Апелляционное определение № 33-10108/2025 от 22 декабря 2025 г.

Судья: Отраднова А.С. Дело № 33-10108/2025 (2-722/2025)

Докладчик: Бычковская И.С. УИД: 42RS0019-01-2024-009671-03


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово 23 декабря 2025 года

судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе председательствующего И.В.Першиной,

судей И.А.Сучковой и И.С. Бычковской,

при секретаре В.А.Клюевой,

с участием прокурора П.А.Мотуз,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи И.С. Бычковской гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1 ФИО2 на решение Таштагольского городского суда Кемеровской области от 16 сентября 2025 года по иску ФИО1 к акционерному обществу «Угольная компания «Кузбассразрезуголь» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Угольная компания «Кузбассразрезуголь» (далее АО «УК «Кузбассразрезуголь») о взыскании компенсации морального вреда, полученного в результате несчастного случая на производстве в размере 500 000 руб. Кроме того, заявлено о взыскании судебных расходов на представителя в размере 97 700 руб.

Требования мотивированы тем, что ФИО1 с 25 апреля 2006 г. осуществлял трудовую деятельность в АО «УК «Кузбассразрезуголь»» в должности помощника машиниста экскаватора. 9 февраля 2012 г. при исполнении трудовых обязанностей с ФИО1 произошёл несчастный случай на производстве, повлекший повреждение его здоровья, при следующих обстоятельствах: 9 февраля 2012 г. в 1 смену бригаде экскаватора ЭКГ-10 № 200 в количестве 3 человек (машинист экскаватора ФИО23 помощники машиниста экскаватора ФИО1, ФИО24 был выдан наряд-допуск на выполнение ремонтных работ электромехаником участка ФИО25 на замену ковша, замену зубьев ковша, замену пальцев ковша. В наряд-допуске назначен старший для выполнения этих работ машинист экскаватора ФИО26 Предварительно была подготовлена площадка для проведения ремонтных работ. 6 февраля 2012 г. бригада ФИО27 заменила ковш, новый ковш обваловали внутри и снаружи. При присоединении рукояти с ковшом грунт из ковша опорожнили. С начала смены 9 февраля 2012 г. бригада начала устанавливать ось подвески ковша палец соединения проушины ковша с коромыслом (далее палец) с правой стороны ковша. Для устойчивости и противоскольжения на переднюю стенку ковша положили деревянную доску под уклоном 15-20°. Машинист ФИО28 установил первый палец справа ковша. Произвели уплотнение, забили и зашплинтовали палец. В 11-20 бригада приступила к установке пальца с левой стороны ковша. ФИО1 сказал, что сам поставит левый палец. Машинист ФИО29 спросил ФИО1, справится ли он. На что получил утвердительный ответ. ФИО1 взял палец, встал на деревянную доску внутри ковша, чтобы вставить палец в отверстие проушин ковша и коромысла. Машинист ФИО30 ФИО31 находился у ФИО1 за спиной. Помощник машиниста экскаватора ФИО32 находился с внешней стороны ковша и ломом монтажным соединял отверстия проушин ковша и коромысла. ФИО3 начал приподнимать палец ковша без помощи машиниста ФИО33 Не рассчитав свои силы, ФИО1 постарался перехватить палец, выйти из ковша, чтобы положить палец на землю и снова взять его удобнее. Но оступился, шагнул на металл передней стенки ковша, поскользнулся. Чтобы не упасть, ФИО1 отклонился корпусом к боковой стенке ковша, при этом придавил <данные изъяты> между осью подвески и боковой стенкой ковша. Получил травму <данные изъяты> После получения производственной травмы ФИО1. был доставлен в <данные изъяты>. Характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению: <данные изъяты>. Исходя из выписки амбулаторной карты, ФИО1 наблюдался в поликлинике с 9 февраля 2012 г. по 26 июня 2012 г. проводимое лечение<данные изъяты>. Полученная травма причинила ему <данные изъяты> После травмы истец около пяти месяцев находился на <данные изъяты> лечении. Несмотря на <данные изъяты> В связи с полученной травмой, истец не имеет возможности вести прежний активный образ жизни, переносить повышенные физические нагрузки, некоторые бытовые нужды и вовсе осуществить затруднительно.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, его представитель ФИО2 исковые требования поддержала.

Представитель ответчика АО «УК «Кузбассразрезуголь» ФИО4 в судебном заседании заявленные исковые требования не признала.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.

