градусов, насморк, сухой кашель, озноб, общую слабость (т.1 л.д.168-169).

На вызов в 21-35 час прибыли медицинские работники МБУЗ «Городская больница скорой медицинской помощи им. В.И. Ленина» г. Шахты, которые установили диагноз – <данные изъяты>.

ФИО3 была сделана внутримышечная инъекция для понижения температуры.

После понижения температуры у ФИО3 до 38,8 градусов медработники уехали.

11 февраля 2022г. в 10-17 час ФИО3 была вызвана скорая медицинская помощь, в 10-25 час прибыли медицинские работники МБУЗ «Городская больница скорой медицинской помощи им. В.И. Ленина» г. Шахты (т.1 л.д.170-171).

На момент осмотра больная предъявляла жалобы на сильные «кинжальные» боли внизу живота справа, повышение температуры тела до 40 градусов, слабость, потливость. Однократно жидкий стул, многократную рвоту. При осмотре состояние ФИО3 было оценено как тяжелое, <данные изъяты>

ФИО3 установлен предварительный диагноз – <данные изъяты>

ФИО3 была госпитализирована в МБУЗ «Городская больница №2» г. Шахты.

В данном медицинском учреждении ФИО3 осмотрел дежурный хирург, который не выявил острой хирургической патологии.

Спустя 3-4 минуты состояние ФИО3 резко ухудшилось, она захрипела и потеряла сознание, реанимационные мероприятия оказались безуспешными. Была зафиксирована биологическая смерть ФИО3

Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа № 123 от 14.02.2022 смерть ФИО3 наступила в результате <данные изъяты> (т.1 л.д.158-160).

По ходатайству истца по делу назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Межрегиональный Центр независимой медико-социальной экспертизы» (т.2 л.д.42).

Согласно заключению эксперта от 30.08.2023 от 14.09.2023 при наблюдении, лечении и обследовании ФИО3 в ГБУ РО «Городская поликлиника № 1» в г. Шахты имели место недостатки оказания медицинской помощи:

- отсутствует информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство;

- не установлен полный клинический диагноз заболевания при первичном осмотре с указанием течения – типичное (манифестное), атипичное (бессимптомное, стертое), тяжести – легкая, средняя, тяжелая, очень тяжелая, характера течения – неосложненное, осложненное (специфические осложнения, осложнения, вызванные вторичной микрофлорой, обострение хронических заболеваний), длительность течения – острое (5-10 дней), подострое (11-30 дней), затяжное (более 30 дней);

- при осмотре не выполнена пульсоксиметрия с измерением SpO2, рекомендованная пациентам с ОРВИ для ранней диагностики респираторных нарушений;

- отсутствует план обследования пациента при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза;

- отсутствует план лечения при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза, клинических проявлений заболевания, тяжести заболевания или состояния пациента;

- отсутствует срок временной нетрудоспособности;

- не оформлено обоснование клинического диагноза соответствующей записью в амбулаторной карте;

- несоответствие диагноза, указанного в осмотре терапевтом 25.01.2022 (<данные изъяты>) диагнозу в эпикризе на КЭК от 26.01.2022 (ОРЗ);

- не установлен клинический диагноз заболевания при обнаружении РНК коронавируса 27.01.2022. В эпикризе на КЭК от 31.02.2022 указан диагноз: <данные изъяты>

- не назначены обязательные обследования при бронхите – определение лейкоцитов крови, формулы крови, СОЭ, общий анализ мочи;

- не выполнена прицельная рентгенография органов грудной клетки, рекомендованная пациентам с явлениями бронхита (для исключения очаговой пневмонии);

- отсутствуют названия рекомендованных лекарственных препаратов, их дозировка, время приема назначения и выписывание лекарственных препаратов в соответствии с установленным порядком. Имеется только запись – назначение: жаропонижающая и противовирусная терапия;

- отсутствует назначение мукоактивных препаратов, рекомендованных при бронхите при наличии влажного кашля;

- отсутствует назначение базисной терапии – постельный режим, диета и обильное питье;

- отсутствует план обследования и план лечения при обнаружении РНК коронавируса 27.01.2022;

- несвоевременное начало лечения (практически через неделю) – позднее назначение лекарственных препаратов (01.02.2022) после обнаружения РНК коронавируса 27.01.2022, препараты получены 02.02.2022.

