Решение № 2-2/2020 2-2/2020(2-70/2019;2-4408/2018;)~М-3238/2018 2-4408/2018 2-70/2019 М-3238/2018 от 10 февраля 2020 г. по делу № 2-2/2020

54RS0№-03

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 февраля 2020 года <адрес>

Центральный районный суд <адрес> в составе:

Председательствующего судьи Стебиховой М.В.

с участием прокурора Сниккарс А.Н.,

при секретаре Копцевой Д.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску И. О. А. к ГБУЗ НСО «Станция скорой медицинской помощи» о компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Истец обратилась в суд с иском, в котором просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 25000000 руб., штраф.

В обоснование иска указала, что ДД.ММ.ГГГГ у ее супруга И. Д.И., ДД.ММ.ГГГГ г.р. случился приступ – острая боль в области сердца, ей был осуществлен звонок в скорую помощь. Несмотря на описанные ей симптомы, по вызову прибыла только фельдшер, которая сразу сказала, что необходима бригада, однако никаких самостоятельных действий по оказанию помощи И.Д.И. ДД.ММ.ГГГГ г.р. она не предприняла. Действия второй прибывшей бригады считает непрофессиональными. Также считает непрофессиональными действия диспетчера, принявшего вызов и неверно оценившего ситуацию, направив на вызов только фельдшера. В результате чего, ее супруг И. Д.И., ДД.ММ.ГГГГ г.р. скончался. От начала вызова скорой помощи до момента установления смерти прошло более 1 часа, что считает достаточным для прибытия реанимационной бригады и оказания своевременной медицинской помощи, однако скорая медицинская помощь была оказана несвоевременно. Считает, что состав выездной бригады скорой медицинской помощи, направленной для оказания медицинской помощи И.Д.И., ДД.ММ.ГГГГ г.р., не соответствовал ни одному из установленных Правил. Полагает, что действия медицинских работников по оказанию медицинской помощи И. Д.И. выполнены с нарушением действующих Инструкций и Правил, в связи с чем, наступила смерть ее супруга.

Истец И.О.А. в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала, дала пояснения.

Представители истца Ф.Г.В., М.Е.О. в судебном заседании исковые требования поддержали, дали пояснения, предоставили пояснения в письменном виде, заявили ходатайство об освобождении истца от расходов по оплате судебной экспертизы в связи с материальным положением.

Представитель ответчика К.Ю.В. в судебном заседании исковые требования не признал, предоставил письменные возражения на иск.

Выслушав мнение лиц участвующих в деле, прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, исследовав собранные по делу доказательства, допросив свидетелей, прослушав аудиозапись, обозрев медицинские документы, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что истец И.О.А. состояла в браке с И.Д.И. до его смерти (Т. 1 л.д. 26), И.Д.И. умер ДД.ММ.ГГГГ (Т. 1 л.д. 25).

Из пояснений истца И.О.А. в судебном заседании следует, что ДД.ММ.ГГГГ ее супруг вышел из дома с целью переставить автомобиль, через 3-5 минут он вернулся обратно домой, она открыла дверь, он ввалился в квартиру, был бледный, затруднено дыхание, он сел на пол. Она позвонила в скорую помощь, вызвала бригаду. Потом звонила повторно, спрашивала какие действия ей производить, ей ответили, что супруга необходимо уложить на бок и держать язык. По вызову приехала молодая девушка фельдшер, которая зашла и сразу сказала, что требуется бригада, она сама ее вызвала со своего телефона, после чего стала присоединять аппарат ЭКГ, в это время ее супруг терял сознание, приходил в себя. Фельдшер поставила ему катетер, ее супруг показывал на спину, что у него боль в спине. После чего отключился. Фельдшер сказала стащить его на пол, после того как они его стащили на пол, приехала бригада, врач сразу сказал, что нужен дефибриллятор, но его так и не использовали, потом супругу поставили маску на лицо, стали вставлять трубку, видимо неправильно, так как начал вздуваться живот, после чего стали делать искусственную вентиляцию легких, массаж сердца, ставить уколы, потом врач сказал, что супруг умер.

