Приговор № 1-41/2020 от 7 июля 2020 г. по делу № 1-41/2020

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 27GV0008-01-2020-000149-26

8 июля 2020 года г. Уссурийск

Уссурийский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего Попова Д.И.,

при секретаре судебного заседания Грибановой А.С.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника военного прокурора Уссурийского гарнизона <данные изъяты> юстиции ФИО1,

подсудимого ФИО2 и его защитника Аверьяновой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части № <данные изъяты>

ФИО2, родившегося 1 <данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ,

установил:

ФИО3, являясь водителем транспортного средства - автомобиля <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком №, 26 октября 2019 года около 22 час. 15 мин., двигаясь в районе 19 км. +800 м. автодороги г. Уссурийск - п. Пограничный, в нарушение абзаца 1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090 (далее - ПДД РФ) избрал скорость, не обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ, что привело к выезду автомобиля за пределы проезжей части, съезду в кювет и его последующему столкновению с естественной преградой.

В результате допущенного ФИО3 нарушения ПДД РФ находившимся в указанном автомобиле пассажирам по неосторожности были причинены телесные повреждения: ФИО25 – сочетанная травма головы и груди, множественные переломы ребер с ушибом легких и разрывом аорты; ФИО26 – сочетанная травма головы, шеи и конечностей, повлекшие по неосторожности смерть ФИО62 и ФИО63.

Подсудимый ФИО3 свою вину в совершении преступления при указанных обстоятельствах признал частично и показал, что 26 октября 2019 года в вечернее время он вместе со своей девушкой ФИО27 и сослуживцем ФИО28 ехали в г. Уссурийск из с. Липовцы. При этом он управлял автомобилем, ФИО29 находилась на переднем пассажирском сиденье, а ФИО30 – на заднем. Когда они двигались в районе 19 км. указанной автодороги, то он увидел знак ограничения скорости и предупреждающий знак о проведении ремонтных работ и принял меры к снижению скорости. В какой-то момент асфальтовое покрытие дороги сменилось на грунтовое, от чего машину тряхнуло и сидевшая рядом ФИО31 неожиданно для него начала дергать за руль. Он в свою очередь стал тянуть руль в свою сторону и попытался снизить скорость, однако не успел этого сделать, в результате чего и произошло ДТП. Свою вину в произошедшем признает частично, поскольку действительно избрал скорость, не обеспечившую ему возможность контроля за движением автомобиля, и не принял должных мер к снижению скорости, однако также причиной ДТП считает вмешательство ФИО32 в управление транспортным средством.

Несмотря на частичное признание подсудимым своей вины, суд считает, что в ходе рассмотрения уголовного дела его виновность нашла свое полное подтверждение.

Так, свидетель ФИО33 – следователь следственного отдела МВД России по г. Уссурийску, показала, что 26 октября 2019 года она в составе следственно-оперативной группы была направлена на осмотр места ДТП в районе 19 км. автодороги г. Уссурийск - п. Пограничный. Прибыв на место, в кювете за пределами проезжей части ею был обнаружен автомобиль <данные изъяты> с многочисленными повреждениями кузова. Двое находившихся в салоне пассажиров в тяжелом состоянии были доставлены в больницу, однако спасти их не удалось. Водителем автомобиля являлся ФИО4, который что-либо пояснить о причинах ДТП не смог. В присутствии понятых, эксперта и с применением технических средств ею был произведен осмотр места происшествия, а инспектором ГИБДД на основании ее поручения – составлена схема ДТП. При этом в ходе осмотра ею было установлено, что примерно за 100 метров до места ДТП асфальтированное покрытие заканчивалось и начиналось гравийное, следов экстренного торможения либо бокового юза обнаружено не было. После осмотра места происшествия соответствующий протокол и схема ДТП были предъявлены для ознакомления понятым и иным участникам процессуальных действий, которые подтвердили правильность отраженных в них сведений.

