Приговор № 1-134/2025 от 6 августа 2025 г. по делу № 1-134/2025

Дело № 1-134/2025


П Р И Г О В О Р

и м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

город Заволжск

Ивановской области 07 августа 2025 года

Кинешемский городской суд Ивановской области в составе председательствующего судьи Груздева В.В., при секретаре Смирновой С.А.,

с участием:

государственных обвинителей – прокурора Заволжского района Ивановской области Шамьюнова Т.Э. и его заместителя ФИО1,

потерпевшего ФИО18.,

подсудимого ФИО2 и его защитника – адвоката Заволжского филиала Ивановской областной коллегии адвокатов ФИО3, представившего удостоверение № 759 от 30 декабря 2021 года и ордер № 134 156 от 24 марта 2025 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании, проведенном в общем порядке судебного разбирательства, уголовное дело в отношении:

ФИО2, <данные изъяты>

ранее судимого приговором Кинешемского городского суда Ивановской области от 19 марта 2024 года по ч. 1 ст. 157 УК РФ с назначением наказания в виде исправительных работ сроком шесть месяцев с удержанием из заработной платы 5 % в доход государства, которые были им отбыты 13 октября 2024 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

у с т а н о в и л :

ФИО2 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление совершено ФИО2 при следующих обстоятельствах.

В период времени с 05 часов 16 минут по 06 часов 52 минуты ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 вместе с ранее знакомым ему ФИО17 находился по месту жительства последнего - в <адрес>, где они распивали спиртные напитки.

Во время распития спиртных напитков между ФИО17 и ФИО2, произошел словесный конфликт, в ходе которого ФИО17, используя нецензурную брань, оскорбил ФИО2.

В связи с этим у ФИО2, находившегося в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений и в ответ на указанное выше противоправное поведение ФИО17, возник преступный умысел, направленный на причинение ФИО17 смерти, реализуя который, в указанное выше время и в названном месте, ФИО2 руками и ногами нанес ФИО17 не менее пяти ударов в область лица, верхних и нижних конечностей, а затем плоским колюще-режущим предметом нанес ФИО17 два удара по передней поверхности левой половины груди.

Своими умышленными преступными действиями ФИО2 причинил ФИО17 физическую боль, колото-резаную рану передней поверхности левой половины груди на уровне 3-го межреберья по среднеключичной линии, проникающую в левую плевральную полость, с повреждением левого легкого, а также колото-резаную рану передней поверхности левой половины груди на уровне 4-го межреберья между окологрудинной и среднеключичной линиями, проникающую в левую плевральную и перикардиальную полости, с повреждением сердца, каждая из которых по признаку опасности для жизни квалифицируется, как тяжкий вред здоровью, в совокупности привели к острой обильной кровопотере и находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью пострадавшего, наступившей на месте преступления;

ссадину на лице в области носа, пять кровоподтеков на левом предплечье, на левом запястье, на левой кисти, в области правого коленного сустава и на правой голени, которые относятся к категории телесных повреждений, не причиняющих вреда здоровью, отношения к причине смерти не имеют.

Подсудимый ФИО2, заявив в судебном заседании о непричастности к совершенному преступлению, показал, что в послеобеденное время ДД.ММ.ГГГГ он по месту жительства ФИО17 в компании последнего употреблял спиртное.

Через какое-то время к ним пришла ФИО2. В это время он (ФИО2) уже спал на расположенном при входе в кухню диване.

Проснувшись от криков ФИО2, он увидел ФИО17, лежащим в проходе из комнаты в кухню в луже крови. У ФИО2 были «стеклянные глаза», а в руках находился сапожный нож.

Взяв куртку, он сразу же, не заходя в комнату, вышел из дома ФИО17, следом за ним ушла и ФИО2. Тело ФИО17 он не переворачивал и не перемещал.

Придя по месту своего жительства, он (ФИО2) переоделся, поскольку по дому ФИО17 «ходил в носках» и, возможно, испачкался в крови, снятую одежду положил в стиральную машину, после чего с ФИО2 ушел по месту ее жительства.

Во время распития спиртного между ним и ФИО17 конфликтов не было, ФИО17 его не оскорблял и не нападал на него, а имевшиеся у него (ФИО2) на правой руке телесные повреждения, включая резаную рану, образовались в результате того, что по месту жительства ФИО17 он (ФИО2) снял с руки гипс, наложенный ДД.ММ.ГГГГ в связи с тем, что в ноябре 2024 года он попал под поезд.

Снимая гипс, он использовал нож, узкое лезвие которого вставлял в имевшееся между рукой и гипсовой повязкой пространство и разрезал им лангету.

Отрицая вину в совершении инкриминированного ему преступления, ФИО2 ссылался на имевшийся у него перелом правой руки, который, по его утверждению, не позволял совершить действий, в которых он обвиняется.

Кроме этого, ФИО2 пояснил, что с ФИО17 он был знаком с детства, неоднократно вместе с ним употреблял спиртное, во время распития алкоголя никогда со стороны ФИО17 агрессивного поведения не наблюдал.

В ходе судебного следствия по ходатайству государственного обвинителя были оглашены показания, данные ФИО2 на досудебной стадии производства по делу при его допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также при проведении проверки показаний на месте.

Так, в ходе проведенного ДД.ММ.ГГГГ допроса в качестве подозреваемого (т. 2 л.д. 87-90) ФИО2 в присутствии защитника показал, что начиная с послеобеденного времени ДД.ММ.ГГГГ он в компании знакомого ему с детства ФИО17 по месту жительства последнего – в <адрес> употреблял спиртное.

В ночное или в утреннее время ДД.ММ.ГГГГ между ними произошла словесная ссора, в ходе которой ФИО17 оскорбил его непристойными выражениями.

Он сделал ФИО17 замечание по поводу высказанных им оскорблений, на которое последний не отреагировал, в связи с чем разговор «перешел на повышенные тона» и в какой-то момент ФИО17 взял нож (заточку), которым попытался нанести ему удар в лицо. Удар пришелся по правой руке, которой он (ФИО2) закрыл лицо, из руки пошла кровь.

Находясь в состоянии алкогольного опьянения и полагая, что ФИО17 может причинить ему телесные повреждения, он выхватил или выбил у последнего указанный выше предмет, которым нанес ФИО17 два удара в область груди спереди. От ударов стоявший перед кроватью ФИО17 упал на нее. Испугавшись произошедшего, он бросил в комнате предмет, которым ударил ФИО17, и выбежал из дома.

Находясь на улице, со своего сотового телефона он позвонил бывшей супруге, которая по адресованной ей просьбе забрала его из дома ФИО17.

Одежду, в которой находился в доме ФИО17, он сменил, оставив ее по месту своего жительства – в <адрес>, часть в стиральной машине, а часть в комнате, впоследствии до момента задержания сотрудниками полиции находился по месту жительства своей бывшей супруги ФИО2.

В ходе проведенного в тот же день допроса в качестве обвиняемого (т. 2 л.д. 96-98) ФИО2, подтверждая сведения, сообщенные им при допросе в качестве подозреваемого, указал на отсутствие у него умысла на убийство ФИО17.

ДД.ММ.ГГГГ при дополнительном допросе в качестве обвиняемого (т. 2 л.д. 99-101) ФИО2 показал, что в ночь с 20 на ДД.ММ.ГГГГ во время совместного с ФИО17 распития спиртного по его (ФИО2) приглашению по месту жительства ФИО17 пришла ФИО2, которая вместе с ними стала употреблять алкоголь.

К моменту появления в доме ФИО2 он (подсудимый) снял находившийся у него на руке гипс.

В процессе употребления алкоголя ФИО17 уходил за самогоном. По возвращении какие-либо телесные повреждения у ФИО17 отсутствовали, никаких жалоб он не высказывал.

Ближе к утру ФИО2 стало плохо и она вышла из дома, а они с ФИО17 на кухне дома продолжили употребление самогона.

В ходе разговора он назвал ФИО17, ранее работавшего водителем в милиции, «мусоровозом». В ответ на это, ФИО17, разозлившись, стал оскорблять его, между ними завязалась словесная ссора.

В ходе ссоры он (ФИО2) ушел в комнату для того, чтобы включить музыкальный центр, ФИО17 зашел вслед за ним, продолжая оскорблять его и громко кричать.

Заметив, что у ФИО17 в руке находится нож, перемотанный изолентой, он оттолкнул его ногой в грудь. От удара ФИО17 упал на кровать, затем вскочил с нее, замахнулся на него (ФИО2) ножом, от которого он закрылся правой рукой. Удар ножом пришелся ему (ФИО2) в область внутренней стороны правого предплечья, из которого пошла кровь.

В ходе завязавшейся потасовки он выбил у ФИО17 нож, который упал на пол. Подняв нож и зажав его в правой руке, ФИО17 вновь попытался нанести ему удар. Схватив ФИО17 за правую руку с зажатым в ней ножом и удерживая ее, он развернул ФИО17 к себе спиной. По инерции их «повело вперед, то есть на кровать», в этот момент их с ФИО17 руки с зажатым ножом находились в области груди ФИО17. В ходе данной борьбы, вероятно, им (ФИО2) были нанесены удары ножом ФИО17 в грудь, после чего он оттолкнул ФИО17, который упал на кровать лицом вниз. При этом, нож оставался у ФИО17 в руке.

