Приговор № 1-31/2021 1-471/2020 от 1 марта 2021 г. по делу № 1-31/2021

Дело № 1-31/2021


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

02 марта 2021 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе председательствующего судьи Беглик Н.А.,

при секретаре Субботиной Т.А., помощнике судьи Поповой А.В.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Ленинградского района г. Калининграда Марусенко Э.Э.,

потерпевших К1, В, КК,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Сазоновой Г.В.,

подсудимого ФИО2,

защитника – адвоката Дорохина В.И.,

подсудимого ФИО3,

защитника – адвоката Гантуры А.Ю.,

подсудимого ФИО4,

защитника – адвоката Марамыгина В.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, <данные изъяты>., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, в» ч. 2 ст. 163 (3 эпизода), ч. 1 ст. 161 УК РФ;

ФИО2, <данные изъяты>., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, в» ч. 2 ст. 163 УК РФ (2 эпизода);

ФИО4, <данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, в» ч. 2 ст. 163 УК РФ;

ФИО3, <данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, в» ч. 2 ст. 163 УК РФ;

У С Т А Н О В И Л:

Не позднее 11:00 ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 сообщил своему знакомому ФИО1 о невыплате К1 денежных средств в размере 200000 руб. в качестве заработной платы рабочим, осуществлявшим строительные работы на объекте, расположенном по адресу: <адрес>, в/ч 23326-7 ЗВГ ВВС. После чего ФИО1, ФИО2 и ФИО4 вступили в предварительный сговор, направленный на самоуправные действия, а именно на принуждение К1, вопреки установленному законом судебному порядку разрешения возникшего спора, к выплате заработной платы ФИО4 в размере 200000 руб., под угрозой применения насилия и с применением насилия.

Для реализации совместного преступного умысла, ФИО1, ФИО2 и ФИО4 выполняли определенные роли в совершении преступления, согласно которым они должны были приехать в офис К1, где ФИО1 и ФИО4, под угрозой применения физического насилия и с применением физического насилия в отношении К1, должны были потребовать у него денежные средства, а ФИО2 должен был осуществлять контроль за действиями К1, преграждать последнему путь и исключать возможность совершения им побега от указанных лиц, а также для применения физической силы в случае оказания К1 сопротивления.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, ФИО4 и ФИО2 с 11:00 до 12:00 ДД.ММ.ГГГГ, без предварительной договоренности с К1, прибыли в его офис, по адресу: <адрес>, <адрес>», кабинет №, где ФИО1 и ФИО4, выражаясь в адрес находящегося там же К1 нецензурными, оскорбительными выражениями, потребовали от К1 денежные средства в сумме 200000 рублей в качестве оплаты труда ФИО4, угрожая в случае невыполнения их требований применением физического насилия, угрозы применения которого потерпевший К1 воспринимал как реально осуществимые. При этом ФИО1, в подтверждении своих намерений, находясь в возбужденно - агрессивном состоянии нанес К1 не менее четырех ударов кистью правой руки в область головы и лица, причинив последнему физическую боль, а также моральные и нравственные страдания, тем самым подавив волю потерпевшего к сопротивлению. При осуществлении вышеуказанных противозаконных действиях ФИО1 и ФИО4, ФИО2 находился рядом, осуществлял контроль за действиями К1, преграждал последнему путь и исключал возможность совершения побега от ФИО1 и пресечения их преступных действий.

После чего ФИО1, продолжая угрожать применением насилия в случае невыполнения К1 требований по передаче денежных средств в сумме 200000 рублей в счет заработной платы ФИО4, потребовал от К1 написать расписку, текст которой последнему был продиктован ФИО4, о возврате денежных средств в размере 200000 рублей сроком до ДД.ММ.ГГГГ и залоге автомобиля «MITSUBISHI L200» в случае их невыплаты, а также передать в счет частичного погашения долга, имеющиеся у К1 при себе денежные средства. В свою очередь К1, реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, учитывая, что он уже подвергся физическому насилию со стороны ФИО1, написал указанную расписку, достал из кошелька 20 000 рублей, которые забрал ФИО1, которыми впоследствии ФИО1, ФИО2 и ФИО4 распорядились по своему усмотрению.

В результате противоправных действий ФИО1, ФИО4 и ФИО2 был причинен существенный вред К1 в виде физической боли, моральных и нравственных страданий, выразившихся в унижении чести и личного достоинства последнего, нарушении его прав и законных интересов на неприкосновенность и достоинство личности, гарантированных ст.ст. 2, 21, 22 Конституции Российской Федерации, а также причинен материальный ущерб в размере 20 000 рублей.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на открытое хищении имущества, принадлежащего КК, реализуя который он до 15:00 ДД.ММ.ГГГГ, преследуя корыстную цель, позвонил КК и сообщил о приобретении им семи пар кроссовок с последующей их доставкой ДД.ММ.ГГГГ по адресу им указанному. КК около 12:00 ДД.ММ.ГГГГ привез по указанному ФИО1 адресу: <адрес>, семь пар кроссовок: мужские кроссовки китайского производства черного цвета, 43 размера, неустановленной фирмы, стоимостью 1200 рублей; женские кроссовки китайского производства, 39 размера, черного цвета, неустановленной фирмы, стоимостью 1700 рублей; женские кроссовки китайского производства, 39 размера, черного цвета, неустановленной фирмы, стоимостью 1700 рублей; мужские кроссовки белого цвета с логотипом бренда «Найк» (китайские), неустановленного размера, стоимостью 1200 рублей; мужские кроссовки красного цвета, неустановленного размера, выполненные под бренд «Адидас» (китайские) стоимостью 1200 рублей; женские кроссовки 39-40 размера, выполненные под бренд «Адидас Yeezy 350» (китайские), светло-бежевого цвета стоимостью 1700 рублей; мужские кроссовки черного цвета с логотипом «Найк» белого цвета (китайские), 45 размера, стоимостью 1200 рублей, которые оставил в коридоре указанной квартиры.

Продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на открытое хищение имущества, принадлежащего КК, ФИО1 с 12:00 до 12:20 ДД.ММ.ГГГГ, находясь в квартире по указанному выше адресу, осознавая, что его преступные действия носят открытый характер, не произвел за них оплату КК, который покинул указанную квартиру без привезенных им семи пар кроссовок, тем самым открыто похитил, принадлежащие КК семь пар кроссовок, общая стоимость которых составила 9900 рублей, не произведя за них оплату КК Впоследствии ФИО1 похищенным у КК имуществом распорядился по собственному усмотрению. В результате преступных действий ФИО1 потерпевшему КК причинен материальный ущерб в сумме 9900 рублей.

Кроме того, не позднее 12:00 ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО3 вступили в предварительный сговор на самовольный, вопреки установленному законом судебному порядку, с применением насилия и с угрозой применения насилия, возврат С денежных средств в размере 120000 руб. от КК, ранее им взятых у С на развитие предпринимательской деятельности, у которого имелось предполагаемое право их требования.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО1 и ФИО3, выполняя свои преступные роли, с 12:00 до 12:20 ДД.ММ.ГГГГ, находясь в <адрес>. 3 по <адрес> в <адрес>, куда по предварительной договоренности с ФИО1 приехал КК, выражаясь в адрес КК нецензурными, оскорбительными выражениями, потребовали от последнего вернуть С полученные от него денежные средства в сумме 100 000 рублей, угрожая в случае невыполнения их требований применением физического насилия, угрозы применения которого потерпевший КК воспринимал как реально осуществимые. При этом ФИО1, в подтверждении своих намерений, находясь в указанное время в возбужденно - агрессивном состоянии, нанес КК удар ладонью левой руки в область лица, причинив последнему физическую боль, а также моральные и нравственные страдания, тем самым подавив волю потерпевшего к сопротивлению. При осуществлении вышеуказанных противозаконных насильственных действиях ФИО1, ФИО3 высказал КК угрозы применения физического насилия в случае отказа возвратить ранее взятые у С денежные средства, а также демонстрировал неустановленный следствием предмет, внешне похожий на нож, для подтверждения серьезности своих преступных намерений. Потерпевший КК, реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, учитывая, что он уже подвергся физическому насилию со стороны ФИО1, действовавшего группой лиц по предварительному сговору с ФИО3, воспринимал высказанные в его адрес угрозы физической расправы, как реально осуществимые, согласился с указанными требованиями ФИО1 и ФИО3, договорившись с последними о передаче требуемой ими суммы денежных средств в размере 100 000 рублей в квартире по месту своего жительства, по адресу: <адрес>.

После чего, ФИО1 совместно с ФИО3 в указанную дату прибыли к <адрес> в <адрес>, где ФИО1 зашел в <адрес> с 13:00 до 13:05 получил от КК, реально опасающегося за свою жизнь и здоровье, не желающего вновь быть подвергнутым физическому насилию, денежные средства в размере 100 000 рублей. Оставшиеся 20000 руб. КК, реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, после телефонного звонка ФИО1, совершенного около 13:25 ДД.ММ.ГГГГг., при помощи подключенной к мобильному устройству услуги «Сбербанк Онлайн» ПАО «Сбербанк России», позволяющей управлять банковскими счетами, с банковской карты ПАО «Сбербанк России» № ДД.ММ.ГГГГ в 18:39 перевел на расчетный счет, указанный ФИО1: банковскую карту № на имя К

В результате противоправных действий ФИО1 и ФИО3, КК был причинен существенный вред в виде физической боли, моральных и нравственных страданий, выразившихся в унижении чести и личного достоинства последнего, нарушении его прав и законные интересов на неприкосновенность и достоинство личности, гарантированных ст.ст. 2, 21, 22 Конституции Российской Федерации, а также причинен ущерб в размере 120 000 рублей.

Кроме того, не позднее 15:56 ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО2, находясь на территории <адрес>, движимые корыстными побуждениями, с целью незаконного обогащения, вступили в предварительный сговор, направленный на совершение ими преступления, а именно вымогательства, то есть требования у ранее им незнакомого В, против воли последнего, под угрозой применения физического насилия и с применением физического насилия, передачи им денежных средств, используя для этой цели в качестве предлога надуманный повод.

Для реализации совместного преступного умысла, ФИО1, под надуманным предлогом необходимости оплаты В труда рабочих, осуществлявших строительные работы на объекте, расположенном по адресу: <адрес>, денежных средств, совместно с ФИО2 должны были приехать по указанному адресу, где ФИО1 под угрозой применения физического насилия и с применением физического насилия в отношении В должен был принудить последнего безвозмездно, против воли потерпевшего, передать им денежные средства. ФИО2, находящийся там же для совместного с ФИО5 совершения преступления, должен был находиться рядом, осуществлять контроль за действиями В, а также для применения физической силы в случае оказания им сопротивления.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО1 с 15:56 до 16:07 ДД.ММ.ГГГГ находясь у <адрес> в <адрес>, куда он прибыл с ФИО2 без предварительной договоренности с В, из корыстных побуждений, действуя в соответствии с ранее достигнутой между ними договоренностью и распределенным ролям, используя надуманный повод – необходимость оплаты денежных средств за произведенные строительные работы рабочими на вышеуказанном объекте, выражаясь в адрес находящегося там же В нецензурными, оскорбительными выражениями, тем самым оказывая на него психологическое давление для подавления его воли к сопротивлению, потребовал от последнего передать безвозмездно денежные средства, угрожая в случае невыполнения требований применением физического насилия, угрозы применения которого потерпевший В воспринимал как реально осуществимые.

При этом ФИО1, в подтверждение своих намерений, находясь в указанное время в возбужденно - агрессивном состоянии, осознавая, что он вместе с ФИО2 физически превосходят В, который воспринимал высказанные в его адрес угрозы физического насилия всерьез, реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, ударил В кистью левой руки в область шеи, причинив последнему физическую боль, а также моральные и нравственные страдания, тем самым подавив волю потерпевшего к сопротивлению. При осуществлении вышеуказанных противозаконных насильственных действиях ФИО1, ФИО2 находился рядом, осуществлял контроль за действиями В, исключал возможность совершения им побега от ФИО1 и пресечения их преступных действий, а также для применения физической силы в случае оказания В сопротивления.

После этого ФИО1, действуя в группе лиц по предварительному сговору с ФИО2, с целью закрепления в сознании В неизбежности передачи им денежных средств под воздействием оказанного физического насилия и морального давления, продолжая реализовывать свой единый преступный умысел, направленный на вымогательство денежных средств у В, ДД.ММ.ГГГГ, находясь на территории <адрес>, посредством мобильной связи позвонил потерпевшему В и сообщил о необходимости передачи ему денежных средств согласно ранее заявленным с применением насилия требованиям.

Потерпевший В, воспринимая высказанные в его адрес угрозы физической расправы как реально осуществимые, вынужден был согласиться с указанными незаконными требованиями ФИО2 и ФИО1, и при помощи подключенной к мобильному устройству услуги «Мобильный банк» АО «Тинькофф Банк», позволяющей управлять банковскими счетами, с банковской карты АО «Тинькофф Банк» №, имитированной на имя В, в 18:25 ДД.ММ.ГГГГ осуществил перевод на счет абонентского номера № денежных средств в размере 3000 рублей, в 15:15 ДД.ММ.ГГГГ на счет абонентского номера № денежных средств в размере 5000 рублей, в 19:20 ДД.ММ.ГГГГ на счет абонентского номера № денежных средств в размере 32 000 рублей, комиссия за перевод которых составила 480 рублей, а всего перевел денежных средств на общую сумму 40 480 рублей с учетом комиссии, которыми ФИО1 и ФИО2 распорядились по своему усмотрению.

В результате противоправных действий ФИО1 и ФИО2, В были причинены физическая боль, моральные и нравственные страдания, выразившиеся в унижении чести и личного достоинства последнего, существенно нарушены его права и законные интересы на неприкосновенность и достоинство личности, гарантированные ст.ст. 2, 21, 22 Конституции Российской Федерации, а также причинен ущерб в размере 40 480 рублей.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании по эпизоду с потерпевшим К1 показал, что его знакомый ФИО4 со своими рабочими работал на объекте в <адрес>, выполнял отделочные работы в столовой. Подрядной организацией являлось ООО «ИнЭкспорт», директором которого был К1. Также ему был знаком <данные изъяты>, который был прорабом на данном объекте. В начале 2019г. в ходе телефонного разговора ФИО4 ему сообщил, что прораб <данные изъяты> должен за работу на объекте К1 200000 руб. Он сказал, что знает <данные изъяты> и с ним поговорит. В ходе разговора с <данные изъяты>, тот сообщил, что К1 не финансирует работы, приехал на объект и перед бригадами рабочих сказал, что все финансовые расходы берет на себя (К1). Рабочие ему поверили, продолжили работы, но К1 оплату их работ так и не произвел. ФИО4 также говорил, что К1 неоднократно обещал заплатить за работу, но не платит. Он захотел помочь ФИО4 и сказал, чтобы ФИО4 пригласил К1 на встречу. Он с ФИО2 и ФИО4 приблизительно в мае 2019г. встретились с К1 в кафе «Фест», в ходе разговора он сообщил К1, что тот не платит рабочим за работу, о чем сказал прораб <данные изъяты>, просил К1 выплатить рабочим хотя бы половину - 100000 руб., но К1 отрицал долг. В начале июня ему позвонил ФИО4 и сообщил, что деньги за работу так и не заплачены. Он сказал, что знает, что К1 работает не честно, с ним нужно по-другому разговаривать, приехать и встретиться. У К1 были знакомые - бандиты, которые решали за него вопросы, поэтому он взял на встречу с собой ФИО2, для своей безопасности. Он сказал своему другу ФИО2, что у его земляка - ФИО4 проблемы по невыплаченным долгам, он хочет съездить в офис по этому поводу и чтобы ФИО2 побыл рядом. Он, ФИО4 и ФИО2 10.06.2019г. приехали в офис К1 на <адрес>. К1 в офисе не оказалось, они остались ждать. К1 приехал один, поднялся в офис, они зашли вместе с ним. ФИО2 и ФИО4 поднялись, чтобы послушать ложь К1. В ходе разговора К1 врал, что никому ничего не должен, что отдал деньги <данные изъяты>. За ложь он нанес К1 несколько ударов - подзатыльник и пощёчину. После этого К1 согласился отдать долг ФИО4, сам написал расписку на сумму долга 200000 руб. за строительные работы с залогом своего (К1) автомобиля. Также в офисе он взял документы на автомобиль К1, они все вместе поехали в ломбард, где узнали, что на автомобиль наложен арест. Он хотел удостовериться, что К1 действительно нечем расплачиваться. Вечером этого же дня позвонил <данные изъяты> и сказал, что те, кто оказывает поддержку К1, хотят встретиться, он (К) согласился. Он предупредил рабочих, которым был должен К1. На встречу возле кафе "Шашлычок" приехали бригады рабочих с документами, приехал он, ФИО2, которого он позвал для обеспечения безопасности, К1 и люди, которые поддерживали К1. Он разговаривал с К1 по поводу оплаты долгов рабочим, К1 предъявили документы, акты выполненных работ и К1 согласился заплатить рабочим. Рассчитаться К1 должен был до 1 сентября. После этого он с К1 не встречался, рабочим К1 не заплатил. Угроз в адрес К1 не было. Он требовал, чтобы К1 заплатил существующие долги ФИО4, для себя лично денег не требовал. 20000 руб. он у К1 в офисе не забирал. В ходе разговора с К1 допускал в его адрес нецензурные, оскорбительные выражения. Применением физического насилия К1 не угрожал.

