Решение № 2-1354/2017 2-1354/2017 ~ М-1294/2017 М-1294/2017 от 6 декабря 2017 г. по делу № 2-1354/2017

Дело № 2-1354/2017


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

07 декабря 2017 года г. Чайковский

Чайковский городской суд Пермского края в составе:

председательствующего Грибановой А.А.,

при секретаре Токуновой Ж.С.,

с участием прокурора Мыц Ю.Б.,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ГБУЗ ПК «Чайковская Центральная городская больница» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Чайковском гражданское дело по иску ФИО4 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Чайковская центральная городская больница» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратилась с иском к ГБУЗ ПК «Чайковская центральная городская больница» о компенсации морального вреда в связи со смертью дочери ФИО1. В обоснование требований указывает, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была сбита автомобилем и доставлена в лечебное учреждение, помещена в травматологическое отделение с диагнозом «Перелом таза без смещения, сотрясение головного мозга». Около 20.00 час. этого же дня, состояние дочери ухудшилось, пациентке была проведена томография мозга, в результате чего выявлен ушиб головного мозга, перелом основания черепа, проведено хирургическое вмешательство. В 01.00 час. ДД.ММ.ГГГГ дочь была помещена в реанимационное отделение, а в 7.30 скончалась. Истец обратилась с заявлением в Минздрав Пермского края о проведении служебной проверки по факту смерти дочери, 04.04.2012г. был получен акт проверки, согласно которому был выявлен ряд нарушений, допущенных лечебным учреждением при оказании медицинской помощи ФИО1

ФИО4 полагает, что смерть близкого человека наступила вследствие ненадлежащего оказания ответчиком медицинской помощи. Виновными действиями медицинских работников лечебного учреждения ей, как матери умершей, причинены физические и глубокие нравственные страдания, повлекшие стрессовое расстройство, нарушение психики, нахождение на лечении длительный период. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

Истец ФИО4 извещена, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, на требованиях иска настаивала.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 на иске настаивала, приводила доводы об оказании медицинской помощи несвоевременно, в недостаточном объеме, недооценке тяжести состояния пациентки, неправильной тактике ведения больной. В результате перенесенной травмы от потери дочери, изменилось психологическое состояние истца, здоровье ФИО4 ухудшилось, она проходила лечение в психиатрической больнице, до настоящего времени находится в депрессивном состоянии, не может полноценно жить и работать. Полагает, что компенсация морального вреда в заявленном размере отвечает требованиям справедливости.

Представитель ответчика ГБУЗ ПК «Чайковская Центральная городская больница» ФИО3 иск не признала, приводила доводы, изложенные в письменном отзыве, в котором указано, что выявленные недочеты в оказании медицинской помощи ФИО1 имели место быть, но причиной смерти больной они не являются. Вина Учреждения не доказана. Страховой компанией выявлены лишь дефекты оформления первичной медицинской документации. Ответчик в полном объеме выполнил необходимый объем лечебно-диагностических мероприятий. С учетом имеющейся травмы предотвращение смертельного исхода пациентки оказалось невозможным (т.1 л.д. 179-185).

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц Министерство здравоохранения Пермского края, филиал ООО «Росгосстрах-Медицина» - «Росгосстрах-Пермь-Медицина» извещены надлежащим образом, представителей в суд не направили, мнение по иску не выразили.

Участвующим в деле прокурором Мыц Ю.Б. дано заключение о наличии оснований для удовлетворения исковых требований с учетом требований разумности и справедливости.

Заслушав пояснения сторон, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам и принадлежат человеку от рождения.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Моральный вред компенсируется лишь при наличии вины причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В силу положений ст. 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Пунктом 3 этого же Постановления установлено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В силу п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно ч. 2 и ч. 3 ст. 98 указанного Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, возмещает юридическое лицо (ст. 1068 ГК РФ).