Допрошенная в судебном заседании свидетель К.А.А. фельдшер, первая приехавшая по вызову, суду пояснила, что приехав на вызов она увидела что мужчина лежит на кровати без сознания, оценила его состояние как крайне тяжелое, позвонила и вызвала на себя врачебную бригаду. Установила катетер в предплечье, начала записывать ЭКГ, во время записи которого произошла остановка сердца. Мужчину уложили на пол и она стала производить сердечно-легочную реанимацию – непрямой массаж сердца, вводила адреналин. После чего приехала врачебная бригада. Искусственную вентиляцию легких она не производила. На вопрос суда об установке воздуховода, о чем имеется запись в карте вызова, пояснила, что не помнит как его ставила. Мешок Амбу не использовала, так как в рабочей сумке его не было, он был в машине.

Свидетель А.В.И., врач прибывшей второй бригады, суду пояснил, что после приезда его бригады у мужчины не было дыхания, по внешним признакам было видно, что произошла клиническая смерть. Был ли установлен воздуховод, не помнит точно, вздутие живота при искусственной вентиляции легких не было, все было типично. ИВЛ производилось через трубку мешком Амбу, производился непрямой массаж сердца.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ НСО «Новосибирское областное клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы», проведенной в рамках до следственной проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть И.Д.И. наступила от отека легких, который является показателем острой сердечной недостаточности (внезапная сердечная смерть), что подтверждается макро- и микроскопическими признаками, обнаруженными при исследовании трупа; при экспертизе трупа телесные повреждения не обнаружены (Т. 1 л.д. 56-61).

Протоколом заседаний врачебной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной ответчиком, нарушений в действиях бригад СМП, а также нарушений при оказании медицинской помощи И.Д.И. не установлено (Т. 1 л.д. 39-43).

Согласно статье 3 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10.12.1948г., каждый человек имеет право на жизнь,

В силу ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ч.1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При этом привлечения ответчика к деликтной ответственности истец должен доказать наличие состава правонарушения: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда; причинную связь между наступлением вреда и противоправным поведением; вину причинителя вреда.

В соответствии с ч. 2 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в РФ" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством РФ за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

На основании п. 2 ч. 1 ст.79 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская организация обязана: организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

В силу ч. 5 ст. 35 названного федерального закона, скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь оказывается гражданам при заболеваниях, несчастных случаях, травмах, отравлениях и других состояниях, требующих срочного медицинского вмешательства. Скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь медицинскими организациями государственной и муниципальной систем здравоохранения оказывается гражданам бесплатно.

В силу ч. 1 ст. 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ N 388н утвержден Порядок оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи (далее по тексту – Порядок оказания скорой медицинской помощи).

Определением Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ была назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено ФГБУ «Российский центр судебно-медицинских экспертиз».

По итогам проведения экспертизы, экспертами были сделаны следующие выводы (Т. 1 л.д. 191-220).

Установление соответствия оказанной медицинской помощи стандартам медицинской помощи, является медико-экономическим контролем качества оказания медицинской помощи и осуществляется в рамках экспертизы качества оказания медицинской помощи и в связи с этим, не входит в компетенцию судебно-медицинской экспертной комиссии.

Согласно данным из карты вызова скорой медицинской помощи (СМП) № от ДД.ММ.ГГГГ, после оформления вызова к И.Д.И. и передачи его на исполнение, бригада СМП (в составе одного фельдшера) прибыла на место вызова через 9 минут, что укладывается в рамки транспортной доступности. Однако, согласно Рекомендациям Европейского совета по реанимации в пересмотре 2015 г., утвержденными Национальным советом по реанимации РФ в 2016 г., в части касающейся проведения базового комплекса СЛР с первоочередным приоритетом компрессий грудной клетки, фельдшером были допущены перерывы в компрессиях с целью внутривенного введения раствора адреналина. В 12:27, к И.Д.И. была направлена специализированная бригада СМП (состав бригады: врач, два фельдшера). Согласно данным карты вызова СМП № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ НСО «Станция скорой медицинской помощи»: прибытие на место вызова в 12:37. Выявленные недостатки (перерывы в компрессиях с целью внутривенного введения раствора адреналина) не оказали отрицательного влияния на состояние здоровья И.Д.И., и не состоят в причинной связи с наступлением его смерти. Таким образом, смерть И. Д.И. в причинно-следственной связи с действиями медицинских работников скорой медицинской помощи не находится.

