Апелляционное определение № 33-785/2026 от 1 марта 2026 г.

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

УИД 31RS0002-01-2019-004272-30 33-785/2026

(№ 13-146/2024 в деле 2-477/2020)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 2 марта 2026 г.

Судья Белгородского областного суда Фокин А.Н., рассмотрев частную жалобу ФИО1 на определение Белгородского районного суда от 21.03.2024 по заявлению ФИО2 о процессуальном правопреемстве и восстановлении срока предъявления исполнительных документов к исполнению по делу по иску Микрокредитной компании «Белгородский областной фонд поддержки малого и среднего предпринимательства» к главе К(Ф)Х ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5,

установил:

Заочным решением Белгородского районного суда от 20.02.2020 удовлетворен иск Микрокредитной компании «Белгородский областной фонд поддержки малого и среднего предпринимательства» к главе К(Ф)Х ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5 о расторжении договора целевого займа, взыскании задолженности по договору целевого займа, обращении взыскания на заложенное имущество.

На основании данного решения первоначальному взыскателю 20.05.2020 в отношении каждого из солидарных должников были выданы исполнительные листы: № на ФИО3, № на ФИО4, № на ФИО5, № на ФИО1

По договору цессии от 15.12.2020 МКК «Белгородский областной фонд поддержки малого и среднего предпринимательства» свои требования к должникам по вышеуказанному судебному акту уступило ФИО2

16.12.2023 путем почтового отправления ФИО2 обратилась в суд с заявлением, в котором просила в порядке процессуального правопреемства произвести замену ею взыскателя по гражданскому делу. В обоснование сослалась на переход к ней соответствующих прав в результате цессии.

05.02.2024 в рамках производства по вопросу процессуального правопреемства ФИО2 заявила о восстановлении срока предъявления вышеуказанных исполнительных документов к исполнению.

Определением Белгородского районного суда от 21.03.2024 заявление ФИО2 удовлетворено - срок для предъявления исполнительных листов в отношении ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5 восстановлен, по делу произведена замена взыскателя на заявителя.

В частной жалобе, срок на подачу которой восстановлен судом апелляционной инстанции, ФИО1 просит определение от 21.03.2024 отменить и принять новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявления ФИО2 Выражает несогласие с выводом суда о наличии уважительных причин пропуска заявителем предъявления исполнительного листа к исполнению и соответственно оснований для процессуальной замены. Выражает сомнения в переходе к ФИО2 требований по договору цессии в связи с отсутствием сведений о передаче ей первоначальным взыскателем документов, подтверждающих возникновение этих требований. Также указывает на её ненадлежащее извещение о рассмотрении заявления.

В возражениях и в дополнительно поданном в Белгородский областной суд заявлении ФИО2 просит частную жалобу отклонить. Считает доводы ФИО1 необоснованными. Также указывает на отсутствие уважительных причин пропуска процессуального срока на подачу частной жалобы.

В соответствии с ч.ч. 3 и 4 ст. 333 ГПК РФ частная жалоба рассмотрена судьей единолично, без извещения лиц, участвующих в деле, и без проведения судебного заседания.

Проверив материалы дела в пределах доводов частной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 21 Федерального закона «Об исполнительном производстве», исполнительные листы, выдаваемые на основании судебных актов, могут быть предъявлены к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу.

Согласно положениям ст. 22 Федерального закона «Об исполнительном производстве» срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается самим его предъявлением к исполнению, а равно частичным исполнением исполнительного документа должником (ч. 1). После перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется. Время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается (ч. 2).

Восстановление срока предъявления исполнительного документа к исполнению осуществляется лишь при наличии к тому уважительных причин в порядке, установленном ст. 23 Федерального закона «Об исполнительном производстве», применяемой во взаимосвязи со ст.ст. 112 и 432 ГПК РФ.