После этого он сразу же вышел из дома, не посмотрев, что стало с ФИО17. Находившаяся на придомовой территории ФИО2 отвела его по месту жительства.

Телесных повреждений и крови на теле ФИО17 он не видел, «ударов своей рукой с зажатым ножом не наносил».

В ходе проведенной ДД.ММ.ГГГГ проверки показаний на месте (т. 2 л.д. 102-116) ФИО2 указал на <адрес>, как на место совершенного им преступления, уточнив, что:

описать предмет, находившийся в руке ФИО17, он не может;

после нанесенного им (ФИО2) удара ногой в грудь ФИО17 упал спиной на кровать, а вскочив с нее, стал вновь замахиваться на него ножом;

он (ФИО2) ударом по руке выбил у ФИО17 нож, который упал на пол, после чего пнул ФИО17 по ногам;

ФИО17 вновь схватил нож, попытался его ударить;

он (ФИО2) захватил правую руку ФИО17, в которой клинком вверх находился нож, и толкнул в спину на кровать;

куда именно были нанесены удары ножом ФИО17 он, находясь позади него, не видел, как не видел и крови;

ФИО17 остался лежать на кровати, а он ушел, обув находившиеся у входа кроссовки, поскольку в доме находился без обуви.

При проведенном ДД.ММ.ГГГГ дополнительном допросе в качестве обвиняемого (т. 2 л.д. 118-121) ФИО2 показал, что 20-ДД.ММ.ГГГГ они поровну с ФИО17 употребили три бутылки настойки «Три старика» объемом 0,5 л, а также самогон, в связи с чем, также как и ФИО17, он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения.

До начала произошедшего между ними конфликта ФИО17 не ранился, не падал, крови на нем он не видел.

Имеющиеся у ФИО17 колото-резаные раны передней поверхности левой половины груди, по его мнению, образовались в ходе борьбы с ФИО17, когда «он схватил его руку с ножом, а после прижимал к нему».

Кроме этого, ФИО2 указал на то, что нанес два удара ФИО17 в область ног, а также боролся с ним, выбивая нож, в связи с чем допускал, что в ходе борьбы мог причинить последнему ссадину на лице в области носа, пять кровоподтеков на левом предплечье, на левом запястье, на левой кисти, в области правого коленного сустава и на правой голени.

Имевшиеся у него (ФИО2) резаную рану передней поверхности средней трети правого предплечья, линейные ссадины на передней поверхности нижней трети правого плеча, всей передней поверхности правого предплечья, на передней поверхности правого запястья и ладонной поверхности правой кисти ему причинил ФИО17, пытаясь нанести удар, защищаясь от которого, он (ФИО2) подставил руку.

Одновременно ФИО2 пояснил, что во время снятия гипса он (ФИО2) причинил себе ссадину в области передней поверхности правого запястья и ладонной поверхности правой кисти.

При проведенном в тот же день допросе в качестве обвиняемого (т. 2 л.д. 128-130) ФИО2, указывая на отсутствие у него умысла на лишение жизни ФИО17, заявил о наличии в его действиях признаков необходимой обороны, поскольку «прямых и умышленных ударов» ФИО17 он не наносил, а лишь в ходе борьбы завел руку ФИО17 с зажатым в ней ножом перед ним и прижал своей рукой его руку к груди, вследствие чего в этот момент мог нанести ему удар, а затем толкнул на кровать.

После оглашения показаний, данных им в ходе производства предварительного расследования уголовного дела, ФИО2 пояснил, что ФИО17 убила ФИО2, а на стадии предварительного расследования он оговорил себя, опасаясь за судьбу дочери, которая в случае осуждения ФИО20 могла оказаться в детском доме.

Вина ФИО2 в совершении инкриминированного ему преступления нашла полное подтверждение совокупностью относимых и допустимых доказательств, исследованных в ходе судебного заседания, а именно: показаниями потерпевшего, свидетелей, исследованными письменными материалами дела.

Так, потерпевший Потерпевший №1 – сын погибшего при допросе в судебном заседании показал, что около 17 часов ДД.ММ.ГГГГ из телефонного разговора с ФИО4 ему стало известно о том, что отец, проживавший в <адрес>, скончался.

После окончания всех следственных мероприятий придя в дом отца, он увидел его труп, лежавший на кухне возле печки. На диване в комнате, на паласе, на пороге между кухней и комнатой имелась кровь.

Свидетель ФИО19 при допросе в судебном заседании показала, что ночью ДД.ММ.ГГГГ она по просьбе ФИО2 пришла по месту жительства ФИО17, где указанные лица, находясь на кухне, употребляли спиртное, пребывая в средней степени опьянения.

С ФИО2 и ФИО17 она также стала употреблять алкоголь, в связи с чем в доме ФИО17 они находились продолжительное время, в течение которого ФИО17 ходил за самогоном к женщине по имени «Клава», живущей в конце улицы.

Во время нахождения в доме ФИО17 она наблюдала на руке у ФИО2 повреждения, с руки капала кровь, ранее наложенный гипс был снят.

Через некоторое время ФИО17 стал «приставать» к ФИО2, ведя речь о каких-то деньгах, в связи с чем между указанными лицами произошел конфликт, в ходе которого ФИО17 схватил ФИО2 за руку, тащил к столу для того, чтобы выпить спиртного. ФИО2 просил ФИО17 отстать от него, а последний выражался в адрес ФИО2 нецензурной бранью, оскорбляя его.

Затем они включили музыку и продолжили общение, при этом ФИО2 и ФИО17 уже не ругались.

В связи с плохим самочувствием она вышла из дома на улицу, где находилась около 40 минут. Все это время ФИО2 и ФИО17 находились в доме. Затем ФИО2 вышел из дома ФИО17, она отвела ФИО2 по месту его жительства и ушла домой.

После 13 часов ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 пришел к ней в квартиру. Через некоторое время ей позвонил Свидетель №5, интересовавшийся у нее ли находится ФИО2. При этом, Свидетель №5 сообщил о том, что по месту жительства ФИО17 нашли его труп и гипс. После того, как она рассказала ФИО2 о звонке Свидетель №5, ФИО2 «встрепенулся» и занервничал.

Приблизительно через 20 минут после звонка Свидетель №5 к ней по месту жительства прибыли сотрудники полиции и задержали ФИО2 в связи с убийством ФИО17.

ФИО2 является отцом ее дочери А-ны. Не смотря на лишение в отношении ребенка родительских прав, ФИО2 общался с дочерью, между ними сложились теплые отношения, на содержание ребенка он не только оплачивал алименты, но и предоставлял иные денежные средства.

Кроме этого, в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в части были оглашены показания, данные ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ при допросе на досудебной стадии производства по делу (т. 1 л.д. 103-106), в ходе которого она показала, что одежда, в которой к ней по месту жительства около 13 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ пришел ФИО2, была чистой и не той, в которой она забирала последнего из дома ФИО17.

Приведенные показания свидетеля ФИО2, в том числе данные на стадии предварительного расследования и подтвержденные в ходе судебного следствия, суд оценивает, как взаимодополняемые, и находит, что по причине прошествия значительного периода времени ФИО2 не смогла воспроизвести детали обстоятельств, о которых она была допрошена на досудебной стадии производства.

Свидетель Свидетель №5 при допросе в судебном заседании показал, что он проживает в <адрес>, являющийся соседним по отношению к дому, в котором проживал ФИО17.

Приблизительно в 5 часов одного из дней декабря 2024 года ФИО17, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, пришел к нему по месту жительства, взял в долг <данные изъяты>, сигарет и ушел. Повреждения на лице и одежде ФИО17 отсутствовали, он не выглядел ни взволнованным, ни расстроенным, ни напуганным.

Около 10 часов того же дня он пришел по месту жительства ФИО17, через незапертую входную дверь зашел в дом и с порога увидел ФИО17, лежавшего боком на полу при выходе из комнаты в кухню.

Поскольку ФИО17 не откликался на его обращения, он, подумав, что ФИО17 пьян, ушел по месту своего жительства.

Около 14-15 часов он снова пришел в дом ФИО17, который лежал в прежнем положении. Подойдя ближе к ФИО17 и поняв, что последний не дышит, он убежал домой, вызвал скорую помощь, с прибывшими сотрудниками которой зашел в дом ФИО17 и увидел имевшуюся под ним небольшую лужу крови. Заглянув в комнату, он увидел имевшуюся на диване и паласе кровь.

Свидетель Свидетель №3 в судебном заседании показала, что в 15 часов 37 минут ДД.ММ.ГГГГ в единую диспетчерскую службу поступило сообщение о том, что в <адрес> без сознания находится человек.

Прибыв совместно с фельдшером Свидетель №2 по вызову в 15 часов 50 минут, они зашли в дом, где увидели труп мужчины, лежавший на животе рядом с дверным проемом, ведущим из комнаты в кухню. Повреждений на трупе они не установили, поскольку его не переворачивали и одежду с него не снимали, однако в области стоп и верхних конечностей трупа наблюдали следы крови.

В связи с отсутствием признаков жизни ими была констатирована смерть обнаруженного человека.

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля Свидетель №2 – фельдшера подстанции скорой медицинской помощи <адрес>, данных ею ДД.ММ.ГГГГ в ходе допроса, проведенного на досудебной стадии производства по делу (т. 1 л.д. 117-119), следует, что в 15 часов 37 минут ДД.ММ.ГГГГ в единую диспетчерскую службу поступило сообщение о том, что по адресу: <адрес>, без сознания находится мужчина.

Когда она с фельдшером Свидетель №3 прибыла по вызову, к ним из соседнего дома вышел мужчина, пояснивший, что скорую медицинскую помощь вызвал он для своего соседа Свидетель №4, которого обнаружил лежащим на полу без сознания.

Также он пояснил, что утром ДД.ММ.ГГГГ уже заходил к ФИО17, который в том же положении лежал в кухне.

Зайдя в дом, они обнаружили тело ФИО17, лежавшее животом на полу в кухне, ногами к порогу прохода в комнату. Кожные покровы в области стоп и левой руки были испачканы кровью. Ими была констатирована биологическая смерть ФИО17.

При осмотре труп они не переворачивали и не перемещали, в связи с чем в карте вызова указали на отсутствие видимых телесных повреждений.

Согласно карты вызова скорой медицинской помощи, находящейся в т. 1 на л.д. 95-97, в 15 часов 37 минут ДД.ММ.ГГГГ поступил вызов о нахождении ФИО17 без сознания в <адрес>, биологическая смерть которого была констатирована в 16 часов.

Свидетель Свидетель №4 – оперативный уполномоченный отдела уголовного розыска ОП № (<адрес>) МО МВД РФ «Кинешемский» при допросе, проведенном ДД.ММ.ГГГГ, протокол которого был оглашен в судебном заседании с согласия сторон (т. 1 л.д. 114-116), показал, что ДД.ММ.ГГГГ в ОП № (<адрес>) МО МВД России «Кинешемский» поступило сообщение об обнаружении в <адрес> трупа ФИО17 с ножевыми ранениями груди.

В ходе работы по данному сообщению было установлено наличие наружной видеокамеры на фасаде <адрес>, который располагается напротив <адрес>.

При просмотре записей с видеокамеры было установлено, что ФИО22 в 02 часа 54 минуты ДД.ММ.ГГГГ пришла в дом ФИО17, в 05 часов 01 минуту вместе с ФИО17 выходила за пределы придомовой территории, возвратилась туда в 05 часов 05 минут, а ФИО17 возвратился в 05 часов 16 минут ДД.ММ.ГГГГ. В 07 часов 59 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и ФИО2 покинули прилегающую к дому ФИО17 территорию.

При просмотре ДД.ММ.ГГГГ с участием ФИО2 изъятой у оперативного уполномоченного Свидетель №4 видеозаписи (т. 2 л.д. 9-18) установлено, что в 02 часа 55 минут ФИО2 пришла по месту жительства ФИО17, в 05 часов 01 минуту провожала ФИО17, шедшего за самогоном, в 05 часов 05 минут вернулась в дом ФИО17, куда в 05 часов 16 минут пришел и ФИО17. В 07 часов 59 минут ФИО21 и ФИО2 покинули дом ФИО17.

Сведения, указанные в названном протоколе, соответствуют содержанию записи с камеры, установленной на <адрес>, воспроизведенной в судебном заседании.

В ходе проведенного ДД.ММ.ГГГГ осмотра <адрес>, результаты которого отражены в протоколе, находящемся в т. 1 на л.д. 17-41, на полотне входной двери обнаружено пятно вещества красно-бурого цвета небольшого размера, с которого произведен смыв на марлевый тампон.

На внутренней поверхности межкомнатной двери, через которую осуществляется вход в жилые помещения дома, обнаружен след вещества красно-бурого цвета, часть которого изъята на ватно-марлевый тампон.

На внутренней поверхности полотна названной двери и дверной коробке обнаружены 8 следов рук, которые изъяты на отрезки липкой ленты.

При входе в кухню на полу обнаружен керамический чайник с расколотым носиком, которые с места осмотра изъяты, один из имевшихся возле кухонного стола табуретов опрокинут.

На полу в помещении кухни в положении лежа на спине обнаружен труп мужчины, ногами ориентированный в сторону прохода в комнату, левым боком опирающийся на диван.

Надетая на трупе футболка, изъятая с места осмотра, спереди была пропитана кровянистой жидкостью, в той же области на футболке определялись четыре веретеновидных дефекта ткани, три из которых имели ровные края, а один – в районе ворота в виде разрыва ткани.

Соответственно повреждениям на футболке на передней поверхности левой половины груди определялись две прямолинейные раны с ровными краями длиной по 2,5 см. В ходе осмотра трупа на ватные диски произведены смывы вещества с ладоней трупа, а также срезы ногтевых пластин с кистей его обеих рук.

На кухонном столе обнаружены две стопки, на полу под столом – пластиковая бутылка емкостью 0,5 л с жидкостью желтого цвета внутри, две пустые бутылки из-под настойки «Три старика» емкостью 0,5 л и пустая бутылка из-под пива, которые с места осмотра изъяты, как изъяты 15 окурков, обнаруженные в стоявшей на столе пепельнице, а также обнаруженная под столом в кухне тапка из полимерного материала.

На полу в кухне обнаружена гипсовая повязка со следами вещества красно-бурого цвета, похожего на кровь.

На деревянном пороге между комнатой и кухней обнаружены следы вещества красно-бурого цвета, похожего на кровь. Аналогичные следы в виде капель, потеков и мазков обнаружены на паласе в комнате, они вели от дверного проема к кровати, которая на момент осмотра не заправлена. Матрас, простынь и подушки на кровати обильно пропитаны веществом красно-бурого цвета, похожего на кровь. Простынь с места осмотра изъята. Следы вещества красно-бурого цвета, похожего на кровь, в комнате располагаются при входе, на кровати и на полу рядом с ней.

На полу рядом с кроватью обнаружена и изъята аналогичная обнаруженной в кухне тапка из полимерного материала.

В комнате следов борьбы, волочения не обнаружено. При осмотре помещений дома, а также придомовой территории, каких-либо ножей или предметов с острым краем не обнаружено.

Изъятое с места осмотра, в числе прочих предметов, ДД.ММ.ГГГГ было осмотрено с отражением результатов данного следственного действия в соответствующем протоколе (т. 2 л.д. 19-51).

В соответствии с заключением судебной дактилоскопической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 184-187) на наружных поверхностях двух стеклянных бутылок из-под настойки «Три старика» выявлены два следа, оставленные указательными пальцами левой и правой рук ФИО17.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 245-248) на представленных на исследование окурках №№, изъятых в доме ФИО17, обнаружена слюна человека, происхождение которой от ФИО17 не исключается, как не исключается она в окурках №№ с присутствием слюны иного человека.

Согласно заключению судебной трасологической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 191-194) на передней части представленной на экспертизу футболки с трупа ФИО17 имеется пять сквозных повреждений, а на задней ее части – одно сквозное повреждение.

Данные повреждения относятся к колото-резаным, образованным в результате воздействия (ударов) каким-либо плоским колюще-режущим орудием, например, клинком ножа, имеющим ярко выраженное острие, лезвие и обух.

Остальные повреждения ткани на представленной футболке в виде отдельных разрывов, затяжек, зацепов, расхождения швов, обусловлены ноской, стиркой одежды и пр., не являются колото-резаными.

При проведении ДД.ММ.ГГГГ осмотра <адрес> (т. 1 л.д. 64-75) в помещениях дома предметов, похожих на нож или заточку, не обнаружено. При наличии в комнате и кухне общего беспорядка все вещи и техника находятся на своих местах согласно своему бытовому назначению.

При проведенном ДД.ММ.ГГГГ осмотре <адрес>, в котором проживал ФИО2 (т. 1 л.д. 42-54), он указал на то, что в барабане расположенной в доме стиральной машины имеются предметы одежды, в которых он в ночь с 20 на ДД.ММ.ГГГГ находился по месту жительства ФИО17 во время совершения в отношении него преступления.

Внутри барабана стиральной машины обнаружены пара носков, трико серого цвета, на поверхностях которых имелись следы вещества красно-бурого цвета, похожего на кровь, а также кофта, которые с места осмотра изъяты.

В соответствии с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 163-164) кровь из трупа ФИО17 относится к А? группе.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 202-239) на смывах, изъятых в ходе осмотра дома ФИО17 с внутренней стороны входной двери (объект №), на смывах с его ладоней (объекты №№ и 6), на простыне (объекты №№), на тапке на левую ногу (объекты №№), на носках (объекты №№, 32-34) и трико (объекты №№) ФИО2, на наружной и внутренней поверхностях гипсовой повязки (объекты №№ и 36), на ногтевых срезах с правой (объект №) и левой рук ФИО17 обнаружена кровь человека, происхождение которой от ФИО17 не исключается.

Препараты ДНК, выделенные из биологических следов в пятнах объектов № на марлевых тампонах со смывом с внутренней стороны межкомнатной двери, №№ и 6 со смывами с правой и левой ладоней ФИО17, № на простыне, № на левой тапке, № на гипсовой повязке, №№ и 40 на ногтевых срезах с правой и левой кистей ФИО17 произошли от него, их происхождение от ФИО2 исключается.

Препараты ДНК, выделенные из биологических следов в пятнах объектов № на трико ФИО2, № на одном из носков ФИО2 принадлежат ФИО2, их происхождение от ФИО17 исключается.

Препараты ДНК, выделенные из биологических следов объекта № на трико ФИО2, № на другом носке ФИО2, могли произойти от ФИО2 в смешении с биологическим материалом от другого лица, совпадающим с генетическим профилем ФИО17.

Биологические следы в исследованных участках пятен объекта № на ногтевом срезе со среднего пальца правой кисти ФИО2 могли произойти от ФИО17 и ФИО2 в совокупности.

Из протокола освидетельствования ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 124-133) следует, что у него имелись следующие телесные повреждения:

на передней поверхности правого запястья и ладонной поверхности правой кисти в области большого возвышения - прямолинейная ссадина длиной 8,5 см, расположенная на конечности продольно;

на передней поверхности нижней трети правого предплечья - две линейные ссадины длиной 1 и 1,5 см, расположенные на конечности продольно;

на передней поверхности средней трети правого предплечья – три прямолинейные ссадины длиной 1,5, 3,5 и 3 см, расположенные одинаково косо-поперечно предплечью на 10-16 часов условного циферблата;

на передней поверхности верхней трети правого предплечья - прямолинейная ссадина длиной 1,5 см, расположенная поперечно предплечью;

на передней поверхности нижней трети правого плеча - прямолинейная ссадина длиной 1 см, расположенная продольно плечу;

на передней поверхности средней трети правого предплечья - зияющая рана веретеновидной формы размером 2х0,5 см глубиной 0,3 см;

на задней поверхности в области левого локтевого сустава – ссадина круглой формы размером 2х2 см.

Со слов ФИО2 указанные телесные повреждения образовались у него в ночь с 20 на ДД.ММ.ГГГГ по месту жительства ФИО17. При этом, ссадины и рана на правом предплечье и плече образовались у него в результате собственных неосторожных действий, связанных со снятием гипсовой повязки кухонным ножом.

Назвать обстоятельства образования ссадины на левом локте он затруднился.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 168-171) у ФИО2 обнаружены следующие телесные повреждения:

- резаная рана передней поверхности средней трети правого предплечья, которая образовалась в результате одного действия в область правого предплечья острого предмета. Данное повреждение влечет кратковременное расстройство здоровья, в соответствии с п. 8.1 приказа Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» расценивается, как легкий вред здоровью;

- линейные ссадины на передней поверхности нижней трети правого плеча, всей передней поверхности правого предплечья, на передней поверхности правого запястья и ладонной поверхности правой кисти, которые образовались в результате действий в область правого плеча, правого предплечья, правого запястья и правой кисти острого предмета (или предметов), ушиб мягких тканей области правого локтевого сустава в виде ссадины на его задней поверхности, образовавшийся в результате действия в область левого локтевого сустава тупого твердого предмета.

Данные повреждения в соответствии с п. 9 приказа Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» относятся к категории телесных повреждений, не причиняющих вреда здоровью.

Выраженность воспалительной реакции в ране и характер поверхности ссадин, отек травмированных тканей свидетельствуют о том, что повреждения могли быть получены в период одних суток до момента освидетельствования в 20 часов 25 минут ДД.ММ.ГГГГ.

Допрошенный по ходатайству государственного обвинителя судебно-медицинский эксперт ФИО7 в судебном заседании показал, что установленные у ФИО2 и перечисленные в приведенной выше судебно-медицинской экспертизе повреждения (восемь ссадин, одна резаная рана, один ушиб мягких тканей на локте) не могли быть следствием однократного воздействия ножом в соответствующую область тела. Имевшиеся у ФИО2 ссадины и резаная рана явились результатом девяти воздействий в соответствующие области острого предмета, а ушиб мягких тканей локтя образовался от одного воздействия тупого предмета.

Имевшиеся у ФИО2 ссадины и резаная рана на правой руке могли образоваться в результате снятия описанным ФИО2 в судебном заседании способом ранее наложенной на конечность гипсовой повязки.

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста врач-травматолог ОБУЗ «Кинешемская ЦРБ» ФИО8 на основе исследования полученной по ходатайству стороны защиты медицинской документации на имя ФИО2 показал, что на правой руке последнего имелся консолидирующийся (срастающийся) перелом локтевой кости в верхней трети давностью около 5-6 недель, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ на указанную конечность ФИО2 был наложен гипс.

Поскольку у ФИО2 на правой руке имелся перелом лишь одной лучевой кости, это не могло привести к выраженному нарушению функций руки, которой можно было совершать как сгибательные, так и разгибательные движения, при этом чувствительность кисти была сохранена в полном объеме.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 156-162) у ФИО17 установлены следующие прижизненные повреждения:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты> в связи с чем находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившей смертью.

Кроме этого, на трупе ФИО17 были обнаружены ссадина на лице в области носа, пять кровоподтеков на левом предплечье, на левом запястье, на левой кисти, в области правого коленного сустава и на правой голени, которые образовались в результате неоднократных (не менее четырех) воздействий в соответствующие области тела тупого твердого предмета (предметов), на что указывают число, локализация и взаиморасположение кровоподтеков и ссадины.

Цвет кровоподтеков и характер поверхности ссадины свидетельствуют о том, что данные повреждения были получены прижизненно в период 1 суток до смерти пострадавшего.

Данные повреждения в соответствии с п. 9 приказа Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» относятся к категории повреждений, не причиняющих вреда здоровью и отношения к причине смерти не имеют.

Учитывая давность образования всех повреждений, наличие повреждений сердца и легкого, признаки быстро наступившей смерти, можно полагать, что раны груди были причинены последними из всех повреждений.

Каких-либо посмертных повреждений при судебно-медицинской экспертизе трупа не установлено.

Отсутствие повреждений центральной нервной системы и опорно-двигательного аппарата не исключали возможности совершения пострадавшим самостоятельных действий в начальный период времени после причинения указанных повреждений.

В момент причинения данных повреждений поза могла быть различной.

Причиной смерти ФИО17 явились проникающие колото-резаные раны груди с повреждением сердца и левого легкого, сопровождавшиеся острой обильной кровопотерей.

Выраженность трупных явлений на 18 часов 52 минуты ДД.ММ.ГГГГ указывают на то, что смерть ФИО17 наступила в период с 12-24 часов до осмотра трупа на месте его обнаружения.

При судебно-химическом экспертном исследовании крови и мочи из трупа ФИО17 этиловый спирт обнаружен в количестве 4,3 и 4,8 промилле соответственно. Данная концентрация этилового спирта в крови живых лиц соответствует сильной степени алкогольного опьянения.

Допрошенная в судебном заседании в качестве специалиста заведующая отделением № <адрес> наркологического диспансера, врач психиатр-нарколог ФИО9 показала, что указанная в заключении судебно-медицинского эксперта концентрация этилового спирта в крови и моче ФИО17 свидетельствует об алкогольном опьянении, близком к тяжелой степени, при наличии которой у человека нарушена ориентация в пространстве, происходит снижение мышечного тонуса, в результате чего он утрачивает возможность находиться в положении стоя и совершать целенаправленные действия, например, он не может сесть, не может поднять и удерживать руку, его движения носят хаотичный и нескоординированный характер, человек является бездеятельным.

В соответствии с заключением судебной медико-криминалистической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 4-7) на кожном лоскуте от трупа ФИО17 имеется одна колото-резаная рана, которая образовалась в результате одного воздействия (удара) какого-либо плоского колюще-режущего орудия, каким мог быть клинок ножа, имеющий обушок с хорошо выраженными ребрами и лезвие с двухсторонней заточкой.

Перечисленные доказательства, положенные в основу приговора, суд считает достаточными для объективного рассмотрения дела и допустимыми, так как они получены в соответствии с требованиями норм УПК РФ.

Вопреки позиции стороны защиты, суд находит, что признанные относимыми и допустимыми доказательства, перечень которых приведен в описательно-мотивировочной части приговора, образуют систему дополняющих друг друга доказательств, не противоречивых относительно обстоятельств, имеющих существенное значение, и являются достаточными для разрешения вопроса о виновности ФИО2 в совершенном им преступлении, позволяют детально воспроизвести обстоятельства содеянного подсудимым.

Так, судом достоверно установлено, что в период с 05 часов 16 минут до 06 часов 52 минут ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> в результате насильственных действий наступила смерть ФИО17.

Данные обстоятельства в полном объеме подтверждаются совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, а именно:

- показаниями свидетеля Свидетель №5, обнаружившего ФИО17 по месту жительства последнего без признаков жизни, а также показаниями сотрудников скорой медицинской помощи Свидетель №2 и Свидетель №3, по прибытии в указанный дом констатировавших наступившую смерть потерпевшего;

- результатами проведенного ДД.ММ.ГГГГ осмотра <адрес>, на кухне которого был обнаружен труп ФИО17 с признаками насильственной смерти,

- заключениями проведенных по делу экспертных исследований, согласно которым в помещениях дома ФИО17, в том числе на находящейся в комнате кровати, были обнаружены следы принадлежащей ему крови, а на изъятых в доме окурках и бутылках из-под спиртного – соответственно его биологические следы и следы пальцев рук,

- выводами судебно-медицинской экспертизы о времени наступления смерти ФИО17, об имевшихся у него ранениях груди, явившихся причиной его смерти,

- выводами проведенной по делу судебной трасологической экспертизы, подтвердившей наличие на надетой на трупе ФИО17 футболке колото-резаных повреждений, которые могли образоваться от удара, в том числе клинком ножа,

- выводами медико-криминалистической судебной экспертизы, указавшей на возможность образования имевшихся на трупе ФИО17 ран в результате удара ножом,

- взаимодополняемыми показаниями свидетелей Свидетель №5, ФИО2 и содержанием записи с камеры наблюдения, установленной на <адрес>, о времени убытия ФИО17 из дома в связи необходимостью приобретения самогона и возвращения его обратно.

Судом с абсолютной определенностью установлено, что начиная с послеобеденного времени ДД.ММ.ГГГГ в связи с распитием спиртного в компании ФИО17, а впоследствии и присоединившейся к ним ФИО2, подсудимый находился на месте гибели ФИО17 - в <адрес>, покинул который в 07 часов 59 минут ДД.ММ.ГГГГ.

В числе прочих доказательств приведенные обстоятельства в полном объеме подтверждаются:

- показаниями свидетеля ФИО2, продолжительное время находившейся в доме ФИО17 и наблюдавшей происходившие там с участием подсудимого события,

- результатами проведенного ДД.ММ.ГГГГ осмотра дома ФИО17, где была обнаружена гипсовая повязка, наложенная ФИО2 на правую руку ДД.ММ.ГГГГ, что следует из показаний врача-травматолога ФИО5, данных им в судебном заседании;

- проведенными по делу экспертными исследованиями, в результате которых на одежде ФИО2 были обнаружены принадлежащие ФИО17 биологические следы,

а также содержанием записи, ведущейся установленной на <адрес> видеокамерой, в числе прочего отображающей сведения об оставлении ФИО2 и его бывшей супругой дома потерпевшего после его смерти, период наступления которой установлен проведенной по делу судебно-медицинской экспертизой.

С учетом вышеизложенного суд находит достоверными сообщенные подсудимым, как на досудебной стадии производства по делу, так и в судебном заседании, сведения о факте нахождения в доме ФИО17 в период времени, имеющий отношение к инкриминируемому ФИО2 преступлению.

Находя достоверными показания ФИО2 в части нахождения в инкриминируемый ему период времени на месте гибели ФИО17, суд критически относится к сделанному им в судебном заседании заявлению о непричастности к причинению ФИО17 смерти, убийство которого, по его утверждению, совершила его (подсудимого) бывшая супруга ФИО2.

В рассматриваемой части сообщенные подсудимым в судебном заседании сведения находятся в полном противоречии с его показаниями, данными в ходе досудебного производства по делу.

Так, при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также в ходе проведенной проверки показаний на месте, ФИО2 последовательно и стабильно сообщал о своей причастности к причинению ФИО17 телесных повреждений, которые, как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы, привели к его смерти.

При допросе в качестве подозреваемого ДД.ММ.ГГГГ, подтвержденном при проведенном в тот же день допросе в качестве обвиняемого, ФИО2 указал на то, что в ходе возникшей ссоры он выхваченным (выбитым) из рук ФИО17 ножом нанес последнему два удара в грудь спереди.

Факта нанесения ФИО17 ударов ножом ФИО2 не исключал и при последующих допросах в качестве обвиняемого, имевших место 16 января и ДД.ММ.ГГГГ, а также давая показания в ходе проведенной проверки показаний на месте.

Таким образом, на протяжении всего периода предварительного расследования ведущегося в отношении него уголовного дела, ФИО2 не отрицал факта совершения им действий, приведших к ранению ФИО17 и повлекших его смерть.

У суда не имеется оснований не доверять сведениям о причастности к убийству ФИО17, сообщенным ФИО2 на досудебной стадии производства по делу.

Так, из содержания протоколов, посредством составления которых проводилось оформление соответствующих процессуальных действий, следует, что как при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, так и при проведении проверки показаний на месте, показания давались ФИО2 после разъяснения ему положений ст. 51 Конституции РФ и в присутствии защитника.

Замечаний к содержанию соответствующих протоколов данными лицами не подавалось, правильность изложенных в названных процессуальных документах сведений удостоверена подписями подвергнутого допросу и его защитника.

Присутствие при допросах защитника исключало возможность искажения следователем данных ФИО2 показаний и оказания на него какого-либо воздействия.

Материалы дела не содержат каких-либо сведений как о неэффективности осуществлявшейся адвокатом ФИО11 (действовавшим по назначению органов предварительного расследования) юридической защиты ФИО2, о допущенном непрофессионализме, так и о действиях, совершаемых вопреки волеизъявлению подзащитного и его интересам.

Высказанные защитником ФИО11 в судебном заседании доводы о том, что ДД.ММ.ГГГГ, давая показания в качестве подозреваемого и обвиняемого, ФИО2 пребывал в подавленном и расстроенном состоянии, плохо себя чувствовал, испытывая похмельный синдром, не понимал происходящего, суд находит надуманными, поскольку из содержания протоколов соответствующих процессуальных действий следует, что жалоб на состояние здоровья ФИО2 не предъявлял, ходатайств о переносе допросов ни он, ни его защитник, не заявляли.

С учетом времени задержания ФИО2 сотрудниками полиции (т. 2 л.д. 70-75), исключавшего возможность употребления спиртного, суд находит, что при проведенных ДД.ММ.ГГГГ допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО2 не мог находиться ни в состоянии опьянения, ни в состоянии, вызванном недавним окончанием его употребления.

Не состоятельными суд находит и доводы защитника ФИО11 о растерянности ФИО2 при проверке на месте преступления ранее данных им показаний, поскольку из содержания протокола данного следственного действия следует, что при его проведении подсудимый четко и последовательно, наглядным образом демонстрировал обстоятельства совершенного им преступления в соответствии с выдвинутой им версией о нападении на него ФИО17.

Кроме этого, сообщенные ФИО2 в ходе предварительного расследования уголовного дела сведения о причастности к причинению смерти ФИО17, суд находит достоверными и соответствующими установленным по делу обстоятельствам, поскольку они подтверждаются совокупностью представленных доказательств.

Так, при проведенных ДД.ММ.ГГГГ допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО2 сообщил о том, что два удара ФИО17 в грудь спереди он нанес, используя нож.

В рассматриваемой части сообщенные ФИО2 сведения находят полное подтверждение результатами осмотра <адрес>, а также заключениями проведенных по делу судебно-медицинской и судебной медико-криминалистической экспертиз.

При этом, повреждения в виде двух прямолинейных ран на передней поверхности левой половины груди трупа ФИО17 были обнаружены в ходе осмотра жилища потерпевшего, проведенного ДД.ММ.ГГГГ в отсутствие ФИО2.

Сведения о том, что обнаруженные на трупе ФИО17 раны явились причиной его смерти были получены органами предварительного расследования лишь после проведения судебно-медицинской экспертизы трупа, оконченной ДД.ММ.ГГГГ.

Возможность причинения ран в результате удара ножом установлена судебной медико-криминалистической экспертизой, проведенной ДД.ММ.ГГГГ.

С выводами указанных выше судебных экспертиз ФИО2 и его защитник были ознакомлены ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 165, т. 2 л.д. 8), а ознакомление указанных лиц с материалами уголовного дела в полном объеме было произведено лишь ДД.ММ.ГГГГ, то есть по окончании производства предварительного расследования, что подтверждается содержанием соответствующего протокола, находящегося в т. 2 на л.д. 222-226.

Таким образом, сообщая ДД.ММ.ГГГГ органам предварительного расследования сведения, составляющие суть предъявленного ему обвинения, ФИО2 проявлял преступную осведомленность об обстоятельствах наступления смерти ФИО17, которые могли быть известны лишь лицу, совершившему действия, приведшие к гибели потерпевшего.

Сообщенные Чистяковым ДД.ММ.ГГГГ сведения впоследствии нашли подтверждение совокупностью доказательств, полученных в результате проведенных компетентными органами следственных действий.

Из показаний ФИО2, данных им на стадии предварительного расследования уголовного дела, следует, что нанесение ФИО17 ножевых ранений явилось результатом произошедшего между ними конфликта, в ходе которого потерпевший оскорбил его с использованием нецензурной брани.

