Апелляционное определение № 33-4251/2026 от 11 марта 2026 г.

Судья Кузьменко И.А.

УИД: 61RS0008-01-2024-008520-72 дело № 33-4251/2026 №2- 1058/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 марта 2026 года

г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе председательствующего судьи Шинкиной М.В.,

судей Фетинга Н.Н., Толстика О.В.

при секретаре Зайцевой Е.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, третьи лица: АО «Зетта Страхование», ФИО4 о возмещении ущерба от ДТП по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Советского районного суда г. Ростова-на-Дону от 15 декабря 2025 года. Заслушав доклад судьи Шинкиной М.В., судебная коллегия,

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам о возмещении ущерба от ДТП, ссылаясь на то, что автомобиль истца получил механические повреждения в ДТП, случившемся 20.11.2024 по вине ответчика ФИО2, управлявшего автомобилем HONDA Jazz госномер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН. В обоснование требований указывает на возмещение ущерба страховой компанией в пределах лимита – 400 000 руб. при размере ущерба 953 100 руб. Требования о возмещении ущерба между выплаченным страховым возмещением и фактическим размером ущерба заявлены как к виновнику ДТП, так и к собственнику автомобиля HONDA Jazz госномер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН.

На основании изложенного, истец просил взыскать с ответчиков стоимость восстановительного ремонта транспортного средства ТС HAVAL JOLION госномер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН в размере 553 100 руб., расходов на проведение оценки ущерба в размере 7000 руб., расходов по уплате госпошлины в размере 16202 руб.

В ходе рассмотрения дела к участию в качестве третьих лиц, не завалящих самостоятельные требования на предмет спора, привлечены АО «Зетта Страхование», ФИО4

Решением Советского районного суда г. Ростова-на-Дону от 15 декабря 2025 года иск ФИО1 удовлетворен частично.

Суд взыскал с ФИО2 в пользу ФИО1 в возмещение ущерба от ДТП денежную сумму в размере 553 100 рублей, а также судебные расходы: на оценку ущерба - 7 000 рублей, на оплату госпошлины – 16202 рублей. В удовлетворении исковых требований, предъявленных к ФИО5 отказал.

В апелляционной жалобе ФИО2 выражает несогласие с указанным решением суда, полагает его незаконным, необоснованным, просит отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

В обоснование доводов жалобы апеллянт обращает внимание, что суд необоснованно исключил нарушение ПДД водителя HAVAL JOLION из причинно-следственной связи ДТП, по мнению апеллянта в данном ДТП очевидна обоюдная вина водителей.

Заявитель указывает, что суд не принял во внимание рецензию на судебную экспертизу, согласно которой установлена обоюдная вина участников движения.

ФИО1 подал возражения на апелляционную жалобу в которых просит решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ в отсутствие сторон, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, что подтверждается сведениями с сайта Почты России в отношении ответчика и телеграммой от истца.

Рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя ФИО2- ФИО6, поддержавшего доводы апелляционной жалобы и просившего решение суда отменить, представителя ФИО1 – ФИО7 которая возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, просила решение суда без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения, судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных положениями ст. 330 ГПК РФ, для отмены решения суда первой инстанции.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в результате дорожно-транспортного происшествия, 20.11.2024, произошло столкновении двух транспортных средств: HONDA Jazz, принадлежащего ФИО5, под управлением ФИО2, и HAVAL JOLION, принадлежало ФИО1, под управлением ФИО4

Виновным в совершении ДТП признан водитель транспортного средства HONDA Jazz - ФИО2 В результате ДТП автомобиль истца был поврежден.

Оформление документов о ДТП произведено с участием сотрудников полиции.

Риск гражданской отнесенности по договору ОСАГО истца застрахован в АО «Зетта-Страхование», ответчика ФИО2 – АО «Т-Страхование».

В связи с наступлением страхового случая истец обратился в АО «Зетта-Страхование» для получения страховой выплаты в рамках прямого возмещения убытков (т.2 л.д. 23-24)

Страховщиком АО «Зетта-Страхование» данное ДТП признано страховым случаем. По результатам независимой экспертизы стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства с учетом износа заменяемых запасных частей, рассчитанной в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, определена: без учета износа в размере 482352,03 руб., с учетом износа – 468010,01 руб. (т. 2 л.д. 5-14).