Установленные названными нормами правила восстановления срока предъявления исполнительного документа к исполнению в совокупности со ст. 56 ГПК РФ предусматривают обязанность лица, подавшего соответствующее заявление, представить доказательства уважительности причин его пропуска.

При непредставлении заявителем достоверных доказательств, в достаточной степени подтверждающих подлежащие доказыванию им обстоятельства, он несет процессуальный риск принятия судебного акта не в его пользу.

Как следует из материалов дела, заочное решение Белгородского районного суда от 20.02.2020 вступило в законную силу 21.04.2020.

С заявлением о процессуальном правопреемстве ФИО2 обратилась в суд лишь 16.12.2023, то есть с существенным пропуском истекшего 21.04.2023 срока предъявления исполнительного листа к исполнению - почти на полгода. О восстановлении этого срока она заявила 05.03.2024.

Восстанавливая срок предъявления исполнительного документа, в частности исполнительного листа в отношении ФИО1, к исполнению, суд первой инстанции принял во внимание ссылки ФИО2 на проблемы с состоянием здоровья, и как следствие на отсутствие из-за перенесенных заболеваний возможности своевременного совершения юридически значимых действий.

Вместе с тем, как и какие заболевания мешали заявителю в течение установленного законом трехлетнего срока подать заявление о процессуальном правопреемстве и предъявить исполнительный лист в отношении ФИО1 к исполнению, в обжалуемом определении не указано.

Вопреки мнению суда первой инстанции приведенные ФИО2 обстоятельства не могут быть расценены как уважительные причины пропуска трёхлетнего процессуального срока.

В представленных медицинских документах отражено: нахождение заявителя под наблюдением в поликлинике у врачей терапевта и невролога (атеросклероз, кардиосклероз, гипертония, гиперхолестиринемия, последствия в/ч травмы на производстве (1988 г. и 1994 г.); прохождение заявителем стационарного лечения с 07.04.2021 по 23.04.2021 (инфаркт) с выпиской в удовлетворительном состоянии, последующее амбулаторное лечение с 24.04.2021 по 08.05.2021, санаторно-курортное лечение с 26.07.2021 по 15.08.2021, затем посещение врача 13.09.2021, а также четыре посещения врачей в 2022 году - 28.07.2022, 25.11.2022, 16.12.2022, 22.12.2022.

Данные обстоятельства, исходя из продолжительности и периодов лечения, из количества и дат посещений, даже с учетом характера заболеваний, не позволяют считать причину пропуска трёхлетнего срока предъявления исполнительного листа к исполнению уважительной.

Сведения по программам реабилитации к актам медико-социального освидетельствования, в которых указано на необходимость санаторно-курортного лечения, ни сами по себе, ни в совокупности с вышеназванными документами о наличии такой причины не свидетельствуют. В них указано на отсутствие нуждаемости в постороннем уходе, помощи. Освидетельствование с составлением программы от 16.11.2020, вообще имели место до заключения договора цессии 15.12.2020 и никак не затруднили даже его заключение.

По мнению суда апелляционной инстанции, при тех проблемах со здоровьем, на которое сослалась ФИО2 и которые отражены в представленных медицинских документах, установленного законом срока было достаточно для предъявления исполнительного листа к исполнению. При этом период пропуска данного срока явился значительным.

Согласно общедоступным данным ГАС «Правосудие» в течение 2021, 2022, 2023 годов неоднократно и регулярно ФИО2 обращалась в суд (в Белгородский районный суд, в Свердловский районный суд г. Белгорода) с исками, в частности к ФИО6, заявляла об изменении требований, подавала апелляционные и кассационные жалобы на судебные акты, сама участвовала в рассмотрении дел судами первой и апелляционной инстанций.

По сведениям, размещенным на официальном сайте ФССП России, в 2022 году на основании выданного по одному из таких дел исполнительного листа было возбуждено исполнительное производство № от 06.09.2022).