Свидетель ФИО35 показал, что 26 октября 2019 года около 22 часов он вместе со своим знакомым ФИО36 участвовал в качестве понятого при осмотре места происшествия и составлении схемы ДТП в районе 19 км. автодороги г. Уссурийск - п. Пограничный. По завершении следственных действий ему и второму понятому был зачитан протокол осмотра места происшествия и предъявлена для ознакомления схема ДТП. Удостоверившись, что отраженные в указанных документах сведения соответствовали фактической обстановке места ДТП, он и ФИО37 поставили в них свои подписи.

Схожие по своему содержанию показания даны в суде свидетелем ФИО38

Свидетель ФИО39 – инспектор ДПС ОМВД России по г. Уссурийску, показал, что 26 октября 2019 года около 22 часов он на основании поручения следователя составлял схему ДТП, произошедшего в районе 19 км. автодороги г. Уссурийск - п. Пограничный. После производства необходимых замеров и составления схемы она была предъявлена для ознакомления присутствовавшим на месте ДТП понятым. Расположение обнаруженного автомобиля относительно направления его движения и отсутствие на месте ДТП следов юза и экстренного торможения предварительно указывали на значительное превышение водителем допустимой скорости.

Свидетель ФИО40 показала, что 26 октября 2019 года в вечернее время, двигаясь на своем автомобиле из г. Уссурийска в с. Галенки, она обратила внимание на значительное скопление людей и машин возле проезжей части. Приблизившись, она заметила в кювете автомобиль <данные изъяты> белого цвета с повреждениями кузова, характерными для ДТП. По следам автомобиля было видно, что он не резко свернул в кювет, а ровно двигался около 100 м. от места, где асфальтовое покрытие переходило в гравийное. Следов торможения либо юза она не видела. Поскольку она регулярно ездит по данной дороге, то с уверенностью может пояснить, что на участке дороги, на котором произошло ДТП, последовательно, на расстоянии не менее 150 метров до места перехода асфальта в гравий стояли знаки об ограничении максимальной скорости до 70 км/ч и 40 км/ч и проведении дорожных работ.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 26 октября 2019 года был осмотрен участок местности в районе 19 км. + 800м автодороги г. Уссурийск - п. Пограничный, в ходе которого был обнаружен и изъят автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный знак № со значительными повреждениями и деформацией кузова, а также составлена схема ДТП, в которой отражены сведения о расположении указанного транспортного средства после ДТП, а также о наличии предупреждающего знака 1.24 «Дорожные работы» и запрещающего знака 3.24 "Ограничение максимальной скорости".

В соответствии с заключениями экспертов № от 28 октября 2019 года, № при исследовании трупа ФИО41 были выявлены телесные повреждения в виде тяжелой сочетанной травмы головы и груди в виде закрытой черепно-мозговой травмы с повреждением головного мозга, множественных переломов ребер слева с ушибом легких и разрывом аорты, относящиеся в своей совокупности к тяжкому вреду здоровью. Перечисленные повреждения являются характерными для транспортной травмы внутри салона автомобиля при ударах о выступающие части при столкновении автомобиля с преградой. Смерть ФИО42 наступила в результате указанных повреждений как несовместимых с жизнью.

Согласно заключению эксперта № от 22 ноября 2019 года при исследовании трупа ФИО43 были выявлены телесные повреждения в виде тупой сочетанной травмы головы, шеи, конечностей, с ушибом в лобных долях правого и левого полушарий головного мозга, обширным кровоизлиянием под мягкую мозговую оболочку, кровоизлиянием в боковые желудочки головного мозга, кровоподтеками подбородочной области справа (1), области рта слева (1), повреждением левой грудино-ключично-сосцевидной мышцы, кровоизлиянием в мягкие ткани левой боковой поверхности шеи, левой ключичной области, области левого плечевого сустава, кровоподтеками передней поверхности левого плечевого сустава (1), наружной поверхности левого плеча, в верхней (1) и нижней (1) трети, передней поверхности правой голени, в средней трети (1), передней поверхности левой голени, в верхней (1) и нижней (1) трети. Тупая сочетанная травма головы, шеи, конечностей у ФИО44 могла образоваться в условиях ДТП в результате ударов о части салона автомобиля и другие предметы окружающей обстановки. Указанная сочетанная травма, относящаяся к тяжкому вреду здоровью, явилась причиной смерти ФИО45.