26.11.2024 истец заключил с АО «Зетта-Страхование» Соглашение о перечислении суммы страховой выплаты в соответствии с которым истец получил страховое возмещение в размере 400 000 руб. (т. 2л.д. 19, 25).

В связи с тем, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля HAVAL JOLION превышала стоимость восстановительного ремонта, определенная страховщиком, истец произвел самостоятельно оценку ущерба. По заключению ИП ЗБА № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 16.12.2024 среднерыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составляет 953100 руб. (т. 1 л.д. 14-33).

За услуги эксперта-оценщика истцом оплачено 7000 руб. (т. 1л.д. 33-оборот).

Ввиду возражений ответчика ФИО2 относительно единоличной вины в ДТП и размера ущерба, судом проведена судебная комплексная авто-техническая, автотовароведческая экспертиза.

В соответствии с заключением ООО «ЮРЦЭО «АС-Консалтинг» НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 16.09.2025 в данной конкретной дорожно-транспортной ситуации механизм дорожно-транспортного происшествия от 20.11.2024 года развивался следующим образом: 20.11.2024 года, транспортные средства «HONDA Jazz» и «HAVAL JOLION» перед столкновением двигались во встречном относительно друг друга направлении.

Далее, в процессе сближения автомобилей «HONDA Jazz» и «HAVAL JOLION» перед регулируемым перекрестком на светофорном объекте, происходит смена сигнала светофора с желтого на красный и в этом момент оба автомобиля располагались перед дорожной разметкой 1.12 «стоп-линиями», относительно каждого из своих направлений движений.

Далее, автомобиль HONDA Jazz» продолжил движение на красный сигнал светофора, выехал на перекресток, осуществляя маневр поворота налево. В это время автомобиль «HAVAL JOLION» продолжил движение на красный сигнал светофора, выехал на перекресток, осуществляя его проезд в прямом направлении.

Далее, на пересечении проезжих частей, автомобиль «HONDA Jazz» начал осуществлять маневр поворота налево, в то время как автомобиль «HAVAL JOLION» осуществлял движения со встречного направления прямо.

В результате сближения транспортных средств «HONDA Jazz» и «HAVAL JOLION c последующим их выездом на пересечение проезжих частей, произошло контактное взаимодействие за счет передней левой части автомобиля «HONDA Jazz» с передней левой частью автомобиля «HAVAL JOLION» (совпадение по зоне разрушений). В момент контактирования угол между продольными осями транспортных средств «HONDA Jazz» и «HAVAL JOLION» по направлению движения, составлял величину близкую к 157?±45?. После этого автомобили заняли конечные места расположений, согласно предоставленным на исследование материалам.

На основании проведенной реконструкции механизма дорожно-транспортного происшествия, с учетом предоставленных на исследование материалов, установлено, что в процессе сближения автомобилей «НОNDА Jаzz» и «HAVAL JOION» перед регулируемым перекрестком на светофорном объекте, происходит смена сигнала светофора с желтого на красный и в этом момент оба автомобиля располагаются перед дорожной разметкой 1.12 «стоп-линиями», относительно каждого из своих направлений движений.

В соответствии в требованиями пункта 6.13 Правит дорожного движения РФ при наличии перед перекрестком стол-линий, что в настоящем случае имеет место быть, для каждого из направлений движений, водители при запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика должны остановиться перед ней.

Таким образом, на основании вышеизложенного, как водитель автомобиля «HONDA Jazz» ФИО2, так и водитель автомобиля «HAVAL JOLION» ФИО4, при проезде регулируемого перекрестка должны были действовать в соответствии с требованиями пунктов 6.2 и 6.13 Правил дорожного движения РФ, а именно: запрещается движение на красный сигнал, в том числе мигающий. Сочетание красного и желтого сигналов запрещает движение и информирует о предстоящем включении зеленого сигнала.

