Решение № 2-1444/2020 2-71/2021 2-71/2021(2-1444/2020;)~М-976/2020 М-976/2020 от 21 марта 2021 г. по делу № 2-1444/2020

Дело № 2-71/1

24RS0016-01-2020-001306-35


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 марта 2021 года г. Железногорск

Железногорский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Андриенко И.А., при секретаре судебного заседания Юрковой М.С., с участием заместителя прокурора ЗАТО Железногорск Красноярского края Быкасовой В.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Технология – ДВ» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Технология – ДВ» о взыскании компенсации морального вреда. В иске указано, что 17 июля 2019 года ФИО1, находясь на рабочем месте в <данные изъяты> получил производственную травму, в связи с чем, находился на лечении с 17.07.2019г. по 26.07.2019г.. Поскольку работодатель отказывался оформить трудовые отношения с истцом, он обращался в Железногорский городской суд Красноярского края для установления факта трудовых отношений. Согласно выводам судебной экспертизы, ему был причинен вред здоровью средней тяжести. Причинение вреда здоровью является психотравмирующей ситуацией, повлекло для истца внутренние душевные переживания, стресс, страхи, волнения, душевный дискомфорт. В результате полученной травмы ФИО1 не может в полной мере пользоваться поврежденной рукой как раньше. Истец просил суд взыскать с ООО «Технология - ДВ» в пользу ФИО1 компенсацию причиненного морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

В судебном заседании истец ФИО2 не присутствовал, о дате, времени и месте судебного заседания извещен своевременно и должным образом. Ранее в своем заявлении суду просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ответчика ООО «Технология - ДВ» ФИО3, действующий на основании доверенности от 28 мая 2020 года, в судебном заседании исковые требования признал частично. При этом пояснил, что истец, находясь на своем рабочем месте, в ходе выполнения своих должностных обязанностей получил травму в результате падения стекла на руку. Считает, что заявление истца об отказе ему в оформлении трудовых отношений с ответчиком является надуманным. Травма истцом была получена в результате неосторожных действий последнего при перемещении заготовки стекла в процессе работы. Данный факт подтверждается актом о несчастном случае на производстве. Согласно медицинского заключения о характере полученных повреждений в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного ГКБУЗ «Сосновоборская городская больница», повреждения, полученные истцом на производстве относятся к категории легких. Ссылка истца на заключение судебного эксперта от 16.03.2020г. № 2586, согласно которого его травма квалифицируется как вред здоровью средней тяжести, некорректна, поскольку в данном случае необходимо руководствоваться Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 160 от 24.02.2005г. «Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве». Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, определяет Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ. Статьей 8 данного закона предусмотрены виды обеспечения по страхованию. Период временной нетрудоспособности истцу был оплачен. После признания трудоспособным истец на работу не вышел. Полагает, что необходимо уменьшить компенсацию морального вреда до 5 000 рублей.

Заслушав представителя ответчика, исследовав представленные материалы, выслушав заключение прокурора Быкасовой В.В., полагавшей требования о компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению, исходя из принципов разумности и справедливости, суд находит, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению. При этом суд исходит из следующего.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" указано, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Решением Железногорского городского суда от 20 ноября 2019 года установлен факт трудовых отношений ФИО1 с ООО «Технология -ДВ» в должности <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ Суд обязал ООО «Технология -ДВ» внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу в должности моллировщика стекла ДД.ММ.ГГГГ. Судом признан несчастный случай, произошедший 17 июля 2019 года, с работником ООО «Технология-ДВ» В.В., связанным с производством, работодатель обязан составить акт по форме Н-1 по факту несчастного случая.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ уставной капитал ООО «Технология - ДВ» составляет 550 000 рублей. Основной вид деятельности ООО: № Производство теплообменных устройств, оборудования для кондиционирования воздуха промышленного холодильного и морозильного оборудования, производство оборудования для фильтрования и очистки газов.

Как следует из Акта № 1 «О несчастном случае на производстве», утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов произошел несчастный случай на производстве ООО «Технология -ДВ» с работником ФИО1 при следующих обстоятельствах. ФИО1 выполнял работу моллировщика стекла в производственном цехе ООО «Технология -ДВ», расположенном по адресу: <адрес> По устному распоряжению директора завода ФИО4 ФИО1 проходил стажировку под наблюдением резчика стекла ФИО5. 17 июля 2019 года ФИО1 пришел на работу к 08 часам 30 минутам, переоделся в рабочую одежду, надел защитные прорезиненные перчатки и приступил к работе. В 11 часов 00 минут ФИО5 производил резку стекла на столе для раскроя, ФИО1 обрабатывал кромку стекла размером 200 мм * 1200 мм * 6 мм на шлифовальном станке. По окончании процесса шлифования, ФИО1 стал снимать заготовку стекла со станка, стекло выскользнуло из рук и при падении задело острой кромкой по левой руке ФИО1. В результате падения стекла, ФИО1 получил телесное повреждение предплечья левой руки. ФИО1 сотрудниками ООО была оказана первая медицинская помощь, он был доставлен в КГБУЗ «Сосновоборская городская больница».

В ходе расследования несчастного случая установлено, что причиной несчастного случая на производстве послужили неосторожные действия ФИО1 при перемещении заготовки стекла в процессе работы, недостаточная обученность ФИО1 безопасным приемам и методам работы, выразившаяся в не проведении обучения и стажировки, инструктажа по охране труда, проверки знаний по охране труда.

Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, признан директор ООО «Технология-ДВ» ФИО4, который не организовал и не обеспечил обучение ФИО1 по охране труда и допустил его к работе. Факт грубой неосторожности пострадавшего не установлен.

Обстоятельства причинения вреда здоровью ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей в ООО «Технология - ДВ», акт № «О несчастном случае на производстве», утвержденный ДД.ММ.ГГГГ участвующими в деле лицами не оспорены.

Таким образом, в данном случае работодатель не обеспечил безопасные условия труда, поэтому несет ответственность за вред, причиненный здоровью работника.

Согласно медицинскому заключению № (без даты), выданному КГБУЗ «Сосновоборская городская больница» о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, ФИО1 получена обширная рваная рана нижней трети левого предплечья с повреждением срединного нерва, квалифицированная как легкая. Заключение выдано в соответствии с приказом Минздравсоцразвития России от 15.04.2005 № 275 и Схемой определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной приказом Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №, которыми установлено, что несчастные случаи на производстве по степени тяжести подразделяются на тяжелые и легкие.

На период с 17 июля 2019 года по 18 февраля 2020 года ФИО1 выдавался листок нетрудоспособности КГБУЗ «Сосновоборска городская больница», ФГБУЗ КБ № 51 ФМБА России. Истец был нетрудоспособен.

Согласно заключению судебной комиссионной экспертизы № № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной после лечения ФИО1, на основании постановления УУП ОП МО МВД России «Березовский», при обращении за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 имелась рана нижней трети левого предплечья с повреждением срединного нерва, поверхностного сгибателя 2-5 пальцев, локтевого и лучевого сгибателей кисти, длинного сгибателя 1-го пальца, с повреждением лучевой и локтевой артерий, с развитием посттравматической нейропатии. Данная рана вызвала временную нетрудоспособность продолжительностью более 21 дня, что, согласно пункта. 7.1 раздела II Приказа М3 и СР РФ 194н от 24.04.2008г, отнесено к критерию, характеризующему квалифицирующий признак длительного расстройства здоровья. По указанному признаку, согласно правилам «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (постановление правительства РФ №522 от 17.08.2007г.), вред причиненный ФИО1 квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. Травма могла возникнуть от воздействия предмета (предметов), обладающего пиляще- рубящими свойствами с высокой скоростью вращения. У ФИО1 каких-либо последствий для здоровья от полученных 17 июля 2019 г. телесных повреждений на момент проведения экспертизы экспертной комиссией не установлено.

Согласно сведения медицинской карты амбулаторного больного ФИО1, после получения основного лечения, последний периодически обращался к хирургу и другим специалистам по вопросам здоровья, связанным с перенесенной травмой. Последнее такое обращение имело место 18 февраля 2020 года.

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии обязанности работодателя компенсировать работнику ФИО1 моральный вред, причиненный в результате несчастного случая на производстве, поскольку вина ООО «Технология-ДВ», не принявшего надлежащих мер к обеспечению работника безопасными условиями труда, допустившего к производству работ необученного должным образом работника, находится в причинно-следственной связи с произошедшим несчастным случаем на производстве.

Размер компенсации морального вреда судом определяется с учетом тяжести вреда здоровью истца, длительности лечения, степени физических и нравственных страданий истца, действий работодателя (акт о несчастном случае утвержден только в марте 2020 года) и работника, степень их вины, приведшей к несчастному случаю на производстве.

В силу ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

В данном случае, грубой неосторожности в действиях истца судом не усматривается.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает так же обстоятельства причинения морального вреда, степень перенесенных нравственных страданий, боли и страха за свое здоровье, требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда, и полагает необходимым взыскать с ответчика ООО «Технология - ДВ» в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

В соответствии с п. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет. Исходя из размера государственной пошлины, установленного ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, с ответчика в доход бюджета городского округа подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Технология – ДВ» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Технология – ДВ» в доход бюджета городского округа ЗАТО г. Железногорск Красноярского края государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, то есть с 26 марта 2021 года, путем подачи жалобы через Железногорский городской суд.

Председательствующий:

Судья Железногорского городского суда И.А.Андриенко