Как усматривается из заключения эксперта № 1 от 15 января 2020 года до ДТП рабочая тормозная система, рулевое управление, ходовая часть и силовая установка автомобиля <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком № находились в работоспособном состоянии, признаки, свидетельствующие об отказе работы какой-либо системы или детали до ДТП, отсутствуют. С технической точки водитель указанного автомобиля должен был руководствоваться требованием абзаца 1 пункта 10.1 ПДД РФ и, возможно, требованием абзаца 2 указанного пункта Правил, если имело место физическое вмешательство пассажира в управление транспортным средством и возникла опасность для движения.

Согласно абзацу 1 п. 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

В ходе следственного эксперимента, как это следует из протокола от 18 января 2020 года, ФИО3 пояснил, что скорость движения автомобиля при приближении к месту ДТП составляла 90 км/ч, а затем была снижена им на 15-20 км/ч вследствие запрещающего знака "Ограничение максимальной скорости" (70 км/ч). После указанного знака он увидел предупреждающий знак «Дорожные работы» и запрещающий знак "Ограничение максимальной скорости" (50 км/ч), находившийся на расстоянии около 10 м. до перехода асфальта в гравий. После начала гравийного покрытия, из отраженных в протоколе пояснений ФИО3, ФИО46 потянула руль на себя, от чего машину повело в левую сторону. В ходе следственного эксперимента произведено измерение угла поворота руля после его поворачивания ФИО47, который составил 90 градусов.

Согласно заключению дополнительной судебной автотехнической экспертизы № 5 от 27 января 2020 года в момент возникновения опасности водитель автомобиля, движущегося со скоростями 75-70 и 40 км/ч располагал технической возможностью остановить свое транспортное средство путем торможения на отрезке пути длиною 100 метров. Развитие дорожно-транспортной ситуации, изложенное в показаниях ФИО3, о повороте рулевого колеса автомобиля, двигавшегося со скоростью 70-75 км/ч на расстоянии 100 метров до съезда в кювет не могло иметь место в реальной ситуации. При движении с указанными выше параметрами и повороте рулевого колеса на 90 градусов произойдет занос и опрокидывание автомобиля. С технической точки зрения водитель автомобиля должен был руководствоваться требованием абзаца 1 п. 10.1 ПДД РФ, суть которого изложена в заключении № 1 от 15 января 2020 года. Как далее следует из заключения эксперта несоответствие действий водителю требованиям абзаца 1 п. 10.1 ПДД РФ заключается в превышении установленного ограничения скорости, которое, вместе с тем, не находится в причинной связи с выездом за пределы проезжей части и съезду в кювет.

Допрошенный судом эксперт ФИО48, давший заключения автотехнических судебных экспертиз № 1 от 15 января 2020 года и № 5 от 27 января 2020 года, пояснил, что в рассмотренной им дорожной ситуации действия водителя ФИО3 не соответствовали требованиям абзаца 1 п. 10.1 ПДД РФ в части того, что последний при управлении автомобилем до момента ДТП избрал скорость, не обеспечивавшую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Приведенные выше доказательства признаются судом относимыми, допустимыми и в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела и вывода о виновности ФИО3 в совершении преступления.

Показания ФИО3 о вмешательстве ФИО49 в управление транспортным средством суд считает недостоверными и отвергает их, поскольку они опровергаются доказательствами по уголовному делу, а именно показаниями свидетелей ФИО64, ФИО50, ФИО51 об отсутствии в месте ДТП следов, указывающих на возможную потерю ФИО3 управления транспортным средством, протоколом осмотра места происшествия и схемой ДТП, в которых не зафиксированы следы юза либо экстренного торможения, а также протоколом следственного эксперимента и вынесенным на основе полученных в ходе данного следственного действия сведений заключением дополнительной автотехнической судебной экспертизы о невозможности наступления имевшего место ДТП при указанных ФИО3 обстоятельствах.