Пункт 6.13 Правил дорожного движения РФ предписывает остановиться водителям перед стоп-линией (знаком 6.16) при запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика.

В рамках исследования было установлено, что как водитель автомобиля «HAVAL JOLION» ФИО4, так и водитель автомобиля «HONDA Jazz» ФИО2 осуществили выезд на перекресток на запрещающий сигнал светофора.

Таким образом, действия, как водителя автомобиля «HAVAL JOLION» ФИО4, так и водителя автомобиля «HONDA Jazz». ФИО2, в данной ситуации, в части касавшейся требований пунктов 6.2 и 6.13 Правил дорожного движения РФ, не соответствовали вышеуказанным требованиям правил. В данной ситуации оба водителя осуществляли проезд перекрестка на красный сигнал светофора.

Установление причинной связи обязательно связано с выявлением среди всего комплекса условий необходимого условия, ведущего к возникновению результата (следствия). Для решения вопроса о том, было ли (или не было) действие-поступок необходимым условием наступления последствия, рекомендуется пользоваться методом мысленного исключения действия-поступка из цепи причинности. Если при таком исключении окажется, что последствие все равно наступило бы и при том наступило бы именно в том порядке, в каком оно осуществилось в действительности, то это, бесспорно, подтверждает, что исследуемое действие не было необходимым условием наступившего последствия. В противоположном случае, т.е. если при исключении действия, последствие не наступило бы или наступило бы в ном порядке, чем оно произошло на самом деле, действие было одним из необходимых условий последствия.

Таким образом, путем мысленного исключения несоответствий, в части касающихся требований пунктов 6.2 и 6.13 Правил дорожного движения РФ (то есть если бы оба водителя осуществляли проезд на разрешающий (зеленый) сигнал светофора), развитее рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации между автомобилями «HAVAL JOLION» и «HONDA Jazz» до момента дорожно-транспортного происшествия и в его момент не изменилось. Данное обстоятельство указывает на отсутствие причинной связи с фактом столкновения, в установленных несоответствиях, как в отношении водителя автомобиля «HAVAL JOLION» ФИО4, так и в отношении водителя автомобиля «HONDA Jazz» ФИО2, требованиям пунктов 6.2 и 6.13 Правил дорожного движения РФ.

Далее автомобиль «HONDA Jazz» согласно выше проведенному исследованию, продолжил движение на красный сигнал светофора, выехал на перекресток, осуществляя маневр поворота налево. В это время автомобиль «HAVAL JOLION» продолжил движение на красный сигнал светофора, выехал на перекресток, осуществляя его проезд в прямом направлении, в результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие.

Таким образом, водитель автомобиля «HONDA Jazz» ФИО2, с целью предотвращения дорожно-транспортного происшествия, должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 8.1 Правил дорожного движения РФ, а именно: «Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Сигналу левого поворота (разворота) соответствует вытянутая в сторону левая рука либо правая, вытянутая в сторону и согнутая в локте под прямым углом вверх.

Сигналу правого поворота соответствует вытянутая в сторону правая рука либо левая, вытянутая в сторону и согнутая в локте под прямым углом вверх. Сигнал торможения подается поднятой сверх левой или правой рукой.».

Водитель автомобиля «HAVAL JOLION» ФИО4, с целью предотвращения дорожно-транспортного происшествия, должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения РФ, а именно: «При возникновении опасностям для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.».

В соответствии с существующими методическими рекомендациями производству автотехнических экспертиз, оценка действий водителя требованиям пункта 10.1 абзац 2 правил дорожного движения РФ зависит от наличия, либо отсутствия у него технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие.

Возможность предотвращения транспортного происшествия - наличие условий, позволяющих избежать наезда (столкновения, опрокидывания) путем снижения скорости, остановки транспортного средства или маневра, определяемых техническими особенностями транспортного средства, дорожно-транспортной ситуацией и соответствующим ей значением времени реакции водителя. Так, водитель располагает возможностью предотвратить наезд или столкновение, если он успевает остановить транспортное средство, не доезжая до места встречи с объектом, создавшим опасность для движения, или объехать его, либо, снизив скорость, позволяет подвижному объекту выйти за пределы опасной зоны.