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи ненадлежащего качества, возмещается медицинскими организациями в полном объеме причиненного вреда, т.е. лечебным учреждением, при наличии вины медицинского персонала в ненадлежащем качестве оказанных услуг.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Пермского края «Чайковская центральная городская больница» является правопреемником Муниципального бюджетного учреждения здравоохранения «Чайковская центральная городская больница» (п. 1.1 Устава ответчика).

Из материалов дела следует:

ФИО1 родилась ДД.ММ.ГГГГ, актовая запись № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно свидетельству о рождении в графе отец указан ФИО5, мать – ФИО6 (л.д. 97).

ФИО1 сменила фамилию на ФИО17, что подтверждается свидетельством о перемене имени (л.д. 37).

ФИО6 вступив в брак, сменила фамилию на ФИО4, что подтверждается свидетельством о браке (л.д. 166).

Из представленных документов установлено, что истец ФИО4 приходится матерью погибшей ФИО1.

ДД.ММ.ГГГГ. в 07.52 час. на <адрес> водитель автомобиля MAZDA-CX-7, с государственным регистрационным знаком № ФИО7, двигаясь в <...> со стороны ул.Советская в направлении ул.Вокзальная совершил наезд на пешехода ФИО1 переходившую проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу.

ДД.ММ.ГГГГ. в 08.33 час. ФИО1 доставлена в приемный покой ГБУЗ ПК «Чайковская центральная городская больница» с травмами различной степени тяжести, помещена в отделении травматологии.

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 умерла, актовая запись № от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 7). Ее смерть наступила от сочетанной травмы тела, сопровождавшейся травматизацией вещества головного мозга, нарушением мозгового крово– и ликворообращения, с кровотечением в боковые желудочки головного мозга, отеком и набуханием вещества головного мозга, кровоизлияниями во внутренние органы и серозные оболочки, посттравматического, гиповолемического шока при явлениях полиорганной недостаточности, что подтверждается медицинскими документами, актом судебно-медицинского исследования трупа от ДД.ММ.ГГГГ. № (т. 1 л.д. 56-58).

Заключением ГКУЗОТ ПК «Пермского краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ. установлено, что между повреждениями, имеющимися у ФИО1, и произошедшим дорожно-транспортным происшествием имеется прямая причинно-следственная связь. Причиной смерти является сочетанная черепно-мозговая травма (т.1 л.д. 59-65).

Истец обратилась с заявлением в Министерство здравоохранения Пермского края о проведении проверки в отношении лечебного учреждения ГБУЗ ПК «Чайковская центральная городская больница» по факту смерти дочери, ФИО1 (т. 1 л.д. 10)

Актом проверки № от ДД.ММ.ГГГГ. выявлены нарушения обязательных требований или требований, установленных муниципальными правовыми актами, выразившиеся в недооценке тяжести состояния пациентки при поступлении в лечебное учреждение, вследствие чего специалистами ГБУЗ ПК «Чайковская центральная городская больница» допущены тактические просчеты – отсутствие динамического наблюдения и активной тактики по обследованию пациентки за ДД.ММ.ГГГГ.; не сделана люмбальная пункция, ЭХО, энцефалография; не выполнена консультация ЛОР-врача; по данным томографии головного мозга выявлены двухсторонние сублиторальные гидромы, операцией дренирована гидрома только слева. Кроме того, при проверке выявлены отдельные нарушения в оформлении медицинской документации (т. 1 л.д. 11-13)

Постановлением Чайковского городского суда № от ДД.ММ.ГГГГ. производство по делу об административном правонарушении в отношении ГБУЗ ПК «Чайковская центральная городская больница» прекращено за истечением срока давности по ч. 3 ст. 19.20 КоАП РФ (т. 1 л.д. 190-191).

На момент смерти ФИО1 была застрахована ЗАО «Капитал Медицинское страхование», полис № от ДД.ММ.ГГГГ. (т. 1 л.д. 163).

ДД.ММ.ГГГГ. между ЗАО «Капитал Медицинское страхование» и МЛПУ «Центральная городская больница» г. Чайковского с прилегающей территорией заключен договор на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию № (т. 1 л.д. 186-189,194-207).