- несвоевременная выдача листка нетрудоспособности: согласно заключению КЭК от 31.01 (год не указан) разрешить выдачу листка нетрудоспособности с 25.01.2021. При этом имеет место еще одно заключение КЭК от 26.01.2022 – разрешить выдачу листка нетрудоспособности с 25.01.2022;

- несвоевременное решение КЭК от 17.02.2022 (смерть 11.02.2022) о продлении листка нетрудоспособности с 09.02.2022 по 10.02.2022 с вышеуказанным диагнозом, а каким диагнозом – не указано;

- небрежность, неразборчивость, исправления, неверные даты (указано несколько записей, где указан 2021 год вместо 2022 года);

- акт внутренней проверки качества оказания медицинской помощи МБУЗ «Городская поликлиника №1» г. Шахты датирован 13.12.2022, но в нем содержится запись «17.02.2022, со слов лечащего врача, обратилась мама ФИО3 для закрытия листка нетрудоспособности, сообщим о том. что пациентка скончалась». Данный факт говорит о несоответствии даты составления данного акта фактически указанной дате.

Имели место недостатки оказания медицинской помощи на этапе скорой медицинской помощи 10.02.2022:

- не собран полный медицинский, эпидемиологический анамнез (указано – анамнез не отягощен). Между тем ФИО3 находилась еще на амбулаторном лечении и была временно нетрудоспособной;

- не выполнено детальное обследование грудной клетки, не проведена перкуссия легких;

- отсутствует передача сведений в поликлинику по месту наблюдения (в представленной документации такие сведения отсутствуют). После оказания неотложной медицинской помощи больному и устранении либо уменьшении проявлений неотложного состояния больной направляется к врачу либо участковому врачу, передаются сведения о больном для осуществления посещения больного с целью наблюдения за его состоянием, течением заболевания и своевременного назначения (коррекции) необходимого обследования и (или) лечения (активное посещение) в течение суток(п.9 Приложения № к Положению об организации оказания первичной медико-санитарной помощи взрослому населению, утвержденному приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н).

Имели место недостатки оказания медицинской помощи на этапе скорой медицинской помощи 11.02.2022:

- не собран полный медицинский, эпидемиологический анамнез (указано: <данные изъяты> от 27.01.22, <данные изъяты> от 09.02.22. Между тем ФИО3 находилась еще на амбулаторном лечении и была временно нетрудоспособной;

- нет указания на повторный вызов скорой медицинской помощи (указано: вызов первичный);

- учитывая признаки интоксикационного синдрома: снижение АД до 100-80/40 мм рт.ст. (рабочсе АД 100-110/70 мм рт. ст.), учащение пульса до 112 уд. в мин (норма 60-90 уд. в мин), увеличение ЧД до 24 в мин (норма 16-20 в мин), повышение температуры до 40 С (на момент приезда СМП 38,4 С), слабость, однократно жидкий стул, многократную рвоту, сильные «кинжальные боли внизу живота справа – необходима была срочная экстренная госпитализация.

Эксперты пришли к выводу, что прямая причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи ФИО3 на всех этапах и последствиями в виде ее смерти, наступившей 11.02.2022, отсутствует.

Между тем, имеются основания полагать, что недостатки оказания медицинской помощи на всех этапах оказания медицинской помощи ФИО3 повлияли на состояние здоровья больной. Учитывая наличие недостатков оказания медицинской помощи, время проведения этиологического лечения, направленное на причину тяжелого состояния, было упущено, и остановить прогрессирование всех негативных последствий не представилось возможным (т.2 л.д.71-112).

По ходатайству ответчика ГБУ РО «Городская больница скорой медицинской помощи им. В.И. Ленина» по делу была назначена дополнительная комиссионная судебно-медицинская экспертиза (т.2 л.д.188-191).

При проведении дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы, проведенной 10.12.2023- 26.12.2023, эксперты подтвердили сделанные ранее выводы, более развернуто обосновали их, дали ответы на дополнительные вопросы (т.3 л.д.2-54).

Эксперты указали, что отсутствие проведения перкуссии фельдшером скорой медицинской помощи при наличии аускультации легких и показателей сатурации, в том числе является фактором, приведшим к диагностической ошибке при диагностике пневмонии на догоспитальном этапе.

Недостатки оказания медицинской помощи на этапе скорой медицинской помощи 10.02.2022 привели к недооценке степени тяжести состояния здоровья, неверно установленному диагнозу заболевания, соответственно неадекватному лечению. Врачебная оценка исхода заболевания с учетом характера заболевания и его течения, стадии, выраженности симптомов, степени нарушения функции пораженных легких и состояния их компенсации, а также оценка эффективности адекватного лечения у ФИО3, которое она получала при назначении терапии участковым врачом, проведена неверно. Неверный диагноз повлек за собой отсутствие направления на госпитализацию, в связи с чем имело место невозможность стабилизации состояния здоровья и прогрессирование патологического процесса, которое в конечном итоге привело к смерти ФИО3 через 14 часов после оказания медицинской помощи скорой медицинской помощью 10.11.2022.