По эпизодам преступлений с потерпевшим КК подсудимый ФИО1 пояснил, что КК был ему знаком, он ранее покупал у него кроссовки, продажу которых КК осуществлял через соцсеть Инстаграмм. Кроссовки впоследствии оказались с браком, и КК на его претензии по поводу брака сказал, что скоро будет новая партия кроссовок и за те же деньги он купит другие. Однажды он заказал у КК семь пар кроссовок, договорился с КК, что тот привезет кроссовки к нему домой. Вечером этого же дня к нему обратился Е <данные изъяты> и рассказал, что у него есть друг КК, у них возник конфликт, он дал КК деньги на развитие бизнеса, КК деньги не вернул, на телефонные звонки не отвечает. <данные изъяты> хотел, чтоб он (К) помог и поговорил с КК по поводу возврата денег. <данные изъяты> говорил, что КК ему должен денег и КК обещал, что как будет возможность, он деньги вернет. Зная КК и то, что он приедет и привезет кроссовки, он решил с КК по поводу <данные изъяты> переговорить. КК приехал, поднялся в квартиру со своей девушкой, которую он попросил подождать на улице. КК поставил кроссовки в коридоре, он пригласил КК пройти на кухню. КК сел за кухонный стол. Он спросил КК, должен ли тот деньги <данные изъяты> и почему возник конфликт. КК подтвердил, что знаком с <данные изъяты>, тот занимал деньги, вкладывался в бизнес, но бизнес "прогорел". На вопрос о том, почему он (КК) не возвращает деньги, КК сказал, что сейчас денег нет. Из комнаты вышел ФИО3, который услышав разговор с КК, сказал КК: «Если должен деньги – отдай», после этого ФИО3 ушел на балкон. Он спросил КК, готов ли тот отдать хоть что-то, КК сказал, что у него есть 100000 руб. Он (К) предложил отдать 100000 руб. <данные изъяты>, а 23000 руб. КК соберет и в течение дня переведет в электронном виде. КК согласился и сказал, что нужно проехать к нему домой за деньгами. Он, ФИО3 и КК поехали на машине ФИО3 на <адрес>, где он поднялся к КК домой и тот отдал ему 100000 руб. Он с ФИО3 уехали, ФИО3 высадил его у ТЦ "Акрополь", где он, по реквизитам, указанным <данные изъяты>, перевел <данные изъяты> 100000 руб. Чуть позже КК на карту его бывшей жены (К) перевел остаток долга в размере 23000 руб., которые он также перевел <данные изъяты>. КК он не бил, угроз в его адрес не высказывал. Кроссовки КК сам оставил в коридоре. Он писал впоследствии КК смс-сообщение приблизительно следующего содержания: "Если где-то я в разговоре пошутил, что кроссовки взял как комиссионные, то это была шутка". Он также в смс-сообщении просил КК приехать, чтобы они все пересчитали, КК вычел стоимость ранее купленных бракованных кроссовок, а он (К) рассчитается полностью с остатком. КК не приехал и кроссовки пошли в счет оставшихся 20000 руб. по процентам. <данные изъяты> его отблагодарил, сказал, что кроссовки можно себе оставить.

По эпизоду с потерпевшим В подсудимый ФИО1 пояснил, что у него есть знакомый <данные изъяты>, который занимается строительством. 12.09.2019г. в ходе телефонного разговора <данные изъяты> рассказал, что у него трудные отношения с заказчиком - директором строительной фирмы В, тот не выходит на связь. Он (К) попросил дать номер телефона В, сказал, что попробует найти В. Он позвонил В, сказал, что является членом профсоюза, предложил встретиться всем вместе в <адрес>. 12.09.2019г. он с ФИО2, <данные изъяты> и <данные изъяты> приехали в <адрес>. В ходе беседы с В он спросил, почему возник конфликт с <данные изъяты>, почему рабочие <данные изъяты> выполняют работы и он (В) не ставит об этом в известность самого посредника. В сказал, что это никого не касается. В врал, что он заплатил деньги его подсобникам и его рабочим. Вел себя В агрессивно и вызывающе, постоянно провоцировал, за это он нанес В пощечину. Суть конфликта между В и <данные изъяты> была в том, что В в тайне перетягивал к себе рабочих, платил им, минуя <данные изъяты> как посредников. Он не просил В ничего возвращать, угроз не высказывал. <данные изъяты> сказал, как они с В обсчитаются, он позвонит. Ему (К) было интересно, на каком вопросе они разойдутся. Вечером позвонил <данные изъяты>, сообщил, что он (<данные изъяты> сошлись с В на 90 000 руб. Он сказал <данные изъяты>, что если необходима будет помощь в работе, то он (К) может поставить туда своих рабочих. Через неделю позвонил <данные изъяты> и сказал, что В не хочет выплачивать 90 000 руб., В хочет заплатить 45 000 руб. и просит продолжить работу на объекте. Он сказал <данные изъяты>, что лучше забрать 90 000 руб. Через некоторое время ему позвонил В, предложил встретиться, он согласился. На встрече в кафе «Геркулес» присутствовал он, ФИО2 и В. В сказал, что будет подавать на <данные изъяты> иск за перерасходованный материал, предложил работать вместе, выставить на объект его (К) рабочих. Он сообщил В, что согласен, только у него сейчас финансовые проблемы, нужны деньги, чтобы собрать рабочих, на заправку. В согласился заплатить 40 000 руб. в качестве аванса. Он попросил у В на бензин 3000 руб., которые тот перевел, через несколько дней В перевел 5000 руб., а затем 32000 руб. Затем ему позвонил <данные изъяты> и сказал, что В отдал ему (К) деньги <данные изъяты>. Он предложил <данные изъяты> встретиться и все объяснить. В ходе встречи, на которую он случайно пришел с ФИО2, он объяснил <данные изъяты>, что пусть он сам разбирается с В, теперь он работает с В и это была предоплата В за его (К) работу. Через 3 дня ему позвонил В и спросил, почему он (К) не отдал деньги <данные изъяты>, начал угрожать, на что он (К) сообщил В, что это деньги за работу, как они договаривались. ФИО2 просто с ним поехал прокатиться в <адрес>, никакой роли не выполнял, ФИО2 знал, что он (К) едет смотреть объект и знакомиться с заказчиком. О том, что он нанесет удар, он не договаривался с ФИО2, все произошло спонтанно, В стал себя вульгарно и некультурно вести.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании пояснил, что у него есть знакомый К, с которым однажды в июне 2019г. они находились вместе как подъехал ранее незнакомый ему парень, которым оказался ФИО4. К предложил проехать с ними по делам. Они приехали в какой-то офис, попозже приехал мужчина, им был К1, они зашли в кабинет. Он (ФИО2) сидел на стуле у двери и играл в телефоне. Людей он не знал, его никто не просил применить физическую силу. К с мужчинами разговаривали про какую-то стройку, он не вдавался в подробности. Разговаривали они спокойно, потом был небольшой шум. Как К наносил удары, он не видел, крови не было, угроз не слышал, слышал звук шлепков. Затем он, К, ФИО4 и К1 съездили в ломбард и вернулись в офис, где К1 предложил написать расписку. Позже К рассказал, что ФИО4 выполнил работу, а зарплата выплачена не была. Второй раз К1 он увидел на встрече у кафе «Шашлычок», где присутствовали еще 15-20 человек. Его (ФИО2) задача была обезопасить К. Участия в разговорах он не принимал, угрозы расправы не было.

Также 12.09.2019г. К предложил съездить в <адрес>, сказал, что у него там дела. Он согласился. На автомобиле «Инфинити», за рулем которого был их товарищ Е, они поехали в <адрес>. Остановились на заправке, созвонились, встретились с лицами армянской национальности - знакомыми К. В ходе разговора выяснялось, что у К была бригада, он хотел, чтобы его бригада работала с бригадой <данные изъяты> Они приехали на объект - здание библиотеки. Появился работодатель - В. <данные изъяты> и его друг начали решать вопросы с В, проскользнула фраза, что вроде деньги не выплачивает. В спросил, что тут делают посторонние. К сказал, что хотел бы свою бригаду установить на стройке. К вмешался в разговор, спросил В, почему так получилось. В начал нецензурно ругаться, выражать агрессию, К В по уху ладонью задел. Деньги К не требовал. Через несколько недель К пригласил его (ФИО2) в кафе «Геркулес», туда пришел В, привез документы, предлагал работу. Для К ему на карту поступали деньги. После разговора в «Геркулесе» на карту поступило в том числе около 30000 руб.

Подсудимый ФИО4 в судебном заседании пояснил, что К знает с детства. В 2017 г. он собрал строительную бригаду и работал на строках. Устроился на стройку в столовой в <адрес>. Принимал на работу его <данные изъяты>, он же показывал объем работ и договаривался об оплате. Договорились, что расчёт производится после двух отработанных недель. Работу на объекте он (ФИО4) начал в 20-х числах сентября 2018г. Проблем по оплате изначально не было. В начале ноября должна была быть оплата, но приехал <данные изъяты>, сказал, что проблемы с оплатой, заплатил в меньшем, чем должен был размере. Через две недели долг не отдали и оплату работ не произвели. <данные изъяты> сказал им, что уходит с объекта, т.к. денег ему не дают. Рабочие позвонили К1, тот сказал, что деньги будут. К1 приехал на стройку, где собралось несколько бригад, и сказал, что <данные изъяты> больше не работает, что деньги будут, давал рабочим по 5000 руб. Поскольку денег за работу так им и не выплачивали, в конце декабря он и его рабочие ушли с объекта К1. Он неоднократно звонил К1, тот обещал заплатить, потом перестал отвечать на звонки. В начале 2019г. в ходе разговора с К он рассказал, что его рабочие работу выполнили, а 200000 руб. так и не получили. К сказал, что знает этих людей и пообещал узнать, в чем проблема. Затем К попросил организовать с К1 встречу. Он позвонил К1 и договорился о встрече в кафе «Фест» в феврале-марте 2019 года. На встречу поехал К и он (ФИО4). В ходе разговора К1 пояснил, что деньги отдал <данные изъяты>. К сказал, что нельзя «кидать» рабочих, нужно отдать деньги, требовал отдать рабочим 200000 руб., на что К1 сказал, что у него проблемы, его тоже «кинули». Разговор закончился тем, что К1 был не против отдавать деньги, но у него их тоже нет. Через некоторое время он созвонился с К и тот сказал, что выяснил, что К1 неоднократно обманывал людей, нужно ехать к К1 в офис. 10.06.2019г. он заехал за К, с которым был ФИО2, они поехали к К1 в офис. В ходе разговора с К1 тот говорил, что отдавал <данные изъяты> деньги, но <данные изъяты> это отрицал. В ходе разговора с К1 К «психанул» и нанес К1 пощечину. К предложил поехать в ломбард и заложить машину К1, чтобы тот рассчитался. В ломбарде им сказали, что на машину наложен арест. Вернувшись в офис, К1 сказал, что он согласен отдавать постепенно долг, написал расписку приблизительно такого содержания, что К1 в счет долга по столовой должен 200000руб. ФИО4. Они уехали. Вечером позвонил К и сказал, что какие-то люди со стороны К1 хотят с ним встретиться. После встречи К перезвонил и сказал, что встретился, все нормально. Деньги К1 ему так и не вернул. О применении насилия в отношении К1 они не договаривались. Он не применял насилие, не угрожал К1. Возможно и мог сказать К1, что закатает его в бетон. Он не видел, как К забирал у К1 20 000 руб.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании показал, что ему знаком К, у которого он 11.07.2019г. находился в гостях. ФИО5 пришел КК, они сидели на кухне, разговаривали, что кто-то кому-то должен деньги. Он услышал их разговор и сказал КК, что если должен денег, то отдай, может угрожал КК, или колено сломает, или побьет, не помнит точно, затем он (ФИО3) ушел на балкон. На счет долга <данные изъяты> КК не отрицал, что должен, сказал, что у него дома есть деньги. Когда он вернулся на кухню, К попросил его и КК подвезти, он согласился. На <адрес> КК и К вышли, К через 5 минут вернулся и он довез К до ТЦ «Акрополь», где тот ушел, чтобы перевести <данные изъяты> деньги. КК не угрожал, нож не демонстрировал. Позже К ему рассказал, что обратился <данные изъяты>, попросил помочь. К просил КК отдать долг <данные изъяты>. Он не видел, чтоб К бил КК. Денежных средств от К не получал.

Вина подсудимых ФИО1, ФИО4, ФИО3, ФИО2 в содеянном подтверждается совокупностью собранных и исследованных в судебном заседании доказательств. При этом суд исходит из доказательств, признанных допустимыми и являющихся достоверными.

Доказательства, подтверждающие обвинение ФИО1, ФИО2, ФИО4 с потерпевшим К1

Подсудимый ФИО4, будучи дважды допрошенным в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого, показания которого оглашались в судебном заседании, показал, что у него есть приятель К, с которым он знаком более 20 лет. С ФИО2 познакомился в ходе общения с К. В 2018 году он (ФИО4) работал на объекте в <адрес>, производил ремонтные работы в военной столовой для летчиков. Там он познакомился с <данные изъяты>, который являлся прорабом на данном строительном объекте, который сказал, что все финансовые вопросы будет решать он, так как он главный. По устной договоренности <данные изъяты> передавал необходимую сумму денежных средств в качестве оплаты за услуги. В конце декабря 2018 года <данные изъяты> перестал выплачивать зарплату, образовались долги. На вопросы, когда будут деньги, <данные изъяты> говорил, что все отдаст. Так как денежные средства не выплачивались, он стал обращаться к директору компании, в которой работал <данные изъяты> с требованием выплаты зарплаты, на что К1 отвечал, что ничего не знает, всем занимается <данные изъяты>. В один из дней на объект приехал К1, наличие долга признал, сказал, что деньги будет выплачивать он. Приближался Новый год, он стал звонить К1 и требовать денежные средства, но тот сначала говорил, что все вопросы к <данные изъяты>, после перестал отвечать на звонки. В разговоре с К1 он выражался нецензурной бранью, использовал оскорбительные слова и высказывал угрозы о закатывании К1 в бетон, лишении жизни. Он думал, что угрозы помогут ускорить выплату денежных средств и выражения использовал как способ возврата денег. Также говорил, что если К1 не отдаст деньги, он позовет «братков» и будут проблемы. В марте 2019 года он созвонился с К, объяснил проблему о необходимости получения от человека денежных средств, на что К сказал, что он все решит. Также он сказал, что даст К и его «близким» половину требуемой суммы, то есть 100000 рублей. Всего речь шла о сумме в размере 200000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ около 10 часов он подъехал к дому К, тот вышел с ФИО2. К сказал, что поедем в офис «коммерса вытрясать бабло», что ФИО2 поедет с ними, так как занимается спортом и может при необходимости применить физическую силу. Они направились в офис К1 по адресу: <адрес>. К1 в офисе не оказалось, они стали ждать. Когда приехал К1, они с ним (ФИО4, К и ФИО2) прошли в кабинет. В офисе находился работник компании А, которого К выгнал из кабинета. В ходе разговора К1 расположился за своим столом, ФИО2 по указанию К встал сбоку, перегородив выход, о чем ему рукой подал знак, а сам К подошел к К1 и стал в грубой форме с использованием угроз о лишении жизни, создании проблем в бизнесе, «закатывании в бетон» требовать от К1 возврата 200000 рублей. К1 говорил, что ничего не знает и о каких долгах идет речь пояснить не может, все отдавал <данные изъяты> и просил обращаться к нему. В разговор вступил он (ФИО4) и также в грубой форме стал высказывать угрозы в адрес К1. ФИО2 все время стоял в «боевой» стойке и по его движениям было видно, что он ждал команды от К о применении физической силы. Также при попытке К1 встать со стула, говорил в грубой форме, чтобы он не «рыпался». В ходе разговора К правой рукой нанес не менее двух ударов по голове К1 и не менее двух ударов по лицу, отчего у К1 из носа пошла кровь, которая попадала на одежду и пол. К обратился к К1 с вопросом, есть ли у него автомобиль, на что К1 ответил утвердительно. После чего К сказал, что заберет его машину с целью возврата долга. К1 стал объяснять, что на автомобиль наложен запрет, но К говорил, что он поедет и все проверит. Они все вместе доехали до ломбарда на <адрес> в <адрес>, К с документами пошел в ломбард, вернувшись, К стал рассказывать, что у К1 большие долги и автомобиль находится в залоге. Далее по указанию К они направились обратно в офис К1, поднялись в кабинет, где К, угрожая применением физической расправой, высказывая угрозы и создании проблем в жизни и в сфере бизнеса, сказал, чтобы К1 брал лист бумаги и писал расписку на его (ФИО4) имя о возврате 200000 рублей сроком до ДД.ММ.ГГГГ. Также указал, что в залог оставляет свой автомобиль «Мицубиси Л200». По окончания написания расписки ее забрал себе К. Он (ФИО4) сфотографировал расписку на телефон и они ушли. После в одном из разговоров К рассказывал, что в июне 2019 года он вместе с «братками» около ТЦ «Плаза» встречался с К1, в ходе разговора сумма долга выросла до 1000000 руб. (т. 1 л.д. 198-202, т. 10 л.д. 101-103).

