Постановление № 1-5/2025 1-53/2024 от 3 февраля 2025 г. по делу № 1-5/2025

УИД-22RS0003-01-2024-000103-82 Дело №1-5/2025


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о прекращении уголовного дела и уголовного преследования

г.Бийск 04 февраля 2025 года

Бийский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Уманца А.С.,

при секретаре судебного заседания Кель И.В.,

с участием:

- государственного обвинителя - помощника прокурора Бийского района Алтайского края Тользак А.Е.;

- защитника умершего подсудимого ФИО1 - адвоката Белькевич М.Н., предоставившей удостоверение №№,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1 ФИО17, <данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту постановления - УК РФ), преступления, предусмотренного частью 1 статьи 223 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Органом предварительного следствия ФИО1 ФИО18. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 222 УК РФ, преступления, предусмотренного частью 1 статьи 223 УК РФ, а именно в том, что:

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, более точные дата и время следствием не установлены, ФИО1 ФИО19 находился по адресу: <адрес>, где в помещении надворной постройки обнаружил не менее 18 патронов калибра 5,6 мм, оставшиеся после смерти его отца ФИО1 ФИО20., умершего ДД.ММ.ГГГГ. В указанное время у ФИО1 ФИО21. возник умысел, направленный на совершение длящегося преступления направленного на незаконные приобретение, хранение боеприпасов к огнестрельному оружию, а также на незаконное хранение огнестрельного оружия. Реализуя свой умысел, ФИО1 ФИО22. в один из дней с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, действуя умышленно, осознавая общественно опасный и противоправный характер своих действий, в нарушение пунктов 1, 9 статьей 6, 9.1, 22 Федерального Закона «Об оружии», а также в нарушении «Правил оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О мерах по регулированию гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации», не имея разрешения компетентных органов государства, обратил в свою пользу найденные при вышеуказанных обстоятельствах боеприпасы, а именно: не менее 18 патронов калибра 5,6 мм., тем самым незаконно их приобрел, которые сохраняя при себе, перевез с адреса: <адрес>, на адрес: <адрес>, где стал незаконно хранить, с указанного выше времени до <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ. В указанный период времени ФИО1 ФИО23 по адресу: <адрес>, не имея разрешения компетентных органов государства, незаконно сохраняя при себе, перенес из помещении надворной постройки, расположенной на территории усадьбы <адрес> в помещение <адрес>, ранее незаконно изготовленное им самодельным способом огнестрельное оружие из хранимой пневматической винтовки модели «<данные изъяты>, №, с укороченным стволом, относящейся к категории нарезного, средне-ствольного, огнестрельного оружия, которое стал незаконно хранить вместе с ранее незаконно приобретенными, боеприпасами, а именно: не менее 18 патронами калибра 5,6 мм, в личных целях, без цели сбыта, при этом, ФИО1 ФИО24 имея обязанность и реальную возможность добровольно сдать в органы внутренних дел Российской Федерации изготовленное огнестрельное оружие и боеприпасы, не выполнил этого, продолжил незаконно хранить их по адресу: <адрес>, с указанного выше времени до <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ. В ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ, проведенного в помещении <адрес>, незаконно изготовленный и хранимый ФИО1 ФИО25. предмет, изготовленный самодельным способом, путем рассверления ствола и патронника и установления бойка, для стрельбы патронами кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм., из пневматической винтовки модели «<данные изъяты>, №, с укороченным стволом, для стрельбы пригоден, относящийся к категории нарезного, средне-ствольного, огнестрельного оружия, и 18 патронов калибра 5,6 мм были обнаружены и изъяты. Согласно заключению баллистической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, предмет, представленный на исследование, является пневматической винтовкой калибра 4,5 мм «<данные изъяты>» №, изготовленной на Ижевском механическом заводе в ДД.