В соответствии с существующими методическими рекомендациями по производству автотехнических экспертиз, решение вопроса о технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие, в настоящем случае предотвратить столкновение с автомобилем «HONDA Jazz» в отношении водителя автомобиля «HAVAL JOLION» ФИО4 производится путем установления того, мог ли водитель автомобиля HAVAL JOLION» ФИО4 путем применения экстренного торможения остановиться до места столкновения с автомобилем «HONDA Jazz». Для этого следует определить величину остановочного пути автомобиля «HAVAL JOLION» в данных дорожных условиях.

Согласно приименным расчетам величина остановочного пути автомобиля «HAVAL JOLION» при скорости его движения 60 км/ч (согласно объяснениям водителя данного транспортного средства от 21.11.2024), составляет около 40,2 м.

Для оценки процесса возникновения аварийной ситуации в данной дорожной обстановке и наличия (отсутствия) технической возможности у водителя автомобиля HAVAL JOLION» ФИО4 предотвратить данное происшествие путем торможения необходимо знать момент возникновения опасности.

В настоящем случае, с технической точки зрения, водитель автомобиля «HONDA Jazz» ФИО2 создавал опасность для движения водителю автомобиля «HAVAL JOLION» ФИО4 в момент начала осуществления маневра.

При исследовании видеофайла момента дорожно-транспортного происшествия при помощи программного обеспечения области видеозаписи имеются числовой, временной маркеры, а также маркер, обозначающий логотип производителя. Числовой маркер имеет значение «2024-11-20», который не меняется на протяжении производителя, имеет аббревиатуру «70mаi», который не меняется на протяжении всей видеозаписи. Показания временного маркера, в момент визуально просматриваемого осуществления маневра автомобиля «HONDA Jazz» (момент возникновения опасности для водителя автомобиля «HAVAL JOLION» ШВЭ) имеет значение «19:01:09»

Экспертом определено, что величина времени, которая прошла с момента, визуально просматриваемого осуществления маневра автомобилем «HONDA Jazz», (момент возникновения опасности для водителя автомобиля «HAVAL JOLION», регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, ФИО4) и до момента столкновения, составляет около 1 секунды.

Величина расстояния, на котором находился автомобиль «HAVAL JOLION» с момента возникновения опасности и до момента столкновения, определенная по формуле, составила 16,7 м.

При сравнении значений величин остановочного пути автомобиля «HAVAL JOLION» (40,2м) и расстояние до места столкновения в момент возникновения опасности для движения экспертом следа вывод о том, что (16,7м) водитель автомобиля «HAVAL JOLION» ФИО4 не располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое столкновение с автомобилем «HONDA Jazz».

Анализ механизма данного ДТП экспертом производился на основании вещной обстановки участка места рассматриваемого ДТП, зафиксированной на схеме места ДТП от 20.11.2024 года, при сопоставляя ее с вещной обстановкой, которая зафиксирована на предоставленной на исследование видеозаписи с видеорегистратора, с учетом сведений режиме работы светофоров.

Таким образом, с технической точки зрения, водитель автомобиля «HONDA Jazz» ФИО2 создал опасность для движения водителю автомобиля «HA VAL JOLION» ФИО4 При этом водитель автомобиля «HONDA Jazz» ФИО2 имел техническую возможность предотвратить исследуемое ДТП, путем своевременного выполнения требования пункта 8.1 Правил дорожного движения РФ, то есть предоставив водителю автомобиля «HAVAL JOLION» ФИО4 преимущество в движении.

Действия водителя автомобиля «HONDA Jazz» ФИО2 должны были быть безопасными и не создавать помех другим участникам движения, которым в данном случае был водитель автомобиля HAVAL JOLION» ФИО4, движущийся во встречном направлении прямо и не располагающий технической возможностью остановить свое транспортное средство до места столкновения.