Возраст, заболевания и нахождение под поликлиническим наблюдением, проблемы со здоровьем не помешали ей на протяжении этих лет регулярно совершать юридически значимые действия, инициировать судебные споры, участвовать в их рассмотрении, реализовывать свои процессуальные права на подачу заявлений и жалоб.

Однако применительно к требованиям, переданным ей по договору цессии 15.12.2020, заявитель какой-либо интерес к процедуре принудительного исполнения в течение установленного законом срока не проявляла. Она не озаботилась даже получением исполнительного документа от МКК «Белгородский областной фонд поддержки малого и среднего предпринимательства», приняв исполнительный лист лишь 19.02.2024, то есть уже после подачи в суд заявления о процессуальном правопреемстве. Ссылки ФИО2 при этом на уклонение цедента от передачи ей исполнительного документа голословны совершенно ничем не подтверждены.

Действуя разумно и добросовестно, в той степени, которая требуется от участников гражданского судопроизводства, заявитель имела реальную возможность совершить необходимые действия по предъявлению. к исполнению исполнительного листа в отношении ФИО1 в установленный законом срок. Достоверных доказательств обратного заявителем представлено не было.

Данных о каких-либо затруднениях инициировать принудительное исполнение у первоначального взыскателя до заключения договора цессии, то есть в течение приходящейся на него части срока, также не имеется.

В силу изложенного, основания для вывода о том, что срок предъявления исполнительного листа в отношении ФИО1 к исполнению заявитель пропустила по уважительной причине, у суда первой инстанции отсутствовали.

Ссылки в частной жалобе, сводящиеся к сомнениям в переходе к ФИО2 прав требований, отклоняются как противоречащие положениям ст.ст. 382, 388, п. 2 ст. 389.1 ГК РФ и условиям договора договору цессии.

Ссылки в жалобе на ненадлежащее извещение о судебном заседании противоречат материалам дела. Об убытии в командировку и отсутствии по месту жительства ФИО1 в суд не сообщила.

Взыскатель, не реализовавший свое право на принудительное исполнение судебного акта и пропустивший срок на предъявление исполнительного листа, не вправе осуществлять его посредством возбуждения исполнительного производства в отношении должника, поскольку утратил право удовлетворения своего интереса в установленном процессуальным законом порядке.

Исполнительное производство представляет собой самостоятельную стадию гражданского судопроизводства, на которой исполнение солидарных денежных обязательств должников, установленных судебным постановлением, производится на основании отдельных исполнительных листов, выдаваемых судом в отношении каждого должника с возбуждением самостоятельных исполнительных производств.

Правовые последствия вынесения решения суда по делу с участием правопредшественника (взыскателя), не исчерпывающиеся самой по себе обязанностью должника исполнить данное решение, в полной мере распространяются на правопреемника, который может не только требовать принудительного исполнения судебного акта, но и реализовывать иные права, обусловленные приобретенным им статусом участника установленного решением суда правоотношения (определение Конституционного Суда РФ от 27.03.2025 № 721-О).

В этой связи определение подлежит отмене в части восстановления срока предъявления к исполнению исполнительного листа в отношении ФИО1 с принятием нового судебного акта в этой части об отказе в удовлетворении данного требования заявителя.

Поскольку ФИО3, ФИО4 и ФИО5 определение суда не обжаловано, оно не подлежит отмене в части восстановления срока предъявления к исполнению исполнительных листов в отношении этих должников и в части процессуального правопреемства по гражданскому делу.

Возражения ФИО2 относительно восстановления пропущенного ФИО1 процессуального срока подачи частной жалобы отклоняются.