Доводы защиты о том, что ФИО3 в ходе следственного эксперимента сообщил органу следствия неточные сведения и продемонстрировал лишь примерные действия Жуйковой суд находит несостоятельными и относит их к способу защиты от предъявленного обвинения.

Следственный эксперимент с участием ФИО3 проведен с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, предварительным разъяснением ФИО3 его прав, в том числе положений ст. 51 Конституции РФ. Каких-либо замечаний и заявлений от ФИО3 и его защитника, а также других участников следственного действия не поступало. С учетом изложенного оснований считать приведенные в протоколе указанного следственного действия сведения не соответствующими фактическим, по версии стороны защиты, обстоятельствам ДТП, у суда не имеется.

Утверждение защиты о том, что при производстве автотехнических экспертиз в качестве исходных были приняты ошибочные данные, суд находит голословным, не подтвержденным какими-либо объективными данными. Как следует из заключения указанных экспертиз в качестве исходных данных приняты сведения, содержащиеся в доказательствах по уголовному делу, в том числе, в протоколах допросов свидетелей, осмотра места происшествия и схеме ДТП, которые сомнений в своей достоверности у суда не вызывают.

Вопреки доводам защиты место и время совершения ФИО3 преступления, указанные в обвинении, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и органом следствия были определены верно.

Не опровергает выводы суда о виновности ФИО3 и ссылка защитника на возможное нарушение порядка установки дорожных знаков в районе места ДТП. Согласно показаниям свидетелей ФИО52, ФИО53, ФИО54 протоколу осмотра места происшествия и схеме ДТП в районе места ДТП были установлены предупреждающие и запрещающие дорожные знаки. Как пояснил в судебном заседании сам ФИО3, указанные дорожные знаки он увидел заблаговременно, однако должных мер к снижению скорости до значений, необходимых для осуществления контроля за движением автомобиля, не предпринял.

К тому же, само по себе управление ФИО3 транспортным средством в зоне действия указанных дорожных знаков не освобождало его как водителя от обязанности вести автомобиль со скоростью, обеспечивающей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ, что предусмотрено требованиями абз. 1 п. 10.1 ПДД РФ и выполнено ФИО3 не было.

Органами предварительного следствия ФИО3 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, с указанием на нарушение им требований абзаца 1 п. 10.1 ПДД РФ, в том числе в части управления автомобилем в зоне действия дорожных знаков 1.25 «Дорожные работы» и 3.24 «Ограничение скорости движения» 40 км/ч транспортным средством со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения.

В судебном заседании государственный обвинитель в порядке п. 1 ч. 8 ст. 246 УПК РФ заявил ходатайство об исключении из объема предъявленного ФИО3 обвинения указания на нарушение им требований абзаца 1 п. 10.1 ПДД РФ в указанной части.

Оценивая ходатайство государственного обвинителя, суд исходит из того, что в силу ст. 246 УПК РФ изменение обвинения в сторону смягчения предопределяет принятие судом соответствующего решения.

Судебным следствием установлено, что действия ФИО3 не соответствовали требованиям абзаца 1 п. 10.1 ПДД РФ в части управления автомобилем со скоростью, не обеспечивавшей возможности постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. Несоответствие же действий ФИО3 требованиям абзаца 1 п. 10.1 ПДД РФ в части превышения установленного дорожными знаками ограничения скорости в причинной связи с выездом за пределы проезжей части не состоит, что прямо указано в заключении дополнительной судебной автотехнической экспертизы № 5 от 27 января 2020 года и подтверждено экспертом в судебном заседании.

Считая в связи с этим ходатайство государственного обвинителя обоснованным, суд также учитывает, что изменение обвинения не нарушает право подсудимого на защиту, поскольку при указанном изменении объем нового обвинения уменьшается, составляя часть ранее вмененного преступления.