Действиями водителя автомобиля «HONDA Jazz» ФИО2 была создана опасная обстановка, водитель другого транспортного средства «HAVAL JOLION» ФИО4 не имел возможности предотвратить происшествие при выполнении пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения РФ, действия водителя автомобиля «HONDA Jazz» ФИО2, создавшего опасную ситуацию, следует рассматривать как необходимое условие возникновения происшествия.

На основании изложенного экспертом сделан вывод о том, что, с технической точки зрения, действия водителя автомобиля «HONDA Jazz» ФИО2, создавшего помеху, явились объективной причиной данного происшествия.

Водитель «HONDA Jazz» ФИО2 при осуществлении маневра поворота налево не предоставил преимущественное право на движение тем самым не уступил дорогу водителю автомобилю «HAVAL JOLION» ФИО4, который осуществлял движение во встречном направлении прямо. И поскольку водитель автомобиля «HAVAL JOLION» ФИО4 в образовавшейся дорожно-транспортной ситуации не располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое ДТП, опасная обстановка переросла в аварийную.

Также, в рамках судебной экспертизы установлен перечень повреждений на автомобиле TC «HAVAL JOLION», возникших в результате ДТП от 20.11.2024 года, а также среднерыночная стоимость восстановительного ремонта таких повреждений.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «HAVAL JOLION», на дату ДТП определена: без учета износа - в размере 972 900 руб., с учетом износа - в размере 906 400 руб. (т. 1л.д. 105-206).

Перечень повреждений и, как следствие, размер ущерба оспаривается ответчиком ФИО2 в части включения подушек безопасности переднего пассажира и водителя, наконечника рулевой тяги передней левой подвески. Позиция мотивирована тем, что необходимость замены подушек безопасности может быть сделана только после диагностики блока управления, которая фактически не проводилась. Автомобиль истца незадолго до ДТП от 20.11.2024 участвовал в ДТП, в котором сработали подушки безопасности. Данных о замене подушек безопасности после более раннего ДТП не представлено. Считает, что акт осмотра и фотоснимки повреждений не отражают необходимость замены наконечника рулевой тяги.

В суде первой инстанции был допрошен эксперт ННГ, который выводы экспертного заключения поддержал в полном объеме. Дал разъяснения о том, что повреждение рулевого механизма отражено на фото № 45 - на снимке зафиксирован изгиб рулевой тяги. Данный снимок также отражает необходимость замены наконечника рулевой тяги передней левой подвески, поскольку наконечник отсутствует на резьбовом соединении рулевой тяги. Диагностика блока управления подушками безопасности не требовалась, так как срабатывание подушек безопасности отражено на фотоснимках с места ДТП, а также в административном материале, составленном сотрудником ДПС, в акте осмотра страховой компании. Обоюдная вина водителей в данном ДТП исключается по причине того, что действиями водителя автомобиля «HONDA Jazz» ФИО2 была создана опасная обстановка, водитель другого транспортного средства «HAVAL JOLION» ФИО4 не имел возможности предотвратить происшествие путем торможения, осуществление ФИО2 маневра – поворот налево создало опасную ситуацию, эти действия явились необходимым условием возникновения происшествия

Принимая решение по делу, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст. 1064, 1072, 1079 ГК РФ, Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и исходил из того, что в ходе рассмотрения дела нашел свое подтверждение факт причинения ущерба транспортному средству истца по вине ответчика, обязательства по выплате страхового возмещения, о чем просил истец в своем заявлении, выполнены в полном объеме, претензий к страховщику истец не имеет, следовательно, ответчик, являющийся виновником ДТП и непосредственным причинителем вреда, обязан возместить причиненный истцу ущерб в полном объеме, в связи с чем, взыскал разницу между суммой фактического ущерба, исходя из заявленных исковых требований, и страховым возмещением – 400 000 руб., положив в основу реального размера материального ущерба судебное экспертное заключение ООО «ЮРЦЭО «АС-Консалтинг», которое стороной ответчика также не оспорено.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку они основаны на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, соответствуют нормам действующего законодательства.