Согласно разъяснениям, данным в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», к уважительным причинам пропуска процессуального срока могут относиться как обстоятельства, связанные с личностью заинтересованного лица, так и обстоятельства, объективно препятствовавшие лицу, добросовестно пользующемуся своими процессуальными правами, реализовать свое право в установленный законом срок. Такими уважительным причинами в том числе могут быть получение копии решения суда по истечении срока обжалования или когда времени, оставшегося до истечения этого срока, явно недостаточно для ознакомления с материалами дела и составления мотивированных апелляционных жалобы; несоблюдение установленного ст. 214 ГПК РФ срока выдачи или высылки копии решения суда лицам, участвующим в деле.

При решении вопроса о восстановлении срока обжалования судам следует учитывать своевременность обращения лица, подающего жалобу, представление, с того момента, когда отпали препятствия для подготовки и подачи жалобы.

Вопрос о восстановлении процессуального срока на подачу жалобы разрешается судом не произвольно, а в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения с учетом необходимости обеспечения баланса прав и законных интересов участников гражданского судопроизводства, соблюдения гарантированного каждому Конституцией РФ права на судебную защиту.

Согласно ч. 1 ст. 214 ГПК РФ копии решения суда вручаются под расписку лицам, участвующим в деле, их представителям или направляются им не позднее пяти дней после дня принятия и (или) составления решения суда.

В соответствии с ч. 1 ст. 227 ГПК РФ лицам, участвующим в деле, но не явившимся в судебное заседание, - гражданам копии определения суда о приостановлении или прекращении производства по делу либо об оставлении заявления без рассмотрения высылаются на бумажном носителе не позднее чем через три дня со дня вынесения определения суда.

Согласно ст. 332 ГПК РФ срок подачи частной жалобы на определение суда первой инстанции составляет 15 дней.

Таким образом, частную жалобу на определение суда от 21.03.2024 лица, участвующие в деле, могли подать не позднее 11.04.2024.

В судебном заседании 21.03.2024 ФИО1 не присутствовала.

Копия определения от 21.03.2024 была фактически направлена по её адресу заказным письмом (ШПИ №) лишь 19.04.2024, то есть уже за пределами срока обжалования. Данное почтовое отправление было возвращено отделением почтовой связи отправителю в связи с истечением 30.04.2024 срока хранения.

При этом согласно представленным документам ФИО1 в периоды с 15.01.2024 по 24.02.2024 и с 21.03.2024 по 27.05.2024 находилась в служебных командировках за пределами Белгородской области. Очевидно, что это в принципе препятствовало ей получить по месту жительства почтовое отправление с копией судебного акта.

Из данных обстоятельств с очевидностью следует, что реализовать свое право на подачу частной жалобы ФИО1 в установленный законом срок объективно, то есть по не зависящим от неё причинам, не могла. Сами по себе её изначальная осведомленность о подаче заявления и последующие надлежащие действия суда по извещению о судебном заседании этого не означают.

Учитывая неосведомленность о результатах рассмотрения заявления, нарушение судом срока направления копии судебного акта и невозможность получения таковой по объективным причинам, не свидетельствует о неуважительности причин пропуска срока подачи частной жалобы ни возбуждение в отношении ФИО1 исполнительного производства 05.08.2025, то есть по прошествии более года после принятия судебного акта, ни удержания 500 рублей 06.08.2025 (что незначительно) и 11627,72 рублей 13.11.2025.

Данных, опровергающих доводы ФИО1 о том, что о принятом определении и его содержании она узнала лишь 05.12.2025 при ознакомлении с материалами дела, не имеется.

Частная жалоба с ходатайством о восстановлении срока поступила в суд 19.12.2025, то есть явно в разумный период после устранения препятствовавших обжалованию обстоятельств.

Руководствуясь ст.ст. 333 - 334 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

определение Белгородского районного суда от 21.03.2024 по заявлению ФИО2 отменить в части восстановления срока предъявления к исполнению исполнительного листа в отношении ФИО1.

Разрешить данный вопрос по существу. В удовлетворении заявления ФИО2 о восстановлении срока предъявления к исполнению исполнительного листа в отношении ФИО1 отказать.

Апелляционное определение Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня вынесения апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Судья