ММ.ГГГГ, в конструкцию которой внесены изменения самодельным способом, а именно: рассверлен ствол и патронник установлен боек, для стрельбы патронами кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм, укорочен ствол, в представленном виде для производства выстрелов патронами, изъятыми ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> пригодна, относится к категории нарезного, средне-ствольного, огнестрельного оружия. Восемнадцать патронов являются спортивно – охотничьими патронами кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм и предназначенными для стрельбы из нарезного спортивно-охотничьего оружия: пистолета ФИО4; малокалиберных винтовок ТОЗ и другого малокалиберного оружия, для стрельбы из пневматической винтовки калибра 4,5 мм «<данные изъяты> №, изготовленной на Ижевском механическом заводе в ДД.ММ.ГГГГ, изъятой ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, пригодны. Кроме, того в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, более точные дата и время следствием не установлены, ФИО1 ФИО27. находился по адресу: <адрес>, где у него возник умысел, направленный на незаконное изготовление из пневматической винтовки модели «<данные изъяты>, №, которую он приобрел уже с укороченным стволом (купил и обратил в свою собственность) при неустановленных следствием обстоятельствах, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ огнестрельного оружия. Реализуя свой умысел, не имея разрешения компетентных органов государства, не имея лицензии ФИО1 ФИО26. в указанный период времени, находясь в помещении надворной постройки, расположенной на территории усадьбы <адрес>, действуя умышленно, неустановленным следствием предметом, путем рассверления ствола, патронника и установления бойка, для стрельбы патронами кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм., незаконно самодельным способом из хранимой пневматической винтовки модели «<данные изъяты> мм, №, с укороченным стволом, изготовил огнестрельное оружие, относящиеся к категории нарезного, средне-ствольного, огнестрельного оружия. ФИО1 ФИО29. незаконно изготовленное огнестрельное оружие пригодное для стрельбы перенес из помещения надворной постройки по указанному выше адрес в помещение <адрес>, где стал незаконно хранить до 13 часов 35 минут ДД.ММ.ГГГГ. В ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ, проведенного в помещении <адрес>, незаконно изготовленный и хранимый ФИО1 ФИО28 предмет, изготовленный самодельным способом, был обнаружен и изъят. Согласно заключению баллистической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, предмет, представленный на исследование, является пневматической винтовкой калибра 4,5 мм «<данные изъяты>» №, изготовленной на Ижевском механическом заводе в ДД.ММ.ГГГГ, в конструкцию которой внесены изменения самодельным способом, а именно: рассверлен ствол и патронник установлен боек, для стрельбы патронами кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм, укорочен ствол, в представленном виде для производства выстрелов патронами, изъятыми ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> пригодна, относится к категории нарезного, средне-ствольного, огнестрельного оружия.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ подсудимый умер.