Потерпевший К1 в судебном заседании показал, что является генеральным директором ООО «ИнЭкспорт», которое осуществляло строительные и ремонтные работы. Ему был знаком <данные изъяты>, который работал прорабом у него на объектах. У него с <данные изъяты> была договоренность о том, что <данные изъяты> за определенную сумму выполнит текущий ремонт, отделочные работы на пяти объектах по <адрес>, в том числе и в столовой в <адрес>. <данные изъяты> изначально не был официально трудоустроен, в частном порядке выходил на объекты. <данные изъяты> сам привлекал рабочих, сам их контролировал, договаривался с ними, выплачивал им деньги за работу. Он (К1) с работниками <данные изъяты> никогда не пересекался и не договаривался. С <данные изъяты> был устный договор, на листочке были прописаны суммы по объектам, в которых входили суммы и за работу и за материалы. Как <данные изъяты> договаривался с бригадами рабочих, в том числе и бригадой ФИО4, это уже были договоренности между <данные изъяты> и рабочими. В конце 2018г. года начались проблемы с выполнением работ на объекте, он обратился к <данные изъяты>, который был ответственным за ведение работ, за оснащение, о том, что <данные изъяты> почти все деньги выбрал, а работы не ведутся, за <данные изъяты> остались долги в виде материала на 400000 руб., денежных средств, за которые <данные изъяты> не отчитался. <данные изъяты> сказал, что ему этих денег не хватило, ему нужны еще деньги, на что он объяснил <данные изъяты>, что есть договоренность, <данные изъяты> взял на себя обязательства, и если он не рассчитался с работниками, то это его (<данные изъяты>) проблемы. После этого разговора <данные изъяты> устранился от выполнения работ, он договорился с другим прорабом на завершение работ на объекте. Впоследствии, при принятии работ, многие работы, которые выполнялись при участии <данные изъяты>, в том числе и ФИО4, подлежали переделке. Когда <данные изъяты> пропал, ему стал звонить ФИО4, угрожать, требовать заплатить за работу, он пояснял ФИО4, что тот договаривался с <данные изъяты> и что с <данные изъяты> должен решать эти вопросы. ФИО4 объяснял, что <данные изъяты> устранился и теперь он (К1) должен оплатить им за работу. В конце ноября 2018 г. он по просьбе <данные изъяты> приезжал на объект и выплачивал рабочим по 5000 руб. Это был долг <данные изъяты> перед рабочими и выплаченные денежные средства он записал на счет <данные изъяты>. Обязательств по выплате рабочим за <данные изъяты> долгов он на себя не брал. Работники на объекте подходили к нему, просили оплатить работу, звонили, также ему неоднократно звонил ФИО4, который работал на данном объекте, и настаивал выплатить деньги за работу, угрожал. В феврале 2019г. ФИО4 ему позвонил вновь, настаивал на встрече. Он подумал, что ФИО4 хочет встретиться по дальнейшей работе и согласился. Встреча состоялась в кафе «Фест». На встречу ФИО4 пришел с К. ФИО4 сказал, что ему не заплатили за работу, К сказал, что он (К1) должен денег ФИО4, стали требовать, чтобы он отдал ФИО4 200000 рублей за работу. Он пояснил ФИО4 и К, что денег не должен, ФИО4 договаривался с <данные изъяты> и должен требовать деньги от <данные изъяты>. Потом ФИО4 ему говорил, чтобы он отдал хотя бы 100000 руб., а остаток он (ФИО4) истребует у <данные изъяты>. Он вновь пояснил, что ничего не должен. К высказывал угрозы, не боится ли он (К1), что его выкинут из машины или будут проблемы с офисом. Он отказался платить. Затем К ему звонил, спрашивал по поводу возврата денег. В июне 2019г. он приехал в офис, стал подниматься по лестнице, навстречу выбежали К, ФИО2 и ФИО4, сказали, что нужно подняться и поговорить. Он с ними поднялся в офис. К выгнал из офиса А <данные изъяты> В ходе разговора К предъявлял, что он (К1) должен ФИО4 200000 руб., ФИО4 это подтверждал. Он опять объяснил, что у них была договоренность с <данные изъяты>, а не с ним и он не должен за <данные изъяты> выплачивать долги. Затем К нанес ему около четырех ударов кулаком в лицо, разбил нос. ФИО2 стоял рядом у входа, чтобы он (1К) не мог выйти, наблюдал за происходящим, слышал весь разговор. К и ФИО4 говорили, что его (К1) закатают в бетон, встретят у подъезда, сожгут машину, будут проблемы с офисом, проблемы в семье. Угрозы со стороны ФИО4 и К он воспринимал реально. Затем К потребовал поехать в ломбард, заложить автомобиль до выплаты долга. Он (К1) объяснил, что автомобиль находится в аресте, но поскольку испугался, то поехал с ними. Приехав в ломбард на <адрес>, К взял у него ПТС и ушел. Вернувшись, К сказал, что автомобиль действительно в аресте. Затем он с К, ФИО2 и ФИО4 вернулись в офис. ФИО4 с К потребовали, чтобы он (К1) написал расписку на 200000 руб., что якобы он должен эти деньги. Он был испуган, сломлен, понимал, что может получить увечья, и написал расписку о том, что он должен ФИО4 200000 руб. за выполненные работы. Затем от него потребовали, чтобы он написал, что в качестве залога оставляет свой автомобиль «Митцубиси L200». Они забрали расписку и уехали. Также К спросил, сколько у него есть денег, он достал кошелек, там лежали 20 000 рублей, которые забрал К. После произошедшего он своему знакомому <данные изъяты>, у которого есть строительные бригады, рассказал о ситуации, попросил помощи. <данные изъяты> перезвонил, сказал, что назначили встречу у ТЦ «Плаза», нужно подъехать, чтобы разобраться, чтобы он (К1) подготовил документы, показать сколько и кому оплачивал, какие затраты нес по объекту. Он попросил бухгалтера распечатать счета за материалы, деньги на которые получал <данные изъяты> Также у него имелась расписка, что <данные изъяты> получал деньги наличными. На встрече у кафе «Шашлычок» присутствовали работники, прорабы, К, ФИО2, <данные изъяты>. К, работники, <данные изъяты>, прораб <данные изъяты> выдвигали ему требования оплатить задолженности, его документы никто смотреть не стал. <данные изъяты> говорил, что он (К1) не рассчитался за выполненные работы с работниками, он объяснил <данные изъяты>, что рассчитался с ним, а <данные изъяты> в свою очередь должен рассчитаться с работниками. На встрече К ему сказал, что теперь он должен 700000 руб. В ходе встречи он подписал подсунутые ему работником Романом акты выполненных работ. В августе 2019г. К с ФИО2 приезжали в офис еще раз, он двери не открыл, они походили вокруг офиса, после этого он позвонил в полицию, в этот же день написал заявление, потому что испугался за свою жизнь и здоровье. Ранее в полицию не обращался, поскольку боялся, К говорил ему, что у него "все схвачено".

В ходе проверки показаний на месте потерпевший К1 указал на офис, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, где ФИО1 и ФИО4, угрожая применением насилия, требовали от него передачи денежных средств в размере 200 000 рублей, ФИО1 нанес ему не менее 4 ударов по голове и лицу, забрал 20 000 рублей, ФИО2 наблюдал за происходящим и преграждал выход (т. 1 л.д. 119-136).

Свидетель Г в судебном заседании показал, что осенью 2018г. в <адрес> работал прорабом по ремонту столовой. К1 являлся подрядчиком. К ему знаком. ФИО4 со своей бригадой рабочих работал на объекте К1. По поводу работы с ФИО4 договаривался он (<данные изъяты>), деньги на зарплату рабочим К1 давал ему, а он передавал рабочим. К1 прекратил финансирование, рабочие стали обращаться к нему (<данные изъяты>) с просьбой оплатить работу. Он разъяснял, что деньги не дает К1. ФИО4 также к нему обращался по данному вопросу. К1 стал всем говорить, что деньги забрал он (<данные изъяты>). Чтобы снять с себя все подозрения, он отправил на объект К1, чтобы тот поговорил с рабочими. В ноябре или в начале декабря 2018г. К1 нашел немного денег, выплатил рабочим небольшие суммы, рабочие под обещания К1 вышли на работу. Затем ему позвонил К и сказал, что если не хочет отдавать деньги К1, то заберут деньги с него (<данные изъяты>). На тот момент по подсчетам К1 должен был около 200 000 руб. непосредственно бригаде ФИО4. Он ответил, что не финансовый директор, эти вопросы не решает, пусть звонит К1, тот ему также должен по 4 объектам. Ближе к лету К написал смс-сообщение, что он на его (<данные изъяты>) стороне, понимает, что К1 вводит всех в заблуждение, не хочет рассчитываться. Он созвонился с К, тот спросил, есть ли документы, подтверждающие, что К1 должен непосредственно деньги за работу. Он сказал, что официальных документов нет, есть смета, подсчитанная на бумаге. К пытался организовать встречу с ним (<данные изъяты>) и К1, он, поскольку у него не было официальных документов, не хотел идти на нее, затем согласился. Встреча должна была состояться возле кафе «Шашлычок». Он (<данные изъяты>) пригласил на встречу <данные изъяты>, который работал официально по договору с К1, у которого были официальные договоры по некоторым объектам, по договорам около 400 000 руб. К1 должен был <данные изъяты> оплатить, но скрывался, трубки не брал. Это подтверждало тот факт, что К1 не платил деньги, имел долги. <данные изъяты> также позвал рабочих, которые работали на объектах и которым не выплатили деньги. На встрече было не менее 10 человек, К, присутствовал К1, с которым пришли в поддержку 3-4 человека. В ходе встречи К1 отрицал долг, говорил, что он (<данные изъяты>) должен различные суммы денег. По итогам встречи К1 признал, что должен денег всем, <данные изъяты>, ФИО4 и ему (<данные изъяты>). К1 подписал акты выполненных работ, сметы. К заступался за ФИО4 и хотел вернуть деньги. Присутствующие просили оплатить К1 работу, К также говорил, что К1 должен заплатить деньги. К разговаривал грубо, оскорблял, ранее, когда К требовал у него (<данные изъяты>) заплатить 200000 руб. рабочим, угрожал, что проломит голову арматурой. Впоследствии К в ходе телефонных разговоров рассказал, что встречался с К1 у него в офисе, избил его, забрал 20 000 руб. Также К упоминал мужчину по имени М. Пришедшие на встречу с К1 мужчины, сначала вставали на сторону К1, потом встали на противоположную, поскольку К1 их ввел в заблуждение и подставил.

Свидетель П в судебном заседании показал, что К1 приходится ему знакомым. В 2019г. К1 попросил поприсутствовать при разговоре с К и ФИО2, якобы есть недопонимания по поводу выполненного объекта и недоплаченных денег. Он связывался с К по телефону, тот сообщил, что у него есть претензии по поводу того, что ФИО4 выполнил работы на объекте, а К1 их не оплатил. Помимо ФИО4 есть бригады, которые делали фасад, внутреннюю отделку и К1 тоже не выполнил обязательства перед ними. Он согласился встретиться с К по просьбе К1. Вместе с ним поехал <данные изъяты>. Встреча состоялась у ТЦ «Плаза», у кафе «Шашлычок». На встрече присутствовал К, ФИО2, рабочие, всего около 12-15 человек. К1 говорили, что он не выполнил свои обязательства по оплате, К1 говорил, что он ничего не должен. Рабочие предъявляли К1 требования об оплате их работ, показывали смс-сообщения, где К1 ранее обещал погасить долг, <данные изъяты> также предъявлял К1 требования о погашении долга. В итоге К1 подписал акты выполненных работ, которые ему предоставили различные бригады рабочих, сказал, что рассчитается до начала сентября или конца сентября, в том числе и с <данные изъяты>.

Свидетель А в судебном заседании подтвердил свое и <данные изъяты> присутствие в июне 2019г. на встрече у кафе «Шашлычок» с К1, К, ФИО2, <данные изъяты>, рабочими, где К и иные лица требовали выплатить рабочим зарплату, присутствующие смотрели акты выполненных работ. К1 то соглашался с долгами, то не соглашался. К высказывал агрессию в адрес К1, громко кричал, оскорблял.

Свидетель Г1 в судебном заседании показал, что в 2018г. он работал в <адрес>, в столовой для летчиков выполнял работы по внутренней отделке. У него была своя бригада. На объекте также работал ФИО4, у которого были свои рабочие. ФИО4 делал сантехнику. Материалы привозил <данные изъяты>, финансовые вопросы тоже решал <данные изъяты> не доплатил им за работу. К1 был начальником на этом объекте. Рабочие поднимали вопрос финансирования, потому что денег на объекте не было. <данные изъяты> работал на К1.

Свидетель К2 в судебном заседании сообщил, что с сентября 2018г. работал под руководством ФИО4 в <адрес>, <данные изъяты> был прорабом на объекте в Чкаловске, К1 генеральным директором организации - заказчика. <данные изъяты> на объекте последний раз появлялся в конце ноября 2018 г., пояснял, что работать больше не будет, т.к. финансовые трудности. К1 появлялся на объекте один раз с комиссией и после еще один раз, его прораб представил, сказал, что К1 генеральный директор этой организации. После ухода с объекта <данные изъяты> К1 появлялся на объекте раза 3-4, пояснял, что все работы принимать будет он и все расчеты будет с рабочими вести он, просил продолжать работать. На тот момент уже имелась задолженность, но К1 говорил, что все работы будут оплачены. На их бригаду им так и не заплатили около 200 000 руб.

Свидетель А2 в судебном заседании показал, что работает в автоломбарде на <адрес> в <адрес>. В июне 2019г. к нему обращался К с документами на автомобиль, спрашивал можно ли взять под эту машину деньги, но на машине оказались запреты.

Из заявления К1 от 22.08.2019г. в ОМВД России по <адрес> усматривается, что К1 как генеральный директор ООО «ИнЭкспорт» сообщил, что ООО «ИнЭкспорт» ведет работы по текущему ремонту зданий и сооружений военных городков Министерства обороны Российской Федерации и иных фондов, используемых в интересах Министерства обороны РФ на территории <адрес>. В рамках данных договоров в 2018 году выполнялись работы по объекту - здание летней столовой, по адресу: <адрес>-19, <адрес>, в/ч 23326-7. С их стороны ответственным за производство работ был Г, в обязанности которого входили организация работ, подбор и договоренность с работниками на выполнение работ, контроль расходования денежных средств, контроль за приобретением и расходованием материалов, контроль за сроками и качеством выполняемых работ и т.д. для своевременного и качественного выполнения работ. Г договаривался с исполнителями, получал денежные средства, рассчитывался с исполнителями за выполненные работы на своих условиях, отвечал за движение и сохранность материалов и оборудования, находящегося на объектах. В конце 2018 года, когда большую часть денежных средств Г выбрал, он сообщил, что ему не хватает денег для расчетов с исполнителями, хотя денежные средства он получал и за их использование не отчитался. Кроме того, Г для выполнения работ (с его слов) приобретал за счет организации оборудование, стоимость которого (с его слов) в дальнейшем пойдет в качестве зачета по оплате за выполненные работы. Общая стоимость оборудования составляет 441716,78 рублей. Сопоставив получаемые им денежные средства с высказыванием работников можно было предположить, что Г не в полном объеме рассчитывался с работниками, а присваивал себе денежные средства. В декабре 2018 года Г стал давать своим исполнителям его (К1) номер телефона, чтобы они звонили и решали финансовые вопросы. Ему начали звонить исполнители и угрожать. Г отстранился от выполнения своих обязанностей в январе 2019 года и пропал. На работе и на объектах не появлялся, при этом он числится в штате организации и до настоящего момента. В процессе руководства Г с объекта неоднократно пропадали материалы. Оплачивались договорные обязательства по договоренностям Г, а организации пропадали. После того, как Г отстранился от выполнения работ, он вынужден были взять других исполнителей работ. В процессе работ выяснилось, что работы исполнителями Г были выполнены не соответствующего качества и не в полном объеме. Возникла необходимость переделки выполненных под руководством Г работ, исправления замечаний и доделки объемов. Работы в помещении столовой ведутся и в настоящее время. В 2018 году в качестве одного из исполнителей работ по столовой у Г был Е (тел. №) со своей бригадой из Полесска. В конце года, после того как Г отстранился от исполнителей и дал им его номер телефона для решения финансовых вопросов по своим договоренностям, Е неоднократно звонил ему и угрожал. Он ему объяснял, что не он с ними договаривался и не он несет перед ними обязательств по их договоренностям. Он приходил на встречу с Е, на которую тот привел представителя криминальных структур К (тел. №), который тоже стал угрожать и требовать решить вопрос. После того, как он отказался, ДД.ММ.ГГГГ Е с представителями криминальных структур (К и еще один человек) и еще одним своим работником приехали в офис (всего 4 человека). Он пришел в офис, где они уже ждали, они выгнали его работника из кабинета, с него вымогали денег (200 тыс. рублей), его избили (следы крови видел работник), из его кошелька забрали 20 тысяч рублей. Они угрожали, говорили, что знают, где он живет и в любой момент могут встретить его у подъезда, если он не отдаст им деньги. Угрожали разобрать на винтики и сжечь его автомобили, жилье, офис. Закатать его в бетон. Сегодня они приходили снова. В настоящее время он опасается за свою жизнь и здоровье, жизнь и здоровье его семьи, за безопасность ведения бизнеса и выполнения работ (т. 1 л.д. 50-51, 62).

Из рукописного текста копии расписки от 10.06.2020г. следует, что К1 обязуется вернуть денежные средства ФИО4, паспорт № № выдан ОВД <адрес> ДД.ММ.ГГГГ 200 000 рублей до ДД.ММ.ГГГГ, залог автомобиля ПТС № № № (т. 1 л.д. 45). Написание именно данной расписки К3 10.06.2019г. в своем присутствии подсудимые подтвердили в ходе судебного разбирательства.

17.10.2019г. постановлением о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности был предоставлен оптический диск рег. №с (инв. №с от ДД.ММ.ГГГГ), содержащий аудиозаписи разговоров, полученных в результате оперативно-розыскного мероприятий, проводимых в отношении ФИО1, данные о проведении которых были рассекречены, который был прослушан, осмотрен (т. 6 л.д. 1-8, т. 7 л.д. 1-122, 178-179) и воспроизведен также в ходе судебного следствия.

В ходе осмотра оптического диска рег. №с (инв. №с от ДД.ММ.ГГГГ), с содержащимися на нем аудиофайлами, полученными в ходе проведения ОТМ «прослушивание телефонных переговоров» в отношении ФИО1 по используемому последним абонентскому номеру №, установлены разговоры ФИО1 с иными лицами.

Так буквальное содержание разговоров было следующим:

- разговор ФИО1 (М1) с мужчиной (М2) от 11.06.2019г. (на следующий день после встречи с К1 в офисе ООО «ИнЭкспорт» (файл «2019-06-1120.51.50 №wav»):

М1…. мы одного вчера приняли с Мишаней, в офисе комерса прям ушатали (неценз.)

М2: Да?

М1: Ушатали, в бетон вбили, расписку написал, туда - сюда, а мне звонит <данные изъяты>, а вы типа (неценз.), а он, говорит, с нами, да мне (все равно) с кем он, он бабки поставит, а он говорит, так и так, там другой же должен, посредник, посредника я уже (неценз.), посредник уже его сдал, я говорю, все концы на него сходятся, вы заберете с него деньги, ну короче, в общем, они в итоге, теперь их оппонент предоставляет документы, чтобы объяснить посреднику кто из него тот в два раза больше щас поставит. И получился, пошел этот театр короче, они за него заступаются, я его качаю …

….