Диспетчером были выполнены требования приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи» в полном объеме. Рекомендации, данные по телефону специалистами СМП И. О.А. соответствовали требуемым мероприятиям.

В данном случае, после приема вызова к И.Д.И., диспетчером была направлена линейная бригада СМП (в составе одного фельдшера). Выезд на вызов 12:18, прибытие на место вызова 12:28. Одновременно с этим, в 12:27, к И. Д.И. была направлена специализированная бригада СМП (состав бригады: врач, два фельдшера). Таки образом, при оказании медицинской помощи И.Д.И. были соблюдены требования приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи». Составы первой и второй бригад СМП соответствовали существующим нормам.

Смерть И.Д.И. наступила от острого нарушения ритма сердца (неуточненного) до развития асистолии, осложнившееся острой сердечно-легочной недостаточностью. Прогноз при любой разновидности острого нарушения ритма сердца (до асистолии) неблагоприятный. Вероятность успешного восстановления ритма при полной асистолии (даже при правильно проведенной СЛР) прогностически крайне мала.

Медицинская помощь И.Д.И. была оказана своевременно, правильно, в полном объеме в соответствии с требованиями приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи» и в соответствии с действующими Рекомендациями Европейского совета по реанимации в пересмотре 2015 года, утвержденными Национальным советом по реанимации РФ в 2016 году.

Выявленные недостатки (перерывы в компрессиях с целью внутривенного введения раствора адреналина) не оказали отрицательного влияния на состояние здоровья И.Д.И., и не состоят в причинной связи с наступлением его смерти.

Таким образом, смерть И. Д.И. была не предотвратима.

Данное экспертное заключение было оспорено стороной истца, поскольку вопрос о качестве оказания медицинской помощи И.Д.И. разрешен не был, так же не разрешен вопрос о действиях фельдшера К. А.А., которые она проводила с И. Д.И., данные о которых отсутствуют в медицинских документах.

Поскольку в указанном экспертном заключении не нашел своего отражения вопрос о качестве оказанной И. Д.И. скорой медицинской помощи, а также поскольку экспертами не были исследования показания свидетеля К. А.А., данные ей в ходе судебного разбирательства, которые противоречат данным медицинской карты вызова скорой медицинской помощи, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена повторная судебная экспертиза, производство которой было поручено Северо-Западному бюро судебных экспертиз.

Заключением экспертов Северо-Западного бюро судебных экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ №-МЭ сделаны следующие выводы (Т. 2 л.д. 32-111):

Согласно данным патологоанатомического исследования трупа И.Д.И., причиной его смерти явилась внезапная сердечная смерть.

Внезапная смерть - «непредвиденное смертельное событие», не связанное с травмой и возникающее в течение 1 часа с момента появления симптомов у практически здорового человека. Термин «внезапная сердечная смерть» (ВСС) используется если погибший при жизни имел врожденное или приобретенное, потенциально опасное для жизни заболевание сердца, или при вскрытии обнаружено заболевание сердца или сосудов, которое могло быть причиной ВС, или при вскрытии не выявлено других внесердечных причин смерти и предполагается, что смерть могла быть вызвана аритмией. Касаемо И. Д.И., при его вскрытии не выявлено других внесердечных причин смерти.

Согласно изученным материалам (карты вызова скорой медицинской помощи № и 695/2 от ДД.ММ.ГГГГ, данные материалов дела), в процессе осмотра фельдшером К.А.А у И. Д.И. (запись ЭКГ) развилась остановка сердечной деятельности, при этом объективных обстоятельств или заболеваний, послуживших причиной - не установлено. По своему патофизиологическому содержанию ВСС является следствием остановки сердечной деятельности. Следовательно, внезапная остановка сердца представляет собой угрожающее жизни состояние, могущее само по себе привести к смерти пациента.