Нахождение ФИО2 во время распития спиртного в доме потерпевшего в состоянии конфликта с ФИО17, оскорбившего подсудимого, подтверждено показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО2.

Таким образом, с учетом установленных судом:

факта нахождения ФИО2 в период времени, имеющий отношение к смерти ФИО17, по месту жительства потерпевшего,

факта имевшего место между ФИО2 и ФИО17 конфликта,

факта обнаружения на одежде ФИО2 биологических следов ФИО17,

а также осведомленности ФИО2 на начальной стадии производства по делу о локализации, характере имевшихся на трупе потерпевшего смертельных повреждений и орудии, их причинившем,

суд находит установленным, что смерть ФИО17 наступила именно в результате действий ФИО2, обусловленных личной неприязнью, возникшей в ходе произошедшей между ним и потерпевшим ссоры, и в ответ на оскорбление со стороны последнего.

Каких-либо правовых и фактических оснований для вывода о том, что смерть ФИО17 явилась результатом действий иных лиц, в том числе и ФИО2, у суда не имеется.

С учетом вышеизложенного приведенные ФИО2 в судебном заседании доводы о самооговоре суд находит не состоятельными.

Утверждения ФИО2 о том, что инкриминированное ему преступление он не мог совершить по причине имевшегося у него повреждения правой руки, суд находит не состоятельными.

Так, из показаний врача-травматолога ФИО8, данных в судебном заседании, следует, что имевшийся у подсудимого консолидирующийся перелом одной из лучевых костей правой руки при полном сохранении чувствительности кисти не привел к значительному ограничению функций данной конечности.

Таким образом, суд находит установленным, что имевшаяся у ФИО2 травма правой руки не создавала непреодолимых препятствий к совершению действий, в которых он обвиняется.

С учетом вышеизложенного сообщенные ФИО2 на стадии предварительного расследования сведения о нанесении им в ходе возникшей ссоры двух ударов ножом в грудь ФИО17 суд находит достоверными и принимает их в качестве доказательств при принятии итогового решения по делу.

Давая показания на стадии предварительного расследования уголовного дела, ФИО2 последовательно утверждал о том, что нанесение ударов ножом ФИО17 было обусловлено нападением на него потерпевшего.

Так, при проведенном ДД.ММ.ГГГГ допросе в качестве подозреваемого ФИО2 показал, что в ходе возникшей ссоры ФИО17 взятым ножом (заточкой) попытался нанести ему удар в лицо, пришедшийся на правую руку, которой подсудимый закрылся от нападающего, в результате чего из руки пошла кровь.

Аналогичные сведения были сообщены ФИО2 при допросах в качестве обвиняемого 16 января и ДД.ММ.ГГГГ, а также в ходе проведенной проверки показаний на месте.

При этом, при допросе в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 указал на то, что имевшиеся у него на правой руке повреждения (резаная рана передней поверхности средней трети правого предплечья, линейные ссадины на передней поверхности нижней трети правого плеча, всей передней поверхности правого предплечья, на передней поверхности правого запястья и ладонной поверхности правой кисти) ему причинил ФИО17, пытаясь нанести удар ножом, защищаясь от которого, он подставил руку.

Вопреки утверждениям ФИО2 на стадии предварительного расследования уголовного дела, у суда не имеется оснований для вывода о том, что со стороны ФИО17 имело место нападение на подсудимого, как не имеется оснований для вывода о том, что во время нанесения потерпевшему ударов ножом подсудимый действовал в состоянии необходимой обороны, мнимой обороны или при превышении ее пределов.

Так, при допросе в судебном заседании ФИО2 показал, что ФИО17 на него не нападал, а имевшиеся у него (подсудимого) на правой руке повреждения образовались в результате самостоятельного снятия с нее ранее наложенного гипса.

В рассматриваемой части суд доверяет сведениям, сообщенным ФИО2 в ходе судебного следствия, поскольку они в полном объеме подтверждаются совокупностью представленных суду доказательств, а именно:

- данными в судебном заседании показаниями врача-травматолога ФИО8 о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в связи с наличием консолидированного перелома лучевой кости на правую руку был наложен гипс,

- сведениями о самостоятельном снятии гипса, как причине имевшихся на правой руке повреждений, сообщенными ФИО2 в ходе освидетельствования, проведенного ДД.ММ.ГГГГ после его задержания по подозрению в убийстве ФИО17;

- результатами проведенного ДД.ММ.ГГГГ осмотра места происшествия – <адрес>, где была обнаружена гипсовая повязка,

- показаниями свидетеля ФИО2 о том, что придя в дом ФИО17, она видела, что ранее наложенный на руку ФИО2 гипс был снят еще до начала конфликта между указанными лицами, на руке ФИО2 имелись повреждения, с нее капала кровь,

- показаниями судебно-медицинского эксперта ФИО7, указавшего как на отсутствие возможности образования имевшихся на правой руке ФИО2 линейных ссадин и резаной раны в результате однократного удара режущим предметом, так и не исключившего возможности их возникновения в процессе совершенного подсудимым с использованием ножа самостоятельного снятия наложенного на руку гипса.

Таким образом, на основании совокупности доказательств судом установлено, что имевшиеся на правой руке подсудимого повреждения явились результатом его собственных действий, совершенных в целях снятия наложенного на указанную конечность гипса.

Из содержания протокола проведенного ДД.ММ.ГГГГ осмотра жилища ФИО17 следует, что в комнате дома, на которую на стадии предварительного расследования уголовного дела ФИО2 указал, как на место нападения на него потерпевшего, следов борьбы обнаружено не было.

Согласно заключению проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы в крови и моче трупа ФИО17 был обнаружен этиловый спирт в количестве 4,3 и 4,8 промилле соответственно.

Допрошенный в судебном заседании врач психиатр-нарколог ФИО9 указала на наличие у человека, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, близком к тяжелой степени, дезориентации в пространстве, снижения мышечного тонуса, утраты возможности совершения целенаправленных действий, включая затруднение передвижения или полную ее утрату.

Таким образом, состояние, в котором находился ФИО17 в момент совершения подсудимым преступления, в числе прочего характеризующееся наличием затруднений в передвижении и (или) полной утрате такой возможности, с абсолютной определенностью свидетельствует об отсутствии способности к совершению им активных действий, о которых ФИО2 рассказывал, давая показания на стадии предварительного расследования уголовного дела.

Принимая во внимание наличие между подсудимым и потерпевшим длительных дружеских отношений, неоднократного совместного употребления спиртного, о чем подсудимый заявил при допросе в судебном заседании, суд находит, что ФИО2 в полном объеме осознавал и оценивал указанное выше состояние ФИО17, с учетом которого в выборе своего поведения ограничен не был.

Таким образом, несостоятельными суд находит, как утверждения ФИО2 на предварительном следствии о том, что удары ножом ФИО17 он нанес, защищаясь от его действий, так и выдвинутую подсудимым при допросах 16 января и ДД.ММ.ГГГГ версию о неосторожном причинении ФИО17 ножевых ранений груди, обусловленном тем, что удары ножом, возможно, были нанесены в тот момент, когда он (ФИО2) находился сзади ФИО17 и, борясь с ним, блокировал его правую руку, в которой находился нож.

Версия подсудимого о неосторожном причинении ФИО17 ножевых ранений находится в полном противоречии с его показаниями, данными ДД.ММ.ГГГГ, признанными судом достоверными, а также с установленным судом фактом отсутствия нападения ФИО17 на ФИО2.

Таким образом, суд находит установленным, что нанесение ФИО17 двух ударов ножом в грудь стало результатом умышленных действий ФИО2, целью которых явилось лишение жизни потерпевшего.

Данные умышленные действия были обусловлены личной неприязнью, возникшей в ходе ссоры, произошедшей между ФИО2 и ФИО17, и последовали в ответ на оскорбления подсудимого со стороны потерпевшего.

О наличии у ФИО2 умысла на убийство ФИО17 свидетельствуют:

а) выбор ФИО2 в качестве орудия преступления предмета, обладающего колюще-режущими и, как следствие, большими поражающими свойствами,

б) нанесение ФИО17 двух ударов указанным выше предметом в грудь, являющуюся областью сосредоточения жизненно-важных органов человеческого организма,

в) нанесение ударов с приложением такой физической силы, которая привела к повреждениям легкого и сердца, то есть к причинению ФИО17 повреждений, не совместимых с жизнью.

Наряду с вышеизложенным, доказанным суд находит и факт причинения ФИО2 иных имевшихся у ФИО17 телесных повреждений, перечисленных в предъявленном подсудимому обвинении.

При проведенном ДД.ММ.ГГГГ допросе ФИО2 не исключал возможности причинения ФИО17 ссадины на лице в области носа, пяти кровоподтеков на левом предплечье, на левом запястье и левой кисти, в области правого коленного сустава и на правой голени, указав, что до начала произошедшего между ними конфликта ФИО17 не ранился, не падал, крови на нем он не видел.

Из показаний свидетеля ФИО2 следует, что телесные повреждения до своего ухода из дома ФИО17 она видела лишь на правой руке подсудимого.

Судом установлено, что после того, как ФИО2 покинула дом ФИО17, иные лица, кроме ФИО2, на месте преступления отсутствовали.

Изложенное исключает возможность причинения установленных у ФИО17 телесных повреждений, включая ссадины на лице, кровоподтеки на левых предплечье, запястье, кисти, в области правого коленного сустава и на правой голени иными, кроме ФИО2, лицами.

Не смотря на то, что преступление совершено ФИО2 в ходе произошедшей между ним и ФИО17 ссоры, судом не установлено, что при совершении преступления подсудимый находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения.

Из показаний ФИО2, данных на предварительном следствии, следует, что он сохранил достаточно полные воспоминания о деталях произошедшего, в том числе о собственных действиях и поведении окружающих, как до, так и после содеянного, ориентировался в сложившейся ситуации, совершал целенаправленные действия.

Изложенное с достаточной определенностью свидетельствует об отсутствии у подсудимого во время совершения преступления каких-либо признаков аффекта.

Таким образом, вопреки позиции стороны защиты, суд находит, что все обстоятельства содеянного ФИО2, включая время совершения преступления, органами предварительного расследования установлены верно, предъявленное подсудимому обвинение, в том числе в части описания орудия преступления, соответствует требованиям, предъявляемым к нему уголовно-процессуальным законом, является конкретным, позволяющим разрешить дело по существу.

Признаков неполноты проведенного по делу предварительного расследования судом не установлено.

Утверждения защитника ФИО11 о неустановлении места нахождения ФИО2 в период с 06 часов 52 минут до 07 часов 59 минут ДД.ММ.ГГГГ противоречат содержанию его выступлений в судебных прениях, в которых он указал на оставление подсудимым дома потерпевшего в 07 часов 59 минут ДД.ММ.ГГГГ.

Отсутствие на месте происшествия орудия преступления, имеющиеся, по мнению защитника ФИО11, противоречия в части описания положения трупа ФИО17, содержащиеся в показаниях свидетелей Свидетель №5, Свидетель №3, Свидетель №2, по отношению к сведениям, отраженным в протоколе осмотра места происшествия, не являются основанием для принятия решения об оправдании ФИО2 в совершенном им преступлении.

Не являются основанием для принятия такого решения и доводы стороны защиты об имеющихся в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ и в протоколе осмотра места происшествия противоречиях в части количества повреждений ткани на имевшейся на трупе ФИО17 футболке.

Противоречий, имеющих значение для принятия решения по делу, в указанных процессуальных документах суд не усматривает, поскольку количество и характер имевшихся на надетой на трупе ФИО17 футболке более точно было установлено в результате экспертизы, проведенной лицом, обладающим специальными познаниями в соответствующей области знаний, и с применением необходимого оборудования.

Вопреки доводам стороны защиты, суд не находит каких-либо противоречий в части количества и вида имеющихся на трупе ФИО17 повреждений, поскольку во время его визуального осмотра на месте преступления обнаружены две раны на передней поверхности левой половины груди, а остальные повреждения, перечисленные в предъявленном ФИО2 обвинении, установлены в результате судебно-медицинской экспертизы, проведенной в специально-оборудованном помещении ОБУЗ «Бюро судебно-медицинских экспертиз <адрес>».

Изъятие в ходе проведенной судебно-мединской экспертизы кожного лоскута лишь с одной из двух имевшихся на трупе ФИО17 ран с последующим проведением на основе изъятого материала судебной медико-криминалистической экспертизы не свидетельствует о каких-либо противоречиях с предъявленным ФИО2 обвинением.

Доводы защитника ФИО11 о том, что ФИО2 не была предоставлена возможность участия в проведении осмотра занимаемого им дома, противоречат содержанию протокола соответствующего следственного действия, из которого следует, что подсудимый принимал участие в осмотре своего жилища, проводимом с его разрешения.

Вопреки доводам стороны защиты, суд не находит оснований для исключения из числа доказательств по делу протокола осмотра принадлежащего Чистякову дома и протокола освидетельствования ФИО2, поскольку положениями ст.ст. 177 и 179 УПК РФ присутствие защитника при проведении данных процессуальных действий не предусмотрено.

В связи с этим, не находит суд оснований для исключения из числа доказательств по делу как предметов одежды, изъятых в ходе осмотра занимаемого ФИО2 жилого помещения, протокола их осмотра в ходе предварительного расследования, так и результатов проведенных по делу экспертных исследований (т. 2 л.д. 19-51, т. 1 л.д. 168-171, 202-239), поскольку ходатайство защитника об этом является производным от его ходатайства об исключении из числа доказательств протоколов осмотра места происшествия и освидетельствования подсудимого.

Показания ФИО2, данные ДД.ММ.ГГГГ при допросе в качестве свидетеля (т. 1 л.д. 100-102), в судебном заседании не исследовались, вследствие чего правовых оснований для их оценки и анализа у суда не имеется.

В соответствии с нормами действующего законодательства участия защитника при выполнении задержания лица по подозрению в совершении преступления не требуется.

Согласно ч. 1.1 ст. 92 УПК РФ участие защитника обязательно при составлении протокола задержания, но лишь в том случае, если он участвует в производстве по уголовному делу с момента фактического задержания подозреваемого.

Таким образом, задержание ФИО2 и оформление соответствующего протокола в отсутствие защитника, на тот момент времени не принимавшего участия в производстве по делу (т. 2 л.д. 67), норм действующего уголовно-процессуального законодательства не нарушило, основанием для вывода о невиновности ФИО2 в совершении инкриминированного ему преступления не является.

С учетом полной доказанности вины ФИО2 в совершении инкриминированного ему преступления, действия подсудимого суд квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

В соответствии с заключением комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 176-180) ФИО2 ни в момент проведения экспертизы, ни в момент совершения инкриминированного ему преступления, хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, не страдал, а поэтому во время совершения преступления он мог осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими, как не лишен такой способности в настоящее время.

В применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается.

В момент совершения преступления ФИО2 не находился в состоянии аффекта.

Оценивая выводы, содержащиеся в заключении названной судебной экспертизы, в совокупности с поведением подсудимого в зале судебного заседания, где он на протяжении всего судебного процесса был ориентирован в месте и времени, судебно-следственной ситуации, поддерживал адекватный речевой контакт, совершая осмысленные, носящие целенаправленный характер действия, суд приходит к выводу о том, что преступление совершено ФИО2 во вменяемом состоянии, а он является лицом, способным нести уголовную ответственность за содеянное.

При назначении наказания в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 60 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, личность виновного, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО2 совершено умышленное преступление, которое в соответствии с ч. 5 ст. 15 УК РФ относится к категории особо тяжких уголовно-наказуемых деяний.

ФИО2 на учете у психиатра и нарколога не состоит (т. 2 л.д. 177), по месту жительства участковым уполномоченным полиции он характеризуется удовлетворительно, но как имеющий склонность с злоупотреблению спиртным(т. 2 л.д. 173), по месту работы и со стороны соседей ФИО2 имеет положительные характеристики (т. 2 л.д. 181, 211-212).

Обстоятельствами, смягчающими наказание, подлежащее назначению ФИО2 за совершенное им преступление, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признает:

состояние здоровья подсудимого,

частичное признание вины в ходе досудебного производства по делу (где ФИО2, указывая на отсутствие умысла на убийство, не отрицал причинения потерпевшему телесных повреждений, которые привели к смерти последнего),

сделанное на стадии предварительного расследования заявление о раскаянии в содеянном,

наличие грамот и благодарностей по месту работы.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя был исследован протокол явки с повинной ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 68-69), в котором содержатся сообщенные ФИО2 сведения о нанесении им ФИО17 двух ножевых ранений в грудь спереди.

Суд не принимает данный протокол явки с повинной в качестве доказательства по делу, поскольку он получен в отсутствие защитника, а содержащиеся в нем сведения, подсудимым в судебном заседании не подтверждены.

Вместе с тем данный протокол суд признает в качестве такого смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, как явка с повинной.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 дал согласие на проведение осмотра принадлежащего ему <адрес>, в ходе которого были обнаружены и изъяты предметы одежды подсудимого, в которой в момент совершенного преступления он находился в доме ФИО17.

Кроме этого, ФИО2 участвовал в проведенной ДД.ММ.ГГГГ проверке показаний на месте, ДД.ММ.ГГГГ предоставил следствию образцы для сравнительного исследования (т. 1 л.д. 135-137), в ходе расследования уголовного дела использованные при проведении экспертных исследований, выводы которых стороной обвинения были представлены, а судом приняты в качестве доказательств виновности ФИО2 в совершении инкриминированного ему преступления.

Приведенные действия, совершенные ФИО2 в рамках расследования ведущегося в отношении него уголовного дела, наряду с показаниями о причастности к совершенному им преступлению, данными на первоначальном этапе предварительного расследования, и иными действиями, способствовавшими установлению обстоятельств содеянного, суд в соответствии с положениями п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признает в качестве такого смягчающего наказание обстоятельства, как активное способствование раскрытию и расследованию совершенного преступления.

В соответствии с положениями п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства суд признает противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, выразившегося в оскорблении подсудимого, в связи с чем у ФИО2 возник умысел на убийство ФИО17.

В связи с признанием данного обстоятельства смягчающим наказание, в соответствии с правовой позицией, изложенной в абз. 2 п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном приговоре» указание на противоправное поведение ФИО17, как повод для совершения преступления, суд приводит при описании совершенного подсудимым деяния.

Судом установлено, что заочным решением Кинешемского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был лишен родительских прав в отношении своей малолетней дочери.

Однако, из показаний свидетеля ФИО2 следует, что подсудимый общается с дочерью, отношения между ними сохранены, до момента задержания он не только уплачивал алименты на ее содержание, но и предоставлял иные денежные средства.

У суда не имеется оснований для критического отношения к сообщенным ФИО2 сведениям, поскольку они в числе прочего подтверждаются сообщением из Заволжского РОСП, содержащим сведения об уплате ФИО2 алиментов на содержание дочери.

С учетом вышеизложенного наличие у ФИО2 малолетнего ребенка суд признает смягчающим наказание обстоятельством.

Однако, приведенные смягчающие наказание обстоятельства суд не считает исключительными, дающими при назначении наказания основание для применения ст. 64 УК РФ.

Судом достоверно установлено, что в момент совершения преступления ФИО2 находился в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Данное обстоятельство подтверждается:

стабильными и последовательными показаниями ФИО2 о количестве, виде выпитого спиртного в день убийства ФИО17, о степени опьянения подсудимого, которую он оценил, как сильную;

показаниями свидетеля ФИО2, которая наблюдала ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения непосредственно перед совершенным им преступлением.

При изложенных обстоятельствах, учитывая содержание заключения комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, подтвердившей влияние алкоголизации на поведение подсудимого в момент совершения преступления, руководствуясь положениями ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО2, суд признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку нахождение подсудимого в таком состоянии привело к снижению контроля ФИО2 за своим поведением, изменило течение у него эмоциональных процессов и реакций, облегчив проявление асоциального поведения.

В связи с признанием данного обстоятельства отягчающим наказание, суд не находит оснований для применения в рассматриваемом случае положений ч. 1 ст. 62 и ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Обстоятельств, перечисленных в ч. 1 ст. 63 УК РФ, отягчающих наказание, подлежащее назначению ФИО2, не имеется.

Осуждение ФИО2 приговором Кинешемского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по ч. 1 ст. 157 УК РФ в соответствии с п. «а» ч. 4 ст. 18 УК РФ рецидива преступлений не образует.

С учетом вышеизложенного суд считает возможным исправление и перевоспитание ФИО2 лишь в условиях изоляции от общества путем назначения ему наказания в виде лишения свободы, не находя оснований для применения ст. 73, ч. 2 ст. 53.1 УК РФ.

При этом, с учетом данных о личности ФИО2, обстоятельств совершения преступления, суд находит, что достижение предусмотренных в ч. 2 ст. 43 УК РФ целей возможно лишь при назначении подсудимому предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ дополнительного наказания в виде ограничения свободы с установлением в соответствии с положениями ч. 1 ст. 53 УК РФ запрета уходить из места постоянного проживания (пребывания) в ночное время с 22 до 06 часов; выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы; изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и возложением обязанности являться в указанный орган два раза в месяц для регистрации в установленные этим органом дни.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы ФИО2 должен отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Потерпевшим ФИО17 был заявлен поддержанный прокурором гражданский иск о взыскании с ФИО2 расходов на проведение поминальных обедов ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в размере 19 250 и <данные изъяты> соответственно, расходов, понесенных потерпевшим в связи с погребением, в размере <данные изъяты>, а также компенсации морального вреда в размере <данные изъяты>, причиненного смертью отца.

Подсудимый и его защитник возражали относительно возможности удовлетворения заявленных ФИО17 исковых требований.

Заслушав позиции сторон относительно заявленного гражданского иска, исследовав относящиеся к рассматриваемому вопросу доказательства, суд приходит к выводу о нижеследующем.

Судом установлено, что ФИО2 было совершено умышленное преступление, посягающее на жизнь человека.

У суда не имеется оснований к сомнению в том, что гибелью отца, то есть родного человека, ФИО17 были причинены глубокие нравственные страдания, выразившиеся в осознании невосполнимой утраты близкого родственника.

Таким образом, в соответствии с положениями ст. 151, п. 1 ст. 1101 ГК РФ причиненный ФИО17 моральный вред подлежит денежной компенсации.

При определении размера компенсации морального вреда суд в соответствии с требованиями ст. 151, п. 2 ст. 1101 ГК РФ учитывает характер причиненных ФИО17 нравственных страданий, а также требования разумности и справедливости.

При изложенных выше обстоятельствах, учитывая требования разумности и справедливости, суд находит, что заявленные потерпевшим исковые требования в части компенсации морального вреда подлежат удовлетворению путем взыскания с подсудимого в пользу ФИО17 <данные изъяты>.

Разрешая вопрос о взыскании с ФИО2 расходов, понесенных ФИО17 в связи с погребением отца и проведением поминальных обедов, суд приходит к выводу о нижеследующем.

В соответствии с п. 1 ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Согласно положениям ст. 3 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребением, которое может осуществляться, в том числе путем предания тела умершего земле, являются обрядовые действия по захоронению тела человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Таким образом, взысканию с причинившего вред лица подлежат только такие расходы, которые понесены в связи с совершением действий по непосредственному погребению тела в пределах обряда.

Пунктом 6.1 «Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002», рекомендованных Протоколом Госстроя РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 01-НС-22/1, предусмотрено, что в соответствии с ФЗ «О погребении и похоронном деле» в церемонию похорон, в числе прочего, входит обряд поминовения.

Таким образом, в состав расходов на достойные похороны (погребение) включаются расходы, связанные с организацией поминального обеда в день захоронения для почтения памяти умершего родственниками и иными лицами, поскольку данные действия общеприняты и соответствуют традициям населения России, являются одной из форм сохранения памяти об умершем и неотъемлемой частью осуществления достойных похорон умершего.

ФИО17 представлены документы о том, что ДД.ММ.ГГГГ им понесены расходы по организации поминального обеда отца в размере <данные изъяты>, а также расходы по приобретению ритуальных принадлежностей в размере <данные изъяты> и по оплате оказанных ритуальных услуг в размере <данные изъяты>, которые с учетом приведенных выше положений закона подлежат взысканию с ФИО2 в его пользу.

Из представленных ФИО17 документов следует, что им также ставится вопрос о взыскании с ФИО2 и расходов, понесенных им в связи с проведением поминального обеда ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, проведение данного поминального обеда выходит по смыслу ст. 3 ФЗ «О погребении и похоронном деле» за пределы обрядовых действий по непосредственному захоронению тела и, следовательно, требования ФИО17 в данной части удовлетворению не подлежат.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО17 подлежат частичному удовлетворению.

На основании вышеизложенного и, руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком десять лет с ограничением свободы сроком один год.

В течение срока дополнительного наказания в виде ограничения свободы установить ФИО2 следующие ограничения:

не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в ночное время с 22 до 06 часов;

не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы;

не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО2 обязанность являться в указанный орган два раза в месяц для регистрации в установленные этим органом дни.

Местом отбывания ФИО2 наказания в виде лишения свободы определить исправительную колонию строгого режима.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы подлежит исполнению после отбытия ФИО2 основного наказания в виде лишения свободы.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю – заключение под стражу с содержанием в условиях следственного изолятора.

Срок наказания исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

В срок наказания зачесть время содержания ФИО2 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по день, предшествующий дню вступления настоящего приговора в законную силу включительно, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима (п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ).

Гражданский иск удовлетворить частично, взыскав в ФИО2 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда <данные изъяты>, а в счет понесенных расходов на погребение <данные изъяты>. В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Вещественные доказательства: смывы вещества красно-бурого цвета, простынь, тапки, гипсовую повязку, срезы с ногтевых пластин, две стеклянные стопки, шесть бутылок, два отрезка бумаги со следами пальцев рук ФИО17 уничтожить, кожный лоскут с раны, образец буккального эпителия, образец крови ФИО17, две липкие ленты со следами рук, цифровой оптический диск хранить при деле, кофту, трико и носки возвратить ФИО2

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ивановский областной суд в течение 15 дней со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора.

При подаче апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в заседании суда апелляционной инстанции. Такое ходатайство может быть заявлено осужденным в течение 15 суток со дня вручения ему копии приговора – в апелляционной жалобе, либо в тот же срок со дня вручения копии апелляционной жалобы или представления прокурора, затрагивающих его интересы – в отдельном ходатайстве либо возражениях на жалобу или представление.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции через Кинешемский городской суд <адрес> в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу при условии, что он был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

В случае же пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении, а также в том случае, если приговор не был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции – путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. В случае обжалования приговора в кассационном порядке осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья: В.В. Груздев