М1: А я слышь, давно не прессовал братан людей, я вчера этой (неценз.), я вчера зашел с Мишей, его Миша прессовал, а я (набил) ему лещей, нос разбил. Я поймал себя на такой мысли, но представляешь, я от этого удовольствие получаю…

- разговор между ФИО1 (М1) и ФИО2 (М2) от 14.06.2019г. (файл «2019-06-14ДД.ММ.ГГГГ №.wav»):

- М1: А ну нормально, мы с тобой съездим тогда в одно место, а потом встретимся с Ахмедом на встречу, там, по этому барыги, скорее всего будут качели, поэтому...ну что прессовали, ну качели не с нами, качели с той стороной которая Дима, Дима ты понял

М2: Угу...

- разговор между ФИО1 (М1) и ФИО4 (М2) от 14.06.2019г. в 18:11 (файл «2019-06-14ДД.ММ.ГГГГ №.wav»)

М2: А че вы там так и не встречались, с этими то?

М1: На понедельник, все встречались, в понедельник будет встреча финальная, Дима короче соскочил, Май, крыша этого Димы, вот там его уже прокачали, обосновали ему, чтоб вообще отпрыгнул, щас готовит документы О на 2.200, типа, что ему Дима должен, а Дима предъявляет, что он должен миллион 400 ему. Ну короче, в общем мы трясем их и забираем со всех все что можно, вот так тебе скажу...

М2: Ну наши 200 тысяч точно в расписке то лежат?

М1: Братуха нет, ваше то ваше, нет, мы просто хотим просто разорвать их вообще, ну ты понимаешь да?

М2: Ну конечно

М1: Потому что Ахмед ко мне сегодня приехал, мы перетерли.

М2: Ахмед это на А8.. .?

М1: Да, да, да

М2: А все я теперь понял, видишь Ахмед, Ахмед, а я ж помню, он тогда подходил

М1: И вот, значит, он ко мне приехал, мы все перетерли, он говорит нормально мы этого О под колпаком держим, он думает, что мы его друзья, ну мы то понимаем, что, понимаешь, ну театр разыгрываем короче, щас там документы готовят, Дима на связи, вот этот, второй, ну который посредником был вот и все...

- разговор между ФИО1 (М1) и ФИО2 (М2) («2019-06-16ДД.ММ.ГГГГ №.wav», «2019-06-1620.56.44 №.wav») от 16.06.2019г.:

М1: Сегодня в восемь часов к Валере надо съездить, а завтра мы с тобой поедем на встречу, съездим с пацанами сначала, потом с Салманом съездим, ну я вчера опять приболтал по машине, он говорит, не получится с коммерсантами, я типа вообще деньги заберу у этого, у О. Если О нас (обманул), если О нас (обманул), говорит, и Дима предоставит документацию полную на (обман) О, то я Саше сразу сказал, если О (обманывает), то с О берем по объектам едем, собираем деньги. Он говорит, я тебе сразу машину отдам в понедельник…

….

М1: Знаешь в чем прикол

М2: Угу

М1: Это, это очень выгодно, конечно, я потом к Женьку подойду, скажу, мы тему твою отработали, нам машину отдали, он даже слово не скажет. Хорошо Костян, вы бабки типа мне закиньте и все, потом по частям ему будем кидать, да и машина уже своя…

…
М1: Коммерсантов (неценз.), узнаем, кто крайний, соберём бабки, все будет...

М2:(неразб)

М1: А Саша этого О под колпак загнал, у него есть откуда деньги, он пятиэтажку, говорит, строит, у него стройка одна, говорит идет. Так что они не переживают, если он окажется не прав, у него вытащат бабки…

…
М1: Надо у Ахмеда узнать, там во сколько у него встречи....О подтянут, ФИО6 я номер уже скинул, поэтому это раз, второй надо момент, это с этим увидеться, с Салманом, завтра я хочу чтобы он... это уже 3 темы... что еще у меня не могу вспомнить….

- разговор между ФИО1 (М1) и Г (М2) («2019-06-17ДД.ММ.ГГГГ №wav») от 17.06.2019г.:

М2: Ало

М1: Дима

М2: Ау

М1: Короче, с О разговор прошел, необходимо твоё присутствие, сегодня, где-то через час?

М2: Ну сегодня точно нет

М1: А когда точно да?

М2: Ну не знаю, сегодня день у меня уже рабочий

М1: Ты что не понимаешь, что это в твоих интересах так же?

М2: Да я понимаю, я тебе говорю

М1: А ты долго будешь от встречи отлынивать от этой? О, понимаешь, получил (неценз.), я так тебе скажу, физически (получил) лично от меня, я ему (лицо) разбил пять дней назад

…
М1: Я тебе еще раз повторяю, я ему разбил (лицо), получил с него денег, никуда он не пошёл, он обратился к людям, люди эти близкие мои знакомые по улице.

М2: к Ахмеду?

М1: Да, Ахмед тебе звонил? Звонил вчера.

М2:Да, да, да.

М1: Ну вот, слушай дальше, О теперь грузит тебя, если ты не приедешь и не внесешь ясность, О будет просить людей, чтобы искали тебя, и тебя рвали, потому что я с О не слезу, я с него буду деньги получать, и он утверждает, что ты его кинул, он приготовил все документы, которые необходимы для встречи, и поэтому нужен ты…

….

М1: Так почему не приезжаете, не объясняете ситуацию, вы че друг на друга стрелки метаете, мы вас все равно поймаем, вас двоих в карьер отвезем..

М1: О обратился к людям и сказал, что ты ему должен два двести.

М1: Да документы на руках, появляйся.

…
М2: Просто смотри, я ну меня вот непонятно так, какие документы? Если у нас с ним не договоров, не подписей нету.

М1: Он говорит, что принесет тебе на встречу все перечисления денежных средств на твою фирму.

М2: Да нету у меня фирмы, Костя, нету у меня фирмы.

М1: А как он тебе деньги переводил?

М2: Он мне деньги не переводил, у нас, переводил он моему знакомому, который ему делал фасад.

М1: Ну?

М2: Фасад и отмостку, он не с ним работал, у него с ним договоры.

М1: Ну.

М2: И по этому договору он торчит восемьсот тысяч, понимаешь?

М1: Ну?

М2: Рома сейчас судиться с ним будет, …

М2: … О еще моим корешам заводы, где окна заказывали, пол мульта торчит понимаешь? Тоже трубки не берет.

М1: Тут ты пойми, дело не в заводах, ни пароходы, дело в том, что он ссылается на тебя, что он тебе заплатил больше чем необходимо, что ты ему остался должен, вот в чем проблема, и пока вы не соберётесь вместе, пока ты при людях не объяснишь, пока это все не услышится, это продолжаться будет до бесконечности, просто у кого-то не хватило терпения, вот у меня не хватило терпения, я поймал О и прям в офисе разбил (неценз.), так что у других людей не хватит терпения, пока ты будешь перечить о перекладах, зачем это обострять?

....

М1: … нам просто надо понимание, что О тебя кинул и все. Димон давай иди, мы с О сдерем три шкуры. Все, вот и все вот весь этот вопрос.

М2: Да конечно кинул, потому что видишь он, наверное, ссылается на то, что это же не ремонт и там много допов понимаешь, он эти допы не провел вот и у него получился расход по материалу.

М1: Вот почему я тебе и звоню, я вот тебе честно говорю, я если бы хотел, яб тебя искал, как вот ты же мне не веришь, позвони О спроси, что с ним было четыре дня назад, просто я с О рвать начал, я заставил его расписку написать, он машину под залог в расписке прописал получил.

М2: Какую машину?

М1: Да эту, L200 под залог.

М2: А у него есть другая машина.

М1: Да я знаю, они все под арестом, а потом заехал к ребятам знакомым в контору, пробил его имущество и мне сказали, что 5 машин под арестом и 51 миллион долгов

…
М2: А ты много с него сейчас бабок дернул?

М1: Да какой, у него 20 тысяч в кошельке всего было.

М2: 20 тысяч?

М1: Нуу, да все что у него было я забрал, я ж поехал его машину в ломбард закладывать у знакомого, я ж там все и пробил, я ж его за тачку посадил, мы поехали в ломбард, а мне в ломбарде в базе посмотрели, у него все в аресте и в долгах, я поэтому с него только расписку и взял, и мы разбежались….

…
М1: Братан, если ты привезешь аргументы и покажешь цифры, что он тебе должен миллион там или полтора, то его же крыша и выдернет, чтоб ты понимал, потому что крыша его сказала, если ты О (обманываешь), то поставишь все, что ты должен, вот я тебе дословно опять говорю.

М2: Ну я тогда с собой Романа возьму по договору.

М1: Все братуха, и ты на меня не обижайся, не серчай, я не со зла, я от нервняков, хочу получить бабок, понимаешь, даже не то, что бабок, я хочу, чтоб и ребята получили деньги, это же мои друзья, земляки ну Полесские пацаны молодые...

- разговор между ФИО1 (М1) и ФИО2 (М2) («2019-06-1713.43.21 №.wav») от 17.06.2019г.:

М1: Алё

М2: Чё братан?

М1: Братуха смотри короче, я всех вытащил, Диму я сейчас сам вытащил, завтра в 10 часов встреча на Плазе

М2: Ага

М1: Вот, будет там и О, и Дима, вместе с тобой поедем, немножко театр разыграем, типо там они будут за О качать, мы за Диму, закошмарим по итогу всех как обычно, ну и все, вот значит, я это все порешал на завтра, на 10 часов, сейчас я оторвусь, съезжаю по недвижке, не то что с недвижки, а с хозяйкой квартиры встречусь, там не надо жути нагонять, сам сгоняю.

М2: Сам поедешь?

М1: да, да, там не надо ничего такого, просто мне надо с хозяйкой переговорить, чтоб она, ну расположилась как бы к работе и все, там ниче такого, ни криминала, это когда мы уже поедем ее прессовать, сынка, ой братика, это мы уже вместе поедем завтра в Балтийск понял?

…
М1: Я сейчас поеду, с сестрой встречусь, нюансы узнаю, долги его перед ней узнаю, документы, ксерокопию на недвижимость возьму, с Андрюшей состыкуюсь юристом, а завтра будем уже оказывать силовое воздействие и качать его…

- разговор между ФИО1 (М1) и П(М2) («2019-06-17ДД.ММ.ГГГГ №.wav») от 17.06.2019г.:

М1: Да Саш

М2: Кость

М1: Оу?

М2: Ты это смотри момент, мы можем на вечер перенести разговор?

М1: Нет

М2: вообще? а на послезавтра?

М1: Саша, потом мы Диму не поймаем

М2: этот просто не может, у него там это 3 объекта

М1: Саша, это вопрос касающихся его бабок рабочим, он деньги должен, ты понимаешь, я сегодня Диму еле-еле вытащил, завтра, если встреча сорвется, Дима потеряется опять и вопросы будут к О, ну просто это бесконечность какая-то…

- разговор между ФИО1 (М1) и П(М2) («2019-06-1720.18.33 №.wav») от 17.06.2019г.:

М1: Да Саша

М2: Ала, Кость, как и договаривались

М1: В 10

М2: В 10 да, на месте

М1: Ты будешь с ним?

М2: Да, да, конечно я буду там и еще один пацаненок, который там, просто, ну который меня знакомил с ним.

М2: Все присутствующие, давайте парни посчитаем, кто, кому должен

М1: Да

М2: Если должен этот, значит должен поставить, если должен этот, тоже должен поставить

М1: Конечно братан, все правильно, я тоже самое, потому что ты сам понимаешь, если сейчас получиться так, что О Дима должен, и О там цифру выведет такую что, так мы Диму будем качать и работяги свою получат, и мы все получим и заработаем

М2: Конечно, конечно

М1: Если реально окажется, что О ввел тебя в заблуждение и того человека, которого тебя с ним познакомил, то к О будет вопросов еще больше и рабочие деньги получат и за его косяк

М1: Я тоже с Мишанькой приеду, жути нагонять, разыграем, чтоб у О с Димкой поджилки вообще тряслись и все

М2: Ахаха, ну все тогда, че до завтра, завтра увидимся

М1: Все, братуха давай, давай мы все знаем, дальше нечего уже объяснять, пускай они там гавкают, а мы там будем жути нагонять

М1: Слышь, Мишаня говорит, давай им дадим (неценз.) и дадим ножи, пусть друг, друга режут, доказывают

М2:.. . каждый (говорит), один говорит мне 3 миллиона должен, другой говорит 3 миллиона должен, а кто кому должен (не) поймешь

М1: А я тебе знаешь, другой прикол расскажу, мне сегодня Дима рассказал, О сначала предъявлял на миллион четыреста, потом на 3, потом на два двести, а Дима мне говорит, я вообще не понимаю, откуда он эти цифры, с воздуха что ли берет, и поэтому я почему Диме больше верю, я ж говорю, братан, я уже его жестко напрягал, и завтра он просто приедет с этим Ромой, так зовут мужичка, который фирму предоставлял для работы

М1: Которые переводили деньги со счета О на счет фирмы Димы, ну вот с Ромой, и все выписки будут, сколько было денег переведено на счет О, ой, на счет Димы, и сколько было выполнено работы, будет четкое понимание - додал он или не додал

М2: А я О сказал, чтоб всю короче документацию, где Дима подписался по бумагам, вот эти бумаги, все подписался переводы, я все подготовил, у меня все лежит…

- разговор между ФИО1 (М1) и Г (М2) «2019-06-1721.45.45 №.wav» от 17.06.2019г.:

М1: Ну, а я ему сказал, что Дима придет с человеком, у которого будет фирма, с которым они работали, на чью фирму переводились все счета, ну все оплаты и там все будет видно, сколько было оплачено и сколько должен,(голову) башку отрываю

М2: Не, ну видишь, я то, как что с О работал, я то отдельно работал, у меня с ним ни бумаг, ни договоров нету

М1: Так, а договора не нужны, ты же понимаешь, мы не юристы, нам нужно понимание того, что ты пришел и сказал, О, было вот так, вот так и вот так, а подтверждают твои слова еще то, что с тобой приходят люди, которых он тоже кинул, понимаешь в чем прикол? Нет такого человека, который бы сказал мне - О должен, так приходят - ты, О, нам должен, а О никто не должен, только те, кто его кинули, там другая история…

…
М1: Знаешь почему я тебе верю?

М1: Потому что у него долги 52 миллиона, у него по одному иску 49 миллионов долг, ой, 48 там, а второй миллион семьсот, по третьему там около двух миллионов, может чуть меньше, я посчитал 52 миллиона долгов, поэтому он везде всех и ужимал, кидал, чтоб закрывать свои долги, и все машины в аресте, все имущество в аресте, и поэтому я верю тебе на 100 процентов…

…
М1: … ты понимаешь, что самое страшное в этой ситуации, они не для того кидают, что кидают, знаешь там О или там кого-то еще, но когда они кидают друг друга, страдают обычные рабочие и вот такие как и люди посредники, как подрядчики проще говоря, они ж не понимают, она кидает, думает тему делает, а страдает кто? Самые низы понимаешь, что этот О, он сам от жадности своей уже загряз в долгах, по итогу пострадали все те, кто на него работал, начиная от бригадиров, заканчивая просто обычными рабочими, которые сидят дома голодные

…
М2: А это с Женей он не рассчитался

М1: Нет, я ж за Женю, я ж когда с тобой все выяснил, я его стал, я сначала его в «Фесте» выдернул, прокачивал его, потом он мне сказал: не, не, не, я тебе отвечаю, О, если я узнаю, что ты мне (обманул), я с тобой больше разговаривать нормально не буду, ты из машины выпрыгнешь, и когда я с тобой созвонился, ты мне все это рассказал, ну все, я его вылавливал, вылавливал, он все не мог мне попасться, потом я прям с Женьком, вместе получилось так, что прям утром заехал в офис, туда к нему

М1: И все, я говорю с Димой разговаривал, очередной раз убедил, что ты (обманываешь), ну и все там уже (неценз.), поэтому ничего он Женьку не отдал

М2: Женька же потом у него работал, что-то делал

М1: Он у него работал, а подожди, сейчас тебе расскажу, он у него перешел на новый объект или на старом он потихоньку ковырялся, остатки по моему отдал, 40 тысяч, а те, так 200 не отдал, и Женя его послал, Женька потом в аэропорт ушел…

М1: Да не, Женька нормальный пацан, он тоже мне сказал, когда я ему все сказал, объяснил, он мне говорит, нет, Дима там не при делах, и это он стал помогать мне этого О ловить…

М2: Нет, я тоже понимаешь как бы вам (все равно) с кого бабки та выдергивать

М1: Подожди я тебе скажу честно, мне не (все равно) с кого дергать, если допустим, если рассуждать, допустим кто из вас есть кто, конечно я тебя не знаю толком и не его, если по человечески рассуждать, но мне не (все равно) дергать с того, кто не виновен, и мне не (все равно), если ты не виноват, и я буду с тебя трясти, я так не могу, ты понимаешь, мне именно не (все равно), потому что мне хочется, чтоб ответил тот, кто кидает на самом деле…

…

М1: …. я же тебе говорил я расписку с него взял на 200 штук за Женю..

- разговор между ФИО1 (М1) и ФИО4 (М2) («2019-06-1911.36.48 №.wav») от 19.06.2019г.:

М1: Да, Женёк

М2: Здорова Костян…

М1: Ну и у нас всё нормально, освободишься, закончится это работа, маякни мне тоже, я тебе приколю, а так все очень прикольно, всё в порядке, весь долг обосновали О, и ваш и еще других работяг, О (неценз.) на миллион

М2: видишь как, я надеюсь хоть вам миллион пойдет с пацанами, ну без наших (неразб)

М1: Не смотри

М2: Без наших (смеется)

М1: Вместе с вашими, он должен только Диме семьсот

- разговор между ФИО1 (М1) и ФИО3 (М2) («2019-07-10ДД.ММ.ГГГГ №.wav») от 10.07.2019г.:

М1: А то я думал, знаешь, как бывает, крыша приезжает за человека разговаривать, ну в общем, проще говоря, мы одного комерса приехали (неценз.) с Мишей, загрузили на двести штук, он написал расписку

М2: Ну

М1: Вечером мне звонит Саша, ну наш, ты уже понял, на лексусе на белом

М2: Угу

М1: Саша звонит, так и так Костян, там за него крыша звонила, за этого коммерсанта, за О, я говорю, и чё крыша хочет, они хотят типа встретиться, я говорю, передай этой крыше, что двести штук он поставит, он кинул рабочих, эти рабочие мои близкие, они вообще с Полесска, пацана молодые, они выросли со мной, деньги он нам отдаст …

…
М1: Деньги обоснованы, рабочие кинуты, бригады голодные, и не будет такого, что приехала крыша, поговорила, а потом …

Исходя из установленных в ходе судебного следствия обстоятельств совершения преступления в отношении потерпевшего К1: осуществление ФИО4 с бригадой рабочих ремонтных работ на строительном объекте К1, невыплата ФИО4 заработной платы за произведенные работы, в связи с чем между прорабом Г и заказчиком К1 возник спор, в ходе которого каждый из них оспаривал свою вину и направлял ФИО4 за обращением выплаты денег к оппоненту, в связи с чем ФИО4, вопреки установленному законом порядку взыскания заработной платы совместно с ФИО1 и ФИО2, которые в свою очередь предполагали наличие у ФИО4 права на получение заработной платы, действовали в его интересах, требовал от К1 выплаты себе заработной платы в размере 200000 руб., применяя насилие и высказывая угрозы, государственный обвинитель просила квалифицировать действия подсудимых ФИО4, ФИО1 и ФИО2 по ч. 2 ст. 330 УК РФ как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение действий, правомерность которых оспаривается гражданином, причинивших существенный вред потерпевшему, совершенное с применением насилия и с угрозой его применения.

Суд считает данную квалификацию действий подсудимых ФИО1, ФИО4 и ФИО2 обоснованной, подтвержденной совокупностью исследованных в ходе судебного следствия доказательств.

Оснований для оправдания подсудимого ФИО2 как на то указывала сторона защиты не установлено. ФИО2, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, в целях понуждения к выплате К1 денежных средств ФИО4, самоуправно преграждал К1 выход из кабинета, исключал возможность совершения им побега.

Факт самоуправных действий ФИО1, ФИО4, ФИО2 по взысканию с К1 долга в пользу ФИО4 с угрозами применения насилия и с применением насилия в полном объеме подтверждается исследованными доказательствами.

Не вызывает сомнений то обстоятельство, что ФИО2, ФИО4 и ФИО1 действовали по предварительной договоренности, действия подсудимых были согласованы, как при подготовке к совершению преступления, так и в процессе совершенного деяния, как во времени и способе общественного опасного посягательства, так и по общему преступному результату, когда один соучастник, видя действия другого соучастника, включался и дополнял их, что дает основания суду считать то, что каждый из соучастников был полностью осведомлен о характере действий другого соучастника, поэтому действия каждого из них, вносили определенный вклад в совершения самоуправства. Доводы подсудимого ФИО1 о том, что он взял ФИО2 только для собственной безопасности, поскольку у К1 была «крыша», суд не находит состоятельными. В офисе К1 не находилось лиц, поведение которых давало бы основание ФИО1 приглашать ФИО2, который мог бы остаться ожидать ФИО1 в машине. К1 пришел в офис один, какая либо угроза с его стороны отсутствовала и нахождение ФИО2 и ФИО4 в кабинете К1 связано лишь с совершением в отношении него преступления, а не «послушать ложь» как впоследствии указал ФИО1

Нанесение ФИО1 ударов потерпевшему К1 связано с требованиями передачи денег, которые высказывались неоднократно, на что он также сам указывал 17.06.2019г. в ходе телефонного разговора с Г: «Я тебе еще раз повторяю, я ему разбил (лицо), получил с него денег..». При этом суд не принимает отрицание подсудимым ФИО1 изъятие денежных средств у К1 в размере 20000 руб., у суда не имеется оснований не доверять показаниям потерпевшего в совокупности по основным обстоятельствам инкриминируемого подсудимым преступления, согласующимися с их показаниями, более того ФИО1 в разговоре с Г опять же указывал на данный факт:

Г: А ты много с него сейчас бабок дернул?

К: Да какой, у него 20 тысяч в кошельке всего было.

Г: 20 тысяч?

К: Нуу, да все что у него было я забрал, я ж поехал его машину в ломбард закладывать у знакомого...»; «Я тебе еще раз повторяю, я ему разбил (лицо), получил с него денег…

Показания ФИО4, данные в судебном заседании об отсутствии угроз в адрес К1 с его (ФИО4) стороны и стороны ФИО1, суд не принимает, они вызваны исключительно желанием уменьшить степень своей вины в инкриминируемом преступлении, у ФИО4 не имелось оснований для оговора как себя так и ФИО1 на предварительном следствии, когда ФИО4 указывал на высказывание угроз как ФИО1 так и со своей стороны в адрес К1, право на защиту ФИО4, в том числе не свидетельствовать против самого себя, было обеспечено в ходе допроса в полном объеме. Показания ФИО4, данные в ходе предварительного расследования, по обстоятельствам высказывания как им (ФИО4) так и ФИО1 угроз применения к потерпевшему насилия, так и применения насилия к потерпевшему в полном объеме также согласуются с показаниями потерпевшего К1

В результате действий ФИО1, ФИО4, ФИО2 причинен существенный вред, выразившийся в причинении потерпевшему К1 физического вреда и моральных страданий.

Действия подсудимых ФИО1, ФИО4, ФИО2 каждого суд с учетом положений ст. 252 УПК РФ, предусматривающих, что судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, квалифицирует по ч. 2 ст. 330 УК РФ как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение действий, правомерность которых оспаривается гражданином, причинивших существенный вред потерпевшему, совершенное с применением насилия и с угрозой его применения.

Доказательства, подтверждающие обвинение ФИО1 и ФИО3 в совершении самоуправства в отношении потерпевшего КК и обвинение ФИО1 в совершении открытого хищения имущества КК

Потерпевший КК в судебном заседании показал, что у него есть знакомый - Е <данные изъяты>. В конце 2018 г. он рассказал <данные изъяты>, что участвует в качестве инвестора в одном бизнес-проекте, два месяца уже получает прибыль. <данные изъяты> тоже захотел поучаствовать и передал ему (КК) около 100 000 рублей для инвестирования. Он (КК) эти деньги отправил человеку, который занимался бизнесом. Через месяц поступила первая прибыль в размере 23 000 рублей. Он спросил у <данные изъяты>, будет ли тот выводить деньги или оставит дальше в обороте<данные изъяты> сказал, что оставит в обороте. Далее человек, которому они отдали деньги, начал пропадать, не отвечать на звонки. Он (КК) летал в <адрес>, чтобы встретиться с ним, но в итоге они ничего не получили. Он объяснил <данные изъяты>, что денег нет, он сам потерял еще больше, на что <данные изъяты> ему сказал, что теперь он (КК) должен вернуть ему деньги. Он возражал, но поскольку у <данные изъяты> с финансами было плохо, он, по мере возможности, обещал помогать <данные изъяты>. Так как у него самого финансовое положение было не очень, он не помогал <данные изъяты>, который ему постоянно звонил по поводу возврата денег. К он знал как покупателя Интернет-магазина, где он (КК) продавал кроссовки. К в мае 2019г. приобрел у него две пары кроссовок. В июле 2019г. К написал ему в соцсети Инстаграмм, что ему нужно 7 пар кроссовок. Договорились, что он привезет К кроссовки домой на <адрес> совместно со своей девушкой В приехали к К, привезли семь пар кроссовок, заносить кроссовки они пошли вдвоем, но К попросил Е уйти, а его самого К попросил пройти на кухню. Он прошёл, сел, зашел ФИО3, которого он видел ранее в городе. К обратился к нему (КК), зачем он «кидает» людей, на что он спросил, кого он кидает. К ответил: «Е <данные изъяты>». Он сказал, что не «кидал» <данные изъяты>, начал объяснять ситуацию, К не захотел слушать, ударил его (КК) по лицу и сказал, что он должен отдать деньги - 100 000 рублей. ФИО3 сначала молчал, потом сказал: «В, это не шутки, ты теперь нам должен денег, мы ничего делать не будем тебе, но есть у нас друзья, которые коленки сломают». Сначала говорили про 100 000 руб., потом пришлось отдать еще больше, потому что вспомнили про проценты, <данные изъяты> вспомнил про процент. У него дома были деньги для приобретения очередной партии обуви, и поскольку он испугался, его сильно ударили по лицу, угрозы про переломанные колени он воспринял реально, он сказал К и ФИО3: «Поехали, отдам деньги». Он с К и ФИО3 на автомобиле ФИО3 поехали на <адрес>, где он с К поднялся домой и передал К деньги в сумме 100000 руб. купюрами по 5000 руб. К ушел. Затем, в течение часа, К позвонил и сказал, что это еще не все, осталось 23 000 руб., нужно закинуть. Он занял деньги и перевел на карту Сбербанка, принадлежащую жене К 23000 руб. К требовал деньги себе для <данные изъяты>, угроз применения в отношении него (КК) насилия не высказывал, ударил ладонью сильно по лицу. После передачи денежных средств К <данные изъяты> его больше не беспокоил. В ходе разговора в квартире ФИО3 демонстрировал нож, который висел в ножнах у него. Кроссовки остались у К, который уходя, сказал: "Кроссовки в зачет пацанам, комиссия пацанам". Кроссовки не забрал, потому, что испугался. Сообщений о возврате кроссовок или денег за них от К он не получал. Стоимость кроссовок К знал изначально, поскольку они договаривались о цене в переписке.

В ходе проверки показаний на месте потерпевший КК указал на <адрес>. 3 по <адрес> в <адрес>, куда он приехал по предварительной договоренности с ФИО1, и где последний нанес удар по лицу, а также ФИО3 высказывали угрозы применения физического насилия, ФИО3 демонстрировал предмет, внешне похожий на нож (т. 4 л.д. 126-134).

Согласно заявлению о преступлении от 01.11.2019г. в указанную дату КК сообщил о том, что в июле 2019г. ФИО1 и ФИО3 <данные изъяты> вымогали денежные средства, при этом применили физическую силу и завладели денежными средствами в сумме 123000 руб., похитили 7 пар кроссовок (т. 4 л.д. 99).

Свидетель С, чьи показания оглашались в судебном заседании, показал, что у него есть знакомый КК, с которым он знаком более 10 лет, они поддерживали хорошие приятельские отношения. В ходе одной из встреч, осенью 2018 года, В рассказал, что занимается бизнесом, продажей овощей и фруктов, и готов развивать свой бизнес. Выслушав В, он спросил, может ли он стать партнером и какая сумма необходима. В сказал, что необходимы вложения, на что он ответил, что у него имеются денежные средства, он готов их вложить в развитие бизнеса. Речь шла о сумме в размере около 120 000 рублей, точно не помнит. Через несколько дней около ТЦ «Европа» он встретился с КК, которому передал около 120 000 рублей на развитие бизнеса по продаже овощей и фруктов, при этом никакие документы не составлялись. Его доход со слов КК будет составлять процент от продаж. Он понимал, что любой бизнес это риск, но все равно решил поучаствовать в этом. Передав КК деньги, он стал ждать своей прибыли. Спустя некоторое время В перестал отвечать звонки. Он стал сомневаться в существовании бизнеса, куда вложил свои деньги. Дозвонившись до КК спросил, где его деньги, на что тот ответил, что человек в <адрес>, который был представителем, не берет трубку, и что КК не может его найти, все вложенные деньги «сгорели». Он попросил КК вернуть вложенные денежные средства, так как был уверен, что КК его обман<адрес> никогда ни к кому не обращался за помощью по возврату от КК денежных средств, вложенных в бизнес, в общей компании знакомых он рассказывал о произошедшей ситуации, что КК его «кинул» на деньги. В июне 2019 года он встречался с КК и обсуждал данную ситуацию. Он никогда не угрожал КК, ни лично, ни через кого-то. Он просто ждал, когда В вернет его деньги. ФИО1, ФИО3 ему не знакомы. Прослушав аудиофайл, содержащийся на оптическом диске, подтвердил состоявшийся разговор между ним и К, от дальнейших пояснений отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ (т. 4 л.д. 142-144,226-227).

Свидетель К, чьи показания были оглашены в судебном заседании, показала, что с 2009 по 2019 годы состояла в браке с ФИО1. 11.07.2019г. в дневное время ей на абонентский № поступил звонок от К с абонентского номера №. В ходе разговора К сообщил, что ей на карту банка ПАО «Сбербанк» № перечислены 20000 рублей. Она видела перевод, отправителя не помнит, так как переводы ей поступали периодически от разных лиц по просьбе К, так как у него не было своей карты. Поступившие денежные средства были необходимы для погашения кредита, которые они с ним брали, будучи в браке. Она подтвердила К зачисление денежных средств на ее карту. Данные денежные средства были использованы по назначению (т. 7 л.д. 198-200).

Согласно сведениям, предоставленным ПАО «Сбербанк», К, в отделениях подчиненных Северо-Западному Банку ПАО «Сбербанк» имеет счет № карта №, на которую 11.07.2019г. в 19:39:32 (время МСК) осуществлен входящий перевод на сумму 20000 рублей с банковской карты на имя В (т. 5 л.д. 16, 23).

17.10.2019г. постановлением о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности был предоставлен оптический диск рег. №с (инв. №с от ДД.ММ.ГГГГ), содержащий аудиозаписи разговоров, полученных в результате оперативно-розыскного мероприятий, проводимых в отношении ФИО1, данные о проведении которых были рассекречены, который был прослушан, осмотрен (т. 6 л.д. 1-8, т. 7 л.д. 123-177, 178-179) и воспроизведен также в ходе судебного следствия.

В ходе осмотра указанного оптического диска, с содержащимися на нем аудиофайлами, полученными в ходе проведения ОТМ «прослушивание телефонных переговоров» в отношении ФИО1 по используемому последним абонентскому номеру №, установлены разговоры ФИО1 с иными лицами.

Так буквальное содержание разговоров было следующим:

-разговор между ФИО1 (М1) и С (М2) от 11.07.2019г. «2019-07-1108.38.09 №.wav»:

М2: Алё

М1: Алё, Женя здорова, это Костя

М2: Да, привет

М1: Я сегодня в одиннадцать часов встречаюсь с этим Виталиком, у меня к тебе просьба будь на связи.. .

...

М1:.. ., ты хочешь тему качать

М2: Ну

М1: Я твои вопросы решаю, а ты трубки мои не берешь

М2: Да не Кость

М1:.. ., когда это было вся эта тема ваша с этими фурами, по времени

М2: Честно, я уже не помню, но

М1: Ну год назад, год прошел?

М2: Год точно прошёл

М1: Дальше фуры вы откуда типа возили, куда, откуда с Азербайджана или куда - откуда?

М2: Ну, по его словам да, с этого, из Казахии одна была

М1: Ага

М2: Одна была еще откуда-то

М1: А возили в Белоруссию, да?

М2: Нет, возили в Москву

М1: В Москву

М2: На площадку, какую-то фудплощадка, какая-то большая была

М1: Ага, понял

М2: По оптовым

М1: Потом короче фура, потом короче по итогу фура (неценз.), да? Так он тебе байки втирал?

М2: Ну да, да, да я думаю

М1: А ты знаешь, чем он щас занимается вообще?

М2: Ну, он занимается продажей кроссовок

М1: Так

М2: Каких- то там, палёнкой

М1: Да

М2: Вот и всё что я знаю

М1: Ну, у него деньги должны щас быть?

М2: Ну (не) знаю, вообще, по идее, да, потому что он как будто бы отжал икс один, кто ему тоже был должен пятьсот тысяч, он забрал икс один

М1: И продал?

М2: Говорит, типа я продам, с тобой рассчитаюсь, я даже нашел покупателя, вот у меня до сих пор сидит, ждет моего звонка

М1: Ага

М2: За пятьсот тысяч

М1: А он не продал еще, да?

М2:.. .. я позвонил гаишникам, попросил пробить машину, на ком она висит, что якобы она висела на нем, а он мне говорит, что с двадцать шестого ноль шестого, по-моему, или с двадцать пятого, она уже висит на другом человеке, соответственно он ее продал

М1: Он ее продал и деньги у него на руках

М2: Деньги у него

М1: Потому что он уже собирается, чтоб ты в курсе был, собирается тариться кроссовками опять

М2: Ага

М1: Поэтому я сегодня его в одиннадцать часов жду, короче, на связи главное будь и знаешь что, скинь мне свою фотографию, а то я даже не знаю как ты выглядишь, ты в вайбере или вацапе есть, я твой номер сохраню

М2: Да, но там, по-моему, без фото, щас я пришлю щас

М1: А то я щас буду говорить, и не знаю за кого я говорю, и фамилию мне свою скинь

М2: <данные изъяты> моя фамилия

М1: <данные изъяты>?

М2: Да

М1:.. . запомнить легко - <данные изъяты>. Всё Жень, скинь мне свое фото, хотя, наверное, фотку не надо, у тебя такая фамилия он сразу вспомнит, как только я ее назову.. ..

М1: Ты мне вчера скидываешь номер, я его набираю, а он у меня в телефоне забит

М1: Я его знаю, и он меня знает, он щас (неценз.), когда он узнает по какому поводу я его дёрнул

М1: И он знает, знает кто мои близкие, он знает, что он щас рогами, он щас деньги поставит мне за один час, чтоб ты понимал

М1: Ну смотри, я привлекаю человека, я привлекаю человека, поэтому если мы с него бабки получим, ты получишь сорок тысяч, согласен?

М2: Ммм,

М1: Тебе вообще Женя объяснял, сколько мы берём, мы берём вообще половину

М2: Ну как-бы да половину, но сумма сто двадцать

М1: А там сто двадцать?

М2: Да

М1: Никак ему больше не прикрутить, ты говорил, что должно было быть с выручкой сто сорок, когда первую тему они сделали?

М2: Слушай, ну там вообще должно было быть сто пятьдесят по идее

М1: Так, ну-ка, ну-ка, расскажи почему

М2: Ну потому что было то две фуры продано по его словам

М1: Ну по официалке, допустим, даже берем, одна. Пускай сто сорок правильно, когда он тебе эту цифру озвучил

М2: Ну грубо говоря да

М1: Сто сорок

М2: Плюс прошёл год

М1: Да ладно, это мы не будем качать, это мы так не можем, понимаешь, была бы расписка там, где то пени, еще ладно, а тут, на воздухе прошел год, давайте триста, мы, конечно, попробуем больше качнуть, ладно, давай сделаем так, мы его на сто сорок качнем, пятьдесят заберешь ты, ну шестьдесят мы тебе твои отдадим, остальные заберем мы тогда

М2: Ну, Женя сказал же пятьдесят на пятьдесят

М1: Всё короче, давай, тогда шестьдесят, если я качну с него больше это тебя уже не будет беспокоить, я заберу с него, и смотри еще какой момент, с Женьком ты поделишься сам, отблагодаришь Женька сам, я его благодарить не буду, потому что мне еще на лагерь надо закинуть корешу и пускай он там сам это всё делает

М2: Да, да, да

М1: Все договорились Жень, шестьдесят тысяч вы заберете, дай бог, щас качнем его, ну в принципе куда он денется, я его жду, вот пораньше проснулся

М2: Просто он честно (надоел), я вот хочу по-человечески

М1:.. . я щас ему (голову) оторву, прям около дома его, и всё, и никто ему не поможет, в городе чтоб ты понимал, никто, никто не поможет, никакие блатные, ни положенец, никто ему не может...

М2: Мне на него (все равно), я говорю, я даже я нашел клиента на эту машину

М1: А он тебя кидает, понятное дело

М2: Есть клиент, говорю, давай продаешь, мне мое возвращаешь

М1: Всё было, слышь Женя, не разгоняйся, всё было, просто он машину продал, поехал на отдых с целью отдохнуть и пробить, где новый товар можно закупать, я вчера ему звонил под видом дурака, здорово, как дела, ты там кроссовки новые не привез

М1: Он говорит, вот щас только в Европу ездил, выбирал, вот он в Европу съездил, видимо посмотрел что ему нужно, что ему по цене реально подойдет и готов тариться, поэтому надо его брать пока он с деньгами и пока у него бабки на руках...

- разговор между ФИО1 (М1) и Ш (М2) от 11.07.2019г. «2019-07-1109.57.08 79114793726.wav»:

М1: Сегодня по работе я Салмана уже жду, он ко мне уже едет, щас одного типа прокачаем, потом, если прокачаем, я тебе расскажу,.. ., такие совпадения бывают,.. . короче ко мне тип обращается один, вот вчера помнишь с Женькой ездили молодой этот звонил

М1: Его кинули, он мне скидывает номер того кто его кинул, я набираю а он у меня в телефоне есть

М1: И это тот который мне кроссовки привозил красные найк

М2: А-аа, да ну

М1: У него оборотка есть и деньги есть, щас я ему заказал семь пар кроссовок, щас он пусть судя подъедет, щас и кроссовки отожму, так чисто компенсация, и бабки еще поставит

М1:.. главное деньги еще есть, только машину продал, двадцать шестого июня, я уже все пробил, всю информацию собрал.. .

М2: А вы щас к нему поедете?

М1: Он прям щас сюда приедет, во двор

М2: А он сам приедет

М1: Он думает, что я кроссовки хочу у него купить

М2: Щас ты у него купишь кроссовки, ты ему семь пар заказал?

М1: Семь пар, да, чисто так

М2: Щас он их просто подарит

М1: Не семь пар, это понятно, что подарит, мне еще надо сто пятьдесят тысяч с него получить

М1: Семь пар, это семь пар, семь пар это так друзей и семью одеть, а деньги это деньги.. ..

-разговор между ФИО1 (М1) и неустановленной женщиной (Ж1) от 11.07.2019г. «2019-07-1115.22.04 №.wav»:

М1: Слушай, короче, это я тут немножко денег заработал, с Салманом съездили по делам, помнишь, я про кроссовки говорил, и короче семь пар кроссовок еще отжал новых

Ж1:.. ., да

М1: Да чё, мы с ним шестьдесят пятьдесят тысяч заработали на двоих и семь пар кроссовок я отжал, и он взял себе и жене, я короче тебе, себе, две пары Виталику и Лильке (смеется)

М1: Мг, даже могу твоему малому, если хочешь, ну я не знаю, сорок четвертый нормально будет, у меня там есть адидас, ну он красные будет носить?

- разговор между ФИО1 (М1) и КК (М2) от 11.07.2019г. «2019-07-11ДД.ММ.ГГГГ №.wav»:

М1: Виталик, слушай короче меня внимательно

М2: Давай

М1: Короче, ты обратился к человеку, скажи спасибо, что ты обратился к нему

М1: Если бы ты обратился к другому, вот за такую бы вот выходку, с тебя спросили бы по полной и все эти проценты, которые ты обещал, но связи с тем, что человек близкий Салмана, он сначала думал, что ты его как то по другому назвал по имени

М2: Ага

М1: И он не понял, они уже встретились и поговорили, короче за то, что так все разошлось, с тебя еще конкретно, чтоб ты понимал, одна пара кроссовок для твоего близкого, которому ты звонил, с которым общался щас Салман, сорок третий размер, такие же черные как адидасы эти были

М2: А ну которые высокие, да такие

М1: Да, да высокие черные сорок третий, лично от себя, уважуху сделай человеку, который за тебя звонил

М2: Без проблем Костя

М1: Все, сегодня вечером жду двадцатку

М2: А еще ждешь, а мне Тамерлан сказал, что типа не это

М1: То, что ты кроссовки поставил, это ты поставил за все те проценты, которые могли взять с тебя сполна, ты должен вообще был сто сорок две

М2: А это откуда проценты пошли

М1: Двадцать две тысячи те, которые ты лично сказал, что первая фура прошла успешна

М1: Ага, так что забудь про них и забудь про кроссовки, двадцатку поставь

М1: Давай, до вечера жду бабки, позвонишь

М2: Давай, давай, хорошо

- разговор между ФИО1 (М1) и неустановленной женщины (Ж1) от 11.07.2019г. «2019-07-1118.40.00 №.wav»:

Ж1: Алё

М1: Оль, тебе там двадцать тысяч скинули

Ж1: Да, да

М1: Десять перекинь сразу, а десять дома заберешь, наличкой

Ж1: Хорошо, давай

М1: Давай

В качестве доказательства по эпизоду открытого хищения кроссовок КК суд также принимает показания свидетелей Ш и Ш - друзей ФИО1 о том, что в июле 2019г. ФИО1 дарил им кроссовки; показания свидетеля Б – сожительницы ФИО1, которая в судебном заседании также указала, что ФИО1 дарил ей и ее сыну кроссовки, а также заключение товароведческой судебной экспертизы № от 24.07.2020г., согласно выводам которой, рыночная стоимость (закупочная) имущества, аналогичного похищенному имуществу, нового в упаковке, составила на ДД.ММ.ГГГГ – 9900 рублей, в том числе:

- мужские кроссовки китайского производства, черного цвета, 43 размера без надписи фирмы, – 1200 рублей;

- две пары женских кроссовок китайского производства 39 размера, модели «носок» черного цвета под бренд «Баленсиага», подошва белого цвета,– 3400 рублей (1700 рублей за одну пару);

- мужские кроссовки белого цвета с логотипом бренда «Найк» (китайские), размер не установлен,– 1200 рублей;

- мужские кроссовки красного цвета, размер не установлен, выполнены под бренд «Адидас» (китайские), – 1200 рублей;

- женские кроссовки 39-40 размера, выполнены под бренд «Адидас Yeezy 350» (китайские), светло-желтого цвета, – 1700 рублей;

- мужские кроссовки черного цвета, с логотипом «Найк» белого цвета (китайские), размер 45, – 1200 рублей (т. 5 л.д. 216-217).

По факту совершения самоуправства в протоколе явки с повинной ФИО1 12.06.2020г. сообщил о получении им в <адрес>. 14 по <адрес> в <адрес> от К1 денежных средств в размере 100 000 рублей, а также в получении 20 000 рублей, переведенных К1 на счет банковской карты бывшей супруги ФИО1 в счет долга <данные изъяты> Е (т. 5 л.д. 6-7).

Относительно действий подсудимых ФИО1 и ФИО3 по факту требований у потерпевшего КК 120000 руб., то государственный обвинитель исходя из совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, квалифицировала данные действия подсудимых по ч. 2 ст. 330 УК РФ как самоуправство, самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение действий, правомерность которых оспаривается гражданином, причинивших существенный вред потерпевшему, совершенное с применением насилия и угрозой его применения, поскольку действия ФИО1 и ФИО3, связанные с применением насилия и угрозой его применения к потерпевшему, были вызваны желанием получить денежные средства в размере 120000 руб., ранее переданные КК его знакомым С для инвестирования в бизнес-проект, которые КК не вернул, подсудимые предполагали наличие у них этого права, умысла на вымогательство с целью хищения этого имущества они не имели, что сами подтвердили в ходе судебного следствия.

При этом доводы ФИО1 об отсутствии насилия с его стороны в отношении потерпевшего КК, а также о том, что он не слышал, как ФИО3 угрожал КК, пояснения ФИО3, что он не видел, как ФИО1 нанес удар КК, сам КК он, может быть, угрожал, колюще-режущий предмет не демонстрировал и они с ФИО1 не договаривались на совершение преступления по отношению к потерпевшему КК, суд расценивает исключительно как избранная в целях избегания уголовной ответственности позиция защиты подсудимых. Данные показания опровергаются последовательными показаниями КК о нанесении ему удара ФИО1 и угрозах ФИО3 сломать колени в ходе выдвижения требований отдать долг С, оснований не доверять которым у суда не имеется, КК был знаком ранее с ФИО1 при обстоятельствах, позволяющих ему впоследствии доверять ФИО1, последний приобретал у КК кроссовки. Указанные показания подсудимых также опровергаются телефонными разговорами ФИО1 с иными людьми непосредственно до и сразу после совершения преступления в отношении КК: "Ну, смотри, я привлекаю человека, я привлекаю человека, поэтому если мы с него бабки получим, ты получишь сорок тысяч, согласен?...", "Да ладно, это мы не будем качать, это мы так не можем, понимаешь, была бы расписка там, где то пени, еще ладно, а тут, на воздухе прошел год, давайте триста, мы конечно попробуем больше качнуть, ладно, давай сделаем так, мы его на сто сорок качнем, пятьдесят заберешь ты, ну шестьдесят мы тебе твои отдадим, остальные заберем мы тогда...", "... я щас ему башку оторву, прям около дома его, и всё, и никто ему не поможет..." (К <данные изъяты>); "Сегодня по работе я <данные изъяты> уже жду, он ко мне уже едет, щас одного типа прокачаем, потом, если прокачаем, я тебе расскажу...", "Слушай, короче, это я тут немножко денег заработал, с Салманом съездили по делам, помнишь, я про кроссовки говорил и короче семь пар кроссовок еще отжал новых...". О намерении применить насилие КК ФИО1 К.В. сообщил С непосредственно перед совершением преступления: «...просто я щас ему башку (неценз.) оторву, прям около дома его и всё, и никто ему не поможет...».

Действия ФИО1 и ФИО3 носили согласованный характер, были направлены во исполнение единого умысла, один соучастник, видя действия другого соучастника, включался и дополнял их, о наличии предварительного сговора с ФИО3 ФИО1 сообщал в ходе телефонных разговоров своим оппонентам непосредственно перед совершением преступления, что также дает основания суду считать то, что каждый из соучастников был полностью осведомлен о характере действий другого, поэтому действия каждого из них, вносили определенный вклад в совершения самоуправства, дополняли друг друга и были направлены на достижение общего для всех преступного результата.

Причинение существенного вреда потерпевшему обусловлено тем обстоятельством, что в ходе требований возврата денежных средств в размере 120000 руб. ФИО1 применил к КК физическое насилие, а ФИО3 угрожал его применением, в результате чего КК, опасаясь высказанных угроз, был вынужден передать требуемую сумму.

Действия подсудимых ФИО1 и ФИО3 каждого по данному эпизоду с учетом требований ст. 252 УК РФ суд квалифицирует по ч. 2 ст. 330 УК РФ как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, если такими действиями причинен существенный вред, с применением насилия и с угрозой его применения.

Решая вопрос относительно квалификации действий подсудимого ФИО1 по факту открытого хищения семи пар кроссовок у потерпевшего КК, суд учитывает положения пункта 3 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 27.12.2002г. № "О судебной практике по делам о краже, грабеже, разбое", что открытым хищением чужого имущества, предусмотренным статьей 161 УК РФ (грабеж), является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет.

Установленные судом фактические обстоятельства дела свидетельствуют о том, что подсудимый ФИО1 отказался оплатить привезенные ему КК для покупки семь пар кроссовок, после чего, оставив кроссовки в коридоре, ФИО1 покинул свою квартиру, вследствие чего КК также вынужден был уйти. У ФИО1 отсутствовало даже предполагаемое право на кроссовки, сказанная им фраза о том, что кроссовки являются комиссией пацанам, свидетельствовала исключительно об отказе ФИО1 от их оплаты, в разговорах с С в этот день последний отрицал наличие у КК долга по процентам, с чем ФИО1 согласился.

Действия ФИО1 по изъятию и удержанию имущества потерпевшего КК были очевидны, К1 понимал противоправный характер действий ФИО1, кроссовки дарить последнему не собирался, договоренность между ними была именно об их приобретении ФИО1 за собственные денежные средства. При этом доводы ФИО1 о том, что КК их забыл и впоследствии он писал КК, что готов заплатить за кроссовки, опровергаются как показаниями КК, так и прослушанными в ходе судебного следствия телефонными разговорами ФИО1 с КК и иными лицами непосредственно в день совершения преступления: «... забудь про кроссовки...» (К КК), «Слушай, короче, это я тут немножко денег заработал, с <данные изъяты> съездили по делам, помнишь, я про кроссовки говорил и короче семь пар кроссовок еще отжал новых...»; «...мы с ним шестьдесят пятьдесят тысяч заработали на двоих и семь пар кроссовок я отжал...».

С учетом изложенного, действия подсудимого ФИО1 по факту открытого хищения семи пар кроссовок у потерпевшего КК суд квалифицирует по ч. 1 ст. 161 УК РФ как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества.

Доказательства, подтверждающие обвинение ФИО1 и ФИО2 по эпизоду с потерпевшим В.

Потерпевший В в судебном заседании показал, что он работал инженером на объекте в <адрес>, исполнял функции прораба, заключал договоры, подписывал акты, нанимал рабочих, визировал документы на оплату. Для производства работ ему требовались отделочники. Через знакомых к нему обратились Бабакехян, которого все звали А, и <данные изъяты>, сказали, что делают ремонты, они привезли своих рабочих- граждан Узбекистана. После производства работ, он выплатил <данные изъяты> 121 000 руб., все было оплачено по безналичному расчету. Работы длились около 2,5 недель. После окончания работ, рабочие – узбеки попросили остаться еще на пару дней. Жили они около полутора недель. Он спросил рабочих, почему они не уезжают, они сказали, что им не платят за работу. Он связался с <данные изъяты>, те сказали, что это их рабочие, захотят, "кинут" их. Когда он увидел, что рабочим нечего есть, то предложил им работать на него, а он им заплатит. Он дал рабочим предоплату, рабочие стали работать у него, после окончания работ, он полностью с ними рассчитался. Всего он заплатил рабочим 45000 руб. и 67000 руб. Затем ему позвонил один из армян и попросил встретиться. Он согласился. Встреча была на <адрес>. На встречу приехали <данные изъяты>, также ранее ему незнакомые К и ФИО2. Двое последних прибыли на автомобиле марки "Инфинити". Изначально в ходе беседы про сумму речь не велась, <данные изъяты> говорили ему: «Ты людей переманил, какая разница платим мы им или нет, будут они бесплатно работать у нас либо вообще не будут, это наши люди», «Больше сотки они у тебя заработали, мы посчитаем», «Это люди наши, они на нас работают, ты нам должен те деньги, которые выплатил». К сказал: «Пойдем на улицу, будем разговаривать, ты людям должен денег, ты их накалываешь, мы рабочий профсоюз», ругался на него (В) нецензурной бранью, предъявлял претензии, угрожал применением насилия, нанес ему удар в район шеи, подбородка. ФИО2 стоял постоянно на взводе, в стойке стоял, в напряжении, ждал команды. К пояснил, что <данные изъяты> к нему обратились, он (В) должен денег. К говорил, что это наказание за то, что он (В) рабочих у <данные изъяты> забрал и за это должен посчитать сумму долга, сколько он выплатил рабочим за период, который они работали у него (В). В момент встречи К точную сумму не называл, сказал, чтобы он (В) с армянами посчитались. Он говорил К, что ничего не должен, он рассчитался с рабочими. К был агрессивно настроен, на взводе, говорил напористо, громко, эмоционально, высказывал угрозы применения насилия. Ему (В) было не по себе, его потряхивало. После этого он зашел на объект с <данные изъяты>, К и ФИО2 уехали. <данные изъяты> насчитали работ на 100000 руб., он был с этим не согласен, сказал, что работ выполнили на 45000 руб. В дальнейшем он встретился в кафе «Круассан» с <данные изъяты>, они его пугали К, в ходе разговора согласились на 45000 руб. Затем ему звонил К, договаривался о встрече в кафе «Геркулес». Также К писал ему смс-сообщения с угрозами, если он (В) деньги не отдаст, приедут армяне, все разбомбят, и свое, и не свое, все поломают. Он испугался. На объект было потрачено 4,5 миллиона рублей на материалы, имущество было не застраховано. На встречу в ресторане «Геркулес» К пришел вместе с ФИО2. В ходе встречи К говорил, что он (В) неправильно поступил, что работали рабочие армян и армяне обратились долг забрать. К сказал долг отдать ему, а с армянами он сам будет разбираться. К был недоволен суммой в 45000 руб., он думал, что сумма долга будет значительно больше. Он говорил К, что уже оплатил эти деньги непосредственно самим рабочим, долга нет, тот его не слушал. К дал номер карты, чтобы он (В) переводил деньги. Карта была «Сбербанка» на имя А, вторая карта на имя ММ, тоже «Сбербанка». Первый раз он перевел деньги после смс-сообщения от К: «давай побыстрее, скинь мне 3 срочно для ребенка надо». Через «Тинькофф банк» ДД.ММ.ГГГГ он отправил 3 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ отправил 5 000 руб. и 32 000 руб. ДД.ММ.ГГГГ. Потом <данные изъяты> ему (В) звонили, до них деньги не дошли, ругались. Он им объяснил ситуацию, отправил фотографии чеков переводов К. <данные изъяты> сказали, что к нему вопросов нет, будут разбираться сами с К. Он обратился в полицию через месяца два, когда увидел по телевидению как К и ФИО2 задержали за совершение преступлений. Ранее не обращался, поскольку опасался их. За помощью в истребовании долгов он к К не обращался. Денежные средства как аванс работы К не оплачивал, о производстве каких-либо работ не договаривался. Отправленные переводами деньги были именно теми, которые вымогал К якобы в счет оплаты долга за рабочих. ФИО2 в ходе встречи в <адрес> стоял постоянно на взводе, в стойке стоял, в напряжении, на взводе, только и ждал команды, было видно по нему, чем люди зарабатывают, припугнет, и будешь качать головой.

Свидетель Б в судебном заседании показал, что он совместно с <данные изъяты> выполняют отделочные работы. Знакомый ФИО4 предложил работу на объекте В в <адрес>, выполнить ремонт в библиотеке. Они согласились, получили предоплату и начали работать. Работали он, <данные изъяты>, двое граждан Узбекистана. Делали внутри отделку. В был заказчиком, ФИО4 посредником. В платил ФИО4, а ФИО4 им. В ходе работ у них закончился материал, В материал не привез, уже выполненные работы не оплатил, они оставили объект. Позже узнали, что В напрямую платил узбекам, они звонили В, спрашивали, почему он дает узбекам работу без их ведома. Однажды ему позвонил К и предложил услуги своего профсоюза, сказал, что может решать денежные вопросы. Он сообщил К о невыплате денег В, тот взял номер В. Позже К перезвонил и сказал, что он позвонил В и назначил встречу на стройке. Встреча состоялась в <адрес>, где библиотека, на <адрес>. На встрече присутствовали он, <данные изъяты>, В, К и ФИО2. В ходе встречи К разговаривал громко, спросил В, почему он так сделал и заплатил рабочим, минуя его (<данные изъяты>), на что В сказал, что ничего не нарушил, заработная плата выплачена и какие к нему могут быть претензии. К был агрессивен, диалог был в грубой, требовательной манере, с использованием оскорблений и нецензурной брани в отношении В, он ударил В ладонью по лицу, говорил В, что бы тот заплатил, В согласился. Также К сказал, что теперь В «торчит бабло» им (он так предполагает К и ФИО2). Он с <данные изъяты> и В пошли внутрь здания, просчитали объем работ. В признавал, что должен. Они насчитали 90 000 руб. Договорились, что придет материал, доделают работу, В отдаст деньги. Впоследствии В денег не отдавал, материал не привез. Позже он и <данные изъяты> еще раз встречались с В в кафе, В подтвердил договоренности. Позже он позвонил В и спросил про материал и деньги, В сказал, что перевел деньги К, прислал фотографии чеков переводов. В момент нанесения удара В ФИО2 стоял в стойке и сделал резкий выпад в их сторону, но бить не стал, ему жестом К показал, чтобы тот не вмешивался. На вопрос, почему он перевел деньги К, В сказал разбираться с К. Позвонили К, договорились о встрече. На встречу К пришел с ФИО2, и сказал, что это не их (<данные изъяты>) деньги, а его (К) личные от В.

Свидетель П в судебном заседании показал, что в июле - августе 2019г. на объекте в <адрес> он с <данные изъяты> ставили своих рабочих делать ремонт в здании. Заказчиком был В. Деньги они получали от знакомого ФИО4, которому переводил В. На объекте работали четыре человека, потом они узнали, что В напрямую начал с ними работать. Рабочие и В перестали выходить на связь, они знали, что у них висит какая-то сумма, потому, что процесс работы шёл. Потом <данные изъяты> сказал, что звонил К, у него строительный профсоюз, вопросы решает, которые возникают у строителей. <данные изъяты> сказал, что такой вопрос есть, человек не выходит на связь, работы велись, их (<данные изъяты>) рабочие там работали и не понятно, деньги получили, не получили. Они организовали встречу с В. На встрече присутствовал он (<данные изъяты>, В, К и ФИО2. К громко, агрессивно разговаривал с В, ругался, нецензурной бранью выражался в адрес В, сказал, что тот неправильно поступил, людей напрямую взял, что должен 40 000 руб., спрашивал, зачем денежные вопросы с рабочими решал, на какую сумму. В сказал, что рассчитался с рабочими и не должен ничего. К нанес В пощечину, тот испугался, затем К сказал, чтобы они посчитали остаток долга. Он, В и <данные изъяты> остановились на 40 000 руб. В не возражал. Позже В сказал, что эти деньги он уже отдал К. К впоследствии подтвердил, что В отдал ему 40 000 рублей, но они (<данные изъяты>) отношения к этим деньгам не имеют, тема закрыта и чтобы они не звонили. Когда они ехали на встречу с В, конкретной суммы им известно не было, потому что точные объемы были не сняты. Конфликт с В возник потому, что он не выходил на связь, они (<данные изъяты>) узнали, что узбеки напрямую работают с В. К ударил В за то, что тот должен ему денег, сказал: «ты 40 000 мне должен, а дальше идите, считайте объемы и выводите сумму остальную». Когда на встрече звонили ФИО4, разговаривали по узбекам, ФИО4 сказал, то, что В платил и он им (<данные изъяты>) отдавал эти деньги, то, что дальше их рабочие там делали, он (ФИО4) в этом не участвовал.

Свидетель КО, чьи показания были оглашены в судебном заседании, показал, что ему знакомы К и В, каждый в отдельности. ДД.ММ.ГГГГ ему поступил звонок от К, который стал рассказывать о каких-то возникших проблемах с В. Суть проблемы он не понял, но К пояснил, что хочет «загнать его (В) под колпак», чтобы тот периодическим ему платил. Как это называл К в разговоре: «помогал в решении проблем». К периодически в разговоре спрашивал о долгах перед ним другими лицами и предлагал их «выбить», также говорил, что он (К) будет под его защитой, то есть предлагал «крышевание» бизнеса. Он отвечал, что не нуждается в его помощи и может справиться сам. Также в одном из разговоров К предлагал обмануть В с целью получения с него денежных средств. Его это не устраивало, он не хотел вмешиваться в их проблемы, так как понимал, что все действия будут противозаконные, лично ему В ничего не должен (т. 8 л.д.147-149).

Свидетель М, чьи показания оглашались в судебном заседании показал, что ДД.ММ.ГГГГ он по просьбе своего приятеля К приехал к нему домой и отвез К вместе с ФИО2 в <адрес>, где К и ФИО2 вышли из автомобиля, затем вернулись и они уехали (т. 4 л.д.57-62).

Свидетель Б1 показал, что длительное время у него в пользовании находится мобильный телефон с абонентским номером <***>, к которому привязана банковская карта № ПАО «Сбербанк», зарегистрированная на его имя. По роду своей деятельности он часто дает свой номер телефона разным клиентам, которые периодически переводят ему денежные средства онлайн-переводами, также для удобства клиентов он оплачивает заказы. ФИО1, ФИО2 ему не знакомы. Факт перевода денежных средств в размере 5000 рублей подтверждает, но причину не помнит (т. 4 л.д. 76-77).

Из протокола принятия устного заявления о преступлении от 18.11.2019г. следует, что В сообщил о том, что 13.09.2019г. около 12:00 у <адрес> в <адрес> мужчина про имени К нанес один удар кулаком в область шеи и вымогал денежные средства в сумме 40500 руб., которые были переведены в октябре 2019г. на предоставленные реквизиты (т. 3 л.д. 124).

Согласно данным онлайн-приложения «Мобильный банк банка ПАО «Тинькофф-Банк», предоставленных потерпевшим В 04.10.2019г. в 19.25 (время МСК) на абонентский № (М Р) осуществлен денежный перевод на сумму 3000 рублей; 10.10.2019г. в 20.20 (время МСК) на абонентский № (М Р) осуществлен денежный перевод на сумму 32000 рублей, 10.10.2019г. в 20.20 (время МСК) из-за перевода денежных средств на абонентский № (М Р), банком (услуги банка) снята комиссия в размере 480 рублей; ДД.ММ.ГГГГ в 16.15 (время МСК) на абонентский № (А Б.) осуществлен денежный перевод на сумму 5000 рублей (т. 4 л.д. 22-24).

Вышеуказанные денежные переводы также подтверждаются выпиской по банковской карте банка «Тинькофф» с номером №, банковскими ордерами.

Из протокола обыска от 24.10.2019г. усматривается, что в ходе обыска по месту жительства ФИО2 по адресу: <адрес> изъята банковская карты ПАО «Сбербанк» № (счет №), принадлежащая ФИО2 (т. 2 л.д. 187-192, 195-205).

Согласно сведениям, содержащимся в ответе ПАО «Сбербанк» от 30.04.2020г. у ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения имеется банковская карта № (счет №), на которую 04.10.2019г. в 18:25 осуществлен входящий перевод с банковской карты «Тинькофф» в размере 3000 рублей; 10.10.2019г. в 19:20 осуществлен входящий перевод с банковской карты банка «Тинькофф» на сумму 32000 рублей. Кроме того, на банковскую карту № (счет №), местонахождение которой в ходе предварительного следствия не установлено, зарегистрированную на Б1, ДД.ММ.ГГГГ в 15:15 осуществлен входящий перевод с банковской карты банка «Тинькофф» в размере 5000 рублей (т. 4 л.д. 66-75).

27.11.2019г. постановлением о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности был предоставлен оптический диск рег. №с (инв. №с от ДД.ММ.ГГГГ), содержащий видеозапись встречи В, ФИО1, ФИО2, Б и П, полученную в результате оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» (т. 3 л.д. 135-145, 183-191, 192-193).

При просмотре в ходе судебного следствия видеозаписи, содержащийся на указанном оптическом диске, установлены четыре мужчины - В, ФИО1, ФИО2, Б и П, ФИО1 активно жестикулирует, его мимика выражает агрессию по отношению к оппоненту, которым был В, затем ФИО1 наносит В удар рукой в область головы, стоящий рядом с В ФИО2 в момент нанесение удара делает выпад в сторону В, предупреждая возможные со стороны В действия по обороне по отношению к ФИО1 (00:45 видеозаписи).

17.10.2019г. постановлением о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности были предоставлены оптические диски рег. №с (инв. №с от ДД.ММ.ГГГГ); №с (инв. №с от ДД.ММ.ГГГГ), содержащие аудиозаписи разговоров, полученных в результате оперативно-розыскного мероприятий, проводимых в отношении ФИО1, данные о проведении которых были рассекречены, который был прослушан, осмотрен (т. 3 л.д. 148-153, 150-151, т. 7 л.д. 123-177, 178-179) и воспроизведен также в ходе судебного следствия.

Так буквальное содержание разговоров было следующим:

оптический CD-R рег. №с от ДД.ММ.ГГГГ) разговор между ФИО1 (М1) и А (М2) от ДД.ММ.ГГГГ 14:17:18 «2019-09-12 14.17.18 №.wav»:

М2: Костян куда вы поехали…

М1: И что, мы на Баграт

М1: Братан, мы короче двигаемся в сторону беспредела и хаоса

М2: А, где там беспредельщики, в Южном или Северном?

М1: В Баграте

М2: А, армяне …

М1: Да, да, да. Ну короче, хочу их под колпак профсоюза тянуть, есть повод (пристать) короче, щас хочу их прокачать

- разговор между ФИО1 (М1) и неустановленным лицом (М2) от ДД.ММ.ГГГГ 16:19 «2019-09-12 16.19.03 №.wav»,:

М1: Але

М2: Да Костян

М1: Как он там себя ведет?

М2: Ну щас считаем

М1: Считайте по максималке и сразу, Леха, выставляй ему счет, не давай ему никаких отсрочек, это такая мышь, начнет лазейки искать, я тебе сразу говорю, наберешь меня, дашь ему трубку, хорошо?

М1: Скажи, что мы с него три шкуры снимем, если он бабки не поставит, а почему снисхождения к нему нет, потому что должен был с вами созвониться, посчитаться и по-людски поступить, щас пускай, считай, потом, если что, наберешь меня

М2: Давай хорошо

- разговор между ФИО1 (М1) и неустановленным лицом (М2) от ДД.ММ.ГГГГ «2019-09-12 16.57.32 №.txt»:

М2: Ну, там пообщался с ним короче, на девяносто тыщ сошлись с ним, да, что он отдаст, там шпатлевка не сделана, то не сделано, начал ныть, там узбекам я денег отдал наперед, ну это говорю твои проблемы, а как мне, я уже попал на деньги, там начал ныть

М2: Ну понятно, я говорю (зачем) ты крысишь, (зачем) ты это делаешь, только не приезжай с этими пацанами больше, он (испугался)

М1: Так когда он поставит деньги то, братан?

М2: Ну, он вторник типа отправит деньги на счет, на обналичку, …, щас второго хочу встретить Серегу, который посредник

М1: Слышь Лех, ну он тебе закинет, нам закинешь копейку?

М2: Да конечно, ты че Костян

- разговор между двумя ФИО1 (М1) и Б (М2) от ДД.ММ.ГГГГ «2019-09-20 12.44.43 №»:

М2:Да Кость.

М1:Лех у меня такое предложение.

М1:Давай лучше мне его номер. Щас я ему позвоню. Я щас сам с ним поеду, встречусь один на один. Мы все тоже без денег., мы его ждем, он тебя веселит, а мы просто ждем. Поедем его на девяносто штук тряханём, на которые он загрузился, пускай поставит, мы щас сами поедем, получим, (нечего) больше с ним переговоры вести, он вчера уже тебя подвел.

М2:Да понятно, щас это звоним, если не возьмет трубку, че-то такое то, уже другое дело.

Разговор между ФИО1 (М1) и В (М2), ДД.ММ.ГГГГ 14:53 «2019-10-05 14.53.46 №»:

М2: Да Кость привет перезваниваю

М1: Да Володя привет

М2: Привет, да я у человека был, у которого там мобильник с собой не беру

М2: В машине его оставил, щас в машину сел, смотрю куча пропущенных вызовов, слушай, Кость, ну подводят меня люди, говорят, вторник среда, я могу щас отправить тебе на карту пятак, больше у меня просто нету

М1: Володя, ну это вообще не дело, мы же по другому договаривались

М2: Да я понимаю, ну меня люди которые этим делом занимаются, сам понимаешь, они мне итак сказали, там день два, на выходные выпадают,.. ..

М1: Ну а че ты бы перехватил бы сегодня где-нибудь хотя бы двадцатку

М2: Да не у кого не у кого вообще, я просто видешь я такой я не отдалживаю деньги, ….

М1: А че десятку ни как не закинуть

М2: Не у меня только пятак, у меня карте, вот я вчера закинул десятку, два на бензин и пять осталось, и тебе три вот уже отправил, там благо комиссии нет

М1: А когда говоришь будет эти деньги вообще зайдут?

М2: Ну я надеюсь в понедельник, но они сказали вторник, среда, я надеюсь на понедельник, там если у меня получится там ….

М1: Ну скидывай хорошо Володь давай до понедельника, …

М1: Да

М2: Я понял все, все хорошо Кость, щас тогда отправлю тебе

М1: Давай

Изложенные доказательства в полном объеме подтверждают обвинение ФИО1 и ФИО2 по факту вымогательства группой лиц по предварительному сговору денежных средств у потерпевшего В под угрозой применения насилия, с применением насилия.

Судом проверена версия ФИО1 и ФИО2 о том, что ФИО1 требований о передаче денежных средств не заявлял, ФИО2 вообще не знал о цели встречи с В, она полностью опровергается как последовательными показаниями потерпевшего, так и показаниями свидетелей Б и П, прослушанными записями телефонных разговоров ФИО1. При этом каких-либо достоверных и объективных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 и ФИО2, действуя группой лиц, предъявляя требования Во передаче им денег и завладевая имуществом потерпевшего В, действовали в целях осуществления своего действительного или предполагаемого права на это имущество, не имеется.

Потерпевший В не только отрицал существование какого-либо долга как перед ФИО1 и ФИО2, так и перед Б и П, но и указывал на надуманный повод совершения в отношении него вымогательства: якобы за то, что он переманил рабочих Б и П, имевшийся якобы долг обуславливался суммой, выплаченной ранее В рабочим, которых на объект привели П и Б и рассчитывался из объема работ, выполненных этими рабочими, ранее оплаченные рабочим произведенные ими работы, подлежали повторной оплате. Указанное свидетельствует об отсутствии даже предполагаемого права требования у ФИО1 денежных средств у В. Показания В подтверждаются как показаниями Б и П о том, что В напрямую платил рабочим-узбекам, они звонили В, спрашивали, почему он дает узбекам работу без их ведома; рабочие и В перестали выходить на связь, они знали, что у них висит какая-то сумма, потому, что процесс работы шёл, их (<данные изъяты>) рабочие там работали; ФИО1 спросил В, почему он так сделал и заплатил рабочим, минуя их, В сказал, что ничего не нарушил, заработная плата выплачена и какие к нему могут быть претензии, сказал, что тот неправильно поступил, людей напрямую взял; спрашивал, зачем тот денежные вопросы с рабочими решал, на какую сумму; конфликт с В возник потому, что он не выходил на связь, они (<данные изъяты>) узнали, что узбеки напрямую работают с В, так и прослушанными в ходе судебного следствия разговорами ФИО1 э и Б: "... Скажи, что мы с него три шкуры снимем, если он бабки не поставит, а почему снисхождения к нему нет, потому что должен был с вами созвониться, посчитаться и по-людски поступить, щас пускай, считай, потом, если что, наберешь меня...", "Ну, там пообщался с ним короче, на девяносто тыщ сошлись с ним, да, что он отдаст, там шпатлевка не сделана, то не сделано, начал ныть, там узбекам я денег отдал наперед, ну это говорю твои проблемы, а как мне, я уже попал на деньги, там начал ныть...". Косвенным доказательством надуманности повода для требования денежных средств у В, является то обстоятельство, что Б и П, если бы действительно работали на объекте и у В перед ними имелся долг по заработной плате, то они бы знали сумму задолженности, тогда как они, после вымогательства ФИО1 и ФИО2 у В денежных средств, пошли на объект "считаться", то есть определять объем произведенных иными лицами работ, за которые В должен произвести оплату "в наказание".

Именно ФИО1 с ФИО2 завладели денежными средствами В с которым ранее, до совершения преступлений, знакомы не были, никаких отношений с ним не имели, а у потерпевшего каких-либо долговых обязательств как перед подсудимыми, так и перед П и Б не было, какого-либо действительного или предполагаемого права на данные денежные средства у подсудимых не имелось. Именно ФИО1 совместно с ФИО2 после перечисления денежных средств В на карту ФИО2 приехали вместе на встречу с Б и П и заявили о принадлежности им (ФИО1 и ФИО2) денежных средств, перечисленных В. При этом доводы ФИО1, что В перечислил ему 40000 рублей якобы в счет аванса по достигнутым договоренностям о производстве рабочими ФИО1 строительных работ на объекте В, суд находит надуманными. В отрицал данное обстоятельство, более того обратился с заявлением в правоохранительные органы о совершении в отношении него ФИО1 вымогательства, при этом суд также принимает во внимание, что никаких работ с момента перечисления денежных средств - 05.10.2019г. до подачи В заявления - 18.11.2019г. рабочими ФИО1 на объекте В не велось.

Требования к В о передаче денежных средств помимо угроз сопровождались применением насилия со стороны ФИО1, которое вызвало у потерпевшего обоснованное опасение за свои жизнь и здоровье в будущем, что подтверждается материалами дела: показаниями потерпевшего, свидетелей Б, П, видео и аудиозаписями, которые в полном объеме приведены выше.

В ходе судебного следствия установлен прямой умысел ФИО1 и ФИО2 и корыстный мотив преступления, совершение деяния "группой лиц по предварительному сговору", о котором свидетельствуют целенаправленные, совместные и согласованные действия ФИО1 совместно с ФИО2 для достижения преступного результата.

Непосредственно перед встречей 12.09.2019г. ФИО1 и ФИО2 с Б, П и В ФИО1 К.В. сообщил по телефону Б, что едет на встречу вдвоем с <данные изъяты> (ФИО2), и они дадут любую поддержку (файл «2019-09-12 12.56.02 №.wav»).

При этом, прибыв на встречу раньше В ФИО1 К.В. совместно с ФИО2 около одного часа ждали В, осуществляли за ним наблюдение:

- файл «2019-09-12 14.57.33 №.wav» ДД.ММ.ГГГГ 14:47:

М1: Леха, мы за углом здесь стоим въезд нам видно, а нас не видно

М2: Хорошо, хорошо

М1: Я там тебе написал, чтоб мне это, ждем, а на какой машине он ездит?

М2: Нету пока, щас позвоним

М1: Jlexa, а на какой он машине ездит?

М2: Форд какой-то, форд по-моему, черный

М1: Форд, легковой?

М2: Да, да, да...

- файл «2019-09-12 ДД.ММ.ГГГГ №.txt» ДД.ММ.ГГГГ 15:11

М1: че Лех вы посчитались там?

М2: Да посчитали, где-то сто семьдесят должны они

М1: Сто семьдесят тысяч, а не звонил ему больше?

М2: Звоним, не берет теперь трубку

М1: А то, может, поедем куда-нибудь поедим, хоть каких-нибудь пирожков?

М2: Давай

М1: Давай поедем, потому что это щас нам уже будет по времени в полчетвертого уезжать, щас еще полчаса подождем с тобой и стартанем

М2: А

М1: Ну, Мишане просто на тренировку, людей тренировать

М2:Я понял...

- файл «2019-09-12 15.53.43 №.txt» ДД.ММ.ГГГГ 15:53:

М2: Да Костян

М1: Че Леха, не появляется?

М1: Да, нету, а, сказал двадцать минут, двадцать минут уже прошло

М1: надо рано утром ловить, он не появится

М2: Ну щас (фраза неразб)

М1: Просто у нас тоже, братан, минут десять осталось

М2: Я понял, щас наберу, если нет то...

- файл «2019-09-12 15.54.40 №.txt» ДД.ММ.ГГГГ 15:54:

М1: Да

М2: Подъезжает он

М1: Ага

- файл «2019-09-12 15.56.52 №.txt» ДД.ММ.ГГГГ 15:56

М1: да

М2: Подъехал уже

М1: А мы видели, щас пускай выходит...

ФИО2 безусловно понимал свою роль в совершаемом преступлении. В ходе разговора ФИО1, Б, П с В, он находился в непосредственной близости к В, наблюдал за происходящим, осуществлял предупреждающие выпады в сторону В после нанесения ему удара ФИО1, пресекал возможное сопротивление В, что явствует из видеозаписи состоявшейся между ними встречи.

Анализ телефонных переговоров между ФИО1 и ФИО2 свидетельствует об их близком, дружеском общении, ФИО1 доверял ФИО2, последний неоднократно участвовал в мероприятиях под руководством ФИО1.

- разговор между ФИО1 (М1) и ФИО2 (М2) «2019-06-1713.43.21 №.wav»:

М1: Вот, будет там и О, и Дима, вместе с тобой поедем, немножко театр разыграем, типо там они будут за О качать, мы за Диму, закашмарим по итогу всех как обычно, … а с хозяйкой квартиры встречусь, там не надо жути нагонять, сам сгоняю

М2: Сам поедешь?

М1: да, да, там не надо ничего такого, просто мне надо с хозяйкой переговорить чтоб она ну расположилась, как бы к работе и все, там ни че такого, ни криминала, это когда мы уже поедем ее прессовать, сынка, ой, братика, это мы уже вместе поедем завтра в Балтийск понял?

М2: Все да?

М1: Что-то еще, что-то еще, а?

М1: Сейчас никуда не стартуй, я говорю завтра у нас с тобой большой день будет, так как мы поедем в 10 часов на стрелку, потом в 12 часов на стройку, а после 12 поедем скорее всего в Балтийск уже....

Рассказывая еще в июне 2019г. своему приятелю Ш о планах по организации как говорил ФИО1 профсоюза, ФИО1 заявлял на вопрос Ш: …, а Миша сегодня не работает?

М1: Не он вообще не работает

М1: Да конечно. Он уже в другой схеме работает

М2: Кто?

М1: Миша. Я его с братвой (много) с кем перезнакомил, он же двигается со мной, уже (много) тем делает, уже на миллион тему прокачали поехали

М2: Чё он уже там не работает?

М1: Скоро не будет, ну он же улетает скоро, а потом уже плотняк, мы уж с ним тем на миллион отработали, мы уже тазик отработали братан, на днях машину отдадут. …

М1: это реально рабочая тема, у нас нет ни одного профсоюза в <адрес> под крылом, кто держит под крылом строительный бизнес и прикол в том, что все узбеки, бесхозные таджики, их можно всех забивать, в профсоюз загонять, разговаривать с главами диаспор различных национальностей, чтобы они своих рабочих к нам в профсоюз запрягали, понимаешь? А мы за них на официальном уровне качаем, вплоть до государства, нанимаем официально себе юриста, и вот ты будешь контролировать юридический весь процесс, мы будем заниматься силовыми моментами, у нас у всех будут должностя, которые ты нам распределишь, и мы будем заниматься каждый своей типа должностью

М2: Так, а как ваши будут называться?

М1: Она все скажет, перечень должностей дадут, все нам объяснят

М1: Всё будет как по закону шито крыто, и (придраться) будет никак, а потом уже можно будет делать разрешение на оружие, официально

М2: Профсоюз

М1: Профсоюз, я тебе говорю это в Америке, посмотри фильмы, там профсоюзы как живут, это официальная мафия, щас 21 век, понимаешь к чему я тебе это говорю? Я давно про профсоюз думал, у меня мечта лет 5 была, раньше не было таких возможностей, щас появилась возможность и человек который поможет по всем этим инстанциям. Он короче за нас топит, самый прикол в том, что стройку финансирует собирается все в силе и помещение под спортзал, все в силе, собирается нам дать в пятиэтажном доме цокольный этаж

М1: И если стройка запуститься, просто полностью оборудует спортзал, и у нас будет свой спортзал и будем еще двигаться в свой профсоюз, вот легалка, а по улицам щас пошевелимся, город потрясем немного, чтоб нас знали понимаешь? Чтобы потом ни у кого не было никакого желания, чтобы с нами вообще когда либо качать и все и такую нечисть все равно будем наказывать, это официально, как профсоюзы.. Вступили в профсоюз, мы поехали отстаивать права профсоюзника, понимаешь?

М1: И (милиция) будут с нами сотрудничать, потому что мы им выгодные будем, на официальном уровне. Поэтому подумай и если ты принимаешь решение, она.... потому что нужен ты! В профсоюзе будешь только ты, Миша, я, Ахмед и Рустам, всё! Остальные все будут это уже...мы все под профсоюзом будем. А ты директор фирмы, потому что наши все заточки ничего оформлять нельзя, понимаешь? Потому что мы будем чудить, ну как чудить так это аккуратно, продавливать...

На основании анализа и оценки исследованных доказательств суд приходит выводу о том, что подсудимые ФИО1 и ФИО2 действовали, заранее договорившись, совместно и согласованно, в составе группы лиц по предварительному сговору, объединенные единым умыслом на совершение вымогательства денежных средств у потерпевшего с угрозой применения насилия, с применением насилия. Умыслом ФИО2 охватывалось, что к потерпевшему была применена угроза насилия и применено насилие, с учётом уже примененного в отношении него насилия потерпевший реально опасался применения к нему насилия в будущем, о чем заявил в судебном заседании, а также на что указывал Бабакехя в разговоре с ФИО1 сразу после совершения преступления в отношении В: «…только не приезжай с этими пацанами больше, он (испугался очень сильно)» (про В).

Действия подсудимых ФИО1 и ФИО2 каждого по данному эпизоду суд квалифицирует по п.п. "а, в" ч. 2 ст. 163 УК РФ как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия.

Все исследованные доказательства являются относимыми, допустимыми, а совокупности достаточными для постановления в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО3 обвинительного приговора. Соответствуют требованиям допустимости протоколы осмотра и прослушивания фонограмм телефонных переговоров. Фактов незаконного прослушивания переговоров и ненадлежащего рассекречивания материалов ОРД не установлено. Согласно материалам уголовного дела прослушивание телефонных переговоров производилось на основании судебных постановлений.

Все подсудимые находятся в возрасте уголовной ответственности, их вменяемость сомнений не вызывает, на учете у врача-психиатра подсудимые не состояли и не состоят. Анализ их поведения до, во время и после совершения преступлений, а также в судебном заседании свидетельствуют о том, что подсудимые отдают отчет своим действиям, они должны быть признаны вменяемыми, и нести ответственность за последствия совершенных преступлений.

При назначении наказания подсудимым суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, роль, характер и степень фактического участия каждого из них в совершении конкретных преступлений, значение этого участия для достижения целей преступлений, личности виновных, их состояние здоровья, в том числе наличие заболеваний, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает частичное признание им вины по фактам самоуправства в отношении потерпевших К1, КК, признание применения насилия В, раскаяние, явку с повинной по факту самоуправства в отношении КК, наличие на иждивении малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ г.р..

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО1 по эпизодам преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 330 УК РФ в отношении потерпевших К1 и КК суд в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ признает совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

Учитывая характер совершенных ФИО1 трех преступлений средней тяжести и тяжкого, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, принимая во внимание требования ст. ст. 6, 43 и 60 УК РФ, суд находит, что цели наказания будут достигнуты только при назначении подсудимому ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, без штрафа и ограничения свободы по п. п. «а, в» ч. 2 ст. 163 УК РФ, достаточных оснований для применения положений ст. 73 УК РФ суд не находит.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных подсудимым деяний, что могло бы свидетельствовать о необходимости применения в отношении него положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ суд не усматривает.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО4, суд признает частичное признание вины, раскаяние, наличие на иждивении двоих малолетних детей 2014 и 2018 г.г. рождения.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО4, суд в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ признает совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

ФИО4 впервые совершил преступление средней тяжести и, учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, принимая во внимание требования ст. ст. 6, 43 и 60 УК РФ, суд приходит к выводу о том, что достижение целей и задач наказания, а также исправление осужденного возможно без изоляции ФИО4 от общества с назначением ему наказания, связанного с лишением свободы, но с применением ст. 73 УК РФ.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ об изменении категории преступления, для применения положений ст. 64 УК РФ о назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено санкцией статьи, ч. 2 ст. 53.1 УК РФ судом не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3, суд признает частичное признание вины, раскаяние, наличие троих малолетних детей 2010, 2018, 2020 г.г. рождения.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО3, суд в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ признает совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

ФИО3 впервые совершил преступление средней тяжести и, учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, принимая во внимание требования ст. ст. 6, 43 и 60 УК РФ, суд приходит к выводу о том, что достижение целей и задач наказания, а также исправление осужденного возможно без изоляции ФИО3 от общества с назначением ему наказания, связанного с лишением свободы, но с применением ст. 73 УК РФ.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ об изменении категории преступления, для применения положений ст. 64 УК РФ о назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено санкцией статьи, ч. 2 ст. 53.1 УК РФ судом не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, суд учитывает наличие малолетнего ребенка 2014г.р..

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО2 по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 330 УК РФ в отношении потерпевшего К1, суд в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ учитывает совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

Учитывая характер совершенных ФИО2 двух преступлений средней тяжести и тяжкого, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, принимая во внимание требования ст. ст. 6, 43 и 60 УК РФ, суд находит, что цели наказания будут достигнуты только при назначении подсудимому ФИО2 наказания в виде реального лишения свободы, без штрафа и ограничения свободы по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 163 УК РФ, достаточных оснований для применения положений ст. 73 УК РФ суд не находит.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных подсудимым деяний, что могло бы свидетельствовать о необходимости применения в отношении него положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ суд не усматривает.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы ФИО1 и ФИО2 суд назначает колонию общего режима.

Разрешая гражданские иски потерпевших К1 на сумму 20000 руб., КК на 145000 руб. суд приходит к следующему.

По смыслу положений пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении. Денежные средства в размере 20000 руб. и 120000 руб. были получены подсудимыми в ходе совершения группой лиц по предварительному сговору самоуправств в отношении потерпевших К1 и КК, в связи с чем указанные суммы подлежат в силу ст. 1064 ГК РФ взысканию солидарно с подсудимых в пользу потерпевших. Также взысканию с подсудимого ФИО1 подлежит стоимость открыто похищенных им кроссовок – 9900 руб. Причиненный материальный ущерб указанным лицам полностью подтвержден материалами дела и исследованными в суде доказательствами.

Руководствуясь ст. ст. 307 - 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 330, ч. 2 ст. 330, ч. 1 ст. 161, п.п. "а, в" ч. 2 ст. 163 УК РФ, и назначить ему наказание

- по ч. 2 ст. 330 УК РФ (потерпевший К1) в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев;

- по ч. 2 ст. 330 УК РФ (потерпевший КК) в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев;

- по ч. 1 ст. 161 УК РФ (потерпевший КК) в виде лишения свободы сроком на 1 год;

- по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 163 УК РФ (потерпевший В) в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев с отбыванием наказания в колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 оставить без изменения - заключение под стражу. Срок отбытия наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 24.10.2019г. до вступления приговора в законную силу с учетом положений ст. 72 УК РФ, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в колонии общего режима.

ФИО4 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО4 наказание считать условным с испытательным сроком 2 года.

Обязать ФИО4 не менять постоянное место жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, 1 раз в месяц являться в этот орган на регистрацию.

Меру пресечения ФИО4 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – подписку о невыезде и надлежащем поведении.

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 1 месяц.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО3 наказание считать условным с испытательным сроком 2 года.

Обязать ФИО3 не менять постоянное место жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, 1 раз в месяц являться в этот орган на регистрацию.

Меру пресечения ФИО3 с заключения под стражу изменить до вступления приговора в законную силу на подписку о невыезде и надлежащем поведении, из-под стражи освободить немедленно в зале суда

ФИО2 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 330, п.п. "а,в" ч. 2 ст. 163 УК РФ, и назначить ему наказание

- по ч. 2 ст. 330 УК РФ (потерпевший К1) в виде лишения свободы сроком на 2 года;

- по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 163 УК РФ (потерпевший В) в виде лишения свободы сроком на 2 года.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 3 месяца с отбыванием наказания в колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО2 оставить без изменения - заключение под стражу. Срок отбытия наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО2 в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 24.10.2019г. до вступления приговора в законную силу с учетом положений ст. 72 УК РФ, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в колонии общего режима.

Взыскать в порядке возмещения имущественного ущерба в пользу К1 солидарно с ФИО1, ФИО2, ФИО4 - 20 000 руб., Взыскать в порядке возмещения имущественного ущерба в пользу КК солидарно с ФИО1, ФИО3 - 120 000 руб., взыскать с ФИО1 в пользу КК 9900 руб. в счет возмещения имущественного ущерба.

Вещественные доказательства: выписка из ЕГРЮЛ, оптические диски - хранить при материалах уголовного дела, две банковские карты банка «ПАО» Сбербанк, принадлежащие ФИО2 - вернуть по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Калининградского областного суда через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, в этот же срок со дня вручения копии приговора.

Судья: подпись Н.А. Беглик