Апелляционное определение № 11-14773/2025 11-1521/2026 от 28 января 2026 г.

УИД 74RS0019-02-2025-002843-81

Судья Хабина И.С.

Дело № 2-3798/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 11-1521/2026 (11-14773/2025)

29 января 2026 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Лузиной О.Е.,

судей Рыжовой Е.В., Сердюковой С.С.,

при секретаре Галеевой З.З.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Советского районного суда г. Челябинска от 27 октября 2025 года по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании денежных средств.

Заслушав доклад судьи Рыжовой Е.В. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, объяснения представителя истца ФИО4, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ФИО5, возражавшей против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО6 обратился в суд с иском к ответчикам ФИО2, ФИО3 о взыскании задолженности в порядке субсидиарной ответственности, в котором просил взыскать с ФИО2 и ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности денежные средства на основании мирового соглашения, утвержденного определением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ в размере 520 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 139 103 руб.

В обоснование требований указано, что вступившим в законную силу определением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ утверждено мировое соглашением между <данные изъяты> и ФИО6 по условиям которого <данные изъяты> приняло на себя обязательство в течение 5 дней с момента заключения мирового соглашения и утверждения его судом выплатить ФИО6 520 000 руб. ФИО3 является единственным учредителем <данные изъяты> ФИО2 – генеральный директор организации. ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> вынесено решение о прекращении юридического лица <данные изъяты> в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Истец считает, что ФИО2 и ФИО3 являясь учредителем и директором общества, в результате неразумных и недобросовестных действий создали ситуацию, при которой общество, которым они руководили, стало неспособным исполнить обязательства перед кредитором.

Представитель истца ФИО7 поддержал заявленные требования по доводам искового заявления.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО5 требования истца не признала.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО8 требования истца не признал.

Третье лицо ФИО9 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом.

Суд постановил решение, которым отказал в удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе истец ФИО6 просит решение суда отменить, вынести новое об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Указывает, что судом не была дана оценка тому, что на момент подписания мирового соглашения <данные изъяты> знало о том, что фактически выполнить условия мирового соглашения оно не может, тем не менее такое соглашение было подписано. Недобросовестность ответчиков подтверждается тем, что у организации длительное время имелись признаки банкротства, однако руководство либо учредитель не принимали никаких мер, также, согласно сведениям из открытого доступа, у <данные изъяты> имелись долги. Причина и основание принятия решения налоговым органом и последующее прекращение деятельности юридического лица как недействующего ответчиками не оспаривались. Полагает, что опровергнуть недобросовестность или неразумность своих действий, которые привели к невозможности исполнить обязательства перед истцом, должны ответчики. Добросовестных и разумных мер к поддержанию платежеспособности общества и погашения задолженности перед истцом, в том числе путем подачи в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), ответчиками принято не было. Ответчики допустили невыполнение обществом обязательств по вступившему в законную силу судебному акту и в дальнейшем фактически прекратили ведение хозяйственной и финансовой деятельности, затем перестали предоставлять налоговую и бухгалтерскую отчетность в налоговую инспекцию, что также полагает неразумным и недобросовестным действием.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО2 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Считает решение суда законным и обоснованным. Указывает, что истцом не представлено доказательств в обоснование своих требований, а возражения ответчиков нашли свое подтверждение.

Иные лица участвующие в деле, о месте и времени слушания дела извещены надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на Интернет сайте Челябинского областного суда, в связи с чем, судебная коллегия на основании ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела и решение суда в соответствии со ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

При этом пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации возлагает бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий членов коллегиальных органов юридического лица, к которым относятся его участники, на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30 января 2020 г. № 306-ЭС19-18285, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В исключительных случаях участник (учредитель) и иные контролирующие лица могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, если их действия (бездействие) носили недобросовестный или неразумный характер по отношению к кредиторам юридического лица и повлекли невозможность исполнения обязательств перед ними.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредиторами таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В указанной норме законодатель предусмотрел компенсирующий негативные последствия прекращения правоспособности общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная данной нормой ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении юридического лица, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

Само по себе исключение общества из ЕГРЮЛ, учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться (в том числе, не предоставление отчетности, отсутствие движения денежных средств по счетам), возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски, не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, достаточным для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об Обществах с ограниченной ответственностью» от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ.

Из материалов дела следует и судом установлено, что вступившим в законную силу определением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ утверждено мировое соглашением между <данные изъяты> и ФИО6 по условиям которого <данные изъяты> приняло на себя обязательство в течение пяти дней с момента заключения мирового соглашения и утверждения его судом выплатить ФИО6 520 000 руб. Мировое соглашение не исполнено до настоящего времени.

<данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ вынесено решение об прекращении юридического лица <данные изъяты> в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ, учредителем <данные изъяты> является ФИО3, генеральным директором, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица с августа 2022года является ФИО2

Определением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ постановлено отказать в удовлетворении заявления <данные изъяты> о признании <данные изъяты> несостоятельным (банкротом). Производство по делу прекращено. Основанием для отказа явилось отсутствие у общества имущества стоимость которого позволила бы покрыть расходы по делу о банкротстве, а также <данные изъяты> не представлены доказательства внесения денежных средств на депозит суда.