Решением Таштагольского городского суда Кемеровской области от 16 сентября 2025 года постановлено: исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Угольная компания «Кузбассразрезуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного здоровью в результате несчастного случая, в сумме 70 000 руб., судебные расходы в размере 32700 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с АО «Угольная компания «Кузбассразрезуголь» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1 ФИО2, действующая на основании доверенности, просит решение отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме, а также просит взыскать расходы на юридические услуги в связи с апелляционным обжалованием в размере 45 000 руб. Полагает, что суд, устанавливая компенсацию морального вреда в размере 70 000 руб. не выяснил тяжесть причиненных истцу нравственных страданий в связи с полученной травмой. Указывает, что полученная травма вызвала у истца <данные изъяты>. По настоящее время истец также продолжает испытывать <данные изъяты>, не имеет возможности вести прежний активный образ жизни. Ссылается на показания свидетелей. Считает, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда соответствует характеру и степени физических и нравственных страданий. Также указывает, что суд не привел мотивы и не обосновал, почему он пришел к выводу о том, что сумма 70 000 руб. является достаточной компенсацией. Суд не указал, какие конкретно обстоятельства повлияли на размер взысканной судом суммы компенсации морального вреда и какие из этих обстоятельств послужили основанием для уменьшения сумма компенсации морального вреда, заявленной истцом в иске.

Кроме того, взыскивая в пользу ФИО1 судебные расходы на оплату услуг представителя в меньшем, чем заявлено, размере, суд не привёл мотивов, по которым признал заявленный к взысканию с ответчика размер судебных расходов не соответствующим балансу интересов сторон, не отвечающим принципам разумности и справедливости, степени сложности дела, не выяснил, какие цены обычно устанавливаются за аналогичные юридические услуги.

Относительно апелляционной жалобы от прокурора, участвующего в деле, принесены возражения.

В заседании судебной коллегии представитель истца ФИО5, участвующая посредством видео – конференц – связи, поддержала доводы апелляционной жалобы, дополнительно пояснив, что тяжесть вреда здоровью не устанавливалась, сумма, заявленная истцом, соответствует нравственным и физическим страданиям истца без учета тяжести вреда здоровью.

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, просила решение суд первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени апелляционного рассмотрения дела в порядке статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), а также путем размещения соответствующей информации на официальном интернет-сайте Кемеровского областного суда, в суд апелляционной инстанции не явились, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявили.

Заслушав явившихся участников процесса, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на неё, принимая во внимание заключение прокурора, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО1 в период с 25 апреля 2006 г. по 19 августа 2015 г. осуществлял профессиональную трудовую деятельность в АО «Угольная компания «Кузбассразрезуголь» в должности машиниста экскаватора.

9 февраля 2012г. в 11 час. 30 мин. с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил травму.

По данному факту 14 февраля 2012 г. составлен акт № 1 по форме Н-1 о несчастном случае на производстве.

Так, из акта о несчастном случае следует, что 9 февраля 2012 г. в первую смену бригаде экскаватора ЭКГ-10 № 200 в количестве 3 человек (машинист экскаватора ФИО34 помощники машиниста экскаватора ФИО1, ФИО35 был выдан наряд-допуск на выполнение ремонтных работ электромехаником участка ФИО36 на замену ковша, замену зубьев ковша, замену пальцев ковша. В наряд-допуске назначен старший для выполнения этих работ машинист экскаватора ФИО37 Предварительно была подготовлена площадка для проведения ремонтных работ. 6 февраля 2012 г. бригада ФИО38 заменила ковш, новый ковш обваловали внутри и снаружи. При присоединении рукояти с ковшом грунт из ковша опорожнили. С начала смены 9 февраля 2012 г. бригада начала устанавливать ось подвески ковша палец соединения проушины ковша с коромыслом (далее палец) с правой стороны ковша. Для устойчивости й противоскольжения на переднюю стенку ковша положили деревянную доску под уклоном 15-20°. Машинист ФИО39 установил первый палец справа ковша. Произвели уплотнение, забили и зашплинтовали палец. В 11-20 бригада приступила к установке пальца с левой стороны ковша. ФИО1 сказал, что сам поставит левый палец. Машинист ФИО40 спросил ФИО1, справится ли он. На что получил утвердительный ответ. ФИО1 взял палец, встал на деревянную доску внутри ковша, чтобы вставить палец в отверстие проушин ковша и коромысла. Машинист ФИО41 находился у ФИО1 за спиной. Помощник машиниста экскаватора ФИО42. находился с внешней стороны ковша и ломом монтажным соединял отверстия проушин ковша и коромысла. ФИО3 начал приподнимать палец ковша без помощи машиниста ФИО43 Не рассчитав свои силы, ФИО1 постарался перехватить палец, выйти из ковша, чтобы положить палец на землю и снова взять его удобнее. Но оступился, шагнул на металл передней стенки ковша, поскользнулся. Чтобы не упасть, ФИО1 отклонился корпусом к боковой стенке ковша, при этом <данные изъяты> между осью подвески и боковой стенкой ковша. Получил травму <данные изъяты>

Причиной несчастного случая является неподготовленность рабочего места для проведения ремонта ковша экскаватора: не обеспечено устойчивое, противоскользящее основание на передней стенке ковша; неиспользование бригадой экскаватора грузоподъемного вспомогательного оборудования при установке пальца соединения ковша с коромыслом; несоблюдение членами ремонтной бригады требований по промышленной безопасности и охране труда, предусмотренные трудовым договором; ослабление должного контроля со стороны ИТР участка и лиц старшего надзора за проведением ремонтных работ. Установлен факт грубой неосторожности пострадавшего ФИО1.-10 %.

Комиссией по расследованию несчастного случая, произошедшего 9 февраля 2012 г. с ФИО1, установлен в действиях пострадавшего факт грубой неосторожности. Степень вины пострадавшего – 10 %.

Согласно выписке из амбулаторной карты больного ФИО1, наблюдался в <данные изъяты> с 9 февраля 2012 г. по 26 февраля 2012 г. с диагнозом: <данные изъяты> (Том 1 л.д.42)

Согласно ответу <данные изъяты>» от 16 сентября 2025 г., представлена выписка из медицинской амбулаторной карты № в отношении ФИО1, согласно которой ФИО1 выдан листок нетрудоспособности с 9 февраля 2012 г. по 26 июня 2012 г. в связи с травмой в промышленности, находился под наблюдением у врача <данные изъяты>.

Из медицинского заключения № от 13 февраля 2012 г. следует, что ФИО1 причинена <данные изъяты> степень утраты профессиональной трудоспособности не установлена.

В судебном заседании в качестве свидетелей допрошены ФИО44 (супруга истца), ФИО45 (друг истца).

Разрешая спор суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, а также показания свидетелей, принимая во внимание, что несчастный случай, в результате которого истец получил травму, произошел при исполнении им трудовых обязанностей, обосновано пришел к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда

Данный вывод суда первой инстанции не оспаривается.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции проанализировал обстоятельства несчастного случая, характер повреждений, причиненных истцу, период лечения, характер <данные изъяты> потерпевшего, его индивидуальные особенности, длительность лечения, характер полученной травмы, обстоятельства при которых истцом была получена травма, в соответствии с требованиями разумности и справедливости, определил ко взысканию 70 000 руб.

Оснований не согласиться с размером компенсации морального вреда судебная коллегия не находит.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

В соответствии со статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснениям, содержащихся в пунктах 46, 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации). При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункты 25, 26, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 " О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Компенсация морального вреда не предполагает возможности его точного выражения в определенной денежной сумме, в то же время, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Обжалуемое решение суда в полной мере отвечает приведенным выше нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению.

Вопреки доводам апелляционной жалобы определенный судом первой инстанции размер денежной компенсации морального вреда соответствует установленным фактическим обстоятельствам, требованиям разумности и справедливости, не носит формального характера, не является заниженным и определен судом с учетом цели реального восстановления нарушенного права.

Судом первой инстанции исследованы все представленные истцом доказательства, принято во внимание, что несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО1 причинен вред здоровью, произошел в большей степени по вине работодателя, не принявшего должных мер для обеспечения истцу безопасных условий труда, фактические обстоятельства, индивидуальные особенности истца (включая степень его вины), степень его нравственных и физических страданий, длительность лечения, характер полученной травмы, обстоятельства при которых истцом была получена травма.

Само по себе мнение автора жалобы о том, как должны быть оценены исследованные судами доказательства и какие должны быть сделаны выводы о фактических обстоятельствах дела, а также несогласие автора жалобы с результатами судебной оценки исследованных доказательств не влечет отмену оспариваемого судебного акта, поскольку эти доводы не свидетельствуют о таких нарушениях судами норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых не возможны восстановление и защита нарушенных прав.

Доводы жалобы стороны истца о заниженном размере взысканных расходов на оплату услуг представителя, не влекут за собой отмену решения суда в данной части.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым ГПК РФ относит, в том числе расходы на оплату услуг представителя.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя (статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст. 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 10 и 11 постановления от 21 января 2016 г. № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснил, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Разрешая вопрос о возмещении истцу расходов на оплату услуг представителя, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом и важностью защищаемого права.

Руководствуясь принципом разумности таких расходов, учитывая конкретные обстоятельства дела, степень его сложности, количество состоявшихся судебных заседаний заседаний, суд пришел к обоснованному выводу о взыскании с ответчика в пользу истца судебных расходов в размере 32 700 руб.

При решении спорного вопроса судом первой инстанции соблюден необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, учтены соотношение расходов с объемом защищаемого права, а также фактическим объемом и характером оказанных юридических услуг (составление искового заявления, досудебная подготовка, 4 судебных заседания).

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ, которые являются безусловными основаниями к отмене решения, судом первой инстанции не допущено.

Поскольку апелляционная жалоба оставлена без удовлетворения, не подлежат взысканию и расходы, понесенные при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Таштагольского городского суда Кемеровской области от 16 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 ФИО2 - без удовлетворения.

В удовлетворении заявления о возмещении судебных расходов, понесенных при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции, отказать.

Председательствующий: И.В.Першина

Судьи: И.А.Сучкова

И.С. Бычковская

Апелляционное определение в окончательной форме составлено 16 января 2026 г.