Согласно Рекомендациям Европейского совета по реанимации в пересмотре 2015 г., утвержденным Национальным советом по реанимации РФ в 2016 г., в части касающейся проведения базового комплекса СЛР первоочередным приоритетом является именно компрессия грудной клетки, однако фельдшером были допущены перерывы в компрессиях с целью внутривенного введения раствора адреналина. При этом, как отмечено в тех же рекомендациях, единственно возможного способа выполнения реанимационных мероприятий не предписано; они лишь представляют общепринятое мнение о том, как проводить реанимационные мероприятия безопасно и эффективно.

Таким образом, фельдшерская и врачебная бригады при проведении СЛР должны были руководствоваться в обязательном порядке приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти».

Согласно медицинской документации, фельдшерской и врачебной бригадами, было выполнены все мероприятия, имеющие частоту предоставления «1» (100%) согласно приказа М3 РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, требования данного стандарта скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти были выполнены в полном объёме.

Однако, при изучении материалов, представленных на экспертизу, выявлено несоответствие между записями в медицинской документации фельдшерской бригадой (К. А.А.) и данными допроса К. А.А.

Необходимо отметить, что противоречие между медицинскими данными и данными дела не могут служить дефектом ведения документации или оказания медицинской помощи, т.к. вопрос о том, каким материалам (доказательствам) верить, а каким - нет, решает суд.

Таким образом, на основании вышеизложенного можно заключить, что действия второй медицинской бригады в составе врача и двух фельдшеров по оказанию медицинской помощи и проведению сердечно-легочной реанимации И. Д.И. соответствовали стандарту скорой помощи при внезапной сердечной смерти и не повлекли за собой неблагоприятные последствия в виде смерти И. Д.И.

Объективно и обоснованно ответить на вопросы № «Имелись ли в действиях медицинских работников ГБУЗ НСО «Станция скорой медицинской помощи» ДД.ММ.ГГГГ при оказании скорой медицинской помощи И.Д.И. несоответствия существующим Правилам, стандартам, инструкциям, порядкам, с медицинской точки зрения если да, то какие? Повлекли ли они за собой неблагоприятные последствия в виде смерти И. Д.И.?», №.«Соответствовали ли действия, изложенные в карте вызова скорой медицинской помощи, первой медицинской бригады в составе одного фельдшера по оказанию медицинской помощи и проведению сердечно-легочной реанимации И. Д.И. существующим Правилам, стандартам, инструкциям, порядкам, с медицинской точки зрения? Повлекли ли они за собой неблагоприятные последствия в виде смерти И. Д.И.?», № «Соответствовали ли действия фельдшера, изложенные в протоколе судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ при допросе свидетеля К.А.А. в части того, что фельдшер не производила искусственное дыхание «рот в рот», а также в части неиспользования ей мешка АМБУ, первой медицинской бригады в составе одного фельдшера по оказанию медицинской помощи и проведению сердечно-легочной реанимации И.Д.И. существующим Правилам, стандартам, инструкциям, порядкам, с медицинской точки зрения? Повлекли ли они за собой неблагоприятные последствия в виде смерти И. Д.И.?», не представляется возможным, т.к. противоречия между медицинскими данными и данными дела, касаемо действий фельдшера К. А.А. при оказании медицинской помощи И.Д.И. не позволяют провести объективное исследование.

Согласно Приказу Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ № н. «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи», (далее - Порядок): п.10. В случае поступления вызова скорой медицинской помощи в экстренной форме на вызов направляется ближайшая свободная общепрофильная выездная бригада скорой медицинской помощи или специализированная выездная бригада скорой медицинской помощи.

Таким образом, первоначальное направление диспетчером специализированной бригады для оказания медицинской помощи И. Д.И. не было обязательным и не повлекли за собой неблагоприятные последствия в виде смерти И. Д.И.