Факт смерти ФИО1 ФИО30. подтверждается имеющейся в распоряжении суда копией справки о смерти от ДД.ММ.ГГГГ (актовая запись № от ДД.ММ.ГГГГ), выданной Бийским отделом ЗАГС Управления юстиции <адрес>.

Согласно пункту 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту постановления - УПК РФ), устанавливающей основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела, уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.

Данное правило конкретизировано в пункте 1 статьи 254 УПК РФ, предусматривающем прекращение уголовного дела судом в судебном заседании в случае, если обстоятельство, указанное в пункте 4 части первой его статьи 24, будет установлено во время судебного разбирательства.

ДД.ММ.ГГГГ Конституционным Судом Российской Федерации было принято Постановление №-П, которым вышеуказанные законоположения, закрепляющие в качестве основания прекращения уголовного дела смерть подозреваемого, обвиняемого, подсудимого за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего, признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 21 (часть 1), 23 (часть 1), 46 (части 1 и 2) и 49, в той мере, в какой эти положения в системе действующего правового регулирования позволяют прекратить уголовное дело в связи со смертью подозреваемого, обвиняемого, подсудимого без согласия его близких родственников.

В данном Постановлении, в частности, указано следующее.

Согласно Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (статья 2); достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления (статья 21, часть 1); каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (статья 23, часть 1). Возлагая на государство обязанность охранять достоинство личности, Конституция Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод и возможность обжаловать в суд решения и действия (или бездействие) органов государственной власти и должностных лиц (статья 46, части 1 и 2), а также закрепляет, что каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (статья 49, часть 1).

Эти права, как следует из статей 17 (часть 1) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации, не подлежат ограничению, они признаются и гарантируются в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, в том числе выраженным во Всеобщей декларации прав человека (статьи 7, 8, 10 и 11), Международном пакте о гражданских и политических правах (статья 14) и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (статья 6), в соответствии с которыми каждый при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона; каждый обвиняемый в преступлении имеет право считаться невиновным, пока виновность его не будет доказана согласно закону.

Правосудие в Российской Федерации, согласно статье 118 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, осуществляется только судом, в том числе посредством уголовного судопроизводства. При этом государство обязано гарантировать защиту прав как собственно участников уголовного процесса, так и всех тех, чьи права и законные интересы непосредственно затрагиваются при производстве по уголовному делу, в том числе обеспечивать им надлежащие возможности по отстаиванию своих прав и законных интересов на всех стадиях уголовного судопроизводства любыми не запрещенными законом способами.

Осуществляя соответствующее регулирование, федеральный законодатель - по смыслу статей 19 (части 1 и 2), 45, 46, 49 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации - правомочен как устанавливать ответственность за правонарушения, так и устранять ее, а также определять, какие меры государственного принуждения подлежат использованию в качестве средства реагирования на те или иные противоправные деяния и при каких условиях возможен отказ от их применения, обеспечивая тем самым как дифференциацию уголовной ответственности, так и восстановление прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещение причиненного вреда.

Учитывая, что незаконное или необоснованное уголовное преследование - это одновременно и грубое посягательство на человеческое достоинство, непосредственным выражением конституционных принципов уважения достоинства личности, гуманизма, справедливости, законности, презумпции невиновности, права каждого на защиту, в том числе судебную, его прав и свобод применительно к личности подозреваемого (обвиняемого) являются возможность реабилитации, то есть восстановления чести, доброго имени опороченного неправомерным обвинением лица, а также обеспечение проверки законности и обоснованности уголовного преследования и принимаемых процессуальных решений, в случае необходимости - в судебном порядке.

Из статьи 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, конкретизирующей общепризнанный правовой принцип nullum crimen, nulla poena sine lege (нет преступления, нет наказания без указания на то в законе), во взаимосвязи с ее статьей 49, закрепляющей принцип презумпции невиновности, следует, что подозрение или обвинение в совершении преступления могут основываться лишь на положениях уголовного закона, определяющего преступность деяния, его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия, закрепляющего все признаки состава преступления, наличие которых в деянии, будучи единственным основанием уголовной ответственности, должно устанавливаться только в надлежащем, обязательном для суда, прокурора, следователя, дознавателя и иных участников уголовного судопроизводства процессуальном порядке. Если же противоправность того или иного деяния или его совершение конкретным лицом не установлены и не доказаны в соответствующих уголовно-процессуальных процедурах, все сомнения должны толковаться в пользу этого лица, которое - применительно к вопросу об уголовной ответственности - считается невиновным.

В силу названных принципов такое деяние не может не только влечь за собой уголовную ответственность и применение иных мер уголовно-правового характера, но и квалифицироваться в процессуальном решении как деяние, содержащее все признаки состава преступления, факт совершения которого конкретным лицом установлен, хотя бы это и было связано с ранее имевшим место в отношении данного лица уголовным преследованием.