При этом, в пп. 1 и 2 ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что под убытками, которые лицо, чье право нарушено, вправе требовать понимаются расходы, необходимые для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Следовательно, условием деликтной ответственности является полное возмещение причиненного вреда, которое по смыслу данной нормы права состоит в том, чтобы за счет денежной компенсации поставить истца в положение, в котором он находился до возникновения того юридического факта, который спровоцировал возникновение убытков. ТТаким образом, закон связывает размер подлежащего возмещению ущерба не с фактическими действиями потерпевшего по восстановлению своего права, а с объективной оценкой стоимости устранения причиненного вреда.

Применительно к правоотношениям, возникающим из Закона об ОСАГО, данное законоположение разъяснено в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", согласно которому, фактическим размером ущерба надлежит считать действительную стоимостью восстановительного ремонта, определяемую по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации с учетом утраты товарной стоимости и без учета износа автомобиля на момент разрешения спора.

Согласно судебному экспертному заключению ООО «ЮРЦЭО «АС-Консалтинг», стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составляет 972 900 руб., с учетом износа – 906 400 руб.

При таких обстоятельствах, применительно к положениям ст.ст. 1064 и 15 ГК РФ, с учетом установления судом факта причинения вреда в результате ДТП, его причинителя – ответчик по делу, суд пришел к верному выводу о том, что именно ответчик обязан компенсировать в денежном выражении потерпевшему расходы на восстановление автомобиля до состояния, существовавшего на момент ДТП.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд не принял во внимание рецензию на судебную экспертизу, согласно которой установлена обоюдная вина участников движения, подлежат отклонению поскольку, суд первой инстанции тщательно изучил рецензию, задавал соответствующие вопросы эксперту ННГ, проводившему исследование по поручению суда и вызванном в суд на допрос по заявлению представителя ответчика.

Кроме того, сама по себе рецензия не является бесспорным доказательством неправильности заключения судебной экспертизы, поскольку не является самостоятельным исследованием, составлена лишь на основании анализа заключения судебной экспертизы, без непосредственного исследования всех материалов дела и сводится к критическому, частному мнению специалиста относительно выводов судебной экспертизы.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции обоснованно не принята во внимание указанная рецензия в качестве основания для проведения по делу повторной экспертизы.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно исключил нарушение ПДД водителя HAVAL JOLION из причинно-следственной связи ДТП, по мнению апеллянта в данном ДТП очевидна обоюдная вина водителей, также подлежат отклонению, поскольку противоречат материалам дела.

В соответствии с заключением ООО «ЮРЦЭО «АС-Консалтинг» НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 16.09.2025 года экспертом определено, что величина времени, которая прошла с момента, визуально просматриваемого осуществления маневра автомобилем ответчика, момент возникновения опасности для водителя ФИО1 и до момента столкновения, составляет около 1 секунды. Величина расстояния, на котором находился автомобиль HAVAL JOLION с момента возникновения опасности и до момента столкновения, определенная по формуле, составила 16,7 м. При сравнении значений величин остановочного пути автомобиля Истца (40,2м) и расстояние до места столкновения в момент возникновения опасности для движения экспертом следа вывод о том, что (16,7м) водитель автомобиля ФИО4 не располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое столкновение с автомобилем Honda Jazz.

Таким образом, с технической точки зрения, водитель автомобиля ФИО2 создал опасность для движения водителю автомобиля ФИО4 При этом водитель автомобиля ФИО2 имел техническую возможность предотвратить исследуемое ДТП, путем своевременного выполнения требования пункта 8.1 Правил дорожного движения РФ, то есть предоставив водителю автомобиля ФИО4 преимущество в движении.

Действия водителя автомобиля ФИО2 должны были быть безопасными и не создавать помех другим участникам движения, которым в данном случае был водитель автомобиля ФИО4, движущийся во встречном направлении прямо и не располагающий технической возможностью остановить свое транспортное средство до места столкновения.

С учетом изложенного, выводы суда о том, что разница между фактически причиненным размером ущерба и его возмещением, выплаченным страховщиком, подлежит взысканию с ответчика как с причинителя вреда законны и обоснованы, в связи с чем, отсутствуют основания для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Советского районного суда г. Ростова-на-Дону от 15 декабря 2025 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16.03.2026 г.