Учитывая жалобы, на которые указала И.О.А. при вызове СМП, вызов СМП был в экстренной форме, и диспетчер отправила на вызов ближайшую общепрофильную бригаду.

При этом, приложением 2 к Порядку установлено: п.7. Общепрофильная фельдшерская выездная бригада скорой медицинской помощи включает либо двух фельдшеров скорой медицинской помощи и водителя, либо фельдшера скорой медицинской помощи, медицинскую сестру (медицинского брата) и водителя. Для организации деятельности общепрофильной фельдшерской выездной бригады скорой медицинской помощи используется автомобиль скорой медицинской помощи класса "А" или "В".

Из материалов, представленных на исследование следует, что первой на вызов приехала бригада скорой медицинской помощи № (номер машины 584) в составе 1 фельдшер – К. и водитель – А. (карта вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ). Второй на вызов приехала бригада скорой медицинской помощи № (машина № А003ЕК) в составе: врач – А.В.И.; фельдшер – У.; фельдшер – Р.; водитель – К. (карта вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ). Таким образом, первая бригада не соответствовала п. 7 приложения № Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ № и. «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи». Состав второй бригады соответствовал требованиям п. 8 приложения № Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ № и. «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи». Вышеуказанное не повлекло за собой неблагоприятные последствия в виде смерти И. Д.И.

Диспетчер в соответствии с п.10 Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ № н. «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи» своевременно и верно направил на экстренный вызов ближайшую бригаду СМП.

Таким образом, на основании вышеизложенного, можно утверждать, что действия диспетчера по направлению первой и второй бригад, были адекватны поступившей информации о состоянии здоровья пациента и соответствовали Порядку оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи и не повлекли за собой неблагоприятные последствия в виде смерти И. Д.И.

На вопрос №: «Была ли вероятность предотвращения смерти И.Д.И., если бы диспетчером повторно была направлена специализированная бригада скорой медицинской помощи, а не общепрофильная бригада «с преимущественным обслуживанием кардиологических больных»? объективно ответить не предсатавляется возможным, поскольку рассуждения по предмету вопроса № можно отнести, и то осторожно, к области знаний теории вероятности, что выходит не только за рамки компетенции судебно-медицинского эксперта, но и за пределы судебной экспертизы в целом, т.к. противоречит требованиям нормативно-правовых актов, регулирующих проведение судебных экспертиз, в частности, требованию дачи экспертом объективных и обоснованных ответов. Объективной методики выявления и оценки вероятности наступления события при описании эфемерной ситуации на текущий момент нет.

Сделан вывод также о том, что фельдшер (медицинская сестра) по приему и передаче вызовов станции (подстанции, отделения) скорой медицинской помощи не обязан давать рекомендации по телефону в период ожидания прибытия бригады скорой медицинской помощи. Рекомендации диспетчера, данные И. О.А. по телефону в период ожидания бригады были направлены на предотвращение западения языка и асфиксии рвотных масс, и не повлекли за собой неблагоприятные последствия в виде смерти И. Д.И.

Указано также на отсутствие объективных данных медицинской документации, заключения эксперта (экспертиза трупа), подтверждающих «вздутие живота» при проведении СЛР.

Стороны не оспаривали данное заключение эксперта.

Вместе с тем, учитывая, что экспертами не дан ответ на вопрос о причинно-следственной связи между бездействием фельдшера К. А.А., указанными ей в ходе допроса в судебном заседании и смертью И.Д.И., определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой было поручено Международному бюро судебных экспертиз, оценки и медиации.

Перед экспертами был поставлен вопрос: Состоят ли в причинно-следственной связи со смертью И.Д.И. бездействия фельдшера К. А.А., в части того, что в судебном заседании фельдшер пояснила, что не производила И. Д.И. искусственное дыхание «рот в рот», не использовала мешок АМБУ при проведении реанимационных мероприятий? (пояснения содержатся в протоколе судебного заседания в Т. 1 на л.д. 125 оборот-126.

Заключением эксперта №П 304-12/19 от ДД.ММ.ГГГГ сделаны выводы Т. 2 л.д. 164-194): Согласно представленной медицинской документации, медицинская помощь, оказанная бригадами скорой медицинской помощи И. Д.И., соответствовала Приказу М3 РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти»; Клиническим рекомендациям (протокол) оказания скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти, разработанными кафедрой скорой медицинской помощи Северо-западного государственного медицинского университета им. И.И. Мечникова. 2017.

Действия фельдшера (см. протокол судебного заседания по гражданскому делу № от ДД.ММ.ГГГГ), прибывшего к И. Д.И. не соответствовали существующим нормативным документам: Приказу М3 РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти» (услуга АДД.ММ.ГГГГ, кратность применения - 1); Клиническим рекомендациям (протокол) оказания скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти, разработанными кафедрой скорой медицинской помощи Северо-западного государственного медицинского университета им. И.И. Мечникова, 2017 (п. 10, раздел «неотложная помощь»). Принимая во внимание клиническую картину, описанную в карте вызова скорой медицинской помощи № ГБУЗ НСО «ССМП», а также причину наступления смерти - внезапная сердечная смерть (подробно см. Заключение эксперта (экспертиза трупа) № ГБУЗ НСО «НОКБСМЭ» на имя И. Д.И., ДД.ММ.ГГГГ г.р. и раздел Данные гистологического исследования), ухудшение состояния здоровья И.Д.И. было обусловлено характером и тяжестью заболевания, в соответствии с п. 24 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», выявленный дефект оказания медицинской помощи не рассматривается как причинение вреда здоровью, следовательно и причинно - следственная связь между бездействием фельдшера и смертью И.Д.И. экспертами не выявлена.

Согласно Приказу Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ N 454н "Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти" (Зарегистрировано в Минюсте России ДД.ММ.ГГГГ N 42861) услуга АДД.ММ.ГГГГ, о которой говорится в экспертном заключении – искусственная вентиляция легких.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами (статья 41 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации").

В соответствии со ст. 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" при производстве судебной экспертизы эксперт независим, не может находиться в какой-либо зависимости от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела. Эксперт дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями

Согласно ст. 8 указанного закона, эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

В соответствии со ст. 5 указанного закона, под всесторонностью исследований следует понимать недопустимость проведения исследований только в соответствии со сложившейся у исследователя экспертной версией, поиска только фактов, подтверждающих ее и игнорирования любых остальных. Обычно принцип всесторонности непосредственно связан с принципом полноты исследования.

Проанализировав содержание заключений судебных экспертиз, проведенных в Северо-Западном бюро судебных экспертиз, а также в ООО «МБЭКС», суд приходит к выводу о том, что они в полном объеме отвечают требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, друг другу не противоречат, а лишь дополняют. Экспертизы проведены экспертами, имеющими высшее образование, соответствующую квалификацию. Экспертное заключение содержит подробное описание произведенных исследований, эксперты приводят соответствующие данные из представленных в распоряжение экспертов материалов, указывают на применение методов исследований, основываются на исходных объективных данных.

Каких-либо оснований сомневаться в объективности анализа и оценки результатов исследования, достоверности и правильности выводов экспертов не имеется.

Поскольку заключение эксперта ФГБУ «Российский центр судебно-медицинских экспертиз» не содержит ответов на все поставленные судом вопросы, суд не принимает его в качестве доказательства по делу.

Из заключений судебных экспертиз следует, что смерть И.Д.И. наступила по причине ВСС (внезапная сердечная смерть).

В качестве дефектов оказания скорой медицинской помощи экспертами выявлено: несоответствие первой прибывшей бригады п. 7 приложения № Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ № Н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи», а также бездействие фельдешера К. А.А. в части отсутствия искусственной вентиляции легких.

Как разъяснено в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При этом, как предусмотрено ст. 55 Гражданского процессуального кодекса РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Оценив все представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, их достаточность и взаимную связь в совокупности, суд приходит к выводу, что каких-либо доказательств тому, что выявленные дефекты оказания скорой медицинской помощи И. Д.И. (несоответствие первой бригады п. 7 приложения № Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ № Н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи», а также несоответствие действий фельдшера К.А.А. Приказу ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти» (услуга АДД.ММ.ГГГГ, кратность применения - 1) не состоят в причинно-следственной связи со смертью И. Д.И., в материалах дела таких доказательств не имеется, ни одной из проведенных экспертиз данные обстоятельства не установлены.

Дефект оказания медицинской помощи, указанный в исковом заявлении в виде «вздувания живота» какими-либо объективными доказательствами не подтвержден, из медицинских документов данное обстоятельство ни экспертами ни судом не установлено.

На основании изложенного, доводы истца о наличии морального вреда вследствие недостатка оказания медицинской помощи И.Д.И. не являются основанием для удовлетворений требований истца, поскольку указанные дефекты оказания медицинской помощи не состоят в причинно-следственной связи с наступлением летального исхода И.Д.И., в связи с чем данные действия сотрудников ответчика не свидетельствуют о том, что истцу причинен моральный вред, поскольку нравственные страдания в данном случае обусловлены смертью близкого родственника.

Вопреки доводам искового заявления, Закон РФ «О защите прав потребителей» не применим к рассматриваемым исковым требованиям, поскольку в данном случае применяется ст. 151 Гражданского кодекса РФ, устанавливающая общие основания возмещения морального вреда. Медицинские организации несут ответственность в соответствии с законодательством РФ за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в РФ"), а вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании медицинской помощи, возмещается в объеме и порядке, установленных законодательством РФ (ч. 3 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в РФ").

Как установлено судом, скорая медицинская помощь И. Д.И. оказывалась бесплатно.

Постановление Пленума ВС РФ от 28.06.21012 № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» распространяет на отношения по предоставлению гражданам только платных медицинских услуг, чего в настоящем деле не имелось.

На основании вышеизложенного, суд отказывает в удовлетворении исковых требований.

Определением Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ была назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено ФГБУ «Российский центр судебно-медицинских экспертиз», расходы по проведению экспертизы были возложена на ответчика ГБУЗ НСО «Станция скорой медицинской помощи» (Т. 1 л.д. 129-130).

Стоимость производства экспертизы согласно представленного счета на оплату составила 103739 руб. (Т. 1 л.д. 177).

Впоследствии, в соответствии со спецификацией, стоимость производства экспертизы была снижена до 81923 руб. (Т. 1 л.д. 229,233), из которых ответчиком оплачено 31121 руб. 70 коп., итого неоплаченная часть составляет 50801 руб. 30 коп. (Т. 1 л.д. 231).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена повторная судебная экспертиза, производство которой было поручено Северо-Западному бюро судебных экспертиз, оплата экспертизы была возложена на истца (Т. 2 л.д. 4-5).

Стоимость производства экспертизы составила 75000 руб. (Т. 2 л.д. 112), которая истцом оплачена не была.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой было поручено Международному бюро судебных экспертиз, оценки и медиации, оплата за проведение экспертизы возложена за счет средств бюджета через Управление Судебного департамента в <адрес> (Т. 2 л.д. 147-148).

Стоимость проведенной экспертизы составила 53900 руб. (Т. 2 л.д. 160).

Истцом заявлено ходатайство об освобождении ее от расходов по оплате проведенных судебных экспертиз, поскольку она одна воспитывает несовершеннолетнего ребенка, у нее на иждивении имеется мать-пенсионерка, истец также выплачивает ежемесячно задолженность по кредиту.

В силу ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 названного кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

На основании данной нормы с И. О.А., как со стороны, не в пользу которой принят судебный акт, подлежат взысканию судебные расходы по оплате первой и повторной судебных экспертиз вне зависимости от того, что оплата расходов при назначении первой судебной экспертизы была возложена на ответчика.