Соблюдение фундаментальных процессуальных гарантий прав личности, включая презумпцию невиновности, должно обеспечиваться и при разрешении вопроса о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию. Принимая решение об отказе в возбуждении или о прекращении уголовного дела на досудебных стадиях уголовного процесса, компетентные государственные органы должны исходить из того, что лица, в отношении которых прекращено уголовное преследование, виновными в совершении преступления либо (что равнозначно) в деянии, содержащем все признаки состава преступления, не признаны, а значит, и не могут быть названы таковыми - в конституционно-правовом смысле эти лица могут считаться лишь привлекавшимися к участию в уголовном судопроизводстве на соответствующей стадии ввиду выдвижения против них подозрения или обвинения.

Следовательно, федеральный законодатель - исходя из того, что конституционные права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом во имя публичных интересов уголовного судопроизводства только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации), - при решении вопроса о распределении бремени доказывания не вправе освободить органы уголовного преследования от обязанности обеспечить лицам, в отношении которых оно осуществляется, вытекающую из статьи 46 Конституции Российской Федерации возможность добиваться восстановления своих прав и подтверждения своей невиновности в соответствующих судебных процедурах, исправления возможных ошибок, допущенных при осуществлении уголовного преследования на всех стадиях уголовного процесса (в том числе на самых ранних), а значит, защиты их чести и достоинства, а также охраняемых законных интересов.

Между тем при прекращении уголовного дела в связи со смертью подозреваемого (обвиняемого) прекращается и дальнейшее доказывание его виновности, но при этом подозрение или обвинение в совершении преступления с него не снимается, - напротив, по существу, констатируется совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, конкретным лицом, от уголовного преследования которого государство отказывается по причине его смерти. Тем самым такое лицо без вынесения и вступления в законную силу обвинительного приговора суда фактически признается виновным в совершении преступления, что может рассматриваться как несоблюдение государством обязанности обеспечить судебную защиту его чести, достоинства и доброго имени, гарантированную статьями 21 (часть 1), 23 (часть 1), 45, 46 (части 1 и 2) и 49 Конституции Российской Федерации, а лицам, чьи интересы могут непосредственно затрагиваться последствиями принятия решения о прекращении уголовного дела, - и доступ к правосудию (статья 118, часть 1, Конституции Российской Федерации).

Обращаясь к вопросу о правовой природе прекращения уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям, гарантиях прав и законных интересов лиц, в отношении которых принимается такое решение, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к следующим выводам: решение о прекращении уголовного дела не подменяет собой приговор суда и, следовательно, не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено статьей 49 Конституции Российской Федерации (Постановление от ДД.ММ.ГГГГ №-П); при выявлении такого рода оснований к прекращению уголовного дела лицо, в отношении которого уголовное дело подлежит прекращению, вправе настаивать на продолжении расследования и рассмотрении дела в судебном заседании, а в случае вынесения решения о прекращении уголовного дела - обжаловать его в установленном процессуальным законом судебном порядке; тем самым лицам, заинтересованным в исходе дела, обеспечивается судебная защита их прав и законных интересов в рамках уголовного судопроизводства (Постановление от ДД.ММ.ГГГГ №-П).

Прекращение уголовного дела по нереабилитирующему основанию возможно лишь в том случае, если будут обеспечены гарантируемые Конституцией Российской Федерации права участников уголовного судопроизводства, что предполагает, в частности, необходимость получения согласия подозреваемого (обвиняемого) на прекращение уголовного дела: в силу принципа состязательности, на основе которого осуществляется уголовное судопроизводство (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), предполагается, что стороны самостоятельно и по собственному усмотрению определяют свою позицию по делу, в том числе в связи с вопросом об уголовной ответственности, а, следовательно, если подозреваемый (обвиняемый) не возражает против прекращения уголовного преследования, нет оснований считать его права и законные интересы нарушенными решением о прекращении уголовного дела (при условии его достаточной обоснованности).

Если же лицо, в отношении которого ведется уголовное преследование, возражает против прекращения уголовного судопроизводства по нереабилитирующему основанию, ему должна предоставляться возможность (в рамках предусмотренных статьями 49 и 123 Конституции Российской Федерации гарантий) продолжения производства по уголовному делу и направления его в суд для рассмотрения по существу и тем самым - судебной защиты его прав, в том числе права на возможную реабилитацию. Такой подход согласуется с обязанностью государства охранять достоинство личности (статья 21, часть 1, Конституции Российской Федерации), которое, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, выступает основой всех прав и свобод человека и необходимым условием их существования и соблюдения (Постановления от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П и от ДД.ММ.ГГГГ №-П, Определение от ДД.ММ.ГГГГ №-О).

В соответствии с частью второй статьи 27 УПК РФ прекращение уголовного преследования по основаниям, указанным в пунктах 3 и 6 части первой его статьи 24, статье 25, пункте 3 части первой статьи 27 и статье 28, которые сами по себе не влекут возникновение у подозреваемого (обвиняемого) права на реабилитацию в порядке главы 18 данного Кодекса, не допускается, если он против этого возражает, - в таких случаях производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

Смерть подозреваемого (обвиняемого), как следует из части второй статьи 133 УПК РФ, устанавливающей круг лиц, имеющих право на реабилитацию, также не входит в число реабилитирующих оснований, дающих право на возмещение вреда, причиненного уголовным преследованием. При этом лицо, в отношении которого уголовное дело прекращается по данному основанию, в силу естественных причин лишено возможности защитить от умаления такие личные блага, как честь и доброе имя, путем выражения несогласия с прекращением уголовного преследования и требования продолжить производство по уголовному делу в обычном порядке. Что касается близких родственников умершего подозреваемого (обвиняемого) или каких-либо других заинтересованных лиц, то уголовно-процессуальный закон не предусматривает, что отсутствие согласия с их стороны на прекращение уголовного преследования может служить препятствием для принятия соответствующего решения.

Не предоставив указанным лицам надлежащих средств правовой защиты в таких исключительных случаях, законодатель, по сути, создал возможность неоднозначного истолкования, а следовательно, и произвольного применения пункта 4 части первой статьи 24 УПК РФ. Между тем, поскольку конституционное право на охрану достоинства личности распространяется не только на период жизни человека, оно обязывает государство создавать правовые гарантии для защиты чести и доброго имени умершего, сохранения достойного к нему отношения, что в свою очередь предполагает обязанность компетентных органов исходить из необходимости обеспечения близким родственникам умершего доступа к правосудию и судебной защиты в полном объеме, как это вытекает из статьи 46 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи со статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

При законодательном закреплении гарантий защиты памяти об умерших и сохранения достойного к ним отношения, которые не могут быть исключены из сферы общего (публичного) интереса в государстве, где человек, его права и свободы являются высшей ценностью (статья 2 Конституции Российской Федерации), нельзя не принимать во внимание наличие у заинтересованных лиц, прежде всего близких родственников умершего подозреваемого (обвиняемого), настаивающих на продолжении производства по уголовному делу, законного интереса, оправдывающего дальнейшее рассмотрение дела, который, во всяком случае, может заключаться в желании защитить как честь и достоинство умершего и добрую память о нем, так и собственные честь и достоинство, страдающие ввиду сохранения известной неопределенности в правовом статусе умершего в случае прекращения в отношении него уголовного дела по нереабилитирующему основанию. Кроме того, законный интерес этих лиц в случае реабилитации умершего подозреваемого (обвиняемого) может иметь и имущественный характер, связанный с возможностью возмещения понесенных им расходов, включая процессуальные издержки, суммы, затраченные на получение юридической помощи, расходы на лечение, а также убытков в виде упущенной выгоды (неполученные заработная плата и другие денежные средства, законной возможности получить которые реабилитированный лишился в результате действий дознавателя, следователя, прокурора и суда).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, из принципа юридического равенства применительно к реализации конституционного права на судебную защиту вытекает требование, в силу которого однородные по своей юридической природе отношения должны регулироваться одинаковым образом; соблюдение конституционного принципа равенства, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает, помимо прочего, запрет вводить такие ограничения в правах лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях); любая дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в соответствии с которыми такие различия допустимы, если они объективно оправданны, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а для достижения этих целей используются соразмерные правовые средства (Постановления от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П и от ДД.ММ.ГГГГ №-П).

Согласно статье 244 УПК РФ в судебном заседании стороны обвинения и защиты пользуются равными правами на заявление отводов и ходатайств, представление доказательств, участие в их исследовании, выступление в судебных прениях, представление суду письменных формулировок по вопросам, указанным в пунктах 1 - 6 части первой статьи 299 данного Кодекса, на рассмотрение всех иных вопросов, возникающих в ходе судебного разбирательства. В соответствии с частью второй статьи 246 и статьей 249 УПК РФ в судебном разбирательстве уголовных дел публичного и частно-публичного, а также частного обвинения, если уголовное дело было возбуждено следователем либо дознавателем с согласия прокурора, участие государственного обвинителя обязательно; судебное разбирательство происходит при участии потерпевшего, который также выступает на стороне обвинения.

Для того чтобы обеспечить действие принципов равенства и состязательности сторон в уголовном судопроизводстве, уголовно-процессуальный закон предусматривает участие в судебном заседании как стороны обвинения в лице государственного обвинителя и потерпевшего, так и стороны защиты - обвиняемого, его защитника и законного представителя. При этом согласно части второй статьи 49 УПК РФ суд может по ходатайству обвиняемого допустить в качестве защитников помимо адвоката и иных лиц, в том числе близких родственников обвиняемого, которые в таких случаях наделяются соответствующими процессуальными правами. Это означает, что участие в деле близких родственников обвиняемого в качестве его защитников допускается только по ходатайству самого обвиняемого, только наряду с адвокатом (за исключением производства у мирового судьи) и только на судебной стадии производства по делу, то есть в случае смерти подозреваемого (обвиняемого) участие этих лиц, как на стадии предварительного расследования, так и на стадии судебного разбирательства не предусматривается, как не предусматривается, по общему правилу, их участие в качестве законных представителей подозреваемого (обвиняемого). Таким образом, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации не предоставляет каким бы то ни было лицам, правомочий по защите прав умершего подозреваемого (обвиняемого). Поскольку заинтересованные лица, прежде всего близкие родственники умершего, в таких случаях к участию в деле не допускаются, процессуальные решения, затрагивающие конституционные права подозреваемого (обвиняемого), а также права и законные интересы его близких родственников, принимаются соответственно дознавателем, следователем или судом - без участия стороны защиты.

Следовательно, близкие родственники умершего подозреваемого (обвиняемого) не имеют возможности добиваться его реабилитации, что не согласуется с конституционным требованием обеспечения защиты чести, достоинства и доброго имени, а также прав, вытекающих из презумпции невиновности, равно как и других прав и законных интересов, которым предопределяется необходимость предоставления этим лицам - ввиду особенностей их фактического положения - надлежащих процессуальных прав. Такие ограничения не имеют объективного и разумного оправдания и ведут к нарушению гарантий, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, ее статьями 19 (часть 1), 21 (часть 1), 23 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 49 и 123 (часть 3).

Как следует из взаимосвязанных положений статей 1, 2, 18, 45 и 118 Конституции Российской Федерации, обязывающих Российскую Федерацию как правовое государство к созданию эффективной системы судебной защиты прав и свобод человека и гражданина, неотъемлемым элементом нормативного содержания права на судебную защиту, имеющего универсальный характер, является предоставляемая заинтересованным лицам, в том числе не привлеченным к участию в деле, возможность обратиться в суд за защитой своих прав и свобод, нарушенных неправосудным судебным решением; разрешение судом вопроса о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, не позволяет считать судебное разбирательство справедливым, обеспечивающим каждому в случае спора о его правах и обязанностях закрепленное статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона; лицо, не привлеченное к участию в деле, в отношении которого вынесено судебное решение, нарушающее его права и свободы либо возлагающее на него дополнительные обременения, во всяком случае должно располагать эффективными средствами восстановления своих нарушенных прав, как того требует статья 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П).

Исходя из этого федеральный законодатель - с учетом требований Конституции Российской Федерации - устанавливает способы и процедуры судебной защиты применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел, учитывая особенности соответствующих материальных правоотношений, характер рассматриваемых дел и другие обстоятельства (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П и от ДД.ММ.ГГГГ №-П).

Защита чести и доброго имени умершего, уголовное дело в отношении которого было прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 4 части первой статьи 24 УПК РФ, а также прав и законных интересов его близких родственников в первую очередь связана с его возможной реабилитацией, под которой в соответствии с пунктом 34 статьи 5 данного Кодекса понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда. Вместе с тем, как следует из части второй статьи 6 УПК РФ, определяющей само назначение уголовного судопроизводства, в более широком и основополагающем смысле реабилитация - это публичное признание отсутствия оснований для уголовной ответственности и уголовного преследования лица, которому оно ранее подверглось. Поскольку закон признает основанием уголовной ответственности совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, включая виновность лица в совершении этого деяния (часть первая статьи 5 и статья 8 УК РФ, часть вторая статьи 6 и часть четвертая статьи 302 УПК РФ), реабилитация является следствием установления невиновности лица в совершении деяния, запрещенного уголовным законом.

В силу принципа презумпции невиновности, как он определен в статье 49 (часть 1) Конституции Российской Федерации, виновность лица в совершении преступления, равно как и его невиновность, должна быть доказана не в произвольном, а лишь в предусмотренном федеральным законом порядке, то есть подлежит установлению исключительно в рамках уголовно-процессуальных отношений. Соответственно, защита прав и законных интересов близких родственников умершего подозреваемого (обвиняемого), имеющая целью его реабилитацию, также должна осуществляться в уголовно-процессуальных формах путем предоставления им необходимого правового статуса и вытекающих из него прав.

Следовательно, применительно к прекращению уголовного дела в связи со смертью подозреваемого (обвиняемого) защита конституционных прав личности не может быть обеспечена без предоставления близким родственникам умершего права настаивать на продолжении производства по уголовному делу с целью его возможной реабилитации и соответствующей обязанности публичного органа, ведущего уголовный процесс, обеспечить реализацию этого права.

Пункт 4 абзаца 1 статьи 5 УПК РФ дает дефиницию понятия «Близкие родственники», в соответствии с которым это - супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки.

Судом установлено и документально подтверждено, что на дату смерти (ДД.ММ.ГГГГ) у подсудимого ФИО1 ФИО31 имелись следующие близкие родственники: мать - ФИО2; супруга - ФИО3.

Сведениями о других близких совершеннолетних родственниках подсудимого суд не располагает и данных о таких сторонами по делу суду не представлено.

Вышеуказанным лицам судом в письменном виде были разъяснены положения действующего законодательства, регламентирующего порядок и условия прекращения уголовного дела и уголовного преследования в случаях, когда подсудимый умер во время рассмотрения дела в суде, а также их процессуальные права как близкого родственника ФИО1 ФИО32

Кроме того, указанным лицам судом в письменном виде было предложено принять участие в судебном разбирательстве и выразить свою позицию по настоящему уголовному делу, в том числе заявить о согласии на прекращение уголовного преследования в отношении умершего подсудимого на основании пункта 4 части 1 статьи 24 и пункта 1 статьи 254 УПК РФ (в связи со смертью подсудимого), либо возражать против этого и настаивать на продолжении производства по делу в обычном порядке с целью возможной реабилитации ФИО1 ФИО33.

До судебного заседания в адрес суда от ФИО8 и ФИО9, поступили письменные заявления, в которых они просили о проведении судебного разбирательства в их отсутствие и выразили свое согласие на прекращение уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО1 ФИО34., на основании пункта 4 части 1 статьи 24, пункта 2 части 1 статьи 27 и пункта 1 статьи 254 УПК РФ - в связи с его смертью.

Присутствовавший в судебном заседании защитник подсудимого ФИО1 ФИО35. - адвокат ФИО11, против прекращения уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО1 ФИО36., на основании пункта 4 части 1 статьи 24, пункта 2 части 1 статьи 27 и пункта 1 статьи 254 УПК РФ, не возражала.

Государственный обвинитель в судебном заседании против прекращения уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО1 ФИО38., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 222 УК РФ, преступления, предусмотренного частью 1 статьи 223 УК РФ, на основании пункта 4 части 1 статьи 24, пункта 2 части 1 статьи 27 и пункта 1 статьи 254 УПК РФ, не возражал.

Принимая во внимание требования законодательства и с учетом позиции вышеуказанных близких родственников умершего подсудимого ФИО1 ФИО39., суд считает необходимым и находит возможным прекратить уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 ФИО37 на основании пункта 4 части 1 статьи 24, пункта 2 части 1 статьи 27 и пункта 1 статьи 254 УПК РФ - в связи с его смертью.

Судьбу вещественных доказательств по делу надлежит определить в соответствии с положениями части 3 статьи 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьей 6, пунктом 4 части 1 и частью 3 статьи 24, пунктом 2 части 1 статьи 27, пунктом 1 статьи 254, частью 2 статьи 256 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Прекратить уголовное дело № и уголовное преследование в отношении ФИО1 ФИО40, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 222 УК РФ, преступления, предусмотренного частью 1 статьи 223 УК РФ, на основании пункта 4 части 1 статьи 24, пункта 2 части 1 статьи 27 и пункта 1 статьи 254 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации - в связи с его смертью.

Вещественные доказательства, хранящиеся в комнате хранения оружия МУ МВД России «Бийское»: пневматическую винтовку калибра 4,5 мм <данные изъяты>» №, изготовленную на Ижевском механическом заводе в 1996 году, в конструкцию которой внесены изменения самодельным способом, а именно: укорочен ствол, рассверлены ствол и патронник, установлен боек, пригодную для стрельбы патронами кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм, хранящуюся в полипропиленовом мешке; 15 гильз к спортивно-охотничьим патронам кольцевого воспламенения, калибра 5,6мм, хранящиеся в прозрачном полимерном мешке, по вступлении приговора в законную силу - уничтожить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Алтайского краевого суда через Бийский районный суд Алтайского края в течение пятнадцати суток со дня его вынесения, а близким родственником умершего подсудимого - в тот же срок со дня вручения ему копии постановления.

В случае подачи апелляционной жалобы близкий родственник умершего подсудимого, вправе в вышеуказанный срок ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

О желании участвовать в заседании суда апелляционной инстанции близкий родственник умершего подсудимого, должен указать в апелляционной жалобе, а если дело рассматривается по представлению прокурора или по жалобе другого лица - в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу либо представление, в течение десяти суток со дня вручения ему копии постановления либо копии жалобы или представления.

В соответствии с частью 4 статьи 389.8 УПК РФ дополнительные апелляционные жалоба, представление подлежат рассмотрению, если они поступили в суд апелляционной инстанции не позднее, чем за пять суток до начала судебного заседания.

Близкий родственник умершего подсудимого, вправе ознакомиться с протоколом судебного заседания и его аудиозаписью, по его письменному ходатайству, которое должно быть подано не позднее трех суток со дня окончания судебного заседания, и подавать на него письменные замечания в течение трех суток со дня ознакомления с ними.

Председательствующий (подписано) А.С.Уманец