Недостатки оказания медицинской помощи на этапе скорой медицинской помощи 11.02.2022 привели к недооценке степени тяжести состояния здоровья, неверно установленному диагнозу заболевания, несвоевременной госпитализации, соответственно неадекватному лечению. Врачебная оценка исхода заболевания с учетом характера заболевания и его течения, стадии, выраженности симптомов, степени нарушения функции пораженных легких и состояния их компенсации, а также оценка эффективности адекватного лечения у ФИО3, которое она получала при назначении терапии участковым врачом и при оказании медицинской помощи скорой медицинской помощью10.02.2022 проведена неверно. Поэтому имело место отсутствие экстренной госпитализации, в связи с чем имело место невозможность стабилизации состояния здоровья и прогрессирование патологического процесса, которое в конечном итоге привело к смерти ФИО3 через 40-45 минут после оказания медицинской помощи на дому.

В соответствии с ч.ч. 1-3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ, изложенным в п. 7 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении», заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительными средствами доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ); оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении; при этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и произведен ли в отношении их соответствующий анализ.

Суд принимает в качестве доказательства заключения ООО «Межрегиональный центр независимой медико-социальной экспертизы», так как эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, а потому у суда не имеется никаких оснований не доверять выводам экспертов.

У суда не возникло сомнений в компетентности экспертов и выводах проведенных судебных экспертиз.

Экспертные заключения получены с соблюдением процедуры, обеспечивающей ответственность экспертов за результаты исследования.

При производстве экспертизы экспертами были исследованы все имеющиеся материалы.

Довод об отсутствии причинно-следственной связи с действиями ответчиков, противоречит приведенному правовому регулированию спорных отношений, которым возможность взыскания компенсации морального вреда не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом. В данном случае юридическое значение может иметь и косвенная причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания ответчиками медицинской помощи ФИО3 могли способствовать ухудшению состояния ее здоровья и привести к неблагоприятным для нее последствиям.

В судебном заседании установлено, что истцу были причинены нравственные страдания.

Умершая ФИО3 является дочерью истца ФИО1

Смертью дочери истцу причинен моральный вред – нравственные страдания, нарушившие душевное спокойствие истца, причиняющие переживания в связи с утратой близкого родственника.

Определяя денежную компенсацию морального вреда, суд принимает во внимание, что вред истцу причинен в связи с утратой близкого родственника – дочери. Факт нравственных страданий, которые переносят родители в связи со смертью ребенка (даже взрослого), учитывая характер отношений, возникающих между указанными лицами, является очевидным и в силу статьи 61 ГПК РФ не нуждается в доказывании. Мать испытывает, и будет испытывать отрицательные эмоциональные страдания, возникшие и не проходящие после травмирующую ее психику событий, связанных с обстоятельствами смерти дочери, чувством невосполнимой потери, состояние дискомфорта, душевных страданий и боли. В силу близких отношений и привязанности к погибшей, истцу причинены глубокие нравственные страдания в виде глубочайших переживаний, полученного стресса, чувства потери и глубокого несчастья.

Смерть близкого родственника - дочери истца сама по себе является необратимым обстоятельством, которое влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку смерть близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает неимущественное право на семейные связи.

В этой связи, принимая во внимание, что смертью дочери истцу причинены нравственные страдания, вызванные потерей близкого человека, смерть которого нарушила сложившиеся семейные связи и личные неимущественные права истца, при этом отсутствует возможность когда-либо восполнить эту утрату и восстановить в полной мере нарушенное право, принимая во внимание характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, а также конкретные обстоятельства дела, в частности, степень родства истца, а также руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда в сумме 400 000 руб. с каждого.

Определяя такой размер компенсации морального вреда, суд считает, что именно он является разумным и справедливым, исходя из добытых по делу доказательств и конкретных обстоятельств дела.

Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

С ответчиков подлежит взысканию в местный бюджет госпошлина, от уплаты которой истец освобожден, в размере 300 руб. с каждого.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Городская поликлиника №1» в г. Шахты (ИНН <данные изъяты>), в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ <данные изъяты>), компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Городская больница скорой медицинской помощи им. В.И. Ленина» в г. Шахты (ИНН <данные изъяты>), в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ <данные изъяты>), компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Городская поликлиника №1» в г. Шахты государственную пошлину в местный бюджет в размере 300 руб.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Городская больница скорой медицинской помощи им. В.И. Ленина» в г. Шахты государственную пошлину в местный бюджет в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Шахтинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Л.Н. Черепанова

Решение в окончательной форме изготовлено 29 февраля 2024г.