Из материалов дела следует, что на момент заключения мирового соглашения в <данные изъяты> было рассмотрено несколько дел о взыскании с <данные изъяты> денежных средств в пользу юридических лиц.

<данные изъяты>

Разрешая спор, суд первой инстанции, правильно распределив бремя доказывания, руководствуясь положениями пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации пришел к выводу о том, что ФИО3 и ФИО2, как лица, контролирующее <данные изъяты> не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, поскольку действовали в соответствии с обычными условиями делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков добросовестно и приняли все возможные меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами, однако данные меры не привели к исполнению обязательства перед истцом.

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции основанными на правильном применении норм материального права и сделанными без нарушений норм процессуального права, поскольку выводы, изложенные в обжалуемом судебном постановлении, соответствуют обстоятельствам дела, установленным на основании всесторонней оценки представленных по делу доказательств с соблюдением правил статей 55, 56, 59, 60, 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нормам материального права, регулирующим спорные правовые отношения, постановлены в отсутствие нарушения норм процессуального права, повлиявшего на исход дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом определены верно и полно. Мотивы, по которым суд пришел к означенным выводам, в судебном постановлении приведены со ссылками на нормы права и материалы дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, все юридически значимые обстоятельства были установлены судом, нормы материального права истолкованы и применены правильно, а при исследовании и оценке доказательств собранных по делу, нарушений норм процессуального права не допущено.

Судом правильно распределено бремя доказывания, по делам о субсидиарной ответственности бремя доказывания вины контролирующего лица лежит на истце, однако если истец представил минимальные доказательства, бремя доказывания добросовестности и разумности переходит к ответчику.

Истцом доказательств наличия в действиях ответчиков недобросовестности или неразумности, которые привели к финансовой несостоятельности ООО «Альфа-Строй», не представлено. Ответчиками же напротив представлено достаточное количество доказательств, свидетельствующих о том, что причиной неплатежеспособности общества стали объективные факторы, а не решения ответчиков, в связи с этим судом сделан правомерный вывод о том, что в данном случае оснований для удовлетворения требований не имеется.

Само по себе прекращение деятельности общества, не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, достаточным для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об Обществах с ограниченной ответственностью.

Ответчиками в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие об отсутствии причинно-следственной связи между их действиями и неисполнением обязательств обществом перед истцом, в частности такие как: копия заявления в <данные изъяты>, согласно которому директор <данные изъяты> указывает на то, что у организации имеются обязательства перед кредиторами, которое общество предпринимает попытки погасить, заключив договоры подряда с контрагентами, ссылается на отсутствие у общества возможности обратиться с заявлением о возбуждении дела о банкротстве; коммерческие предложения, направляемые от имени <данные изъяты> третьим лицам; определение <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что ИФНС <данные изъяты> обращалось с заявлением о признании <данные изъяты> несостоятельным (банкротом) и ввиду отсутствия у должника имущества, стоимость которого могла бы покрыть расходы по делу о банкротстве в удовлетворении заявления <данные изъяты> отказано. Также судом учтено, что ФИО3 вносились собственные денежные средства в погашение задолженности предприятия, по договорам займа по которым он выступал в качестве поручителя.

Всем представленным доказательствам судом дана надлежащая оценка в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований не согласиться с которой, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы о том, что на момент подписания мирового соглашения ООО «Альфа Строй» знало о том, что фактически выполнить условия мирового соглашения оно не может, не могут быть признаны состоятельными и повлечь отмену обжалуемого решения суда, поскольку в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации надлежащими доказательствами не подтверждены.

В данном случае основанием для отказа в иске является, отсутствие причинно-следственной связи между действиями ответчиков и невозможностью погашения долгов. То обстоятельство, что у организации длительное время имелись признаки банкротства и долги, не является основанием для возникновения субсидиарной ответственности ответчиков.

Доводы о том, что причина и основание принятия решения налоговым органом и последующее прекращение деятельности юридического лица как недействующего ответчиками не оспаривались, не влекут отмены принятого по делу решения, поскольку материалами дела подтверждается, что ответчики предпринимали все возможные усилия по исполнению обязательств юридического лица, предпринимали меры по заключению договоров с контрагентами с целью ведения дальнейшей хозяйственной деятельности, возражали в отношении принятия решения о прекращении юридического лица. Таким образом, полагать, что ответчики действовали недобросовестно, суд первой инстанции правильно не усмотрел.

Доказательств свидетельствующих о том, что в случае обращения в суд с иском о банкротстве общество смогло бы погасить задолженность перед истцом в материалы дела не представлено, в связи с чем доводы о том, что недобросовестность ответчиков выразилась в необращении в суд с таким иском не изменяют существа принятого решения и не влекут его отмены.

Доводы апелляционной жалобы фактически повторяют позицию стороны истца, изложенную при рассмотрении дела в суде первой инстанции и по существу сводятся к несогласию с оспариваемым судебным постановлением и направлены на переоценку доказательств получивших надлежащую правовую оценку суда и не содержат фактов, которые не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали оспариваемые выводы суда.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы не содержат оснований для отмены решения суда и не опровергают выводов, изложенных в нем.

Указаний на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

Оснований для проверки судебного акта за пределами доводов апелляционной жалобы по правилам ч. 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, решение суда первой инстанции законно и обоснованно, отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Советского районного суда г. Челябинска от 27 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 03 февраля 2026 года.