С учетом изложенного суд исключает из предъявленного ФИО3 обвинения указание на нарушение им требований абзаца 1 п. 10.1 ПДД РФ в части управления ФИО3 автомобилем в зоне действия дорожных знаков 1.25 «Дорожные работы» и 3.24 «Ограничение скорости движения» 40 км/ч транспортным средством со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения.

Действия ФИО3, который 26 октября 2019 года около 22 час. 15 мин. в районе 19 км. +800 м. автодороги г. Уссурийск - п. Пограничный управлял автомобилем с нарушением абзаца 1 п. 10.1 ПДД РФ, избрав скорость, не обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ, что привело к дорожно-транспортному происшествию, в результате которого пассажирам ФИО55 и ФИО56 по неосторожности были причинены телесные повреждения, относящиеся к тяжкому вреду здоровью, от которых впоследствии наступила их смерть, суд расценивает как нарушение лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения РФ, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц, и квалифицирует по ч. 5 ст.264 УК РФ.

При назначении наказания военный суд в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ФИО3 преступления, относящегося к категории средней тяжести, обстоятельства, влияющие на наказание, данные о личности и влияние назначаемого наказания на ФИО3.

В качестве смягчающего наказание обстоятельства суд признает добровольное возмещение потерпевшим ФИО57 и ФИО58 морального вреда, причиненного в результате преступления, путем передачи денежных средств в сумме по 100 000 рублей каждой, а также принесение ФИО3 извинений за содеянное, что расценивается судом как совершение подсудимым иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим.

Кроме того при назначении наказания суд принимает во внимание, что Гиззатов впервые привлекается к уголовной ответственности, ранее в чем-либо предосудительном замечен не был, положительно характеризуется по месту жительства и прохождения военной службы. Учитывается судом и частичное признание ФИО3 своей вины, состояние его здоровья, обусловленное полученной в результате ДТП и подтвержденной соответствующими медицинскими документами тяжелой травмой, а также заявление потерпевшей ФИО59 об отсутствии к подсудимому претензий.

В то же время, степень общественной опасности и характер наступивших в результате совершенного преступления последствий приводят суд к выводу о невозможности достижения целей уголовного наказания без реального отбывания подсудимым наказания в виде лишения свободы.

При этом оснований для изменения в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ категории совершенного ФИО3 преступления на менее тяжкую суд не усматривает, поскольку фактические обстоятельства преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности.

Решая вопрос о вещественных доказательствах, суд основывается на положениях п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, согласно которым предметы, являющиеся вещественными доказательствами, передаются законным владельцам.

На основании приведенных положений закона вещественное доказательство по уголовному делу – автомобиль <данные изъяты>, находящийся на хранении на территории военного следственного отдела по Уссурийскому гарнизону, подлежит передаче законному владельцу ФИО60

Руководствуясь ст. ст. 307 - 309 УПК РФ, военный суд

приговорил:

признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года и 6 (шесть) месяцев.

Местом отбывания ФИО2 наказания в виде лишения свободы назначить колонию-поселение. Срок отбывания наказания осуждённому исчислять со дня его прибытия в колонию-поселение. Зачесть в срок отбывания наказания время следования осуждённого к месту отбывания наказания из расчёта один день за один день.

В соответствии со ст.75.1 УИК РФ осуждённому ФИО2 следовать в колонию-поселение самостоятельно.

Меру пресечения в отношении ФИО2 – подписку о невыезде и надлежащем поведении, до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Вещественное доказательство по уголовному делу – автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, находящийся на стоянке военного следственного отдела по Уссурийскому гарнизону, - передать ФИО61 как законному владельцу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тихоокеанский флотский военный суд в течение десяти суток со дня его постановления. В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

В случае заявления ходатайства о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в соответствии с ч. 3 ст. 389.6 УПК РФ, осужденный должен указать об этом в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судья