Согласно частям 1 и 3 ст. 96 Гражданского процессуального кодекса РФ денежные суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам и специалистам, или другие связанные с рассмотрением дела расходы, признанные судом необходимыми, предварительно вносятся на счет, открытый в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации, соответственно Верховному Суду Российской Федерации, кассационному суду общей юрисдикции, апелляционному суду общей юрисдикции, верховному суду республики, краевому, областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области, суду автономного округа, окружному (флотскому) военному суду, управлению Судебного департамента в субъекте Российской Федерации, а также органу, осуществляющему организационное обеспечение деятельности мировых судей, стороной, заявившей соответствующую просьбу. В случае, если указанная просьба заявлена обеими сторонами, требуемые суммы вносятся сторонами в равных частях.

Суд, а также мировой судья может освободить гражданина с учетом его имущественного положения от уплаты расходов, предусмотренных частью первой настоящей статьи, или уменьшить их размер. В этом случае расходы возмещаются за счет средств соответствующего бюджета.

По смыслу приведенной процессуальной нормы освобождение от уплаты судебных расходов (в том числе расходов по оплате экспертизы), либо уменьшение размера этих расходов судом возможны в том случае, когда эти расходы должны быть предварительно оплачены с целью вызова свидетелей, экспертов, проведения экспертного исследования стороной, заявившей ходатайство об этом.

Указанной правовой нормой предусмотрено право, но не обязанность суда освободить сторону или уменьшить размер подлежащих возмещению расходов, затраченных на проведение экспертизы с учетом имущественного положения гражданина.

Между тем, оценив доводы истца, оснований для отнесения судебных расходов по оплате судебной и повторной судебных экспертиз на счет бюджета суд не усматривает, так как судебная и повторная судебная экспертизы были назначены не по инициативе суда, а по ходатайству сторон. При этом истец при назначении как первой так и второй судебной экспертизы по мотиву тяжелого имущественного положения не просила освободить ее от несения расходов по их оплате.

Доказательств, с достоверностью и достаточностью свидетельствующих о том, что имущественное положение И.О.А. не позволяет ей нести указанные выше судебные расходы, в суд представлено не было, приведенные истцом доводы о наличии несовершеннолетнего ребенка, платежей по кредиты и матери-пенсионерки, об этом не свидетельствуют.

Согласно ч. 3 ст. 95 Гражданского процессуального кодекса РФ эксперты, специалисты и переводчики получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

Ссылка истца на то обстоятельство, что понесенные расходы на проведение судебной экспертизы не были согласованы с ней по сумме, суд отклоняет, поскольку основаны на неправильном толковании норм материального и процессуального права. Взыскиваемые убытки относятся к категории судебных расходов, понесенных в связи с рассмотрением дела в суде, вопрос о возмещении которых разрешается в соответствии с нормами Гражданского процессуального кодекса РФ. Поскольку экспертными учреждениями были понесены расходы по производству судебной экспертизы, в силу положений ст. 94 Гражданского процессуального кодекса РФ эти расходы должны быть отнесены к издержкам, необходимым в связи с рассмотрением дела, и подлежат возмещению по правилам ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ.

На основании вышеизложенного с истца И. О.А. в пользу ФГБУ «Российский центр судебно-медицинских экспертиз» подлежат взысканию судебные издержки в сумме 50801 руб. 30 коп., в пользу Северо-Западного бюро судебных экспертиз подлежат взысканию судебные издержки в сумме 75000 руб.

В силу ч. 2 ст. 96 Гражданского процессуального кодекса РФ в случае, если вызов свидетелей, назначение экспертов, привлечение специалистов и другие действия, подлежащие оплате, осуществляются по инициативе суда, соответствующие расходы возмещаются за счет средств федерального бюджета.

С учетом данной нормы, судебные расходы по оплате дополнительной экспертизы в сумме 53900 руб. подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета через Управление Судебного департамента в <адрес>.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 196-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования И. О. А. оставить без удовлетворения.

Взыскать с И. О. А. в пользу ФГБУ «Российский центр судебно-медицинских экспертиз» судебные издержки в сумме 50801 руб. 30 коп., в пользу Северо-Западного бюро судебных экспертиз судебные издержки в сумме 75000 руб.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший настоящее решение.

Судья М.В. Стебихова

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ.