Апелляционное определение № 33-229/2026 33-5986/2025 от 11 января 2026 г.

Дело № 33-229/2026

№ 2-201/2025 (УИД 72RS0022-01-2025-00398-60)


Апелляционное определение

г. Тюмень

12 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в составе

председательствующего

ФИО1,

судей

Пленкиной Е.А., ФИО2

с участием прокурора при секретаре

ФИО3 ФИО4

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика администрации Уватского муниципального района в лице заместителя главы ФИО5 на решение Уватского районного суда Тюменской области от 8 сентября 2025 г., которым постановлено:

«Исковое заявление прокурора Уватского района Тюменской области в интересах неопределенного круга лиц, муниципального образования Уватский муниципальный район в лице администрации Уватского муниципального района к администрации Уватского муниципального района Тюменской области, ФИО6, Управлению Росреестра Тюменской области о признании недействительным (ничтожным) договора аренды земельного участка, применении последствий недействительности сделки, обязании возвратить земельный участок удовлетворить.

Признать недействительным (ничтожным) договор аренды земельного участка от 13 мая 2024 г. <.......>, заключенный между администрацией Уватского муниципального района Тюменской области и ФИО6, <.......> года рождения (паспорт <.......> выдан <.......>

Применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде обязания ФИО6, <.......> года рождения (паспорт <.......> выдан <.......>), возвратить администрации Уватского муниципального района земельный участок площадью 236 190 кв.м, кадастровый <.......>, местоположение: <.......>».

Заслушав доклад судьи Тюменского областного суда Пленкиной Е.А., объяснения прокурора, возражавшего против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

прокурор Уватского района Тюменской области обратился в суд в интересах неопределенного круга лиц с иском к администрации Уватского муниципального района, ФИО6 о признании недействительным (ничтожным) договора аренды земельного участка от 13 мая 2024 г. <.......> заключенного между администрацией Уватского муниципального района Тюменской области и ФИО6, и применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде возложении обязанности на ФИО6 возвратить администрации Уватского муниципального района земельный участок площадью 236 190 кв.м, кадастровый <.......>, местоположение: <.......>

В обоснование заявленных требований прокурор указал, что прокуратурой Уватского района проведена проверка соблюдения органами местного самоуправления законодательства, регулирующего вопросы учета и вовлечения в хозяйственный оборот региональной и муниципальной недвижимости, в том числе земельных участков, которой установлено, что 22 апреля 2024 г. ФИО6 обратилась в администрацию Уватского муниципального района с заявлением о предоставлении земельного участка без проведения торгов на основании подпункта 19 пункта 2 статьи 39.6 Земельного кодекса Российской Федерации в аренду сроком на 3 года для сенокошения. 13 мая 2024 г. между администрацией Уватского муниципального района и ФИО6 заключен договор аренды земельного участка <.......>-зу, в соответствии с пунктом 1.1 которого ответчик передал ФИО6 в аренду земельный участок, расположенный по адресу: <.......>, площадью 236 190 кв.м; категория – земли сельскохозяйственного назначения; вид разрешенного использования: сенокошение, цель использования: сенокошение. Срок действия договора – 3 года. Земельный участок передан ФИО6 на основании акта приема-передачи от 16 мая 2024 г. Прокурор указывал, что максимальный размер общей площади земельных участков, которые могут находиться одновременно на праве собственности и (или) ином праве у граждан, ведущих личное подсобное хозяйство, устанавливается в размере 0,5 га, данный размер может быть увеличен законом субъекта Российской Федерации, но не более чем в пять раз. Статьей 1.1 Закона Тюменской области от 7 апреля 2003 г. <.......> «О размерах земельных участков» определено, что максимальный размер общей площади земельных участков, которые могут находиться одновременно на праве собственности и (или) ином праве у граждан, ведущих личное подсобное хозяйство, устанавливается в размере 2,5 га. Между тем, площадь земельного участка, переданного ФИО6 в аренду (236 190 кв.м или 23,62 га), превышает максимальный размер общей площади земельных участков, которые могут находиться на каком-либо праве у гражданина, ведущего личное подсобное хозяйство, в том числе для сенокошения – в 9,4 раза. При этом ФИО6 на территории Уватского муниципального района личного подсобного хозяйства, а также не имеет поголовья сельскохозяйственных животных. Поскольку вышеуказанный договор аренды земельного участка, заключенный между сторонами, не соответствует требованиям действующего законодательства, он является недействительным. Нарушения являются существенными и влекут негативные последствия в виде ограничения права неопределенного круга лиц претендовать на получение в аренду спорного земельного участка в установленном законом порядке.

Прокурор Шонохова И.И. в судебном заседании суда первой инстанции заявленные требования поддержала по изложенным основаниям.

Представитель ответчика администрации Уватского муниципального района Тюменской области – ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях (л.д.30-33).

Ответчик ФИО6, представитель ответчика Управления Росреестра по Тюменской области в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены, сведений о причинах неявки не представили.

Судом постановлено указанное выше решение, с которым не согласен ответчик администрация Уватского муниципального района Тюменской области в лице заместителя главы ФИО5, в апелляционной жалобе просит об отмене решения суда первой инстанции и принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований. Указывает, что выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела, судом неправильно применены нормы материального права, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения заявленных требований. Ссылается на то, что согласно подпункту 19 пункта 2 статьи 39.6 Земельного кодекса Российской Федерации предоставление земельного участка гражданину «для сенокошения», «выпаса сельскохозяйственных животных», «ведения огородничества», «для ведения личного подсобного хозяйства» являются самостоятельными, не тождественными друг другу видами разрешенного использования, из чего следует, что предоставление земельного участка для «сенокошения» или «выпаса сельскохозяйственных животных» не равно и не тождественно предоставлению земельного участка гражданину для «ведения личного подсобного хозяйства». Отмечает, что равным образом и Федеральный закон от 7 июля 2003 г. № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве» не распространяется на относящиеся к землям сельскохозяйственного назначения земельные участки, предназначенные для сенокошения и выпаса сельскохозяйственных животных, поскольку предназначенные для указанных целей земельные участки не поименованы в качестве исключений в абзаце 2 пункта 1 статьи 1 Федерального закона «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», следовательно, оборот указанных земельных участков урегулирован непосредственно Федеральным законом «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения». Указывает, что согласно пункту 6 статьи 9 Федерального закона «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» площадь земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения, одновременно находящихся в аренде у одного арендатора, не ограничивается. Ссылается на то, что при разрешении спора судом первой инстанции применены положения Федерального закона от 7 июля 2003 г. № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве», не подлежащие применению, в то время как применению подлежали нормы Федерального закона «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения». По утверждению заявителя жалобы, судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства дела, поскольку для целей вынесения обжалуемого решения спорный участок понимался как предоставленный с видом разрешенного использования «для ведения личного подсобного хозяйства», в то время как вышеизложенным фактическими обстоятельствами и положениями законодательства указанный вывод опровергается полностью. Указывает, что вынося решение об удовлетворении иска и отклоняя доводы администрации об отсутствии в действующем законодательстве ограничения площади земельного участка, предоставляемого гражданину для сенокошения, суд ограничился формальным выводом о противоречии доводов администрации положениям Федерального закона от 7 июля 2003 г. № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве», фактически не применимых к рассматриваемому спору. Полагает, что из совокупного толкования положений законодательства следует, что в аренде у арендатора может находиться неограниченной площади земельный участок из состава земель сельскохозяйственного назначения, имеющий вид разрешенного использования «сенокошение» или «выпас сельскохозяйственных животных». Считает, что в настоящем споре не усматривается какое-либо несоответствие оспариваемого договора аренды закону, необходимое для признания договора аренды ничтожным, администрацией и ФИО6 при заключении оспариваемого договора не нарушены какие-либо положения законодательства, способные повлечь признание оспариваемого договора недействительным (ничтожным).

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судебной коллегией в отсутствие представителей ответчиков администрации Уватского муниципального образования Тюменской области, Управления Росреестра по Тюменской области, ответчика ФИО6, извещенных о времени и месте судебного заседания, не представивших сведений о причинах неявки.

Заслушав объяснения прокурора, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы, в соответствии с требованиями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия оснований для отмены либо изменения решения суда об удовлетворении заявленных требований не находит, отмечая следующее.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 13 мая 2024 г. между администрацией Уватского муниципального района и ФИО6 заключен договор аренды <.......>-зу земельного участка с кадастровым номером <.......> по адресу: <.......> поселение, площадью 236 190 кв.м, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: сенокошение, цель использования: сенокошение (пункт 1.1); согласно Правилам землепользования и застройки Осинниковского сельского поселения Уватского муниципального района, утвержденным постановлением администрации Уватского муниципального района от 16 февраля 2023 г. <.......>, участок частично расположен в зоне затопления, в зоне подтопления, в водоохранной зоне; согласно сведениям Единого государственного реестра земельный участок частично расположен в границах зон с реестровыми номерами 72:18-6.710 (граница зоны затопления территории Уватского района Тюменской области, затапливаемой водами р. Иртыш с притоками при половодьях и паводках 1-процентной обеспеченности), 72:18-6.740 (территория умеренного подтопления, прилегающая к зоне затопления территории Уватского района Тюменской области, затапливаемой водами р. Иртыш с притоками при половодьях и паводках 1-процентной обеспеченности) (пункт 1.3); договор заключен на срок три года, течение срока аренды по договору наступает с момента подписания уполномоченными представителями обеих сторон акта приема-передачи (пункт 8.2) (л.д.12-15).

Согласно акту приема-передачи земельный участок передан арендатору ФИО6 16 мая 2024 г. (л.д.15об.).

Сведениями ЕГРН подтверждается регистрация договора аренды 28 мая 2024 г. (л.д.10-11).

Из выписки из лицевого счета от 8 сентября 2025 г. следует, что согласно записям похозяйственных книг администрации Уватского сельского поселения ФИО6 проживает по адресу: <.......>, в сведениях о наличии скота, являющегося собственностью хозяйства, указано – 0 голов (л.д.47).

Разрешая исковые требования, руководствуясь положениями статей 166, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 39.6, 39.18, 78 Земельного кодекса Российской Федерации, статей 2, 4 Федерального закона от 7 июля 2003 г. № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве» (далее – Закон о личном подсобном хозяйстве), разъяснениями, приведенными в пунктах 74, 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 28 января 2021 г. № 124-О, статьей 1.1 Закона Тюменской области от 7 апреля 2003 г. № 131 «О размерах земельных участков», суд первой инстанции исходил из того, что положения Закона о ведении личного подсобного хозяйства в части максимального размера площади земельных участков, которые могут находиться у граждан, ведущих личное подсобное хозяйство, устанавливают гарантии для справедливого распределения земельных участков между гражданами, ведущими личное подсобное хозяйство, данные требования обусловлены целевым назначением указанных земельных участков, призванным удовлетворить исключительно личные потребности граждан, реализация которых не связана с ведением сельского хозяйства в значительных объемах и на больших площадях земли, характерным для коммерческой деятельности; на момент предоставления ФИО6 в аренду спорного земельного участка в Тюменской области максимальный размер общей площади земельных участков, которые могут находиться одновременно на праве собственности и (или) ином праве у граждан, ведущих личное подсобное хозяйство, установлен положениями статьи 1.1 Закона Тюменской области от 7 апреля 2003 г. № 131 в размере 2,5 га, однако площадь земельного участка, переданного ФИО6 в аренду, составляет 236 190 кв.м или 23,62 га, что в 9,4 раз превышает потребность для ведения личного подсобного хозяйства, в том числе сенокошения; материалы дела не содержат доказательств тому, что на момент заключения договора аренды ФИО6 являлась индивидуальным предпринимателем (фермером, членом КФХ), осуществляющим производство и переработку сельскохозяйственной продукции, спорный земельный участок был предоставлен для удовлетворения личных потребностей (сенокошение). Установив указанные обстоятельства, суд пришел к выводу, что оспариваемая сделка заключена с нарушением требований законодательства, регулирующего правоотношения по предоставлению в аренду земельных участков, находящихся в государственной и муниципальной собственности, данная сделка в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации является недействительной (ничтожной) сделкой, нарушающей публичные интересы, а также права и законные интересы неопределенного круга лиц. Со ссылкой на статью 167 Гражданского кодекса Российской Федерации судом применены последствия недействительности сделки в виде возложения обязанности на ответчика ФИО6 возвратить арендодателю земельный участок.

С выводом суда о наличии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований судебная коллегия соглашается, полагая, что доводы апелляционной жалобы ответчика их не опровергают, в силу следующего.

В соответствии со статьей 6 Закона о личном подсобном хозяйстве для ведения гражданином личного подсобного хозяйства допускается использование сельскохозяйственных животных, содержание которых требует наличие земельных участков для сенокошения и выпаса.

Случаи предоставления земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, в аренду без проведения торгов урегулированы положениями пункта 2 статьи 39.6 Земельного кодекса Российской Федерации.

Так, в качестве самостоятельной группы оснований предоставления земельных участков в аренду без проведения торгов законодатель выделил основания, содержащиеся в подпунктах 15 и 19 пункта 2 статьи 39.6 Земельного кодекса Российской Федерации.

Подпункт 15 пункта 2 статьи 39.6 Земельного кодекса Российской Федерации (в редакции на дату заключения договора аренды) предусматривал предоставление в аренду без проведения торгов земельного участка гражданам для индивидуального жилищного строительства, ведения личного подсобного хозяйства в границах населенного пункта, ведения гражданами садоводства для собственных нужд, гражданам и крестьянским (фермерским) хозяйствам для осуществления крестьянским (фермерским) хозяйством его деятельности в соответствии со статьей 39.18 Земельного кодекса Российской Федерации.

Подпункт 19 пункта 2 статьи 39.6 Земельного кодекса Российской Федерации предусматривает предоставление земельного участка гражданину для сенокошения, выпаса сельскохозяйственных животных, ведения огородничества или земельного участка, расположенного за границами населенного пункта, гражданину для ведения личного подсобного хозяйства.

Таким образом, как обоснованно указывает заявитель апелляционной жалобы, законодатель разграничивает понятия «сенокошение», «выпас сельскохозяйственных животных», «ведение личного подсобного хозяйства» в целях предоставления земельных участков в аренду без торгов и признает их не тождественными между собой. Следовательно, площадь земельного участка, предоставляемого для сенокошения и выпаса сельскохозяйственных животных, не может ограничиваться площадью земельного участка, предоставляемого для ведения личного подсобного хозяйства.

Ни нормы федерального законодательства, ни нормы Закона Тюменской области от 7 апреля 2003 г. № 131 «О размерах земельных участков» не содержат максимальных размеров общей площади земельных участков с видом разрешенного использования «сенокошение», которые могут находиться одновременно на праве аренды у одного гражданина, в отличие от земельных участков для ведения личного подсобного хозяйства, где максимальная площадь земельного участка в Тюменской области составляет 2,5 га.

Как было установлено пунктом 1 статьи 78 Земельного кодекса Российской Федерации (в редакции на дату заключения договора аренды), земли сельскохозяйственного назначения могли использоваться для ведения сельскохозяйственного производства и иных связанных с сельскохозяйственным производством целей, в том числе гражданами, ведущими животноводство для собственных нужд.

В силу пункта 6 статьи 9 Федерального закона от 24 июля 2002 г. № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» площадь земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения, одновременно находящихся в аренде у одного арендатора, не ограничивается.

Частично полагая доводы апелляционной жалобы ответчика относительно применения к возникшим правоотношениям норм права заслуживающими внимания, судебная коллегия при этом отмечает, что установленный земельным законодательством порядок предоставления земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, в аренду направлен на обеспечение публичных интересов.

Данный порядок предоставления земельных участков должен отвечать принципу сочетания интересов общества и законных интересов граждан, закрепленному в подпункте 11 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации.

В целях реализации данного принципа и с учетом сформулированной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 2021 г. № 124-О правовой позиции требования об ограничении площади земельного участка, предоставленного гражданину, могут быть обусловлены целевым назначением указанных земельных участков, призванным удовлетворить исключительно личные потребности граждан, реализация которых не связана с ведением сельского хозяйства в значительных объемах и на больших площадях земли, характерным для коммерческой деятельности.

Системное правовое регулирование общих положений земельного законодательства и специальных законов позволяет сделать вывод, что граждане для собственных нужд вправе использовать земли сельскохозяйственного назначения в качестве крестьянского (фермерского) хозяйства, а также для подсобного хозяйства, либо садоводства (огородничества) с учетом различного порядка предоставления земель сельскохозяйственного назначения, а также их площади.

Таким образом, обстоятельствами, имеющими юридическое значение для дела, в том числе являются те обстоятельства, для каких целей ФИО6 использовался земельный участок с видом разрешенного использования «сенокошение» в площади, составляющей более 23 га: для удовлетворения личных потребностей либо в целях осуществления предпринимательской деятельности.

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 2, пункту 1 статьи 23, пункту 4 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг; лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке; предпринимательской деятельностью без образования юридического лица гражданин вправе заниматься с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя; гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требования о государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем.

Из обстоятельств дела следует, что спорный договор заключен без проведения конкурсных процедур ввиду предоставления земельного участка ФИО6 как гражданину (физическому лицу) для сенокошения в порядке подпункта 19 пункта 2 статьи 39.6 Земельного кодекса Российской Федерации.

Однако прокурором в дело представлены документы, согласно которым у ответчика ФИО6 отсутствует в хозяйстве скот (указано на наличие 0 голов скота), в связи с чем не установлено, что земельный участок, предоставленный для сенокошения, используется ответчиком ФИО6 для удовлетворения каких-либо личных потребностей, не связанных с предпринимательской деятельностью, при этом предоставление земельного участка для использования в предпринимательских целях без соблюдения предусмотренных земельным законодательством конкурсных процедур нарушает требования закона.

В силу изложенного, несмотря на обоснованные доводы ответчика администрации Уватского муниципального района Тюменской области относительно разграничения понятий «личное подсобное хозяйство», «сенокошение», «выпас сельскохозяйственных животных», при отсутствии сведений об использовании предоставленного земельного участка в целях сенокошения для удовлетворения личных потребностей, в отсутствие сведений о наличии в хозяйстве ответчика ФИО6 животных, судебная коллегия полагает верным вывод суда о том, что договор аренды земельного участка заключен с нарушением требований земельного законодательства, предусматривающих возможность предоставления земельного участка для сенокошения гражданину, как физическому лицу, не осуществляющему предпринимательскую деятельность.

Согласно пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как указано в пункте 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Таким образом, ввиду того, что оспариваемая сделка была заключена с нарушением требований законодательства, регулирующего правоотношения по предоставлению в аренду земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, данная сделка в силу вышеназванных норм права и руководящих разъяснений по их применению является недействительной (ничтожной) сделкой, нарушающей публичные интересы, а также права и законные интересы неопределенного круга лиц, в том числе жителей публично-правового образования Уватского муниципального района.

В ходе апелляционного производства по делу прокурор уточнила, что указание в исковом заявлении на обращение прокурора в интересах администрации Уватского муниципального района Тюменской области является ошибочным, поскольку администрация является ответчиком, настоящий иск подан в интересах неопределенного круга лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

В силу положений пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с частью 1 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

В силу статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с частью 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Ответчиком ФИО6 каких-либо возражений на иск не представлено, личные цели, не связанные с предпринимательской деятельностью, использования земельного участка опровергаются площадью переданных в аренду земель, составляющей более 23 га, в отсутствие сведений о наличии в хозяйстве животных, в связи с чем оснований не согласиться с доводами прокурора о заключении договора аренды с нарушением требований земельного законодательства судебная коллегия не усматривает.

В соответствии с частью 6 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правильное по существу решение суда первой инстанции не может быть отменено по одним только формальным соображениям.

В силу изложенного, судебная коллегия, соглашаясь с выводом суда о недействительности договора аренды в силу допущенных нарушений земельного законодательства и обоснованности в связи с этим заявленных требований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены либо изменения решения суда об удовлетворении заявленных исковых требований не находит.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

решение Уватского районного суда Тюменской области от 8 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика администрации Уватского муниципального района Тюменской области – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи коллегии

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 16 января 2026 г.