ЗАО «Капитал Медицинское страхование» в силу положения ст.40 Федерального закона от 26.11.2010 года № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», имеет право на контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи медицинскими организациями. Контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи осуществляется путем проведения медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи.

В соответствии с частью 6 статьи 40 Федерального закона № 326-ФЗ экспертиза качества медицинской помощи - выявление нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценка своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.

Экспертиза качества медицинской помощи проводится путем проверки соответствия предоставленной застрахованному лицу медицинской помощи договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, порядкам оказания медицинской помощи и стандартам медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, сложившейся клинической практике.

Экспертом Страховой компании проведена экспертиза качества медицинской помощи, согласно акту № от ДД.ММ.ГГГГ., протоколу оценки качества медицинской помощи выявлен дефект медицинской помощи, предусмотренный п. 4.2 договора №, что является дефектом оформления медицинской документации (т. 1 л.д. 226-229).

Кроме того, из экспертного заключения Страховой компании следует, что выявленные замечания являются в большей степени организационными и не могли повлиять на тяжесть и исход травмы. Смерть больной ФИО1 наступила в результате сочетанной травмы тела: перелома свода и основания черепа, ушиба головного мозга, двухсторонних субдуральных гидром; ушиба грудной клетки и легких; переломов костей таза, разрыва печени (гемоперитонеум 500 мл); ушиба левой почки; травматического шока II-III степени. Сочетанные повреждения сложны для диагностики и лечения. «О тяжести политравмы (сочетанной травмы) свидетельствуют показатели летальности: при изолированных переломах они составляет 2%; при наличии двух тяжелых изолированных повреждений – 4,9%; при тяжелой сочетанной травме, когда имеются тяжелая и не тяжелая изолированная травма (например, перелом костей таза и закрытый перелом костей предплечья) летальность составляет 30,6%; при крайне тяжелой сочетанной травме, когда имеются два тяжелых повреждения (например, перелом костей свода черепа с ушибом головного мозга и перелом костей таза) летальность составляет 61,3%; при сочетании трех и более тяжелых повреждений вероятность летального исхода возрастает до 84,4% (Заседание Президиума РАМН) (т. 1 л.д. 232-239).

Деятельность ЗАО «Капитал Медицинское страхование» прекращена 01.08.2016г. путем реорганизации в форме присоединения, правопреемником выступает ООО «Росгосстрах-Медицина», имеющее на территории Пермского края филиал ООО «Росгосстрах-Медицина» - «Росгосстрах-Пермь-Медицина» (т. 1 л.д. 145-151).

В результате перенесенной психологической травмы истцу причинен моральный вред, ее психическое состояние изменилось, ухудшилось здоровье, она длительное время проходила лечение. Указанные изменения ФИО4 связывает с тем, что смерть дочери наступила вследствие ненадлежащего оказания ответчиком медицинской помощи.

Данные обстоятельства подтверждает медицинскими документами, собственными пояснениями по иску (т. 1 л.д. 29-36, 90-96,100), показаниями свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10

Так, свидетель ФИО8 суду пояснил, что проходил лечение в травматологии в феврале 2012г., видел, как привезли ФИО1, она кричала говорила, что ей больно. Ей ставили обезболивающие лекарства, но они помогали не надолго. Потом пришла ФИО4, ее мать, искала врача и медсестер, спрашивала о состоянии дочери, просила обратить внимание на травму головы. Ей говорили, что бы она успокоилась, они знают, что делают. Потом видел ФИО1 ближе к вечеру, у нее была обрита голова, сказали, что ее повезли на томографию. На утро следующего дня узнал, что ФИО1 умерла.

Свидетель ФИО9 пояснила, что общалась с ФИО4 по работе, знала ее как позитивного и общительного человека. Случайно узнала о смерти ФИО1, пыталась поддержать Веронику, но после смерти ее дочери общаться стало невозможно, общение заканчивалось истерикой и слезами. Ввиду раздражительности, чрезмерной утомляемости, необходимости дневного сна ФИО4 меняет место работы, посещает психиатра, принимает препараты.

Свидетель ФИО10 пояснила, что знает истца с детства, дружили и жили в одном доме, стали близко общаться за 3-4 года до ДТП, после которого дочь ФИО4 умерла. Знает истца, как жизнерадостного человека, но после смерти дочери она замкнулась, ни с кем не общается, не может работать в коллективе, лечилась в психиатрической больнице, принимает лекарства. Боится за сына и внучку, оберегает их. Винит врачей в смерти ФИО1, что не смогли ничего сделать, чтобы спасти дочь.

Ответчик ГБУЗ ПК «Чайковская центральная городская больница» оспаривает наличие каких-либо нарушений или дефектов при проведении лечения ФИО1, ссылаясь на качественное предоставление медицинской помощи с учетом состояния истца и полученных ею в дорожно-транспортном происшествии травм.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Поскольку разрешение вопросов о качестве оказания медицинских услуг, наличии причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и смертью ФИО1, а также ухудшением состояния здоровья истца, требует специальных знаний в области медицины человека, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ. по делу назначена комиссионная посмертная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ГКУЗОТ ПК «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», комплексная амбулаторная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая психиатрическая больница».

Заключением комиссионной посмертной судебно-медицинской экспертизы ГКУЗОТ ПК «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ установлено следующее:

Изучение представленных медицинских документов показывает, что при оказании медицинской помощи ФИО1 были допущены следующие недостатки (дефекты):

- доминирующая клиника травматического шока у пациентки при поступлении являлась показанием для госпитализации ее в отделение реанимации для активного наблюдения с контролем жизненно важных функций и проведения терапии, что было выполнено только через 13 часов 27 минут после поступления, т.е. с опозданием;

- не адекватная противошоковая терапия: учитывая некомпенсированное состояние гиповолемии (уменьшение объема циркуляции крови) у ФИО1, о чем свидетельствуют низкое артериальное и центральное венозное давление, наличие компенсаторной тахикардии (учащенное сердцебиение), а также показатели общего анализа крови (снижение показателей красной крови), необходима была корректировка количества и качества вводимых ей жидкостей и их соотношение (коллоиды, кристаллоиды, кровь и ее компоненты), чего не было выполнено.

Анализ медицинских документов на имя ФИО1 и описательная часть акта судебно-медицинского исследования трупа от ДД.ММ.ГГГГ. № дают основание сделать вывод о наличии у нее следующих телесных повреждений, составляющих в совокупности сочетанную травму:

- закрытая черепно-мозговая травма: ушибленная рана в теменнл-затылочной области слева, ссадины на спинке носа, в скуловой области справа, кровоизлияния в мягких тканях в теменно-затылочной области слева, линейный перелом затылочной кости слева переходящий на основание черепа, субарахноидальные (под мягкой мозговой оболочкой) кровоизлияния на конвекситальной и базальной поверхностях полушарий головного мозга, кровоизлияния в желудочки головного мозга, очаги ушиба головного мозга в правой лобной и височной долей;

- закрытая травма живота в виде разрыва правой доли печени с кровоизлиянием в брюшную полость, кровоизлияния в правом куполе диафрагмы, в капсуле селезенки, кровоизлияние в ткани левой почки;

- закрытые переломы лонной и седалищной костей справа;

- кровоизлияния в мягких тканях ягодичной области справа и левой голени;

- кровоподтеки на верхних и нижних конечностях;

- ссадина в поясничной области.

Причиной смерти ФИО1 явилась сочетанная травма в виде закрытой черепно-мозговой травмы, закрытой травмы живота, закрытых переломов лонной и седалищной костей справа, кровоизлияний в мягких тканях ягодичной области справа и левой голени, кровоподтеков на верхних и нижних конечностях, ссадины в поясничной области. Таким образом, между сочетанной травмой и наступлением смерти ФИО1 имеется причинно-следственная связь.

Указанные выше недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи сами по себе не являются причиной наступления смерти ФИО1 от сочетанной травмы, но были факторами, которые не дали возможности изменить негативный характер течения патологического процесса. Таким образом, дефекты оказания медицинской помощи в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1 не находятся.

Согласно данным медицинской литературы, госпитальная летальность при сочетанных травмах, подобных имеющейся у ФИО1, достигает 50,2-51,7% (1,2,3).

Экспертиза проведена в соответствии с «Порядком организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях РФ», утвержденным приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 12.05.2010г. № 346н, с использованием аналитического метода исследования (т. 2 л.д. 6-17)

Оснований не доверять выводам комиссии экспертов у суда не имеется, экспертиза назначена и проведена в соответствии с нормами действующего законодательства, доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

Заключение комиссионной посмертной судебно-медицинской экспертизы ГКУЗОТ ПК «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № отвечает требованиям относимости, допустимости и достоверности доказательства по делу.

Выводы экспертной комиссии, указанные в заключение №, суд принимает за основу при принятии настоящего решения, поскольку экспертиза проведена в порядке, установленном гражданско-процессуальным законодательством, эксперты, проводившие экспертизу, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, из содержания заключения следует, что лица, проводившие экспертные исследования, имеют специальное образование и стаж работы по специальности, каких-либо оснований не доверять выводам, изложенным в заключение, у суда не имеется. Кроме того, выводы экспертов последовательны, сделаны путем анализа медицинских документов пациентов, являющихся первичной медицинской документацией, представленные с материалами гражданского дела, при отсутствии каких-либо противоречий.

Каких-либо оснований для переоценки соответствующих выводов экспертной комиссии суд не усматривает.

При этом следует обратить внимание на то, что выводы экспертов, в совокупности с доказательствами, исследованными по делу, подтверждают влияние факта некачественно оказанной медицинской помощи на исход патологического процесса. Несмотря на то, что недостатки оказания медицинской помощи не находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1, их наличие, с учетом сведений о возможном благоприятном исходе даже при таких тяжелых травмах в рассматриваемом случае (50,2-51,7% летальных случаев), усугубило наступившие последствия, что безусловно является основанием для вывода о причинении вреда ответчиком.

Отсутствие прямой причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи лечебным учреждением и смертью ФИО1 не исключает гражданско-правовую ответственность за некачественно оказанную медицинскую услугу.

Нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, не предусматривают как основание для возмещения ущерба только прямую причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими последствиями, для определения деликтных обязательств требуется лишь ее наличие как таковой. Поэтому причинно-следственная связь как условие деликтной ответственности должна была быть установлена не только при совершении противоправных действий, но и при неправомерном бездействии из-за несовершения ответчиком действий по оказанию качественной медицинской помощи при оперативном вмешательстве и спасению жизни пациента.

Таким образом, суд приходит к выводу, что недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи сами по себе не явились причиной наступления смерти ФИО1, но были факторами, которые не дали возможности изменить негативный характер течения патологического процесса, что безусловно является основанием для вывода о причинении вреда.

С учетом изложенного, исковые требования ФИО4 о взыскании морального вреда подлежат удовлетворению.

Истец ссылается на имевшие для нее тяжелые последствия от действий ответчика, ухудшение состояние здоровья. Для оценки степени нравственных страданий и выявление причинно-следственной связи предмета спора с болезненным расстройством психической деятельности истца, назначалась амбулаторная психолого-психиатрическая экспертиза.

При экспериментально-психологическом исследовании у ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ выявлены индивидуально-психологические особенности: просоциальность установок, ответственность, независимость взглядов, требовательность к себе и другим, настойчивость в достижении желаемого, потребность в признании, уязвимость самолюбия, повышенная сенситивность к внешнесредовым воздействиям, ранимость, обидчивость, мнительность, ригидность и обстоятельность в подходе к проблемам, прямолинейность, склонность к фиксации на отрицательно окрашенных событиях и переживаниях, имеющих субъективную значимость их накоплению, тенденции к формированию сверхценных идей, трудности межличностного взаимодействия и нахождения конструктивных способов решения проблем. Диагностировано психогенно-невротический патопсихологический симптомокомплекс тревожно-депрессивного состояния.

Заключением комиссии экспертов ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая психиатрическая больница» № от ДД.ММ.ГГГГ. установлено, что в амбулаторных условиях в отношении ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ дать ответы на интересующие суд вопросы не представилось возможным. Для решения диагностических и экспертных вопросов рекомендуется проведение стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы (т. 2 л.д. 20-24).

От прохождения комплексной стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизы, назначенной определением от ДД.ММ.ГГГГ., истец ФИО1 отказалась.

Согласно ч. 3 ст. 79 ГПК РФ, при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

Таким образом, истцом не представлено доказательств наличие причинно-следственной связи действий ответчика и диагностированным заболеванием.

Право на возмещение вреда в связи со смертью ФИО4 имеют члены его семьи, в данном случае мать потерпевшей.

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО4 потеряла самого дорогого и близкого для нее человека – свою дочь. Указанная утрата является для нее невосполнимой.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей истца. Указанные обстоятельства подробно изложены в решении суда.

Определяя размер вреда, суд также принимает во внимание степень вины причинителя вреда, с учетом характера и степени полученных ФИО1 травм в дорожно-транспортном происшествии, выводов экспертов относительно вероятности предотвращения смертельного исхода, степень родства истца с погибшей, необходимости соблюдения принципов разумности и справедливости, и приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты>

ГКУЗ ПК «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» заявлено о возмещении расходов в связи с проведением экспертизы.

Определением суда о назначении экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ расходы по оплате услуг возложены на стороны в равных долях. Экспертным учреждением выставлены счета сторонам на оплату по <данные изъяты> каждому.

ГБУЗ ПК «Чайковская центральная городская больница» произвела оплату в сумме <данные изъяты> на основании платежного поручения от ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты>. Поскольку возмещение расходов по экспертизе произведено лишь в части, экспертная организация обратилась в суд с заявлением о возмещении понесенных расходов в сумме <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ истцом произведена оплата расходов по проведению экспертизы в сумме <данные изъяты> (чек-ордер от ДД.ММ.ГГГГ).

Оставшаяся сумма расходов за проведение экспертизы в размере <данные изъяты> подлежит возмещению.

В соответствии с абз. 2 ч. 2 ст. 85 ГПК РФ вопрос о возмещении указанных расходов разрешается судом с учетом положений ч. 1 ст. 96 и 98 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.

При разрешении вопроса о взыскании судебных издержек в случае, когда денежная сумма, подлежащая выплате экспертам, не была предварительно внесена стороной на счет суда в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 96 ГПК РФ, денежная сумма, причитающаяся в качестве вознаграждения экспертам за выполненную ими по поручению суда экспертизу, подлежит взысканию с проигравшей гражданско-правовой спор стороны.

При таких обстоятельствах, учитывая, что решение суда состоялось в пользу истца, суд приходит к выводу о взыскании расходов за проведение комиссионной посмертной судебно-медицинской экспертизы с ГБУЗ ПК «Чайковская Центральная городская больница» в пользу Государственного казенного учреждения здравоохранения особого типа Пермского края «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» подлежат взысканию расходы за проведение экспертизы в размере <данные изъяты>, в пользу истца подлежит возмещению сумма <данные изъяты>.

В силу ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

С ГБУЗ ПК «Чайковская Центральная городская больница» подлежит взысканию государственная пошлина в местный бюджет в размере <данные изъяты>.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ,

р е ш и л:

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Чайковская центральная городская больница» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда <данные изъяты>, возмещение расходов за оплату экспертизы – <данные изъяты>, всего <данные изъяты>, в остальной части иска отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Чайковская центральная городская больница» в пользу Государственного казенного учреждения здравоохранения особого типа Пермского края «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» расходы за проведение комиссионной посмертной судебно-медицинской экспертизы – <данные изъяты>.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Чайковская центральная городская больница» госпошлину в местный бюджет <данные изъяты>.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме в Пермский краевой суд через Чайковский городской суд.

Судья: